Англо-бурская война 1897–1900 годов


124 posts in this topic

Posted (edited)

Походная форма стрелкового батальона Русско-Голландско-Немецкого Добровольческого Корпуса (1898 год)

 

26164283_m.jpg

1. Полковник 1-го стрелкового батальона Русско-Голландско-Немецкого Добровольческого Корпуса в походной форме

2. Капитан 1-го стрелкового батальона Русско-Голландско-Немецкого Добровольческого Корпуса в походной форме

 

26164284_m.jpg

3. Фельдфебель 1-го стрелкового батальона Русско-Голландско-Немецкого Добровольческого Корпуса в походной форме

4. Стрелок 1-го стрелкового батальона Русско-Голландско-Немецкого Добровольческого Корпуса в походной форме

 

Суконное обмундирование оказалось непригодным для климата Южной Африки, даже в холодное время. Летнее полотняное обмундирование более подходило для жаркой погоды, но суконные фуражки даже в летних чехлах (также, как и в условиях Туркестана) не спасали от палящего солнца, поэтому первыми были заменены на шляпы местного типа из серого фетра. Затем, также, как и в Силах Обороны Южно-Африканской Республики, в Русско-голландско-немецкой добровольческой бригаде отказались от цветных погон и золотых (серебряных) галунов, в пользу серых суконных погон с матовым шерстяным галуном, установленных для Народной Армии ЮАР.

В 1898 году личный состав Русско-Голландско-Немецкого Добровольческого Корпуса получил стандартное походное обмундирование Сил Обороны ЮАР, заказ на пошив 100 тыс. комплектов которого был размещен в России. Знаки различия и войсковые цвета приняты как в Силах Обороны ЮАР: артиллерия – синий, кавалерия – зеленый, инженеры – черный, обозы – серый. Но для стрелков красный цвет заменен на малиновый, аналогично Российской Императорской Армией.

Снаряжение корпус получил русское из желтой кожи, по образцу Туркестанского военного округа. Обувь также тачалась из желтой мягкой кожи.

Для отличия от личного состава Сил Обороны ЮАР чины Русско-Голландско-Немецкого Добровольческого Корпуса получили нарукавные знаки, установленные для иностранных войск и батальонов Иностранного Легиона, в виде щита с синим прямым крестом с белым и красными частями поля (в отличии от отдельного Русского добровольческого батальона Иностранного Легиона, поле щита которого состояло из трех полос белого, синего и красного цветов), обшитого у офицеров темно-золотым, у нижних чинов – оранжевым шерстяным шнуром, которые нашивались на левый рукав выше локтя (которые в боевой обстановке как правило не носились).

Данное обмундирование состояло на снабжении Русско-Голландско-Немецкого Добровольческого Корпуса до конца войны.

Таким образом, Силы Обороны Южно-Африканской Республики после 1898 года, благодаря непрерывным поставкам, установленным стандартам, несмотря на наличие представителей разных стран и народов, регулярных и иррегулярных контингентов, приобрели единообразное обмундирование, соответствующее климатическим условиям, требованиям маскировки, боя, марша и повседневной деятельности, а также отличающееся от обмундирования противника. Несколько особое положение при этом сохранил Германский Добровольческий Корпус.

Edited by Гвардии-полковник

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted (edited)

Нарукавные знаки иностранных войск в составе Сил Обороны Южно-Африканской Республики

 

По примеру коммандос Народной Армии, иностранные добровольцы, чтобы обозначить свою национальную принадлежность, начали носить ленты на шляпах или повязки, нашивать на рукавах шевроны из лент национальных цветов, что привнесло пестроту во внешний вид войск и демаскировало личный состав в бою. Для того, чтоб упорядочить это явление, не запрещая добровольцам носить и гордиться своими национальными цветами, при этом не показывать государственную принадлежность, 15 сентября 1898 года приказом Главнокомандующего Сил Обороны Южно-Африканской Республики введены нарукавные знаки иностранных добровольческих войск и добровольческих батальонов Иностранного Легиона Сил Обороны Южно-Африканской Республики, которые нашивались на левый рукав выше локтя (в боевой обстановке как правило не носились).

Нарукавный знак представлял из себя щит с полем, соответствующем полотнищу боевого знамени (штандарта) добровольческого батальона (артиллерийского дивизиона, кавалерийского полка) или национального флага иностранного контингента без геральдических символов государственной принадлежности, окантованный у офицеров темно-золотым, у нижних чинов – оранжевым шерстяным шнуром.

Знаки изготавливались по установленному образцу в частном порядке за счет средств иностранных добровольцев (как правило организаций, направляющих добровольцев в Южную Африку).

 

26164357_m.jpg

Edited by Гвардии-полковник

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted (edited)

Военно-политическая обстановка в колонии Наталь и Капской колонии

 

Голландцы Капской Колонии составляли большинство населения и сохраняя лояльность Британии, они не приветствовали вмешательство Империи в трансваальские дела. Натальские голландцы были не столь многочисленны, но также сочувствовали Трансваалю и, несомненно, могли считать прежние обиды, нанесенные британцами, достаточным поводом, для присоединения к бурам.

В Капской Колонии существовала политическая организация, называемая «Afrikander Bond», в предвоенные годы добившаяся контроля над политикой колонии. Девизом организации были слова – «Южная Африка для южноафриканцев». Ее сторонники придерживались мнения, что правительству Капской Колонии в первую очередь следовало заботиться об интересах Южной Африки, а затем уж об интересах Великой Британии. Имея преимущественно голландское происхождение, члены Бонда отдавали приоритет развитию собственной страны, настаивая на введении протекционистских тарифов и строгих туземных законов, а законодательную деятельность в защиту британских интересов, полагали делом второстепенным. Бонд симпатизировал соплеменникам в Трансваале, особенно после рейда Джеймсона и болезненно реагировал на каждый признак надвигающейся войны. Уильям Шрайнер, ставший в 1898 году Премьер-министром колонии, являлся одним из лидеров Бонда. При обычных обстоятельствах лояльность «капских голландцев» британскому правительству не подвергалась сомнению, но Лондон серьезно заботил вопрос, смогут ли они противостоять искушению, если Бонд решат попытать счастья в войне на стороне буров.

От лояльности голландского населения двух колоний фактически зависел контроль британского правительства над Капом. Обладая численным превосходством и почти полным контролем над местным правительством, голландцы Капской Колонии занимали великолепную позицию для отделения от Империи. При подобном развитии событий Британии предстояло сражаться почти со всем белым населением Южной Африки.

Ситуация к тому же усугублялась неопределенной позицией туземных племен. Ни англичане, ни буры не имели твердой уверенности в поддержке туземцев, численность которых в десять раз превышала численность местного белого населения. В конфликтах белых черные, заботясь о собственной выгоде, предпочитали поддержать сильного. Последним предостережением для англичан стало восстание племен матабеле, последовавшее за поражением Джеймсона.

Зулусы, не забывшие горечь поражения, нанесенного им британцами, все еще надеялись утолить жажду мести. Басуто, на востоке Оранжевой Республики, оставаясь наиболее могущественным и не испытавшим поражения народом, могли принять участие в войне, хотя бы для демонстрации своей доблести и силы. Полтора миллиона туземцев Капской Колонии и такое же количество в Трансваале вполне могли отважиться на восстание, хотя предугадать ход негритянской мысли с уверенностью не мог никто. Какую позицию в конфликте займет то или иное племя знали лишь их вожди, которые, в своем большинстве, хранили молчание. И буры и англичане хорошо знали о сокровенной мечте черных, об их «ожиданиях великого вождя, который придет с севера, соберет все племена в одну могучую армию, и сбросит ненавистного белого человека в море».

Для политиков, которым нравилось прогнозировать возможные союзы и строить прогнозы, эта ситуация предоставляла обширнейшие возможности для составления разнообразных комбинаций рас, наций и племен. Начиная с того, что все черные могли объединиться против белых, или часть черных против части белых, и заканчивая самыми сложными и невероятными союзами. Возможности были безграничны, исход неопределенным.

В предвоенные годы большинство британских военных с пренебрежением относились к генералитету буров, игнорируя факт, что до войны лишь в одном бою регулярная британская армия одержала вверх над ополчением буров. Бой 1848 года у Боомплаатца – единственный, который британцы могли считать своей победой. Почти всегда силы сторон были приблизительно равны, при этом потери бюргеров с завидным постоянством были меньше британских. Статистика показывает, что в процентном соотношении буры теряли гораздо меньше людей.

Трудно поверить, что буры добились подобных результатов без помощи способных командиров. Конечно, бюргеры преувеличивали, уверяя, что один их боец по своим боевым качествам стоит пятерых британцев, но результаты боев демонстрируют – для хвастовства мнения имелись некоторые основания.

В конце 90-х годов Британия держала в Южной Африке относительно небольшие силы, полагая, что, в случае необходимости, менее чем за месяц сможет перебросить туда сто тысяч солдат из Индии и Англии. В Натале на трансваальской границе постоянно находились несколько батальонов со штаб-квартирами в Чарлестауне, Ледисмите и Питермаритцбурге.

Edited by Гвардии-полковник

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted (edited)

Южно-Африканский театр военных действий

 

26164793_m.jpg

 

Основные события англо-бурской войны протекали на весьма специфическом южно-африканском театре военных действий, об особенностях которого российский военный агент в Лондоне полковник Генерального штаба Ермолов Николай Сергеевич доносил в Петербург 10 февраля 1897 года, за день до начала войны, следующее:

«Необходимо остановиться несколько на некоторых стратегических особенностях Южно-Африканского театра и на общей группировке сил постольку, поскольку она известна до сих пор.

Очевидно, что, прежде всего, приобретал большое значение северо-западный угол Наталя, где у Laings Neck колесная и железная дороги из Наталя в Йоганнесбург пересекают пограничные Дракенбергские горы. Laings Neck представляет особую пограничную позицию, выиграть которую для буров было бы весьма важно. Ввиду значения этой позиции пограничный трансваальский Volksrust представляется весьма важным в смысле ближайшего к границе Наталя пункта сосредоточения сил буров.

Здесь имеются отличные лагерные места: железная дорога из Йоганнесбурга служила бы для подвоза запасов изнутри страны, а степи, или фельды (вельд), к северу от Дракенбергского хребта по мере наступления дождей покрылись бы травой, что столь важно для буров в смысле фуражного довольствия для их лошадей.

Помимо Volksrust надлежало занять: Utrecht, откуда имеется дорога на натальский город Newcastle, а затем Vryheid, откуда, через Dundee и Rorkes Drift, идут дороги на Ladysmith. Очевидно, что занятие бурами этих трех пунктов: Volksrust, Utrecht, Vryheid – угрожало всему треугольнику Наталя, ограниченному Дракенбергским хребтом и течением реки Буффало.

Войска Оранжевой Республики могли угрожать этому треугольнику с запада, со стороны проходов Bothas, Reenen и др. Но у Оранжевой Республики войск (бюргеров) немного, и значительная часть их должна быть поглощена для наблюдения за грозными пограничными негрскими племенами basutos, коих насчитывается до 20 тысяч бойцов. Поэтому у Альбертины (у Harrismith) признается не более 3000 человек бюргеров Оранжевой Республики.

Что касается бюргеров Трансвааля, то силы их на линии Volksrust – Utrecht – Vryheid исчисляются различными корреспондентами различно – всего от 10 до 15 000. Считая, что их не боле 10 000, оказывается, что на линии Harrismith – Volksrust – Vryheid, дугообразно изгибающейся вокруг северо-западного исходящего угла Наталя длиной в 140 миль, имеется ныне от 13 000 до 15 000 готовых к переходу в наступление войск.

Расстояние от Дурбана (английская база) до Laings Neck – 300 миль (450 верст). Очевидно, что до прибытия подкреплений слабым английским силам в Натале (от 4 до 5000) было немыслимо выдвигаться далеко вперед и рисковать потерять сообщение. Поэтому генерал Symons, командовавший войсками в Натале до прибытия туда вновь назначенного Sir George White принял решение занять только Ледисмит (189 миль от Дурбана), имея авангард у Грейгсайд близ Гленко, в 45 милях от Ледисмита к северо-востоку.

Городок Ньюкастл ввиду ежеминутно ожидаемого движения вперед буров решено было предоставить неприятелю без боя. Позиции у Ледисмита и Грейгсайда заняты довольно прочно и укреплены. В таком положении англичане на прошлой неделе тревожно ожидали наступления буров. Но буры не двинулись (они перешли в наступление на следующий день – И. Д.).

А теперь уже прибывают один за другим транспорты из Индии: 3 февраля прибыла полевая батарея; 5-го прибыли два батальона, полк кавалерии и еще батарея; на этих днях соберется у Дурбана весь индийский контингент: положение англичан ежечасно улучшается.

Все стратегическое значение западной границы Оранжевой Республики и Трансвааля заключается в том, что вдоль нее проходит означенная железнодорожная линия. Здесь главнейшие пункты сосредоточения буров суть:

а) против Кимберли, у Бошоф в 30 милях от Кимберли (значение Кимберли – богатейшие алмазные копи).

б) против Мафекинга; у Рамаслабама и Руигронд англичане наскоро укрепили Кимберли и Мафекинг и расположили мелкие отряды: у Де-Аар, у мостов через Оранжевую реку, у Фотин Стримс, у Кимберли, у Мафекинг, у Лобатси и еще далее к северу, по границе Родезии. Но здесь, кроме мелких рейдов, серьезных операций ожидать нельзя.

Итак, видно, что англичане до прибытия подкреплений занимают в настоящее время всюду строго оборонительное положение, ежечасно делающееся более и более прочным. Им угрожает потеря Лэйнс Нек, Ньюкастла, может быть, Ледисмита и прорыв сообщений с Дурбаном, а на западной границе может быть прорвана их железнодорожная линия.

Первый успех буров имел бы огромное нравственное значение (рассказывают, что черные – матабелы, басуто и др. гадали об исходе войны и гадания их указывали, что победителями будут буры). Но буры до сих пор продолжают стоять.

А между тем 21 февраля начнется отправка из Англии огромной флотилии из 90–100 транспортов, имеющих поднять 53 000 человек с 114 орудиями. Для конвоирования этой флотилии будет сформирована в Портсмуте особая летучая эскадра».

Наблюдая за событиями на юге Африки из далекого Лондона, полковник Ермолов довольно высоко оценивал шансы буров на победу в случае их активных наступательных действий, использования сложившегося к началу боевых действий численного превосходства над противником. 

Edited by Гвардии-полковник

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted (edited)

Дипломатическая подготовка к войне

 

Британское правительство, крайне встревоженное экономическим ростом, перевооружением и реорганизацией Сил Обороны Южно-Африканской Республики, настойчиво двигалось к войне, фактически провоцируя бюргеров начать боевые действия, что в перспективе давало возможность Лондону выставить их агрессорами перед всем цивилизованным миром, тем более что сами бюргеры тоже были настроены чрезвычайно воинственно. Англичане были уверены, что их ждет «маленькая победоносная война».

Со своей стороны, стремясь использовать европейские противоречия, после неудачного «рйда Джеймсона» президент Южно-Африканской Республики Петрус Якобус Жубер 1 марта 1896 года потребовал от британского правительства отмены королевской хартии, выданной в 1889 году «Бритиш Саут Африка Чартеред Ко», и пересмотра Лондонской конвенции 1884 года, как ограничивающей суверенитет ЮАР. Кроме того, правительство ЮАР, предъявляло претензии Лондону: потребовало от Великобритании компенсации убытков, понесенных бюргерами во время вторжения на их территорию отряда английских рейдеров во главе с капитаном Джеймсоном (29 декабря 1895 года – 2 января 1896 года).

В декабре 1895 года отряд из 670 человек (520 белых и 150 африканцев при трех орудиях и восьми пулеметах) под его командованием совершил рейд на территорию ЮАР со стороны Мафекинга, надеясь поднять восстание уитландеров против буров, и двинулся к Йоганнесбургу. Однако эта экспедиция закончилась очень быстро – уже через три дня после перехода границы отряды буров окружили борцов за права уитландеров у Крюгерсдорпа, после чего те дружно сдались в плен. Поступили с пленными авантюристами буры весьма гуманно – их всех вскоре передали британским властям, и хотя они предстали перед судом, тем не менее отделались легким испугом.

Новое резкое обострение отношений между бурами и Великобританией произошло, после провала Блумфонтейнской конференции, на которой пытались решить (или точнее, делали вид) проблему предоставления избирательных прав уитландерам.

 

31 мая 1896 года

Представители Великобритании, Южно-Африканской Республики и Оранжевого Свободного Государства собрались в столице последнего городе Блумфонтейне, чтобы попытаться найти выход из англо-бурского конфликта. Несмотря на принятие «Избирательного закона» (Kieswet), на основании которого уитландеры, переселившиеся в Южную Африку до 1886 года и получившие гражданство, получали избирательное право через два года, а те, кто переселился после 1886 года, но прожил в стране не менее двух лет и получил гражданство, получали его через пять лет, британская делегация, которую возглавлял Альфред Милнер, настаивала на предоставлении избирательных прав уитландерам, прожившим в ЮАР не менее пяти лет. Президент Петрус Якобус Жубер соглашался только на то, чтобы в выборах участвовали уитландеры, прожившие в стране не менее семи лет.

 

5 июня 1896 года

Конференция закончилась безрезультатно, и участники конференции разъехались, так ни о чём и не договорившись. При этом, еще в ходе переговоров 1 июня 1896 года британским правительством принято решение о проведении мобилизации, по завершении которой должна была быть проведена операция по возвращению территорий Южно-Африканской Республики и Оранжевого Свободного Государства под власть британской короны.

 

28 июля 1896 года

Но, несмотря на провал конференции контакты британского и южно-африканского правительств продолжились. Воспользовавшись неудачей переговоров, министр колоний Джозеф Чемберлен, выступая в британском парламенте, пригрозил бюргерам войной и призвал англичан в случае необходимости поддержать своё правительство в осуществлении любых мер, которые оно сочтёт нужным предпринять для того, чтобы обеспечить справедливое отношение к британским подданным в Трансваале.

