МИГ - Обсуждение мира


2 086 сообщений в этой теме

Опубликовано:

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано:

исправил.

просьба сообщать о неработающих ссылках

 

Посмотрев 1912 обнаружил что ввиду полной загрузки  белфаста ( крмое Титаника и Британника строится наш лайнер по типу Аквитании) Титаник уйдет в рейс позже на 2-3 недели.

так что его катастрофы не будет.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано:

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано:

koty1.png

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано:

"В отношении к самой России нельзя упускать из виду, что ее громадная величина получилась исключительно благодаря стечению обстоятельств, окружавших сравнительно небольшой сознательный союз центральных русских людей. Завоевателей у нас не было ни одного, и завоевательных стремлений у нас не было и нет, да и быть по всему духу народному не может. Пришлось нам со всех-таки сторон только защищаться, а при защите нередко занимать места, из которых наши теснители сами вытеснялись. Нечего вспоминать тут половцев или татар, а достаточно указать на остзейцев, шведов, кавказцев, киргизов, крымцев и среднеазиатов. Огромные края Малороссии, Грузии и Сибири сами пристали к нам, поняв будущую силу России и невозможность держаться самостоятельно. Литва и Польша за свои многочисленные напоры на нашу страну поплатились покорением и разделом, потому что русский реализм выше и крепче их от латинщины навеянных начал.
Войн России пришлось в прошлом вести множество, но большинство их носило характер чисто оборонительный, и мое мнение скажется ясно, если выражу уверенность в том, что, несмотря ни на какие мирные наши усилия, впереди России предстоит еще много оборонительных войн, если Россия не оградится сильнейшим войском в такой мере, чтобы боязно было затевать с ней военную распрю в надежде отхватить от нее часть ее территории.
Что завоевательных войн Россия сама не затеет, в том уверены не только все мы, русские, но и все сколько-либо знающие Россию, которой у себя дома дел кучища, начиная с необходимости продолжить усиленно размножаться; но поползновения на нас самих, на наши земли и народы, на нашу целость и силу с татарами, поляками и Наполеонами не умерли, а развиваются и при стечении обстоятельств (их-то и должна дипломатия проследить) могут, если мы не будем сильны в военном смысле, дорасти до войны против нас, подобной натиску Наполеона, и в этом смысле кроме полного соглашения с Китаем союз с Англией при посредстве Франции был бы сильным предохранителем."

Менделеев "Заветные мысли",

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано:

По поводу последнего куска эротической повести. Выдержка из "Известия учительного" в переводе на современный: "Время служения Литургии есть, по древнему церковному обычаю, третий час дня, но также может и раньше и позже начинаться и совершаться Божественная Литургия, если будет такая необходимость; только не прежде рассвета дня, тем более, после полудня. Кто так начинает и совершает Литургию – согрешит. Но есть в Церкви особые урочные дни, в которые подобает литургисать после полудня, тем более, когда Литургия совершается вместе с вечерней, например: Преждеосвященные Литургии, Литургия в Великую субботу, Литургии в навечерие Рождества Христова и Богоявления и в день Пятидесятницы."

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано:

Общественные богослужения или, как говорят в народе, церковные службы — это главное, для чего предназначаются наши храмы. Ежедневно Православная Церковь совершает в храмах вечерние, утренние и дневные богослужения. Каждое из этих богослужений состоит в свою очередь из трех видов богослужений, в совокупности объединенных в суточный круг богослужений:

вечернее — из 9-го часа, вечерни и повечерия;

утреннее — из полунощницы, утрени и 1-го часа;

дневное — из 3-го часа, 6-го часа и Божественной литургии.

Таким образом, весь суточный круг состоит из девяти служб.

В православном богослужении многое заимствовано от богослужения ветхозаветных времен. Например, началом новых суток считается не полночь, а шесть часов вечера. Именно поэтому первой службой суточного круга является вечерня.

На вечерне Церковь вспоминает об основных событиях Священной истории Ветхого Завета: о творении мира Богом, грехопадении прародителей, о Моисеевом законодательстве и служении пророков. Христиане возносят благодарение Господу за прожитый день.

После вечерни по церковному Уставу положено служить повечерие. Это в определенном смысле общественные молитвы на сон грядущим, на которых вспоминается сошествие Христа во ад и освобождение праведников от власти диавола.

