Армянский кризис


13 сообщений в этой теме

Опубликовано:

МЕЖДУНАРОДНЫЕ ДОКУМЕНТЫ

по армянскому вопросу

 

БЕРЛИНСКИЙ ТРАКТАТ

(1/13 июля 1878 г.)

[извлечение]*

 

Во имя Бога всемогущего. Е. В. император всероссийский, Е. В. император германский король прусский, Е. в. император австрийский король богемский и пр. и апостолический король Венгрии, президент Французской Республики, Е. В. королева Соединенного Королевства Великобритании и Ирландии императрица Индии, Е. В. король Италии и Е. В. император оттоманов, желая разрешить, в смысле европейского строя, согласно постановлениям Парижского трактата 30 марта 1856 г., вопросы, возбужденные на Востоке событиями последних лет и войной, окончившейся Сан-Стефанским прелиминарным договором, единодушно были того мнения, что созвание конгресса представляло бы наилучший способ для облегчения их соглашения.

Вследствие сего вышепоименованные величества и президент Французской Республики назначили своими уполномоченными, а именно: ...

кои, вследствие предложения австро-венгерского двора и по приглашению германского двора, собрались в Берлине, снабженные полномочиями, найденными в надлежащей и установленной форме.

Вследствие счастливо установившегося между ними согласия, они постановили нижеследующие условия: ...

Статья LXI

Блистательная Порта обязуется осуществить, без дальнейшего замедления, улучшения и реформы, вызываемые местными потребностями в областях, населенных армянами, и обеспечить их безопасность от черкесов и курдов. Она будет периодически сообщать о мерах, принятых ею для этой цели, державам, которые будут наблюдать за их применением...

Статья LXIV

Настоящий трактат будет ратифицирован и обмен ратификацией последует в Берлине в трехнедельный срок, а буде возможно, и ранее.

В силу чего все уполномоченные подписали его, с приложением герба своих печатей.

В Берлине, 13 июля 1878 г.

 

*Печатается по: Мартенс Ф.Ф. Собрание трактатов и конвенций, заключенных Россией с иностранными державами. СПб., 1888. Т. VIII. С. 639-676. 

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано:

ПИСЬМО МИНИСТРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ВЕЛИКОБРИТАНИИ ЛОРДА СОЛСБЕРИ ПОСЛУ В ТУРЦИИ А. ЛЭЙАРДУ

(8 августа 1878 г.)*

 

После ратификаций Берлинского договора и Константинопольской конвенции правительство Султана несомненно займется незамедлительно выполнением тех мер по коренному улучшению положения в стране, которые Его Императорское Величество обязано проводить в соответствии с условиями обоих этих документов... Но в отношении реформ, предусмотренных для азиатской части территории Империи, проводится другой курс. Потребность в реформах в этой части Империи полностью признается в обоих этих документах. Однако меры, посредством которых они должны проводиться, оставлены на усмотрение Султана, который должен разработать и осуществить их в полном согласии с другими Державами или под их общим наблюдением. Меры, предусмотренные Берлинским договором специально для армян, должны быть выработаны Султаном в первую очередь, но они должны быть доведены до сведения держав-участниц Договора, которые оставляют за собой право наблюдать за их осуществлением. В Константинопольской конвенции Султан обязывается согласовать с английским правительством детали реформ, которые должны быть введены...

Вопрос о проведении реформы в Турции рассматривался неоднократно и очень внимательно, и высокопоставленные инстанции вносили различного рода предложения с целью покончить с общепризнанным злом. Часто высказывают мнение, что в тех частях Империи, где компактно проживает население, исповедующее христианство, гарантированной для них защитой было бы учреждение в какой-то форме представительной Ассамблеи, которой должно быть предоставлено достаточно прав для недопущения крупных злоупотреблений со стороны исполнительной власти...

Азиатская Турция сталкивается с настоятельной необходимостью обеспечения самой простой формы порядка и нормального управления; такой защиты от грабежа – незаконного или же узаконенного – чтобы промышленность могла развиваться, а численность населения перестала сокращаться... Для поддержания порядка давно признано настоятельно необходимым создание эффективной жандармерии... Ни в одной части султанских владений необходимость в этом не является столь кричащей, как на северо-восточной границе азиатских провинций. Грабежи и разорение, совершаемые курдами, которые не вызваны никакими политическими причинами и которые в равной степени разорительны как для христиан, так и для мусульман, можно подавить лишь с помощью полицейской силы, организованной по военному принципу, хорошо обеспеченной и управляемой...

 

*Печатается по: British and Foreign State Papers. 1877-1878. London:William Ridgway,1885. Vol. LXIX. P. 1313-1315. 

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано: (изменено)

ВЕРБАЛЬНАЯ НОТА БРИТАНСКОГО ПОСЛА В КОНСТАНТИНОПОЛЕ А. ЛЭЙАРДА ПРАВИТЕЛЬСТВУ ТУРЦИИ

(19 августа 1878 г.)*

 

 Правительство Ее Величества поручило Послу Ее Величества обратить внимания Порты на необходимость заняться без промедления осуществлением тех мер по коренному улучшению положения в стране, которые Султана обязывают принять условия Берлинского договора и Конвенции между Его Императорским Величеством и Королевой, подписанной в Константинополе 4 июня.

Необходимость проведения реформ на азиатских территориях Султана полностью признана в обоих документах, однако меры, посредством которых они должны проводиться, оставлены на усмотрение Его Императорского Величества Султана, который должен разработать и осуществить их в непосредственном согласии с другими Державами или же под их общим наблюдением. В первую очередь Cултан должен определить меры, предусмотренные Берлинским трактатом специально для армян, но они должны быть доведены до сведения других участников договора, которые оставляют за собой право наблюдать за их осуществлением.

В Константинопольской конвенции Султан выражает согласие с правительством Англии относительно деталей реформ, необходимых для улучшения управления и для защити христиан и других подданных Султана на азиатской территории.

...Правительство Ее Величества не желает в равной степени оно и не предложило бы Порте претворения реформ и создания институтов, которые, какими бы восхитительными они ни были в принципе, могут тем не менее не отвечать условиям жизни населения азиатской Турции. В той части владений Султана настоятельно необходимо установить простейший порядок и нормальное управление, такую защиту жизни и собственности, чтобы промышленность могла успешно развиваться и численность населения перестала сокращаться. Памятуя эту цель, Правительство Ее Величества полагает, что самого безотлагательного внимания требует поддержание порядка, осуществление правосудия и сбор доходов...

На конференции в Константинополе высказывалась настоятельная необходимость в реформе отправления правосудия и это было полностью признано Портой... Совершенно очевидно, что без реформы судебной системы все усилия, направленные на коренное улучшение на других направлениях, окажутся бесплодными. В Берлинский договор были включены весьма полезные условия, предусматривающие равные гражданские права для всех религий; полномочные представители Турции на конгрессе дали заверение, что эти условия уже включены в законодательство Турецкой империи... Полицейские из коренного населения должны по-прежнему использоваться для поддержания порядка и доходы должны в основном собираться сборщиками налогов из местного населения...

Третий важный элемент реформы, которым Порта должна серьезно и незамедлительно заняться, – это изменение системы, на основе которой взимается налог с земли...

В заключение, реформы, которые Правительство Ее Величества считает самыми срочными и необходимыми и в отношении которых оно хочет прийти к согласию с Портой как можно быстро, ... сводятся к следующему:

1. Его Императорское Величество введет в азиатских провинциях институт жандармерии, который будут создавать европейцы и сами командовать им.

2. Его Императорское Величество создаст в ряде самых важных городов азиатской части центральные суды, которым будут подчинены суды низшей инстанции, и в каждом таком суде должен быть европейский юрист, согласие которого будет необходимо при вынесении любого решения.

3. Его Императорское Величество назначит в каждом вилайете сборщика налогов, который будет отвечать за сбор налогов в провинции и которому будет поручено запретить обложение десятиной земледельцев, и в самое ближайшее время введет 10-летнюю программу решения этой проблемы. В большинстве случаев, таким сборщиком также должен быть европеец.

 

*Печатается по: British and Foreign State Papers. 1877-1878. London: William Ridgway, 1885. Vol. LXIX. P. 1321-1324. 

