Хроники Хронодырявого мира

By Звёзды Светят in Литературная мастерская - АИ тексты на форуме,
В прошлый раз Тема заглохла. На этот раз – пойдёт как цикл новогодних рассказов жителей Хронодырявого Мира. Хронодырявый Мир от нашего отличается только одним – там научились прокалывать Дыры в параллельные Пространства, в которых Вселенная идеально такая, какая была у нас какое-то время назад. Причём научились 19.07.1999. И Дыры, иначе называемые ещё Окна, получаются типа «Портал обыкновенный ветронепроницаемый». Проколоть Дыру стоит им немалых затрат и усилий, примерно как организовать постоянное авиасообщение между материками, причём со всеми подробностями, начиная от разведки месторождений руды для производства самолётов и заканчивая строительством аэродрома со всем комплексом обеспечения. Но в принципе они это могут. И в Хронодырявом Мире пользуются возможностями такого изобретения. А поскольку люди всё такие же, то и пользуются хроновозможностями они соответственно своему природному естеству. И напившись в новогоднюю ночь, побывавшие в Иных Мирах рассказывают о своих подвигах, впечатлениях и намерениях. Лётчик. Летунов напился в новогодней компании. Стечение обстоятельств сложилось так, что компания эта была достаточно случайная, но всё ж вполне приличная. Напившись, Летунов и разговорился, что состоит в Хронодыре постоянным клиентом, и средств на сафари во времени угрохал весьма немало. Он ТАМ не партизанин какой-нибудь, он ТАМ лётчик! – Сколько ж у тебя вылетов, летун Летунов? – спросили его собутыльники. – 26 с самого июня! – гордо ответил Летунов. – И какой же тебе запомнился больше остальных? – спросили его. – А больше всего – первый и предпоследний – ответил Летунов. И начал рассказывать: – Готовился я целый год. Учился в свободное время летать на копии тогдашнего «ишака». Сначала на компьютерной программе, потом на тренажёре, а потом и вживую. Хорошие самолётики сделали хронодыркины, внешне от тогдашних не отличить, а скорость куда как побольше, и мотор с двумя пропеллерами противоположного вращения; а манёвренность и у обычного «ишака» была на высоте, а уж у улучшенного тем паче. А главное – управление куда как легче, чем на тогдашнем, с тем я бы не справился, там даже киберпилота для взлёта и посадки не предусмотрено. И вооружение на моём – две крыльевые ШВАКоподобные пушки, только что полегче и понадёжнее, пристрелочный ШКАСообразный пулемёт в носе, можно под брюхо подцепить копию ФАБ-сотой и под крыльями по 4 ракеты, хоть обычные, хоть самонаводящиеся. А некоторые наоборот, предпочитают один ШВАК в носе и два ШКАСа в крыльях. Производство по желанию клиента! Как раз к этому июню Хронодыра подготовила Синхронизацию Вариантов, постоянный Прицел наладила, можно открывать/закрывать Окна в Вариант, где всё к моменту первого Прокола как в нашем прошлом. И у всех, кто готовился на хроносафари – ушки на макушке, настрой на кайфоловлю! И вот – в начале первого ночи на 22 июня открыты первые Окна. И самые первые ТУДА полезли «Ловцы Бранденбургов», это типы лютые, у каждого из них азарт – изготовить пивной сервиз из 13 черепов лично убитых бранденбурговцев. Потом и всякие прочие наземные, что по лесам шастать горазды, да трофеи охапками таскать. А уж снаряжение у них – закачаешься, внешне от тогдашнего не отличить, а как работает!... Вроде самая обыкновенная тогдашняя пушчонка, а снаряды активно-реактивные с самонаведением; вроде очки от обычных не отличишь, а они с ночным зрением. Сам в таких летал! Так вот, как ТАМ немецкая авиация достаточно далеко залетела, настала и наша очередь. Взлетаем мы на «ишачках», все шестеро любителей, ночные очки на носах, ШВАКи-ШКАСы заряжены, ракеты под крыльями подвешены. И летаем над хронодыровским аэродромом по большой коробочке. Вот нам сигнал – «внимание!» – и открывается Окно ТУДА. Иначе говоря, в ТОГДА. Залетаем по одному в Окно, а оно ещё и мерцает, чтобы каждый ТАМ вылетел в своём месте. Вылетаю ТУДА уже один, быстро осматриваюсь – великолепно хронодыркины умеют Окна открывать, как раз так вылетел, что впереди строй «Юнкерсов», над ними «худые», и они меня не видят, а я их в ночные очки – как на мониторе. Пошла кайфоловля, захожу на бомберы, из ШВАКов прошёлся, один из них взорвался, второй задымил. И вверх! «Мессершмитты» заметили, и за мной! Я скорости добавил, как тогдашние «ишаки» не могли, круг дал – выхожу на «Юнкерсы», а «худые» сзади болтаются. И те, и другие меня или плохо видят в темноте, или вовсе не видят. Навостряюсь на «Юнкерсов», включаю ракетное наведение в автоматическом режиме, и выпускаю все восемь ракет очередью. И восемь взрывов среди бомбарей – красота! Так и хочется орать: «Ай да я! Ай да герой! Ай да молодец! Ай да среди овец!» Остальные «Юнкерсы» так и порскнули в разные стороны! «Сто девятые» заметили, как я ракеты выпускал, и снова ко мне! Я фонарик включил, чтобы они меня видели, и на восток полетел. Скорость держу, чтобы они не догнали, но и не отстали. На азарт ловлю. Немцы тогда были ещё непуганые, за мной увязалось штук 10. Летим на восток в темноте, они свои моторы насилуют, пытаясь меня догнать, я посмеиваюсь. Вот у них бензин на исходе, они на запад заворачивают. И я заворачиваю, иду на сближение. Они – на меня, я отлетаю. Они снова на запад, я снова на них. Так два раза. Потом перестали ко мне поворачивать, у них бензин кончается, а у меня ещё достаточно. Фонарик гашу, они меня больше не видят, Подлетаю сзади – замыкающий сто девятый готов! И сразу отрываюсь в темноту, пока не развернулись. Они туда-сюда, меня не видят, снова на свой аэродром тянут. И снова я захожу сзади, одного с налёта валю, и в сторону! Немцы не понимают, что это за «ишак» такой, который в темноте летает, ещё и так быстро; а я смотрю на счётчик боеприпасов, сколько там осталось. ШВАКам на одну хорошую очередь. Думал уже, снова фонарик включить и атаки изображать, пока сами не попадают, бензин потративши, но они вдруг нашли на меня метод – в разные стороны разлетелись, совсем как раньше «Юнкерсы». Одного только догнал, последней очередью свалил. По бензину, так можно было ещё одного догнать и попытаться из ШКАСа уконтрапупить, но устал я что-то, утомился от впечатлений, и потому – верх-вверх, и радиозапрос Хронодыре на Окно под носом. Быстро мне Окно открыли, так и влетел в хронодырский Вариант над аэродромом. Нажимаю кнопку «автопосадка», сажусь и хвастаюсь – в первом вылете 12 сбитых и один подбитый! Герой! Кто-то из собутыльников вставил слово: – А хроноабориген погнался бы ещё, и шкасовские патроны на немца бы потратил, может быть, и сбил бы… – Что ж, это естественно – ответил Летунов – для них это жизнь, а для нас всего лишь Игра... Так вот, нас шестеро «ишаков» вернулись, подвигами своими хвастаются; а тем временем на аэродром шестёрку Илов выкатывают, любители штурмовки собираются на свою Игру. Илы под первую серию скопированы, одноместные. И ещё один чудик на СБ собрался хроноаборигенов бомбить. То есть экипаж смелых чудиков. По возрасту они уже не могут ни в истребители, ни даже в штурмовики, а на тихоходе и старые хрычи неплохо управятся. Нашли последний кайф пенсионеров. А вокруг хронодыркины снуют, между собой шушукаются, сколько смогут там навоевать наши танколюбы на копиях БТшек… Впрочем, самые умные во всей этой истории с хроносафари оказываются всегда любители попартизанить в тылах – у них трофеев оттуда полные охапки, аж целыми грузовиками вывозят, а у нас – только впечатления. Слышал я про одного везунчика, который вывез сквозь Окно целенькую немецкую «тройку», и захотел её ЗДЕСЬ официально зарегистрировать, как автомобиль. Лягаши заставили оружие свинтить, боекомплект изъять, и Хронодыре оставить, а потом разрешили зарегистрировать, как трактор. Вот теперь по улицам на антикварном танке вышивает… А я и дальше вылетал, примерно по разу в неделю, а чаще хронодыркины не дозволяют, им не надо такого, чтобы