В полночь полагается совершать третью службу суточного круга — полунощницу. Это богослужение установлено для напоминания христианам о Втором пришествии Спасителя и о Страшном суде.

Перед восходом солнца служится утреня — одно из самых длительных богослужений. Она посвящена событиям земной жизни Спасителя и содержит множество как покаянных, так и благодарственных молитв.

Около семи часов утра совершают 1-й час. Так названа краткая служба, на которой Православная Церковь вспоминает пребывание Иисуса Христа на суде первосвященника Каиафы.

3-й час (девять часов утра) служится в воспоминание событий, происходивших в Сионской горнице, где на апостолов снизошел Дух Святый, и в претории Пилата, где Спасителю был вынесен смертный приговор.

6-й час (полдень) — время распятия Господа, а 9-й час (три часа пополудни) — время Его крестной смерти. Этим событиям и посвящаются вышеназванные службы.

 

в Святую Софию вошли около 14.30

там время отсчитывается от окончания эпизода. 

не 7.10+4+1, а 7.10+некоторое время на мемориал и прибытие во дворец+4 часа+ время на совещание и обед+час+ катером до Галатского моста+высадка+ машиной до Софии+ осмотр снаружи=14.30 дня

Обед и сборы заняли некоторое время

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано:

Основной проблемой эллинизма, как цивилизации, оказалась слабость его западного фронтира, наиболее перспективного с точки зрения колонизации и наращивания мощи. На территории Великой Греции (Южная Италия и Сицилия) так и не смогла сложиться прочная эллинистическая держава, сравнимая по мощи с Македонией, Сирией, Египтом или хотя бы Пергамом. В результате вакуум силы был заполнен Римом. Рим смог покорить Италию, затем нарастить свои ресурсы за счет освоения Западного Средиземноморья и, наконец, подчинить весь эллинистический мир. А если бы не Рим, то же самое, возможно, проделал бы Карфаген. Именно слабость и раздробленность греческого Запада здесь первична, и греки сами это прекрасно понимали, еще задолго до геополитического поражения. Осознание слабости западных греков и попытки что-то исправить ассоциируются с двумя перворанговыми мыслителями Эллады: Пифагором и Платоном. 

Пифагор в конце VI века до н.э. создал в Великой Греции политико-религиозный «орден джедаев», со строгой дисциплиной и ритуалами инициации, деятельность которого приобрела межполисный размах и охватила изрядную часть региона. Этот орден, в перспективе, мог бы стать правящей элитой имперского или федеративного образования. Но кто-то вовремя догадался и стал «бить по штабам»; попытка сорвалась. А жаль: если бы вместо «римских дуболомов» фундамент последующей Европы составила Империя, созданная клубом профессиональных математиков, то и вся история человечества могла бы пойти по иному сценарию, ускорившись на пару тысяч лет. 

Полтора века спустя Платон предпринял попытку иного рода. В это время уже определилось ядро потенциальной Западногреческой Империи – держава тиранов Сиракуз, имевшая склонность к превращению в наследственную монархию. Платон хотел довести процесс государственного строительства до его логического завершения, исподволь воздействуя на умы сиракузской элиты. Он трижды посещал Сиракузы и находился в оживленной переписке с тиранами, с их родственниками и с другими влиятельными лицами города. Несколько таких писем до нас дошли.Наиболее интересные из них – Седьмое и Восьмое письма, где Платон рассказывает всю историю своего сиракузского «консалтинга». 

Для человека, который смотрит на Платона «через призму Поппера», удивительным будет отсутствие в этих письмах каких-либо коммунистических и тоталитарных фантазий. Не прослеживается никаких отсылок к утопии, изложенной Платоном в «Государстве». Платон здесь не предлагает ни общности жен, ни национализации имущества, ни обобществления детей. Никаких «завиральных идей» – только разумные, рациональные предложения, опирающиеся на здравый смысл. 