Изменено пользователем Гвардии-полковник

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано:

КОММЕНТАРИЙ БРИТАНСКОГО ПОСЛА В КОНСТАНТИНОПОЛЕ А. ЛЭЙАРДА ПО ПОВОДУ ОТВЕТА ПОРТЫ НА НОТУ ПРАВИТЕЛЬСТВА ВЕЛИКОБРИТАНИИ

[в письме Министру иностранных дел лорду Солсбери]

(24 октября 1878 г.)*

Милорд,

Имею честь приложить копию документа, который я только что получил от Порты в ответ на мою вербальную ноту от 19 августа с.г...

В министерстве [иностранных дел – ред.] существует очень влиятельная группа людей, в которую входят также лица, пользующиеся огромным влиянием в стране, которые решительно противятся любому вмешательству иностранцев во внутренние дела Турции и которые рассматривают реформы, требуемые Правительством Ее Величества, как нарушение суверенных прав Султана и посягательство на независимость Турции. У меня есть основание полагать, что иностранное влияние используется весьма энергично и не без успеха, чтобы вызвать и поддержать такое противодействие.

 

*Печатается по: British and Foreign State Papers. 1877-1878, London: William Ridgway, 1885. Vol. LXIX. P. 1325.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано:

КОЛЛЕКТИВНАЯ НОТА ВЕЛИКИХ ДЕРЖАВ,
врученная их посланниками правительству Оттоманской империи*

(7 сентября 1880 г.)*

 

Нижеподписавшиеся получили ноту, помеченную 5 июля, посредством которой Высокая Порта ответила на пункт их сообщения 11 июня, относительно улучшений и административных реформ, которые Оттоманская империя обязалась 61-м параграфом Берлинского трактата ввести в провинции, населенные армянами. Внимательное изучение этого документа доказало им, что предложения, формулированные оттоманским правительством не отвечают ни по духу, ни по существу этому параграфу. Державы знают, что оттоманское правительство послало 2 комиссии в провинции, населенные армянами, но они имеют основания думать, что эта мера не дала никаких результатов, и Порта в противность обязательству, принятому ею на себя в силу 61-го параграфа, даже не известила их об этой мере.

Не видно также, чтоб в отправлении правосудия были введены какие-либо улучшения. Многочисленные консульские донесения, наоборот, доказывают, что настоящее положение гражданских и уголовных судов не лучше, если не хуже прежнего.

Что же касается жандармерии и полиции, то нота 5 июля утверждает, что Порта пригласила нескольких офицеров представить ей проект реформ для этих двух учреждений, но державам совершенно неизвестны эти проекты, и оттоманское правительство не в состоянии даже утверждать, что они были представлены ему.

Нижеподписавшиеся не могут даже сказать, чтобы ответ Высокой Порты дал хотя бы некоторое удовлетворение жалобам, изложенным в их ноте 11 июня. Они тем более считают себя в праве свести к своим истинным размерам деятельность, какую выказало оттоманское правительство в этом направлении, что Порта, судя по ее ответу, сама не дает себе ясного представления о положении и о тех обязательствах, которые налагает на нее Берлинский трактат.

Самые выражения, в каких Высокая Порта сочла себя вправе говорить о преступлениях, совершенных в провинциях, населенных армянами, доказывает, что она не признает ту степень анархии, которая господствует в этих провинциях, и серьезность положения вещей, продолжение которых может повлечь за собою, по всей вероятности, уничтожение всего христианского населения в этих обширных дистриктах.

В ноте от 5 июля не видно серьезного желания положить конец грабежам курдов и черкесов. Есть опасения, что эти грабежи нельзя предупредить применением одних лишь обыкновенных законов; только исключительно строгие меры могут положить конец этим насилиям, которые в провинциях, упоминаемые 61-м параграфом, составляют постоянную опасность для чести, имущества и жизни армян.

61-м параграфом Берлинского трактата Порта обязана исполнить, без дальнейшего замедления улучшения и реформы, требуемые местными потребностями провинций, населенных армянами.

Нижеподписавшиеся, к сожалению, должны признать, что общие реформы, отмеченные нотой от 5 июля, не указывают тех местных потребностей, о которых говорит цитируемый параграф. Державы, понятно, с удовольствием примут введение широких реформ во все части Оттоманской империи, но они более всего стоят за полное исполнение Берлинского трактата и не могут допустить, чтобы Порта смотрела на себя как на освобожденную от обязательств, принятых ею этой статьей, предлагая реорганизацию, в которую не входили реформы, специально выговоренные в пользу провинций, упоминаемых в трактатах, так как отличительная черта этих провинций – преобладание христианского элемента в наибольших дистриктах, то ни одна реформа, которая не примет этого обязательства в соображение, не может привести к благоприятным результатам. Нижеподписавшиеся признают, что необходимо обратить внимание и на другую особенность этих провинций. Кажется, Порта хочет дать одинаковое устройство как курдам, так и армянам. Прежде всего необходимо по мере возможности отделить их в административном отношении ввиду того, что невозможно распространять одни и те же законы на оседлые населения и полукочующие племена. Распределение общин и вообще административных групп должны быть произведены таким образом, чтобы соединить однородные элементы, т.е. сгруппировать армян, или, в случае необходимости, армян и турок, отделив курдов. Кроме того, бродячий курдский элемент, живущий в горах и спускающийся в населенные армянами долины лишь для того, чтобы произвести там беспорядок, не должен быть внесен в статистическую таблицу, определяющую число жителей каждой общины.

По-видимому, Высокая Порта видела в организации общин, предложенной нотой 5 июля, средство создать административные группы, в которых большинство жителей принадлежало бы к одному и тому вероисповеданию. Но из этого документа не видно, что Порта обязуется применить на деле этот принцип.

Нижеподписавшиеся с удовольствием замечают, что глава общины в проектированной организации должен по вероисповеданию принадлежать к преобладающей религиозной общине; но так как нет аналогичного положения относительно чиновников более высокого ранга, то они думают, что в предложенных реформах не обращено должного внимания на местные интересы и нужды провинции, упоминаемые 61-м параграфом.

Оттоманское правительство заявляет, что «оно уже приняло на службу людей честных и способных, без различия вероисповедания, и что с этого времени этот факт получит еще большее развитие». Это заявление крайне неопределенно и нижеподписавшиеся думают, что тем необходимее твердо настаивать на этом пункте, что, как армяне утверждают, в провинциях, в которых они составляют большинство, нет почти ни одного армянина на общественной должности. Их требования тем более законны, что если бы даже Высокая Порта и поставила во главе этих провинций правителей христиан, то и тогда армяне не могут питать надежды на большее равенство и справедливость в управлениях.

Стало быть, необходимы более широкие меры, чем те, которые предлагает нота оттоманского правительства для того, чтобы признать Порту исполнившею обязательства, принятые ею в Берлине.

Недостаточность предложенных реформ так явна, что бесполезно обсуждать недостатки проекта Порты. Тем не менее следующие замечания невольно приходят на мысль.

Заявляя прежде всего, что администраторами общин должны быть чиновники правительства, которые назначаются самой центральной властью из выбранных членов общинного совета, а не избираются самими общинными советами, тем самым Порта признает принцип крайней централизации в административной иерархии.

Кроме того, оттоманская нота не определяет разницу между провинциальной жандармерией и другими видами ни по способу набора, ни с других точек зрения. Общинная жандармерия отличается от всех других лишь тем, что она поставлена под управление начальника общины. Она набирается не из преобладающего по вероисповеданию элемента самой общины, и ничто не гарантирует, что она будет тем, что должна быть на самом деле, т.е. местной охранительной силой.

Организация провинциальной жандармерии также не отвечает местным интересам провинций, указанным 61-м параграфом; способ подбора как солдат, так и офицеров из «подданных всех классов подданных империй» носит еще более неопределенный характер. Было бы желательно, чтоб и солдаты, и офицеры провинциальной жандармерии выбирались из членов общинной жандармерии, т.е. из сельских сторожей, которые в свою очередь избирались бы самими общинами. Эти сельские сторожа, на обязанности которых лежит защита деревень от набегов курдов, должны доставлять провинциальной жандармерии контингент, пропорциональный населению каждой общины. Избирательное начало, поставленное на место административного произвола, составляло бы надежную гарантию для правильного устройства сил, имеющих назначением охрану общественной безопасности.

Достоинство предложений, касающихся учреждения суда подвижного, зависит больше всего от тех условий, при которых будет учрежден этот суд; нота же от 5 июля хранит по этому поводу глубокое молчание. Необходимо принять во внимание преобладание армянского элемента в известных провинциях и дать этому элементу соответствующее участие в организации правосудия.