их клиентура от избытка впечатлений получила ещё и осложнения с психикой, а такое бывает. Впечатлений-то хватало, на такой великолепной копии «ишака» можно против целой эскадрилии вылететь из облака, всех ТАМ разогнать, ещё и удивить несусветной для «ишака» скоростью и фантастической для тогдашних ракет меткостью. О, кайфоловля! А предпоследний мой вылет был недавно. ТАМ самураи, как и ЗДЕСЬ, собрались замочить внезапно америкосов в Жемчужной Гавани, точно как ЗДЕСЬ в то время, в результате того, что те, по своему обычаю, объявили им торговое эмбарго, требуя уйти из Китая. И получалось классическое схождение Вариантов, как это и бывает, исторические события часто норовят произойти не точно так, но подобно тому. Вот у нас и азарт – побомбить авианосцы! Собрались мы все, шесть ишаковских, шесть иловских и один СБшный экипаж, думаем – кого бомбить, узкоглазых или зеленоумных?!... Дискуссия была ещё та! И пришли к выводу – охотиться надо на ту дичь, которая быстрее плодится, чтобы не лишиться такой возможности в будущем. Япошат выбомбим – они больше авианосцев не понастроят, а америкосы – понастроят, и во множестве. И решили – бомбим америкосов! Быстренько беспокоим Хронодыру, а там постоянных клиентов уважают, и выбор наш предусмотрен, а что самое интересное – даже ход наших мыслей предвидели, насчёт охоты на плодовитую дичь. И самолётики у них уже подготовлены, внешне копии тогдашних японских палубных истребителей, пикировщиков и торпедоносцев, а внутри – с улучшениями. И управление стандартное, два тренировочных вылета на нос – и можно в Окно вылетать. Прикидываем, как по самолётам распределяться. Легче всего СБшникам, они своей тройкой как раз на свои места в торпедоносце, пилот, штурман и стрелок. А торпедоносец хронодыркины улучшили, там не только мотор с двумя пропеллерами, а ещё и двадцатимиллиметровка из носа торчит, которой у хроноаборигенов не было. И торпеда – внешне копия японского «длинного копья», но с самонаведением на шумы конкретного корабля, и боеголовка у неё помощнее. Такая авианосец враз обездвижит. А остальные подумали-подумали, истребители там с 60-килограммовыми бомбами летали, а пикировщики с одной 250-килограммовой и двумя 60-килограммовыми. А наши копии – к истребителю можно 250-килограммовую подвесить, а к пикировщику её же и две 135-килограммовые. И бомбы только внешне копии тогдашних, а вообще-то они с самонаведением по типу планёра и с кумулятивным эффектом, в палубу попадёшь, прожгут кораблик насквозь. Точнее, кумулятивно-фугасные. Вот мы и решили, что ишаковские вылетают на «нолях», а иловские – на пикировщиках. А поскольку пикировщикам стрелки нужны, пригласили авиамехаников из хронодыркиных, они это с радостью. Ещё и наши пикировщики, в отличие от хроноаборигенских, с носовыми 20мм пушками. Готовимся, снаряжаемся, ждём. Опасаемся, что не ударят самураи по Гавайям, потому как ТАМ стараниями наших кайфоловов фронт к декабрю не дошёл до тамошних Пскова, Смоленска и Киева. А то как же, что ни ночь – в тылах у немцев паника, непонятно кто их мочит, и непонятно куда к утру пропадает, вместе с пушками, танками и трофеями. И этот непонятно кто прекрасно видит в темноте, прекрасно знает, где можно с наименьшими усилиями нагрести больше трофеев, вывозя их целыми автоколоннами, и притом оставляет после себя самые обыкновенные гильзы. Ещё и Илы по ночам точнёхонько отрабатывают по целям не реже раза в неделю, да и хрычи на СБ по мостам специализируются. – А советские ТАМ что? – спросил кто-то из собутыльников. – А советские как всегда – ответил Летунов – в мирное время воевать не научились, и в военное время тоже не сразу. Как говорят умные люди – во всём виноваты «военные для мирного времени», те самые, которыми в это самое мирное время начальство не нарадуется; а во время военное они оказываются ни на что не способны. Во все времена оно так. И мы тоже воевать фактически не умеем, а только сафарить... Так вот, японцы ТАМ на Жемчужную Гавань налетели в тот же день, а два штатовских авианосца в этот момент в море, «Энтерпрайз» к западу от Гавани, а «Лексингтон» к юго-востоку от Мидуэя. Схождение Вариантов, различия на Тихом океане пока незначительны. Мы быстренько вооружение подготовили, торпеду настроили на шум винтов «Лексингтона», он шёл с сопровождением. Распределились – на «Энтерпрайз» налетают три пикировщика и два истребителя, остальные – на «Лексингтон». И вот – полетели. Момент подгадали, когда самураи уже начали америкосов в Гавани мочить. Утром пришлось лететь, нарушая наше правило летать только ночью, когда нам видно, а нас не видно. Первым сквозь Окно вылетел на малой высоте экипаж старых хрычей на торпедоносце, вроде как отвлекает. И Окно переключили на шесть километров, в него влетели остальные антилексингтоновские. По-самурайски шли, тройками. Потом Окно переключается для нас, я с остальными влетаю, смотрим – утро, мы на высоте 6 километров, внизу – «Энтерпрайз» и с ним один эсминец. Нас не ждали, даже зенитки развернуть не успели. Пикировщики всей тройкой на авианосец пикируют, как на параде, подкрыльевые 135-килограммовые бомбы сбрасывают с полутора километров, и вверх. Хроноаборигены так точно в цель не попали бы, а у нас бомбы с самонаведением, авианосцу все шесть досталось, и попали не абы куда, а в цистерны, ещё и со всеми достоинствами кумулятивно-фугасного эффекта. Внизу огонь и дым, удача с нами. Мы наверху балдеем – Зрелище! Один пикировщик со второго захода уложил подбрюшную бомбу эсминцу в трубу, тому хватило – сразу напополам развалился и на дно булькнул. Мы кругами полетали, понаслаждались величественным Зрелищем горящего авианосца, да и сбросили все бомбы, что ещё оставались, все четыре 250-килограммовки. Авианосец набок завалился, опрокинулся и нет его. Только обломки на воде, и множество плавунов внизу, кто просто так, а какие и шлюпки успели спустить. Мы начинаем играть в массовую штурмовку, пикируем на них, расстреливаем, добиваем. Особенно как раз пикировщики метко строчили – ужо поднатаскались работать по точечным целям, когда на Илах летали. Вот хроноаборигенам загадка, что это за пикировщики такие, которые с пушкой. Боезапас расстреляли по плавунам, спиралью вверх, разворот в сторону Солнца и в Окно, домой. А тем временем наши, что на «Лексингтон» налетали, тоже разнесли там всё водоплавающее, ещё и на торпедоносце включили по радио японскую песню «Уми юкаба», как будто настоящий самурай её в эфире поёт. Маскируемся, под хроноаборигенов косим, это у нас обязательно. – Вот такая кайфоловля! – закончил рассказ Летунов. – А последний вылет как! – спросил его один из собутыльников. – А последний неделю назад был. Сговорились мы изобразить налёт на Америку, где бы ещё можно было города побомбить. На немецком фронте их не побомбишь, а только военные объекты; а если лететь бомбить Германию на наших копиях – это слишком далеко от фронта, хроноаборигены заподозрят неладное, ещё и против нас объединятся. А под видом самураев бомбить Америку – вполне возможно, пусть потом ТАМ гадают, с какого авианосца налёт приключился. Не все наши согласились на такое удовольствие, полетели вшестером, торпедоносец с бомбогрузом вместо торпеды, три пикировщика и два истребителя. Вылетели в Окна над вечерней Америкой тройками, пикировщики над Сан-Франциско, торпедоносец с двумя «нолями» – над Лос-Анджелесом. Бомбы взяли на этот раз точнейшие копии хроноаборигенских, (а скорее всего это они и были, у хроноаборигенов со складов ворованные), вот по освещённым городам и отработали, потом ещё и пушечно-пулемётным огнём угостили. И снова по радио заиграли «Уми Юкабу», только уже запись с другого голоса. Красота! – А что ты чувствовал, когда убивал людей – спросил один из собутыльников. Летунов засмеялся. – Людей?!