Конечно, значительную часть содержания платоновских писем составляют душеспасительные увещевания общего характера, в стиле «будь добрее, и люди к тебе потянутся». Платон стремился отвратить тирана Дионисия и других сиракузян от примитивного «макиавеллизма», от желания быть слишком хитрым и опираться на низменные свойства человеческой натуры. Он убеждал их, что власть должна опираться на благородных людей с благородной мотивацией, а не на подлецов, одержимых пороками. Для современной России это вполне актуальные практические советы, в отличие от устаревших технических рекомендаций Платона, интересных нам лишь в историческом контексте. Тем не менее, мы далее сосредоточимся на конкретных предложениях по части государственного строительства, которые местами вкраплены в общие рассуждения Платона. Предложения Платона, в сумме, можно свести к трем главным пунктам.

1) Установить федеративные отношения Сиракуз с подчиненными полисами. 
В практике сиракузских тиранов прослеживалась идея «принудительного синойкизма», когда тираны разрушали малые греческие полисы Сицилии, а их население включали в гражданский коллектив Сиракуз. Это своего рода компромисс между тесными рамками полисного мышления и стремлением увеличить размер государства. Из тех же соображений тираны не стремились восстановить в Сицилии греческие города, разрушенные набегами карфагенян. Некоторые источники даже утверждают, что тираны специально «сдавали» города карфагенянам, чтобы ослабить конкуренцию Сиракузам на острове. Понятно, что крупное и многолюдное государство такими методами не построить.

Платон предложил восстановить малые полисы Сицилии, дать им законы и связать их элиты клиентскими отношениями с правителями Сиракуз. В качестве положительного примера такой «неравноправной федерации» он привел Первый Афинский морской союз. «Нужно также привести в пример еще и афинян. Они получили в свое распоряжение много греческих городов, подвергшихся набегам варваров, однако сохранивших свое население, и, хотя не они их основывали, тем не менее, они сохраняли там власть в течение семидесяти лет, приобретя верных себе людей в каждом из этих городов. Дионисий же, собрав всю Сицилию в один город и будучи слишком хитрым, чтобы кому-нибудь доверять, с трудом удерживал свою власть».

Любопытно, что Платон не стал приводить в качестве примера для подражания Пелопоннесский союз, организованный Спартой, несмотря на свое лаконофильство и на дорийское происхождение самих сиракузян. Более поздний Ахейский союз (который Платон уже не застал) также не вполне соответствует идее Платона, поскольку является равноправной федерацией. Полагаю, что если бы Платон был осведомлен в политике современного ему Рима, то привел бы пример римского неравноправного федерализма, как идеальный для державных Сиракуз. 

2) Учредить в Сиракузах «конституционную монархию» на манер Спарты.
В VIII письме Платон пишет от имени покойного Диона, лидера одной из сиракузских партий: «Приняв все это во внимание, без задних мыслей и по здравом размышлении установите с божьей помощью царскую власть». В финальном варианте этой идеи Платон предложил Сиракузам завести сразу три царя и три царских династии. Это не из любви к троице, а потому, что в тот момент за власть над городом боролись три партии (клана). Вместо борьбы на истребление, Платон предложил им взять в пример Спарту (где традиционно правили два царя), только увеличив число одновременно правящих династий с двух до трех. «Имея трех царей, вы либо дадите им полномочия лаконских царей, либо, лишив их этих полномочий, договоритесь с ними и учредите правление таким образом, как об этом было говорено вам раньше». (Имеется в виду ограничение царских полномочий исключительно сферой сакрального, как было сделано во многих полисах, включая республиканский Рим, где была должность «rex sacrorum»).

В представлениях античного конституционализма, разделение верховной власти между несколькими равноранговыми представителями было гарантией сохранения ее ограниченного конституционного характера. Поэтому в Спарте было два царя, в Риме – два консула, в Афинах – 10 стратегов. Модель, предложенная Платоном, позволяла красиво превратить источник проблем для города в устойчивое основание для конституции, отдающей верховенство законам. Три царя удерживали бы друг друга от покушений на тиранию, а гражданское общество легко могло бы удержать их всех в рамках конституции. 

3) Провести консолидацию национальной элиты.
В VII письме Платон предложит отобрать из массы граждан 50 лучших семей и дать им карт-бланш на политическое обустройство государства. Из логики текста можно понять, что эти 50 семей играли бы роль учредителей государства или «старичков», если принять терминологию Галковского. Это отчасти напоминает римское сенаторское сословие, которое «модерировало» римскую политику и, с одной стороны, ограничивало тиранические поползновения высших магистратов, с другой не позволяло внедренным в конституцию элементам демократии взорвать государство. 