К тому же здесь возникает еще целый ряд вопросов, на разрешение которых оттоманская нота не обращает никакого внимания. Будут ли судьи несменяемы или назначаемы на известное время? По каким законам они должны судить – по законам ли Шариата или законам какого-либо другого кодекса? Каким образом суд заставит признать свои приговоры полунезависимые, дикие курдские племена? Этот последний вопрос наиубедительнейшим образом доказывает, насколько необходимо исключить курдов из числа тех племен, которые подведены под реформы, обещанные армянскому населению, и как необходимо дать им особую организацию, соответствующую их примитивным и воинственным нравам. По поводу этого вопроса об отношениях этих двух элементов, оседлого и кочевого, нижеподписавшиеся высказывают убеждения, что все повинности и барщина, налагаемые курдами на армян и основывающиеся не на принципе права, а на укоренившемся злоупотреблении, должны быть уничтожены.

Они рассчитывают также и на то, что все реформы, выговоренные для армян, распространятся и на многочисленных несторианцев, которые населяют центр и юг Курдистана (Джуламеркская каза).

К сожалению параграф, касающийся вычета известной суммы, предназначенной на удовлетворение местных интересов, каково содержание училищ, выражены крайне неясно. Можно допустить, однако, что он заключает в себе довольно важный принцип, и этот принцип, по мнению держав, состоит в следующем: налоги должны быть разделены на две категории: первая, в которую входят доходы с таможни и налогов на соль и табак, должна быть употреблена на нужды империи; другая, образовавшаяся из общих доходов вилайета, должна быть употреблена на административные цели провинций; часть остатка пойдет на местные потребности, а другая часть поступит в Константинополь. Если это толкование правильно, то предложение ноты от 5 июля более или менее отвечало бы 19-му параграфу проекта административной реорганизации провинций Европейской Турции, представленного Высокой Портой на рассмотрение европейской комиссии Восточной Румелии. Эта мера имеет характер серьезной реформы, поскольку она устанавливает принцип, что раньше всего надо заботиться об обеспечении расходов местных посредством вычета части из доходов и с налогов, только необходимо, чтобы этот принцип опирался на гарантии, соответствующие тем, которые были приняты комиссией административных реформ.

Кроме того, нижеподписавшиеся должны заметить, что нельзя употребить на какую-нибудь другую цель доход, назначение которого было уже определено.

Принцип децентрализации, столь необходимый для провинций, населенных племенами, исповедующими религию, различную от той, которую проповедуют центральные власти, недостаточно хорошо поставлен в ноте Вашего Превосходительства. До тех пор невозможно рассчитывать на действительность реформы, пока не будет ясно определено положение генерал-губернаторов. Нота говорит, что власть их будет расширена, но уверения такого общего характера не могут еще разрешить задачи. До тех пор, пока пределы власти генерал- губернаторов и порядок ответственности их при исполнении их обязанностей, не будут точно определены, до тех пор, пока не будут предоставлены этому высшему чиновнику формальные гарантии в продолжительности его службы, до тех пор невозможно высказать мнения о реальности предложенных мер. Ясно, что генерал-губернатор должен иметь представление о продолжительности своей службы, должен быть свободен от постоянного вмешательства во все мельчайшие детали своего управления, что парализовало до сих пор его деятельность. Излишне добавить, что если такая обеспеченная независимость вали желательна повсюду, то она совершенно необходима в провинциях, населенных армянами. Одним словом, державы, убежденные в недостаточности предложений оттоманского правительства, думают, что пора уже принять в более серьезное внимание местные нужды этих провинций, дать более широкое развитие принципам равенства и децентрализации, принять более действенные меры для организации полиции и охраны населения от набегов курдов и черкесов и определить, наконец, продолжительность и масштабы власти генерал-губернатора. При этих условиях, и только при этих, можно полнее удовлетворить права и надежды, предусмотренные 61-м параграфом Берлинского трактата.

Правда, что Порта старается уменьшить значение этого параграфа, ссылаясь на численность как армянского, так и христианского населения по сравнению с общей численностью всего народа. Таблица, представленная при ноте, до такой степени отличается от всех других, что державы не могут принять ее как за совершенно точную.

Приведенная здесь таблица численности армянского населения, составленная стараниями Патриархата, указывает на громадную разницу между этими справками. Нота от 5 июля указывает только на отношение мусульман к христианам. Державы желали бы иметь сведения о данных, на коих основывается этот расчет, и считают необходимым узнать как можно скорее от беспристрастной комиссии, способ образования которой будет указан впоследствии, приблизительное число мусульман и христиан, населяющих провинции, обозначенные 61-м параграфом.

Очевидно, необходимо, чтобы Порта признала результаты этой переписи несомненно беспристрастной и чтобы она сообразовалась с нею при организации выше указанных провинций.

Очень вероятно, что для удовлетворения всем местным потребностям необходимо будет произвести пересмотр настоящей географической границы разных вилайетов.

Крайне необходимо также выполнить, не теряя времени, реформы, защищающие жизнь и собственность армян, принять тотчас же меры против набегов курдов, применить немедленно новую финансовую систему, хотя бы временно лучше организовать жандармерию и в особенности предоставить генерал-губернаторам более широкую и более долговременную власть.

Нижеподписавшиеся в заключение просят Высокую Порту еще раз обратить внимание на тот существенный факт, что реформы, вводимые в провинциях, населенных армянами, согласно обязательству, принятому ею по международному акту, должны согласоваться с местными потребностями и производиться под наблюдением держав.

Нижеподписавшиеся и т. д. Подписи: Гнамфельд, Новиков, Гошень, Корти, Тиссо, Каличе.

 

*Печатается по: Ролен-Жекмен М.Г. Армения, армяне и трактаты//Положение армян в Турции до вмешательства держав в 1895 г. М., 1898. С. 96-103. См. также: Геноцид армян в Османской империи: Сб. документов и материалов под ред. М.Г. Нерсисяна. 2-е изд., доп. Ереван: Айастан, 1983. № 5. С. 5-10. 

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано: (изменено)

ИЗ ДЕПЕШИ РОССИЙСКОГО ПОСЛА В КОНСТАНТИНОПОЛЕ НЕЛИДОВА МИНИСТРУ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ГИРСУ

(1/13 ноября 1890 г.)*

 

Волнение и неудовольствие в среде умеренной части армянского населения постепенно усиливаются и [армяне] стремятся к понуждению великих держав, и особенно России, заняться армянским вопросом и настоять на исполнении обещанных статьей 61 Берлинского трактата реформ.

Я имел недавно по этому поводу не лишенное значения объяснение с одним из здешних благомыслящих армян, хорошо знакомых с положением армянского вопроса и с намерениями своих соотечественников. Он старался доказать мне, что арестами и приговорами турки не достигнут успокоения армянского населения. Неудовольствие слишком распространено между ними: искренне порицая анархические приемы террористических комитетов, все армяне, однако, более или менее причастны к общему движению, объявшему народ в его стремлении к улучшению своего невыносимого положения. «Мы ничего не просим у турок, – заключил он. – Нам не нужно никаких уступок или милостей, мы требуем того, что нам принадлежит по праву, признанному за нами всей Европой. И право это дала нам Россия, купившая его ценой крови своих сынов. Вы впервые вписали в Сан-Стефанский трактат имя Армении, вы не можете отказать нам в поддержке наших справедливых домогательств. Пусть Порта даст нам удовлетворение, и она увидит, что народ успокоится...».

 

*Печатается по: АВПР. Политархив, д. 3431, л. 172-173. См. также: Геноцид армян в Османской империи: Сб. документов и материалов под ред. М.Г. Нерсисяна. 2-е изд., доп. Ереван: Айастан, 1983. № 12. С. 19.

Изменено пользователем Гвардии-полковник

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано:

ТЕЛЕГРАММА
БРИТАНСКОГО МИНИСТРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ЛОРДА РОЗБЕРИ ПОСЛУ ВЕЛИКОБРИТАНИИ В ТУРЦИИ

(21 марта 1893 г.)*

 

Ввиду того что преследования христиан вызывают необходимость применения энергичного языка, предупредите Порту, что если она не среагирует немедленно, то английское правительство организует расследование по собственной инициативе (de son propre chef).

