Священная Дружина


27 сообщений в этой теме

Опубликовано: (изменено)

Священная Дружина

 

Священная дружина – тайная монархическая организация в Российской Империи, созданная 12 марта 1881 года для борьбы с революционным террором после убийства Его Величества Государя императора Александра II.

 

Примечание:

1. Текст составлен по материалам: Священная Дружина. Отчетная записка за 1881–1882 годы.

2. Сине-зеленым цветом выделены материалы из других источников.

– «Священная дружина» против народовольческой эмиграции // «Будущего нет и не может быть без наук…». – М.: Изд-во Моск. ун-та, 2005. С. 604-634.

– Александр Черёмин, доктор исторических наук. «Священная дружина». – «Русский Дом».

– Балязин Вольдемар. «Священная дружина» // Конец XIX века: власть и народ.

3. Темно-синим цветом выделены внесенные изменения.

Изменено пользователем Гвардии-полковник

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано: (изменено)

1. Образование общества

 

Злодейство 1 марта 1881 года глубоко потрясло все слои русского народа не исключая и тех, которые были не чужды политических метаний и увлечений. Благоразумная часть русского общества не могла не отнестись с ужасом и опасением к различным и опасением к различным, ясно выразившимся явлениям нашей жизни и не считать своим долгом принять в них какое-либо деятельное участие. Естественно явились тревога и страх за безопасность ныне царствующего государя императора и его августейшей семьи. Естественно порождалось недоверие к силам и действиям подлежащих властей, не успевших оградить в бозе почившего государя от ряда преступных покушений и мученической кончины в центре государственного управления. Эта часть общества не могла не видеть размеры политических брожений, охвативших в последнее время русскую жизнь, в особенности интеллигентные ее сферы. Начинались эти брожения с неопределенных и довольно бесформенных либеральных мечтаний разнообразных оттенков и кончались, однако, развитием революционной партии и уродливой кучки наших крайних террористов, убийц.

Верноподданные русского государя не могли также не сознавать, что каждая из означенных партий брожения отличается сплоченностью и солидарностью своих членов, пользуется безусловным – сознательным или бессознательным – содействием легальных органов нашей печати, не говоря о подпольных. Совершенно иное усматривалось в противоположной им части русского общества.

Далеко не малочисленная, но бессильная против такой организации, при полном отсутствии связи внутренней и общей программы действий, эта часть общества чувствовала, в такой ужасный исторический момент, необходимость организации для образования твердого и решительного отпора всяким покушениям на государственный строй и его исторические основы.

Чувство это было искренно, глубоко и требовало только формы для осуществления.

Казалось, такая организация, такой союз людей охранительного образа мыслей могли бы облегчить заботы администрации по охране государя императора и его августейшей семьи, а также этот охранительный союз, приняв на себя задачу постепенного рассеяния заблуждений и утопий, оказал бы тем деятельную помощь властям в борьбе с крайними партиями.

Проникнутые этим сознанием, с этою целью некоторые лица охранительных воззрений образовали частное общество, которое открыло свои действия 12 марта 1881 года.

В самой идее «Священной Дружины» многие из них видели нечто рыцарски-монархическое. Это была первая известная антитеррористическая организация, созданная на общественных началах и при поддержке на самом высоком государственном уровне.

Сам факт создания такой организации свидетельствовал о недоверии высших лиц государства официальным правоохранительным, как бы сейчас сказали, органам. «Священной Дружиной» фактически хотели даже не подстраховать, а подменить работу полиции.

Философ Лев Тихомиров, бывший, кстати, в то время членом Исполкома «Народной воли», но потом перешедший на сторону властей, оправдывая действия правительства в мартовские дни 1881 года, писал: «... полиция, ещё до графа Лорис-Меликова (министр внутренних дел при Александре II – авт.) заявившая себя крайне неудовлетворительно, была при нём окончательно скомпрометирована в общественном мнении. Патриотическое чувство, глубоко поражённое злодейством 1 марта, возбудило мысль общественной охраны Государя. Государь, в виду общего разочарования в полиции, не счёл нужным пресекать это выражение заботливости преданных ему верноподданных, хотя понятно, что в принципе всякие частные общества с такими целями составляют формальное нарушение правильного течения государственной жизни. Но в марте 1881 года нельзя было быть слишком требовательным в отношении формального порядка».

Суть дела, конечно, заключалась не только в нарушении «формального порядка». Правительство искало выход из кризиса власти. Ему нужны были новые и более надёжные средства в борьбе с террором народовольцев. И «Священная Дружина» была призвана стать таким средством.

Первые месяцы своего существования общество почти исключительно было занято внутренними, организационными работами (выработка устава, привлечение членов общества, группировка их по специальностям и т.д.)

Одним из главнейших оснований организации было сохранение самого образования общества и его деятельности в возможной тайне.

Признавалось это необходимым для более успешного противодействия различным группам политической оппозиционной партии. Нескромность некоторых лиц (узнавших по служебному своему положению об образовании общества) обнаружила его существование; хотя это обстоятельство и породило немало невыгодных для него толков со стороны лиц, недостаточно знакомых с организацией и целями общества, но имело, однако, и ту хорошую сторону, что произвело удручающее впечатление на всю, без исключения, социально-революционную партию.

Революционеры увидели, что против них вооружается общественная сила, могущая действовать самыми разнообразными и неуловимыми орудиями. Они по собственному опыту знали, насколько для них может быть опасен скрытый враг, обладающий всеми средствами не только проникнуть вглубь их организации (как они проникают в правительственные), но могущий начать с ними самую опасную борьбу – борьбу идеи.

Поэтому они заволновались в прессе, как в своей подпольной и заграничной, так, значительной частью, и в нашей легальной, всеми средствами стараясь восстановить общественное мнение против возникающего учреждения. К сожалению, нельзя умолчать, что иногда и правительственные чиновники (не только полицейские, но и других ведомств) относились к обществу не с должным беспристрастием, чем нередко ставили делу серьезные затруднения.

На молодое, только что возникающее общество сыпались обвинения и нападки со всех сторон. Приходилось только отмалчиваться, так как организация союза не представляла никакой возможности защищаться от инсинуаций и открытой клеветы, направленных как против его целей и деятельности, так и против личного его состава.

В этом нравственно-тяжелом положении членов общества поддерживало только одно сознание, что они собрались для борьбы, для отстаивания своих глубоких убеждений и что эта борьба, что поднятие охранительного знамени не может обойтись без нравственных и материальных жертв.

К июню 1881 г. общество настолько окрепло, что могло организовать народную охрану в городах: Москве, Нижнем Новгороде, Ярославле и Рыбинске во время путешествий их величеств по России.

В октябре 1881 г. закончился организационный период жизни общества. 

Изменено пользователем Гвардии-полковник

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано: (изменено)

2. Организация общества.

 

Никто из идеологов и создателей «Священной Дружины» не имел понятия об оперативной работе такого рода, которую они собирались проводить. Организацию законспирировали как могли, обставив возможно большей таинственностью. Подражали в этом всем известным в то время «тайным обществам»: от западных масонов и карбонариев до русских революционных организаций. Внутренняя конструкция «Священной Дружины» была необычайно сложной. Возможно, именно это и позволяло создать подлинную конспиративность.

В организации был свой обряд посвящения в дружинники. Он напоминал упрощённый обряд масонов. После совершения обряда «посвящённый» давал расписку, которая отправлялась в верховный орган «Священной Дружины» – Совет первых старшин. Каждый член общества при зачислении в его ряды получал свой определённый номер, которым и обозначался во время всех своих действий, связанных с организацией.

В Совет первых старшин входили:

Санкт-Петербургский Генерал-губернатор, командующий войсками Гвардии и Санкт-Петербургского военного округа, член Государственного совета, генерал-адъютант, генерал от инфантерии Великий князь Александр Александрович;

Командир Гвардейского корпуса, член Государственного совета, генерал-адъютант, генерал от инфантерии Великий князь Владимир Александрович;

Главный начальник флота и Морского ведомства и председатель Адмиралтейств-совета,член Государственного совета, генерал-адмирал Великий князь Алексей Александрович;

Министр внутренних дел, генерал-адъютант, генерал от инфантерии Граф Игнатьев Николай Павлович;

Министр государственных имуществ, действительный тайный советник, статс-секретарь Островский Михаил Николаевич.

Руководители общества (члены Совета первых старшин) имели номера с 1-го по 5-й составляли первую степень «братьев». (Обращение «брат», принятое в организации, тоже, очевидно, пришло от масонов).

Остальные члены дружины по своей деятельности разделились на два отдела. Первый отдел, имевший «специальное назначение» и состоявший под непосредственным ведением Совета, занимался организацией работы, руководил, разрабатывал план деятельности, выносил решения. Сообразно этому из членов первого отдела составлялись административные и руководящие органы Дружины – Центральный комитет (ЦК), Исполнительный комитет (ИК) и Организационный комитет (ОК). Этот отдел находился в Петербурге и насчитывал 100 дружинников, носивших номера от 6-го до 105-го (2-я степень «братьев»).

Центральный комитет «Священной Дружины» возглавлял генерал-адъютант Граф Воронцов-Дашков Илларион Иванович (имел № 6). Непосредственно после события 1 марта 1881 года он возглавлял комиссию по охране Императора и 1 апреля 1881 года был назначен начальником императорской охраны.

Организационный комитет – генерал-адъютант Дурново Пётр Павлович (имел № 9).

Исполнительный комитет – генерал-адъютант Граф Левашов Николай Васильевич (имел № 7).

Во главе Санкт-Петербургского отделения стоял флигель-адъютант, Гвардии-полковник Граф Шувалов Павел Петрович (имел № 8).

Московское отделение возглавлял Московский генерал-губернатор, командующий войсками Московского военного округа, генерал-адъютант Князь Долгоруков Владимир Андреевич (имел № 10).

 

К 1 октября 1881 года «Священная дружина» как всероссийская организация приняла следующее устройство:

1. Во главе общества стоял Совет Первых Старших его членов (С.П.С.), и руководил обществом через особое делопроизводство.

2. Всею деятельностью управлял Центральный Комитет (Ц.К.), члены которого были по назначению от С.П.С. – Ц.К., были подчинены все учреждения общества.

3. Исполнительная деятельность лежала на двух коллегиальных учреждениях: Организационном Комитете (О.К.), ведавшем общественную деятельность и личный состав, и Исполнительном Комитете (И.К.), направлявшем специальную службу подчиненных обществу разведывательных органов. В состав комитетов входили попечители, руководившие отдельными организациями, а также принимали в них постоянное участие как члены: в центральном комитете – товарищ министра внутренних дел, в исполнительном комитет – Санкт-Петербургский обер-полицмейстер.

4. «Добровольная Охрана» была подчинена центральному комитету и имела специальную цель – наружную охрану священной особы государя императора и членов августейшего семейства путем привлечения к этому делу, в качестве добровольцев, масс местных обывателей.

«Добровольная Охрана» имела два постоянных отделения – одно в Санкт-Петербурге, другое в Москве, которые и действовали во время высочайших приездов с отделением своих сил и в загородные места пребывания государя императора.

5. В провинции учреждено было несколько Местных Комитетов (в Нижнем Новгороде, Харькове, Киеве, Земле Войска Донского и др.), подчиненных, на общем основании, Центральному Комитету. Всем этим учреждениям выданы были наказы и инструкции, обусловливающие круг их деятельности.

1 декабря 1881 г. состоялось распоряжение о приостановлении дальнейшего развития личного состава общества: предполагалось произвести органическую реформу, придав ему полуофициальный характер.

Всех членов в обществе было 729 (из оставшихся 719 человек 326 были офицерами, 245 – отслужившими казаками, 115 – землевладельцами-домовладельцами. Священников и крестьян – по одному. Других сословий – 31). В охране же постоянных добровольцев состояло 14.672 человека.

На содержание «Священной Дружины» и её агентуры было выделено 3 млн рублей из личных средств Николая II. При этом принимались пожертвования от членов Дружины, а также отпускались деньги из бюджета министерства императорского двора и уделов. Каждый член общества получал жалованье и командировочные на разъезды. Деятельность дружинников не должна была сливаться с деятельностью государственной полиции, усилия которой признавались недостаточно эффективными. 

Изменено пользователем Гвардии-полковник

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано: (изменено)

3. Деятельность общества

 

Согласно условий, при которых возникла мысль об образовании общества, и той задачи, которая легла в его основание деятельности, общество имело охранительную цель, в широком смысле этого слова. Охранительную эту деятельность, по формам ее проявления, возможно разделить: на личную охрану государя императора и его августейшего семейства и общественную деятельность.