Воспользовавшись неудачей переговоров, министр колоний Джозеф Чемберлен, выступая в британском парламенте, пригрозил бурам войной и призвал англичан «в случае необходимости поддержать свое правительство в осуществлении любых мер, которые оно найдет нужным предпринять для того, чтобы обеспечить справедливое отношение к британским подданным в Трансваале».

 

19 августа 1896 года

Не желая дальнейшего обострения отношений с Великобританией, Южно-Африканской Республики Петрус Якобус Жубер согласился предоставить избирательные права уитландерам, прожившим в Трансваале более пяти лет, при условии отказа Великобритании от вмешательства во внутренние дела Южно-Африканской республики; одновременно было предложено передать все английские притязания на рассмотрение третейского суда.

В ответ на согласие президента Петруса Жубера ускорить натурализацию английских поселенцев, британское правительство, в очередной раз отвергнув предложения бюргеров, потребовало немедленно разоружить армию ЮАР, угрожая в противном случае применением вооруженной силы. Отказавшись признавать Трансвааль в качестве суверенного государства, англичане вновь выдвинули требования немедленного предоставления избирательного права уитландерам, выделения им четверти всех мест в парламенте – фольксрааде и предоставления английскому языку статуса государственного. Одновременно Джозеф Чемберлен, уверенный в том, что бюргеры ответят отказом, подготовил текст ультиматума, отклонение которого должно было стать поводом к войне.

Как заметил в этой связи посол России в Великобритании Е.Е. Стааль:

«Этот оборот дела поставил англичан в затруднительное положение. Великобритания в Трансваале преследует исключительно хищнические цели; желание для достижения их отдать честных тружеников буров во власть сброда золотопромышленников, каким в действительности являются уитландеры, так возмутительно, что оправдывать сие поведение здесь могли только неуступчивостью и несговорчивостью Жубера.

И вдруг он уступил. Гораздо труднее объяснить войну для ускорения натурализации на два или три года, но англичане перед этим не остановились. Чем уступчивее становится Трансвааль, тем воинственнее делается английская пресса, и тем настойчивее требуют здешние государственные люди немедленного окончательного решения вопроса…

Дойдет ли дело до войны, сказать трудно. В Англии, ввиду серьезности борьбы, люди спокойные предпочли бы мирное, хотя бы и более медленное, поглощение Республики. Они понимают, что затруднениями, созданными столкновением, воспользуются все другие державы. Но финансисты его желают для биржевых спекуляций. Сесиль Родс видит в нем кроме мести за неудачный набег единственную возможность поправить расстроенные дела Южно-Африканской компании.

Чемберлен, скомпрометированный в деле набега, – в руках Родса, да и по характеру склонен к приключениям. Общественное мнение, ныне не осмеливающееся высказаться, в решительную минуту будет, по обыкновению, увлечено шовинизмом. Обстоятельства эти придают положению тревожный характер, но, с другой стороны, весьма возможно, что в последнюю минуту Жубер, устрашась неравной борьбы, пойдет на новые уступки и покорится предъявленным ему требованиям».

 

1 сентября 1896 года

Президент Петрус Якобус Жубер в свою очередь потребовал от англичан немедленного прекращения практики вмешательства во внутренние дела Южно-Африканской республики, скорейшего отвода от её границ английских войск и удаления из Южной Африки дополнительных сил британской армии, уже прибывших к этому времени из метрополии, дав повод военному министру Великобритании лорду Г.Ленсдауну заметить Д.Чемберлену: «Примите мои поздравления. Я думаю, что Петрус Якобус Жубер не мог более удачно сыграть Вам на руку, чем он это сделал, предъявив эти требования».

Количество британских войск на границах бурских республик на протяжении всего 1896 года постоянно увеличивалось. Российский военный агент в Лондоне полковник Ермолов сообщал в Генеральный штаб российской армии: «Первые передвижения войск в начале августа 1896 года, вызванные натянутыми отношениями с Трансваалем, выразились только в том, что один из батальонов Ливерпульского пехотного полка был отправлен из Кейптауна в Дурбан, то есть в Наталь, причем одновременно с сим решено было отправить: один батальон Мюнстерского полка из Англии в Кейптаун для замены ливерпульцев, один батальон Манчестерского полка из Гибралтара в Наталь. И кроме того, отправлен в Южную Африку контингент из Индии европейских (не туземных) войск численностью до 6500 человек, то есть 4 европейских батальона, три европейских кавалерийских полка и три пешие батареи».

По данным того же Ермолова, еще до прибытия этих войск в Южной Африке находилось шесть с половиной батальонов пехоты, два кавалерийских полка, три пешие и одна горная артиллерийские батареи общей численностью около 10 тысяч человек.

Российский посол в Великобритании Стааль в своем очередном донесении, отправленном в сентябре 1896 года в Санкт-Петербург министру иностранных дел России Ламсдорфу, сообщал:

«Чемберлен не изменяет своего образа действий: на уступки буров он отвечает новыми требованиями. В сделанном через газету «World» обращении к американцам Жубер говорит: «Всякая страна имеет право защищать своих подданных, но Англия не защищает англичан, а стремится угрозами и насилием обратить их в подданных Трансвааля. Это указывает на заднюю мысль: не натурализации хотят уитландеры, а нашей земли, богатой золотом».

«Жубер прав. Но заблуждается он, утверждая, что не сила есть право, а право есть сила. Правота дела не спасет независимости Трансвааля, и вопрос лишь в том, будет ли она утрачена добровольным подчинением или же после борьбы. Приготовления к войне идут с обеих сторон, и вопрос решится на днях».

 

10 октября 1896 года

Правительство Ее Величества королевы Виктории уведомило президента Петруса Жубера, что отказывается даже в принципе обсуждать эти требования.

Российский посол в Великобритании Е.Е. Стааль докладывал по этому поводу в Петербург министру иностранных дел М.Н. Муравьеву:

«Во время управления Трансваалем президенту Жуберу пришлось пережить много тяжелых минут, и каждый раз он выходил из возникавших затруднений со славой. Но теперь для несчастной Республики наступило самое тяжелое испытание – Англия решила поглотить ее, если возможно, без борьбы, но многие полагают, что война была бы предпочтительнее.

В переданном мне частном разговоре британский министр колоний Чемберлен, голос которого является решающим, изложил свой взгляд. Он не стесняется признать, что защита так называемых интересов кучки британских подданных – это только предлог. В действительности дело гораздо важнее. Это вопрос чести, принципа и имперских интересов. Трансвааль – оплот голландской расы в Южной Африке против англосаксонской. Во всех столкновениях с бурами до настоящего времени Великобритания уступала им или была разбита. Пора положить этому конец. Они должны или безусловно подчиниться английским требованиям, или понести тяжелое поражение. Это единственное средство решить в пользу Англии южноафриканский вопрос».

 

Октябрь 1896 года

В это же время британское правительство начало против буров и психологическую войну, выдвигая на первый план проблему ликвидации рабства африканцев, готовя тем самым европейскую общественность к вооруженной аннексии южноафриканских республик. Той же цели служили и обвинения правительства Южно-Африканской Республики в нарушении Лондонской конвенции, выдвинутые правительством Великобритании в конце 1890-х годов. Поводом для них послужили заключенные бурами в 1893 году соглашения с Португалией и Голландией в 1895 году о выдаче преступников. Еще одним требованием британского правительства стало предоставление уитландерам избирательных прав в Южно-Африканской Республике. Отказ от его выполнения мог быть использован как повод к войне.

Но даже если бы буры и пошли на уступки, их участь уже была предрешена. Министр колоний Великобритании Джозеф Чемберлен в письме высшему комиссару по делам Южной Африки (с марта 1896 года) Альфреду Милнеру (Alfred Milner), датированном 30 сентября 1896 года, писал: «Мы должны сыграть по правилам, и прежде чем мы выдвинем дальнейшие требования, мы должны испробовать все возможные предложения о предоставлении уитландерам избирательных прав и получить от бюргеров полный отказ принять их. Тогда мы предъявим наши дальнейшие требования, и начнется война. Но прежде чем мы пойдем на это, мы должны иметь в Южной Африке достаточные вооруженные силы для обороны до тех пор, пока туда будут доставлены наши основные воинские контингенты».

 

9 февраля 1897 года

Президент Южно-Африканской Республики Петрус Якобус Жубер направил британскому правительству ультиматум, требуя в течение 48 часов прекратить все военные приготовления на территории провинции Наталь. Требования южноафриканского правительства сводились к следующему:

«а) Все спорные пункты должны быть разрешены путем третейского суда или другим дружественным путем, который изберут оба правительства.

b) Войска с границы должны быть немедленно отозваны.

c) Все войска, которые прибыли в Южную Африку после июня 1899 года, должны быть постепенно выведены. Наше правительство даст со своей стороны обещание, что в течение известного периода времени, который будет определен по обоюдному соглашению, не произойдет с нашей стороны на территории британской империи никакого враждебного воздействия либо нападения. Вследствие этого, наше правительство отзовет вооруженных бюргеров от границы.

d) Войска ее величества, находящиеся в настоящее время на судах, не высадятся ни в одном из портов Южной Африки.

Наше правительство вынуждено настаивать на немедленном утвердительном ответе на перечисленные пункты и убедительно просит правительство ее величества ответить до 11 октября сего года, 5 часов пополудни.

Если в течение этого времени, против нашего ожидания, не последует удовлетворительного ответа, то правительство, к глубокому сожалению, будет принуждено счесть действия правительства ее величества за формальное объявление войны. Таковым будет признано и всякое новое движение войск по направлению к нашим границам в течение указанного промежутка времени».

Ультиматум был сходу отвергнут Лондоном. Телеграмма министра колоний Великобритании Джозефа Чемберлена, одобренная премьер-министром Робертом Солсбери, и направленная высшему комиссару сэру Альфреду Милнеру для передачи южноафриканским властям, гласила:

«Правительство Ее Величества с искренним сожалением получило известие об окончательных требованиях правительства Южно-Африканской Республики, изложенных в вашей телеграмме от 9 февраля, № 3. В ответ вы имеете сообщить правительству Южно-Африканской Республики, что условия, поставленные им, таковы, что правительство Ее Величества не считает возможным войти в их рассмотрение».

Президент Оранжевой Республики Мартинус Тёнис Штейн позднее так объяснял причины, заставившие бюргеров начать боевые действия:

«Английский агент в Претории просил трансваальское правительство разработать проект закона о выборах. Правительство это и сделало, и при том настолько либерально, что превзошло даже пожелания главного комиссара британского (т.е. представителя английского правительства).

Когда этот закон не был поддержан правительством Ее Величества королевы, то правительство республики выразило согласие на передачу закона о выборах в особую комиссию.

На это британское правительство вдруг прекратило всякую переписку, сообщив, что сформулирует свои требования впоследствии. Другими словами, английское правительство поставило республике тогда ультиматум.

Война не была объявлена со стороны Англии только потому, что не все войска ее прибыли в Африку.

Правительство Оранжевой Республики выступило тогда посредником, желая хотя бы в последнюю минуту предотвратить войну. Оно телеграфировало через главного комиссара в Лондон, прося сообщить условия, которые Англия ставит Южно-Африканской Республике. Телеграмма эта была передана, к моему сожалению, в Лондон лишь в изуродованном виде.

Вместо ответа на мои запросы, Англия начала стягивать их вдоль границ обеих республик, из которых с Оранжевой Республикой Англия до этого времени была в дружбе.

Когда трансваальское правительство убедилось, что Англии нужна не отмена злоупотреблений (которых, как теперь всеми признано, никогда не существовало), а уничтожение самостоятельности республики, оно попросило удалить войска и передать все спорные вопросы третейскому суду.

Это произошло примерно через три недели после того, как британское правительство поставило свой ультиматум. За месяц перед этим правительство Оранжевой Республики получило телеграмму от главного британского комиссара с просьбою сохранить нейтралитет. Ясное доказательство того, что Англия намеревалась начать войну с Южно-Африканской Республикой.

Телеграмма эта была прислана потому, что Англии было известно, что с 1889 года существовал между обеими республиками оборонительный союз. После того как трансваальское правительство решило защищать свои границы от нападения врагов, я был вынужден сделать шаг более горький для меня, чем какой-либо поступок в моей жизни.

Я вынужден был порвать дружеские связи с Англией и, верный союзу с родственной республикой, протянуть ей руку помощи. Война показала, что мы были правы, предполагая, что Англия хочет уничтожить обе республики…

Вы видите, что мы не обнажили меча, а только отвели меч, который уже был занесен над нашей головой. Мы действовали лишь по праву самообороны (одно из священных человеческих прав), защищая свое право на существование».

Edited by Гвардии-полковник

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted (edited)

Вооруженные силы Великобритании на Южно-Африканском театре военных действий

 

К началу 1897 года Южно-Африканская Республика и Великая Британия полностью созрели для войны, и дипломатия лишь прикрывала последние приготовления. Бюргеры могли принять требования уитландеров, но за ними, последовали бы другие, удовлетворить которые было еще труднее. Богатое, но слабое государство всегда возбуждало алчность сильного соседа, и агрессор обычно добивался от жертвы требуемого. Ни один здравомыслящий наблюдатель не сомневался в дальнейшем ходе развития событий и их итоге. Серьезные политики и журналисты в своих прогнозах отводили роль агрессора британскому правительству, считая, что оно будет следовать намеченному курсу не в столь робкой и половинчатой манере, как в предыдущей кампании. Наиболее проницательные наблюдатели, еще до того, как прогремел первый выстрел, допускали, что бюргеры смогут вести войну месяцев восемь, от силы год, но в конечном итоге будут вычеркнуты из списков самостоятельных наций мира. Они предполагалили, что эта схватка обойдется Британии в громадную сумму и тысячи жизней, но твердо знали – замышлявшие войну политики на этот раз пойдут до конца.

15 мая 1896 года

Мобилизационный комитет Великобритании приступил к обсуждению вопроса о проведении мобилизации, но им была допущена серьезная недооценка сил неприятеля, в силу чего предполагалось использовать для боевых действий против бюргеров около 49 тысяч человек.

1 июня 1896 года

Британским правительством принято решение о проведении мобилизации, по завершении которой должна была быть проведена операция по возвращению территорий Южно-Африканской Республики и Оранжевого Свободного Государства под власть британской короны.

10 ноября 1896 года

Военное министерство Великобритании совместно с Адмиралтейством завершило планирование мобилизации, перегруппировки войск и военных действий, приступило к подготовке войск, предназначенных для отправки в Южную Африку, и проведению мобилизации резервистов. Готовность регулярных войск к убытию на Южно-Африканский театр военных действий определена к 1 января 1897 года, готовность к мобилизации резервистов категорий А, В и С – к 1 февраля 1897 года, готовность к военным действиям – 1 марта 1897 года.

Январь 1897 года

В порты Капской колонии из метрополии ежедневно прибывали военные транспорты с английскими войсками – британское правительство наращивало группировку своих войск в Южной Африке в преддверии неизбежной войны.

Однако к 10 февраля 1899 года в Южной Африке находилась примерно половина запланированного к развертыванию контингента – 24 тысячи британских солдат.

Согласно донесению российского военного агента в Лондоне полковника Ермолова:

«В субботу, 7 февраля, английское военное министерство отдало специальный приказ по армии о призыве резервистов категорий А, В и С, всего в числе, не превышающем 25.000 человек…

Первый день мобилизации – сегодня; последний – 17-го, то есть резервисты должны прибыть к сборным пунктам между 9 и 17 февраля. Таким образом, мобилизация неторопливая.

Всего будет отправлено (начиная с 21 февраля), третьим пакетом подкреплений, 52.138 человек и 114 орудий, то есть пойдет 28 батальонов, восемь полков кавалерии, 19 батарей и разные инженерные, обозные, санитарные и иные части вспомогательного назначения. В это число войск подлежит включить те 1200 человек обозных войск, кои отплыли из Саутгемптона на «Braemar Castle» в прошлую пятницу.

Таким образом, уже было в Южной Африке или на пути туда войск первой и второй отправки, согласно моему последнему донесению: 16 с половиной батальонов, пять полков кавалерии, десять батарей (около 21.000 человек). Ныне отправляется: 28 батальонов, восемь полков кавалерии, 19 батарей (52.000). Всего, следовательно, будет: 44 с половиной батальона, 13 полков кавалерии, 29 батарей (около 73.000)».

В дальнейшем с Британских островов и из колоний на южноафриканский театр военных действий до осени 1897 года были направлены около 100 тысяч солдат и офицеров регулярной армии.

До конца военных действий на юг Африки прибыло еще более 100 тысяч солдат регулярной армии, 60 батальонов пехоты милиционных войск и другие подразделения.

Помимо этого, сюда же прибыли воинские части из Индии, Австралии, Новой Зеландии, Канады.

Военное министерство Великобритании накануне начала военных действий планировало развернуть в Южной Африке крупную группировку своих войск, имеющих следующую организацию:

Главнокомандующий – генерал Редверс Буллер (Sir Redverds Buller), начальник штаба – генерал Арчибальд Хантер (Sir Archibald Hunter).