… – удивлённо переспросил он – сказать, почему мне хватает на Хронодыру, а тебе не хватает? Потому что я, в отличие от тебя, суть истинное Чудовище и понимаю, когда и где люди, а когда и где мишени, когда и где жизнь, а когда и где всего лишь Игра! Это ЗДЕСЬ все мы люди, а ТАМ – я игрок, они игрушки!… – У меня знакомый тоже в клиентуру к Хронодыре устроился, и на то же самое сафари – подал голос ещё один собутыльник – хотя он сущий бедняк и не досыта кушает. Он им отработал авансом, а они, гады такие, его ещё и выгнали. – Как же так?... – недоумевающее спросил Летунов – Хронодыра всячески стремится к честной работе с клиентами! – Сначала он им хронодыркином отработал, таскал мороженую мамонтятину. Много же любителей поохотиться на мамонта в ледниковом Варианте; убьют, сфотографируются, бивни прихватят как трофеи, а остальное бросят. Так хронодыркины и мясо вытаскивают, оно в нашем Варианте в деликатесах, как же, экологически сверхчистое. Вот и нанимают работников, с правом взять часть зарплаты льготным участием в хроносафари. Знакомый-то мой и пошёл на то же самое сафари-41, партизаном. Бегал ТАМ с июня до октября в компании ещё нескольких таких же льготников по немецким тылам, постреливал из «светы» с улучшенной оптикой, собирал трофеи, дороги минировал да в Окна от облав удирал. По его словам, так он не столь по немцам, сколь по полицаям ТАМ работал, а особо был рад, когда им удалось взорвать каких-то прибалтов. Набегаются ТАМ, потом здесь отожрутся, отоспятся, трофеями похвастаются – и снова ТУДА. А на случай встречи ТАМ с окруженцами или особистами у них бумажки такие, что не подкопаются, оформлены на какое-то осоавиахимовское гражданское ополчение, приставленное к выполнению особого задания. Как читали свои бумажки, долго смеялись. Так вот, кто-то из этой компании захотел пошутить, и остальных на шутку надоумил. Отыскали хорошую бумагу, да не обыкновенную, а пластиковую, ещё и с глянцем; и изготовили из неё несколько красиво переплетённых книг, напечатанных специально для этого придуманным шрифтом, не похожим ни на один шрифт в Истории. Около сотни знаков, и они нескольких сотен цветов и оттенков, как будто от цвета зависит суть знака. А их взаиморасположение и связка в слова – по принципу белого шума. Ещё и сработали аккуратно, в перчатках, чтоб не делать отпечатков. И подкинули ТАМ эти книги, и немцам, и советским, как будто потеряли. Долго смеялись, представляя, как хроноаборигены будут чесать чайники – «Что это такое?!...» А как про это узнали в Хронодыре, так чуть в инфаркт не выпали, как же, такая возможность хроноаборигенам сообразить о существовании попаданцев и против них объединиться. И выгнали с сафари всю компанию, и на работу в Хронодыру никого из них больше не возьмут… – Разумеется, не возьмут – сказал Летунов – Вы только представьте, что ТАМ будет, если узнают о нашем существовании, а тем более о нашей циничной сути?!... Кто мы для них?!... Дурное зеркало! Им бы наши возможности, как бы они поступали, уж неужели иначе?!… В какой-то мере иначе, но в принципе так же… Не точно так, но подобно тому… – А в новом году тоже полетаешь, Летунов? – Ну, конечно же! Несомненно! Вот только отойдём от новогодних застолий, и продолжим Игру. На немцев мы налетали, на америкосов налетали, теперь по англичанам поработаем. Над ночным Лондоном, хи-хи-хи-с. Истребители на «Эмилях», которые ТАМ уже почти сняты с вооружения, а нам понравились. Штурмовики на «Штуках» с сиренами, которые ТАМ тоже уже свинчены. И хрычи на «Восемьдесят восьмом». Машины для нас в Хронодыре уже подготовлены, тоже хорошо улучшенные копии хроноаборигенских. И боезапас настоящий, партизанами натасканный. Плохо, что без самонаведения, но по городам приходится работать только таким – чтобы хроноаборигены в осколках не покопались. Так что теперь наша Игра будет ТАМ на три фронта, то над Восточной Европой на советских самолётах, то над Британией на немецких, то над Тихим океаном на японских. А поскольку ТАМ у англичан уже есть радары, представляю, как они зачешут репы, глядя, как цели непонятно откуда появляются и непонятно куда пропадают… За удачу в воздухе – выпьем!… Партизан. Вольный хронострелок Стрелков оказался везучее лётчика Летунова, он Новый Год встречал в компании своих старых знакомых, которых ещё и долгохонько не видел, но смог всех пригласить на новогодний пир с хронотрофеями. Лётчик бы так не смог – какие у него в воздухе трофеи? Только впечатления… Стрелков встретил своих гостей, одетый в хронотрофейную форму немецкого оберста, увешенный множеством орденов и медалей, немецких, советских, даже польских, французских и каких-то голландских. И угостил настоящим хронотрофейным немецким шнапсом из настоящих вермахтовских фляг; французскими винами и коньяками, которыми офицеры вермахта лакомились, пока на попаданцев не нарвались. И закуска была в основном ОТТУДА – советская довоенная тушёнка, немецкие консервы, колбаса и шпик, настоящий немецкий брот, только что малость зачерствевший и потому требующий разогрева на микроволнах, швейцарский шоколад, испанские апельсины, полицайские овощи и фрукты. А самогона полицайского Стрелков не стал тащить сквозь Окно, побрезговал из-за его низкого качества. Вершиной же всего великолепия были несколько банок настоящих советских довоенных крабовых консервов, лично откопанных Стрелковым ТАМ в развалинах разбомбленного немцами советского магазина и сбережённых им для новогоднего пира. Под музыку хронотрофейного патефона гости ахали и охали, наслаждаясь вкусом доставленных ОТТУДА выпивонов и закусонов. Бой курантов встретили с полными бокалами ТАМошнего французского шампанского, дважды трофейного. Когда же выпитое и скушанное достаточно расслабило компанию, началось основное – Стрелков заговорил о своих подвигах. – Человек я, как вы знаете, бедный. Мне, чтобы на средненький ноутбук накопить, два года пришлось сидеть на одном чаю. Потому я заведомо не мог купить у Хронодыры порядочное место в хроносафари. Да и непорядочное тоже, чтобы попасть ТУДА хотя бы вторым номером к пулемёту, нужно выложить как на поездку туристом в современную Германию, включая все побочные на это расходы, на визы там, на загранпаспорта. А мне столько и не снится. Можно было им и отработать, хотя бы авиамехаником на аэродроме или грузчиком на складах хронотрофеев, но не по мне это – вкалывать там нужно, да и время на это тратить, пока не накопится достаточно на льготное участие в хроносафари для постоянного работника Хронодыры. Потому я пошёл другим путём – в вольные стрелки. Так в Хронодыре называют нас, согласившихся участвовать в сафари на условиях, что все трофеи, которые там возьмем и себе не оставим – сдаём Хронодыре по её ценам, то есть почти за бесплатно. Потому то, что на мне надето, как и патефон трофейный, ни продать, ни вам подарить не могу. Только себе оставить или Хронодыре продать. Иначе участия лишат. Приходится голодранцу на такое соглашаться. Вот выпивоном-закусоном угостить смог, это скоропортящееся, Хронодыра допускает. Хотя, то, что коньяк и крабов себе оставить получилось – это мне, честно говоря, повезло. Крабы не тушёнка, коньяк не шнапс! Так вот, с весны готовились, тогдашнее оружие осваивали. Готовили нас куда как плоховатее, чем тех, кто заплатили или отработали. А уж кого в вольные стрелки только не набежало, и просто любители пострелять, как я, и кто поидейнее, и чудики всякие, и даже своевариантники. Вот мы и осваивали кое-как «светы», ППД и прочие РПД. – А кто это такие, «своевариантники» – спросил один из гостей. – А это те, кто хотел бы получить свой Вариант, переселиться ТУДА и ТАМ остаться. Вот они и отправились на хроносафари-41 на предмет трофейного оружия запасти, на своё-то не хватает. – И Хронодыра им такое позволяет?!... – И тебе позволит, и всякому, кто сможет доказать, что устроит гарантированную Развилку, и притом достаточно интересную. Ещё и средств подкинет! Проблема вся в том, что варианты Истории имеют мерзостное свойство тяготеть к совпадению типовых сценариев. Вот, к