Первый вид деятельности (охранная) подразделился на охрану наружную и внутреннюю (деятельность секретно-агентурная). Внутренняя же охрана распалась на работу по чисто полицейскому сыску и на литературную борьбу с социально-революционными лжеучениями.

Изменено пользователем Гвардии-полковник

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано: (изменено)

Наружная охрана

 

Для содействия наружной охране священной особы государя императора и его августейшего семейства общество выставляло уличную (панельную) стражу из своих членов, добровольцев и оплачиваемых стражников.

При проезде же его величества по району постоянной деятельности охраны все дома и строения, расположенные по пути высочайшего следования, были также специально оберегаемы. Для успешного выполнения этой серьезной и ответственной обязанности образовано была вспомогательная организация, принявшая название общества «Добровольной охраны».

Приводим главные основания организации Добровольной охраны:

1. Добровольная охрана действовала открыто, хотя и неофициально.

2. Обыкновенные маршруты государя императора составляли район постоянной деятельности охраны, т.е. все дома и строения этого район, равно как и его народонаселение, были под постоянным бдительным надзором.

3. Панельная охрана в городах, в районе Добровольной охраны, производилась домовой стражей и летучими отрядами; вне района – одними летучими отрядами.

4. Для усиления внутреннего домового надзора (в местах, где обстоятельства этого требовали) в распоряжении Добровольной охраны находились бригады из оплачиваемых агентов, составлявшие из себя отдельную организацию.

Предполагалось, что при подобной организации район Добровольной охраны гарантирован от заблаговременно устроенных преступных покушений из домов и строений. Панельная же охрана его усилится до возможных пределов.

Добровольная охрана постоянно действовала в городах: Санкт-Петербурге и Москве, в местах пригородной резиденции их императорских величеств и по линиям железных дорог Николаевской, Санкт-Петербурго-Варшавской, Балтийской и Царскосельской.

Кроме того, постоянно находился летучий отряд из оплачиваемых стражников Добровольной охраны в Царском Селе.

Изменено пользователем Гвардии-полковник

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано: (изменено)

Внутренняя охрана или сыскная агентурная деятельность.

 

Опыт первых же месяцев указал, что деятельность наружной охраны крайне затрудняется без сведений и указаний из той среды, из которой можно ожидать преступных предприятий, так как эти сведения дают возможность наружной охране действовать спокойнее и сознательнее, что более чем важно в таком трудном и ответственном деле.

В эту борьбу с революционным движением «Священная Дружина» вступила рука об руку с Департаментом государственной полиции. Связь с министерством внутренних дел осуществлялась через товарища министра генерал-адъютанта, генерал-лейтенанта Черевина Петра Александровича, который был введен в ЦК «Священной Дружины» (с 12 июня 1882 года – товарища министра внутренних дел, заведующего полицией и командира Отдельного корпуса жандармов Оржевского Петра Васильевича). Членом Исполнительного комитета состоял Санкт-Петербургский обер-полицмейстер генерал-майор Пётр Аполлонович Грессер, координировавший действия дружинников со столичной полицией. Все меры, принимаемые дружинниками к охранению государя императора, должны были проводиться «в действие не иначе как по предварительном одобрении Черевина Петра Александровича, с 11 августа 1881 года – начальника Собственной Его Императорского Величества охраны. Согласно инструкции «Священной Дружины» ее члены были обязаны сообщать в департамент полиции все сведения, «касающиеся вообще до государства», что на первых порах неукоснительно ими и выполнялось.

В свою очередь полиция также должна была оказывать всяческое содействие «Священной дружине». Она выдавала ее руководителям особые карточки – «исполнительные», а рядовым членам – «предупредительные». Предъявление «исполнительной» карточки любому полицейскому чину обязывало его выполнять все требования дружинника, вплоть до произведения обыска и даже ареста. «Предупредительная» карточка принуждала стража порядка отнестись «с должным вниманием» к заявлению её предъявителя.

Департамент государственной полиции через Черевина П.А. выдавал руководству «Священной Дружины» незаполненные или выписанные на вымышленные имена заграничные паспорта для его агентов. Полиция также должна была сообщать дружинникам сведения о тех лицах, которые были указаны в их доносах: например, содержание их перлюстрированных писем. Если же подозрительные лица подвергались аресту, то результаты обысков и их следственные показания. Воронцов-Дашков И.И. неоднократно получал нужные ему сведения по своим агентурным донесениям. Однако такая тесная связь с полицией существовала только в начале деятельности «Священной Дружины».

Желая добросовестно исполнить принятую на себя священную обязанность, «Священная Дружина» не останавливалось перед образованием, из оплачиваемых лиц, нескольких полных секретно-агентурных организаций. Каждая из этих организаций была под высшим руководством одного из членов общества, которому присваивалось название попечителя этой организации.

Всех попечительств было 4 (местность № 1 Петербургская и 2 № Московская, заграничная и железнодорожная). Каждое попечительство получило свои наказы.

Все агентурные организации были тесно друг с другом объединены в исполнительном комитете, где, в свою очередь, через заседающего в комитете обер-полицмейстера, устанавливалась связь с местными организациями государственной полиции.

Деятельность внутренней охраны была направлена к проникновению в самую глубь социально-революционной партии для выяснения как личного состава ее деятелей, так и их преступной работы. Предполагалось, что чем с большего числа сторон поведется всякая сыскная деятельность, чем шире ею охватят революционную среду с ее многоразличными разветвлениями, тем больше шансов будет и углубить разведывательную работу и предупредить всякое преступное начинание.

Общий порядок, общий тип деятельности был установлен следующий:

Всем «братьям» разрешалось иметь агентов для собирания сведений о революционерах, но агенты не должны были знать о существовании общества.

Старались разными путями добыть таких людей, которые или вращались, по какому-либо случаю, в революционной среде, или, через имеющиеся знакомства, могли туда проникнуть. Эти люди (секретные агенты) сообщали в агентуры все, что делалось в этих кружках.

Сведения эти проверялись и дополнялись агентурной разработкой с помощью секретных справок и наблюдений, которые производили наружные агенты (филеры).

Агентурная организация строго отделяла секретных агентов от наружных, проверяя действия одних с помощью других.

Не входя в подробности изложение системы, принятой агентурной организацией, можно только сказать, что общество старалось обеспечить успех деля тайной его обстановки и хорошим выбором секретных агентов.

Последнее условие чрезвычайно важно, так как все искусство руководителя заключалось в умении избрать хорошего внутреннего сообщителя и в направлении его деятельности с таким расчетом, чтобы он не обнаружился, а приобретал все более и большее доверие в революционной среде.

Драгоценным секретным агентом считался тот, который оставаясь преданным обществу и его целям, добивался положения выдающегося деятеля в революционной партии. Это положение давало ему возможность знать многое, что делается в революционных сферах.

За некоторое время секретно-агентурные сведения не только познакомили членов общества с частью личного состава революционной партии, но и выяснили им характер самого движения с его опасными и слабыми сторонами.

Это более близкое знакомство с революционным движением указало на необходимость открыть борьбу с этим движение на поприще идеи, употребив для этого особые агентурные приемы. 

Изменено пользователем Гвардии-полковник

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано: (изменено)

Зарубежная агентурная деятельность.

 

К лету 1881 года «Священная Дружина» создала в Европе разветвленную сеть секретного сыска. В Париже учреждена агентура под главным руководством Пьетри и под непосредственным начальством агента Лангранжа (1 brigadier; 1 secretaire, 10 agents-fileurs; кроме того 6 русских агентов и 3 корсиканца). Действиями этой агентуры управляет член общества, специально для сего поселившийся в Париже и пользующийся полною, хотя и негласною, поддержкою русского посольства. Парижская агентура учреждает разветвления в Женеве, Лондоне, и Брюсселе. Совершенно независимо от Парижа учреждается вторая агентура в Вене, имеющая своим центром комиссионную контору Шорова (В настоящее время все революционеры, едущие за границу и возвращающиеся в Россию, непременно проезжают через Вену). Венская агентура заведует:

Австро-русской границею (12 шинков, устроенных обществом в Бродах, Волочинске, Сосновицах, Границе и пр.;

Берном (центром учащихся женщин); кухмистерской в Жене;

Лейпцигским кружком (Наумова);

переплетной мастерской в Париже (Купченко).

Венской агентурой заведует член общества, живущий в Вене.

Одной агентуре неизвестно о существовании другой (что необходимо для контроля показаний).

Кроме того, предполагается учредить 3-ю агентуру в Бухаресте с разветвлениями в Добрудже и, может быть, в Константинополе».

По мере возникновения агентур во многих городах Европы «Священной Дружина» отказалась от параллельной системы заграничной разведки. Был создан единый координационный центр – Управление иностранными агентурами «Священной Дружины», куда стекались все заграничные донесения. По сохранившимся документам видно, что это Управление не играло самостоятельной роли: все полученные сведения оно передавало в Исполнительный комитет «Священной Дружины», где их обсуждали и принимали соответствующие решения.

Постепенно руководство всей зарубежной деятельностью «Священной Дружины» сосредоточилось в руках самого активного руководителя организации графа Шувалова П.П. В делах заграничного сыска активное участие принимали также князь Белосельский-Белозерский К.Е., штабс-ротмистр Безобразов А.М. и князь Демидов Сан-Донато П.П. Активное участие в заграничном сыске принимал Корвин-Кручковский П.В., назначенный в сентябре 1882 года заведующим Парижской агентурой, а также Рачковский П.И.

Заграничная агентура «Священной Дружины» работала в контакте с полициями Италии и Франции, которые не только помогали ей в слежке за эмигрантами, но и снабжали некоторыми документами и материалами разведывательного характера.

Траты на заграничную секретную службу составляли более чем значительные суммы. Так в декабре 1881 года Шувалову П.П. на заграничную агентуру было выдано 12 тыс. рублей, а уже в январе он получил еще 22.500 рублей. Надо полагать, что на заграничный сыск «Священная Дружина» расходовала не менее 250-300 тысяч рублей в год.

К 1 января 1882 года за границей были установлены агентуры во всех городах Европы, где проживали русские революционеры: Лондоне, Париже, Берне, Цюрихе, Женеве, Вюрцбурге, Лугано, Кракове, Вене, Лемберге, Яссах, Риме, Лионе, Константинополе. Временную разведку агенты «Священной Дружины» производили также в Филипполе и Тульче.

Агенты «Священной Дружины» постепенно выявили адреса почти всех наиболее известных революционеров-эмигрантов, установили за ними постоянное наблюдение и подвергали перлюстрации их переписку. Дружинники стремились всеми силами проникнуть в революционную эмигрантскую среду. Они посещали библиотеки, кафе, другие общественные места, где собирались русские революционеры, крутились вокруг редакций и типографий эмигрантских изданий, ходили на общие собрания и митинги, следили за сбором денег на народовольческий «Красный Крест», завязывали частные знакомства с политическими эмигрантами и обо всем виденном и слышанном усердно доносили своему начальству. 

Изменено пользователем Гвардии-полковник

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано: (изменено)

Подпольная литературная борьба.

 

Ввиду преобладания в русском революционном движении террористической (народовольческой) партии и широкого развития ее деятельности и разветвлений (что явствует из приложенных к обзору сведений), общество признало недостаточной деятельность своих разведывательных, секретно-агентурных органов, направляемых рутинно-полицейским способом: потому что, если даже допустить, что этим путем удалось бы охватить большую часть опасного революционного движения (что на практике едва ли исполнимо), то все-таки на характер движения не могли бы иметь никакого влияния. Умаление же острого движения в революционных сферах, а этим и размера террористической деятельности, признавалось в охранном отношении крайне необходимым, так как при развитии террористического (народовольческого) фанатизма можно было ожидать самых непредвиденных и тяжелых случайностей. Для целей активного воздействия на крайние революционные фракции, общество успело открыть три печатных периодических органа, действующих каждый в разных революционных группах, питающих народовольческую (террористическую) партию.

Совокупное действие этих органов было рассчитано таким образом, чтобы дискредитировать в революционных сферах народовольческое (террористическое) учение; породить сомнения и споры в практической применимости этого учения; завести искусственные ссоры между членами партии вообще всячески стараться произвести расколы в личном его составе. Кроме того, с помощью этих орудий надеялись значительно расширить сведения общества о революционном движении и проникнуть в высшие его слои, недоступные для простого полицейского сыска. Деятельность этих трех органов печати распределялась следующим образом:

В эмиграционных сферах были два подпольных органа: «Вольное Слово» и «Правда».