Под непосредственным начальством главнокомандующего развёртывался
1-й армейский корпус (около 36 000 человек) в составе:

1-я пехотная дивизия – начальник генерал Метуэн (Lord Methuen):

1-я пехотная бригада генерал-майора Кольвиля (Colvile) (3-й батальон гвардейского гренадерского полка, 1-й и 2-й батальоны гвардейского Кольдстримского полка, 1-й батальон гвардейского Шотландского полка);

2-я пехотная бригада генерал-майора Хилдъярда (Hildyard) (2-й батальон Королевского Вест-Соррейского полка, 2-й батальон Девонширского полка, 2-й батальон Вест-Йоркширского полка, 2-й батальон Королевского Ист-Соррейского полка);

2-я пехотная дивизия – начальник генерал Клери (Sir F. Clery):

3-я Шотландская пехотная бригада генерал-майора Уошопа (Wauchope) (2-й батальон Королевских гайлендеров, 1-й батальон Шотландской лёгкой пехоты, 2-й батальон Сафордских гайлендеров, 1-й батальон Argyll and Sutherlander Highlanders);

4-я лёгкая пехотная бригада генерал-майора Литтлетона (Lyttleton) (2-й батальон Шотландских стрелков, 3-й батальон Королевского стрелкового корпуса, 1-й батальон Дургамской лёгкой пехоты, 1-й батальон стрелковой бригады);

3-я пехотная дивизия – начальник генерал Гатакр (Sir Gatacre):

5-я Ирландская пехотная бригада генерал-майора Фицруа-Гарт (Hart) (1-й батальон Королевских Инискиллингских фузилеров, 2-й батальон Королевских Ирландских стрелков, 1-й батальон Коннаут-Рейнджерский, 1-й батальон Королевских Дублинских фузилеров);

6-я фузилерская пехотная бригада генерал-майора Бартона (Barton) (2-й батальон Королевских фузилеров, 2-й батальон Королевских Шотландских фузилеров, 1-й батальон Королевских Уэльсских фузилеров, 2-й батальон Королевских Ирландских фузилеров);

кавалерийская дивизия (две кавалерийские бригады, всего – 5534 человека) – начальник генерал Френч:

1-я кавалерийская бригада полковника Бабингтона (Babington) (6-й гвардейский драгунский полк, 10-й гусарский полк, 12-й уланский полк),

2-я кавалерийская бригада генерал-майора Брабадзона (1-й, 2-й и 6-й драгунские полки).

Генерал-лейтенант Редверс Буллер должен был прибыть в Капскую колонию только 1 марта 1897 года, всего несколькими днями раньше высадки основных сил 1-го армейского корпуса.

Для охраны путей сообщений (главным образом железных дорог) использовались войска генерала Форестер-Уокера (Forestier-Walker) (2-й батальон Нортумберлендских фузилеров, 2-й батальон Сомерсетской лёгкой пехоты, 2-й батальон лёгкой пехоты Герцога Кромвельского, 1-й батальон Уэльсского полка, 2-й батальон Нортамтонширского полка, 2-й батальон Шропширской лёгкой пехоты, 1-й батальон Гайлендеров Гордона) общей численностью около десяти тысяч человек.

На территории Наталя к началу боевых действий дислоцировались войска (Natal field force) под командованием генерала Вита (его вскоре сменил генерал-лейтенант Джордж Уайт) – 4-я пехотная дивизия полковника Пэнн-Саймонса, в состав которой входили:

7-я пехотная бригада полковника Говарда (1-й батальон Девонширского полка, 2-й батальон Гайлендеров Гордона, 1-й батальон Глочестерского полка, 1-й батальон Манчестерского полка);

8-я пехотная бригада генерал-майора Юла (Yule) (1-й батальон Лейчестерского полка, 1-й батальон Королевских стрелков, 2-й батальон Королевских Дублинских фузилеров, 1-й батальон Королевских Ирландских фузилеров);

четыре отдельных батальона;

3-я кавалерийская бригада полковника Броклурста (3-й гвардейский драгунский полк, 5-й уланский полк, 18-й и 19-й гусарские полки), всего около 13 000 человек.

Поскольку бюргеры не стали дожидаться, пока англичане закончат все приготовления к войне, и первыми начали боевые действия, в результате вышеперечисленных мероприятий у границ бурских республик британскому командованию удалось сосредоточить лишь оборонительную (на момент начала войны) группировку своих войск – остальные были ещё в пути.

До начала войны из Индии перебросили 5-й драгунский гвардейский, 9-й уланский, 19-й гусарский полки, а также 1-й батальон Девонширского полка, 1-й батальон Глостерского полка, 2-й батальон Гайлендеров Гордона и 2-й батальон Королевских стрелков. Эти батальоны совместно с 21-ой, 42-ой и 53-ей батареями полевой артиллерии составляли индийский контингент.

Назначенный командующим британскими войсками в Натале генерал-лейтенант сэр Джордж Уайт (Sir George White), до этого служивший в Индии, доносил после прибытия в Южную Африку военному министру в Лондон:

«Высадившись 4 февраля в Дурбане, я вступил в командование войсками в Натале и отправился прямо в Питермарицбург. Королевские и колониальные войска, находившиеся в Натале, были расположены следующим образом:

в Питермарицбурге – 1-й батальон Манчестерского полка с его ротой конной пехоты, 2-й батальон корпуса Королевских стрелков в Исткорте, отряд флотских волонтеров Наталя, отряд Королевских Натальских стрелков;

в Колензо – корпус Дурбанской легкой пехоты;

в Ледисмите – 5-й уланский полк, команда 19-го гусарского полка, группа из трех ездящих батарей, 10-я горная батарея, 23-я инженерная рота, 1-й батальон Девонширского полка, 1-й батальон Ливерпульского полка с его ротой конной пехоты, 26-й полевой госпиталь и отряды колониальных войск;

в Гленко – 18-й гусарский полк, группа ездящей артиллерии, 1-й батальон Лейчестерширского полка с его ротой конной пехоты, 1-й батальон корпуса Королевских стрелков с его ротой конной пехоты, 2-й батальон Королевских Дублинских фузилеров с его ротой конной пехоты, 6-й полевой ветеринарный госпиталь».

По мнению российского военного агента в Лондоне полковника Ермолова, этих войск было достаточно для обороны Наталя, но явно не хватало для защиты линий сообщения с Дурбаном в случае рейдов отрядов бюргеров.

На территории Капской колонии располагались пять пехотных батальонов (1-й батальон Нортумберлендского фузилерного полка, 1-й батальон Королевского Мюнстерского фузилерного полка, 1-й батальон Королевского Ланкаширского полка, 1-й батальон Королевского Ланкаширского полка, 2-й батальон Королевского Беркширского полка, 2-й батальон Йоркширской лёгкой пехоты), 9-й уланский полк, три ездящие батареи и две крепостные артиллерийские роты. В дальнейшем они были значительно усилены переброшенными из Англии и Индии войсками. Начальником войск в Капской колонии состоял генерал Форестер Уокер (Forestier-Walker).

Всего на территории Наталя и Капской колонии находилось 24.746 солдат и офицеров регулярной британской армии.

Общее руководство британскими войсками на юге Африки было возложено на генерала Редверса Буллера (Redvers Buller), о котором полковник Ермолов сообщал в Петербург:

«Генерал Sir Redvers Buller долго был генерал-адъютантом армии. Африку знает хорошо; один из наиболее известных английских генералов; характером, приемами, силой воли, репутацией упорного и энергичного напоминает нашего генерала Гурко. Когда возник настоящий кризис, он согласился принять на себя ведение войны только под условием, чтобы ему дали то количество войск, которое он признает достаточным – 75.000».

В ходе боевых действий, после ряда неудачных для английских войск, британское правительство сменило командование своих войск в Южной Африке – новым главнокомандующим стал фельдмаршал Робертс, а начальником его штаба назначен генерал Китченер.

В вышедшей еще в период англо-бурской войны в Санкт-Петербурге книге А.Виноградского давалась следующая характеристика высшему командованию британской армии:

«Главнокомандующий всеми войсками в Южной Африке Фельдмаршал Робертс. Лорд Фредерик Слей-Робертс поступил на службу в 1851 году и в 1857 году отличился во время восстания сипаев в Индии, где и служил очень долго впоследствии как офицер генерального штаба. После него он участвовал в шести походах, за заслуги в Афганской войне 1878–80 годов, где командовал корпусом, освободившим Кандагар, получил титул лорда Кандагарского. В 1881 году начальствовал английскими войсками в Натале, в 1885 году в Малайе, в 1893 году в Индии, в 1895 году в Ирландии, стал фельдмаршалом. Его военная репутация создалась в 80-е годов и нынешнюю войну он проделал, будучи 68 лет от роду. Он строг с войсками, но добр, справедлив, относится к ним отечески, и потому очень любим и популярен в армии.

Генерал Китченер вступил на службу в 1871 году. До 1883 года находился в Египте. Незнатного происхождения, он обязан своим служебным успехом только своим дарованиям. Железная воля, неутомимость, настойчивость, омрачаемые, к сожалению, бессердечием, перетекающим подчас в жестокость, отличительные черты его характера. Его слава создалась отличной подготовкой и исполнением египетского похода 1896–98 годов, закончившегося победой под Омдурманом. Здесь он приобрел известность как хороший организатор и администратор. Это побудило назначить его начальником штаба к Робертсу. Несмотря на противодействие высших военных чинов, недолюбливавших его за незнатное происхождение. В 1900 году ему не было еще 50-ти лет.

Генерал Буллер считался самым выдающимся боевым генералом в Англии после лорда Робертса. Участвовал в экспедиции против зулусов в 1878–79 годов, где имел случай ознакомиться с условиями ведения войны в Южной Африке, а позже отличился в сражении под Эль-Кебиром в 1882 году. Затем служил одно время в разведочном бюро, был сотрудником лорда Уольслея и участвовал в 80-х годах в нескольких экспедициях в глубь Африки. В генерал-лейтенанты произведен в 1891 году и в 1897 году осенью назначен командующим всеми войсками в Южной Африке, должность которого удерживал за собой до назначения Фельдмаршала Робертса главнокомандующим».

Накануне начала боевых действий расположение британских войск на южноафриканском театре военных действий было следующим: в городах Кимберли и Мафекинг – гарнизоны, состоящие главным образом из иррегулярных войск (не случайно, уже после начала войны, на защиту Мафекинга из Родезии срочно отправился полковник Баден-Пауэлл (Baden-Powell) с полком, только что им сформированным); в северной части Капской колонии – занятые небольшими подразделениями железнодорожные узлы; главные силы дислоцированы в Верхнем Натале с центром в Ледисмите. Основные запасы продовольствия были сосредоточены в трех пунктах на границах Трансвааля, где предполагалось сосредоточение войск.

О том, что представляли собой внешне британские солдаты и офицеры, можно судить по донесению полковника российского Генерального штаба Стаховича, ставшего непосредственным свидетелем боевых действий на юге Африки:

«Нижний чин носит: фланелевую рубаху, шерстяные носки, фланелевый набрюшник; мундир и брюки из весьма плотной отличного качества бумажной материи цвета хаки (слово khaaky по-индустански значит грязный), то есть серовато-желтого.

Покрой мундира весьма практичен: широкий (можно поддеть фуфайку), однобортный (пять пуговиц), почти без талии, длиной на четыре с половиной вершка ниже талии; имеются на груди два наружных больших и весьма удобных кармана (покрой офицерского мундира совершенно тот же, но наружных карманов четыре; большое количество поместительных карманов – большое удобство в походе); материя офицерского мундира большей частью очень тонкая шерстяная; вместо длинных брюк – рейтузы из очень прочной шерстяной материи.

Брюки на выпуске, но во время похода нога от щиколотки до колена бинтуется фланелевыми бинтами (не нахожу это удобным, хотя, конечно, это значительно легче нашего высокого сапога); башмаки из нечерненной кожи, со шнуровкой, весьма прочной работы.

Заслуживает особого внимания цвет обмундирования: я совершенно уверен, что нет другого цвета, более трудноразличаемого издали, чем серовато-желтый (по крайней мере при колоритах, существующих в Южной Африке); в смысле опрятности он тоже не оставляет желать ничего лучшего – пыль, грязь, пятна на нем почти не заметны. Преимущества цвета хаки особенно рельефны, когда сравнивать его с белым (наша рубаха и китель).

Головной убор – каска из пробочного вещества, очень прочного, легкого и эластичного, обтянутая такой же материей, что и мундир; для вентиляции наверху устроены три отверстия, а внизу воздух проходит между наружной оболочкой каски и тем кожаным кругом, который примыкает к голове. Каска легка, свежа и отлично предохраняет глаза и затылок от солнца.

Вообще обмундирование солдата надо признать вполне удобным и отлично приспособленным к климату».

При ведении боевых действий в Южной Африке английские солдаты были, как правило, вооружены магазинными винтовками Ли-Метфорд, имея с собой по 150 патронов к ней (100 – в сумках на поясном ремне, а 50 – в карманах) и штык в ножнах на поясном ремне.

Винтовка Ли-Метфорд Мк1 калибра 7,69 мм с магазином, вмещавшим восемь патронов (располагались в два ряда), была принята на вооружение британской армии в 1889 году. В 1892 году появилась ее модификация, имевшая уже десятизарядный двухрядный магазин. Прицельная дальность стрельбы составляла около 2000 метров. Патроны снаряжались бездымным кордитным порохом.

Офицеры британской армии в качестве личного оружия имели револьверы Веблей и Смит-Вессон.

Подразделения британской армии к моменту начала войны имели на вооружении некоторое количество станковых пулеметов Максим, которые широко применялись во время боевых действий на южноафриканском театре военных действий. Использовались в боях и станковые пулеметы Кольт на высоких колесных лафетах.

Батареи корпусной артиллерии имели на вооружении 12 и 15-фунтовые пушки, а также пятидюймовые мортиры.

Дивизионная артиллерия была представлена тремя батареями 15-фунтовых пушек (в составе каждой пехотной дивизии). В составе кавалерийских батарей имелась конная артиллерийская батарея.

Основным орудием дивизионной артиллерии британских войск была 15-фунтовая пушка (калибром 76,2 мм), весившая около 970 кг. Основным типом боеприпасов к ней служили шрапнельные снаряды весом 6,4 кг. Начальная скорость снаряда составляла 480 м/с при скорострельности 5 выстрелов в минуту. 12-фунтовая пушка (калибр 76,2 мм) весила 811 кг. В боях на юге Африки также использовались 12-фунтовые и 4,7-дюймовые скорострельные морские пушки.

Помимо полевых орудий, на вооружении английской армии имелись 5-дюймовые мортиры, осадные 4 и 5-дюймовые орудия, 6-дюймовые мортиры.

Для связи британские войска использовали телеграф (в 1-м армейском корпусе имелся телеграфный дивизион), поэтому бюргеры постоянно старались нарушить линии связи противника. Для разведки и корректировки артиллерийского огня англичане широко применяли воздушные шары, которые организационно были сведены в воздухоплавательные отделения (в составе 1-го армейского корпуса их было два).

Основным тактическим соединением британской армии были пехотные дивизии, имевшие в своем составе, как правило, штаб, две пехотные бригады, кавалерийский эскадрон, группу ездящей артиллерии (три батареи по шесть орудий, всего 18 пушек), полевую инженерную роту, полевой госпиталь, муниционную колонну и обозную роту.

Пехотная бригада состояла из четырех батальонов пехоты, полевого госпиталя, роты носильщиков и продовольственной колонны.

Сражавшаяся на юге Африки кавалерийская дивизия генерала Френча имела в своем составе две кавалерийские бригады (по три кавалерийских полка и батальону конной пехоты в каждой). Среди кавалерийских полков были драгунские, гусарские и уланские полки.

Уже в ходе войны в составе британских войск появились бригады конной пехоты, созданные по примеру «коммандо» бюргеров и призванные повысить мобильность частей английской армии. Кроме того, из моряков британских кораблей была сформирована так называемая морская бригада, имевшая на вооружении артиллерийские орудия, снятые с боевых кораблей.

При совершении маршей английский солдат имел при себе хлопчатобумажный вещевой мешок, в котором нес продовольствие (полтора фунта сухарей, кофе, чай, сахар, соль, перец, рис – общим весом полфунта, неприкосновенный запас – банка мясных консервов), запас белья (носки, полотенце, ночной колпак(!), вторая фланелевая рубаха), ложку, вилку и ножик, а также жестяную флягу для воды в чехле, малую лопатку. На спине переносилось кругло свернутое одеяло.

На каждые 16 человек полагалась круглая палатка, перевозившаяся на повозке в обозе. Каждый пехотный батальон имел семь повозок грузоподъемностью более тонны, запряженных десятью мулами каждая. На них перевозился двухдневный запас продовольствия и фуража, имущество полковой канцелярии, личные вещи офицеров (но не более 16 килограммов на каждого), ротное имущество, шанцевый инструмент.

Кроме того, на батальон полагались две водяные бочки, запряженные шестью мулами каждая. Для перевозки боеприпасов имелись двухколесные (четыре на пехотный батальон) и четырехколесные (три на кавалерийский полк) патронные ящики.

Британские кавалеристы, в отличие от пехоты, имели вязаные подштанники, наплечники из стальной сетки (для защиты от сабельных ударов) – но от них вскоре отказались, поскольку бюргеры не имели шашек и до сабельных боев дело не дошло. Патроны (до 80) размещались в чрезплечных патронных перевязях, на поясной портупее крепилась сабля. Уланы и драгуны, кроме того, имели еще пики. Остальное имущество размещалось в вещевом мешке и седельном вьюке.

Иногда, для обеспечения маневренности или в силу других обстоятельств, от части обоза отказывались, беря с собой только самое необходимое.

Британская кавалерия в ходе войны ничем себя не проявила. В большинстве сражений с ее участием она играла второстепенную роль, чаще всего ограничиваясь ролью пассивных наблюдателей, хотя британские генералы и пытались использовать ее для обхода и окружения войск противника. Однако по причине малопригодного для действий больших масс кавалерии рельефа местности, нерешительности кавалерийских командиров это удавалось ей крайне редко. Война на юге Африки показала, что время кавалерийских атак уходит в прошлое – пулеметы и магазинные винтовки не оставляли шансов на поле боя лихим гусарам и драгунам Ее Величества.