Любопытны критерии отбора «старичков-законодателей»: «Необходимо, чтобы победившие всегда, если только они хотят себя сохранить, сами в своей среде выбрали тех, кого они знают как лучших из эллинов, прежде всего старцев, а затем тех, кто имеет на родине детей и жен, а также предков, славных и именитых во многих поколениях да, кроме того, обладающих достаточным состоянием. Таких людей для города в десять тысяч граждан достаточно пятидесяти».

Здесь мы еще раз замечаем полнейшее отсутствие «джедайских» фантазий из «Государства» о том, что идеальные стражи и правители-философы не должны иметь личного имущества и жен, не должны быть способны указать на собственных отцов. Здесь Платон перестал быть «попаданцем» из «далекой, далекой галактики» и начал мыслить категориями нормального эллинского аристократа: достойный человек – это отец семейства, он должен происходить из славного рода с длинным генеалогическим древом и иметь достаточное состояние. Вспомним, что римский сенат как раз и был корпорацией таких вот родовитых и состоятельных «старичков» (буквально – «сенатор» от senex, «старик»), причем число родов исчислялось десятками – вполне в духе Платона.

Для российского читателя поучительной информацией является то, что избранные элитарии, по Платону, должны не просто «иметь жен и детей», а иметь именно «на Родине»

«Старички» у Платона еще раз появляются в VIII письме, как устроители новой конституции в ситуации троецарствия: «Пригласите старцев, каких они пожелают, и дайте им полномочия определять условия мира -- будут ли эти старцы из местных жителей, или чужеземцы, или те и другие вместе, причем количество их будет такое, относительно которого они между собой согласятся. Пусть эти старцы, придя, прежде всего издадут законы и установят такое правление, в котором царям будет дано полномочие принесения жертв и любое другое, приличествующее бывшим благодетелям государства».

Сопоставление доктрин из писем и из «Государства»
Обозрев рекомендации Платона сиракузянам, можно прийти к выводу, что он в этих письмах перерос полисную ограниченность. Его рекомендации подходят для учреждения крупной эллинистической державы, с соподчинением самоуправляемых городов, царской властью и сенаторским сословием. Это заставляет нас несколько иначе взглянуть и на доктрину, изложенную в «Государстве». Конечно, там прямым текстом сказано, что доктрина рассчитана на не слишком большой суверенный полис. Но давайте представим, что полис – не простой, а столичный, что над советом философов имеется царь (цари), и мы получим ядро эллинистической державы. Постоянно мобилизованное братство стражей – это профессиональная армия (гвардия), организованная наподобие янычар. А всякая экзотика, связанная со стражами, становится понятной, если у нас нет готовых 50-ти сенаторских родов, и мы вынуждены организовывать государство из всякого сброда.

Допустим, Спартак отбился от Рима, переправился в Сицилию и решил учредить там независимое эллинистическое царство. Фундамент этого государства – братство гладиаторов и та часть освобожденных рабов, которые за время войны превратились в профессиональных бойцов. Это контингент, к нормальной мирной жизни не привыкший, который нужно постоянно держать в тонусе, «в ежовых рукавицах», иначе он разбредется, сопьется, морально разложится и потеряет боеспособность в считанные месяцы. И тогда новому государству конец. Здесь-то Платон и помог бы Спартаку, предложив ему концепцию «казарменной элиты»: вроде бы они и «элита» в этом государстве, возвышаются над всеми и всем формально владеют, но, в то же время, живут в казарменном братстве, без лишних вольностей и соблазнов, без собственности и полноценных семей, постоянно тренируются, поддерживают боеспособность. Позднейшая история дала нам примеры такого «элитарного войска из рабов» в лице янычар и мамелюков. Идея оказалась годной: янычары долгое время наводили ужас на Европу, а с мамелюками пришлось серьезно повозиться самому Наполеону. Еще один пример, близкий к платоновским стражам - рыцарские ордена европейского Средневековья. 

Давайте подойдем к теме с другого конца. Допустим, Платон создал свой идеальный полис. А вокруг идет обычная для эллинов война коалиций и царств, в одиночку не выстоять. Философам пришлось бы превратиться в дипломатов, погрузиться во внешнюю политику, выбрать, в конце концов, на чьей стороне воевать или самим организовать собственную коалицию сил. На фоне всеобщего хаоса, коварства и разгула страстей, политика философского полиса отличалась бы взвешенностью, справедливостью, рациональностью. Он неизбежно стал бы полюсом притяжения для многих городов и племен, вокруг него постепенно образовалась бы мощная федерация, а со временем – эллинистическая держава. 