«Вольное Слово» должно было поднять почвенные вопросы и стараться, путем анализа и критики русского революционного движения, обездомить беспочвенных народовольцев. Кроме того, выкидывая флаг умеренно-революционного движения, оно должно было дать нужную аргументацию всем колеблющимся в народовольческой партии силам, для естественного их отделения от партии.

Газета «Правда» действовала в диаметрально-противоположном направлении. Она утрировала народовольческую программу, доводила ее до очевидной нелепости даже для политически отуманенных лиц. Первоначально она увлекла даже народовольческих авторитетов, связала революционную репутацию многих из них своим существованием, а затем, с величайшим скандалом, провалилась вместе со своими покровителями. Карикатурность этого факта имела на крайнее движение отрезвляющее действие как доказательство от противного. Между «Вольным Словом» и «Правдой» была установлена ожесточенная полемика.

Наконец, в либеральных политических сферах действовал легальный орган «Московский Телеграф», который нужен был для одной из фикций «Вольного Слова» и должен был провалить политическо-либеральное движение, столкнув его с экономически-либеральным движением. Главное, чем предполагалось произвести потрясение, это обнаружением факта, что «Московский Телеграф» служит агентурным целям «Священной Дружины».

Дело это увенчалось полным успехом: борьба вольнословческого с народовольческим направлением лишила последнее значительного количества последователей и денежных средств. 

Изменено пользователем Гвардии-полковник

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано: (изменено)

Общественная деятельность

 

Общественная деятельность имела целью по возможности тесно сплотить консервативные элементы русского общества, исследовать общественные движения, волнующие русскую жизнь, и бороться с этими движениями по мере сил и возможности.

Руководители «Священной Дружины» рассчитывали, что их организация станет «союзом людей охранительного образа мыслей». Но в «охранительный лагерь» некоторые лидеры, как, например, Шувалов П.П., включали не столько «врагов всякого прогресса и сторонников одних лишь репрессивных мер», сколько людей, отстаивающих мирное постепенное преобразование России на основе либеральных реформ, исходящих от императора.

Для достижения этой цели принят был нижеследующий план действия.

Решено было привлекать в члены общества таких лиц, которые по своим знаниям и положению могли бы служить руководителями или сильными пособниками консервативного движения.

К подобным лицам принадлежат служащие по выборным учреждениям как городским, так и земским (предводители дворянства, председатели земских управ, влиятельные гласные и т.п.), литераторы, богатые собственники, пользующиеся влиянием в своей местности, выдающиеся лица торгового, промышленного и финансового мира, серьезно занимающиеся политическими и экономическими исследованиями и т.п. При оценке лиц, кроме вышеприведенных условий, принимались еще во внимание некоторые особенности их положения, увеличивающие их нравственный ценз: их консервативные семейные традиции, их политическая зрелость, некоторые экономические особенности и независимость их положения и др.

Обращено было особенное внимание на принадлежность доверенных членов общества к коренной национальности страны, заинтересованной в охранении политического преобладаний этой национальности. Так, например, общество мало доверяло польскому и еврейскому консерватизму, так как политические интересы этих национальностей расходятся с коренными русскими, а на экономическую связь, экономическое тяготение к России – еще мало можно рассчитывать. Прием же привлечения новых членов в общество через старых и под личную ответственность последних вполне обеспечивал возможность иметь хорошую оценку новопоступающих.

Решено было избранных членов общества заинтересовать разными общественными вопросами с тем, чтобы они занялись их разработкой.

При этом исключительно предпочиталась фактическая разработка данного предмета общими рассуждениям, имевшим значение только личного мнения.

К вопросам, подлежавшим разработке, относились: местные народные волнения, разные проявления общественного неудовольствия, экономические бедствия, беспорядки, хищения и т.д.

Рекомендовалось более знакомиться с вопросами административными, вопросами земского самоуправления и в особенности с крупными правительственными распоряжениями, как-то: сенаторскими ревизиями, специальными комиссиями по исследованию вопросов, затрудняющих центрально правительство, и т.п.

Работа эта должна была восстановить действительную картину общественной жизни и дать ей истинную окраску.

Результатом этой работы должна была быть выработка не только принципиальной, но и практической консервативной программы, – солидарность с этой программой всех членов общества и пропаганда этой программы членами общества – каждым в кругу его естественной деятельности.

Кроме того, консервативная борьба должна была выразиться и высказаться и на земских выборах и на почве литературной, где общество предполагало привести в исполнение один из самых могучих рычагов сплочения партии, именно: печатный орган. Имея своих членов подписчиками и через них его распространяя весьма обширно по России, все указанные вопросы могли бы разрабатывать подробно и в желаемом направлении. Общество не скрывало от себя трудности устройства такого дела, ввиду принадлежности массы пишущих лиц к либеральным и крайним кружкам. Оно уже имело некоторый план проекта такого дела, когда деятельность его была прекращена, а вместе с тем, конечно, и дальнейшая разработка сказанного плана.

В программе «Дружины» не был поставлен вопрос о введении конституции, вместе с тем часть дружинного руководства (Воронцов-Дашков И.И., Шувалов П.П. и Шувалов П.А., Бобринский А.А.) приняли участие в конституционной кампании Николая II. 

Изменено пользователем Гвардии-полковник

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано: (изменено)

4. Краткий свод сведений, полученных от членов общества и от разведывательных его организаций

 

С первых дней своего образования общество старалось о выяснении русского революционного движения, революционной организации, личного состава и деятельности различных кружков, преимущественно кружков активных и крайних. Но, для большего освещения всей картины этого движения, общество не могло не интересоваться и другими слоями, не революционными, но лишь оппозиционными, так как исследование этих слоев могло указать частью на точки соприкасательства их с революционными партиями, частью же повести к разъяснению тех условий, которые дают возможность к пополнению рядов революционных партий, а, следовательно, если не прямо, то косвенно поддерживают революционное движение.

Поэтому в настоящий свод внесены главнейшие по означенным предметам указания, имевшиеся в поступивших от членов общества и от разведывательных организаций сведениях.

Революционное движение в России представляется развитым в сильной степени, и в нем преобладает народовольческое (террористическое) направление.

Теоретический социализм с его многообразными проявлениями уступил место систематическому террору: учение о народолюбстве с хождением в народ, заменилось зажигательными воззваниями к борьбе с правительством, для насильственного его ниспровержения.

Аксиомами народовольческого учения сделались: обязательное и окончательное разрушение существующего правительственного и общественного строя и недопущение даже рассуждений о будущем, желательном для революции созидании, из опасения могущих породиться вследствие того споров и несогласий, а следовательно – раскола и затем ослабления сил. Все же усилия и все внимание специализировалось на борьбе с правительством.

Учение это принято не без увлечения революционною молодежью, отзывчивой на всякие новые партии: оно мало обременяло ее ум и давало богатую пищу страстям.

Большинство более серьезных революционных кружков (не исключая и эмиграционных) признало, что активная борьба с правительством с помощью политических убийств есть единственное быстрое средство для достижения государственного переворота.

Наконец, не малое число политических либеральных кружков, преимущественно преследующих специальные интересы своих национальностей, смотрело на народовольчество как на крайне действительное средство к ослаблению политической силы государства и тем самым к успешности всякого национального движения.

Таким образом это дикое революционное движение не только не встречало во многих оппозиционных сферах общества противодействие, но не подвергалось в них даже поверхностной критике.

Народовольческая пропаганда велась во всех землячествах, студенческих кружках и на многих фабриках; она вызвала охотников пожертвовать собой для революционного дела – для освобождения личности гражданина от политического и экономического гнета. Главным аргументом пропаганды было проводимое убеждение, что экономическое освобождение немыслимо без освобождения политического, а последнее может быть только завоевано у правительства и завоевано единственно силою.

Результатом преобладания народовольческого учения явилось обострение революционного движения в опасном для общественного спокойствия направления; выразилось оно в объединении самых активных и энергических революционных сил в народовольческой партии, для систематического их направления против слабых сторон правительственного организма. Это объединение сил получило в революционных сферах название централизации революционной борьбы.

Хотя личный состав народовольческой партии в значительной части состоит из молодых людей, учащихся, а равно бросивших занятия, но руководство делами партии, по-видимому, сосредоточено в руках старых профессиональных революционеров.

Есть основания предполагать, что часть денежных средств для народовольческого движения поступает из некоторых крайних фракций либеральной партии и что существует полная солидарность интернациональной партии анархистов-динамитчиков с русскими народовольцами.

Хотя влияние более горячих либералов-экономистов, так называемых «почвенников» и не безучастно в революционном движении, но лица эти поддерживают революционное движение нередко бессознательно, не имея в своих стремлениях ослабления политической силы отечества и потому менее вредны.

Прочие фракции революционного движения, как-то: народники, чернопередельцы, социал-общинники и другие не имеют серьезного государственного значения как по слабости своего личного состава, так и по незначительности их денежных средств; они послужили частию к усилению своим отделившимся контингентам народовольческой партии и частию к внесению в сельское население смешения экономических понятий.

Политическая и экономическая программ весьма многочисленных либеральных партии чрезвычайно разнообразны. Общая черта всех либеральных стремлений отличается теоретичностью, отсутствием знакомства с условиями русской жизни, по крайней мере – жизни громадного большинства, их потребностями и даже с нравственными и умственными силами народа.

Вследствие этих отличительных явлений либеральное движение дает в России совершенно иные результаты, чем те, которые встречаются в государствах, глубоко освоивших возможность всякого поступательного движения политического и экономического лишь в порядке последовательно -постепенном: движение это в России не имеет решительно никакого воспитательного значения и даже влияет бесспорно разрушительно, революционно. Либеральное волнение проникло из интеллигентных сфер в низшие слои общества. В результате оно дает одно лишь смешение основных экономических понятий в сельском населении и порождает немало аграрных недоразумений и затруднений. Крестьянское население во многих местностях стало в какое-то выжидательное положение, надеется нового наделения землею и страшится, чтобы бары и чиновники не помешали осуществлению воли государя отдать крестьянам всю помещичью землю. Это явление, а также широкая смута, посеянная во многих слоях общества, представляются единственными почти результатами деятельности либеральной партии, пользующейся для продления своих дней почти особыми, лишь временными условиями правящих сфер, не успевших еще установить своей полной органической программы.

Хотя учение либералов и не имеет твердой почвы, но представляет для интеллигентных групп большое обаяние: таким образом некоторые частные общества, разрешенные правительством для целей филантропических, литературных и ученых, не чужды политического брожения: некоторые лица, участвующие в городских и земских общественных учреждениях, сочувствуют либеральному движению и мечтают о политической роли для общественных представителей. Хотя законодательства об общественных учреждениях ясно обрисовывают их исключительно местный хозяйственный характер, но представляется исключительно возможным, что эти отдельные либеральные мечтатели успеют воспользоваться случайным составом некоторых отдельных представительных местных собраний, чтобы свести их с почвы строго хозяйственной на путь беспочвенных ходатайств о расширении круга представительной юрисдикции.

Некоторые члены судебного ведомства оказываются не чуждыми либерального движения: они не освоили строго охранительного духа законодательства 20 ноября 1864 г. и искали в нем одного лишь поклонения формам правомерности и правового порядка.

Грустный, тяжелый факт замечен при расследовании революционных сфер: значительный, почти преобладающий контингент в революционной фракции, не исключая и крайних, дают учебные заведения. Оказываются не безучастными в политическом движении и воспитатели и преподаватели заведений как высших, так средних и низших: их участие замечается преимущественно в либеральном лагере, дающем, однако, иногда исполняющие силу в партию революционеров.

Тяжелый упрек в поддержании и развитии в обществе революционных и либеральных брожений падает на весьма многие органы периодической печати. На страницах большей части изданий встречается умышленное искажение различных фактов общественной жизни, междустрочная, а иногда и открытая, пропаганда политических доктрин, начиная с республиканских и конституционных и кончая славянофильскими мечтаниями об общении царя с народом путем всесословной думы из народных ходебников. В целях чисто материальных печать старается, во вкусе многочисленной либеральной партии, различных оттенков, вести постоянную критику общественного строя и действий правительства. Ввиду почти полного отсутствия в печати серьезных консервативных органов, преобладающий в прессе характер имеет в результате серьезное влияние и, особенно в провинции, усугубляющее брожение умов.