Основным тактическим приемом британской пехоты на начальном периоде англо-бурской войны была фронтальная атака позиций противника в сомкнутом строю, при поддержке артиллерии, переходящая в штыковой бой, как требовали воинские уставы того времени. Однако в первых же боях с бурами выяснилось, что те не желают воевать по классическим правилам, предпочитая расстреливать из укрытий атакующих солдат, а если те приблизятся вплотную к ним, немедленно отходить, ни в коем случае не вступая в штыковой бой. Поэтому очень скоро объективным наблюдателям стала очевидной устарелость тактических приемов английской армии в наступательном бою – огневой подготовки атаки с близкого расстояния и последующей атаки пехоты в сомкнутом строю. Как оказалось, они были малоэффективны против применявшегося бурами рассыпного строя, а английские солдаты были обучены лишь залповому огню, а не прицельной стрельбе.

Прекрасная огневая подготовка позволяла бюргерам, не вступая в ближний бой, наносить противнику максимальный урон при минимальных собственных потерях. Если англичанам и удавалось добиться победы, то только за счет многократного численного превосходства.

Только через несколько месяцев после начала войны британская пехота стала использовать разомкнутый строй на поле боя, атаку стрелковыми цепями при интенсивном огневом воздействии на противника.

Edited by Гвардии-полковник

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted (edited)

Планирование военных действий

 

О принятии британским правительством 1 июня 1896 года решении о проведении мобилизации, по завершении которой должна была быть проведена операция по возвращению территорий Южно-Африканской Республики и Оранжевого Свободного Государства под власть британской короны командование Сил Обороны ЮАР получило информацию от русской разведки в Лондоне 24 июня 1896 года.

25 июня 1896 года состоялся Военный Совет Южно-Африканской Республики под руководством Главнокомандующего Сил Обороны ЮАР, президента республики Петруса Якобуса Жубера.

В состав Военного Совета Южно-Африканской Республики (Kriegsraad van die Zuid-Afrikaansche Republiek) входили:

Председатель Военного Совета – вице-президент, директор Военного Департамента (Direkteur van die Militêre Departement);

Заместитель директора Военного Департамента – начальник Генерального штаба Сил Обороны Южно-Африканской Республики (Adjunk-direkteur van die Militêre Departement – hoof van Generalstab van die Zuid-Afrikaanse Weermag), его заместитель – генерал-квартирмейстер (kwartiermeester-generaal), отвечающий за военное планирование, генерал-инженер (ingenieur-generaal), отвечающий за фортификацию, генерал-вельдцехмейстер (veldtsekhmister-generaal), отвечающий за вооружение, генерал-комиссар (kommissaris-generaal), отвечающий за снабжение Сил Обороны Южно-Африканской Республики;

Командующий Государственной Армией (Staatslegers generaal) и его заместитель (Staatslegers luitenant-generaal), командующий Преторианской Гвардии (generaal van die Pretoriaanse Garde), генерал-инспектор пехоты (Inspekteur-generaal van die infanterie), генерал-инспектор артиллерии (Inspekteur-generaal van die artillerie), генерал-инспектор кавалерии (Inspekteur-generaal van die kavallerie);

Командующий Народной Армией (Folkslegers generaal-commandant) и его заместитель (Folkslegers assistent-generaal-commandant);

Директор Департамента внутренних делначальник Государственной Полиции (Direkteur van die Departement van binnelandse sake – Generaal van die Staat Polisie) и его заместитель (Luitenant-generaal van die Staat Polisie);

Командующий Добровольческого Корпуса (Vrywilligerskorps generaal) и его заместитель (Vrywilligerskorps luitenant-generaal).

До 1897 года должности вице-президента, директора Военного Департамента, командующих Государственной и Народной армий и их заместителей были совмещены, в связи с малой численностью регулярной армии.

Исходя из того, что Великобритания ни при каких условиях не откажется от своих планов по захвату территории Трансвааля, начальник Генерального штаба Сил Обороны ЮАР, заместитель командующего Государственной и Народной армий, начальником русской военной миссии – главный военный советник генерал-майор артиллерии Константин Петрович Фан-дер-Флит предложил нанести превентивный удар с целью разгромить британские гарнизоны до прибытия главных сил Королевской Армии, овладеть территорией колонии Наталь и Капской колонии, инициировать восстание африканеров и провозглашение независимости Республики Наталь и Капской Республики от Британской Империи, с которыми заключить военный союз и ликвидировать британское господство в Южной Африке.

Предложение генерал-майора Фан-дер-Флита безоговорочно поддержали начальник германской военной миссии генерал-майор Герман фон Висман и командующий Добровольческого Корпуса полковник Граф Жорж де Вильбоа-Морель.

Несмотря на сдержанный подход к вступлению в войну со столь могущественным противником, как Британская Империя, сторону своего заместителя принял и вице-президент, директор Военного Департамента, командующий Государственной и Народной армий Пит Арнольд Кронье.

Президент Жубер настаивал на дипломатическом решении вопроса и привлечении для сдерживания Британкой Короны великих держав: Франции, Германии и России. Но после напряженной дискуссии, в ходе которой представители указанных государств, как раз и входившие в военный совет, и опытные военные, смогли убедить Жубера, что Великобритания в любом случае начнет войну, а великие державы не будут начинать большую войну в Европе для того, чтоб сохранить независимость ЮАР. Вместе с тем, Южно-Африканская Республика в ходе войны может рассчитывать на масштабную всестороннюю военную помощь, но отстоять свою свободу бюргеры должны сами.

В результате Военным Советом принято решение:

Военному департаменту ЮАР – ускорить завершение подготовительных мероприятий по подготовке войск, созданию запасов вооружения, боеприпасов, обмундирования, снаряжения и провианта для проведения мобилизации и ведения военных действий;

Генеральному штабу Сил Обороны ЮАР – разработать план превентивной войны против Британской Империи на Южно-Африканском театре военных действий и план проведения мобилизации Сил Обороны ЮАР;

Военным представителям Германской и Российской империй – уточнить возможные параметры военной помощи со стороны Германии и России в случае начала войны между Южно-Африканской Республикой и Британской Империей.

Срок готовности к военным действиям определен – 1 января 1897 года.

В тоже время президент республики Петрус Якобус Жубер принял на себя обязательства продолжить переговоры с британским правительством с целью, по возможности, разрешить противоречия с Британской Короной дипломатическим путем.

Edited by Гвардии-полковник

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted (edited)

План превентивной войны против Британской Империи на Южно-Африканском театре военных действий

 

26179435_m.jpg

 

1 сентября 1896 года Главнокомандующий Сил Обороны ЮАР, президент республики Петрус Якобус Жубер утвердил представленный директором Военного Департамента, командующим Государственной и Народной армий Питом Арнольдом Кронье План превентивной войны против Британской Империи на Южно-Африканском театре военных действий, разработанный под руководством начальника Генерального штаба Сил Обороны ЮАР, заместителя командующего Государственной и Народной армий, начальника русской военной миссии – главного военного советника генерал-майора артиллерии Константина Петровича Фан-дер-Флита, генерал-квартирмейстером Генерального штаба Сил Обороны ЮАР, заместителем начальника русской военной миссии полковником Генерального Штаба Российской Императорской Армии Сиверсом Фаддеем Васильевичем, начальником разведки Генерального штаба Сил Обороны ЮАР, русским военным агентом в Претории полковником Генерального Штаба Российской Императорской Армии Девелем Даниилом Федоровичем.

Планом предусматривалось:

 

I. Цели войны

1. Разгромить британские войска на Южно-Африканском театре военных действий.

2. Овладеть территорией колонии Наталь и Капской колонии.

3. Инициировать восстание африканеров и провозглашение независимости Республики Наталь и Капской Республики от Британской Империи, с которыми заключить военный союз.

4. Ликвидировать британское господство в Южной Африке.

 

II. Замысел действий

1. Главный удар нанести в направлении Колберсг, Кромрифир, Лангсбур, Капстад. Другой удар нанести в направлении Ньюкасл, Ледисмит, Питермарицбург, Дурбан.

2. Для достижения целей войны последовательно выполнить следующие стратегические задачи:

1) разгром британских гарнизонов в Лобатси, Мафекинге, Кимберли, Де-Аре, Колберсге, Аливал-Норте, Ледисмите, Грейгсайде;

2) наступление главных сил и овладение Питермарицбургом и Западным Бофортом;

3) восстание африканеров колонии Наталь и Капской колонии;

4) провозглашение Республики Наталь со столицей в Питермарицбурге и Капской Республики со столицей в Западном Бофорте, объявление независимости от Британской Империи, присоединение республик к военному союзу Южно-Африканской Республики и Оранжевого Свободного Государства – Южно-Африканскому Союзу;

5) наступление маневренных групп в глубину территории Республики Наталь и Капской Республики, разгром британских гарнизонов, резервов и прибывающих в ходе боевых действий войск;

6) овладение портами Порт-Элизабет, Порт-Альфред, Ус-Лонден, Порт-Сент-Джонс, Порт-Эдуард, Дурбан и воспрещение высадки британских войск, прибывающих из метрополии и британских колоний;

7) овладение Капстадом, ликвидация британское присутствия в Южной Африке.

3. Для выполнения стратегических задач создать группировки войск:

главная ударная группировка – Капская армия;

ударная группировка – Натальская армия;

группировка для овладения Кимберли – корпус «Кимберли»;

группировка для овладения Мафекингом и прикрытия западной границы – Западный отряд;

группировка для прикрытия северной границы – Северный отряд;

группировка для прикрытия восточной границы – Восточный отряд;

резерв Главнокомандующего Сил Обороны ЮАР.

 

III. Состав и задачи группировок войск

1. Капская армия (командующий армией – генерал-коммандант Пит Арнольд Кронье, начальник штаба армии – генерал-майор Константин Петрович Фан-дер-Флит) – главная ударная группировка, имеет задачу: наступать на направлении главного удара Колберсг, Кромрифир, Лангсбур, Капстад; разгромить группировку британских войск в Капской колонии и овладеть ее территроией; не допустить высадку британских войск, прибывающих из метрополии и британских колоний. Состав и задачи соединений армии:

1-я дивизия (командир дивизии – боевой генерал Якобус Геркулаас де ла Рей) в составе: 1-я и 2-я пехотные бригады; 3 коммандо; 1-й и 2-й конные стрелковые полки; 1-я, 2-я, 3-я конные артиллерийские батареи; 1-я скорострельная артиллерийская батарея; 1-я, 2-я, 3-я легкие пулеметные батареи (Всего: 8 батальонов, 8 эскадронов, 12 маневренных коммандо, 16,5 тыс. человек, 24 орудия, 24 пулемета) имеет задачу: разгромить гарнизон в Де-Аре; наступать в направлении Де-Ар, Западная Виктория, Кромрифир; разгромить британские гарнизоны и резервы на своем направлении; в дальнейшем – быть в готовности наступать в направлении Кромрифир, Лангсбур, Капстад и овладеть Капстадом.

2-я дивизия (командир дивизии – боевой генерал Алекс Гроблер) в составе: 3-я и 4-я пехотные бригады; 3 коммандо; 3-й и 4-й конные стрелковые полки; 4-я, 5-я, 6-я конные артиллерийские батареи; 2-я скорострельная артиллерийская батарея; 4-я, 5-я, 6-я легкие пулеметные батареи (Всего: 8 батальонов, 8 эскадронов, 12 маневренных коммандо, 16,5 тыс. человек, 24 орудия, 24 пулемета) имеет задачу: разгромить гарнизон в Колберсге; наступать в направлении Колберсг, Мидделбург и овладеть Мидделбургом; разгромить британские гарнизоны и резервы на своем направлени; наступать в направлениях на Порт-Элизабет, Порт-Альфред; в дальнейшем – быть в готовности не допустить высадку британских войск, прибывающих из метрополии и британских колоний.

3-я дивизия (командир дивизии – боевой генерал Схалк Бургер) в составе: Голландская добровольческая бригада, Русско-голландско-немецкая добровольческая бригада, 3 коммандо; 3-я скорострельная артиллерийская батарея, 3-я пулеметная батарея (Всего: 8 батальонов, 8 эскадронов, 12 маневренных коммандо, 16,3 тыс. человек, 30 орудий, 16 пулеметов) имеет задачу: разгромить гарнизон в Аливал-Норт; наступать в направлении Аливал-Норт, Куинстаун, Сттерхайм; разгромить британские гарнизоны и резервы на своем направлени; наступать в направлениях на Ус-Лонден, Порт-Сент-Джонс; в дальнейшем – быть в готовности не допустить высадку британских войск, прибывающих из метрополии и британских колоний.

В резерве командующего Капской армией гаубичный артиллерийский дивизион (12 орудий, 800 чел.), 1 коммандо (2 тыс. чел.).

Всего в составе Капской армии: 24 батальона, 24 эскадрона, 40 маневренных коммандо, 52,1 тыс. человек, 90 орудий, 64 пулемета.

 

2. Натальская армия (командующий армией – ассистент-генерал-коммандант Лукас Мейер, начальник штаба армии – полковник Генерального штаба Сил Обороны ЮАР Луис Бота) – ударная группировка, имеет задачу наступать на направлении Ньюкасл, Ледисмит, Питермарицбург, Дурбан; разгромить группировку британских войск в колонии Наталь и овладеть ее территорией; не допустить высадку британских войск, прибывающих из метрополии и британских колоний. Состав и задачи соединений корпуса:

1-я дивизия (командир дивизии – боевой генерал боевой генерал Ян Кох) в составе: 1-я и 2-я Германские добровольческие бригады3 коммандо7-я конная артиллерийская батарея; 1-я горная артиллерийская батарея; 1-я пулеметная батарея (Всего: 8 батальонов, 8 эскадронов, 12 маневренных коммандо, 16,5 тыс. человек, 34 орудия, 12 пулеметов) имеет задачу: наступать в направлении Фререйхейд, Гленко, Ледисмит; во взаимодействии с 1-й дивизией корпуса разгромить гарнизон и овладеть Ледисмитом; продолжить наступление в направлении Ледисмит, Питермарицбург и овладеть Питермарицбургом; наступать в направлении Питермарицбург, Дурбан и овладеть портом Дурбан; в дальнейшем – быть в готовности не допустить высадку британских войск, прибывающих из метрополии и британских колоний.

2-я дивизия (командир дивизии – Даниел Эразмусв составе: 3-я и 4-я Германские добровольческие бригады; 3 коммандо; 8-я конная артиллерийская батарея; 2-я горная артиллерийская батарея; 2-я пулеметная батарея (Всего: 8 батальонов, 8 эскадронов, 12 маневренных коммандо, 16,5 тыс. человек, 34 орудия, 12 пулеметов) имеет задачу: наступать в направлении Фолксрюс, Ньюкасл, Гленко, Ледисмит; разгромить гарнизоны, овладеть Грейгсайдом и во взаимодействии со 2-й дивизией корпуса  Ледисмитом; продолжить наступление в направлении Ледисмит, Питермарицбург и овладеть Питермарицбургом; наступать в направлении Питермарицбург, Дурбан и овладеть портом Дурбан; в дальнейшем – быть в готовности не допустить высадку британских войск, прибывающих из метрополии и британских колоний.

3-я дивизия (командир дивизии – боевой генерал Кристиан Рудольф Девет) в составе 8 коммандо по 2 маневренных коммандо (Всего: 16 маневренных коммандо, 8 тыс. человек) имеет задачу: наступать в направлении Гаррисмит, Коленсо, Ледисмит; во взаимодействии с 1-й дивизией корпуса разгромить гарнизон и овладеть Ледисмитом; продолжить наступление в направлении Ледисмит, Питермарицбург и овладеть Питермарицбургом; наступать в направлении Питермарицбург, Мадонела, Порт-Эдуард и овладеть портом Порт-Эдуард; войти в соприкосновение с 3-й дивизией Капской армии; в дальнейшем – быть в готовности не допустить высадку британских войск, прибывающих из метрополии и британских колоний.

Всего в составе Натальской армии: 16 батальонов, 16 эскадронов, 40 маневренных коммандо, 41 тыс. человек, 60 орудий, 24 пулемета.

 

3. Корпус «Кимберли» (командующий корпусом – Мартинус Тёнис Штейн, начальник штаба корпуса – полковник Джеймс Барри Мунник Герцог) в составе: пехотная бригада, 6 коммандо (по 2 маневренных коммандо), артиллерийская батарея имеет задачу: действиями маневренных коммандо разгромить британские гарнизоны на западной границе Оранжевого Свободного Государства от Уоррентона до Хоптауна; овладеть Кимберли; в дальнейшем – резерв Главнокомандующего Сил Обороны ЮАР.

Всего в составе корпуса «Кимберли»: 4 батальона, 12 маневренных коммандо, 10,2 тыс. человек, 3 орудия, 4 пулемета.

 

4. Отдельные отряды

Западный отряд (командующий отрядом – боевой генерал Хендрик Сниман, начальник штаба полковник Жорж де Вильбуа-Марейль) в составе: 1-й, 2-й, 3-й батальоны Иностранного Легиона, 4 территориальных коммандо, 9-я конная артиллерийская батарея; 3-я пулеметная батарея (Всего: 5 тыс. чел., 6 орудий, 7 пулеметов) имеет задачу: овладеть Мафекингом; действиями коммандо разгромить британские гарнизоны на западной границе ЮАР от Мафекинга до Уоррентона; в дальнейшем – прикрыть западную границу ЮАР от Мафекинга до Уоррентона.

Северный отряд (командующий отрядом – коммандант Де Биир) в составе 8 территориальных коммандо (Всего 4 тыс. чел) имеет задачу прикрыть северную и северо-западную границу ЮАР от Пунда-Мария до Мафекинга.

Восточный отряд (командующий отрядом – коммандант Буйс) в составе 4 территориальных коммандо (Всего 2 тыс. чел) имеет задачу прикрыть северную и северо-западную границу ЮАР от Пунда-Мария до Мафекинга.

Всего в составе отдельных отрядов: 11 тыс. чел., 6 орудий, 7 пулеметов.

 

5. Резерв Главнокомандующего Сил Обороны ЮАР (командующий – подполковник Генерального Штаба Сил Обороны ЮАР Кристиан Фредерик Бейерс) – Преторианская Гвардия (батальон, 1 тыс. чел.), артиллерия фортов Претории и Йоханнесбурга (4 крепостные батареи (разного состава), всего: 1 тыс. чел. 10 155-мм пушек и 16 75-мм пушек, 3 пулемета).