 

*Печатается по: Livre Bleu, 1896. III. P. 69; Berard V. La Politique du Sultan. 4 еd. Armand Colin et set. Paris, 1900. P. 261-262.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано:

ИЗ ПИСЬМА ГЛАВНОНАЧАЛЬСТВУЮЩЕГО ГРАЖДАНСКОЙ ЧАСТЬЮ НА КАВКАЗЕ МИНИСТРУ ВНУТРЕННИХ ДЕЛ РОССИИ

(Тифлис, 20 августа 1893 г.)*

 

В июле месяце настоящего г. сорок пять семейств армян турецкоподданных самовольно и без надлежащих письменных видов перешли государственную границу в пределах Эриваньской губернии и Карсской области и сосредоточились в последней. При опросе переселившиеся заявили, что как они, так и другие их соплеменники насильственно выдворяются из приграничной полосы турецкими властями, заселяющими освобождающиеся от них места курдами, и что поэтому в близком будущем можно ожидать дальнейшего прилива в наши пределы турецкоподданных армян. Ввиду изложенных обстоятельств переселившиеся ходатайствовали о водворении и наделении их землей в Карсской области...

 

*Печатается по: АВПР. Политархив, д. 3431, л. 307-308. См. также: Геноцид армян в Османской империи: Сб. документов и материалов под ред. М.Г. Нерсисяна. 2-е изд., доп. Ереван: Айастан. 1983. № 16. С. 23.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано:

ИЗ ДЕПЕШИ СОВЕТНИКА РОССИЙСКОГО ПОСОЛЬСТВА В КОНСТАНТИНОПОЛЕ ЖАДОВСКОГО В МИД РОССИИ

(10/22 ноября 1894 г.)*

 

Подробности возмутительных военных мер против армян проникли в европейскую печать и подняли повсеместную бурю обличительных статей против зверских приемов турецких войск по отношению к христианскому населению Армении. Бесстыдно ложное опровержение этих нареканий, посланное на днях по телеграфу для возможной огласки всем турецким представителям за границей по личному приказанию султана, не могло произвести желаемого впечатления на общественное мнение в Европе и не остановило потока обвинений и разоблачений, заставившего Порту запретить за последние дни доступ в страну почти всех иностранных газет.

В этих условиях трудно определить последствия, которых можно ожидать от всеобщего негодования, охватившего общественную совесть Европы, не исключая и стран, где доселе из политического расчета или корыстных видов закрывали глаза пред вопиющим варварством обхождения турецких властей с христианским населением в некоторых отдаленных областях...

 

* Печатается по: АВПР. Политархив, д. 3435, л. 50 . См. также: Геноцид армян в Османской империи: Сб. документов и материалов под ред. М.Г. Нерсисяна. 2-е изд., доп. Ереван: Айастан. 1983. № 21. С. 27-28.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано:

ИЗ ПИСЬМА БРИТАНСКОГО ПОСЛА В КОНСТАНТИНОПОЛЕ Ф. КЭРРИ МИНИСТРУ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ВЕЛИКОБРИТАНИИ

(26 ноября 1894 г.)*

 

Ссылаясь на телеграмму № 202 от сегодняшнего числа, имею честь препроводить Вам при сем копию донесения, которое я получил от консула Ее Величества в Эрзруме вместе с донесением вице-консула Ее Величества в Ване, сообщающего о дальнейших подробностях резни в Сасуне...

 

Филипп Кэрри

 ПРИЛОЖЕНИЕ I

Консул Грейвс послу Ф.

Кэрри Эрзерум, 15 ноября 1894 г.

 

Имею честь препроводить при сем Вашему превосходительству донесение, полученное мною в незапечатанном виде от вице-консула ее величества в Ване, по которому я позволю себе сделать следующие замечания.

Время от времени из различных частных источников до меня доходили сообщения об ужасных жестокостях, совершаемых турецкими войсками и их курдскими сообщниками в Сасуне, но я не хотел верить им и воздерживался от официального сообщения о них, пока г-н Холлуорд производил расследование на месте. Теперь, когда его расследование закончено, я считаю своим долгом уведомить Ваше превосходительство о том, что вышеупомянутые сообщения, полученные из весьма надежных источников, почти во всех отношениях совпадают с основным содержанием сообщения г-на Холлуорда. Я знаю также, что мои иностранные коллеги здесь располагают информацией, подтверждающей, в основном, достоверность его сообщений, и расходящейся, главным образом, в отношении предполагаемого числа жертв резни, которое их осведомители определяют несколько меньшей цифрой, чем был склонен определить г-н Холлу-орд. И эти постоянные и подробные рассказы о резне и зверствах распространились теперь в широких слоях населения и сделались предметом обсуждения по всей области, так что я беру на себя смелость сказать, что ни один здравомыслящий человек в здешних провинциях, если он не является турецким чиновником, не сомневается в том, что резня в Сасуне была действительно совершена турецкими войсками, Я также осмеливаюсь подчеркнуть совпадение, в основном, сообщений г-на Холлуорда с данными, полученными из армянских источников, изложенными в моем конфиденциальном донесении от 13 октября. Расхождение в цифре разоренных деревень объясняется просто тем, что письмо, из которого были взяты многие мои сведения, было написано до того, как убийства прекратились и было вырезано остальное население Талворика, что, по сообщению г-на Холлуорда, имело место только 10 сентября...

Мне кажется, что бывший мутесарриф Муша, занимавший этот пост только несколько недель, ошибался, когда говорил г-ну Холлуорду, что население деревни Семал составляло только от 350 до 400 человек. Мутесарриф, вероятно, имел ввиду большое соседнее селение Гелиегузан, действительно насчитывавшее около 1700 человек жителей, которые, как сообщают, почти все были истреблены.

До тех пор, пока свирепствует теперешний террор, а Тахсин паша занимает пост вали в Битлисе, нет никакой надежды на то, что жители области осмелятся выступать и дать показания о происшедшем. Всякий, кто попытается произвести исчерпывающее расследование достоверности обвинений в зверствах и резне, должен иметь полную свободу и полномочия заслушивать показания очевидцев, иначе он будет изолирован и парализован действиями местных властей, как это было с г-ном Холлуордом. Но убийства и уничтожение имущества слишком заметны для того, чтобы можно было легко скрыть их следы. Разоренный и обезлюдевший район остается свидетелем значительной степени достоверности утверждений г-на Холлуорда всякий раз, когда турецкое правительство готово содействовать полному и беспристрастному расследованию.

 

Р.В. Грейвс

 

ПРИЛОЖЕНИЕ II

 

Вице-консул Холлуорд послу Ф. Кэрри

Ван, 6 ноября 1894 г.

[Из письма]

 

Ссылаясь на донесение от 9 октября, имею честь сообщить, что я оставался в Муше до 16 октября и, пройдя через карантин, прибыл в Битлис 25 октября.

Сведения, полученные мною в Муше и Битлисе со дня отправления моего донесения, полностью подтвердили достоверность, в основном, главных фактов изложенных в нем относительно сасунской резни, о которой я представляю теперь более подробный отчет.

Кажется, что внимание правительства было обращено на этот район действиями некоего Дамадяна, армянского католика из Константинополя, который в 1892 г. вел себя в деревнях Сасунского района и Мушской равнины так, что дал властям повод думать, что он ведет политическую агитацию. В течение некоторого времени предпринимались безуспешные попытки арестовать его, но в мае 1892 г. он был пойман полицией, доставлен в Битлис, а оттуда в Константинополь, где был помилован. Каковы были действительный характер и цель действий этого человека, я не могу положительно установить, так же как и то, каким путем он добился помилования, но я не верю, чтобы агитация представляла собой нечто значительное или произвела на жителей большой эффект. Ясно одно: вскоре после его поимки судьба сасунских армян была решена...

Войска, посланные из Битлиса, имели с собой восемьдесят баков с керосином и четыре горных орудия.

Вначале войска не показывались в деревнях, убеждая курдов напасть на деревни. Армяне, полагая, что имеют дело только с курдами, оказали энергичное сопротивление и отразили их атаки. Последние отказались возобновить атаку без помощи солдат; тогда некоторые из солдат переоделись в курдские костюмы и приняли участие в атаке, оказавшейся на сей раз более успешной.

Затем войска стали показываться в некоторых деревнях, говоря, что пришли защитить их; разместившись на ночлег, они в течение ночи убили всех жителей – мужчин, женщин и детей. Ферик (генерал), настоящее имя которого, по-моему, Осман паша (а не Исмаил бей, как указано в моем предыдущем донесении), прибывший из Ерзика, зачитал султанский фирман, предписывающий наказание деревень, и призвал солдат выполнить свой долг. Говорят, что вначале солдаты отказывались, не будучи в восторге от этого приказа, но офицеры заставляли их при помощи угроз; резня была осуществлена без всякой пощади и различия возраста и пола.

