Текущие вопросы по реорганизации МВД


40 сообщений в этой теме

Опубликовано: (изменено)

В теме обсуждаются вопросы по проектам документов по реорганизации Министерства Внутренних Дел и Государственной Безопасности

Изменено пользователем Гвардии-полковник

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано: (изменено)

Скорее не управления,а отделения.

До отдельного отделения(управления)научно-технической разведки далековато...

Изменено пользователем master1976

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано: (изменено)

3-е отделение также никогда не занималось внешней разведкой

Разведка 3-го отделения

http://fai.org.ru/fo..._40#entry710717

По всей видимости в связи с отсутствием специального ведомства, заграничная агентура 3-го отделения занималась и политической разведкой (как свидетельствует приведенный мною материал).

Изменено пользователем Гвардии-полковник

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано:

Скорее не управления,а отделения.

До отдельного отделения(управления)научно-технической разведки далековато...

1. Высочайшим Указом для упорядочения органов государственного управления установлена следующая иерархия для всех ведомств:

Департамент (в военном ведомстве - Главное управление)

Управление

Отдел

Отделение

(вместо делопроизводств, столов, экспедиций и др. К примеру 3-е отделение СЕИВК обладало вообще статусом, приравненным к министерству и т.д.)

2. Согласен, для научно-техническо разведки управление рановато...

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано:

Надо бы посмотреть аналоги соответствующих служб за рубежом на тот период времени...

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано:

Гвардии-полковник (23 Июль 2013 - 12:41:18) писал: (вместо делопроизводств, столов, экспедиций и др. К примеру 3-е отделение СЕИВК обладало вообще статусом, приравненным к министерству и т.д.) 2. Согласен, для научно-техническо разведки управление рановато... Вообще говорить о научно-технической разведке рановато

Нет,ну скажем,возможно наличие некоторого количества(двух)делопроизводителей.составляющих предположим отчеты на основании газетных публикаций на военно-техническую тематику(из иностранных источников)...Для ГВИУ,ГАУ и пр.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано:

Надо бы посмотреть аналоги соответствующих служб за рубежом на тот период времени...

http://fai.org.ru/forum/index.php/topic/32019-министерство-внутренних-дел-российской-импери/#entry714785

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано:

Добавить в структуру Департамента полиции еще несколько делопроизводств:6-е(справки о благонадежности)7-е(дознание по политич.делам.справочно-регистрационная и учетная работа),8-е(сыск),...А Особый отдел,имея в своей ОШС несколько отделений,как раз и направить в русло разведывательной и контразведыват.деятельности(со всеми подобающими атрибутами,как и было в реале-с перлюстрацией,с шифрами и пр.)

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано: (изменено)

Следственное управление ? Поясните, что это такое и как оно будет соотноситься с институтом судебных следователей. А вообще прожект талантливо содран со структуры НКВД.

И даже генералы ОКЖ появились. Вы уж не стыдитесь, так прямо и вводите "генералов государственной безопасности". Не забудьте фуражки НКВД ввести.

1. По государственным преступлениям ведение следствия возлагается на Департамент Государственной Безопасности и никаких судов присяжных.

2. При создании органов госбезопасности НКВД учитывался опыт третьего отделения, Департамента полиции и Отдельного Корпуса Жандармов.

3. Есть задачи, под них создается структура и в ДГБ МВД РИ и в ГУГБ НКВД (КГБ). Только приоритет задач разный поэтому отличия:

1-е управление не ВР, а распорядительное.

2-е управление не КР, а высшей полиции безопасности (в КГБ 5-е) и др.

4. В МГБ и КГБ светло-синий приборный цвет именно ОКЖ (такие вот исторические аналогии...).

5. Термин "государственная безопасность" введен 14 августа 1881 г. положением «О мерах к охранению государственной безопасности и общественного спокойствия».

Коллега, позвольте я изложу весь проект, а затем рассмотрю Ваши комментарии.

Изменено пользователем Гвардии-полковник

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано: (изменено)

Вы ведь и первые отделы собираетесь ввести, верно? А вообще мне интересно, как вы представляете работу экономического управления. Чем заниматься будут эти аспиды?

1. Не верно.

2. Преступлениями в сфере экономики и финансов (мошеничество в крупных размерах, финансовые махинации, фальшивомонетчики и т.д.)

Изменено пользователем Гвардии-полковник

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано:

Да еще управление наружки.

Филерские летучие отряды...

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано:

Мошенники, сиречь фармазонщики, это клиентура полиции. При чем тут госбезопасность ?

Финансовые махинации ? Это Вы о чем ? Что имеете в виду ?

1. Логично, необходимо продумать. Но фальшивомонетчиками жандармы занимались.

2. Госбезопасность здесь действительно не причем, но не может быть в проекте сразу все правильно...

Вы разницу между управлением наружного наблюдения и филерским отрядом не видите ?

В управлении из 5 отделов наружкой занимается один, как обеспечивающий орган.

На 2-й отдел (Наблюдательный) возложено наблюдение за нелегальными политическими организациями, студенческим, рабочим и крестьянским движением, политическим направлением легальных обществ и тому подобными дозволенными законом учреждениями, земских союзов, городских и сословных учреждений, за учебными заведениями.

В состав отдела входят отделения:

1-е отделение (По наблюдению за политическими партиями)

Не скажете, о каких ЛЕГАЛЬНЫХ политических партиях идет речь ?

Партии относятся к "нелегальным политическим организациям "

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано: (изменено)

С принятием в 1845 году Уложения о наказаниях уголовных и исправительных в уголовном законодательстве появилось определение понятия «преступление». На основании анализа текста данного источника уголовного права, можно сформулировать понятие государственного преступления, под которым понимается умышленное действие или бездействие дееспособного лица или группы лиц, запрещенное уголовным законом под угрозой наказания, имеющее направленность против верховной власти монарха и угрожающее основам государственного строя. По объекту посягательства государственные преступления делятся на 2 группы:

1) деяния против особы императора и членов императорского дома (объектом посягательства которых являются жизнь, здоровье, честь императора и членов императорского дома, положение императора как главы государства, прерогативы неограниченного монарха, заговор, намерение свергнуть государя с престола, изменить образ правления, установленный порядок передачи престола по наследству);

2) бунт, т.е. восстание против государя, и государственная измена, разглашение государственной тайны, воинская измена.

Источник: Рогов С.Л. Государственные преступления в российском законодательстве и правоприменительной практике середины XVII - начала XX веков

Изменено пользователем Гвардии-полковник

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано: (изменено)

Специфика политических преступлений в Российской империи в конце XIX — начале XX вв. и система наказаний за их совершение

Источник: Шебалков С. В. Специфика политических преступлений в Российской империи в конце XIX — начале XX вв. и система наказаний за их совершение [Текст] / С. В. Шебалков // Молодой ученый. — 2013. — №4. — С. 465-469.