 

Итого в составе Сил Обороны союза Южно-Африканской Республики и Оранжевого Свободного Государства: 48 батальонов, 40 эскадронов, 92 маневренных и 16 территориальных коммандо, 1166,3 тыс. человек, 186 орудий, 102 пулемета.

 

IV. Обман противника

В целях скрытия от противника сроков начала военных мобилизацию воинских частей Государственной Армии и добровольческих корпусов провести под видом лагерных сборов резервистов, которые с 1895 года проводились регулярно. Мобилизацию Народной Армии провести непосредственно перед началом военных действий.

Для введения противника в заблуждение относительно направления главного удара сосредоточение войск Натальской армии провести демонстративно и завершить до начала сосредоточения войск Капской армии, которое провести скрытно, непосредственно перед наступлением.

С началом военных действий перейти в наступление в первую очередь войсками Натальской армии и вынудить противника сосредоточить основные усилия на восточном операционном направлении.

 

V. Стратегическое развертывание

Для подготовки к войне провести Стратегическое развертывание, включающее:

1) приведение воинских частей Государственной Армии и добровольческих корпусов в полную боевую готовность с их отмобилизованием – до 1 января 1897 года;

2) мобилизация Народной Армии – по отдельному приказу за 48 часов до объявления войны;

3) выдвижение группировок войск и их оперативное развертывание – к 1 января 1897 года;

4) развертывание систем управления и обеспечения – заблаговременно.

Стратегическое развертывание провести поэтапно, в кратчайшие сроки, до объявления войны – скрытно, с объявлением войны открыто.

Перевозку войск в районы оперативного предназначения осуществить по четырем железнодорожным направления:

Капская армия – Претория, Йоханнесбург, Блумфонтейн, Спрингфонтейн;

Натальская армия

1-я и 2-я дивизия – Йоханнесбург, Стандертон, Фолксрюс;

3-я дивизия – Крунстад, Бетлехем, Гаррисмит;

Западный отряд – Йоханнесбург, Костер, Сларри.

Выдвижение других группировок войск осуществить своим ходом (маршем).

Переход Государственной границы осуществить в составе дивизий по трем маршрутом. В походном порядке дивизий иметь:

на главном маршруте – авангард (1 коммандо), колонна главных сил (передовой отряд – конный полк; главные силы – 2 пехотные бригады, артиллерия; транспортная колонна), арьергард (конный полк);

на двух параллельных маршрутах – правое и левое походное охранение (по 1 коммандо).

Edited by Гвардии-полковник

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted (edited)

Командный состав Сил Обороны Южно-Африканской Республики

 

Лукас Мейер

 

26196984_m.jpg

 

Лукас Йоханнес Мейер (африк. Lucas Johannes Meyer19 ноября 1846 года – 8 августа 1902 года), генерал во время англо-бурской войны 1897-1900 годов, основатель Новой Республики и ее столицы Фрайхейд, с 1897 года до 1902 года – президент Республики Наталь.

Мейер был родом из оранжевого Свободного государства и в 1882 году стал ландростом Утрехта. Как командующий, он успешно поддержал зулусского короля Динузулу в гражданской войне против своего брата Усипебу и был вознагражден большой территорией. В качестве платы за службу каждый бюргер получил большую ферму в районе, позднее известном как Фрайхейд. Бюргеры создали собственное государство, провозгласив 16 августа 1884 года Новую Республику со столицей в Фрайхейде и избрав Мейера президентом. Мейер занимал этот пост четыре года, пока республика не вошла в состав Трансвааля.

В 1888 году он стал членом Фолксраада Вур Утрехт. В 1894 году он стал товарищем председателя Фолксраада Южно-Африканской Республики. Он был союзником Пита Жубера и благодаря своей симпатии к уитландерам был известен как прогрессист.

Военный опыт генерал Лукас Мейер получил у знаменитого вождя зулусов Динизулу, в 1884 году, когда вместе с восемью сотнями бюргеров помогал ему в войне с другим племенем. В бою у гор Лабомбо Мейер и Динизулу победили.

Мейер принимал участие в войне 1881 года. У Ингого он получил ранение в голову осколком снаряда, сорок два дня пролежав без сознания. В последующие годы генерал занимал различные военные и гражданские должности во Фрайхейдском округе, где располагалась его большая ферма «Анхоувен», и председательствовал в Фолксрааде, направившем ультиматум Великой Британии.

25 января 1897 года с объявлением мобилизации бюргеров в Южно-Африканской Республике генерал Мейер назначен командующим Натальской армией и к моменту объявления войны, со своими коммандо находился на трансваальской границе. Он начал военные действия 12 февраля 1897 года, войдя в Наталь и атаковав британцев, расположившихся у Данди. Бой был тщательно спланирован Мейером и, несомненно, закончился бы разгромом всего британского отряда, если бы генерал Эразмус. Несмотря на то, что большое количество британцев погибло и попало в плен, а в качестве трофеев бюргерам достались значительные запасы снаряжения, основной отряд противника под командованием генерала Юла сумел уйти. Войска Мейера преследовал отступавшего противника и настигли его у Моддер-Спруйт.

Несмотря на болезнь, Мейер продолжил лично руководить Натальской армией, и сражался, пока британцы не заперлись в Ледисмите. Лишь после этого он слег, и месяц серьезно проболел. Затем, вопреки советам врача, Мейер вернулся на фронт, и принял участие в бою у Понт-Дрифт и в битве за Питерс-Хил. У Понт-Дрифт пуля, попав в полевой бинокль генерала, расплющилась и упала в один из карманов его куртки. Из этой пули Мейер заказал брошку для жены, навещавшей его на фронте.

Командовал рейдом маневренной группы Натальской армии, в ходе которого бюргеры овладели Питермарицбургом и Дурбаном.

25 марта 1897 года в Питермарицбурге избран президентом вновь провозглашенной Респубоики Наталь, вошедшей в Южно-Африканский Союз, и занимал этот пост бессменно до своей смерти 8 августа 1902 года. Командование Натальской армии передал боевому генералу Луису Боте.

Руководил формированием в Натале коммандо из местных бюргеров и пехотных батальонов из уитландеров, принявших гражданство республики, и подготовкой территории Наталя к обороне.

Генерал Мейер создал на Андерберге внушительную линию обороны. Иностранные военные эксперты находили его план очень добротным и выражали удивление, узнав, что Мейер распланировал траншеи, не прочитав ни одной книги по данному вопросу и не имея никаких наставлений. Траншеи, начинаясь в нескольких километрах восточнее британских аванпостов, ряд за рядом тянулись северо-восточнее и северо-западнее, до самой верхней точки Андерберга. Спруйты и реки соединили траншеями таким образом, что отряды бюргеров могли скрытно перемещаться на много километров или отступать до самых вершин, оставаясь надежно укрытыми от вражеского огня. У подножья гребня возвели длинные шанцы, обеспечивавшие бюргерам прикрытие, в то время как на самом гребне построили ложные укрепления, чтобы запутать противника и заманить его под прицельный огонь.

Edited by Гвардии-полковник

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted (edited)

Луис Бота

 

26196976_m.jpg

 

Луис Бота (африк. Louis Botha, 27 сентября 1862 года, Грейтаун – 27 августа 1919 года, Претория) – южно-африканский военный и политический деятель, дипломат. По отцу французского, по матери голландского происхождения.

В 1884 году сражался в отряде добровольцев с зулусами.

В 1894 году вступил в Конный стрелковый полк Государственной Армии ЮАР, проявил себя инициативным и исполнительным офицером, назначен командиром эскадрона и получил чин ротмистра. Отобран как перспективный командир и в 1894-1896 годах прошел специальный курс Николаевской академии Генерального Штаба Российской Императорской Армии в Санкт-Петербурге, который окончил с отличием, был представлен Российскому Императору Николаю II и Наследнику Цесаревичу Великому князю Александру Николаевичу. По возвращению на родину получил чин подполковника Генерального штаба ЮАР и назначен в отдел генерал-квартирмейстера. В июне-августе 1896 года совместно с полковником Генерального Штаба Российской Императорской Армии Сиверсом Фаддеем Васильевичем частвовал в разработке Плана превентивной войны против Британской Империи на Южно-Африканском театре военных действий.

25 января 1897 года с объявлением мобилизации бюргеров в Южно-Африканской Республике назначен начальником штаба Натальской армии генерала Мейера, отличился в целом ряде битв под его командованием. После избрания генерала Мейера президентом вновь провозглашенной Респубоики Наталь 25 марта 1897 года возглавил Натальскую армию, которой командовал до конца войны. При командовании войсками проявил стратегический талант, сражался с успехом, несмотря на значительный численный перевес английских войск. Обладая организаторским талантом, он находил возможным пополнять убыль в войсках все новыми и новыми силами.

После смерти президента Петруса Якобуса Жубера (27 марта 1900 года) и избрания президентом Южно-Африканской Республики Пита Арнольда Кронье, назначен заместителем Главнокомандующего союзных войск – командующим Государственной и Народной армий Южно-Африканской Республики. В 1900 году вместе Питом Кронье с принимал капитуляцию Британской южно-африканской армии. Участвовал в подписании мирного договора с Британской Империей.

В 1900 году избран первым премьер-министром и военным министром, а в 1905 году – Президентом Южно-Африканского Союза. В ходе официального визита в Европу был принят Российским Императором Николаем II и Германским Кайзером Вильгельмом Вторым, и награжден орденом Святого Великомученика и Победоносца Георгия 3-й степени и орденом Красного орла 1-го класса (нем. Roter Adlerorden).

Заболев испанским гриппом Луис Бота умер 27 августа 1919 года в Претории от сердечного приступа.

 

26198561_m.jpg

Памятник генералу Луису Бота в Перетории

Edited by Гвардии-полковник

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted (edited)

Мартинус Тенис Штейн

 

26197551_m.jpg

 

Мартинус Тёнис Стейн (африк. Marthinus Theunis Steyn, 2 октября 1857 года – 28 ноября 1916 года) – южноафриканский юрист, политик и государственный деятель, шестой президент независимой Оранжевой Республики с 1896 по 1902 год.

Родился в Оранжевой Республике в Винбурге. После окончания учёбы в Грей-колледже отправился в Нидерланды, где изучал право в Лейденском университете, затем переехал в Англию, где учился в Иннер-темпл.

После возвращения в Южную Африку начал работать адвокатом в Блумфонтейне. В 1889 году был назначен государственным прокурором Оранжевой Республики. Несколько месяцев спустя стал судьёй второго разряда, а в 1893 году – судьёй первого разряда в Верховном суде.

В 1895 году после отставки президента страны Рейца стал кандидатом на вакантную должность от Паннидерландской партии. На выборах, состоявшихся в феврале 1896 года, одержал убедительную победу и вскоре вступил в должность президента.

Начало Второй англо-бурской войны в 1897 году вызвало у Стейна чувство долга повести борьбу против Британской империи. 30 января 1897 года объявил в Оранжевом Свободном Государстве мобилизацию. Лично командовал корпусом фристейтеров, осаждавших Кимберли и захвативших премьер-министра Капской колонии Сесила Джонса Родса.

После контрнаступления британской армии, когда Оранжевая Республика оказалась под британской оккупацией, Стейн, будучи главой правительства в подполье, играл ключевую роль в продолжении сопротивления буров и в координации ведения партизанской войны.

В 1900 году принял участие в мирных переговорах, однако из-за болезни не смог находиться на них до конца и поэтому не принял участия в подписании мирного договора. В 1900 году занимал должность вице-президента Союзного Конвента, где отличился чёткой государственной позицией, отстаивая интересы бюргерской общины.

С 1902 года начал страдать от миастении, вызванной постоянным нервным перенапряжением. В июле 1902 года отплыл в Европу, где оставался до осени 1904 года. Затем вернулся в Южную Африку с частично восстановленным здоровьем, и возобновил активную политическую деятельность. Стал соучредителем Южноафриканской партии, которую покинул в 1914 году вместе с Джеймсом Барри Герцогом, основав Национальную партию. В ноябре 1916 года в возрасте 59 лет внезапно умер от сердечного приступа во время публичного выступления в Блумфонтейне.

Edited by Гвардии-полковник

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted (edited)

Джеймс Барри Мунник Герцог

 

26197725_m.jpg

 

Джеймс Барри Мунник Герцог (африк. James Barry Munnik Hertzog, 3 апреля 1866 года, рядом с Веллингтоном, Капская колония – 21 ноября 1942 года, Претория, ЮАС) – южноафриканский военный и политический деятель, один из лидеров национального движения африканеров.

Джеймс Барри Мунник Герцог родился в старинной африканерской семье и был назван в честь хирурга Джеймса Бэрри.

В 1889-1892 годах изучал право в Амстердамском университете и с 1892 по 1895 имел частную юридическую практику в Претории, после чего был назначен в Верховный суд Оранжевого Свободного государства.

С началом англо-бурской войны Герцог стал заместителем командующего армией Оранжевого Свободного Государства, выполнял обязанности начальника штаба корпуса, осаждавшего Кимберли.

После контрнаступления британской армии, когда Оранжевая Республика оказалась под британской оккупацией стал одним из организаторов партизанской войны против британских войск, а в 1900 был одним из подписавших завершивший войну мирный договор.

После завершения войны Герцог стал одним из руководителей националистической партии «Оранский союз», а в 1900 вошёл в правительство Оранжевой Республики в качестве генерального прокурора. В 1905 Герцог стал министром юстиции в правительстве Южно-Африканского Союза, руководимого Луисом Ботой...

Edited by Гвардии-полковник

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted (edited)

Якобус Геркулаас де ла Рей

 

26197252_m.jpg

 

Якобус Геркулаас де ла Рей, также известный как Коос Де ла Рей (африк. Jacobus Herculas de La Rey, 22 октября 1847 года, Винбург, Масилоньяна, Леджвелепуцва, Фри-Стейт, ЮАР – 15 сентября 1914 года (66 лет), Витватерсранд, ЮАС) – южно-африканский генерал англо-бурской войны 1896-1900 годов, один из самых известных военачальников этой войны, национальный герой африканеров. Его партизанская тактика продемонстрировала значительную эффективность.

Родился в семейном фермерском поместье Дуэртфонтейн в дистрикте Винсбург в Республике Оранжевая. Он был сыном Адриануса Иоганнеса Хийсбертуса де ла Рея и Андрианы Вильгемины ван Райен. Де ла Рей был бюргером с испанскими, французскими гугенотскими и голландскими корнями. Его дед, школьный учитель и отец семейства де ла Реев, прибыл в Южную Африку из Утрехта, Нидерланды. После битвы у Буэплатса семейная ферма была конфискована британцами, и семья переехала в Трансвааль и поселилась в Лихтенбурге. В детстве де ла Рей получил очень скромное образование. Де ла Реи вскоре снова переехали, на этот раз в Кимберли после открытия месторождений алмазов. В юношеском возрасте де ла Рей работал транспортным грузчиком на алмазных приисках в том же Кимберли.

Де ла Рей женился на Якобе Элизабетт (Нонне) Греффи, и молодая пара поселилась на хуторе Манана, в поместье семьи Греффи. Манана принадлежала отцу Якобы, основателю города Лихтенбурга Адриану Греффи. Позже де ла Рей купил ферму Эландсфонтейн. В браке родилось двенадцать детей. Де ла Рей был очень набожным человеком и редко выпускал из рук свою маленькую карманную Библию. Он имел очень грозный вид – длинная аккуратно причёсанная борода и высокий лоб с глубоко посаженными глазами молодого возраста придавали ему консервативный образ. Его сестра Корнелия была замужем за Питером ван дер Гоффом, чей племянник Дирк ван дер Гофф был основателем Голландской реформаторской церкви в Южной Африке.

Де ла Рей участвовал в Басотской войне 1865 года и Сехухунской войне 1876 года. Он не принимал активного участия в Первой англо-бурской войне, но как полевой корнет в западном Трансваале он принял участие в осаде Потчефсрума, которую проводил генерал Пит Кронье. В 1883 году де ла Рей был назначен комендантом дистрикта Лихтенберг и стал членом трансваальского фольксраада. Как последователь фракции генерала Петруса Жубера, он протестовал против политики президента Пауля Крюгера против ойтландеров, предупреждая, что это приведёт к войне с Британией.

25 января 1897 года с объявлением мобилизации бюргеров в Южно-Африканской Республике назначен командиром 1-й дивизии Капской Армии. Коммандо дивизии Де ла Рей совершило атаку на британский бронированный поезд, который шел. Поезд потерпел крушение, и после пятичасового боя британцы сдались. Этот случай сделал Де ла Рея известным, но обострил его отношения с осторожным генералом Кронье. Затем командовал наступлением на Капстад.

Когда британскому генерал-лейтенанту лорду Метуэну, командиру Первой дивизии, была поставлена задача перевезти свои силы по железной дороге на север Капской провинции. При выходе из поезда они были обстреляны малыми силами буров, которых возглавлял комендант Принслоу Бельмонт Копье. Однако утром, несмотря на потери, британцы окопались на горе. Буры на лошадях отступили к Граспану, присоединившись к большему отряда фристейтеров (от слова «Free state») и трансваальцев под командованием Принслоу и Де ла Рея. Бюргеры заняли несколько холмов. Путь через реку Моддер для генерала Метуэна был закрыт, потому что мост был взорван. Учитывая преобладающую силу британской артиллерии, Де ла Рей настоял, что его воины и воины Принслоу должны окопаться на берегах рек Моддер и Риит. Это считается первым использованием тактики окопной войны. План состоял в том, чтобы как можно ближе подпускать британцев к себе, а потом открывать по ним огонь из винтовок. Эта тактика препятствовала использованию артиллерии в полной мере. Сначала британцы продвигались по открытой местности беспрепятственно. Но когда бюргеры Принслоу открыли шеренговый огонь, британцы скрылись, а артиллерия начала обстрел окопов буров. Серия атак англичан оттеснила фрестейтеров, но лишь контратаки де ла Рея позволили бюргерам держать оборону до сумерек, после чего они просто ушли.