И здесь мы внезапно понимаем, что внутреннее устройство платоновского полиса «заточено» на эффективную внешнюю политику в условиях «войны всех против всех». Этот полис располагает постоянно отмобилизованной профессиональной армией, и все ресурсы государства идут на содержание этой армии. Воинское сословие воспитано крайне неприхотливым в материальном плане, поэтому можно увеличить его численность при том же размере кормящего населения. Более того, масштаб этой армии удваивается за счет предусмотренной Платоном мобилизации женщин из воинского сословия – чего в «нормальных» странах не делают и поэтому вынуждены кормить бесполезных «элитарных домохозяек». Женщины-стражи будут тратить ресурсы элиты на покупку оружия, доспехов и боевых коней, а не бесполезных украшений, парфюмерии и дорогих нарядов. Верхушка этого полиса – философы с языком до колен, поднаторевшие в спорах и диалектике, при этом умеющие создать себе имидж «мудрых и справедливых», - идеальные дипломаты. Такой полис просто обречен быль лидером могущественной коалиции, которая постоянно расширяет свою сферу влияния и переигрывает всех противников. 

Понимая это, мы уже не удивляемся, почему философу Плотину в III веке не позволили создать «игрушечный» платоновский полис в Италии, несмотря на благорасположение императора Галлиена. Испугались, что последствия могут быть совсем не игрушечными.

Получается, идеальный полис Платона – это не какая-то резервация экзотов, а потенциальная столица мощного эллинистического образования. Платон – не моралист, тоскующий по старым добрым временам, а футуристический политтехнолог, замаскированный под моралиста. И в «Государстве», и в своих письмах Платон, под ворохом душеспасительных рассуждений (впрочем, немаловажных), дает рецепт создания ядра жизнеспособного эллинистического государства – «государства будущего» для эпохи Платона. Идеальный полис, описанный в «Государстве», - это «кирзовый» вариант доктрины, пригодный в особо неблагоприятных, сложных условиях: «война всех против всех» во внешнем мире и отсутствие готовой национальной элиты внутри страны. В более благоприятных условиях Платон отказывается от строгостей этого трактата и предлагает более мягкие рецепты, как мы можем видеть по его сицилийским письмам.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано:

Очередную войну с Турцией, стартовавшую весной 1877 года, Россия начала в разгар банковского кризиса. Накануне войны в стране обанкротилась почти пятая часть коммерческих банков, их совокупный капитал уменьшился на четверть, а правительству пришлось потратить 50 млн рублей – десятую часть доходов бюджета – на безуспешную попытку поддержать курс рубля к иностранным валютам.

Поэтому проблемы с финансированием войны начались еще до боевых действий. Русская армия, двигавшаяся через Румынию к турецкой границе на Дунае, ежедневно требовала 174 тыс. золотых рублей. Но правительство не желало тратить золотой запас и выделило на снабжение войск лишь бумажные рубли, которые неохотно принимали иностранные коммерсанты. В итоге продовольствие для солдат в Румынии пришлось покупать по спекулятивным ценам и низкого качества.

Попытка сэкономить на золоте не удалась, и, когда армия с боем форсировала Дунай, ей помимо бумажных ассигнаций пришлось ежемесячно выделять 3 млн рублей золотом и 1 млн рублей серебром. Внутри России такой суммы было достаточно, например, чтобы нанять на весь летний сезон 800 тысяч батраков‑крестьян.

Русско-турецкая война 1877–1878 годов – это не только кровавый штурм Плевны или героическая оборона Баязета и Шипки, это еще и первая в истории России индустриальная война призывной армии. Впервые русские солдаты сражались скорострельными винтовками, потратив за время войны свыше 25 млн патронов – фантастическая цифра для прежних войн XIX века! На начало войны вся русская армия насчитывала 692 тысячи солдат, каждый рядовой обходился казне в 225 рублей ежегодно. Война в разы увеличила как численность армии, так и расходы на ее содержание. По мобилизации «под ружье» призвали более миллиона человек и 300 тысяч лошадей.