Дворянство значительными массами удалилось от своих хозяйств, от местных провинциальных интересов. Это оскудение провинциальной жизни, между прочим, повиляло и на самое дворянство, выразившись постепенным уменьшением его практической деятельности в различных местных вопросах; этот пробел нередко пополняется или газетными, не всегда точными, сведениями, или теориями модных экономистов и политиков, по большей части людей кабинетных. Явившаяся таким образом разрозненность сил дворянских отзывалась неблагоприятно и на остальные консервативные элементы, которые хотя и многочисленны, но находятся вне всякой внутренней связи и солидарности. Это явление, с одной стороны, лишает правительство поддержки надежной и значительной общественной силы, а с другой – открывает без боя поле действия для либерально-оппозиционной и революционных партий.

Остается затем масса, весьма многочисленная, спокойных обывателей, незараженных никаким партиозным духом. Отличительной чертой этой массы является политическая близорукость, иногда увлечение громкими фразами и стадные свойства. Хотя эти массы были только смущены волнением оппозиционных групп, хотя волнение это не поколебало их верноподданнических чувств, но в них зародилось прискорбное недоверие к правящим сферам и пошатнулось нравственное их спокойствие, что не осталось без влияния на экономическую жизнь населения.

Ближайшее изучение всех имевшихся в виду общества указаний и сведений приводит к следующему заключению: точная определительность на основаниях коренных свойств русского самодержавия и строгая обязательность основной программы, данной для высших правящих сфер, должны, по-видимому, повести к следующим крупным результатам. Явится успокоение в тех слоях общества, которые стоят вне всяких оппозиционных движений, и возможность сплотиться тому консервативному элементу, который так настоятельно необходим для верного урегулирования государственной и общественной жизни.

Либеральные партии, вероятно, потеряют настоящую свою нетвердую и временно случайную почву, свою страстность и вступят на тот путь, где будут безвредно служить покойным разъяснения различных общественных потребностей; а с видоизменением характера либеральных партий партии революционные почувствуют, конечно, весьма скоро свою изолированность, отсутствие контингента для пополнения своих рядов, что независимо от нормального их ослабления путем полицейским, по всей вероятности, заставит их примкнуть к либеральным партиям, на почве безвредной для государственного строя и общественной безопасности. 

Изменено пользователем Гвардии-полковник

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано: (изменено)

5. Руководство «Священной Дружины»

 

Воронцов-Дашков Илларион Иванович

 

vF56T.jpg

 

Граф Воронцов-Дашков Илларион Иванович (27 мая 1837 года, Санкт-Петербург – 15 января 1916 (78 лет), Алупка) – русский государственный и военный деятель из рода Воронцовых-Дашковых, Генерал от кавалерии, Генерал-адъютант, Министр императорского двора и уделов. Один из ближайших друзей Николая II.

Один из крупнейших землевладельцев России, владелец большого числа промышленных предприятий, а также Воронцовского дворца в Алупке.

Родился 27 мая 1837 года в Петербурге. Сын члена Государственного Совета, обер-церемониймейстера, действительного тайного советника графа Ивана Илларионовича Воронцова (1790–1854 гг.) и его супруги Александры Кирилловны, урождённой Нарышкиной, внучки Л. А. Нарышкина, М. А. Сенявиной и Я. И. Лобанова-Ростовского.

 

Военная и государственная служба

В 1855 году поступил в Московский университет, но в следующем же году перешёл на военную службу, поступив вольноопределяющимся в лейб-гвардии Конный полк. 25 марта 1858 года произведён в корнеты.

Участник военных действий на Кавказе в 1859–1862 годах. 1860 год – произведён в поручики за боевое отличие со старшинством с 17.09.1859. С 21.09.1861 года – штабс-ротмистр. 17.11.1862 года – произведён в ротмистры за боевое отличие и пожалован во флигель-адъютанты.

В 1865 году в чине полковника был направлен служить в Туркестан к генералу Романовскому Д.И. на должность начальника штаба. 2 октября 1866 года командуя южной группой в составе трёх штурмовых колонн отличился при взятии бухарской крепости Ура-Тюбе, а 18 октября принял непосредственное участие в штурме Джизака. 28 октября 1866 года произведён в генерал-майоры и назначен помощником военного губернатора Туркестанской области. За боевые отличия во время военных действий в Туркестане награждён орденом Св. Георгия 4-й степени (1867). После назначения фон Кауфмана К.П. Туркестанским генерал-губернатором Воронцов-Дашков покинул Среднюю Азию и вернулся в Петербург.

С 15 октября 1867 по 21 октября 1874 года – командир Лейб-гвардии Гусарского полка, одновременно со 2 октября 1873 года по 21 октября 1874 года – командир 2-й бригады 2-й гвардейской кавалерийской дивизии. С 21 октября 1874 года по 23 июля 1878 года начальник штаба гвардейского корпуса (30 августа 1876 года произведен в генерал-лейтенанты), одновременно входил в Совет Главного управления государственного коннозаводства (1.12.1874–12.10.1878).

Во время русско-турецкой войны 1877–78 гг. командовал кавалерией Рущукского отряда (во главе отряда стоял наследник престола, будущий император Николай II). С 12 октября 1878 года по 8 апреля 1881 года начальник 2-й гвардейской пехотной дивизии.

12 марта 1881 года Воронцов-Дашков организовал монархическое тайное общество «Священная Дружина» и возглавлял его Центральный комитет.

После восшествия Николая II на престол 1 июня 1881 года назначен начальником Собственной Его Императорского Величества охраны.

17 августа 1881 года назначен министром Императорского двора, уделов и канцлером российских Императорских и Царских орденов, с оставлением главноуправляющим государственным коннозаводством.

30 августа 1890 года произведен в генералы от кавалерии.

В 1893 году назначен председателем Комитета для рассмотрения представлений к наградам.

С 27 октября по 1 декабря 1894 года – в составе Комитета по устройству и образованию войск.

6 мая 1897 года назначен членом Государственного совета.

 

Административная деятельность

1 июня 1881 года назначен главноуправляющим государственным коннозаводством, которое тогда же было восстановлено в виде самостоятельного ведомства, а 27 апреля 1882 года получило новое положение и штаты.

К занятию этой должности граф был подготовлен своей предыдущей деятельностью в качестве вице-президента Императорского Царскосельского скакового общества и президента Императорского Санкт-Петербургского рысистого общества.

Во время управления этим ведомством им было открыто 8 новых заводских конюшен, все государственные заводы улучшены, приобретено много новых производителей, вывод русских лошадей за границу удвоился (в 1881 году было выведено 23642, а в 1889 году – свыше 43000); расширена деятельность рысистых и скаковых обществ, приняты меры к более правильной выдаче свидетельств рысистым лошадям, положено начало предохранительной прививке вакцины заразительных болезней домашним животным, по способу Пастера; при Беловежском и Хреновском заводах заведено сельское хозяйство, и большое количество земли было возделано и засеяно; при Хреновском заводе учреждена, по инициативе и на его личные средства школа наездников.

Во всех этих учреждениях произведены им существенные преобразования. В министерстве Императорского двора, до его назначения, существовали ещё старинные штаты, по которым хозяйственную деятельность ведали коллегиальные учреждения, с высокопоставленными лицами во главе и массой мелких чиновников с ничтожнейшим содержанием. Исходя из той мысли, что в хозяйственных делах, требующих распорядительности и личной инициативы, коллегиальность неуместна, он представил к упразднению все коллегии, заменил их новыми упрощенными учреждениями и в то же время усилил контроль за деятельностью хозяйственных органов министерства. На подобных же началах преобразованы учреждения удельного ведомства, в котором произведены и другие существенные нововведения.

В 1885 году учреждено собственное страхование удельных имуществ путем отчисления страховых премий, прежде уплачивавшихся страховым обществам, в особый удельный страховой капитал, который превысил 400000 руб. Кроме того, предпринято превращение удельных капиталов в земельную собственность, вследствие чего в 17 губерниях, преимущественно средней полосы России, приобретено 262286 десятин на сумму 15407021 руб. Из государственных имуществ поступила в удел, по промену, Беловежская пуща с прилегающей к ней Свислочской лесной дачей, всего 114993 десятины. Столь значительное расширение земельной собственности вызвало увеличение числа местных удельных управлений, а именно: учреждение кириловского и беловежского удельных управлений и саратовской удельной конторы.

За тот же период времени особое развитие получило в удельных имениях виноградарство и виноделие. В 1889 году удельное ведомство приобрело вместе с имениями «Массандра» и «Айданиль» все виноторговое дело под фирмой «Князя С.М. Воронцова». В удельных имениях в Крыму и на Кавказе занята под виноградниками площадь достигла 558 десятин; для заведования этими имениями, в непосредственном ведении департамента уделов, учреждены особые управления, из коих 4 на Кавказе и одно в Крыму. В 1887 году в департамент уделов передано заведование Мургабским государевым имением в Закаспийской области.

 

Семья

Женат с 1867 года на графине Е.А. Шуваловой, дочери Санкт-Петербургского губернского предводителя дворянства, действительного статского советника А.П. Шувалова, внучке первого кавказского наместника Князя Михаила Семёновича Воронцова, приходившегося Воронцову-Дашкову И.И. троюродным дядей.

Дети:

Иван (1868–1897) – флигель-адъютант, полковник Лейб-гвардии Гусарского полка;

Александра (1869–1959) – замужем за Московским губернатором, генерал-майором Графом Шуваловым П.П.;

Софья (1870–1953) – замужем за действительным статским советником, гофмейстером Демидовым Э.П., князем Сан-Донато;

Мария (1871–1927) – замужем за членом 4-й Государственной думы, действительным статским советником графом Мусиным-Пушкиным В.В.;

Ирина (1872–1959) – замужем за флигель-адъютантом, полковником графом Д.С. Шереметевым;

Роман (1874–1893) – гардемарин;

Илларион (1877–1932) – командир Кабардинского конного полка, георгиевский кавалер;

Александр (1881–1938) – флигель-адъютант, полковник Лейб-гвардии Гусарского полка.

 

Воинские чины

Вступил в службу (08.05.1856);

Корнет гвардии (Выс. пр. 25.03.1858);

Поручик гвардии «за боевые отличия» (Выс. пр. 17.09.1859);

Штабс-ротмистр гвардии «за отличие по службе» (Выс. пр. 21.09.1861);

Ротмистр гвардии «за боевые отличия» (Выс. пр. 17.11.1862);

Флигель-адъютант (Выс. пр. 17.11.1862);

Полковник «за отличие по службе» (Выс. пр. 04.04.1865);

Генерал-майор Свиты за основании Манифеста 18.02.1762 г. (Выс. пр. 28.10.1866);

Генерал-адъютант (Выс. пр. 19.02.1875);

Генерал-лейтенант «за отличие по службе» (Выс. пр. 30.08.1876);

Генерал от кавалерии «за отличие по службе» (Выс. пр. 30.08.1890);

 

Награды

российские

Орден Святой Анны 4 степени (1861);

Золотая драгунская сабля с надписью «За храбрость» «за отличия в делах против горцев» (06.04.1862);

Орден Святой Анны 1 степени (1864);

Орден Святого Владимира 4 степени с мечами и бантом (1865);

Орден Святого Георгия 4 степени «За отличие при штурме Бухарской крепости Ура-Тюбе, 2 Октября 1866 года, где, начальствуя отдельною колонною, на штыках ворвался в город и отбил несколько орудий» (27.06.1867);

Орден Святого Владимира 3 степени с мечами (1867);

Орден Святого Станислава 1 степени (1868);

Орден Святой Анны 1 степени (1870);

Орден Святого Владимира 2 степени (1874);

Орден Белого Орла с мечами (1878);

Орден Святого Александра Невского (1883);

Бриллиантовые знаки к Ордену Святого Александра Невского (1888);

Орден Святого Владимира 1 степени (1894);

Орден Святого Андрея Первозванного (14.05.1896);

Бриллиантовые знаки к Ордену Святого Андрея Первозванного (1904);

Портреты Императоров Александра II и Николая II осыпанные бриллиантами для ношения на груди(1908);

Портрет Императора Александра III осыпанный бриллиантами для ношения на груди (21.02.1913);

Орден Святого Георгия 4 степени «За искусное руководительство доблестной Кавказской армией, геройскими подвигами которой достигнуты блестящие боевые успехи в делах против турок» (15.08.1915).