Большое число видных граждан, во главе со священником, вышли навстречу командиру, держа в руках расписки об уплате налогов, желая этим доказать свою лояльность правительству и прося пощады.

Они были окружены и убиты все до единого.

В Гелиегузане многих молодых людей связали за руки и ноги, положили в ряд, набросали нa них кучу хвороста и заживо сожгли. В другом селении были схвачены священник и несколько видных граждан. Их обещали освободить, если они скажут, куда скрылись другие. Они сказали, но все же их убили. Священнику надели на шею цепь и тянули за нее в разные стороны так, что почти задушили его. Наконец, они вертикально воткнули в землю штыки и подбросили его в воздух так, что он упал на штыки.

В другой деревне мужчины с женами и детьми укрылись в пещере, где оставались в течение нескольких дней, пока слабые не умерли от голода; остальные же были обнаружены солдатами и заколоты штыками – оружием, которое в основном и применялось во всех этих событиях.

Около шестидесяти молодых женщин и девушек были загнаны в церковь; солдатам было разрешено делать с ними что угодно, а после этого убить их, что и было сделано.

Было отобрано большое количество наиболее красивых женщин, которым предложили принять ислам и выйти замуж за турок. Они отказались и были убиты.

Керосин, привезенный из Битлиса, был использован для поджога домов вместе с находившимися в них жителями. Один солдат рассказывал в Битлисе, что он однажды видел, как выбегающего из пламени маленького мальчика солдат штыком отбросил снова в пламя.

Керосин употреблялся также для сжигания трупов. Говорят, что было совершено много других омерзительных жестокостей, таких, как вспарывание животов у беременных женщин, разрывание детей на куски и так далее. Вышеизложенное служит лишь примером того, при помощи каких способов была проведена эта кампания по истреблению.

Я должен внести изменения в заявление, содержащееся в моем предыдущем донесении, о том, что курды не принимали сколько-нибудь значительного участия в резне. По подстрекательству солдат, они, конечно, участвовали в ней, хотя худшие эксцессы были, кажется, совершены солдатами.

Большое число крестьян укрылось на вершине возле Талворика, решив дорого продать свою жизнь. Курды, посланные атаковать их, в течение нескольких дней подряд не добились больших успехов. Наконец, когда у крестьян иссякли боеприпасы и пища, солдаты с небольшими потерями достигли вершины и убили почти всех крестьян.

Финальная сцена разыгралась в долине Талворика, где было собрано большое число мужчин, женщин и детей; они были окружены курдами и солдатами, часть из них застрелили, а с остальными расправились при помощи сабель и штыков.

Эти действия, продолжавшиеся около двадцати трех дней, примерно с 18 августа по 10 сентября, были начаты битлисским и мушским гарнизонами, постепенно пополнявшимися другими частями четвертого армейского корпуса. К этому времени из Ерзнка прибыл главнокомандующий и приостановил дальнейшую резню. В противном случае, как говорили, планировалось разрушение еще четырех деревень, среди которых деревни Варденис в Мушской равнине, пользующейся плохой репутацией у властей со времени суда над Муса беем, когда несколько крестьян поехали в Константинополь, чтобы дать против него показания...

Вышеприведенные подробности были получены, главным образом, от солдат, принимавших участие в резне, а основные сведения подтверждены различными источниками, среди которых свидетельство турецкого заптия, присутствовавшего при этом и видевшего всю картину.

Я не могу сказать, близка ли к действительной цифра 8000 убитых, указанная в моем предыдущем донесении. В Битлисе я слышал о гораздо большей цифре, но не может быть сомнения в том, что подавляющее большинство населения двадцати пяти селений погибло, причем некоторые из селений были необычно велики для этой области. Так, например, мутесарриф Муша говорил мне, что население Семала составляло около 1700 человек. Судя по тому, что я слышал в Битлисе, число спасшихся должно быть сравнительно невелико.

Передают, что солдат, находившийся в карантине на обратном пути из Муша, рассказывал, что он убил пять человек, но что он убил меньше, чем кто-либо другой; другой солдат хвастался тем, что он убил сто человек. Число людей, взятых в плен, невелико, я не думаю, чтобы их было больше двадцати-тридцати человек, которых пощадили по прибытии главнокомандующего. Среди них было несколько агитаторов, подобных Дамадяну, но никто из них не был иностранцем, как сообщалось вначале...

Мутесарриф Муша вскоре после моего отъезда был переведен в Керкук, в Мосульском вилайете, а мутесарриф Керкука должен занять его место. Я не знаю, каково действительное значение этой замены, но предполагаю, что она произведена вали, который, очевидно, решил, что мутесарриф настраивает меня против него, хотя на самом деле он не делал ничего подобного. Я не видел вали, так как он уехал в Сгерд за два дня до моего прибытия. В Битлисе очень переживают при мысли о возможности его дальнейшего пребывания на этой должности, так как ответственность за сасунскую резню приписывается, главным образом, ему и опасаются, что жизнь христиан в городе не будет в безопасности, если подобные вещи останутся незамеченными. Он фактически признал свою вину, так как пытался получить документ с подписями горожан, в котором последние благодарили бы его за меры, предпринятые им в Сасуне, но они отказались подписать этот документ. Ему удалось, однако, заставить многих старост селений подписать такой документ, который и был опубликован в газетах. Уже более трех лет, как он находился в Битлисе, постоянно играя на «армянском вопросе», угрозами вымогая деньги у армян по всей провинции. Это ему не удалось в Сасуне, но ему удалось полностью отомстить за свою неудачу.

В заключение я хочу отметить, что имел значительные трудности в получении достоверных сведений, поскольку все время находился под пристальным надзором полицейских агентов, так что большинство местных жителей боялось, чтобы их видели беседующими со мной. Мне не разрешили посетить Сасунский район на том якобы основании, что я могу занести в войска инфекцию холеры, как было заявлено местными властями, а согласно заявлению властей в Константинополе потому, что мое присутствие там могло вызвать восстание. Я не имел намерения посещать войска, и поэтому они не могли подвергаться риску получить от меня инфекцию, а после того, что произошло, опасность восстания была, по меньшей мере, чрезвычайно отдаленной. Однако основные факты, я думаю, ясны, а приведенные выше подробности получены из надежных источников.

 

*Печатается по: АВПР. Посольство в Константинополе, д. 3135. См. также: Геноцид армян в Османской империи: Сб. документов и материалов под ред. М.Г. Нерсисяна. 2-е изд., доп. Ереван: Айастан. 1983. № 24. С. 29-35. 

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано:

РЕЧЬ БЫВШЕГО ПРЕМЬЕР-МИНИСТРА ВЕЛИКОБРИТАНИИ В. ГЛАДСТОНА

(29 декабря 1894 г.)*

 

… Возникли слухи, которые все более и более подтверждались, об ужасном и не поддающемся описанию положении Армении. Побуждение каждого человека при таких условиях заключается в том, чтобы дать простор взрыву сильного чувства, но я разделяю убеждение, что в таких важных случаях лучшим и самым подходящим представителем народа является его правительство, служащее органом нации и имеющее право авторитетно говорить от его имени.

И пусть мне не говорят, что один народ не имеет власти над другим. Каждый народ, а если нужно, то каждый человек, имеет власть во имя гуманности и справедливости. Эти принципы присущи человечеству, и нарушение их может открыть, в подобающий момент, уста самому малому из нас. Но в таких случаях, как настоящий, мы должны опасаться, чтобы не совершить какой-либо несправедливости и чем ужаснее слухи, тем строже обязаны мы воздерживаться от поспешного признания их достоверности; наш долг ожидать расследования дела и следить за тем, чтобы все, что мы говорим, основывалось на проверенных фактах.

Да, 18 лет назад на мою долю, я полагаю – на мое счастье, выпало принять на себя активную роль по поводу других насилий, о которых сначала распространились только слухи, но которые затем также были ужасным образом подтверждены; это – насилия, совершенные в Болгарии. Я однако не выступил по этому поводу до тех пор, пока, во-первых, достоверность и характер упомянутых слухов не были установлены бесспорным авторитетом; во-вторых, пока я сам не утратил всякой надежды на то, что правительство, находившееся тогда у власти, явится верным выразителем британского общественного мнения. Вы видите, что мой образ действий в настоящем случае не противоречит моим поступкам по поведу болгарских событий и, несмотря на мою старость, не может служить доказательством того, что чувства мои зачерствели в отношении к столь ужасным фактам, как те, о которых говорят теперь.