Подобные траты резко увеличили военный бюджет. Если в мирное время царская казна тратила на армию и флот около 25% всех доходов, то с 1877 по 1879 год эти расходы превысили 50%. Бюджетом мирного времени было запланировано потратить на армию в 1877 году 191,3 млн рублей, но война заставила дополнительно выделить на нее еще 428 млн. В следующем, 1878 году только прямых военных расходов на сухопутную армию потребовалось более 614 млн рублей.

В итоге расходы за 11 месяцев войны превысили все доходы Российской империи за два года. Деньги попытались найти при помощи иностранных займов. Но, как писал в то время управляющий Государственным банком Российской империи Евгений Ламанский, «хотя Россия вела войну не с Западной Европой, а только с Турцией, все же иностранные рынки оказались для нас в значительной степени закрытыми… Внешний заем 1877 года был заключен на весьма тяжелых и, можно даже сказать, неприличных условиях».

На внешнем рынке Россия тогда сумела получить лишь один кредит на мизерную сумму 73 млн рублей под кабальные проценты. Ситуацию спасли внутренние займы и печатный станок – за время войны Госбанк занял у российских банкиров и коммерсантов 700 млн рублей и напечатал 417 млн бумажных ассигнаций. В итоге курс бумажного рубля упал с 85 копеек золотом до 50 копеек.

Все расходы и потери войны были названы на переговорах с побежденной Турцией: 900 млн рублей «военных издержек» (на армию, бои и оружие), 400 млн – потери торговли и промышленности, 100 млн – убытки русских владений в Закавказье от турецких атак. Однако западноевропейские державы не позволили России «раздеть» побежденных турок на почти полтора миллиарда рублей. И по мирному договору Турция расплатилась территорией, уступив России земли в устье Дуная и в районе Батуми.

 Получившая независимость Болгария вскоре сбежала из-под русского покровительства к Германии. Территориальные приобретения оказались незначительны, а гигантские расходы в миллиард с лишним рублей на полтора десятилетия отодвинули переход российских финансов к «золотому стандарту» и строительство Транссиба.

 

При продумывании 4 книги вспомнил эпизод когда прогерманский премьер-министр Болгарии заявил году так в 1886 чо ли русскому послу что "скажите сколько вы потратили на наше освобождение, мы заплатим и ничего вам должны не будем".
В  конце 1890 в СПб приезжает премьер-министр Болгарии  с целью переговоров о нормализации отношений и его так ласково спрашивают а что правда заплатите? 
и нормализация при условии возмещения затрат по счету России. неофициально ему говорят что все в пределах  джентльменства. чиста символически.
договор подписан и выкатывается счет в 250 млн. золотом
рассрочка по 15 млн. в год под 4% годовых

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано:

В 1948 году для дальнейшей разработки теоретических и практических основ апартеида было создано Южноафриканское бюро по изучению расовых отношений. Предложенные бюро конкретные решения тут же превращались в законопроекты, а затем и в законы. На парламентской сессии 1949 года был принят закон о запрещении смешанных браков, который объявил противозаконными браки между белыми и небелыми. Если же гражданин ЮАС женился или выходил замуж за пределами страны, такой брак считался недействительным.

На следующей парламентской сессии был принят закон о регистрации населения. Он предписал провести расовую классификацию населения по трем группам: европейской, цветной и африканской, причем две последние были также подразделены на этнические подгруппы. По завершении регистрации каждому полагалось получить удостоверение личности, в котором его расовая принадлежность заверялась несмываемой печатью. Нарушение расовых границ людьми, которые были названы "маскирующимися под белых" становилось с этого момента невозможным. Расовая принадлежность определялась по внешности человека, а также (в спорных случаях) на основании "общего мнения на этот счет".

Поправка к закону о борьбе с безнравственностью запретила внебрачные связи между белыми и небелыми (первоначальный текст закона, принятого еще в 1927 году, запрещал только связи между белыми и африканцами). Закон о расселении по расовым группам предусматривал создание расовых локаций и резерватов, в которых право землевладения и поселения закреплялось за определенной расовой группой.

На сессии 1951 года был принят закон о властях банту. В резерватах создавались племенные, региональные и территориальные управления банту, которые назначались министром по делам туземцев. Закон о туземных строительных рабочих разрешил обучение и регистрацию африканцев как квалифицированных рабочих, но только на территориях их локаций и резерватов и для работы там.