Преступления политические или государственные по своему правовому статусу и тому общественному резонансу, который они производят, выделяются в особую категорию преступных деяний. Все составы входящих в эту категорию преступлений объединяет их общая направленность против государственного строя и порядка государственного управления. Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона трактует государственные (политические) преступления как «совокупность преступных деяний, направленных против государства как политического целого. <…>. В более узком смысле государственные преступления обнимают все те преступные деяния, предметом которых являются публичные, государственные права» [9]. Феномен политической преступности — в динамизме и чрезвычайном многообразии ее форм. Этим объясняется то, что в отдельные временные периоды могут значительно активизироваться одни формы политической преступности и стать сравнительно редкими другие. В силу важности объекта, на который они направлены, политические преступления традиционно занимают особое положение и по наказуемости. За их совершение законодательствами различных стран всегда были предусмотрены наиболее тяжкие наказания, включая смертную казнь.

Развитие политической преступности в Российской империи в конце XIX — начале XX вв. происходило на фоне стремительного роста революционного движения, вовлечения все новых слоев населения в борьбу с самодержавием, а также ужесточения карательной политики царизма. Вплоть до начала XX в. главным источником уголовного права в России было принятое еще в 1845 г. «Уложение о наказаниях уголовных и исправительных», пережившее ряд переизданий. В своей структуре оно имело специальный раздел «О преступлениях государственных», который включал в себя следующие составы: преступные деяния против Священной Особы Государя Императора и членов императорского дома, бунт против верховной власти, государственная измена, а также преступления против народного права (деяния, которые ставили под угрозу существующие отношения России с другими государствами). Начиная с 1904 г. на государственные преступления было распространено действие нового «Уголовного Уложения» (высочайше утверждено 22 марта 1903 г.). Новый уголовный закон хоть и не выделял государственные преступления в отдельный раздел, тем не менее, уточнил старые формулировки и пополнил перечень относящихся сюда противоправных деяний. В частности были введены в действие новые статьи о бунте против верховной власти, о государственной измене и о смуте. Бунт против верховной власти подразумевал любое действие, направленное на изменение в России или в какой-либо ее части существующего образа правления, а также на отторжение от нее тех или иных территорий. Понятие смуты охватывало следующие формы преступного деяния: участие в скопище (демонстрации, митинге, забастовке) и запрещенном сообществе (имеющем целью изменить в стране образ правления или совершить преступление против Особы Императора), а также проявление неуважения к действующей власти, публичные призывы к ниспровержению существующего строя и пр. (гл.гл. 3 и 5 Угол. Улож.).

Таким образом, в рамках российского уголовного законодательства конца XIX — начала XX вв. сложилась определенная классификация политических преступлений. Последние были разделены на три группы:

1) посягательства на внутреннее бытие государства (образ правления, порядок наследования престола, государственная целость России);

2) посягательства на внешнее бытие государства;

3) преступления против Особы Государя Императора и членов императорского дома. [4, с. 239–240].

В тексте Уложения первая и третья группы были объединены.

Разумеется, уголовное законодательство не могло охватить всех составов преступной деятельности политического характера, ввиду чрезвычайного многообразия последней. Учитывая тот факт, что государственная измена была довольно редким явлением (это подтверждают и статистические данные), большая часть преступлений политического характера в России рассматриваемого периода, так или иначе, увязывалась с первой и третьей группой вышеприведенной классификации.

Уголовный закон в качестве этапов совершения преступного деяния выделял: 1) умысел на преступление, обнаруженный через что-либо; 2) приготовление к приведению его в действие; 3) покушение на совершение преступления; 4) собственно совершенное преступление [8, с. 9]. В отношении политических преступлений наказанию, как правило, подлежало не только покушение на его совершение, но, нередко, и сам умысел. Особенно жестокими в этом плане выглядят статьи 242 и 243 Уложения о наказаниях, согласно которым виновный в злоумышлении в преступлении против Государя Императора, так или иначе обозначивший устно или письменно свое намерение, наказывался смертной казнью. То же наказание ждало и всех соучастников, а также тех, кто, зная о злом умысле и имея возможность донести об этом правительству, не сделали этого. Таким образом, обнаружение умысла приравнивалось по тяжести наказания к совершенному преступлению. Подобный подход к трактовке умысла на совершение политического преступления существовал и в Уголовном Уложении. Известный российский и советский юрист Н. Н. Полянский пишет: «Страшась всякого рода революционных и даже просто противоправительственных выступлений, авторы Уголовного Уложения включили в него несколько статей, которые должны уловить «внутреннего врага» в тот самый момент, когда его деятельность находится еще на самой границе между обнаружением умысла и приготовлением средств к совершению государственного преступления» [4, с. 254]. Данный тезис хорошо иллюстрирует 4-я часть статьи 102 Уголовного Уложения, согласно которой ссылкою на поселение наказывался подговор на создание сообщества с целью изменить общественный строй России, даже если такое сообщество не было создано. С точки зрения современного права назначение наказания за подобные действия видится абсурдным, ибо никакой опасности для государственной власти подобный подговор содержать не мог.

Еще одной существенной характеристикой уголовного законодательства конца XIX — начала XX вв. в отношении политических преступлений являлась то, что оно косвенно поощряло доносы. В Уголовном Уложении 1903 г. рядом статей (ст.ст. 163, 164) устанавливалось наказание за недонесение о готовящемся преступлении, а также подтверждалась безнаказанность соучастников преступления, донесших о его приготовлении (ст.ст. 51, 127). По словам Н. Н. Полянского «трудно представить себе более грубое противоречие с выработанным веками народным убеждением, формулированным в пословице: «Доносчику первый кнут»» [4, с.295].

Общую картину политической преступности в России в конце XIX — начале XX вв. рисует уголовная статистика. Ее источниками являлись официальные отчеты министерств, выборки из тогдашней прессы, труды отдельных авторов (Е. Н. Тарновского, М. Н. Гернета, С. С. Ушеровича и др.). К сожалению, объем и характер статистических материалов по государственным преступлениям не могут дать исчерпывающую характеристику этого явления общественной жизни. Причин тому несколько. Во-первых, вплоть до начала XX в. статистика по государственным преступлениям практически нигде не публиковалась. Отчетность по преступлениям данного вида, скапливающаяся, преимущественно, в министерстве юстиции, специальной статистической разработке не подвергалась. Во-вторых, дела о преступлениях политического характера находились под юрисдикцией как гражданского судопроизводства, так и военного. Существовала и система внесудебной расправы. Все эти факторы, разумеется, не способствовали созданию единой статистики по политическим преступлениям.

Согласно имеющимся данным, разработанным Е. Н. Тарновским, за период 1901–1903 гг. было привлечено к дознанию за политические преступления 7796 человек. Из них 2247 человек (28,8 %) обвинялись в участии в революционном сообществе. Чуть меньше — 26,8 % (2093 чел.) были повинны в составлении и распространении противоправительственных изданий и участии в демонстрациях. По этим двум статьям обвинения проходило вкупе более половины числа обвиняемых в государственных преступлениях — 55,6 %. Далее, по мере убывания числа обвиняемых: участие в противозаконном сообществе — 19,4 % (1515 чел.); оскорбление Величества — 11,5 % (901 чел.); хранение противоправительственных изданий — 10,8 % (842 чел.); распространение злонамеренных политических слухов — 1,1 % (86 чел); выдача военных тайн, государственная измена — 0,2 % (14 чел.). В делах оставшихся 98 человек (1,4 %) статьи Уложения о наказаниях обозначено не было [5, с. 77].