 

иностранные

Прусский Орден Красного Орла 3 степени (1864);

Французский Орден Почетного Легиона офицерский крест (1865);

Гессен-Дармштадтский Орден Филиппа Великодушного 2 степени (1865);

Саксен-Веймарский Орден Белого сокола 3 степени (1865);

Вюртембергский королевский кавалерский крест (1865);

Французский Орден Почетного Легиона командорский крест (1867);

Австрийский Орден Франца Иосифа большой крест (1872);

Прусский Орден Красного Орла 2 степени со звездой (1883);

Австрийский Орден Железной короны 1 степени (1874);

Шведский Орден Меча большой крест (1875);

Греческий Орден Спасителя 1 степени (1876);

Датский Орден Данеброга большой крест (1876);

Прусский Орден Красного Орла 1 степени (1881);

Датский Орден Данеброга с бриллиантами (1881);

Сербский Орден Таковского креста 1 степени (1881);

Черногорский Орден Данило I (1882);

Австрийский Орден Леопольда большой крест (1883);

Гессен-Дармштадтский Орден Людвига большой крест (1883);

Испанский Орден Карлоса III большой крест (1883);

Баденский Орден Верности (1883);

Вюртенбергский Орден Вюртембергской короны (1883);

Бельгийский Орден Леопольда I (1883);

Болгарский Орден «Святой Александр» 1 степени (1883);

Японский Орден Восходящего солнца 1 степени (1883);

Баварский Орден Баварской Короны большой крест (1883);

Нидерландский Орден Нидерландского льва большой крест (1883);

Папский Орден Пия IX большой крест (1883);

Саксен-Кобург-Готский Орден Эрнестинского Дома большой крест (1883);

Гессен-Дармштадтский Орден Филиппа Великодушного большой крест (1883);

Французский Орден Почетного Легиона большой крест (1883);

Итальянский Орден Святых Маврикия и Лазаря большой крест (1884);

Портрет персидского шаха с бриллиантами (1884);

Прусский Орден Красного Орла большой крест (1884);

Австрийский Орден Святого Стефана большой крест (1884);

Турецкий Орден Османие 1 степени (1887);

Прусский Орден Черного Орла (1889);

Мекленбург-Шверинский Орден Вендской Короны большой крест (1889);

Сиамский Орден Белого слона 1 степени (1892);

Цепь шведского Ордена Серафимов (15.02.1892);

Алмазные знаки турецкого Ордена Османие 1 степени (1893);

Датский Орден Слона (1893);

Румынский Орден Звезды Румынии (1895);

Ольденбургский Орден Заслуг герцега Петра-Фридриха-Людвига большой крест (1895);

Китайский Орден Двойного Дракона 1 степени 3 кл. (1896);

Сербский Орден Белого Орла 1 степени (1896).

 

Сочинения

1. Письма И. И. Воронцова-Дашкова Николаю Романову. Красный архив. 1928. Т. I.

2. 10-я глава // Фадеев Р.А. Письма о современном состоянии России. 11 апреля 1879-6 апреля 1880, СПб., 1881… 

Изменено пользователем Гвардии-полковник

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано: (изменено)

Дурново Пётр Павлович

 

IrSJk.jpg

 

Пётр Павлович Дурново (6 декабря 1835 года – 19 августа 1919 года) – русский государственный и военный деятель из рода Дурново, генерал от инфантерии (1890), управляющий Департаментом уделов (1882–1884), харьковский (1866–1870) и московский (1872–1878) губернатор, московский генерал-губернатор (1905), член Государственного совета.

Сын гофмейстера Павла Дмитриевича Дурново (1804–1864) от брака его с княжной Александрой Петровной Волконской (1804–1859). По отцу – внук тайного советника Д.Н. Дурново, по матери – внук генерал-фельдмаршала князя П.М. Волконского.

Получил домашнее образование, которое завершил в Пажеском корпусе (1853) и Императорской военной академии (1855).

С 13 августа 1853 года служил в Кавалергардском полку. В 1855 году принял участие в Крымской войне. С 16 февраля 1862 года при канцелярии военного министра.

С 29 ноября 1866 года по 15 июня 1870 года – Харьковский губернатор. С 16 декабря 1872 года по 14 сентября 1878 года – Московский губернатор. В 1872 году выступил одним из семи учредителей Сибирского торгового банка. С 14 сентября 1878 года до 14 февраля 1882 года при Министерстве внутренних дел. С 1881 года гласный Санкт-Петербургской Городской думы (с 1904 г. председатель), представитель Санкт-Петербурга в губернском земском собрании, избирался членом Городской управы, председатель Постоянной финансовой комиссии Городской думы Санкт-Петербурга. Собирал произведения искусства и экзотические растения.

В 1881 году возглавлял Организационный комитет «Священной Дружины».

С 14 февраля 1882 года до 9 мая 1884 года управляющий Департаментом уделов. С 11 февраля 1885 года до 11 августа 1904 года состоял по Военному министерству. С 15 июля по 24 ноября 1905 года – Московский генерал-губернатор.

Дурново жил в родовом особняке на Английской набережной, 16. Владел дачей на Полюстровской набережной, а также соседними с ней доходными домами (№13-15).

 

Семья

Жена – княжна Мария Васильевна Кочубей (1848–1896), фрейлина двора (23.10.1866), дочь князя Василия Викторовича Кочубея от брака с княгиней Бибиковой. Её сестрами по матери были княгиня Трубецкая Е.Э. и графиня Шувалова О.Э. По словам современницы, Мария Дурново была очаровательной женщиной, не только по наружности, но по своим изысканным вкусам. Всеми своими повадками она напоминала изящнейших английских мисс. Особую прелесть ей придавало её игривое остроумие, блестящий разговор и полное отсутствие аффектации. Будучи очень богатой, первые годы после замужества она вела светский образ жизни и была влиятельной фигурой в петербургской обществе. Позже, она оставила придворную жизнь и проводила время в небольшом кругу близких друзей в своем роскошном особняке на Английской набережной, 16.

Дети:

Павел Петрович (1872–1909) – капитан, участник Цусимского сражения;

Александра Петровна (1878–1951) – фрейлина, жена П.П. Скоропадского.

 

Воинские чины

Вступил в службу корнетом гвардии (13.08.1853);

поручик гвардии (23.04.1857);

флигель-адъютант (1859);

штабс-капитан гвардии (3.04.1860);

переименован в штабс-капитаны гвардейского Генерального штаба (3.04.1860);

капитан (17.04.1862);

полковник (29.04.1864);

генерал-майор Свиты Е.И.В. (29.11.1866);

генерал-лейтенант (30.08.1876);

генерал от инфантерии (30.08.1890);

генерал-адъютант (1905).

 

Награды

Отечественные

орден Святого Анны IV степени (1855);

назначен флигель-адъютантом к Его Императорскому Величеству (1859);

орден Святого Владимира IV степени и Монаршее благоволение (1861);

орден Святого Станислава II степени (1863);

орден Святого Анны II степени (1865);

чин генерал-майора с назначением в Свиту Его Величества (1866);

Монаршее благоволение и орден Святого Станислава I ст.(1868);

орден Святого Анны I степени (1870);

орден Святого Владимира II степени и Высочайшая благодарность (1874);

Высочайшая благодарность (1875, 1876, 1877);

орден Белого Орла (1878);

орден Святого Александра Невского (1883);

Высочайшая благодарность (1884);

Монаршее благоволение (1891);

бриллиантовые знаки ордена Святого Александра Невского (1903);

назначение генерал-адъютантом к Его Императорскому Величеству и знак беспорочной службы за XL лет (1905);

знак беспорочной службы за L лет (1908);

Высочайшая благодарность за попечительство по оказанию помощи семействам воинов; участвовавших в русско-японской войне и за «понесенные труды» (22.07.1909);

орден Святого Владимира I степени (19.02.1911).

 

Иностранные

шведский орден Меча (1860);

прусский орден Красного Орла III степени (1861);

потомственный командорский крест Мальтийского ордена Святого Иоанна Иерусалимского (1865);

персидский орден Льва и Солнца I степени (1873);

прусский орден Красного Орла II степени со звездой (1874);

австрийский орден Жёлтой Короны I степени (1874);

шведский орден Полярной Звезды большого креста (1875);

итальянский орден Короны I степени (1876);

датский орден Даненброга большого креста (1876);

греческий орден Спасителя I степени (1876);

черногорский Данииала 1-го I степени (1882);

болгарский орден Святого Александра I степени (1884);

болгарский орден «За гражданские заслуги» I степени (1896);

французский орден Почётного Легиона большой офицерский крест (1899). 

Изменено пользователем Гвардии-полковник

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано: (изменено)

Левашов Николай Васильевич

 

bzSxI.jpg

 

Граф Николай Васильевич Левашов (14 ноября 1828 года – 23 января 1888 года (59 лет)) – русский государственный деятель из рода Левашовых, генерал от инфантерии, генерал-адъютант, в 1861-66 гг. орловский, в 1866–1871 гг. петербургский губернатор.

Сын председателя Государственного Совета и комитета Министров генерала от кавалерии графа Василия Васильевича Левашова (1783–1848) от брака с Евдокией Васильевной Пашковой (1796–1868), дочерью В. А. Пашкова.

Из камер-пажей был произведен в корнеты Кавалергардского Его Величества полка. В июне 1847 года назначен флигель-адъютантом к Его Императорскому Величеству, с отчислением от фронта в Свиту. В декабре 1851 года будучи в чине поручика граф опять был прикомандирован к Кавалергардскому полку, для изучения строевой службы, а в июле 1852 года с производством в ротмистры снова отчислен от фронта.

Во время крымской войны (1853–1856) в мае 1854 года по Высочайшему повелению был послан с особым поручением к генерал-фельдмаршалу князю Варшавскому в город Яссы, а оттуда к главнокомандующему Южной армией, находившемся тогда под Силистреем. 23 июня 1854 года граф Левашов находился при перестрелке под Журжевым, и с известием об этом сражении курьером был отправлен в Санкт-Петербург. В сентябре того же года граф был командирован в Севастополь в распоряжение главнокомандующего военно-сухопутными и морскими силами в Крыму генерала-адъютанта князя Меншикова для устройства там госпиталей в Перекоп, Николаев, Одессу и Бендеры, для принятия мер к скорейшему снабжению армию порохом и для перевозки на подводах 10 и 11 пехотных дивизий в Севастополь. По исполнении этого поручения Левашов принял участие в Инкерманском сражении, и за отличие произведен в ротмистры, с оставлением в звании флигель-адъютанта.

По окончании крымской войны получил несколько командировок. Так в октябре 1856 года ему было поручено наблюдение за переформированием 8, 9, 10, 11, и 12 пехотных дивизий, а в июне 1857 года он командирован в распоряжение министра государственных имуществ, с которым он и отправился для объезда Восточной части России, ему было поручено провести ревизию казенной палаты государственных имуществ.

В январе 1858 года был выбран депутатом от дворян Санкт-Петербургского уезда в комитет по улучшению быта помещичьих крестьян, и затем через год в январе 1859 года назначен командующим Лейб-Гвардейским Стрелковым батальоном Императорской фамилии, а в апреле того же года произведен в полковники. Спустя два года, в марте 1861 года был произведен в генерал-майоры на основании манифеста 18 февраля 1762 года с назначением в Свиту Его Величества.

В марте 1861 года назначен губернатором Орловской губернии. Время его правления на Орловщине оставило добрую память горожан. При нем в губернском Орле был построен водопровод и появился телеграф. Много времени и усилий уделял Левашов «улучшению пожарной команды», самолично присутствуя при тушении пожаров, а чтобы избежать таковых, следил за своевременным сносом ветхих, пожароопасных зданий. Место, где началось строительство водопровода – спуск к Оке был благоустроен и назван в честь губернатора Левашова Гора. Летом 1866 года орловчане в качестве благодарности Левашову за благоустройство города просили его принять звание Почетного гражданина и Почетного пожарного старосты Орла. Николай Васильевич дал своё согласие на присвоение этих званий, и вскоре последовало «императорское соизволение» же по данному поводу. Вскоре после этого последовал его перевод в Санкт-Петербург.

В июле 1866 года Левашов был назначен санкт-петербургским губернатором, а 30 августа того же года он был произведен в генерал-лейтенанты. 15 октября 1867 года назначен генерал-адъютантом к Его Императорскому Величеству. С 1866 по 1871 год был членом Попечительского совета заведений общественного призрения в Санкт-Петербурге.