В этом бою де ла Рей был ранен, а его сын был убит. Де ла Рей проклинал Кронье за слабую поддержку. После того как бюргеры вынуждены были отойти от реки Моддер, британцы отремонтировали мост. Между тем отряды Де ла Рея окопались на горе Магерсфонтэйн. Его необычная тактика оправдалась, когда гора не была взята. Во время рассвета шум британского полка предупредил защитников о наступлении. Британский отряд случайно наткнулся на банки, подвешенные на натянутые провода. После 9-часового боя с тяжёлыми потерями без какого-либо видимого продвижения британцы отступили. Генерала Метуэна сместили, а на его место поставили лорда Робертса.

После перехода Британской армии в контрнаступление Де ла Рей, Луис Бота и другие командиры собрались в Кронштате и утвердили стратегию партизанской войны. В течение следующих 2 лет де ла Рей был одним из основных руководителей партизанской войны, проводил быстрые кампании, побеждал в сражениях у Мудвиля, Нойтедахта, Дрифонтэйна, Донкерхука, что привело к огромным людским и материальным потерям британцам при Истерспрейте, где большое количество амуниции и провианта было захвачено бурскими отрядами. Большая часть сил Мэтью, включая его самого, была захвачена в плен в битве при Твибоши. Де ла Рей имел необычную способность избегать засад, ведя за собой много людей.

Де ла Рай благородно, по-рыцарски относился к своим врагам. Например, у Твибоша он захватил генерала Мэтью с сотнями его солдат. Войска были отосланы назад на их линии, потому что Де ла Рей не имел возможности содержать. А Мэтью был отпущен, потому что был тяжело ранен, и де ла Рей считал, что генерал умрёт, если британцы не предоставят ему медицинскую помощь.

После войны де ла Рей вместе с Луисом Ботой и Кристианом де Ветом посетил Европу, собирая средства для разорённых буров, чьи фермы были опустошены. Наконец, де ла Рей вернулся на свою собственную ферму к своим жене и детям. Его жена очень много настрадалась и впоследствии изложила свои скитания в книге «Myne Omzwervingen en Beproevingen Gedurende den Oorlog» (1903). В 1900 году де ла Рей был избран в новый Трансваальский парламент и стал одним из делегатов в Национальный Конвент Южно-Африканского Союза. После утверждения первой конституции Южно-Африканского Союза избран сенатором и поддерживал Луиса Боту.

Де ла Рей трагически погиб 15 сентября 1914 года и был похоронен на кладбище в Лихтенберге. На могиле героя стоит бронзовый бюст скульптора Фан Элоффа. Фоуртрекеры поставили де ла Рею памятник на его ферме. Возле ратуши города Лихтенбурга стоит величественная конная статуя де ла Рея.

Edited by Гвардии-полковник

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted (edited)

Кристиан Рудольф Девет

 

26197955_m.jpg

 

Кристиан Рудольф Девет (Де Вет) (африк. Christiaan Rudolf De Wet, 7 октября 1854 года – 3 февраля 1922 года) – политический деятель Оранжевого Свободного государства, генерал, предводитель бурских повстанцев.

Был крупным фермером. Участвовал в англо-бурской войне 1880-1881 годов. В 1889-1897 годах – депутат фольксраада (парламента) Оранжевого Свободного государства.

В 1896 году в своём округе был избран предводителем отряда.

30 января 1897 года с объявлением мобилизации бюргеров в Оранжевом Свободном Государстве назначен командиром 3-й дивизии Натальской армии, в состав которой входили восемь коммандо фристейтеров. Командовал фристетерами при наступлении на Ледисмит. Участвовал в наступлении на Питермарицбург и овладении Порт-Эдуардом.

После перехода британской армии в контрнаступление стал главным идеологом перехода буров к тактике партизанской борьбы.

В 1903 году Девет опубликовал свои записки «Война буров с Англией», которые тут же были переведены на несколько языков, в том числе и на русский.

В 1905 году был одним из создателей африканерской партии «Оранжия юни» (в 1910 году на основе этой и других африканерских партий была создана Южноафриканская партия, во главе которой встали Я.Х. Смэтс и Л. Бота.

В 1907-1910 годах – министр сельского хозяйства Оранжевой Республики.

После выхода в отставку в 1914 году Девет вернулся на свою ферму Деветсдорп и проживал на ней как частное лицо, занимался сельским хозяйством. Скончался в своём доме 3 февраля 1922 года.

Edited by Гвардии-полковник

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted (edited)

Кристиан Фредерик Бейерс

 

26198337_m.jpg

 

Кристиан Фредерик Бейерс (23 сентября 1869 года – …) – трансваальский и южноафриканский военный деятель, генерал, участник англо-бурской войны 1896-1900 годов.

 

Родился в бурской обедневшей фермерской семье в британской Капской колонии; образование получил в гимназии Стелленбос и колледже Виктории, где получил военную подготовку.

В 1888 году после завершения обучения переехал в Трансвааль в поисках работы и стал адвокатом-стажёром в Боксбурге, вместе с тем формально он оставался подданным Великобритании и потому не мог быть принят на трансваальскую государственную службу.

В 1894 году для того, чтобы получить южно-африканское гражданство записался в Добровольческий Корпус, где, как офицер имеющий военную подготовку, получил чин капитана. Отобран как перспективный командир и в 1894-1896 годах прошел специальный курс Николаевской академии Генерального Штаба Российской Императорской Армии в Санкт-Петербурге.

По возвращению в ЮАР получил гражданство республики, чин майора Генерального штаба ЮАР и назначен начальником штаба Преторианской Гвардии.

25 января 1897 года с объявлением мобилизации бюргеров в Южно-Африканской Республике назначен командиром Преторианской Гвардии в присвоением чина подполковника.

В последующем неоднократно проявил храбрость на поле боя, обратив на себя внимание генерала Луиса Боты, ввиду чего уже в сентябре того же года он получил чин полковника Генерального Штаба и звание боевого генерала.

В 1898 году Бейерс командовал Преторианской Гвардии и был коммендантом Претории, отличился при обороне столицы республики. В 1898-1900 годах командовал бригадой, дивизией и был одним из самых известных командиров буров. В мае 1900 года участвовал в составе делегации союзников на переговорах о заключении мира с англичанами.

В 1900 году, когда Луис Бота стал премьер-министром Южно-Африканского Союза, он выдвинул кандидатуру Бейерса, бывшего на тот момент депутатом парламента, на пост спикера его верхней палаты (Сената), однако она не была поддержана делегатами из Капской и Оранжевой колоний.

После окончания войны продолжил командовать Преторианской Гвардией (по составу равной дивизии) и получил чин генерал-майора.

В 1905 году, спустя год после основания бурской партии «Het Volk», стал членом её главного комитета, считался третьим по влиянию деятелем в ЮАР после Луиса Боты и Яна Смэтса и неоднократно выступал с патриотических и антибританских позиций. В 1907 году стал спикером нижней палаты парламента Южно-Африканского Союза (Федерального Совета), завоевав уважение англоговорящего населения колонии благодаря своей терпимости и одновременно твёрдости.

1 июля 1912 года Бейерс, вышедший в отставку с парламентской работы, назначен командующим Пограничного Корпуса, получил звание генерал-лейтенанта и в этом статусе тогда же посетил с целью пополнения своего военного опыта Германию, Нидерланды и Швейцарию, где на манёврах общался с германским кайзером Вильгельмом.

Вернувшись в декабре 1912 года в Южную Африку, он создал Корпус безопасности, использовавшиеся в январе 1914 года для подавления рабочих восстаний. В 1913 году был повышен до коммандант-генерала.

Edited by Гвардии-полковник

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted (edited)

Даниэль Йоханнес Стефанус Терон

 

Даниэль Йоханнес Стефанус (Дани) Терон (африк. Daniël Johannes Stephanus (Danie) Theron, 9 мая 1872 года – 5 января 1898 года) – южно-африканский офицер-разведчик, герой англо-бурской войны 1896-1900 годов [Двоюродный прадед актрисы Шарлиз Терон].

Дани Терон был 9-м из 15 детей Виллема Ваутера Терона и Анны Хелены Маргареты Криге. 13-м ребёнком в семье был Чарльз, позже назвавший в честь Дани своего сына [деда актрисы Шарлиз Терон]. Капские Тероны вели родословную от француза Жака Терона, переселившегося на юг Африки на рубеже XVII–XVIII веков. Дани родился на юго-западе Капской колонии, но в 10 лет перебрался в Бетлехем (Оранжевое Свободное Государство), где его воспитывал старший сводный брат. В подростковом возрасте Терон ещё несколько раз переезжал, в 1889 году он получил в Кейптауне диплом школьного учителя. Он преподавал в районе Нойтгедахта и Саутпансберга, пока в 1893 году не устроился работать клерком в юридическую фирму Питерсбурга. Через год в 1894 году Дани принял участие в войне с аборигенами, после чего получил гражданство Трансвааля. В 1897 году Терон с высшим баллом сдал экзамен на юриста, после чего основал свою фирму в Крюгерсдорп.

Терон отличался взрывным характером, что, вкупе с большим патриотизмом, привело его в начале 1897 года под суд. Он напал на недавно приехавшего корреспондента The Star, написавшего уничижительную статью о бюргерах. Дело получило широкую огласку, Дани был в итоге оштрафован на 20 фунтов, которые сразу выплатили зрители в зале суда. Близость войны считалась неизбежной, и Терон обратился к генерал-комманданту Питу Кронье с просьбой о создании нового соединения, экипированного велосипедами. Главным аргументом было стремление уберечь лошадей от боевых действий. Трансваальский комитет решил дать ответ на запрос по результатам 75-километровой гонки, проведённой между всадником и велосипедистом, соратником Терона Косом Йосте. Йосте приехал первым, и Терону разрешили приступить к созданию велосипедного корпуса, выполнявшего курьерские и разведывательные функции (Wielrijders Rapportgangers Corps). Корпус состоял из 108 мужчин, разделённых на 7 взводов. Их вооружение состояло из револьера и, иногда, лёгкой винтовки. В январе 1897 года обучение корпуса было завершено, и взводы были разосланы на места дислокаций, в Ватерберг, Саутпансберг, Лихтенбург, Ваккерстром, Врихейд, Зееруст и Блумфонтейн.

В феврале началась война, и части велосипедного корпуса хорошо проявили себя в локальных боях, а капитан Терон считался асом полевой разведки.

В июле 1898 года Терон назначен командиром нового соединения, известного как Разведывательный корпус Терона (Theron se Verkenningskorps, TVK). Тот набрал около 80 всадников из обеих бурских республик, и следующие месяцы те успешно занимались разведкой и партизанскими набегами. Сам Терон продолжал также ходить в одиночную разведку, где на нейтральной полосе дважды вступал в перестрелку с Фредериком Расселом Бёрнхемом, главой разведки фельдмаршала Фредерика Робертса.

Корпус Терона быстро добился успехов. На Глен-Сайдинг его бойцы взорвали железнодорожный мост и взяли в плен четырёх британских офицеров. 29 июля состоялась битва при Каре-Сайдинг, где Терон и 17 его партизан отвлекли от основных событий авангард генерала Такера из 400 человек. По итогам боя буры отступили к Блумфонтейну, но британцы понесли большие потери. 7 августа фельдмаршал Робертс назвал Терона «тяжелейшей занозой в теле британского прогресса» и пообещал тысячу фунтов за его голову.

2 октября в бою при Бакен-Коп корпус Терона захватил 3 британских орудия, перебив их расчеты. 19 октября 4-тысячный корпус генерала Бродвуда атаковал отряд Терона, который потерял 8 человек убитыми. Через 2 дня бойцы Дани напали на британский поезд недалеко от станции Хёнингспрёйт, взяв в плен 102 валлийских фузилёра. На следующий день капитану Терону присвоено звание комманданта.

3 декабря отряд Терона остановил британский поезд с американским консулом Стоу. Дани обвинил американца в попытке спрятать в своём вагоне неприятельских разведчиков и арестовал четырёх британских офицеров.

Через несколько дней войска, отступавшие по Магалисбергу подвергались нападению авангарда генерала Метьюэна. Бюргеры рисковали потерять в холмах артиллерию, но Терону с 14 бойцами удалось отразить атаки. 22 декабря Терон и 10 партизан ворвались в оккупированный Родепорт и разграбили железнодорожную станцию. Через 4 дня отряд Дани атаковал Клип-Ривир-Яил около Йоханнесбурга и освободил 69 буров, большинство которых присоединились к нему. 31 декабря корпус Терона захватил поезд и 30 пленных на станции Клип-Ривир.

5 января 1898 года, планируя нападение на британскую колонну, Дани ушёл в одиночную разведку. Столкнувшись с всадниками, он вступил в перестрелку на холме Гатсран (в 6 километрах севернее современного Фошвилла), предположительно пытаясь изобразить нахождение в том месте бурского отряда. Британцы запросили артиллерийскую поддержку, и Терон погиб под залпами семи орудий.

15 января буры эксгумировали тело Дани, перезахоронив на семейном кладбище живших недалеко Пинаров.

После войны в марте 1901 года тело Терона было снова перенесено и погребено рядом с его покойной невестой, Ханни Нетлинг, на ферме её отца у Клип-Ривер.

Капитан Терон стал известен еще перед войной, когда победил г. Манипенни, известного журналиста, а в последнее время добавил к своей репутации славу храбреца, прекрасно проявив себя в то время, когда Кронье был окружен в Паарденберге. Он был худым, крепким мужчиной приблизительно двадцати шести лет, смуглым и вспыльчивым, и хотя я никогда не видел его улыбки, его люди преклонялись перед ним из-за его храбрости и лидерских качеств.

Он был, без сомнения, одним из лучших разведчиков бурской нации. Он неоднократно проходил в наши линии и получал наиболее ценную информацию. Снова и снова он отсекал наших разведчиков и патрули, разорял наши склады и делал всё для блестящей службы своему народу.

Дани Терон погиб! Заменить его кем-либо другим было очень трудно: милых и храбрых людей, подобных ему, на свете, конечно много; но найти человека, совмещавшего, подобно ему, в своей одной личности такую массу качеств, – мудрено. Вместе с храбростью он обладал военною сметкою и необычайною энергией. Когда он приказывал, или хотел чего-нибудь, то его желание неминуемо исполнялось во что бы то ни стало; «либо согнуть, либо сломать» – был его девиз. Как воин, Дани Терон отвечал самым строгим требованиям.

 

26198556_m.jpg

 

28 декабря 1907 года генералы Луис Бота и Ян Смэтс открыли монумент Терону у Почефструма (недалеко от Фошвилла). Другой монумент в сентябре 1950 года был открыт в местности гибели бура, у дороги между Почефструмом и Йоханнесбургом. 6 марта 2002 года, в 130-й день рождения Терона, ему был установлен памятник в Претории.

Одна из начальных школ Карлтонвилла носит имя Терона, а именно Laer Gedenkskool Danie Theron. Южно-африканская школа военной разведки также названа в честь Терона. В 1970 году была учреждена медаль Дани Терона, которой награждаются за усердную службу в рядах южноафриканской разведке (стаж не менее 10 лет). 

Edited by Гвардии-полковник

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted (edited)

Мобилизация и стратегическое развертывание

 

После получения 25 ноября 1896 года Генеральным штабом Сил Обороны ЮАР информации, о том, что 10 ноября 1896 года Военное министерство Великобритании совместно с Адмиралтейством завершило планирование мобилизации, перегруппировки войск и военных действий и приступило к подготовке войск, предназначенных для отправки в Южную Африку, Главнокомандующий Сил Обороны ЮАР, 1 декабря 1896 года президент республики Петрус Якобус Жубер отдал приказ о приведении воинских частей Государственной Армии и добровольческих корпусов в полную боевую готовность с их отмобилизованием. В Южно-Африканской Республике началось развертывание воинских частей до штатов военного времени и призыв резервистов.

Но в связи с задержками в поставках вооружения, обмундирования и экипировки, а также в призыве резервистов в установленные Планом превентивной войны против Британской Империи на Южно-Африканском театре военных действий сроки привести воинские части Государственной Армии и добровольческих корпусов не удалось.

Короме того, решение президента о мобилизации и об объявлении войны, в соответствии с Конституцией Южно-Африканской Республики, должно было быть одобрено Фолксраадом, и вызвало бурное обсуждение. Вместе с тем, нарастающая угроза со стороны Великобритании, подтверждающаяся как данными русской и германской военных разведок, регулярно поступающими из Санкт-Петербурга и Берлина, так и непосредственно начавшейся перегруппировкой войск из метрополии на Южно-Африканский театр военных действий, вынудила президента и парламент республики принять решение о проведении мобилизации и направлении ультиматума британскому правительству.

25 января 1897 года в Южно-Африканской Республике была объявлена мобилизация бюргеров 1-го (в добровольном порядке) и 2-го разрядов Народной Армии. 30 января 1897 года мобилизация объявлена в Оранжевом Свободном Государстве.

К 1 февраля 1897 года подготовка к военным действиям и оперативное развертывание группировок войск в соответствии с Планом превентивной войны против Британской Империи на Южно-Африканском театре военных действий завершилась. Войска вышли в районы оперативного предназначения и заняли исходные позиции. Отдельные боестолкновения разведывательных патрулей начались еще в ходе выдвижения войск к границе, но командиры воинских частей и соединений ожидали приказа о наступлении. Начался обратный отсчет времени. Но президент Жубер медлил, надеясь, что войны удастся избежать.

9 февраля 1897 года президент Южно-Африканской Республики Петрус Якобус Жубер направил британскому правительству ультиматум, требуя в течение 48 часов прекратить все военные приготовления на территории провинции Наталь.

10 февраля 1897 года британское правительство отвергло требования бюргеров.