Если сравнить эти данные с показателями 1906–1912 гг., то получается следующая картина. За 7 лет (1906–1912) число подсудимых по делам политическим составило 35363 человека. Из них было осуждено 25277 человек. Своего пика число осужденных достигло в 1907 и 1908 гг. (5146 и 5894 человек соответственно) [6, с. 39]. На основе анализа ряда показателей Тарновский приходит к выводу, что на протяжении всего 10-летия 1903–1912 гг. число политических преступлений в России неуклонно росло. Главными же статьями обвинения по государственным преступлениям в 1907–1912 гг. оставались бунт против верховной власти и преступления против Священной особы Государя Императора (13290 осужденных) и смута (9437 осужденных) [6, с. 42].

Среди политических преступлений рассматриваемого периода выделяется группа сравнительно малозначительных преступных деяний, таких как хранение противоправительственных изданий, заочные оскорбления Величества и распространение ложных политических слухов. На их долю, тем не менее, приходилось значительное число случаев преступных деяний, предусмотренных двумя вышеуказанными статьями обвинения. Так как опасности для государственной власти такие преступления не представляли, они лишь условно могли быть относимы к политическим. Особенно показательны в этом плане многочисленные случаи заочного оскорбления Величества. Как правило, эти нарушения совершались абсолютно чуждыми политике малограмотными крестьянами, преимущественно в состоянии алкогольного опьянения или по неосторожности, и карались в большинстве случаев арестом (ст.ст. 103 и 106 Угол. Улож.). Из числа 1957 осужденных за преступления против Особы Императора за 1911 год 1203 человека, то есть почти 2/3 (62 %) судились именно по этим двум статьям [6, с. 42].

Серьезную угрозу для общества представлял такой важнейший вид преступной деятельности, как терроризм. Чаще всего террористические акты совершались революционерами против государственных деятелей и высокопоставленных чиновников и имели целью прекращение политической деятельности последних. Так как уголовное законодательство России не предусматривало специальных наказаний за терроризм, уголовная ответственность за террористические акты (если они не были направлены против представителей царствующей династии) поначалу наступала как за преступления против жизни и здоровья частных лиц. Согласно статистическим данным «только за относительно небольшой по историческим меркам период времени, с 1 июня 1881 года по 1 января 1888 года на территории Российской империи департаментом полиции было зарегистрировано 1500 уголовных дел по фактам совершения актов политического терроризма в отношении 3046 человек» [10]. В начале XX века ситуация мало изменилась, лишь наказания за терроризм стали значительно жестче (особенно в связи с деятельностью военных судов). Всего же «с 1901 по 1911 ее боевики совершили 263 теракта, жертвами которых стали 2 министра, 33 генерал-губернатора, губернатора и вице-губернатора, 16 градоначальников, полицмейстеров, прокуроров, 7 генералов и адмиралов» [10]

Нельзя оставить в стороне и вопрос о личности осужденных за преступления политического характера. Согласно статистическим данным Е. Н. Тарновского политическими преступниками чаще всего становились молодые мужчины в возрасте до 30 лет, при этом пик их политической активности приходился на возраст 21–25 лет. В 1884–1890 гг. моложе 30-летнего возраста было 77,4 % привлеченных к дознанию за политические преступления (из них в возрасте 21–25 лет — 35,4 %), а среди осужденных по политическим делам в 1901–1903 гг. — 75,6 % (из них 21–25 летних было 32 %) [6, с.55]. В 1906–1912 гг. ситуация несколько изменилось: снизился процент осужденных в возрасте до 30 лет за счет увеличения процента в более старших возрастных группах. По словам Е. Н. Тарновского это стало возможным в результате общей демократизации политического движения и активного включения в политическую борьбу рабочих и крестьян [6, с 56–57]. Эта тенденция к демократизации хорошо иллюстрируется цифрами, характеризующими образовательный уровень политических преступников. Если получивших высшее образование в 1884–1890 гг. было 34,2 %, в 1901–1903 гг. их стало уже 11,5 %, а в 1906–1911 гг. их осталось только 1,9 %. Получивших среднее образование было в 1884–1890 гг. 33,2 %, в 1901–1903 гг. — 14,3 %, а в 1906–1911 гг. — только 7,6 %. Все это происходило на фоне увеличения процента грамотных (с 25,7 % до 76,2 %) и неграмотных (с 6,9 % до 14,3 %) [6, с.60]

Весьма интересен и классовый состав политических преступников. Традиционно среди них высоким был процент представителей дворянского сословия, однако он имел устойчивую тенденцию к снижению. Если в 1884–1890 гг. доля дворян и детей чиновников среди политических преступников составляла 30,6 %, духовенства — 6,4 %, купечества и почетного гражданства — 12,1 % (всего лиц привилегированных сословий 49,1 %), то в начале XX в. процент дворян среди осужденных за политические дела составил всего 10,7 %, а доля представителей привилегированных сословий сократилась до 16,4 %. Основную же группу составляли мещане (43,9 %) и сельские сословия (37 %), в то время как в 1884–1890 гг. эти группы вкупе давали всего 46,6 % [6, с.56–57]. Столь сильное сокращение числа дворян среди политических преступников, по словам С. С. Остроумова, стало следствием массового перехода либеральной интеллигенции на сторону реакции в годы первой русской революции. [2, c.272–273].

Система наказаний за политические преступления, в зависимости от тяжести совершенного преступного деяния, включала в себя широкий арсенал карательных мер. Так по Уголовному Уложению 1903 г. смертная казнь через повешение полагалась за наиболее тяжкие преступления, среди которых — покушение на жизнь императора или члена императорской семьи, бунт против верховной власти, некоторые виды государственной измены. Следующими по тяжести видами уголовного наказания после смертной казни были ссылка на каторжные работы, назначаемая или без срока, или на срок от 4 до 15 лет, и ссылка на поселение, назначаемая бессрочно. Наиболее употребительными были другие формы наказания: заключение в исправительном доме (от 1 года и 6 месяцев до 6 лет), крепости (от 2 недель до 6 лет) и тюрьме (от 2 недель до 1 года). За наименее важные преступные деяния полагался арест (от 1 дня до 6 месяцев). Важнейшим дополнением к основному наказанию было лишение прав состояния. Оно ставилось в зависимость от рода главного наказания и влекло за собой потерю дворянства, духовного сана, а также всех прав и преимуществ, принадлежавших каждому сословию в особенности. Лишению прав состояния подлежали политические преступники, присужденные к смертной казни, каторге или ссылке на поселение, а также к заключению в исправительном доме. Кроме того, приговор к наказаниям первых трех степеней тяжести автоматически означал для осужденного потерю имущественных, политических, наследственных и семейных прав (ст.ст. 29–30 Угол. Улож.). Чрезмерная жесткость этих пунктов закона, ведущих к гражданской смерти осужденного, не раз становились предметом дискуссии в юридических и общественно-политических кругах. Н. Н. Полянский писал по этому поводу: «Ограничение прав есть выражение общественного недоверия; политические преступления — плод идейного увлечения, иногда, может быть, легкомысленного, но большею частью чистого и бескорыстного, а где основания лишать этого доверия лицо, ставшее жертвой заблуждения, увлечения, предрассудков? Не внесет ли подобное положение разлад между законом и действительной жизнью?» [4, с. 252].