17 мая 1871 года Левашов был уволен от должности губернатора и назначен товарищем шефа жандармов и главного начальника III отделения Собственной Его Императорского Величества канцелярии. В этой должности он состоял до 22 июля 1874 года, когда был уволен от неё с оставлением в звании генерал-адъютанта, по гвардейской пехоте и в списках 4-го лейб-гвардии стрелкового Императорской фамилии батальона, оставаясь в этом качестве на службе до конца жизни, причём 16 апреля 1878 года был произведён в генералы от инфантерии.

В 1881 году возглавлял Исполнительный комитет «Священной Дружины».

Скончался внезапно 23 января 1888 года.

Похоронен в Духовской церкви Александро-Невской лавры. Левашов был холост и своё значительное состояние, которое несколько расстроил своими распоряжениями, оставил брату Владимиру.

Награды

Орден Святой Анны 3-й степени (1851).

Орден Святого Владимира 3-й степени (1861).

Орден Святого Станислава 1-й степени (1863).

Орден Святой Анны 1-й степени (1865).

Орден Святого Владимира 2-й степени (1868).

Орден Белого орла (1870).

Орден Святого Александра Невского (30.08.1872, алмазные знаки этого ордена пожалованы 16.08.1874). 

Изменено пользователем Гвардии-полковник

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано:

Шувалов Павел Петрович

 

LBrP2.png

 

Граф Павел Петрович Шувалов (14 февраля 1847 года – 12 октября 1902 года) – генерал-майор русской гвардии, флигель-адъютант из рода Шуваловых. Один из создателей и руководителей «Священной дружины».

Единственный сын камергера графа Петра Павловича Шувалова и Софьи Львовны Нарышкиной, унаследовавшей от своего отца Л.А. Нарышкина имение Тальное и роскошный дворец на Фонтанке. После смерти родителей эти и другие имения перешли в собственность Павла Петровича наряду с горными заводами на Урале и поместьями в Волынской, Калужской, Киевской, Московской, Пермской и Петербургской губерниях.

Окончил юридический факультет Санкт-Петербургского университета. В Гейдельбергском университете получил степень доктора права.

19 февраля 1868 году вступил в ряды Лейб-гвардии Гусарского полка как вольноопределяющийся. 8 марта 1869 года произведён в офицеры. В 1873 году принимал участие в Хивинском походе.

С 2 июля 1869 года состоял, с 16 апреля 1872 года до 24 ноября 1881 года служил адъютантом великого князя Владимира Александровича.

1 января 1882 года за отличия назначен флигель-адъютантом Государя Императора Николая II.

В 1875 году женился на княжне Барятинской Елизавете Владимировне (1855–1938), дочери князя Барятинского В.И.

Скончался в 1902 году и был похоронен в имении Тальное. В 1908 году в Лысьве был установлен памятник Павлу Петровичу Шувалову (автор проекта Шервуд Л.В.).

 

Чины

вступил в службу (19 февраля 1868 года);

корнет гвардии (8 марта 1869 года);

поручик (16 апреля 1866 года);

штабс-ротмистр (13 апреля 1872 года);

ротмистр гвардии (30 апреля 1878 года);

полковник (9 мая 1879 года, за отличие);

флигель-адъютант (1 января 1882 года, за отличие);

генерал-майор (10 февраля 1893 года, за отличие).

 

Награды

российские

Орден Святого Станислава 3-й степени с мечами и бантом (1873);

Орден Святой Анны 3-й степени с мечами и бантом (1874);

Орден Святого Станислава 2-й степени (1877);

Орден Святого Владимира 4-й степени с мечами и бантом (1878);

Орден Святого Владимира 3-й степени (1895).

 

Иностранные

Шведский орден Святого Олафа 3-й степени, кавалерский крест (1869);

Прусский орден Красного Орла 4-й степени (1870);

Орден Вюртемберской Короны, офицерский крест (1870);

Гессенский орден Филиппа Великодержавного, офицерский крест (1870);

Саксон-Веймарский орден Белого Сокола, кавалерский крест (1870);

Нидерландский орден Дубового Венка, кавалерский крест (1870);

Бельгийский орден Леопольда, кавалерский крест (1870);

Бразильский орден Розы, кавалерский крест (1872);

Австрийский орден Железной Короны 2-й степени (1874);

Мекленбург-Шверинский орден Вендской Короны 4-й степени (1874);

Румынский Железный крест (1877);

Прусский орден Красного Орла 2-й степени (1882);

Орден Прусской Короны 2-й степени со звездой (1889);

Датский орден Даненброк, командорский крест (1889);

Мекленбург-Шверинский орден «Greifen», большой крест (1895). 

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано:

Оценка деятельности и причины упразднения «Священной дружины» (в реальной истории)

 

«Священная Дружина» со своим сыскным аппаратом и разветвленной агентурой могла быть очень полезна царскому правительству. Но в реальной истории «Священная Дружина» была закрыта 26 ноября 1882 года.

Разгадка, на наш взгляд, кроется в другом. «Священная Дружина» крайне мешала высшим жандармским и полицейским чинам. Им явно не нравилось существование организации, которая не только дублировала их секретную деятельность, но и всегда могла ее проконтролировать и моментально доложить царю о недостатках и злоупотреблениях. Еще в марте 1882 года князь А.П. Щербатов докладывал в ИК «Священной Дружины»: «Всей государственной полиции, видимо, желательно уничтожение «Священной Дружины» и ее агентуры, так как с каждым днем «Священная Дружина» становится невольно в положение перекрестного контроля полиции. Контроля, тем более для государственной полиции неприятного, что он, вследствие настоящей организации «Священной Дружины» доходит до сведения Верха. <…> Агентура «Священной Дружины» не только контроль для государственной полиции, но и постоянный стимул: полиция сознает, что если агентура «Священной Дружины» еще серьезнее разовьет свою деятельность, то настоящий состав полиции должен будет во всех отношениях улучшиться и видоизмениться. Вообще, к перекрестному контролю, обнаруживающему правду, не дозволяющему ни раздувать, ни скрывать истину полиция не привыкла, и она употребит все возможные усилия, чтобы ее мало-помалу уничтожить – т.е. уничтожить «Священную Дружину».

Немаловажное значение в закрытии «Священной Дружины» имело и окончательное оформление к этому времени правительственного курса в сторону реакции. Новый министр внутренних дел граф Д.А. Толстой, ярый противник конституционных замыслов «Священной Дружины», сделал все возможное для их дискредитации перед обществом и Александром III. В этом Д.А. Толстой нашел полную поддержку обер-прокурора Святейшего Синода К.П. Победоносцева, директора департамента полиции В.К. Плеве и других полицейских чинов, в первую очередь наиболее активного врага дружинников – Г.П. Судейкина мечтавшего запугать царя и сделаться негласным диктатором страны. Именно он и нанес главный удар «Священной Дружине». Инспектор секретного полицейского сыска сфабриковал и распространил по Петербургу подложную прокламацию от имени ИК «Дружины», которая полностью опорочила дружинников в российском обществе. С ведома полиции эта фальшивка была опубликована в «Новом времени» с надлежащими комментариями. Травля «Священной Дружины», в конце концов, привела к тому, что 26 ноября 1882 г. Александр III дал высочайшее повеление о ее закрытии.

«Дружина» казалась многим современникам, а затем отчасти историкам шутовским обществом привилегированных лоботрясов. Это далеко не так. Помимо своего сыскного назначения, в недрах «Дружины» вызревала положительная программа либерально-консервативного преобразования российского общества. «Священная Дружина» исторически значима и как первая попытка создания разрешенной правительством (хотя и не официально) политической партии в России.

Деятельность дружинников за границей представляла серьезную опасность для народовольческой эмиграции. Они впервые предприняла попытку подорвать изнутри идейные основы революционного движения с помощью широко распространенной печати. «Дружина» также впервые создала за границей обширную и отлаженную секретную агентурную службу, опыт которой широко впоследствии использовался Департаментом полиции.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано: (изменено)

Дальнейшая деятельность «Священной Дружины»

 

26 ноября 1882 года решением Совета первых старшин начата реорганизация общества, завершенная 1 января 1883 года.

В Организационном Комитете (О.К.) созданы три управления:

1-е управление (организационное), ведавшее кадрами организации;

2-е управление (политическое), занимавшееся общественной деятельностью и сбором информации о народных волнениях, разных проявлениях общественного неудовольствия, экономических бедствиях, беспорядках, хищениях и т.д., занималось вопросами административными, земского самоуправления и в особенности с крупными правительственными распоряжениями, как-то: сенаторскими ревизиями, специальными комиссиями по исследованию вопросов, затрудняющих центральное правительство, и т.п.

3-е управление (законодательное), осуществлявшее подготовку законопроектов по государственному устройству, губернскому и земскому управлению, экономическим вопросам.

В Исполнительном Комитете (И.К.) – три управления:

1-е управление (внутренней агентуры) занималось проникновением в революционное движение для выяснения как личного состава его деятелей, так и их преступной работы;

2-е управление (иностранной агентуры) руководило агентурой за рубежом в целях выявления адресов революционеров-эмигрантов, постоянного наблюдения за ними и перлюстрации их переписки, а также проникновения в революционную эмигрантскую среду.

3-е управление (идеологической борьбы) осуществляло активное воздействие на крайние революционные фракции через печатные издание, дискредитировало революционные идеи и организации, вносило в них раскол.

Кроме того, Исполнительному Комитету подчинено Управление Добровольной охраны, которое руководило управлениями, создаваемыми из попечительств:

Санкт-Петербургское управление Добровольной охраны;

Московское управление Добровольной охраны;

Управление Добровольной железнодорожной охраны.

Личный состав Добровольной охраны объединялся в десятки (до 10 чел.), четы (до 50 чел.), сотни (100-200 чел.) и дружины (до 1000 чел.). Десятниками и четниками назначались унтер-офицеры, старшинами сотен – фельдфебели, сотниками и их помощниками, командирами дружин – офицеры запаса.

Созданы 12 дружин (в Санкт-Петербурге – 4, в Москве – 4, на железных дорогах – 4). Кроме того, к 1885 году сформированы 4 дружины в Киеве. Летучий отряд из оплачиваемых стражников Добровольной охраны в Царском Селе преобразован в отдельную конную сотню.

24 января 1888 года председателем Организационного комитета «Священной Дружины» назначен генерал-лейтенант Генерального Штаба Графа Кутайсов Павел Ипполитович.

С 23 апреля 1890 года на иностранную агентуру «Священной Дружины» возлагается задача по наблюдению за общественной деятельностью политических организаций в иностранных государствах, представляющих угрозу государственному порядку в Российской Империи. Создается агентурная сеть в Северо-Американских Соединенных Штатах.

После убийства в Париже 17 октября 1890 года генерала Отдельного Корпуса Жандармов Селиверстова Николая Дмитриевича возглавил 1 июля 1890 года создано управление тайных операций Исполнительного Комитета СД. Начальником управления назначен инициатор проведения тайных операций СД на территории иностранных государств полковник Князь Голицын Дмитрий Борисович.

В связи со скоропостижной кончиной 20 октября 1894 года Председателя Совета первых старшин, Санкт-Петербургского Генерал-губернатора, командующего войсками Гвардии и Санкт-Петербургского военного округа, члена Государственного совета, генерал-адъютанта, генерала от инфантерии Великого князя Александр Александровича Председателем Совета первых старшин избран Председатель Совета Министров, генерал-адъютант, генерал от инфантерии, Граф Игнатьев Николай Павлович, кроме того в состав совета введен Московский генерал-губернатор, командующий войсками Московского военного округа, член Государственного совета, генерал-адъютант, генерал-лейтенант Великий князь Сергей Александрович.

Изменено пользователем Гвардии-полковник

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано: (изменено)

Кутайсов Павел Ипполитович

 

Mze0j.jpg

 

Граф Кутайсов Павел Ипполитович (11 января 1837 года – 5 июля 1911 года, Екатеринодар) – генерал от инфантерии (1900), член Государственного совета Российской империи.

Родился в семье графа Ипполита Павловича Кутайсова (1808–1849) и княжны Натальи Александровны Урусовой (1812–1881). Внук графа П.И. Кутайсова и князя А.М. Урусова, племянник канцлера А.М. Горчакова и княгини С. А. Радзивилл.

По окончании курса в школе гвардейских подпрапорщиков и кавалерийских юнкеров и в Николаевской академии генерального штаба по 1-му разряду занимал должности: с 26 июля 1863 года – исправляющего должность старшего адъютанта при штабе войск Кутайсского генерал-губернатора, с 31 мая по 13 сентября 1865 года – исправляющего должность начальника штаба войск того же генерал-губернатора.