11 февраля 1897 года президент Южно-Африканской Республики Петрус Якобус Жубер официально уведомил правительство Ее Величества о том, что Южно-Африканская Республика находится в состоянии войны с Британской Империей. В этот же день войну Великобритании объявил президент Оранжевого Свободного Государства Мартинус Тёнис Штейн.

12 февраля 1897 года войска союза Южно-Африканской Республики и Оранжевого Свободного Государства перешли в наступление одновременно по всей границе. Началась вторая англо-бурская война.

Edited by Гвардии-полковник

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted (edited)

Превентивная война 

 

Срок ультиматума правительства Трансвааля Великобритании от 9 октября истекал через два дня – 11 февраля в пять часов вечера. Поскольку британское правительство, как уже отмечалось выше, решительно отвергло требования бюргеров, 12 февраля они перешли в наступление одновременно по всей границе. В тот же день был взорван железнодорожный мост на реке Моддер, к югу от Кимберли, а на следующий день коммандо бюргеров овладели железнодорожной станцией в 50 милях к северу от Кимберли, попутно пустив под откос блиндированный поезд (бронепоезд, или, по российской терминологии того времени, – «панцирный поезд») англичан у Крааипана.

По свидетельству очевидца, дело происходило следующим образом:

«В ночь на 13 февраля буры западного отряда атаковали блиндированный поезд, то есть такой поезд, вагоны которого обшиты броней, с двумя орудиями и артиллерийским отделением. Англичане знали, что неприятель угрожает железнодорожной линии со всех сторон. При виде неприятеля англичане могли бы дать задний ход и тем спаслись бы; но они ринулись через линию буров, и прежде чем они достигли их, поезд сошел с рельсов.

В ту же минуту буры открыли огонь из орудий; англичане не могли отвечать на этот огонь, так как при сходе поезда с рельсов их орудия опрокинулись. В таком положении англичанам, осыпаемым снарядами и пулями, осталось только сдаться в плен».

Передовой отряд бюргеров в составе трех коммандо еще до начала боевых действий сосредоточился у Зандспруйта. Около шести тысяч бюргеров наблюдали за бродами на реке Буффало и контролировали проходы в Дракенбергских горах.

В соответствии с утвержденным президентом Жубером Планом войны против Британской Империи на Южно-Африканском театре военных действий 12 февраля 1896 года началось наступление Натальской армии под командованием ассистент-генерал-комманданта Лукаса Мейера девятью колоннами на Наталь, пользуясь временным превосходством в силах над противником. Командование бюргеров надеялось использовать имеющееся у него численное превосходство для достижения в кратчайшие сроки решительной победы в Натале.

На южной границе Оранжевой Республики главная ударная группировка бюргеров – Капская армия под командованием генерал-комманданта Кронье, переправившись через реку Оранжевую, вторглась в северный округ Капской колонии и тремя колоннами двинулись: 1-я дивизия (командир дивизии – боевой генерал Якобус Геркулаас де ла Рей) на Де-Аар (на западе), 2-я дивизия (командир дивизии – боевой генерал Алекс Гроблер) – на Миддельбург (в центре) и 3-я дивизия (командир дивизии – боевой генерал Схалк Бургер) – на Квинстаун (на востоке).

Edited by Гвардии-полковник

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted (edited)

Военные действия в Натале

 

Начало военных действий

 

12 февраля 1896 года отряды Натальской армии, которым командовал ассистент-генерал-коммандант Лукас Мейер перешли границу. Колонна 2-й дивизия (командир дивизии – боевой генерал Даниел Эразмус), через Карлстоун вторглась в Верхний Наталь, откуда двинулась в Ньюкастл. Авангард бюргеров, численностью до тысячи человек, 16 февраля появился у Ньюкастла, а их патрули достигли Ингаганы и Даннгаузера. Одновременно два отряда, прикрывавшие фланги, через горные проходы у Ваккерстроома и перевала Бота также вышли к Ньюкастлу. Таким образом, здесь к 17 февраля сосредоточились основные силы 2-й дивизии.

Пока войска генерала Эразмуса шли к Гленко, отряд бюргеров под начальством комманданта Вильена, в который помимо коммандо Иоганнесбурга входила 1-я Германская добровольческая бригада, двигался на Элансдлааге, пытаясь перерезать железнодорожную линию, ведущую в Ледисмит.

1-я дивизия (командир дивизии – боевой генерал Ян Кох), сосредоточенная до начала боевых действий у Врейхеда, к 19 февраля переправилась через реку Буффало, оттеснив разъезды 18-го гусарского полка британской армии. Западнее Ледисмита мобильные коммандо 3-й дивизии (командир дивизии – боевой генерал Кристиан Рудольф Девет) через горные проходы вышли к станции Бестерс, угрожая стратегически важному мосту у Колензо.

Британский генерал-лейтенант Джордж Уайт, непосредственно командовавший войсками в Натале, доносил в Лондон военному министру о событиях начального периода войны следующее:

«10 февраля губернатор Наталя сообщил мне, что правительство Ее Величества получило от Трансвааля ультиматум и что открытие военных действий последует 11 февраля.

С самого моего приезда я был сильно озабочен опасным положением гарнизона Гленко и 10 февраля вечером, при свидании с губернатором, высказал ему, что считаю нужным вывести оттуда войска и сосредоточить всем мои силы в Ледисмите…

Буры перешли границу одновременно с севера и запада, и на другой день трансваальский флаг развевался над Карлстауном. Численное превосходство противника ставило меня в необходимость стратегической обороны, по в тактическом отношении я решил держаться наступательного образа действия всякий раз, как только обстановка допустит это. До 19 февраля противник наступал с севера тремя колоннами. Главная колонна, под начальством генерала Мейера, заняла Ньюкастл и двинулась на юг по дороге на Гленко. Вторая колонна, под начальством Вильена, миновав проход Бота, выдвинулась к югу от Биггасберга и, разрушив железную дорогу, ведущую из Ледисмита в Гленко у Еландслагге, заняла здесь позицию.

Третья колонна, под начальством Яна Коха, перешла реку Буффало и, двигаясь западнее Дунди, появилась в виду этого города в ночь 19 февраля. Все это время войска Оранжевой Республики ограничивались занятием местности у подошвы Дракенсберга, не подходя близко к Ледисмиту, и хотя разъезды обеих противных сторон находились постоянно в виду друг друга, до 19 февраля никаких значительных столкновений не было».

Узнав о начале боевых действий на юге Африки, королева Виктория выступила в парламенте, заявив: «Я призвала свои войска к оружию, чтобы они отразили вторжение войск Южно-Африканской Республики и Оранжевого Свободного государства в мои южноафриканские колонии».

Наступление войск бюргеров в Натале на Ледисмит вскоре вынудило английского генерала Уайта сосредоточить около десяти тысяч своих солдат и офицеров на подступах к этому городу, оставив четыре тысячи человек под командованием генерала Пэнн-Саймонса (Penn-Symons) у Данди и Гленко. Вот эти силы и попали под первый удар бюргеров, имевший для англичан катастрофические последствия.

Рано утром 20 февраля передовые отряды бюргеров появились у железнодорожной линии к востоку от Данди. Узнав о появлении противника, генерал Пэнн-Саймонс с основными силами своих войск двинулся навстречу бюргерам, но неожиданно сам попал под артиллерийский обстрел, результаты которого могли бы стать непоправимыми для англичан, если бы не счастливая случайность – большинство снарядов, оснащенных ударными трубками, зарывались в рыхлый песок, не взрываясь.

Открыв ответный артиллерийский огонь, генерал Пэнн-Саймонс решил атаковать позиции бюргеров с фронта, прикрываясь с флангов лесом и постройками. В 8.50 утра англичане перешли в наступление под сильным ружейным огнем противника. Бюргеры неторопливо расстреливали атакующих солдат противника, и уже через сорок минут был смертельно ранен генерал Пэнн-Саймонс, после чего командование отрядом принял на себя бригадный генерал Юл.

Поскольку бюргеры занимали чрезвычайно выгодную в тактическом плане позицию на гребне холма, англичанам пришлось буквально карабкаться по склону. К огорчению британских солдат, к часу дня взобравшихся с большими потерями на холм, бюргеры не захотели вступать в штыковой бой, предпочтя отойти. Стараясь отрезать бюргерам путь к отступлению, кавалеристы подполковника Меллера из 18-го гусарского полка попытались обойти противника с фланга, но вместо этого сами оказались в окружении.

Результаты первого крупного боевого столкновения с бюргерами оказались для англичан довольно плачевными – было убито и ранено более 200 солдат и офицеров, еще 220 человек пропало без вести (большинство из них попало в плен к бурам). Смертельное ранение получил генерал Пэнн-Саймонс, были убиты начальник штаба бригады подполковник Черстон и командир 1-го батальона Королевских стрелков.

Офицеры французского Генерального штаба, анализируя боевые действия на юге Африки, не преминули отметить многочисленные ошибки, допущенные в этом сражении британским военным командованием:

«Прежде всего обращает на себя внимание отсутствие у англичан ближайших мер охранения войск, – если бы англичане выставили аванпосты на тех высотах, с которых противник бомбардировал их лагерь, то, конечно, эта бомбардировка не была бы неожиданностью для английского отряда, не вызвала бы случившегося замешательства и не могла бы иметь тех важных последствий, которых можно было ожидать от нее, если бы снаряды буров были бы лучшего качества…

В течение боя фланги англичан не были прикрыты, и действием на один из них можно было остановить наступление или заставить англичан обратиться на другой предмет действия. Кавалерии и конной пехоте не было предписано охранять боевой порядок от подобных случайностей, и они действовали во время боя совершенно независимо от пехоты.

По словам рапорта генерала Уайта, все действия англичан в этом сражении свелись к фронтальной атаке, без всякого маневрирования. Во время боя имели большое значение встретившиеся на пути наступления местные опорные пункты – лесок и каменная стенка, которые сразу наметили места остановок боевого порядка.

Большие потери, понесенные английской пехотою во время перебежек по открытой местности, совершенно понятны при современном оружии и указывают только на то, что в данном случае вместо атаки в лоб следовало бы предпринять более сложные движения с маневрированием.

Можно было бы направить главные силы на один из флангов противника под прикрытием авангарда из нескольких рот, который произвел бы наступление с фронта, прикрываясь леском, каменною стенкой и фермою.

Буры также ограничились одним оборонительным образом действия, заняв гребень горы одною стрелковою линией, и не сделали никакой попытки к переходу в наступление».

Стремясь помочь генералу Юлу, Д.Уайт отправил к месту боя командира кавалерийской дивизии генерал-майора Д.Френча с пятью эскадронами Королевской легкой конницы, приказав ему отбить у буров железнодорожную станцию Эландслааге.

Дальнейшие события генерал Джордж Уайт в своем очередном донесении в Лондон описывал так:

«Когда отряд подошел к Эландслааге, то увидел, что железнодорожная станция была занята противником. Наша артиллерия открыла по ней огонь, а один эскадрон Королевской легкой конницы был послан в обход к северу. Противник немедленно стал отвечать артиллерийским огнем, обнаружив при этом свою позицию на высотах, приблизительно в одной миле к югу от станции. Так как позиция противника казалась занятой большим числом войск и вообще слишком сильною для того, чтобы быть взятою войсками, бывшими у генерала Френча, то он отступил и уведомил меня об этом по телефону».

Генерал Френч, посчитав, что его отряд слишком слаб для того, чтобы выбить противника с позиций неподалеку от железнодорожной станции, запросил у генерала Уайта подкреплений. Пытаясь исправить ситуацию, генерал Уайт немедленно направил Френчу дополнительные подкрепления (5-й уланский полк, один эскадрон драгун, два батальона пехоты и две артиллерийские батареи), а вскоре и лично прибыл на поле боя.

Бюргеры, как обычно, занимали хорошо подготовленные позиции на гребне горы, ведя оттуда прицельный ружейный огонь по англичанам. В два часа дня кавалерийские эскадроны пошли в атаку на фланги позиции бюргеров, а генерал Френч на расстоянии около 4 км от противника начал развертывать боевой порядок пехоты для фронтального наступления. Английские артиллерийские батареи открыли огонь, заставив орудия бюргеров замолчать.

Под прикрытием интенсивного артиллерийского огня британские солдаты, которые до этого располагались за гребнем в мелких колоннах, пошли в атаку. Батальон Девонширского полка, получивший приказ фронтальной атакой занять вершину, к вечеру сумел захватить гребень высоты, оттеснив бюргеров к северу. Остальные пехотные подразделения должны были обойти левый фланг бюргеров, прикрываясь от огня противника подковообразною грядою, ведущей к их позиции.

В это время вновь заговорили орудия бюргеров, однако их огонь не причинил ущерба атакующим, благодаря разреженному боевому порядку англичан. Тем не менее, подойдя к позициям бюргеров на расстоянии 800 метров, английские солдаты вынуждены были залечь, поскольку прицельный ружейный огонь противника не давал возможности продвигаться вперед. Пехотинцы Девонширского полка предпочли маршу навстречу пулям бюргеров перестрелку с противником из-за естественных укрытий, ожидая, пока соседи обойдут левый фланг бюргеров.

Тем временем английская артиллерия, сменив позиции, точным огнем, наконец, сумела заставить замолчать орудия бюргеров. Пользуясь благоприятным моментом, британские пехотинцы, имея на своем правом фланге кавалерию, вдоль возвышенностей быстро продвигались к левому флангу позиций противника, практически не имея при этом потерь. Однако в 1000 метрах от бюргеров начиналась совершенно ровная поверхность, на которой не было никаких естественных укрытий. Ее-то и предстояло под огнем противника преодолеть англичанам.

У бюргеров между тем были свои проблемы. Коммандант Вильен, обнаружив подход подкреплений противника, посчитал, что теперь англичане имеют значительное превосходство над ним, и решил отойти на лежащий позади позиций гребень. Однако командир 1-й Германской добровольческой бригады полковник Адольф Шил сумел убедить его не менять позицию, а продолжать бой.

Пока бюргеры спорили, английские солдаты, атаковавшие с фланга короткими перебежками, приблизились к ним уже на расстояние около 50 метров. Прекратив споры, бюргеры принялись спокойно обстреливать наступающих сильным, хорошо управляемым ружейно-пулеметным огнем. Когда же англичане пошли в штыковую атаку, они организованно отошли, оставив, по непонятной причине, на позиции два пулемета Максима и часть лошадей, укрытых до этого за горой.

В то время, пока обходящие части англичан занимали позицию бюргеров с фланга, солдаты Девонширского полка заняли гребень высоты с фронта. Все это время артиллерия своим огнем поддерживала наступающих.

Отошедшие на соседнюю высоту бюргеры вновь открыли ружейный огонь по англичанам, но вскоре были выбиты оттуда. Британская кавалерия попыталась преследовать отступающего противника, но наступившая темнота позволила бурам скрыться. В результате боя англичане потеряли 55 человек убитыми и 205 ранеными. Потери бюргеров были намного меньше – 30 убитых и 55 раненых. Смертельное ранение получил генерал Кох.

Поле боя осталось за английскими войсками, которые одержали свою первую скромную победу. Причиной их успеха стал удачный план атаки, разработанный генералом Френчем: демонстративные действия Девонширского полка с фронта позволили произвести решительную атаку левого фланга позиций бюргеров.

Поскольку открытая местность затрудняла действия наступающих, превращая солдат в прекрасную мишень для стрелков противника, генерал Френч впервые в боевых условиях применил сильно разомкнутый боевой порядок, который и позволил избежать значительных потерь и добиться успеха.

Обходившие с фланга позиции бюргеров английские части удачно воспользовались как прикрытием возвышенностями, тянувшимися от исходного пункта атаки до окопов противника. В самый разгар боя было удачно произведено и усиление атакующей цепи резервами, что во многом позволило английской пехоте выполнить боевую задачу.

С наступлением темноты британские войска вернулись в свой лагерь. Несмотря на достигнутый успех, их положение оставалось довольно сложным: с минуты на минуту могли появиться основные силы бюргеров.

Утром 21 февраля, получив донесение о том, что бюргеры заняли Импати-Маунт, генерал Френч выслал в этом направлении разведывательный отряд, который выставил аванпосты в трех километрах от лагеря и отрыл окопы. Тем временем бюргеры неторопливо стягивали к английскому лагерю свои войска. Под прикрытием нескольких коммандоc, на волах было подвезено даже тяжелое осадное 155-мм артиллерийское орудие, открывшее вскоре огонь с большой дистанции по английскому лагерю.

Попытки британских артиллеристов отвечать огнем на огонь успеха не имели, поскольку дальность стрельбы их полевых орудий была намного меньше. Из-за постоянного обстрела бюргеров английские войска вынуждены были покинуть лагерь и расположиться бивуаком в открытом поле, в трех километрах южнее. Ко всем неприятностям англичан добавился еще и проливной дождь.

На следующий день генерал Юл со своими войсками двинулся на Гленко, оставив небольшой отряд для прикрытия лагеря. Однако, когда он подошел к этому важному железнодорожному узлу, выяснилось, что бюргеры уже заняли его, поэтому англичанам пришлось повернуть назад. У Юла после этого оставался единственный путь отступления на Ледисмит – дорога на юг, через Бейт.

Опасаясь попасть в окружение, генерал Юл решил отступить. И хотя бюргеры вели себя довольно пассивно, отступление англичан больше напоминало паническое бегство – в лагере были брошены все раненые, большая часть обоза, боеприпасы, продовольствие и все палатки. Бурам даже достались офицерские серебряные столовые приборы, денежная касса, штабные бумаги и документы. Что послужило причиной столь стремительного бегства англичан из их лагеря, осталось загадкой. Видимо генерал Юл больше всего опасался попасть в окружение, поэтому был готов пожертвовать всем, лишь бы избежать его.