Я хранил до сих пор молчание потому, что имел полную уверенность, что правительство королевы исполнит свой долг, и сохраняю эту уверенность и теперь. Власть и влияние правительства значительны и в тоже время ограничены. Эта страна, действуя одиноко, не может выступать представительницей всего человечества и подвергать достойному наказанию даже самых грубых злодеев; но существует совесть человечества, как единого целого, – совесть, которая не ограничена даже пределами христианства. И великая сила в соединенном голосе оскорбленного человечества! Что произошло в Болгарии? Султан и его правительство безусловно отрицали, что совершено было что-нибудь дурное. Да, но их отрицание было поколеблено силой фактов. Истина обнаружилась на глазах всего мира. Я сказал тогда: «наступило время, чтобы турки и все их приверженцы ушли раз и навсегда из Болгарии». Слова эти были сочтены за сумасбродство, но в конце концов турки удалились не только из Болгарии, но также из целого ряда других мест. Не одно чувство законности, справедливости и человеколюбия, но и здравый смысл и благоразумие должны были научить их не повторять тех адских деяний которые опозорили Турцию в 1876 г.

Не подлежит, однако, сомнению, что следствие еще не закончено, и я не скажу ничего, что могло бы давать основание утверждать, что слухи оправдаются. В то же время я не могу сказать, чтобы не было никакого снования ожидать неблагоприятного исхода начатого следствия. Напротив, сведения, достигшие до меня, клонятся в пользу такого заключения, которое, как я надеюсь еще, может не оправдаться, но которое однако в общем сводиться к тому, что насилия, сцены и зверства, происходившие в 1876 г. в Болгарии, повторились в 1894 г. в Армении. Как я сказал, я надеюсь, что это не так, и я буду надеяться до последней возможности; но если высказанное предложение оправдается, то наступило время, чтобы единодушный крик проклятия не против людей, а против деяний, – крик, направленный против злодейств, – вырвался у оскорбленного человечества и достиг до слуха турецкого султана и дал бы ему почувствовать, – если он вообще может чувствовать, – безумие такого порядка вещей.

История Турции – мрачная и тяжелая история. Народ этой страны не лишен некоторых замечательных и в известных отношениях прекрасных качеств, но с слишком многих точек зрения он является для мира бичом, без сомнения, ниспосланным волею Провидения за грехи. Если окажутся справедливыми рассказы об убийствах, насилиях и противозакониях, то их нельзя оставить без внимания, к ним нельзя отнестись слегка. Я дожил до того, что Турецкая империя в Европе сократилась наполовину против того, чем она была, когда я родился; и почему же это? Просто благодаря ее злодеяниям – великое знамение, начертанное рукою Всевышнего, в которого турки, как магометане, верят, и верят твердо, начертанное в осуждение несправедливости, греха и ужасающей жестокости; я надеюсь, я уверен, что правительство королевы сделает все, что может быть сделано для того, чтобы разоблачить эту тайну и сообщить миру истинные факты, и если, по счастью, я говорю с надеждой вопреки надежде, сведения, полученные нами до сих пор, будут опровергнуты или ослаблены, тогда возблагодарим Бога; но если, напротив, они подтвердятся, то мир получит убедительнейшее доказательство того, что некоторым народам никакой урок, как бы он ни был суров, не может внушить благоразумие, чувство долга и сознание, что необходимо, хотя бы в некоторой степени, соблюдать законы приличия, гуманности и справедливости; если сведения, распространенные в настоящее время, получат подтверждение, то будет так же несомненно, как если бы это было записано железными буквами в летописях мира, что правительство, способное поддерживать и покрывать совершение подобных злодеяний, является прежде всего оскорблением пророка Магомета, к последователям которого оно себя причисляет, что оно составляет поругание цивилизации во всем ее целом и служит проклятием человечества.

Это сильные выражения; но такие выражения должны быть употребляемы, когда сильны факты, и они не должны употребляться без этого условия. Я советовал всем пока воздержатся от суждений и хранить их про себя, но по мере того, как доказательства усиливаются и положение дел представляется мрачнее, мои надежды меркнут и угасают; и до тех пор, пока я буду иметь голос, я надеюсь, что этот голос в случае необходимости будет раздаваться во имя человеколюбия и истины.

 

*Печатается по: The London Times. Weekly edition. 14 January 1895; Положение армян в Турции до вмешательства держав в 1895 г. СПб., 1896. С. 301-304. 

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано:

РЕЧЬ БЫВШЕГО ПРЕМЬЕР-МИНИСТРА ВЕЛИКОБРИТАНИИ В. ГЛАДСТОНА

Произнесена на публичном митинге в Честере (26 июля 1895 г.)*

 

… мы не имеем дела с вопросом о злоупотреблении власти, о дурном направлении. Перед нами нечто гораздо более серьезное и значительное, нечто налагающее на нас гораздо более тяжелые обязательства…

Нам вовсе не приходится иметь дело с поступками людей из так называемых опасных классов общества. Не с их деяниями мы должны ознакомиться, а с деяниями константинопольского правительства и его агентов. Нет ни одного из злодеяний, совершаемых в Армении, за которое константинопольское правительство не нанесло бы нравственной ответственности. Кто такие его агенты? Позвольте мне объяснить вам это в немногих словах. Они распадаются на три класса. Во-первых, это дикие курды, которые, к несчастью, являются соседями армян – одного из старейших народов христианской цивилизации и самых мирных, предприимчивых и рассудительных народов в свете. Курды живут дикими кланами; здесь было высказано (герцогом Вестминстерским, председательствовавшим на митинге), что султан организовал курдов. Я склонен оспаривать это мнение, ибо на мой взгляд курдские племена лишены всякой организации. Если они организованы, то по той системе, по которой может быть организована шайка разбойников. Султан и константинопольское правительство формально завербовали людей, не имеющих никакой военной дисциплины, составили из них фиктивные кавалерийские полки и затем распустили их, уполномочив в качестве султанских солдат, разорять и истреблять армянское население. Итак, курды – первые агенты, участвующие в этом ужасном деле; затем следуют турецкие солдаты, отнюдь не отстающие от курдов по своим злодейским приемам; наконец, к третьей категории принадлежат гражданские чиновники – полиция и сборщики податей турецкого правительства…

Отрицание фактов было оружием турецкого правительства, и оно пользовалось им очень усердно. Но державы знали, с кем они имели дело: Франция, Англия и Россия назначили беспристрастных делегатов и расследование, произведенное ими, вполне подтвердило обвинение. Но оттоманское правительство было одушевлено только одни желанием – скрыть истину ложью, обманом и проволочками. Теперь прошло несколько месяцев после того, как комиссия представила свой отчет относительно времени. До этого также прошло несколько месяцев, и я не думаю, чтобы вина за это промедление падала на правительство и их комиссаров. Насколько мне известно месяцы ушли на то, чтобы преодолеть все формальные затруднения и получить возможность преступить к следствию: на каждом шагу турки чинили затруднения. После того, как комиссары представили свой доклад, начали появляться разнообразные известия о его судьбе, то сообщалось, что султан решил передать его на рассмотрение особого комитета, то говорилось, что он не намерен идти на уступки, то утверждали, что он уступит по некоторым пунктам и откажется удовлетворить требования держав по другим. На что же мы можем рассчитывать, для того, чтобы добиться чего-нибудь в этом деле? Прежде всего, я должен напомнить вам трактаты, имеющие отношение к этому вопросу. Трактаты 1856 г. предоставили державам совершенно определенное и бесспорное право вступить в Армению и взять в свои руки управление этой страной, потому что Турция нарушила обещания, которые она приняла на себя перед Европой. Кроме того, у нас есть специальное право. Англия заключила с Турцией в 1878 г. договор, по которому оттоманское правительство обязалось ввести в Армении ряд реформ, и если бы даже часть этих реформ была введена, то такие ужасные события, с какими мы имеем дело в настоящие время, были бы невозможны.