В течение своей службы на Кавказе участвовал в экспедициях: 1861 году Адагумского отряда, 1862 году Даховского отряда, 1863 году Шебского и Адагумского отрядов, при чем в кавалерийском деле на реке Пескупсе ранен шашкою в левую руку, в 1864 году состоял начальником штаба Псухвского отряда, с 6 апреля по 10 сентября 1870 года командовал Мангышлакским отрядом.

С 24 декабря 1866 года состоял для особых поручении при Главнокомандующем Кавказской Армией.

С 27 апреля 1871 года по 27 июля 1873 года –военный атташе в Лондоне.

14 мая 1873 года того же года назначен Нижегородским губернатором, с производством в генерал-майоры. За отличия 20 августа 1875 года назначен в Свиту. Пробыл губернатором до 5 января 1880 года.

С 12 марта 1881 года состоял в Санкт-Петербургском отделении «Священной Дружины».

С 27 июля 1882 года по 1 апреля 1884 года – управлял Варшавским жандармским округом. Руководил Варшавским отделением «Священной Дружины».

С 1 апреля 1884 года по 20 февраля 1896 года член совета министра внутренних дел. Руководил Санкт-Петербургским отделением «Священной Дружины». 24 января 1888 года назначен председателем Исполнительного комитета «Священной Дружины».

30 августа 1888 года произведен в генерал-лейтенанты.

20 февраля 1896 года назначен начальником Главного управления внешней разведки Министерства Государственной Безопасности.

Чины

Вступил в службу – 17 июня 1854 года;

Прапорщик – 17 июня 1854 года;

Подпоручик – 12 апреля 1859 года;

Поручик – 19 января 1861 года;

Штабс-капитан Генерального Штаба – 22 января 1862 года;

Капитан – 30 августа 1863 года;

Подполковник – 18 июня 1864 года (за боевые отличия);

Полковник – 28 октября 1866 года (за боевые отличия);

Генерал-майор – 1 января 1878 года (за боевые отличия);

Генерал-лейтенант – 30 августа 1888 года.

Награды

российские

Орден Святого Станислава 3 степени с мечами (1862);

Орден Святой Анны 3 степени с мечами и бантом (1863);

Орден Святого Владимира 4 степени с мечами и бантом (1864);

Орден Святого Станислава 2 степени (1865);

Императорская корона к Ордену Святого Станислава 2 степени (1869);

Орден Святой Анны 2 степени с Императорской короной и мечами (1870);

Орден Святого Владимира 3 степени (1873);

Назначение в Свиту Его Императорского Величества (1875);

Орден Святого Станислава 1 степени (1877);

Орден Святой Анны 1 степени (1881);

Орден Святого Владимира 2 степени (1883);

Монаршее благоволение (1891);

Орден Белого Орла (1892);

Орден Святого Александра Невского (1898);

Бриллиантовые знаки к Ордену Святого Александра Невского (1904).

иностранные

Прусский Орден Красного Орла 4 степени (1863);

Персидский Орден Льва и Солнца 1 степени (1877);

Черногорский Орден Данило I 1 степени (1884);

Французский Орден Почетного Легиона большой офицерский крест (1896);

Бухарский Орден Благородной Бухары 1 степени золотой с алмазами (1896);

Тунисский Орден Нишан-Ифтикар 1 степени (1896);

Болгарский Орден «Святой Александр» 1 степени (1896).

Семья

Граф Кутайсов состоял в браке с фрейлиной Ольгой Васильевной Дашковой (1844–1921), дочерью известного учёного и коллекционера. Дети:

Александр (1869–1927), волынский губернатор; женат на графине Марианне Сергеевне Толь;

Владимир (1871–1920);

Елизавета (1875–1916), жена д.с.с. Николая Александровича Ребиндера;

Константин (1876–…), флигель-адъютант великого князя Дмитрия Павловича.

Наталья (1881–1959), жена польского графа Владислава Новицкого.

Изменено пользователем Гвардии-полковник

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано: (изменено)

Выступления студентов, увеличение количества крестьянских волнений и, в особенности, начало организованного рабочего движения, первым организованным и многочисленным протестом которого явилась Морозовская стачка 7–17 января 1885 года, поставили перед Министерством внутренних дел Российской Империи вопрос о создании вооруженного полицейского резерва в подчинении губернских (столичных) властей.

Выступления студентов

В Московском университете волнения произошли уже в начале марта 1881 года. Радикально настроенные студенты юридического факультета выразили своё несогласие с предложением некоторых своих товарищей возложить венок убитому народовольцами царю Александру II. Это выступление студенчества носило отчётливо выраженный политический характер. В 1883 году после возникновения группы «Освобождение труда» под руководством Г.В. Плеханова в университетской среде появились первые марксистские организации. В Петербургском университете – это группа «Освобождение труда», группа Д.Н. Благоева «Партия русских социал-демократов» (1883–1884), в Московском университете – марксистское «Общество переводчиков и изда­телей» (1882–1884). Многочисленные выступления студентов вызвало введение нового Университетского устава 1884 года, установившего запрет на прием нехристиан, евреев и мусульман на экономические, финансовые и правовые отделения университетов. Так 20 октября 1884 года около 100 студентов Московского университета собрались на Страстном бульваре перед домом типографии газеты «Московские ведомости» для выражения своего протеста, но были арестованы полицией. Массовые выступления прошли и в Петербурге, Киеве, Харькове и Одессе. Часть молодёжи проявляла своё оппозиционное настроение как в форме студенческих волнений, так и в виде выступлений по разным благовидным поводам (таким, например, как похороны общественных деятелей), носивших характер политических демонстраций. К числу подобных выступлений относится и так называемая добролюбовская демонстрация студентов в Петербурге 17 ноября 1886 года, в день 25-й годовщины со дня смерти Н.А. Добролюбова.

Крестьянские волнения

В 80-х годах крестьяне продолжали захватывать земли, не платили оброк и сопротивлялись при продаже их имущества за выкупные и оброчные недоимки. В «делах о происшествиях», собранных во втором отделении и судной части Главного штаба, имеются сведения о ряде волнений, возникших на этой почве. В 1882 г. крестьяне деревни Олень, Быховского уезда, Могилевской губернии, захватили землю помещика Просолина. Чтобы возвратить землю помещику и усмирить крестьян, были посланы две роты солдат. В этом же году в Орловской губернии крестьяне села Алексеевского захватили землю графа Шереметьева и отказались платить ему оброк. В марте 1886 г. произошло крупное волнение крестьян ряда селений Путивльского и Рыльского уездов, Курской губернии, с населением в 30 тысяч. Крестьяне пытались завладеть землею помещика Терещенко; чтобы усмирить их, были посланы 8 эскадронов драгун и 6 батальонов солдат. В некоторых случаях при усмирении крестьян войска применяли оружие. В июне 1884 г. имело место вооруженное столкновение двух эскадронов драгун с крестьянами села Оржицы, Прилукского уезда, Полтавской губернии; в результате 6 крестьян были ранены.

Морозовская стачка 1885 года

Морозовская стачка – одна из крупнейших организованных забастовок рабочих Российской империи, произошедшая 7–17 января 1885 года на текстильной фабрике «Товарищества Никольской мануфактуры Саввы Морозова, сына и Ко» (с. Никольское, ныне в черте города Орехово-Зуево). Фабрика принадлежала купцу Тимофею Саввичу Морозову, сыну покойного основателя товарищества. В подавлении стачки участвовало 3 батальона солдат и 6 сотен казаков под личным руководством прибывшего в Орехово-Зуево владимирского губернатора. Было арестовано свыше 600 рабочих, в том числе Моисеенко и Волков. Стачка была окончательно подавлена 17 января после ряда столкновений между бастующими и правительственными войсками. Под суд были отданы 33 человека, которые, однако, были оправданы судом присяжных, ввиду тяжёлого положения рабочих и нарушений со стороны администрации мануфактуры. Участники стачки подверглись наказанию в несудебном порядке: около 800 рабочих были высланы на родину под надзор полиции.

Изменено пользователем Гвардии-полковник

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано: (изменено)

 

«Добровольная Стража»

 

Опыт создания общественной патриотической организации, эффективная деятельность «Добровольной Охраны» под руководством «Священной Дружины» по охранению Его Величества Государя Императора как при его обыкновенных выездах, так и в ходе коронационных мероприятий 8–28 мая 1883 года, а также увеличение численности организации с сохранением высоких требований отбора кандидатов, привело руководство «Священной Дружины» к идее о расширении функций и, соответственно, преобразованию организации.

4 февраля 1885 года (в день Благоверного Великого князя Георгия (Юрия) Всеволодовича Владимирского) Советом первых старшин, по предложению члена Совета – Министра внутренних дел генерал-адъютанта, генерала от инфантерии, графа Игнатьева Николая Павловича, принято решение о преобразовании «Добровольной Охраны» в общественную военизированную организацию «Добровольная Стража».

Изменено пользователем Гвардии-полковник

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано: (изменено)

 

6 августа 1885 года (в День Преображения Иисуса Христа) по представлению Министра внутренних дел генерал-адъютанта, генерала от инфантерии, графа Игнатьева Николая Павловича Высочайшим указом Его Величества Государя Императора Николая II утверждены «Положение о Добровольной Страже» и «Устав Добровольной Стражи».

 

В соответствии с Уставом Добровольной Стражи:

1. Главными задачами «Добровольной Стражи» установлены:

1) содействие наружной охране священной особы Его Величества Государя Императора и его августейшего семейства;

2) оказание помощи Полицейской Страже в рассеянии запрещенных законом скопищ, в усмирении неповиновений и буйства, в охранении порядка и спокойствия на государственных, народных и церковных празднествах и т.п.;

3) проведение парадов и церемоний для показания обществу наличия добровольной, дисциплинированной и подготовленной силы, всецело преданной Его Величеству Государю Императору и всегда готовой выступить на защиту Веры Православной, Престола и Отечества, не щадя живота своего.

2. «Добровольная Стража» получала военную организацию.

Добровольные стражники объединялись в десятки (до 10 чел.), четы (до 50 чел.), сотни (100-200 чел.), дружины (до 1000 чел.) и полки (до 4 тыс. чел.). Каждый полк состоял из трех действующих (укомплектованных стражниками в возрасте от 25 до 35 лет) и одной резервной дружины (укомплектованной стражниками-ветеранами в возрасте от 35 до 45 лет).

Полки получали название по городу или уезду (пример: 1-й Московский полк Добровольной Стражи), дружины и сотни имели порядковую нумерацию в составе полка (пример: 1-я – 4-я дружина 1-го Московского полка Добровольной Стражи, 1-я – 12-я сотня 1-го Московского полка Добровольной Стражи).

Десятниками и четниками назначались унтер-офицеры, сотенными старшинами – фельдфебели (вахмистры) запаса, сотниками и их помощниками, командирами дружин и полков (полковниками) и их помощниками – офицеры запаса или кадра Государственного ополчения (являющиеся членами «Священной Дружины»).

3. В «Добровольную Стражу» мог быть принят русский, православный подданный Его Величества вне зависимости от сословия. Для вступления требовались рекомендации не менее двух действительных членов организации. Условия, которым должны соответствовать кандидаты, желающие вступить в «Добровольную Стражу»:

возраст от 25 до 35 лет;

состояние в запасе армии;

беспорочное поведение;

благообразная наружность;

крепкое телосложение и полное здоровье.

Для подготовки стражников один раз в год проводятся лагерные сборы, кроме того стражники привлекаются к проведению мероприятий, определяемых задачами «Добровольной Стражи».

4. Во главе «Добровольной Стражи» стоял Главный начальник Добровольной Стражи, назначаемый Высочайшим указом Его Величества Государя Императора (по представлению Совета первых старшин «Священной Дружины» и подчиненный непосредственно Центральному комитету «Священной Дружины»).

Для руководства «Добровольной Стражей» создавалось Главное управление Добровольной Стражи в составе трех управлений: организационного, инспекционного, кадров. Непосредственное руководство «Добровольной Стражей» осуществлялось окружными управлениями Добровольной Стражи. В дополнение к Санкт-Петербургскому и Московскому создавались Виленское, Киевское и Казанское (впоследствии и Сибирское) управления.

Начальники окружных управлений Добровольной Стражи назначались Главным начальником Добровольной Стражи (по согласованию с Центральным комитетом «Священной Дружины»).