примеру, откроют Вариант начиная с 1952 года, придушат там втихаря кукурузника, так что, думаешь, этого будет достаточно, чтобы ТАМ Советский Союз навсегда остался в своём позднесталинском варианте, и никаких хрущоб, а только сталинки, и каждое 1 апреля цены снижались?!... Чёрта с два! Дальнейшие события в том Варианте будут не точно такие, но подобны тем, какие были в нашем! Вот и везде так… А даже если и вовсе не так – так всё одно время нужно, чтобы Варианты разошлись, а Развилки хоцца здесь и сейчас… Потому каждому, кто отыщет возможность получить такую Развилку, которая приведёт к совсем не похожей на нашу дальнейшей Истории, и притом достаточно интересной – Хронодыра сама на всё раскошелится. Конечно, при сохранении её монополии на межвариантные перевозки, но это в любом случае ей останется. Многие хотят найти свою Развилку, но мало у кого это получилось… – Магомета убить! – рыкнул пьяный гость. – Давно уже сделано в одном из Вариантов, только что не убили, а выкрали, к нам вывели и нашим исламистам подарили. Ну и с допуском всего в три года появился ТАМ другой пророк, сейчас проповедует религию не точно такую, но подобную той. Только что появился не в Мекке, а сразу в Ясрибе. Типовое схождение вариантов… – А своевариантники что же? – А это которые кандидаты в хроноэмигранты, хронорепатрианты и хроноконкистадоры, собираются совсем ТУДА перебраться и там своими руками много лет творить интересную им Развилку. Тоже метод сомнительный – в Хронодыре считают, что «такие развилки сгорят в огне Кризиса Третьего Поколения». Потому как и без Вариантов в таком кризисе много цивилизаций погибло – и Советский Союз, и государство инков, и в какой-то мере послекрепостническая Российская империя. Вот, предположим, компания таких, как мы с вами, с современным оружием, с танками, вертолётами, с большими запасами топлива и боеприпасов появляется в Европе, в веке этак двенадцатом, и отвоёвывает ТАМ хороший кус земли с замками и крепостными; организует своё государство. Местные с тогдашним оружием супротив нашего ну никак ничего не могут, наши их пиф-паф и в господах. И объявляют наши себя живыми богами, мочат католиков, требуют поклонения своим статуям. А дальше что будет? – То и будет, много поколений сидеть над местными сословием господ, народом живых богов на Земле! – размечтались гости. – Не больше трёх поколений, и то, если повезёт! Потому как их потомки как раз за три поколения станут ТАМ местными, и захотят жить, как все. И станет их государство типичным для своего времени и места. Тоже типовой сценарий Истории. Быть, как все – везде и всегда кратчайшая дорога в Чёрную Бездну. Да ещё может и не повезти, хроноаборигены не дураки и быстро сообразят, что таких богов победить нетрудно – нужно всего лишь стравить их между собой. А уж интриганов везде хватает… Так вот, своевариантники считают, что нашли возможность создать такую Развилку, после которой дальнейшая история того варианта окажется принципиально на нашу непохожа. Слышал я про таких, достаточно идейных, которые большой толпой собрались, много всякой всячины запасли, справочников целую библиотеку, технику на газогенераторы переделали, и даже кораблей по спецзаказу несколько штук. И со всем этим вломились в античный мир, на Пергамскую войну, коммунизм там строить. Вот уже несколько лет строят. Гелиополис у них это называется. А поскольку среди таких хроноэмигрантов много голытьбы вроде меня, которой к тому же Хронодыра не очень-то верит, что у них эта Развилка получится – оружие для своего хроноконкистадорства добывают на сафари. – А хронорепатрианты это кто? – А это те, кто по каким-то временам ностальгирует и хотели бы в них вернуться. И жить там, ничего не изменяя. Некоторым удаётся, особенно как в Застолье Варианты открылись, так туда и побежали. Обменяют в Хронодыре современные деньги на тогдашние, документы выправят и вперёд. Почти точно по сценарию тогдашнего кинофильма «Срок давности», в котором обыкновенный уголовник прожил несколько десятилетий по документам человека, погибшего в автокатастрофе. Примерно так и маскируются. Жаль только, что с такой легендой приходится ТАМ обитать в медвежьих углах, подальше от таких мест, где могут и заинтересоваться. Живут тихохонько, хлещут «Экстру» и слушают анекдоты про Брежнева… Однако, я отвлёкся. Так вот, в аккурат с 22 июня, как Варианты Хронодыра синхронизировала, сафари-41 и началось. Богатенькие Буратины на самолётах ТУДА летают, на танках ездют, а техника эта так сделана, что внешне от местной и не отличить. Самые умелые осназ изображают, группы диверсионные, да куда нам до таких, мы и стреляем-то кое-как, а уж на рукопашную вовсе не способны. Потому – нам только в партизаны. В ночные партизаны… Стандарт там – распределиться по шесть человечков, трое со «светами», и прицелы оптические, один с РПД, второй номер к нему с ППД, и ещё один с ППД и рацией. А рация внешне точно как тогдашняя, на радиолампах, а вообще-то там целый комплекс, и связь, и локация, только нужно уметь включать-переключать и соображать, что там радиолампы насветили. И лёгкая она, куда как легче тамошней. И у всех очки ночного зрения, и техника безопасности сводится к главному – Играть только по ночам, когда мы видим, а местные не видят, а как рассветать начнёт – возвращаться. И стрелять только издалека, с использованием глушителей. Обнаружили – удирай. Так что в основном тем, кто со «светами» стрелять надлежит, а трое остальных на неудачный случай остаются, если не получится пострелять издалека и утечь. В следующем выходе можно и другим из шестёрки быть со «светами». Первый выход хорошо помню. Первый – он и запоминается во-первых. Хронодыра решила перво-наперво проверить, с кого из нас трофеи будут, а с кого и кукиш. Потому сначала устроили нам пир и хорошо накормили, без спиртного; потом открыли нам Окно вечером на краю леса, возле поля, где днём бой был. Сразу десять шестёрок голытьбы вроде меня объединили для первого выхода. Выдали нам хронодыркины гражданскую одежду, как ТАМ, штаны, пиджаки, кирзачи и кепки. Документы тамошние, что мы осоавиахимовцы. Ночные очки, они прежде всего. Каждому ППД с глушителями и по два полных диска, да по две гранаты. И объясняют – ночь в нашем распоряжении, а утром появятся немецкие трофейщики, нужно их опередить. Брать мешки, наполнять их на поле оружием, боеприпасами и прочими трофеями, стаскивать к месту Окна. А оружие нам дано на всякий случай. Берём мешки, а они как тамошние, выходим в Окно, оно за нами закрылось. Один хронодыркин с нами, возле места, где Окно было, с рацией остался, чтобы запрос на Окно послать, ежели что. Выходим мы на поле боя в начале ночи, темно, местным ничего не видно, а нам в очках как днём. Смотрим – за лесом луг, по лугу тянется грунтовая дорога, перпендикулярно ей линия окопов, вокруг неё воронки от снарядов, трупы наших валяются, на краю леса две разбитые сорокапятки. А на лугу трупы немцев, и два бронеавтомобиля ихних ещё дымятся. Видно, что фрицы здесь нарвались на сопротивление, отошли, вызвали артиллерию с миномётами и раздолбали наших издалека, а потом прошли сквозь оборону и дальше рванули. Вот ходим мы по лугу, собираем, что можно, винтовки там валяются наши и немецкие, целые подбираем, повреждённые не трогаем. И не понимаем, почему нас аж шестьдесят выпустили туда, где и шестерых было бы много, там за ночь и один человек бы справился. А как начинаем жмуриков обыскивать, куски разорванных взрывами трупов ворочать, карманы им выворачивать, снимать с них боеприпасы, часы, деньги и прочее, кроме документов и жетонов - некоторые из нас блевать начали с непривычки. С кого-то даже одежду сняли, которая не повреждена и не изношена. От сорокапяток снаряды сволокли, среди немцев нашли два целых пулемёта. Гранат несколько. Кто значки, а тем паче награды нашёл – сразу на себя нацепил, уж это каждый себе оставляет. Кому-то даже