С Н. Н. Полянским нельзя не согласиться в оценке мотивов к совершению политических преступлений. Согласно распространенному в современной ученой среде мнению, такие преступления могут совершаться по глубокому убеждению, в силу корыстных побуждений либо же случайно [1, с. 125–128.]. В рассматриваемый период времени, на наш взгляд, преобладали преступления, совершенные по убеждению. Сложность многих составов преступных деяний политического характера требовала наличия у преступника определенной нравственно-психологической готовности, которую имел, разумеется, не каждый. Действительно, трудно представить себе, например, революционера-террориста, которым двигали бы иные мотивы, чем беззаветная преданность делу революции. В то же время в рассматриваемый период была широко распространена группа «случайных преступников», которых профессор С. В. Дьяков относят к «ситуативному» преступному типу [1, с. 128.]. К числу преступлений, подходящих под данный тип, вероятно, могут быть отнесены такие преступления, которые не требуют от совершившего их особых знаний, качеств характера, идеалов и убеждений. Это вполне могло быть хранение запрещенной литературы или недонесение о готовящемся государственном преступлении. Корыстные побуждения в качестве мотива к совершению государственного преступления, пожалуй, наименее всего были представлены в рассматриваемое время. Ведь тем и отличается политический преступник от уголовного, что он, как правило, бескорыстен и обычно не скрывает своих намерений совершить задуманное преступление.

А вот как различные виды наказания соотносились между собой в числовом виде. По данным Е. Н. Тарновского за период 1906–1912 гг. в судебном порядке было приговорено: к ссылке в каторжные работы — 1138 человек, к ссылке на поселение — 2347 человек, к заключению в исправительном доме — 463 человека, к заключению в крепости — 8752 человека, к заключению в тюрьме — 1774 человека, к аресту — 10312 человек (а также к другим наказаниям — 242 человека, несовершеннолетних — 259 человек). Всего было осуждено 25277 человек [6, с.44]. Как можно убедиться, наиболее частым видом наказания по судебным установлениям был арест (к нему привлекалось примерно 40 % осужденных). Следующим по частоте применения видом наказания было заключение в крепости — 35 % осужденных. Вкупе эти два вида наказания давали 75 % общего числа осужденных.

Как известно, после вступления в силу Положения о мерах к охранению государственного порядка и общественного спокойствия от 14 августа 1881 года, в местностях, находящихся на усиленной охране, на политические преступления была распространена деятельность военных судов. Как пишет С. С. Остроумов, «назначение этих судов заключалось в беспощадной борьбе с «крамолой» путем «упрощения» следствия и суда, в усилении наказания до смертной казни» [2, с. 270]. Тот же автор приводит выборку из статистических данных по количеству осужденных на смертную казнь военно-окружными судами в 1901–1912 гг. Согласно этим данным за этот период было осуждено 3360 человек, из которых 3063 человека были лицами гражданскими [2, с. 283]. Закон 14 августа 1881 г. изначально принимался как временная мера, однако действовал до февраля 1917 г. Объявление тех или иных местностей на исключительном положении способствовало распространению системы внесудебной расправы. По словам С. С. Остроумова, многочисленные карательные экспедиции, направляемые на подавление сколько-нибудь серьезных актов общественного возмущения, действовали в соответствии с лозунгом «патронов не жалеть» [2, с.281]. Их жертвами зачастую становились весьма далекие от политики люди. Обычной мерой стала также высылка в административном порядке под гласный или негласный надзор всех тех, кого подозревали в политической неблагонадежности. «Так по данным министерства внутренних дел, за период 1892–1898 гг. было сослано в Сибирь 227099 чел., из них по суду только 49222 чел., или 21,7 %. Следовательно, почти 8/10 всех сосланных этапировались в Сибирь царским правительством без вынесения судебных приговоров…» [2, с. 270].

С 1905 г. смертная казнь за государственные преступления находит в России все более широкое применение. Во многом это связано с деятельностью военно-полевых судов. «Положение Совета министров о военно-полевых судах» было принято 19 августа 1906 г. и действовало до 20 апреля 1907. Военно-полевые суды подразумевали ускоренное судопроизводство по делам о гражданских лицах и военнослужащих, которые обвинялись в таких тяжких преступлениях (разбой, грабеж, нападение на должностных лиц и пр.) когда за очевидностью преступления нет необходимости в дополнительном расследовании. Естественно, что в качестве главной, если не единственной меры наказания рассматривалась смертная казнь. За 8 месяцев работы военно-полевой юстиции, согласно данным, приводимым Н. Н. Полянским в книге «Эпопея военно-полевых судов» (1934), «к смертной казни военно-полевыми судами было приговорено 1102 человека, к другим наказаниям — 145, а именно: к срочной каторге — 65, к бессрочной каторге — 62, к ссылке на поселение — 7, к исправительным арестантским отделениям — 11. Оправдан был 71 человек. Кроме того, было предано военно-полевому суду еще 72 человека, приговоры о которых остались неизвестными» [3, с. 74–75].

Политические преступления были неотъемлемой частью общественной жизни Российской империи. Получить статус политического преступника мог практически каждый человек, и для этого вовсе не обязательно было совершать покушения на царя и первых сановников империи. Любое критическое замечание в отношении действующей власти могло превратиться в уголовно наказуемое преступление. Характерно, что наказанию подлежало также недоносительство по поводу готовящегося государственного преступления. Наказания за политические преступления традиционно отличались особой жесткостью, особенно это касается приговоров военных судов. В то же время политические преступники, покушаясь на интересы правящей элиты, часто вызывали сочувствие у значительной части населения, ибо в них видели жертв несправедливости политического режима, а не людей, преступивших закон.

Литература:

1. Дьяков, С. В. Государственные преступления против основ конституционного строя и безопасности государства и государственная преступность / С. В. Дьяков. — М.: НОРМА, 1999. — 320 с.

2. Остроумов, С. С. Очерки по истории уголовной статистики дореволюционной России / С. С. Остроумов. — М., 1961. — 304 с.

3. Полянский, Н. Н. Эпопея военно-полевых судов 1906–1907 гг. / Н. Н. Полянский. — М.: Издательство всесоюзного общества политкаторжан и ссыльнопоселенцев, 1934. — 112 с.

4. Полянский, Н. Н. Государственные преступления по Уголовному Уложению / Н. Н. Полянский // Русское уголовное законодательство о стачках и другие статьи по уголовному праву. — М.: В. И. Знаменский и К., 1912. — С. 239–300.

5. Тарновский, Е. Н. Статистические сведения о лицах, обвиняющихся в преступлениях государственных / Е. Н. Тарновский // Журнал министерства юстиции. — 1906. — № 4. — С. 50–99.

6. Тарновский, Е. Н. Статистические сведения об осужденных за государственные преступления в 1905–1912 гг. / Е. Н. Тарновский // Журнал министерства юстиции. — 1915. — № 10. — С. 37–69.