5. Главный начальник Добровольной Стражи по вопросам содействия наружной охране священной особы Его Величества Государя Императора и его августейшего семейства подчиняется Главному начальнику Собственной Его Императорского Величества охраны, по вопросам оказания помощи Полицейской Страже состоит во взаимодействии с товарищем Министра внутренних дел Российской Империизаведующий полицией и командиром Отдельного корпуса жандармов. Начальники окружных управлений Добровольной Стражи состоят во взаимодействии с Обер-полицмейстерами губерний и Генерал-полицмейстерами Генерал-губернаторств, а по вопросам получения оружия и огнеприпасов – с Начальниками штабов военных округов.

 

В соответствии с Положением о Добровольной Страже:

1. В местностях, объявленных в состоянии чрезвычайной охраны, полки и дружины «Добровольной Стражи» приказом Генерал-губернатора могли призываться для оказания помощи полиции и местным войскам (с 1891 года – Внутренней Страже) в охранении государственного порядка и общественной безопасности. В этом случае статус стражников определялся узаконениями о Государственном Ополчении.

2. Начальники штабов военных округов обязаны организовать получение оружия и огнеприпасов личным составом «Добровольной Стражи» с окружных арсеналов (складов Государственного Ополчения).

3. Для подготовки стражников один раз в год в лагерном сборе управляющие всех государственных органов, управляющие или владельцы организаций и предприятий всех форм собственности (далее – управляющие) обязаны предоставлять членам «Добровольной Стражи» оплачиваемый отпуск сроком две недели и дополнительные сутки на дорогу, кроме того управляющие должны предоставлять членам «Добровольной Стражи» выходные дни для участия в проведении мероприятий, определяемых задачами «Добровольной Стражи».

Изменено пользователем Гвардии-полковник

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано: (изменено)

Главный начальник Добровольной Стражи

 

Князь Оболенский Николай Сергеевич (6 апреля 1823 года, Каменец-Подольский – 30 апреля 1914 года, Тула) – генерал от инфантерии, участник Крымской войны 1853–1856 годов.

Сын князя Сергея Петровича Оболенского (1784–1871) и княжны Екатерины Ивановны Гагариной (1786–1853), племянник А. П. Оболенского и генерала В. П. Оболенского.

Получил домашнее образование, военное образование – на службе.

В службу вступил в 1839 году. По окончанию Академии Генерального штаба в 1849 году причислен к Генеральному штабу.

С 14 мая исполнял должность дивизионного квартирмейстера.

Со 2 декабря 1851 года – старший адъютант штаба корпуса.

С 1 января 1857 года – начальник штаба 3-й гренадерской дивизии.

С 25 декабря 1863 года – обер-квартирмейстер резервного корпуса при подавлении Польского восстания.

С 1 сентября 1864 года состоял для особых поручений при командующем войсками Московского военного округа.

С 27 февраля 1867 года – помощник начальника местных войск Московского ВО, генерал-майор (16.04.1867).

С 12 сентября 1874 года состоял в запасных войсках.

27 февраля 1875 года назначен воинским начальником Рязанской губернии.

С 23 марта 1875 года состоял для особых поручений при командующем войсками Московского военного округа.

С 12 марта 1881 года состоял в Московском отделении «Священной Дружины».

6 августа 1885 года по представлению Министра внутренних дел генерал-адъютанта, генерала от инфантерии, графа Игнатьева Николая Павловича Высочайшим указом Его Величества Государя Императора Николая II назначен Главным начальником Добровольной Стражи с оставлением на военной службе.

Чины

В службу вступил в 1839 году

прапорщик – 7.02.1842;

подпоручик – 6.08.1847;

поручик – 3.07.1849;

штабс-капитан – 30.03.1852;

капитан – 10.12.1853;

полковник – 30.08.1860;

генерал-майор – 16.04.1867;

генерал-лейтенант – 30.08.1878;

генерал от инфантерии – 7.02.1892.

Награды

орден Святой Анны 3-й степени с мечами и бантом (1853);

орден Святого Станислава 2-й степени с мечами (1856);

императорская корона к ордену Святого Станислава 2-й степени (1858);

орден Святой Анны 2-й степени (1861);

императорская корона и мечи к ордену Святой Анны 2-й степени (1863);

орден Святого Владимира 4-й степени (1866);

бант к ордену Святого Владимира 4-й степени за 25 лет беспорочной службы (1869);

орден Святого Владимира 3-й степени (1870);

орден Святого Станислава 1-й степени (1872);

орден Святой Анны 1-й степени (1881);

орден Святого Владимира 2-й степени (1887);

знак отличия за XL лет беспорочной службы (1890).

Семья

Жена (с 1851 года): Анна Шёниг (1827–1900);

Дети (5 дочерей):

Мария Николаевна Оболенская (1852, Владикавказ – 1933);

Софья Николаевна Оболенская (1857, Москва – 1932). Муж (1880): Эйлер, Александр Александрович (1855–1920), подольский губернатор;

Екатерина Николаевна Оболенская (1858 – 1923);

Елизавета Николаевна Оболенская (1860, Москва – 1952);

Нина Николаевна Оболенская (1866 – 1932).

Изменено пользователем Гвардии-полковник

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано: (изменено)

В августе – октябре 1885 года дружины Добровольной Охраны переформированы в полки Добровольной Стражи (Санкт-Петербургский, Московский Киевский), отдельные дружины Добровольной Железнодорожной Стражи (Николаевская, Варшавская, Балтийская, Царскосельская) и Отдельную Царскосельскую конную сотню.

8 ноября 1885 года (в День Собора Архистратига Михаила и прочих Небесных Сил, установленный как День Добровольной Стражи) состоялись первые парады полков Добровольной Стражи (в Москве – на Манежной площади, в Санкт-Петербурге – на Марсовом поле, в Киеве – на Крещетике). Были освящены и вручены командирам полков знамена Добровольной Стражи. После чего состоялись торжественные молебны, которые провели лично архиепископы Санкт-Петербургский, Московский и Киевский. В завершении полки Добровольной Стражи с развернутыми знаменами, прошли торжественным маршем мимо трибун, заполненных большим количеством горожан. Событие сие имело важное патриотическое значение, широко отражалось в отечественной и зарубежной прессе.

Изменено пользователем Гвардии-полковник

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано:

8 ноября 1890 года в День Добровольной Стражи прошли праздничные мероприятия и парады полков Добровольной Стражи в Москве, Санкт-Петербурге, Киеве, Вильно и Казани. Численность «Добровольной Стражи» достигла 50 тыс. человек. Всего в Добровольной Страже сформировано 12 пеших и 3 конных полка.

Список полков Добровольной Стражи на 1890 год.

Пешие полки:

1-й Московский полк Добровольной Стражи;

2-й Санкт-Петербургский полк Добровольной Стражи;

3-й Киевский полк Добровольной Стражи;

4-й Виленский полк Добровольной Стражи;

5-й Псковский полк Добровольной Стражи;

6-й Смоленский полк Добровольной Стражи;

7-й Тверской полк Добровольной Стражи;

8-й Владимирский полк Добровольной Стражи;

9-й Нижегородский полк Добровольной Стражи;

10-й Харьковский полк Добровольной Стражи;

11-й Крымский полк Добровольной Стражи;

12-й Казанский полк Добровольной Стражи.

Конные полки:

1-й Московский конный полк Добровольной Стражи;

2-й Санкт-Петербургский конный полк Добровольной Стражи;

3-й Киевский конный полк Добровольной Стражи.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано: (изменено)

Главный начальник Добровольной Стражи

qBK4W.jpg

Червонный Сергей Прокофьевич (15 апреля 1836 года – 3 декабря 1907 года) – генерал-лейтенант, участник подавления польского восстания, комендант Петергофа.

Родился 15 апреля 1836 года. Из дворян Курской губернии. В службу вступил 31 декабря 1856 года унтер-офицером в Черниговский драгунский полк. 6 марта 1857 года Фанен-юнкер. 28 октября прапорщик, 31 января поручик. 25 октября 1860 года поручик. 28 апреля 1861 года по Высочайшему повелению, объявленному в приказе по отдельному гвардейскому корпусу, за № 68 прикомандирован к Лейб-Гвардейскому Драгунскому полку для испытания по службе и перевода впоследствии.

8 июня отправлен к полку, прибыл 28-го. 2 мая 1862 года Высочайшим приказом переведен в Лейб-Гвардейский Драгунский полк прапорщиком. Со старшинством 1860. 25 октября 1863 года поручик. Принимал участие в подавлении польского восстания. 25 марта 1863 года выступил с полком в поход в Виленский военный округ. С 17 апреля по 28 мая состоял в отряде полковника барона Фиркса. Был в стычке в Пашенковском лесу с ариергардом банды ксендза Мацкевича. 8 августа состоял в отряде генерал-майора князя Барятинского. 12 и 14 августа был в делах с пешей и конной бандами, близ фольварка Шлавинты и Краснополь. 1 ноября возвратился с полком из похода. 8 марта 1866 года назначен заведующим полковым лазаретом. 14 апреля отчислен от этой должности. 30 августа штабс-капитан. 1 декабря 1867 года назначен членом полкового суда. В 1868 году выбыл из этой должности. 30 августа 1869 года капитан. 18 мая 1870 года по случаю увольнения капитана Ковалевского в 2-месячный отпуск, принял Лейб-эскадрон на законном основании.

По возвращении капитана Ковалевского на законном основании 4 октября 1870 года сдал Лейб-эскадрон. 22 апреля утвержден командиром 4-го эскадрона. 22 ноября 1874 года сдал эскадрон и принял Лейб-эскадрон. 19 августа 1875 года сдал Лейб-эскадрон и принял запасной эскадрон. 30 августа 1875 года произведен в полковники. 11 октября утвержден командиром запасного эскадрона. 20 октября 1877 года Высочайшим приказом назначен командиром того эскадрона по случаю отделения его от полка. 20 января 1879 года по присоединении запасного эскадрона к действующему полку оставлен командовать запасным эскадроном. 26 марта 1880 года командирован во временный военный суд, учрежденный в Новгороде. Прибыл из командировки 9 апреля.

17 июня 1880 года Высочайшим приказом назначен командиром 1-го гусарского Сумского Его Королевского Высочества Наследного Принца Датского полка. Сдал должность командира эскадрона на законном основании 20 июня 1880 года. 26 июня 1880 года отправлен к месту нового служения. Прибыл в полк и принял его на законном основании 2 августа 1880 года.

С 12 марта 1881 года состоял в Московском отделении «Священной Дружины».

30 августа 1881 года Высочайшим приказом назначен командующим Лейб-Гвардейского Уланского полка. 30 сентября сдал гусарский Сумский полк, а 3 октября отправлен к месту нового служения. 21 октября на законном основании принял Лейб-Гвардейский Уланский полк. С 30 августа по 18 сентября временно командовал 1-ю бригадой 2-й Гвардейской кавалерийской дивизии.

С 19 по 28 мая 1883 года находился в составе войск, собранных в Москве и её окрестностях по случаю Священного Коронования Их Императорских Величеств. С 24 августа по 21 сентября 1885 года временно командовал 1-ю бригадой 2-й Гвардейской кавалерийской дивизии. 30 августа 1885 года произведен в генерал-майоры с утверждением в звании командира полка.

8 декабря 1894 года назначен комендантом Петергофа с оставлением по гвардейской кавалерии.

6 декабря 1895 года произведен в генерал-лейтенанты с оставлением в настоящей должности и по гвардейской кавалерии.

20 февраля 1896 года Высочайшим указом Его Величества Государя Императора Николая II назначен Главным начальником Добровольной Стражи с оставлением на военной службе.

Изменено пользователем Гвардии-полковник

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано: (изменено)

 

8 ноября 1895 года

В день Собора Архистратига Михаила и прочих Небесных Сил и День Добровольной Стражи по представлению Председателя Совета Министров Российской Империи генерал-адъютанта, генерала от инфантерии, графа Игнатьева Николая Павловича Высочайше утверждено «Положение о Министерстве Государственной Безопасности Российской Империи» и внесены изменения в «Положение о Добровольной Страже».

Изменено пользователем Гвардии-полковник

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Создайте учётную запись или войдите для комментирования

Вы должны быть пользователем, чтобы оставить комментарий

Создать учётную запись

Зарегистрируйтесь для создания учётной записи. Это просто!


Зарегистрировать учётную запись

Войти

Уже зарегистрированы? Войдите здесь.


Войти сейчас