пистолет в кобуре достался. Много нас было, быстро мы справились. А как вернулись, как трофеи в Окно затащили – вот тут и началось! Оказывается, хронодыркин с рацией, в которой локация, не просто так сидел, он нас лоцировал, кто блевал, а кто нет. И с возвращением быстренько нас разделили, всем блевунам объявили, что Хронодыра в услугах негодных трофеесборщиков не нуждается, нет им больше хода в Варианты, разве что если разбогатеют и платный вход на хроносафари купят. Хорошо, что я не блевал! Из десяти шестёрок осталась половина. – Жестоко…– вставил гость. – Зато я прошёл такую проверку! – ответил Стрелков и продолжил: – Вот и стали мы похаживать по ночам, подойдём лесом к дороге, а по ней немцы ездят. Сперва они непуганые были, и по ночам ездили. Заляжем, постреляем из «свет» с глушителями, они и валяются, не понимают, кто это их мочит. Ручник и ППД у нас тоже с глушителями, по дальним мишеням из РПД, по ближним из ППД. А потом – если всех перещёлкали, подходим и барахло собираем, а если фрицев много, то уходим сразу, как только у них начинается что-то организовываться. Нам хорошо, мы ночью видим, они – нет. Вот так и насобирали всякой всячины, как-то раз целый грузовик трофеями набили, на просеку вывели и Окно перед его носом открыли. Вот и мундир, что на мне, я добыл по случаю – ехал оберст на «опеле», впереди него мотоцикл, а за ним «ганомаг» с пулемётом. Куда-то ночью его несло. А мы сидели с вечера в лесу у дороги, локатором по окрестностям шарили, не поедет ли кто для нас доступный. Как эти подъехали, мы и начали Игру – один по мотоциклистам, я по «опелю», третий по БТРу. Тишина, немцы ничего не слышат, мотоцикл кувырком, «опель» колесом на обочину. А «Ганомаг» тормознул, там немцы во все стороны смотрят, кричат своё «вас? вас?» наш по ним из ручника диск и выпустил. Они цвирканье пуль услышали, поняли, что по ним из бесшумного оружия лупят, и сразу высыпали из машины. А которые к пулемёту рванули – тех из «светы» наш снял. Из «опеля» выскочил мой мундир, и удирать, в лес, да прямо на меня. Пьяный был оберст. Мне посчастливилось его под козырёк приголубить, чтобы трофей не повредить. А немцы залегли, по сторонам смотрят, нас увидеть пытаются, постреливают наугад. Наш с ППД глушитель снял, со стороны очередь дал, и сразу за дерево, и ползком оттуда. Немцы подумали, что засекли противника, и все туда нацелились, стреляют, а мы их с другой стороны достаём. Гранат не кидаем, хотим технику взять целой, да и далеко для броска гранаты. Всех их втихаря и постреляли издалека. А если бы это днём – они бы нас, как на параде, покрошили. Потом наш подошёл, убедился, что готовы, а кого и добил. Подходим, один на локаторе следит, чтобы не подъехал кто, а остальные трофеи собирают, даже мотоцикл в БТР заволокли. Из нас шестерых только двое транспорт водить умели. Мундир этот я аккуратно снял, как же, такой трофей, что закачаешься. Шкура оберста! Жаль только, что вермахтовского, не эсэсовского. Ещё и «Вальтер» с позолотой взял, только что оружие с хронодырской территории выносить не разрешается, а только кобуру. Собрали барахло, сели, поехали на заранее присмотренную просеку. И в Окно. Представляю, как немцы потом репы чесали – такие чёткие следы, и вдруг прерываются, как будто ножом отрезанные. – А где ж ты не немецкие награды надыбал? – спросил один из гостей. – У немцев и надыбал! – ответил Стрелков – они тоже не прочь сувениров запасти, и находились у них в карманах ордена всех стран, где им довелось повоевать и посчастливилось взять такие трофеи. Вот и выгляжу красиво – в мундире хроноаборигена, увешанном множеством хроноаборигенских цацек! – А если бы там танки были? – Локатором издалека бы засекли и ноги сделали. Против танков мы не Играем. Потому как ПТР конструкции Рукавишникова не для беготни по лесам, а дегтярёвское и симоновское ТАМ ещё не приняли. Оружие же должно соответствовать эпохе… – Вот никак не пойму, почему вы с нашим оружием ТАМ не поиграете? – спросил самый пьяный гость – сразу бы весь вермахт затрофеили. – Потому что Хронодыра больше всего боится, что хроноаборигены узнают о существовании попаданцев и против нас объединятся! – ответил Стрелков – И нам приходится соответствовать, в местное одеваться, местным вооружаться, под местных косить. И на всякий случай, держаться от местных подальше. А то ещё доказывай им, что мы партизаны, и вообще осоавиахимовцы, что у нас своё задание и мешать нам не нужно. А доказать трудновато будет, документы у нас внешне безупречные, только что оформлены на мифические осоавиахимовские подразделения, но если местные особисты нос в них сунут – их может и озадачить вопрос, а существуют ли такие. И внешность у нас – вроде как по лесам бродим, а все чистенькие, бритые, сытые, шампунями пахнем, ещё и причёски у некоторых такие длинные, что хиппари позавидуют. Кто хиппует, тот поймёт; а что подумают хроноаборигены, увидев хиппарей в 41м?!... Так что не высовываемся. А что копии тогдашнего оружия только внешне похожи, а вообще-то с глушителями – так это считается в пределах допуска. Вот бронежилеты тяжеловаты, приходится без них бегать, когда ночью. Всё одно нас не видят, мы видим. Ночные очки тоже внешне под местные сделаны. – А с чего это вдруг местные против вас объединятся начнут, если вы ТАМ только немчуру мочите? – недоумевающее спросил гость – и кто с кем против вас объединится, Сталин с Гитлером, что ли?!... – Вполне возможно и даже очень вероятно, так считают в Хронодыре – ответил Стрелков – Мы не из их Варианта, мы ТАМ всем чужие, со свой хронотехникой и прочими техновывертами мы всем ТАМ опасны. Опасны уже тем, что техника наша куда как серьезнее, а неуловимостью своей – так тем более. Когда-то индейцы НЕ объединились против конкистадоров, как раз наоборот, увидели в них союзников против других индейцев. И все пропали! Так неужели хроноаборигены на этом примере ничему не научились, и не объединятся против хроноконкистадоров и прочих хроноигроков?!... – А вот какое событие во всех твоих хроноиграх было особо Этакое? – спросил ещё один гость. – Было такое – вспомнил Стрелков – Ужо такое, что совсем аттракцион. Так посмеяться редко удаётся. Это был дневной выход ТУДА. Во время золотой осени. Без ночных очков и в бронежилетах. Хронодыркинские разведчики внезапно засекли возможность хапнуть колонну бронетехники, вот и аукнули желающих. Поблизости оказалось две наши партизанские шестёрки, три десятка своевариантников и ещё какие-то. Вот и рискнули поиграть. Окно нам открыли в кусты, проползаем, смотрим – мы на пригорке, осенний лес, внизу грунтовка и на ней немецкая танковая колонна: «тройка», чехословацкий Т-38, две «двойки», «единица», бронеавтомобиль, два «Ганомага», один с пушкой и один с пулемётом, грузовик и мотоциклов пять штук. Техника стоит, а немцы сидят на полянке, вокруг полевой кухни, обедают. И несколько по периметру стоят, вокруг смотрят внимательно, наши к тому времени их уже научили быть всегда начеку. Ночью можно было бы стоять и стрелять, а тут ползти пришлось. На позиции со «светами» выползли, начали угощать. Сначала охранение выбили, и тех, кто с винтовками и тех, кто на пулемётах сидел, одного с БТРа сшибли, второго с мотоцикла. Немчура как заметила, что те упали, так сразу к технике рванула. Уже знают, что их из бесшумного оружия отстреливают и это своё «вас-вас» не орут. Наши из пулемётов по ним на целые диски застрочили, так, что до танков они не добежали. И по дороге как рванут удирать! А на этой дороге уже десяток своевариантников сидит, мы по удирающим не стреляем, даём возможность и тому десятку поиграть. Они каких немцев уложили, а каких и в плен взяли. Подготовка у тех своевариантников кошмарная, рукопашного боя не боятся. Так вот, был среди нас один такой бритоголовый нацик, из тех, которые много рассуждают, что если бы наши воевали похуже – пили бы потом «Баварское». И всё не понимал, почему