0
Наша история начинается в 641 году, когда на планете Земля в очередной раз происходили события великие и страшные одновременно. Древние империи Востока и Запада трещали под кривыми саблями горячих сынов аравийской пустыни; десять с лишним британских королевств боролись за право называться первым и главным на многострадальном острове; в Северной Индии доживало последние дни великое царство Харшавардана; новорожденная династия Тан железной рукой наводила порядок в Поднебесной, а на ледяной Тибет в очередной раз пришла свирепая зима.
Там, на Тибете, все и случилось.
Восточное полушарие около 641 года. Для просмотра полной версии (почти 900 кб) кликнуть по карте.
==========
Тибетанский правитель Сронцзангамбо, один из отцов-основателей могущественной Тибетанской Империи, был, как и положено, велик. Что и неудивительно, с таким-то именем. Среди прочих его деяний история сохранила известия о его непродолжительной борьбе с Китаем. Тибетанские и китайские историки по сей день спорят, кто там победил, но китайский император Тайцзун согласился подарить тибетанцу свою любимую племянницу в жены и ноль процентов царства в приданное. На таких условиях Сронцзангамбо скрепил с Китаем братский союз, и все остались довольны. На какое-то время.
Тибетанский правитель Сронцзангамбо и его жены. Принцесса Вэнчень та, что красивее.
==========
Принцесса Вэнчень приехала в Тибет весной 641 года, и вот тогда произошла
РАЗВИЛКА:
Как это уже не раз случалось с целым рядом монархов на Востоке и Западе, великий тибетанский правитель скончался прямо в брачную ночь. От разрыва персика или что-то в этом роде. Даже тибетанская медицина в те седые времена не умела ставить точных диагнозов.
И таким образом Сронцзангамбо не только ушел из этого мира, но и породил новый, поэтому хорошенько запомните его имя!
Тело правителя еще не успели сожрать стервятники, как над опустевшим троном разгорелась схватка за власть. Пока несколько братьев и министров выясняли, кто здесь главный, принцессу Вэнчень естественным образом обвинили в смерти императора и на всякий случай убили. Мы не станем вдаваться в подробности, но средневековые тибетанцы имели весьма богатую фантазию.
Узнавший о таких делах, китайский император Тацйзун
пришел в ярость и приказал своим генералам наступать. Навстречу уже наступавшим тибетанцам, которые наконец-то выяснили, кому быть королем. Новый правитель, дабы подтвердить свои права на престол, громогласно объявил, что идет мстить подлым китайцам за убийство своего предшественника.
Средневековые тибетанские воины.
==========
Скрестились мечи, засвистели стрели и все такое.
Противники были более-менее достойны друг друга, поэтому даже через десять лет до победы той или иной стороны было очень далеко. И даже через двадцать. Разумеется, участие в сражениях немедленно приняли почти все соседние народы и государства, в том числе восточные тюрки.
651-661
Тем временем к западу от линии фронта прошел один из неизбежных детерминизмов, на которые развилка пока никак не могла повлиять. Сасанидский Иран окончательно развалился, и его бывшие провинции стали новыми провинциями Арабского Халифата. Последние очаги сопротивления подавлялись, а последний претендент на персидской трон, царевич Пероз, окончательно решил просить политического убежища в Китае, у своего родственника, нового императора Гаоцзуна (прежний император умер от старости и стресса, вызванного тибетанской войной). Китаец имел несколько жен, но одной из них была сестра Пероуза. Вместе с последним сасанидским царевичем в далекие края последовали его многочисленные соратники.
Принц Пероуз и его соратники бегут в Китай. У них за спиной горит и плачет иранская земля.
===============
Иранский принц успел приехать в Чанъань, имперскую столицу, в самый последний момент. Тибетанская армия вырвалась на оперативный простор, окончательно захватила китайские протектораты в Туркестане, и таким образом перекрыла всякое разумное сообщение между Китаем и Центральной Азией. На календаре был 661 год.
-- И что мне с тобой делать, дорогой родственник? -- задумчиво спросил Гаоцзун.
-- Вы должны приласкать его, наградить ценными подарками и принять на службу, -- шепнул на ухо императорский чиновник.
-- Мне бы шашку да коня... -- отвечал иранский беженец. -- Плюс совсем маленькую китайскую армию в качестве почетного эскорта -- и хоть сейчас до самого Ктесифона!
-- С ума сошел? Тибетанцы закрыли дорогу на запад, -- неохотно признался император.
-- Так с них и начнем?... -- неуверенно отвечал Пероуз.
Гаоцзун не успел ответить. В тронный зал ворвался неизбежный императорский курьер. Взмыленный, как его павшая под окном лошадь.
-- Ваше величество! Скоро они будут здесь! -- и упал замертво.
-- Шашку держать умеешь? -- повернулся император к персидскому гостю.
-- Так мы вроде об этом и говорили, -- не понял принц. -- Когда я смогу вернуться на западную границу?
-- Какую еще западную границу?! На Восточный фронт! Даже на Дальневосточный! Империя в кольце врагов! Все на защиту династии!!!
Излишне говорить, что многолетняя война с Тибетом немного подкосила финансовое и политическое могущество Китайской империи, чем поспешили воспользоваться внешние враги. Одним из таковых являлся генералиссимус Ен Гэсомун, могущественный диктатор королевства Когурьо.
Борьба за верховную власть на корейском полуострове шла уже не первый год, и только тибетанский фронт не позволил китайцам поставить последнюю точку. Шилланцы, единственные союзники китайцев, справлялись плохо. Пэкче и Когурьо, в свою очередь, не стали ждать, пока за ними придут и нанесли превентивные удары.
Когуресская армия под командованием Гэсомуна нарушила границу, захватила несколько китайских крепостей, а еще несколько сожгла просто так. Но Гэсомун потропился, китайцы еще не до конца исчерпали свои резервы. Навстречу когурессцам выступила маленькая китайская армия. В первых рядах, стремясь завоевать доверие и дальнейшую поддержку императора, сражались принц Пероуз и другие иранские эмигранты. Разумеется, они покрыли себя неувядаемой. Когурьо была сокрушена. Вслед за этим китайцы с севера и шилланцы с юга нанесли смертельный удар Пэкче. Но тут их ожидал сюрприз.
Пэкче имела давние родственные и дружественные связи с Японией. Поэтому японский император Тендзи отправил в Корею большой экспедиционный корпус, тридцать тысяч солдат и почти тысячу кораблей всех размеров и рангов.
В то время Япония еще только становилась на ноги, то же самое можно сказать о ее арми и военном искусстве. Битва была славная, но японцы проиграли. Потери с обеих сторон были ужасны, но от китайцев, иранцев и шилланцев осталось еще много, от японцев почти ничего. Немногие уцелевшие вернулись домой с выражением дикого ужаса на лице.
Принц Пероуз, в свою очередь, вернулся в Чанъань, сореваемый надеждой, что теперь-то ему позволят вернуться на Запад и освободить Иран от арабских захватчиков...
(Магнум, нужно исправляться)