Параллельно с этим правительство Малана приступило к реформированию системы школьного и университетского обучения. В школьных учебниках пропагандировался принцип обоснования иерархии рас. Это касалось и других детских книг по истории и географии.

Всеобщие парламентские выборы 1953 года показали, что политику правящей партии одобряет большинство граждан Союза. Даниэль Малан сохранял свой пост до 29 октября 1954 года, когда по состоянию здоровья в возрасте 80 лет вынужден был подать в отставку. Малан предложил в качестве своего преемника кандидатуру Николаса Хавенги (он исполнял обязанности премьера до 30 ноября), но парламент настоял на более энергичном и фанатичном лидере – руководителе трансваальского отделения Национальной партии Йоханнесе Стрейдоме. Выступая против предложения ряда идеологов о тотальном разделении, Стрейдом заявлял, что полный территориальный раздел можно принять в качестве идеала, но на практике достигнуть его нельзя, потому что десятки тысяч людей использующих рабочую силу африканцев и цветных, никогда на это не согласятся.

Законотворчество правительства Йоханнеса Стрейдома продолжало следовать по пути укрепления апартеида. На сессии 1955 года были приняты поправки к закону о туземцах, проживающих в городах. Домовладельцам было запрещено, чтобы в любом принадлежащем им доме проживало одновременно более пяти африканцев. Кроме того, поправка дала городским властям право, в случае если они сочтут, что проживание в их городе того или иного африканца вредит спокойствию и порядку, приказать ему покинуть город в назначенный срок (мера была направлена в основном против политических агитаторов). Поправка к закону об автобусных и трамвайных сообщениях ввела апартеид на транспорте на всех территориях ЮАС, где его до этого не было.

На сессии 1957 года был принят закон о внесении изменений в законодательство о туземцах. В соответствии с ним, прекращался допуск африканцев на любое богослужение в церквах, расположенных на белых территориях. Поправка к закону о расселении по расовым группам запретила представителям одной расовой группы вход в кинотеатры, рестораны, кафе, чайные и столовые, зарезервированные за другими расовыми группами. Закон о борьбе с безнравственностью повысил максимальное наказание за внебрачные связи между белыми и неевропейцами до 7 лет тюремного заключения. Весьма суровое наказание грозило нарушителю закона за распространение и за хранение порнографии.

Стрейдом умер 24 августа 1958 года. Главой государства стал харизматический лидер Трансвааля Хендрик Френш Фервурд. Годы его правления можно назвать "золотой эрой апартеида". Фервурда любили и уважали практически все белые граждане Южной Африки. Он стал подлинным вождем единой нации, чему во многом способствовали и его благодетели – скромность, твердая вера, непримиримость к политическими экономическим дельцам.

Фервурд был последовательным сторонником создания в стране бантустанов, или национальных отечеств банту, в которых африканцы могли бы продолжать развиваться в соответствии со своими собственными национальными традициями, не испытывая соблазнов разлагающей их европейской цивилизации. При правительстве была создана комиссия по вопросам социального и экономического развития банту, которая обосновывала необходимость переселения всех африканцев из белой зоны на отведенные им территории (они соответствовали традиционным районам племенных расселений). Подавляющее большинство туземцев эта схема совершенно устраивала. Отчасти она начала действовать еще до Фервурда. К примеру, подобным статусом уже довольно давно пользовалась территория, примыкающая к побережью Индийского океана. Эта самая большая резервация Южной Африки именовалась Транскей. По закону 1924 года здесь было запрещено селиться белым, за исключением так называемых трейдеров, совмещавших функции продавцов, врачей и почтальонов. При этом трейдерам было нельзя располагаться ближе, чем на расстоянии восьми километров друг от друга. К 1960 году в бантустанах проживало около 40 % африканского населения Южной Африки.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано:

Кусочек с митрополитом - :victory:.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Создайте учётную запись или войдите для комментирования

Вы должны быть пользователем, чтобы оставить комментарий

Создать учётную запись

Зарегистрируйтесь для создания учётной записи. Это просто!


Зарегистрировать учётную запись

Войти

Уже зарегистрированы? Войдите здесь.


Войти сейчас