ему не позволяют за вермахт поиграть, или хотя бы по советским тылам походить, комиссаров пощёлкать. Как стрельба, он в кустах сидел, а как стрельба закончилась и немцы по дороге побежали, прямо на засаду, так опять начал свои речи про истинных арийцев, освобождающих наших предков от комиссарской власти и про то, что мы не за тех играем. А трофеи тем временем грёб не хуже остальных. Собираем мы трофеи, кидаем на БТРы, всё идёт как всегда. Нацик, не прекращая своих речей, насобирал пригоршню Железных Крестов и на свой ватник нацепил, ещё и с дохлого офицера форму снял и в свой мешок сунул. Форма пулями попорчена, никто более её себе не захотел. На локаторе смотрят – никто к нам не едет, никто не летит, всё спокойно, можно не спешить. По дороге подходит десяток своевариантников, несут трофеи, гонют нескольких пленных немцев. Мы у них спрашиваем: «Эти-то вам зачем, к нам, что ли, погоните?» Они отвечают: «У романусов в своём Варианте продадим, на фалернское обменяем» – похоже, они как раз из тех, что в римском времени Развилку приискали и уже ТАМ обосновались, а на сафари только за оружием бегают да за боеприпасами. И вот наш нацик подходит, и, говорильни своей не прекращая, начинает этих самых арийцев обыскивать. А своевариантники ему не мешают, вроде как знают его, или вовсе он ихний. И у одного немца из мешка вытаскивает красное знамя какой-то советской в/ч. Начинает рассуждать, что вот и здесь краснопузые добра не понимают, освободителям сопротивляются, и что комиссарское знамя сейчас ему на портянки пойдёт. Отходит, разворачивает знамя, осматривает его и вроде как собирается и вправду на портянки его разорвать. И вдруг как током нацика дёрнуло, ткнул пальцем в наименование части, что на знамени написано, и побежал к сопровождавшему отряд хронодыркину с вопросом, что это за часть и где она. Тот что-то нацику растолковал, ещё и на карте показал. Смотрим – идёт нацик от хронодыркина аж позеленевший, тянет со спины ППД и на немцев смотрит, как сущий хроноабориген. Ему кто-то цыкнул: «Ты что?», а он как заорёт: «Эти гады моего прадеда убили! А у нас он выжил! И меня теперь ЗДЕСЬ не будет!!!» – и начал строчить по немцам на весь диск. К нему сзади толпой подошли, схватили, ППД отобрали, потащили за руки – за ноги, как муравьи гусеницу, а он всё трясётся как эпилептик, и орёт: «Гады!!!...» И успел всех пленных прострочить! Вот это и называется – нервный срыв. Забыл дурачок, что ТАМ уже другой Вариант пошёл, как только первое Окно открылось. И эти немцы не прадеда его убили, а его хроноанолога. А даже если бы не убили – всё одно его хроноаналог не родился бы. Все присутствующие долго смеялись. И больше я этого нацика на сафари не видел. – Бывает и так… – Ну, мы все недалеко от такого ушли. Отличаемся только тем, что не путаем ЗДЕСЬ и ТАМ. Вот у меня на немецком мундире медаль «20 лет РККА». Несуразица получится, если забыть, что и то, и другое – это прежде всего хронотрофейное. А если не забывать – всё будет прекрасно! А потом мы всю эту колонну загнали в Окно. И я ещё видел, как своевариантники с хронодыркиными эти трофеи распределяли. Узнал, что в античный мир они влезли во время первой Пунической, какому-то ТАМ городу показали пушечную пальбу и осветительные ракеты, перепугали ТАМ местных, захватили город и самым стандартным образом сели над ним сословием господ. Теперь каким-то образом ТАМ интригуют, чтобы война не продолжалась и не заканчивалась, их обе стороны пытаются засоюзить, а они всё что-то ТАМ крутят. И про бронетехнику сороковых говорят, что ненадёжная она и недолговечная; даже если под газогенераторы переделать, всё одно будет от неё мало пользы в античном мире; а им бы лучше запасти пушек на конной тяге и снарядов к ним, то есть к немецким 105миллиметровкам. И пулемёты трофейные себе оставляют. А мне и хроносафари-41 через край хватает. Вот такова моя Игра. Выпьем за успех истинных коллекционеров! – закончил рассказ Стрелков. Собутыльники хором ответили: – Выпьем!!!... Пехотинец. Хронический неудачник Бескудников встречал Новый год в компании своих знакомых, тех самых, которым он в прошлый Новый год хвастался, что собирается в Хронодыру на сафари, да ещё и на очень экстремальную Игру; да так похвалялся, что кто-то в его компании запел: «Десять тысяч и всего один забег остался…». Но то было в прошлый раз… А сейчас Бескудников уже не хвастался, а охал и ахал, плакался друзьям в жилетки, какой он невезучий, как ему всю жизнь не везёт, не повезло и на сафари. И рассказывал: – Так долго и так трудно мы готовились к такой Игре. Собирались мы поиграть по-настоящему, а не как те, которые ТУДА выбегают ненадолго, постреляют из кустов, и – назад, СЮДА, отмываться в горячем душе, отсыпаться на белых простынях, да расхаживать по улицам в хронотрофейной одежде, надевая сразу пехотные штаны, танкистский китель и эсэсовскую фуражку. Мы же, несколько десятков человек, собирались замаскироваться ТАМ под настоящих красноармейцев, вышедших из окружения с оружием и знамёнами. И повоевать в составе РККА по-настоящему! – Вы очень смелые… Слишком смелые… А что такое избыточная смелость?! – спросил один из собутыльников. – Скажи ещё, что это – безрассудство. А я скажу – для избыточной смелости нужно быть или истинным самураем, понимающим, что жизнь тяжелее горы, а смерть легче пёрышка; или безнадёжно нервно-надломленным, разочарованным в жизни, ищущим хоть смерти, но геройской… Нам досталось второе или! Вот мы и готовились. Долго готовились, дольше и упорнее всех остальных! Чтобы на мелочах не погореть. Вы вот знаете, сколько ТАМ стоит буханка хлеба, килограмм колбасы, пучок редиски, банка крабов, бутылка водяры, свежий номер газеты «Правда»?!... А сколько – проезд в трамвае, в автобусе, на поезде?!... А какие ТАМ часто проскакивают слова-паразиты?!... А как издалека отличить военинженера от военврача?!... Вот мы всё это и учили, и много чего ещё. Что бы каждый мог закосить под выходца из какого-то конкретного ТАМ города. Причём города, не деревни, под деревенских мы сыграть не смогли бы тысячепроцентно. Также и оружие ТАМошнее осваивали, трёхлинейки, миномёты и прочие сорокапятки. Кто кем хотел ТАМ поиграть – тот соответствующее оружие и осваивал. Поскольку я техническими талантами не блещу – пришлось пойти в пехтуру, куда мне до миномётчика, а тем паче танкиста. Вот мосинку и осваивал, да попутно ещё пистолет-пулемёты и прочие ТАМошние стрелялки. А трёхлинейка, скажу я вам, технически вроде бы простенькая, но не посложнее ли калаша будет в применении... Неспроста же ТАМ, если был у бойцов выбор, с каким оружием в бой идти, то меткие стрелки и опытные бойцы брали как раз мосинку, а неумелые и не меткие предпочитали ППШ. И это они очень умно! Понимали мы также и то, что при всей нашей подготовке, серьёзной проверки ТАМ мы бы не выдержали. Потому – нам ну никак нельзя привлекать к себе излишнее внимание особистов. А значит – придётся прикидываться только рядовыми бойцами, причём недавно призванными. Кому-то было бы заманчиво повоевать младшим или даже средним командиром, но – на таких должностях мы бы сгорели быстренько… – А что, Хронодыра не могла замаскировать вас если не под майоров, то хотя бы под кубарей?!... Бумажки там, пластические операции… – В принципе могла бы хоть под генералов, якобы вовсе не погинувших в окружении; но вот что мы ТАМ стали бы в таких чинах делать?!... А попадаться нам никак нельзя! Попаданцам можно попадать, но нельзя попадаться… Потому – приходится играть рядовыми. Только вот рода войск могли выбирать, по способностям и желаниям. Да и то не всякий, скажем, рядовой авиамеханик на аэродроме ТАМ уже личность достаточно заметная, чтобы наш мог им прикинуться. Флотские так же. Вот и подготовились косить под самых обыкновенных… Как сафари началось, мы не сразу подключились. Нам нужно было время, чтобы появилась возможность внедрения. Вот сидели и ждали, попутно