7. Уголовное уложение. Высочайше утвержденное 22 марта 1903 г. — Изд. Н. С. Таганцева. — СПб, 1904. — 1127 с.

8. Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1885 г. — Изд. Н. С. Таганцева. — СПб, 1901. — 926 с.

9. Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона [Электронный ресурс] / Под ред. И. Е. Андреевского.

10. Бусыгина, И.М., Захаров, А. А. Общественно-политический лексикон [Электронный ресурс] / И. М. Бусыгина. — Электрон. текстовые дан. — М.: МГИМО — Университет, 2009. — 276 с.

Изменено пользователем Гвардии-полковник

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано: (изменено)

5. Термин "государственная безопасность" введен 14 августа 1881 г. положением «О мерах к охранению государственной безопасности и общественного спокойствия».

Коллега, позвольте я изложу весь проект, а затем рассмотрю Ваши комментарии.

Ну зачем же Вы снова вводите общественность в заблуждение ? Положение от 14 августа 1881 года называлось - «Положение о мерах к охране­нию го­сударственного порядка и об­щест­венного спокойствия». Ни слова про государственную безопасность.

Да, верно, именно государственного порядка. Ошибка в названии документа допущена в разделе: История МВД на официальном сайте полиции.

Значит необходимо ввести этот термин для сферы деятельности высшей полиции безопасности.

"...Высшей полицией безопасности называют ту, которая имеет целью отвращение и прекращение опасностей, исходящих от совокупности многих лиц и угрожающих многим..."

"... Некоторые писатели высшей полицией безопасности считают только ту, которая охраняет основы публичного правопорядка..."

Источник: Полиция // Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона. – С.-Пб.: Брокгауз-Ефрон. 1890-1907.

Изменено пользователем Гвардии-полковник

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано: (изменено)

Поведайте, чем будет заниматься 1-й следственный отдел в то время, когда не будет никаких дел по преступлениях против особы Императора и членов Императорского дома. И что такое надзорный отдел ...

Первое.

1-й отдел (следственный по делам о преступлениях против особы Императора и членов Императорского дома).

На 1-й отдел возложено следствие по делам о преступлениях против особы Императора и членов Императорского дома: деяния, объектом посягательства которых являются жизнь, здоровье, честь Императора и членов Императорского дома, положение Императора как главы государства и монарха, заговор, намерение свергнуть Государя с престола, изменить образ правления или установленный порядок передачи престола по наследству.

Для примера приведена статистика более позднего периода.

"...Согласно имеющимся данным, разработанным Е. Н. Тарновским, за период 1901–1903 гг. было привлечено к дознанию за политические преступления... оскорбление Величества — 11,5 % (901 чел.); ...

Главными же статьями обвинения по государственным преступлениям в 1907–1912 гг. оставались бунт против верховной власти и преступления против Священной особы Государя Императора (13290 осужденных) ..."

Таким образом, в период 1901-1903 гг. в год до 300 дел, в период 1907-1912 гг. в год 2215 дел. При более развитой системе наблюдения государственных преступлений первой группы может быть вскрыто на порядок больше. То есть отдел без работы не останется.

Кроме того, в зависимости от количества дел осуществляется перераспределение следственного состава между отделами и отделениями:

"...Распределение следственного состава начальником управления по отделам, начальниками отделов по отделениям осуществляется исходя из статистических данных о количестве дел по видам деяний."

Второе.

"5-й отдел (надзорный).

На 5-й отдел возложен надзор за ходом политических дознаний в окружных управлениях и губернских отделах государственной безопасности."

Изменено пользователем Гвардии-полковник

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано: (изменено)

Предварительное следствие

"...Судебное исследование преступления распадается на два отдела: подготовительный и окончательный. Подготовительное исследование имеет целью уяснить событие преступления, наметить его вероятных виновников, сохранить доказательства для судебного С., обеспечить явку в суд обвиняемых и, таким образом, определить направление и границы окончательного разбирательства (судебного С.). Подготовительное исследование можно разделить на дознание (см.) и предварительное С. Последнее начинается с того момента, когда дознанием добыты сведения о совершившемся преступлении, достаточные для начатия судебного преследования, и заканчивается, когда собраны доказательства, дающие основание для предания суду (см.) лиц, подозреваемых в совершении преступления, или когда дело должно быть направлено к прекращению. Предварительное С. поручается органам судебной власти (см. Следователь судебный); кроме них в С. участвуют в пределах, указанных законом, чины прокуратуры, частные обвинители, потерпевшие, полицейские и административные чины. В старом розыскном процессе предварительное С. делилось на общее (inquisitio generalis) — исследование события преступления и розыск его совершителя, — и специальное (inquisitio specialis) — направленное против определенного лица и имевшее целью установить его виновность или невиновность; последнее предполагало наличность серьезных подозрений. В настоящее время это деление утратило свое значение. Предварительное С. производится лишь по более тяжким преступлениям; в России оно обязательно производится по преступлениям, наказание за которые соединено с ограничением или лишением прав.

Предварительное следствие. в России по судебным уставам (ст. 249—509 Устава угол. судопроизводства) до сих пор сохранило в значительной степени характер инквизиционного, розыскного исследования, без допущения защиты и гласности производства хотя бы в пределах, принятых в Австрии, Германии и Франции. Органами, производящими предварительное С., являются судебные следователи (см. Следователь судебный). Следователь подлежит отводу (см.) на равных основаниях с судьями; он обязан сам устранить себя от производства С. при наличности известной ему законной причины к отводу. Наблюдение за производством С. принадлежит прокуратуре. Пререкания между чинами прокуратуры и следователем разрешаются окружным судом. Прокурор имеет право присутствовать при следственных действиях и просматривать подлинное производство; судебный следователь обязан выполнять все его законные требования по собиранию доказательств и выяснению преступления. От прокурора зависит принятие менее строгих мер пресечения, чем предположенные следователем. Оконченное следственное производство представляется прокурору, который, признав материал неполным, может потребовать дополнительного С. (доследования). Фактически влияние прокуратуры еще больше предполагаемого законом, так как судебные следователи находятся в некоторой зависимости от аттестации прокуроров; больше всего эта зависимость чувствуется исполняющими должность следователя. Значительными правами на предварительном С. пользуются потерпевшие от преступления, принесшие жалобу. Они могут представлять своих свидетелей и вообще доказательства по делу, присутствовать при всех следственных действиях, предлагать вопросы участвующим в процессе, просить об обеспечении гражданского иска. Участие полиции в предварительном С. ограничивается собиранием сведений по поручению следователя, который имеет право проверять и дополнять все действия полиции, совершенные ею при производстве дознания. Полицейские чины за упущения по исполнению поручений подлежат ответственности: прокурор имеет право сделать им предостережение, а по постановлению окружного суда виновные подлежат выговору или привлечению к ответственности по суду через их начальство.