Но договоры, предоставляя известные права, налагают между тем и обязанности. Если вы потребовали от турецкого правительства обязательства, что оно устранит злоупотребления и установит гражданскую и религиозную свободу, то в случае неисполнения этих обещаний вы должны принять меры к тому, чтобы обеспечить их осуществление. Каково же положение дела в настоящее время? Последние сообщения сводятся к тому, что султан был удивлен узостью требований, предъявленных ему державами, так как он полагает, что система управления страдает крупными недостатками не только в Армении, но и в других провинциях Турции. Это сообщение имеет тот смысл, что, по мнению султана, реформы, которых требует Европа для Армении, должны быть осуществлены по всей империи. Но что же это значит? Это значит что султан предпримет бесконечный ряд расследований и таким путем устранит этот вопрос. Позвольте мне иллюстрировать это положение следующим примером. Представьте себе, что мы собрали множество доказательств несовершенства какого-нибудь парламентского акта и, по нашему убеждению, представили серьезные доводы в пользу его реформы, и вот когда мы обращаемся с этими предложениями к нижней палате или правительству, нам отвечают: «нет, ваше требование слишком узко, не этот только закон страдает несовершенствами». Такой ответ представлялся бы странным и чудовищным. Между тем Оттоманское правительство постоянно прибегает к нему для того, чтобы прикрывать такие ужасы, с каким мы имеем дело в настоящее время. Таково первое сообщение, которое дошло до нас в последнее время.

Два дня назад получил известие, что оттоманское правительство намерено отвергнуть предложение относительно Армении, но согласно разоружить курдов. Предположим, что вы удовлетворитесь этой уступкой и скажете: «Мы не можем получить всего, поэтому будем довольны частью». Что же случится? Вероятно, у 50 или 100 курдов отнимут оружие и отдадут это оружие другим, еще более свирепым разбойникам.

Сущность вопроса, как хорошо известно оттоманскому правительству, заключается не в обещаниях, а в гарантиях, которыми обставлено исполнение этих обещаний. На днях в газетах появилось известие, что державы, приведенные в отчаяние проволочкой турок, решили положить конец такому положению вещей. Они имеют полное право послать в Армению своего комиссара и уполномочить его управлять страной от имени султана. Газета, сообщая это известие, замечает, что оно слишком хорошо, чтобы быть достоверным. Я не имею права утверждать перед вами, что упомянутое известие справедливо, но я от души желаю, чтобы оно оправдалось.

Весь вопрос, по моему мнению, сводится к трем положениям: первое из них заключается в том, что вы должны умерить ваши требование. Вы не должны требовать ничего, кроме безусловно необходимого, и, насколько нам известно, это правило было по всей строгости применено к предложениям держав. Я не колеблясь скажу, что самое верное и прямое решение вопроса заключалось бы в изгнании турок из Армении; они не имеют права оставаться там, но отнюдь нельзя быть уверенным, что Европа или хотя бы три державы согласились бы на подобное решение нынешних затруднений. Поэтому оставим в стороне все, кроме безусловно необходимого.

Теперь я перехожу к двум другим положениям, из которых первое заключается в том, чтобы вы не принимали никаких турецких обещаний, – они не имеют никакой цены, они хуже чем бесполезны, потому что, благодаря им, некоторые лица, недостаточно осведомленные, впадают в заблуждение, полагая, что турецкое правительство, давая обещание, имеет намерение выполнить его. Помните, что никакие предложения недостойны внимания, если они не построены на гарантиях совершенно независимых от турецких обещаний. Другое заявление, которое я должен сделать вам, заключается в следующем: не пугайтесь, если вы услышите, что в обсуждении настоящего вопроса введено слово, которое вообще должно быть исключаемо из дипломатических сношений: это слово – принуждение. Его отлично понимают в Константинополе и высоко ценят. Это сильно действующее средство, которое всегда приводит к цели, когда его применяют к турецким делам. Я не говорил бы таким образом, если бы лично не имел обширного опыта по этому предмету. Я говорю: прежде всего вам следует убедиться в справедливости своего дела и тогда решить, что цель ваша должна быть достигнута. Здесь нужно немного обратиться к грамматике. Помните, что слово «обязан» не имеет в Константинополе никакого значения и силы, – напротив, слово «должен» понимают там превосходно. Опыт, который может быть проверен по карте Европы, показывает, что своевременное употребление этого слова никогда не остается без результата.

Мм. гг.! Я должен сказать вам, что мы достигли действительно критического положения. Три великих европейских правительства, управляющие населением в 209 миллионов человек, превосходящим в восемь или десять раз население Турции, – правительства, средства которых в двадцать раз больше средств турецкой империи, влияние и сила которых в пятьдесят раз превосходят могущество Турции, взяли на себя по этому вопросу известные обязательства; если они отступят ввиду противодействия султана и оттоманского правительства, они будут опозорены в глазах всего света. Все мотивы долга совпадают в этом случае со всеми мотивами самоуважения.

Здесь было употреблено, к несчастью, не вполне неуместно слово «истребление». В последнее время широко распространилось убеждение, о справедливости которого я не берусь судить, – убеждение, что турецкое правительство поставило себе целью истребить христианское население в Оттоманской империи особенно в Армении. Я надеюсь, что это не справедливо, но я в тоже время должен сказать, что существуют доводы, по-видимому, подтверждающие это мнение. Один их этих доводов – и самый серьезный – заключается в том, что турецкое правительство потеряло голову. В мое время бывали еще периоды, когда Турцией управляли честные и искусные люди. Я могу сказать, что лет тридцать тому назад можно было верить слову турецкого правительства; вы могли не оправдывать его действия, но имели возможность положиться на его заявление; теперь уже на Порту нашло какое-то затмение. В самом деле, что произошло в Турции в наше время? Послушайте хвастовство его правительства, ссылающегося на свое достоинство и на свои права. Но какая же судьба постигла эти права к одной трети империи? При моей жизни Турция лишалась третьей части своей территории и 16 или 18 миллионов жителей, населяющих некоторые из самых прекрасных и некогда славных местностей, которые прежде находилось под оттоманским владычеством, а ныне пользуются такою же независимостью, как и мы. Турецкое правительство само отлично понимает это и тем не менее продолжает держаться своей безрассудной политики.

С другой стороны, председатель этого митинга весьма справедливо указывал на план управления, введенный в Ливане около 1861 г. Сущность этой реформы заключалась в том, что местным учреждениям дана была известная устойчивость и населению предоставлено право некоторого контроля над местными делами, и результат этой реформы оказался в высшей степени удовлетворительным. В некоторой части страны, правда не очень значительной, допущено нечто подобное местному самоуправлению, и действие этой системы дает основание к самым блестящим ожиданиям. Если мы сопоставим эти факты с последствиями, к которым привело турецкое управление, – последствиями, выразившимися в потере нескольких провинций, – то помрачение оттоманского правительства будет настолько очевидным, что план истребления христиан представится вполне возможным.

Да, это ужасная история, и я употребил немало времени, чтобы передать вам даже незначительную часть ее; но я надеюсь, что выслушав резолюцию, которая будет предложена вам, вы согласитесь, что она имеет за собой неопровержимые аргументы. Если в нас живо хотя бы слабое чувство гуманности, если мы дорожим нашим достоинством, то после мер, принятых в течение последних 12 или 18 месяцев, мы должны вмешаться. Мы должны строго ограничить наши требования только безусловно справедливым и необходимым, но решить, что это справедливое и необходимое должно быть сделано.

 

Текст резолюции, принятой по речи Гладстона:

Настоящий митинг выражает свое убеждение, что Правительство Ее Величества будет пользоваться сердечной поддержкой всей нации, без различия партий, относительно всяких мер, какое оно примет для того, чтобы обеспечить населению турецкой Армении такие реформы в управлении этой провинции, которые доставили бы серьезные гарантии жизни, чести, религии и имуществу жителей, и что деятельное значение могут иметь только реформы, находящиеся под неустанным контролем великих держав Европы.

 

*Печатается по: Положение армян в Турции до вмешательства держав в 1895 году. СПб., 1896. С. XX-XXVIII. 

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано: (изменено)

АРМЯНСКИЙ КРИЗИС

 

Вопреки обязательствам Блистательной Порты осуществить, без дальнейшего замедления, улучшения и реформы, вызываемые местными потребностями в областях, населенных армянами, и обеспечить их безопасность от черкесов и курдов, закрепленным Берлинским трактатом от 1/13 июля 1878 года, турецкие власти продолжали притеснения христианского населения Османской Империи.