дотренировываясь на настоящем доставленном ОТТУДА оружии. Только через две недели после начала, когда немчура ТАМ уже продвинулась, стало возможно нам конкретизироваться. Партизаны натаскали кучу обмундирования из оставшихся за фронтом складов РККА, ещё и оружия с полей сражений; впрочем, и со складов тоже. И отследили, где какие окруженцы без вести пропали с оружием и знамёнами, а главное – со списками и архивами, чтобы проверить нас было невозможно. Вот это всё – к нам, мы и распределились. Красноармейские книжки нам Хронодыра сделала как настоящие, абверу до неё далеко. Имена-фамилии почти все оставили свои, чтобы ТАМ случайно не оговориться. Форму нам определили настоящую, со складов, и притом несколько подержанную. Оружие тоже ТАМошнее. Чтобы ничего ОТСЮДА. Единственное, что мы своё прихватили – это наручные часы, сделанные под самые дешёвые ТАМошние; механические, да ещё и исцарапанные, но с микросхемой внутри, на предмет послать Хронодыре аварийный радиосигнал: «Пропадаю, эвакуируйте!». Нужно ещё уметь его послать… И начали мы потихоньку ТУДА выходить. Первыми пошли двое с мосинками и 50мм миномётом, с двумя трофейными немецкими карабинами, да ещё и со знаменем какой-то ТАМ части. Изображая, что они, два бойца, уцелели в боях и прорывах и вышли из окружения с оружием, трофеями и знаменем, да ещё и с ошмётками штабных бумаг, которые им якобы поручил вынести умирающий от ран начштаба. По этим документам, да по серийным номерам оружия, получалось, что бойцы настоящие, не шпионы. Всё у них было подлинное, ОТТУДА доставленное, и форма, и оружие, и штабные документы, и даже красноармейские книжки хотя в Хронодыре были изготовлены, но на ТАМошних бланках, с ТАМошними чернилами и печатями. Так что особисты не придрались, комиссары выдали им благодарность перед строем, и – в ряды, куда ТАМ их направили. Первым и Удача первая, они и сейчас всё ТАМ воюют, живы и назад не просятся. – А что ж им медаль не подкинули, за спасение знамени?!... – Потому что ТАМ сорок первый! Не очень-то щедро тогда было начальство на медали… Как говорили ЗДЕСЬ ветераны: «Кто в сорок первом не воевал – тот войны не видал!». ТАМ точно так же, несмотря на наше влияние. Хотя, если выживут, году к сорок третьему им это геройство могут вспомнить и задним числом наградить… Вторыми, хорошо помню, пошли три застрельщика, каждый со «Светой» с оптическим прицелом. Тоже по всём ТАМошнем, и СВТ несколькими днями ранее ОТТУДА притащенные, успели только пристрелять их и самим к ним привыкнуть, к конкретным экземплярам. Ещё и значки «Ворошиловский стрелок», тоже ТАМошние, нацепили. Этим не так повезло, вышли они к частям РККА вроде как тоже с оружием, знаменем и трофейным «Вальтером», да с цейсовским биноклем; но особист что-то заподозрил, так и сказали: «Вот что-то у вас не так, не пойму, что, но что-то не так. И на шпионов вроде как не похожи, но есть что-то в вас этакое…». Надо полагать, обратил внимание, что все трое на окружающий мир смотрели, не как засланные шпионы и не как добравшиеся до своих окруженцы, а – как зрители в театре на сцену смотрят. Обыскал тщательнейшее, даже сапоги распорол, но – ничего не нашёл. Нечего там у них было находить; разве что хороший часовщик, осмотрев нутро часов, чего-то бы не понял. А вскоре очередной бой, отражение немецкой атаки, все трое показали, как хорошо и метко они стреляют, от них и отвязались. Отобрали только трофеи, «Вальтер» и бинокль, для вида сославшись на то, что рядовым это не положено. Третьими на внедрение сразу две шестёрки пошли в один день. И обоим посчастливилось воспользоваться удачным стечением обстоятельств. Шестеро с мосинками вскоре после выхода якобы случайно набрели ТАМ на трёх раненых НКВДшников, тащивших мешки с документами и вооружённых одними ТТ. Вот и пошли вместе, вытаскивая одного из хроноаборигенов на плащ-палатке, а остальные сами могли идти. НКВДшники были достаточно уставшими и обессиленными, чтобы командовать по-настоящему, нашим удалось подсказать маршрут выхода по лесам, и – благополучно всех вывести. Тоже благодарность перед строем, и – в какую-то ТАМ часть, точно не знаю, но, возможно, что и НКВДшную. И в этот же день второй банде посчастливилось. Готовились они на водителей тягачей и тракторов, причём трое из них могли под солдатиков-новобранцев закосить, а трём остальным по возрасту это было уже невозможно, они собирались пойти как гражданские, командированные спецы по тракторной технике, в войну попавшие, к военным приблудившиеся. Осваивали, между прочим, тягачи «Комсомолец» и «Коминтерн», ещё и трактор «Универсал». Так вот, хронодырские партизаны нашли ТАМ брошенную без топлива в лесу советскую технику, пушечный бронеавтомобиль БА-10 и этот самый «Коминтерн». И вытащили. И все шестеро героев решили на этой технике ТУДА и ехать. На ходу легенду придумали – что они все шестеро гражданские, по лесу от немцев удирали, сначала нашли брошенные винтовки, потом набрели на технику, в развалинах МТС добыли для неё топливо, завели и поехали к своим. А что с башенной пушкой справились – так советский человек умный. И – поехали ТУДА, да очень удачно их выпустили, так, что они своим бронеавтомобилем вскоре после выхода выехали в аккурат на очень удобную позицию, с которой неплохо постреляли по немчуре, ехавшей на двух «Ганомагах»; причём на глазах у прятавшихся в лесу советских окруженцев. Умеет Хронодыра выпускать ко времени и к месту! Вот так они и внедрились, дальше вышли с теми окруженцами. И их после перехода через фронт сразу же призвали в РККА; причём четырёх оставили на том самом броневике, и определили в бронетанковую часть, а двух на тягаче, их в тяжёлую артиллерию. Боги войны! – Броневик тогда не самая лучшая техника, много ли он может ТАМ навоевать… – Да, ему хватит одной авиабомбы или снаряда от немецкой пушки-«колотушки». Но наши попаданцы знали, на что идут, смерти такой не боялись; да и немцы ТАМ не те, что были ЗДЕСЬ, всё-таки прочие игроки своё дело делают, тылы немецкие зорят. Так что есть ещё у них шанс повоевать не пехтурой и не водятелами, а танкистами. Следующей, через два дня, моя банда пошла. Тоже оделись во всё ТАМошнее, взяли ТАМошние трёхлинейки, патроны к ним, гранаты, сухари в сидора положили, бутылки с водой, а один и знамя части туда же, красноармейские книжки по карманам; легенду наскоро повторили, у одного карта на бумажке и в Окно вчетвером. За Окном лес оказался, пошли по карте, быстренько набрели на сбитого советского лётчика, что в том лесу заблудился, сидел у костра. Нас тоже умеючи ТУДА выпустили! Дальше с лётчиком и пошли, на восток; осторожно, чтобы хроноабориген не заметил, поглядывая на карту. Через трое суток вышли к советским, карту втихаря съели, представились – так мол и так, вышли к своим с оружием и знаменем. Нас никто ТАМ ни в чём не заподозрил, тоже благодарность перед строем получили за спасение знамени части. Но в окопы нас не сунули, отправили в тыл на переформирование. И вот тут мы попали уж так попали! Лучше бы уж нас на фронте оставили. А в тылу – то строевая, то хозработы, то рвы копать, то дрова заготавливать. Военные, нахрен. Ещё и мозгоёбство, то бишь политподготовка, на ней мы сидели, мучительно пытаясь не рассмеяться, когда нам комиссары вставляли про интернационал и пролетариат, да про писанину всяких товарищей. А уж когда нам говорили, что это немецкие антифашисты в гитлеровских тылах склады взрывают и технику в болотах топят, становилось вовсе невмоготу от прущего изнутри смеха; уж мы-то знали, кто это в немецких тылах безобразничает. Но наибольший кошмар – подворотнички, будь они неладны, пока подошьёшь, все пальцы исколешь. Форма одежды, чёрт бы её побрал. И кормёжка мерзостная, всё пшёнка да пшёнка, в лучшем случае перловка, ЗДЕСЬ такого даже бичи помойные не употребляют! Единственный луч света в тёмном царстве – огневая подготовка, на ней мы отличались, как же, ещё ЗДЕСЬ долго с мосинкой тренировались. И вот так целый месяц, до конца августа. Между прочим, это наши игроки такое нам подкинули, если бы не это сафари, нас бы так долго в тылу не держали. ЗДЕСЬ переформированных чаще всего побыстрее на фронт кидали, а ТАМ наши ночные герои весьма замедлили немецкий темп, вот советское командование особо не паникует. – И что, много замедлили?!... – Да уж изрядно. Слышал я, например, про артиллеристов, купивших статус богов войны. Вот масштабные Игроки! Вечером сквозь Окно глянут, где немцы, а где подходящая позиция, ночью выкатят ТУДА гаубицы, боекомплект к ним вытащат да по площадям его и выпустят. И – в Окно, отсыпаться, пока хронодырские механики гаубицы техобслуживают. 