Предварительное С. может быть начато только при наличности законного повода и достаточного основания. Законными поводами признаются объявления и жалобы частных лиц, сообщения полицейских и других административных учреждений, предложения прокурорского надзора, явка с повинною и, наконец, собственное усмотрение следователя, если он застигнет совершающееся или только что совершившееся преступление. Начатие С. по частной жалобе обязательно; об оставлении без последствий сообщений административных учреждений следователь обязан уведомить прокурора, который при согласии с мнением следователя уведомляет о том подлежащее учреждение; точно так же соообщается прокурору и об оставлении без последствий явки с повинною. Производство С. состоит в собирании следователем доказательств по делу. С. должно продолжаться до тех пор, пока не будет собран весь материал, выясняющий степень основательности подозрений против данного лица. Следователь уполномочен принимать все дозволенные законом меры для изыскания истины; его законные требования должны исполняться без замедления должностными и частными лицами. Предполагая, что следователь действует как судья, а не обвинитель, закон возлагает на него обязанность собирать доказательства беспристрастно как против обвиняемого, так и в его пользу. На практике выполнение этого требования затруднительно, особенно ввиду отношений следователя к прокурору; очень часто С. дает односторонний обвинительный материал, доброкачественность которого оказывается сомнительной при проверке на суде. Соединение в лице следователя обязанностей судьи и обвинителя, отсутствие состязательности и гласности — главные источники недостатков нашего следственного производства. Следователь приступает к производству С. по преступлениям, совершенным или обнаруженным в его участке или в случае пребывания в нем подозреваемого; производить необходимые следственные действия он может и в других участках. На обязанности следователя лежит выяснение не только вероятности обвинения против данного лица, но вообще производство всех возможных и необходимых следственных действий, хотя бы предполагаемый виновник преступления скрылся или у следователя не было бы никаких указаний на виновника. В целях разыскания истины следователь имеет право и обязанность производить осмотры, освидетельствования, обыски и выемки (см. соотв. слова), приглашать для этого сведущих людей (см.), собирать вещественные доказательства (см.), охранять их для представления в суд по возможности в том виде, в каком они находились во время совершения преступления (предметы, подлежащие химическому или микроскопическому исследованию, должны быть уложены врачом или фармацевтом; предметы, не нужные для судебного производства, возвращаются под расписку их владельцам); наконец, следователь допрашивает свидетелей (см.), производит дознание через окольных людей (см.), допрашивает обвиняемого. Если последний находится на свободе, то вызывается повесткой; не явившийся без законных оснований (лишение свободы, прекращение сообщений, внезапное разорение, смерть или тяжкая болезнь вызываемого, его родителей, мужа, жены, детей, несвоевременное получение повестки) подвергается приводу, который допускается и без предварительного вызова при обвинении в преступлениях, наказание за которые связано с лишением или ограничением прав, а также при укрывательстве призываемого или неимении им определенного места жительства. Явка к следствию одинаково обязательна для лиц всех званий и состояний. Допрос обвиняемого должен происходить не позже 24 час. после явки или привода; при отсутствии следователя после этого срока, полиция обязана сообщить подозреваемому о причинах его задержания. При сомнении в нормальном умственном состоянии обвиняемого необходимо исследовать при помощи врача его умственные способности; в таком случае следственное производство через прокурора вносится в окружный суд, который и свидетельствует обвиняемого. Если обвиняемый несовершеннолетний (до 17 лет), следователь должен расследовать обстоятельства, по которым можно судить об его умственной и нравственной зрелости (для разрешения вопроса о разумении), и передать этот материал через прокурора в суд для окончательного решения о прекращении или продолжении уголовного преследования. Следователь принимает меры пресечения обвиняемому способов уклоняться от суда и С., состоящие в отобрании вида на жительство или отобрании подписки о невыезде, в отдаче под надзор полиции или на поруки, во взятии залога, в домашнем аресте; самая строгая мера — предварительное заключение (см. Пресечение способов уклоняться от следствия и суда). Предварительное С., как построенное на следственном начале, заимствовало от розыскного процесса письменность производства. Каждое важное следственное действие должно быть протоколировано и только при этом условии может получить значение судебного доказательства. Протокол должен быть подписан всеми лицами, которых он касается; причины неисполнения этого требования должны быть в нем отмечены. Кроме протоколов по различным действиям, следователь составляет постановления, объясняющие ход следствия или заключающие в себе распоряжения следователя. Обвиняемый имеет право получать копии с протоколов и постановлений бесплатно, частный обвинитель или гражданский истец — за определенное вознаграждение. Не давая обвиняемому прав стороны на предварительном С., устав уголов. судопроизводства тем не менее доставляет ему возможность, хотя и не всегда легкоосуществимую, охранять свои интересы во время производства следственных действий путем обжалования последних. Главным образом это право имеет значение для лиц, остающихся на свободе и могущих пользоваться, частным образом, юридической помощью. Лица, подвергнутые предварительному заключению, находятся в этом отношении в более тяжелых условиях. Жалобы подаются в окружный суд через следователя и могут быть как письменные, так и словесные (последние вносятся в протокол). Подача жалобы не приостанавливает С. Рассматривается жалоба судом в первый присутственный день после ее получения, в распорядительном заседании. Жалобщик может представить свои объяснения; определение суда постановляется по выслушании заключения прокурора, вносится в протокол, объявляется жалобщику и немедленно приводится в исполнение. Определение окружного суда может быть обжаловано в судебную палату. Если палата является судом первой инстанции, жалоба приносится в уголовный кассационный департамент сената.

Заключение С. — т. е. окончание С. и признание собранных данных достаточными для осуществления задач предварительного С. — зависит от следователя. Следователь должен предъявить законченное, по его мнению, производство обвиняемому и в случае указания им на новые обстоятельства проверить их, после чего он объявляет об окончании следствия участвующим в деле лицам и пересылает его прокурору, который, как выше сказано, может возвратить его для доследования. Прекращение С. является результатом признания недостаточности оснований для привлечения к ответственности данного лица или отсутствия состава преступления в деянии, вызвавшем С. Кроме того, следствие прекращается в случае смерти обвиняемого, в силу истечения давностного срока, по всемилостивейшему манифесту и при примирении обвиняемого с потерпевшим в случаях, предусмотренных законом (ст. 16 Уст. угол. суд.). Следователь должен в таких случаях испросить через прокурора разрешение окружного суда на прекращение С. Постановления окружного суда о прекращении дела при несогласии суда с мнением прокурора представляются в судебную палату. В судебную же палату может быть обжаловано это постановление в течение месяца потерпевшими (ст. 5282 Уст. угол. суд.). Судебная палата имеет право рассматривать вопрос о правильности прекращения С. и независимо от наличности жалобы (ст. 5291 Уст. угол. суд.). Прекращенное С. может быть возобновлено, если: 1) откроются новые обстоятельства, не известные раньше следователю, 2) будет принесена в законном порядке жалоба, по отсутствию которой было прекращено С., 3) будут разрешены подлежащим установлением преюдициальные вопросы (см. Преюдициальность), неразрешение которых вызвало прекращение С. ст. 542 Уст. угол. суд.). Все эти основания имеют значение при одном общем условии — чтобы со времени прекращения С. не истек давностный срок, погашающий данное преступление (ст. 24 Уст. угол. суд.). Приостановка С. бывает в тех случаях, когда следователь временно не имеет возможности собрать нужные доказательства, но не считает возможным признать С. оконченным и представить его к прекращению; равным образом С. приостанавливается при необходимости предварительного разрешения преюдициальных вопросов. Особые порядки производства предварительного С. существуют для военнослужащих, которые подлежат действию военных законов; кроме того, делаются отступления от общего порядка в связи с характером преступлений и с положением обвиняемых. По преступлениям религиозного характера (ст. 1006—1007 Уст. угол. суд.) предварительное С. по делам о совращении из православия или об отступлении от христианской веры начинается только по требованию духовного начальства (кроме дел о последователях сект, в которых допускаются противонравственные действия и изуверства). При производстве С. о духовных лицах уведомляется их начальство, которое имеет право сообщать следователю сведения по делу (ст. 1020 Уст. угол. С.). По государственным преступлениям С. ведется членом судебной палаты, назначенным высочайшею властью на год, в присутствии прокурора судебной палаты. Член палаты имеет право производить выемку почтовой корреспонденции, не испрашивая на то разрешения суда. Жалобы на следственные действия подаются, смотря по подсудности дела, в судебную палату или в особое присутствие сената (1037, 1042, 10431 Уст. угол. суд.). По должностным преступлениям С. производится ведомством, в котором служит обвиняемый (куда и предъявляется обвинение), за исключением следующих случаев: 1) когда в преступлении участвовали лица, не состоящие на службе, 2) когда к обвиняемому предъявлен гражданский иск и 3) когда преступление, служащее предметом С., влечет за собою наказание, соединенное с лишением прав. С. по обвинению губернаторов возлагается на члена судебной палаты. Начальству предоставляется командировать к С. чиновника для сообщения относящихся к делу сведений. Оконченное С. представляется прокурором на заключение начальства. Возникающие на этой почве пререкания разрешаются окончательно сенатом. При С. по нарушению уставов казенных учреждений могут присутствовать в качестве поверенных подчиненные этим учреждениям чиновники или уполномоченные ими частные лица (ст. 1157 Уст. угол. суд.).