В районе Сасуна курдские вожди обложили данью армянское население в обмен на отказ от набегов. В то же время османское правительство потребовало погашения задолженностей по государственным налогам, которые до того прощались, учитывая факты курдских грабежей. Отказ местных курдских вождей от набегов не спасал армян от кочевых курдских племён, двигавшихся на летние пастбища. Армяне отказались пойти на двойные поборы. Обнищание и грабёж сделали их восприимчивыми к пропаганде гнчакистов, и к лету 1893 года жители деревни Талвориг начали вооружаться, чтобы противостоять курдским набегам.

9 июня 1894 года курды и османские чиновники потребовали от армян уплаты дани и налогов, однако, встретив там сопротивление и оказавшись неспособными победить армян, пожаловались губернатору Битлиса Хасану Тексину, который послал на помощь курдам Четвёртый армейский корпус под командованием Зеки-паши. Больше месяца армяне сдерживали османскую армию и курдов и согласились сложить оружие только после обещанной амнистии и заверений, что их претензии будут услышаны правительством. Несмотря на обещания османского командующего, после разоружения начались убийства армян, две деревни Шеник и Семал были сожжены, а население, включая женщин, детей и священнослужителей, было подвергнуто насилию и жестоким убийствам. Оставшиеся в живых бежали в пещеры горы Андок, где были выслежены и уничтожены регулярными войсками и курдскими бандами. Было убито не менее 3000 человек. За эту операцию турецкий командир Зеки-паша получил от султана наградные.

Попытки британских дипломатов посетить место резни были заблокированы чиновниками, утверждавшими, что в районе эпидемия холеры, однако сообщения корреспондентов и миссионеров дошли до Европы. Послы Британии, Франции и России предложили создать комиссию по расследованию, однако предложение было отклонено Портой, согласившейся только на присутствие европейских наблюдателей на слушаниях. Слушания прошли в январе 1895 года в Муше в атмосфере запугивания, тем не менее, несколько армян согласилось выступить в качестве свидетелей. Расследование пришло к выводу, что армяне участвовали в мятеже, но европейские наблюдатели не согласились с такой оценкой.

Европейские державы действовали несогласованно, тем не менее, в мае 1895 года послы России, Великобритании и Франции направили султану меморандум и проект реформ, предусматривающий объединение армянских областей империи, участие европейских держав в назначении губернаторов, амнистию армянским политзаключённым. Также реформа предусматривала правительственный контроль над перемещением курдских племён, создание стимулов для их перехода к оседлому образу жизни и разоружение «хамидие» в мирное время.

В течение лета 1895 года продолжались переговоры между европейскими странами и Портой, во время которых последняя пыталась сначала отклонить программу реформ, а затем максимально уменьшить требования.

В августе 1895 года армянам удалось организовать противодействие в Зейтуне. Защищая свою жизнь, честь и имущество, зейтунцы прибегли к самообороне. Национальное собрание Зейтуна приняло решение перебросить в город жителей окрестных армянских сел, выгнать турецких чиновников, подготовиться к сопротивлению турецким войскам. Часть населения гавара (около 10 тыс. армян) была сосредоточена в селе Фрнуз. Армяне нанесли поражение османским войскам, захватил гарнизон и чиновников, а затем выдержали осаду регулярных войск.

Поскольку решений не принималось, гнчакисты в сентябре 1895 года решили провести большую демонстрацию до «Баб Али» — главных ворот Блистательной Порты — и поставили в известность западных послов, что мирный марш проводится в знак протеста против резни в Сасуне, террора против армян и политики выживания их с их исторической территории. 30 сентября 1895 года около 2000 демонстрантов вышло на улицы с политическими требованиями, однако по дороге к «Баб Али» на пути демонстрантов встала полиция. Ожидая противодействия властей, многие демонстранты были вооружены. Против армян была выставлена толпа, поддерживаемая полицией и войсками. Когда полицейский ударил демонстранта, тот вытащил револьвер и выстрелил в полицейского. В результате начавшейся перестрелки десятки армян были убиты и сотни ранены. Полиция отлавливала армян и передавала их софтам — учащимся исламских учебных заведений Стамбула, которые забивали их до смерти. Также в убийствах армян принимали участие стамбульские евреи. Резня продолжалась до 3 октября 1895 года.

8 октября 1895 года мусульмане убили и заживо сожгли около тысячи армян в Трабзоне. Нападение на армянскую часть города началось с сигнала горна, прибывшие сюда по приказу султана отряды «гамидие» (3 тыс. штыков) открыли огонь по армянам, после чего толпа, включая одетых в форму солдат, начала убийства и грабежи.

Европейские послы в очередной раз выразили протест бессмысленным убийствам армян, включая убийства на территории полицейских участков.

17 октября 1895 года Абдул-Хамид под давлением Европы принял компромиссный вариант реформ. Он был значительно меньше предложенного европейцами плана, однако и это давало армянам надежду. Принимая официально этот план, Абдул-Хамид на деле готовил ответ, который должен был преподать урок армянам и европейцам, – резню 1895-1896 годов.

Одновременно с принятием варианта реформ в ночь с 18 на 19 октября 1895 года было вырезано население армянского села Кес (спаслось лишь 5-6 человек). По свидетельствам очевидцев, участники погромов имели при себе особые разрешения за подписями наместника и командующего отрядами «гамидие» Шакир паши.

Эти событие стало провозвестником организованной османскими властями серии массовых убийств армян в Восточной Турции: Эрзинджане, Эрзеруме, Гюмюшхане, Байбурте, Урфе и Битлисе. Посланные султаном провокаторы собирали мусульманское население в самой крупной мечети города, а потом объявляли от имени султана, что армяне начали восстание против ислама. Мусульманам предлагалось защитить ислам от неверных и, поощряя грабежи армян, разъяснялось, что присвоение мусульманином имущества мятежников не противоречит Корану.

Другой тактикой Абдул-Хамида стало насильственное обращение армян в ислам. Эта операция была поручена Шакиру-паше, занимавшему должность инспектора отдельных округов в Азиатской Турции. По мнению Лорда Кинросса, задачами Шакира-паши были планирование и исполнение массовых убийств и сокращение численности с перспективой полного уничтожения армянских христиан. Резня происходила в регионах, которые должны были быть реформированы согласно плану европейских держав.

На ноту послов Британии, Франции и Российской Империи из Порты пришёл ответ, что в беспорядках виновны прежде всего сами армяне.

Наиболее жестокой и варварской была резня в Урфе 24 октября – 3 ноября 1895 года, где армяне составляли до трети населения города. Осажденные армяне спрятали женщин и детей в кафедральном соборе и вступили в бой с турецкими войсками. После падения Урфы командующий турецкими властями направил женщин и детей к местному шейху. Тот приказал бросить их на землю и, прочитав над ними молитву, перерезал всем горло. На следующее утро толпа мусульман подожгла собор, в котором спрятались оставшиеся армяне, и сожгла заживо полторы тысячи человек. Находившиеся там войска стреляли в любого, кто пытался убежать. Днём чиновники-мусульмане, посланные оповестить армян, что убийств больше не будет, вырезали последние 126 армянских семейств. Общее число убитых армян в Урфе и окрестностях составило более 8 тысяч.

В ноябре 1895 года резня была продолжена в ряде других городов. Были убиты тысячи армян, ещё большее количество должно было умереть от голода зимой 1895-1896 годов.

После резни армян в Мараше, турецкие войска (50-60 тыс. аскяров) двинулись на Зейтун. Зейтунцы (6 тыс. бойцов) во главе с князем Казаром Шоврояном и Агаси Турсаркисяном более двух месяцев оказывали туркам упорное сопротивление, отбивали их атаки. Не сумев завладеть Зейтуном, турецкое правительство было, вынуждено направить в Зейтун шесть иностранных консулов для ведения переговоров с оборонявшимися. Армяне сложили оружие в декабре 1895 года только после вмешательства европейских посредников. Было заключено соглашение, по которому турецкие войска покинули Гавар, повстанцам дарована амнистия, был назначен правитель-христианин, а население на пять лет освобождено от налогов.

Изменено пользователем Гвардии-полковник

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Создайте учётную запись или войдите для комментирования

Вы должны быть пользователем, чтобы оставить комментарий

Создать учётную запись

Зарегистрируйтесь для создания учётной записи. Это просто!


Зарегистрировать учётную запись

Войти

Уже зарегистрированы? Войдите здесь.


Войти сейчас