122-миллиметровые, типа М-30, между прочим, почти все ТАМошние, а боезапас и вовсе весь ТАМошний, с оставшихся за фронтом складов натыренный. Так что хроноаборигены не заподозрят… А у нас – своя Игра намечалась. Под конец переформирования устроили нам марш-бросок с полной выкладкой, по полям и лесам. И во время этого самого марш-броска один из наших попаданцев спалился. И каким паскудным образом! – НКВД его раскусило?!... Или ляпнул анекдот про Вовочку?!... – Если бы анекдот! А то ж один из сослуживцев, хроноабориген паскудный, положил глаз на его часы. Ладно бы уж золотые были, а то ж самые простенькие. Или – ладно бы уж был он хоть маленьким, но начальником, а то ж – такой же рядовой боец. Да ещё и деревенщина сиволапая! Пристал с вопросом: «Часы хорошо идут?!.... Ах отстают… ну, всё одно сымай! … Не хошь?!... А по морде?!...» И – по морде нашему, и часы снял. Нашему – жаловаться некому, если командиру, то тот ещё и невзлюбит, за ябедничество, вместе со всеми встречными-поперечными; да и нельзя нашим попаданцам привлекать внимание к ЭТИМ часам. И без часов оставаться никак нельзя. И тогда нашему пришлось исподтишка колоть того мерзавца штыком, в пузо с проворотом, сдирать с него часы и … дезертировать с оружием. В лес удрал, ЧП в части, остальных погнали его ловить. Допрашивали свидетелей, все сказали, что тот его в морду, из хулиганских побуждений, а этот в ответ штычком в пузо. Местные про часы не то тактично промолчали, не то вовсе не заметили. И мы трое тоже, всё на драку свалили, на хулиганство. – Вот бы не подумал, что и при Сталине была дедовщина…. – Это не дедовщина, это уголовщина. И вообще, не нужно называть уголовщину дедовщиной. Как нам растолковали хронодырские инструктора – это в позднесоветское время, в эпоху двойной морали, был выдуман такой термин, «дедовщина», и на неё стали сваливать то, что надлежало называть уголовщиной; чтобы военных уголовников от уголовной ответственности освободить, и их нерадивых начальников в более мягком свете выставить, мол, это не уголовщина у них в частях, а что-то совсем иное. Так вот, подколотый гадина в медсанбате сдох, а нашего попаданца ловили аж трое суток по лесам, и – не поймали. Он же, как только в лес удрал, сразу же теми часами послал сигнал на эвакуацию, ему ОКНО и открыли. И вся Игра для него закончилась… – А если ваш потеряет часы, что тогда?!... – Пропал он тогда! Придётся ТАМ оставаться всерьёз и надолго. Предусмотрен, вообще-то, и такой вариант, что потерявшие часы пробираются к ТАМошнему хронодырскому «глазу», то бишь резиденту, который в подмосковном хилом совхозе сторожем работает. На старости лет вернулся в эпоху своего детства, в свободное время смотрит, как его хроноаналог маленький бегает. Но вот вопрос – как до него добраться, без денег, без документов, без продовольственных карточек, в тоталитарной воюющей стране?!... Разве что после войны такое получится, если доживут… – И осталось вас трое… – Да, осталось нас трое, потопали мы на фронт, на новгородское направление. Сменили в окопах другую стрелковую часть, приготовились воевать. А кругом болота, окопы мокрые, грязные, вонючие, сидеть в них удовольствие ниже среднего. Немцы в своих окопах в километре, иногда постреливают. Сидим, прикидываем, что будет – отражение немецкого наступления или наоборот, наше наступление на немцев?!... И спросить не у кого. Вот так весь сентябрь с октябрём и сидели, скукотища кошмарная. Только что несколько раз из немецкого тыла по ночам слышны были взрывы, у нас в окопах многие гадали, что это там взрывается, да начальство озабоченное бегало, не наши ли окруженцы пробиваются. Только нам троим всё понятно было – это игроки-партизаны шалят. То склад взорвут, проникнув в него сквозь Окно, то эшелон с боеприпасами, если к себе утянуть не получится. Из-за их подвигов немцам затруднительно подготовиться к наступлениям, вот и сидят в окопах. А РККА в основном на смоленском и киевском направлениях геройствует, а на новгородском только фронт держит. А у нас, окопных сидельцев, оставалась одна мечта – выцелить немца и подстрелить. Так те не дураки, просто так не подставляются, а на неприцельные выстрелы начальство патронов тратить не велело. Тем временем дожди осенние зарядили, в окопах вовсе кошмар начался, все насквозь мокрые, и просушиться негде. А хроноаборигены довольны, что боёв нет и все они живы, они бы так и сидели в грязи до конца войны. Всё-таки народец ТАМ, в отличие от ЗДЕШнего, очень неизбалованный, могут питаться всякой гадостью и жить в переполненных землянках, да ещё и фронт держать. Мы по сравнению с ними – изнеженные сибариты, привыкшие к газовым плитам, горячей ванне и тёплому гальюну… Как ТАМ в ноябре морозы зарядили, и стало в окопах ещё и невыносимо холодно, мы втроём пришли к выводу, что надо нам ОТТУДА сваливать. Иначе сдохнем от некомфортных условий. В бою погибать мы были согласны, всё одно что ЗДЕСЬ, что ТАМ не живём, а гниём; но вот вымерзать в мокрых окопах, как какая-то хроноаборигенская деревенщина, мы не согласны. И решили драпануть после дня Конституции, на который могли нам и доппаёк выдать. Не выдали. Только что в лес за дровами послали. Вот мы на обратном пути сделали вид, что по нужде в кустах засели, да остальным сказали, чтобы шли, а мы догоним. Как хроноаборигены ушли, мы со своих часов запрос Хронодыре, и – в Окно. Аккуратно, чтобы лишних следов на снегу не наделать. Потом нас, надо полагать, ТАМ искали, и даже следов не нашли. Уж не знаю, как нас ТАМ списали – как дезертиров или как взятых в «языки» немецкой разведкой… Вот так наша Игра и не удалась. Даже ни одного немца не убили, а неприцельные выстрелы не в счёт. Даже вот эту бутылку водяры ТАМошней и вот эту немецкую флягу шнапса не я добыл, это мне Хронодыра в утешение выделила. Как же, так не повезло, так кошмарно не повезло… – Зиму бы в окопах отсидели, а летом, глядишь, и вперёд, на Берлин… – Просто так отсиживать мы не собирались. Мы – игроки, не лямкотянутели! Да и не будет ТАМ похода на Берлин в сорок втором, скорее уж современное состояние продолжится. Немцам ТАМ изготовиться к хорошему наступлению наши игроки не дают, а советские как только что-то начнут, так сразу вылезает у них то самое, что бойцы и командиры сорок первого – это далеко не они же сорок четвёртого… не научились ещё воевать! – И что же ты теперь?!... – А теперь я воспользуюсь тем, что Хронодыра передо мной вроде как виновата и потому послабление сделать намерена. Попросился в один из хроноэмигрантских вариантов, семидесятнических, причём чтобы ещё до весны. ТАМ я рядовым бойцом побегал, мне неохота тянуть таковым ещё и ЗДЕСЬ, а весной призовут, если останусь. В Хронодыре, как известно, не любят дезертиров, от срочной службы увильнувших; но я-то на настоящей войне побывал! А то, что мне так кошмарно не повезло – так не я в том виноват. Так что скоро будут мне документы, что я отслужил срочную году этак в семидесятом, и – в ТОТ Вариант, устраиваться в дачном пригороде облцентра, домик с участком покупать, ТАМ это нетрудно. Не получилось повоевать в сороковых – так хоть попьянствую в семидесятых! За избавление от невезучести – выпьем!
  • 35 replies