Литература (кроме учебников уголовного процесса): Квачевский, "Об уголовном преследовании, дознании и предварительном исследовании преступлений"; Макалинский, "Практическое руководство для судебных следователей" (изд. 4-ое); Соколов, "Практическое руководство для судебных следователей""; Палаузов, "Предварительное следствие"; Гросс, "Руководство для судебных следователей"; Delpech, "La proc?dure en cour d'assises"; К. Арсеньев, "Предание суду и дальнейший ход уголовного дела до начала судебного С."; его же, "Судебное следствие"; Даневский, "Прочтение показаний подсудимого, свидетелей и других документов" ("Журн. Мин. юст.", 1897).

А. Тимофеев.

Источник: Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона. — С.-Пб.: Брокгауз-Ефрон. 1890—1907.

Изменено пользователем Гвардии-полковник

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано: (изменено)

Первое. Вы видите разницу между дознанием и предварительным следствием?

Взгляды 1890-х годов на дознание и предварительное следствие представлены в предидущем сообщении.

На их основании ведение розыска и дознания по государственным преступлениям возлагается на 7-е управление (Розыскное), а предварительное следствие – на 10-е управление (Следственное).

Второе. Поясните, как Вы понимаете надзор за ходом политических дознаний в окружных управлениях и губернских отделах государственной безопасности.

Задача по надзору за ходом политических дознаний в губернских жандармских управлениях была возложена на Департамент полиции в 1883 году:

«…Четвертое делопроизводство – организует работу Особого совещания при Министре внутренних дел и контролирует проведение дознаний по делам о государственных преступлениях.

Пятое делопроизводство – наблюдает за исполнением «состоящихся решений по делам о государственных преступлениях». В нем имеется справочный стол со списками и фотографиями лиц, «обративших на себя внимание правительства»

Источник: История МВД

В современной терминологии надзор «за ходом политических дознаний» включает:

1) обеспечения на досудебных стадиях уголовного судопроизводства реализации основного его назначения;

2) точного исполнения закона, устанавливающего порядок разрешения заявлений и сообщений о совершенных и готовящихся преступлениях;

3) выполнение оперативно-розыскных мероприятий в порядке и по основаниям, установленным об оперативно-розыскной деятельности при выявлении преступлений и лиц, их совершивших;

4) исполнения требований закона при возбуждении уголовного преследования, чтобы не одно преступление не осталось не раскрытым, ни одно лицо, совершившее преступление, не избежало установленной законом ответственности;

5) точного соблюдения установленного законом порядка возбуждения и раскрытия уголовных дел, сроков их расследования и сроков содержания под стражей;

6) соблюдения требований закона о всестороннем, полном и объективном расследовании всех обстоятельств дела;

7) соблюдения требований закона о выяснении причин совершения преступлений и способствующих им условий и принятия мер к их устранению;

8/ обеспечения законности и обоснованности задержания граждан по подозрению в совершении преступления и производства этих действий только в порядке и по основаниям, установленным уголовно-процессуальным законодательством, обеспечения законного и обоснованного привлечения к уголовной ответственности или иному ограничению в правах;

9) обеспечения законности избрания меры пресечения в отношении подозреваемых в порядке и основаниям, указанным законодательством;

10) обеспечение точного и неуклонного исполнения требований законодательства при производстве расследования дознавателями.

Для общих положений о МВД данной информации достаточно. По юридическим дискуссиям - на другой форум.

Изменено пользователем Гвардии-полковник

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано: (изменено)

Снова трете комментарии ?

Не переходите на личности и не пишите провокационных или оскорбительных высказываний – никто сообщения скрывать не будет.

Вы не можете пояснить, зачем Вы сочиняете небылицы про следователей МВД ?

В реале политические дела расследовались жандармами. По ним проводилось дознание. Поясните, с какой радости у вас этими делами занимаются какие-то следователи МВД ?

«…в июне 1881 г. к Департаменту государственной полиции был присоединен Судебный отдел, который состоял, в свою очередь, из двух структур (1-го и 2-го делопроизводств).

1-е делопроизводство Судебного отдела осуществляло наблюдение за ходом политических дознаний и сосредоточивало в своих руках материалы дознаний, произведенных на основании закона от 15 мая 1871 г., которые передавались министром юстиции на предмет принятия административных мер и взысканий. Кроме того, оно занималось дознаниями, возникавшими но делам о революционной пропаганде, принадлежности к тайным обществам, также делами, присланными министром юстиции, которые требовали решения министра внутренних дел.

Во 2-ом делопроизводстве Судебного отдела в основном была сосредоточена переписка об административной высылке, об установлении наблюдения за политически неблагонадежными лицами как в центре России, так и в ссылке, переписка о розыске лиц, бежавших с места ссылки и т.п…

18 февраля 1883 г. Александр III подписал Указ о ликвидации Судебного отдела МВД и создании на его базе в Департаменте полиции очередных структур — делопроизводств, одновременно Департамент государственной полиции переименовывается в Департамент полиции.

1-е делопроизводство Судебного отдела МВД становится 4-м делопроизводством Департамента и называется судебным, просуществовало оно до 1902 г., затем было переименовано в 7-е делопроизводство и получило название наблюдательного.

Из 2-го делопроизводства Судебного отдела было создано 5-е делопроизводство, которое получило название «исполнительного». Это одна из интереснейших структур Департамента полиции. Обязанностью 5-го делопроизводства было составление докладов к Особому совещанию, решавшему вопросы административной высылки лиц, на которых не было достаточных улик для привлечения к судебной ответственности»

Источник: Перегудова З.И. Политический сыск в России 1880-1917. М., Российская политическая энциклопедия, 2000. С. 38-40.

В предлагаемом варианте розыскное управление производит розыск и дознание, следственное управление – предварительное следствие и передает дело в суд.

«20 ноября 1864 г.

В рамках судебной реформы издаются Судебные уставы, подтвердившие изъятие судебно-следственных функций из ведения полиции. Полиция проводит дознание «посредством розысков, словесными распросами и негласным наблюдением, не производя ни обысков, ни выемок в домах».

Согласно новому Уставу судебный процесс по уголовным делам проводится как состязание адвоката и прокурора в присутствии присяжных заседателей. Судьи назначаются пожизненно».

Источник: История МВД

«Оправдание Засулич происходило как будто в каком-то ужасном кошмарном сне, никто не мог понять, как могло состояться в зале суда самодержавной империи такое страшное глумление над государственными высшими слугами и столь наглое торжество крамолы».

Князь В.П. Мещерский о процессе над В.Засулич 1878 г.

Источник: http://funeral-spb.n...h/zasulich.html

Необходимо продумать вопрос об особом рассмотрением в суде дел о политических преступлениях, чтобы исключить оправдание преступников.

Все-таки, поясните, что такое надзор «за ходом политических дознаний». На конкретике, а не на копировании функций МВД РФ.

«…В 1902 г. ликвидируется 4-е делопроизводство. Его функции переходят к вновь созданному 7-му делопроизводству. На эту структуру были возложены обязанности контроля (наблюдения) за производящимися при ГЖУ формальными дознаниями…».

Источник: Перегудова З.И. Политический сыск в России 1880-1917. М., Российская политическая энциклопедия, 2000. С. 41.

В этом и приведенных ранее источниках содержание надзора «за ходом политических дознаний» не раскрыто. Поэтому задачи сформулированы мной на основании задач прокурорского надзора в Российской Империи (автор статьи использует современную терминологию, которая мною сохранена) с исключением положений о соблюдении прав подозреваемых. Таким образом это не копирование современного МВД, а использование задач прокурорского надзора конца XIX века.

Речь идет не о юридических дискуссиях, а о том, что Вы пишите ересь

Если этого не было в реальной истории, а в альтернативе есть – это не значит ересь. Это другой вариант.

Изменено пользователем Гвардии-полковник

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано:

Необходимо продумать вопрос об особом рассмотрением в суде дел о политических преступлениях, чтобы исключить оправдание преступников.

Экий Вы батенька суровый...Особое рассмотрение дел-это военно-полевой суд(или военно-окружной на период особого положения).

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано:

Экий Вы батенька суровый...Особое рассмотрение дел-это военно-полевой суд (или военно-окружной на период особого положения).

При положеним усиленной или чрезвычайной охраны, в реальности в 1905-1907 гг. Но это борьба с последствиями. Необходимо исключить причины, и повторения истории с Засулич и др. Поэтому по государственным преступлениям необходимо рассмотрение в особом порядке (без присяжных) в обычных условиях.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано:

«Оправдание Засулич происходило как будто в каком-то ужасном кошмарном сне, никто не мог понять, как могло состояться в зале суда самодержавной империи такое страшное глумление над государственными высшими слугами и столь наглое торжество крамолы». Князь В.П. Мещерский о процессе над В.Засулич 1878 г. Источник: http://funeral-spb.n...h/zasulich.html

Это субъективное мнение одного человека,Мещерского...

Случай с Засулич-несколько выпадает из общей канвы политических преступлений.

По другим-то делам таких фортелей не было.Судили сурово и строго...

Вот расширить функции административной высылки(и высылки в особом порядке под надзор полиции и соответствующих структур)-тоже было бы не плохо...

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано: (изменено)

Что Вы считаете переходом на личности и оскорблением?

Вы прекрасно знаете, что подразумевает переходом на личности и оскорбление.

Мою критику ? Или то, что я уличаю Вас в незнании того, о чем Вы пишите? Вы реально не владеете темой, но не делаете признать этого.

1. Критика вещь очень полезная. Благодаря Вашей критике я уже внес достаточно много изменений.

2. На абсолютную истину не претендую. Юридического образования не имею. Опираюсь на материалы из книг и интернета. Согласен, для специалиста этого не достаточно.

3. Если являетесь специалистом в данном вопросе – ждем развернутых сообщений. А критиковать всегда проще, чем что-то предлагать.

Поясните, для чего Вы хотите ввести следователей в составе МВД? По политическим делам предварительного следствия не было. Все ограничивалось дознанием, которое проводили офицеры ГЖУ. Так зачем же вы конструируете непонятно что?

Если в реальности по политическим делам предварительного следствия не было, это не значит, что и не может быть. До 1890 года не было, а теперь будет. Судебное ведомство народ гражданский, в какой-то мере либеральный. Жандармские офицеры выполнят эту работу более принципиально (даже если перестараются…).

Вы просто не в курсе, что такое дознание. При этом возлагаете на МВД функции прокурорского надзора.

1. Что такое дознание в современном понимании в курсе. Несколько лет в части был внештатным дознавателем. Что такое дознание в понимании 1890 года в источниках не нашел. Если изложите материал – буду признателен.

2. Опять же функции прокурорского надзора возлагать на МВД и не собирался. В источниках описание содержание «контроля (наблюдения) за производящимися при ГЖУ формальными дознаниями…» отсутствует, поэтому был вынужден интерпретировать содержание прокурорского надзора. Если имеете описание – внимательно изучу.

Вы можете пояснить, коим образом соотносится желание избежать оправдательных приговоров для революционеров с предложенной Вами системой МВД ?

Предлагаемая мной система МВД (к сожалению не представляется возможным сразу исключить все не свойственные правоохранительному органу функции) позволяет создать в Империи систему тотального контроля и однозначно исключить революцию, как «злейшее из зол» для России.

Изменено пользователем Гвардии-полковник

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано:

позволяет создать в Империи систему тотального контроля и однозначно исключить революцию, как «злейшее из зол» для России.

Я бы не стал делать столь оптимистичный вывод,только из-за наличия грозных"органов".В целом должна быть создана эффективная система предупреждения антиправительственных деяний(да хоть бы и провокация в духе "зубатовщины"),а не только карательная система...

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано:

Я бы не стал делать столь оптимистичный вывод,только из-за наличия грозных"органов".В целом должна быть создана эффективная система предупреждения антиправительственных деяний(да хоть бы и провокация в духе "зубатовщины"),а не только карательная система...

Для этого создается 2-е управление Департамента Государственной Безопасности

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Создайте учётную запись или войдите для комментирования

Вы должны быть пользователем, чтобы оставить комментарий

Создать учётную запись

Зарегистрируйтесь для создания учётной записи. Это просто!


Зарегистрировать учётную запись

Войти

Уже зарегистрированы? Войдите здесь.


Войти сейчас