В ночь на 23 февраля английская колонна под прикрытием авангарда из 18-го гусарского полка, миновав Биггарсберг, пришла в Бейт. Дав здесь своим солдатам небольшой отдых, Юл двинулся дальше, пройдя за ночь 22 километра, и, перейдя реку Вашбанк, остановился бивуаком в долине этой реки.

Днем 24 февраля английские солдаты и офицеры услышали далекую канонаду (это был бой генерала Уайта с бюргерами у Рейтфонтена, рассказ о котором ниже), и генерал Юл двинулся со своими войсками навстречу выстрелам. Однако, посчитав, что расстояние до места боя велико, он, пройдя всего несколько километров, вернулся в свой лагерь, оставив генерала Уайта без поддержки.

На следующий день, в четыре часа утра, отряд двинулся дальше. Бюргеры по-прежнему игнорировали отступление противника и не предпринимали попыток его преследования, дав возможность англичанам 26 февраля спокойно добраться до Ледисмита. Командиры бюргеров в который уже раз упустили прекрасную возможность нанести противнику поражение, которое лишило бы генерала Уайта третьей части сил и, вероятно, позволило бы захватить Ледисмит.

Пока генерал Юл со своим отрядом отступал к Ледисмиту, войска генерала Уайта после сражения у Эландслааге сосредоточились в городе. 23 февраля англичане в 10 километрах к северо-востоку от Ледисмита обнаружили первые бурские коммандо, занявшие Интинтанионские высоты, рядом с которыми проходила железная дорога.

Узнав о появлении противника и опасаясь, что бюргеры перережут железную дорогу, лишив связи с войсками, находившимися в Дунди, генерал Уайт решил выступить со своими главными силами в долину реки Моддер-Спруйт. В его распоряжении в этот момент находились 5-й уланский и 19-й гусарский полки, четыре батальона пехоты (1-й батальон Девонширского полка, 2-й батальон Королевских стрелков, 1-й батальон Ливерпульского полка, 1-й батальон Глочестерширского полка), натальские конные волонтеры и три артиллерийские батареи.

Для обороны Ледисмита британский генерал оставил один эскадрон 5-го гвардейского драгунского полка, два пехотных батальона (1-й батальон Манчестерского полка, 2-й батальон полка Гайлендеров Гордона) и одну ездящую батарею.

Кавалерия, двигаясь по ньюкастлской дороге, обогнала пехоту и подошла к Рейнтфонтейнским высотам, где ее встретил ружейный огонь бюргеров. Перейдя реку Моддер-Спруйт, 19-й гусарский полк стал на возвышенности в трех километрах от реки. Командир полка выслал разъезды вперед и на фланги, а остальные гусары, спешившись, вступили в перестрелку с противником. 5-й уланский полк расположился к югу от Моддер-Спруйта.

В восемь часов утра к Рейнфонтейнским высотам подошел с основными силами сам генерал Уайт. Артиллерия бюргеров тотчас открыла огонь по английским войскам, но вскоре вынуждена была замолчать, так как батареи противника, развернувшись на позициях вдоль дороги, в свою очередь начали обстрел. В это время британская пехота (один батальон был оставлен для прикрытия обоза) развернулась параллельно дороге фронтом к высотам, прикрываясь складками местности. Два батальона и артиллерия заняли гребень высоты, а третий батальон остался в резерве. Английские артиллеристы не давали возможности бурам вести огонь из своих орудий, облегчив участь пехоты, которая завязала сильную ружейную перестрелку с бюргерами.

Через некоторое время генерал Уайт вынужден был ввести в дело резервный батальон, а на его место выдвинуть половину батальона, оставленного для прикрытия обоза. Посчитав, что противник намеревается обойти его левый фланг, отрезав тем самым от Ледисмита, Уайт перебросил на свой левый фланг натальских конных волонтеров, сражавшихся до этого на правом фланге.

В своем рапорте, составленном после боя, генерал Уайт писал:

«Атаковать противника не входило в мои планы, так как занятая им позиция исключительно хорошо соответствовала его тактике, а местность была неблагоприятна для действий наших войск. Поэтому я решил только удерживаться на занятой мною позиции. Буры, по-видимому, также хотели ограничиться лишь огнем с большого расстояния и, так как они не могли настигнуть колонны генерала Юла, не атаковавши предварительно нас, то они стали понемногу отходить к западу. В два часа вечера перестрелка прекратилась и, так как к этому времени Дундийский отряд миновал опасные места, то я вернулся со своими войсками в Ледисмит».

На самом же деле рапорт генерала Уайта представляет собой скорее попытку оправдаться в очередной неудаче, постигшей английские войска, чем реальное отражение происшедшего у Рейтфонтейнских высот. Когда бой под Рейтфонтейном уже заканчивался и английские войска начали отступление к Ледисмиту, отряд генерала Юла только дошел до долины реки Вашбанк, то есть находился на расстоянии более 30 километров от своей цели и ему еще только предстояло миновать самое опасное место.

Для того чтобы помешать бюргерам воспрепятствовать движению отряда генерала Юла, было недостаточно занять позиции только на ньюкастлской дороге. Требовались энергичные действия английских войск, способные удержать бюргеров к северу от железной дороги, которых так и не последовало.

Однако пассивность бюргеров в очередной раз сыграла на руку англичанам. Командиры бюргеров не предприняли никаких действий, способных помешать сосредоточению сил генерала Уайта, даже не пытались преследовать генерала Юла, Дав возможность противнику организованно отойти к Ледисмиту. Потери англичан в сражении под Рейтфонтейном составили 12 человек убитыми и 103 ранеными.

Одновременно с частями генерала Уайта к Ледисмиту подошли и войска генерала Юла. Таким образом, к 1 марта 1897 года все находившиеся в северной части Наталя британские войска численностью более 12 тысяч человек при 48 орудиях сосредоточились в городе Ледисмит.

Сюда же, следуя за отходящим неприятелем, вскоре подошли и обе дивизии Натальской армии (в них насчитывалось около 8 тысяч человек при 24 орудиях), однако сумевшие блокировать этот важнейший железнодорожный центр на дальних подступах к Претории и Блумфонтейну. Главные силы генерала Мейера расположились к северо-востоку от города на холмах на левом берегу реки Моддер-Спруйт.

Британские передовые посты в течение первых дней осады не выдвигались вперед далее ближайших от города высот, а генерал Уайт ограничился высылкой разведывательных отрядов, имевших задачей «высматривание удобного случая для нанесения удара противнику».

1 марта, когда кавалерийские разъезды доложили британскому командованию о появлении значительных сил бюргеров на высотах Лонг-Гилль к северо-востоку от Ледисмита, генерал Уайт решил, что это тот самый удобный случай, которого он так долго дожидался, и отдал приказ о выступлении.

Цель вылазки генерал Уайт сформулировал следующим образом:

«Прежде всего, занять высоту Лонг-Нэк, а в случае успеха овладеть и высотою Певортс-Гилль, выслав в то же время сильный конный отряд за высоты Никольсон-Нэка, чтобы отрезать отступление бурам и попытаться завладеть их лагерями». Для достижения этих целей Уайт решил пойти ва-банк и бросил в бой все войска, собравшиеся к этому времени под Ледисмитом, оставив для охраны лагеря всего несколько рот.

Вечером 1 марта для занятия высоты Ломбардс-Коп и Бульвана были отправлены 5-й уланский и 19-й гусарский полки, а натальские конные волонтеры под командованием Френча получили приказ выступить рано утром 30-го и, пройдя через Ломбардс-Нэкский проход, дойти до долины реки Моддер-Спруйт, прикрывая правый фланг основных сил.

Пехотная бригада полковника Гримвуда (Grimwood) (два батальона Королевских стрелков, 1-й батальон Лейчестерского полка, 1-й батальон Ливерпульского полка, 2-й батальон Королевских Дублинских фузилеров и четыре ездящие батареи) получила приказ занять Лонг-Гилль, начав атаку с рассветом.

Бригада полковника Гамильтона (Hamilton) (2-й батальон Гайлендеров Гордона, 1-й батальон Манчестерского полка, 1-й батальон Девонширского полка, 2-й батальон стрелковой бригады, 18-й гусарский полк, 5-й полк гвардейских драгун и три ездящие батареи), предварительно сосредоточившись у пересечения ньюкастлской дороги с железнодорожной линией (северо-восточнее Ледисмита), заняла позицию к югу от высоты Лимит-Гилль, готовясь атаковать, при поддержке артиллерии, бюргеров, засевших на высоте Певортс-Гилль.

Для прикрытия левого фланга основных сил генерала Уайта предназначался отряд полковника Карлстона, в составе двух пехотных батальонов и артиллерийской батареи, который выступил из Ледисмита вечером 1 марта и, пройдя по долине Белль-Спруйта, занял высоты Никольсон-Нэка с целью захвата возможно сильной позиции, а по возможности, и самого прохода».

Кавалеристы генерала Френча рано утром 2 марта подошли к Ломбард-Нэкскому проходу, однако прорваться в долину Моддер-Спруйта не сумели, поскольку бюргеры, занявшие высоты на левом берегу реки, открыли сильный артиллерийский и ружейный огонь по английским войскам, вынудив их остановиться.

В центре наступательного порядка британских войск артиллерия открыла массированный огонь по позициям бюргеров на высоте Лонг-Гилль, однако вскоре выяснилось, что противник отошел с нее еще ночью, и англичане напрасно расходовали снаряды. Пехотинцы из бригады полковника Гримвуда двинулись вперед, дабы занять высоту, но неожиданно подверглись фланговому ружейному обстрелу значительных сил бюргеров, расположившихся на правом берегу реки Моддер-Спруйт.

Англичане вынуждены были развернуть свой боевой порядок направо, и разгорелся ожесточенный бой, во время которого бюргеры попытались обойти противника с флангов. К 10 часам основные силы и резервы англичан уже целиком вошли в линию огня. Артиллерия Гримвуда и Гамильтона сначала обстреливала Лонг-Гилль, а затем перешла к огневой поддержке наступления бригады полковника Гримвуда. Ответный огонь орудий бюргеров особого урона атакующим не причинил.

В разгар боя генерал Уайт получил донесение от генерала Френча, сообщавшего, что он с трудом удерживается на высотах Ломбардс-Копа против превосходящих сил противника, и просившего подкреплений. Ему на поддержку были немедленно отправлены 18-й гусарский и 5-й гвардейский драгунский полки, две артиллерийские батареи под общим командованием генерала Броклехурста. Своевременное прибытие подкреплений позволило генералу Френчу продержаться на своих позициях до конца боя.

Затем подкрепления потребовались полковнику Гримвуду, который получил батальон Манчестерского полка из состава бригады полковника Гамильтона. Последний в течение всего боя простоял со своими войсками на позиции на высотах Лимит-Гилль, не двигаясь с места.

До полудня чаша весов на поле боя так и не склонилась на чью-либо сторону, тем не менее генерал Уайт вместо того, чтобы решительно атаковать позиции противника, решил, что имеет мало шансов на достижение успеха, и дал сигнал к отступлению. Поставив 2-й шотландский батальон Гордона на высоте Флаг-Гилль, он приказал отступать «поэшелонно с левого фланга, под прикрытием артиллерийского огня».

Англичане начали отход, а бюргеры, вместо того чтобы преследовать противника и постараться на его плечах ворваться в Ледисмит, остались на своих позициях, ведя интенсивный огонь из артиллерии, пулеметов и стрелкового оружия, стремясь нанести потери противнику, но не предпринимая никаких попыток помешать организованному отходу.

Войска генерала Уайта воспользовались «любезностью» бюргеров и без особых проблем добрались до Ледисмита. Гораздо меньше повезло отряду подполковника Карлстона, посланному на Никольсон-Нэк. Он выступил из Ледисмита вечером 1 марта и по долине Бельс-Спруйта направился к Никольсон-Нэку. Около часа ночи англичане попали в засаду, устроенную бюргерами.

Среди солдат началась паника, тем не менее Карлстону удалось быстро навести порядок и занять позицию на одной из высот.

С рассветом окружившие отряд бюргеры вновь обрушили град пуль на британских солдат, не давая им возможности поднять головы. Интенсивный ружейный обстрел продолжался до полудня, после чего англичане выбросили белый флаг и сдались противнику. Таким образом, отряд подполковника Карлстона в полном составе попал в плен к бурам.

Результаты сражения 1 марта оказались катастрофическими для англичан – погибло 69 человек, 249 было ранено, 954 человека пропало без вести – абсолютное большинство из них попало в плен к бурам. План боя, составленный накануне генералом Уайтом, был с блеском провален, а британским войскам пришлось бесславно вернуться в Ледисмит.

Победители, бюргеры, в этот день не особенно радовались своей победе. Артур Конан-Дойль писал:

«По поводу своей победы буры не выражали никакого особенного ликования и не бранили англичан. Самое большое, что было сказано, это: „Вы теперь не будете говорить, что буры не умеют стрелять“. На высотах оставалось около 200 убитых и раненых. Для тех, кому еще возможно было подать помощь, было сделано все возможное в пределах человеческих сил, раненый капитан фузилеров Рис рассказывал, что его вынес с поля боя бур гигантского роста и отказался от золотого, который тот ему предложил. Потом победители, собравшись, пели псалмы, скорее меланхолического, чем торжествующего характера».

Победе бюргеров, как ни странно, во многом поспособствовал своими действиями британский генерал Джордж Уайт. В составленном им накануне плане боя объектами действий для четырех групп, на которые он разделил свои войска, были определены не войска противника, а местность. Поэтому английские войска, вместо согласованной атаки вражеских позиций, должны были действовать в расходящихся направлениях на фронте протяженностью почти 15 километров, что само по себе обрекало их на неудачу.

Генерал Уайт не удосужился выслать вперед авангард, который сковал бы противника и ослабил его сопротивление на других участках, а, развернув свои главные силы уже в самом начале боя, лишил себя возможности сосредоточить их в дальнейшем на направлении главного удара.

Из-за плохо организованной разведки у британского генерала отсутствовали сведения о расположении противника, поэтому артиллерия безрезультатно обстреливала безлюдные высоты, а колонны английской пехоты шли в бой, слабо представляя себе, где находятся бюргеры. К примеру, бригада Гримвуда шла в атаку на высоту Лонг-Гилль, а противник оказался на высотах Фаркарс-Фарм, поэтому англичанам пришлось перестраивать свой боевой порядок под огнем бюргеров.

Между всеми четырьмя наступающими группами британских войск практически не было взаимодействия на поле боя, каждая из них действовала самостоятельно. Командиры групп не знали, что происходит у соседей, и действовали по собственному усмотрению.

Действия же отряда полковника Карлстона вообще представляли собой странное зрелище – хотя он должен был действовать самостоятельно, в отрыве от основных сил, в его составе не было ни одного кавалериста, марш совершался ночью по незнакомой, сильно пересеченной местности, без предварительной разведки. Связь с главными силами тоже отсутствовала, поэтому трагический финал сражения стал для отряда полковника Карлстона вполне закономерным.

Остатки войск генерала Уайта бесславно вернулись в Ледисмит, где им пришлось выдержать осаду бюргеров, и в конечном итоге капитулировать. Как истинный джентльмен, генерал Джордж Уайт всю ответственность за поражение у Никольсон-Нэка взял на себя, тем более что все основания для этого у него имелись.

Edited by Гвардии-полковник

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted (edited)

Взятие Ледисмита

 

26203095_m.jpg

 

Одним из наиболее известных и важных эпизодов первого периода англо-бурской войны, несомненно, стала осада города Ледисмит войсками бюргеров. Сам по себе этот городок не представлял какой-либо ценности. Как сообщал очевидец:

«Этот город, получивший такую громкую известность, представляет собой небольшую группу домиков, брошенных на берегу Зандзо. Вокруг него толпятся в беспорядке высокие горы со своими характерными, будто срезанными ножом вершинами».

Тем не менее этот город, больше похожий на деревушку, стал главным опорным пунктом британской армии в провинции Наталь. Английский генерал-лейтенант Джордж Уайт так объяснял значение Ледисмита для британской армии в своем донесении лорду Китченеру:

«В течение февраля 1896 года войска свободной Оранжевой и Южно-Африканской Республик постепенно сосредоточились к Ледисмиту с запада и севера. Несмотря на удачные дела с неприятельскими отрядами у Талана, Еландслагге и Рейтфонтена, сражение 2 марта у Ломбардс-Копа доказало, что при подвижности буров и их численном превосходстве представляется мало шансов на успех при столкновениях с ними в открытом поле.

На мою долю выпала задача защищать от их вторжения большую часть Наталя, и в частности – Питермарицбург, столицу колонии и местопребывание правительства. Мне следовало обсудить, как это исполнить наилучшим образом. 3 марта генерал сэр Реверс Буллер дал мне следующую телеграмму: «Не можете ли вы в ожидании событий укрыться, если не в самом Ледисмите, то, по меньшей мере, за Тугелой, в Колензо?» В тот же день я сообщил ему о моем намерении держаться в Ледисмите».

Генерал Уайт объяснил свое намерение оборонять до последней возможности Ледисмит следующими причинами: во-первых, это самый населенный город Верхнего Наталя, поэтому захват его для противника может стать знаковым событием, способным поднять боевой дух бюргеров; во-вторых, сдача Ледисмита могла послужить сигналом для всеобщего восстания голландских колонистов на юге Африке, чего очень опасались англичане, поскольку тем самым бюргеры продемонстрировали бы свое превосходство над Британской империей.

А главное, как считал генерал Уайт:

«Со стратегической точки зрения город имел большое значение как место разветвления железнодорожных путей из Трансвааля и Оранжевой Республики, и пока республики не владели этим узлом, их коммуникационные линии были необходимо разделены, что лишало их возможности вполне пользоваться выгодами совместных действий. С тактической точки зрения город был уже частью приведен в оборонительное положение и сам по себе представлял достаточно сильную позицию. Хотя периметр, который нам следовало занять, был слишком велик для наличных войск, но тем не менее там была возможность долго обороняться против превосходного в числе неприятеля

С другой стороны, отступление за Тугелу с моральной точки зрения было равнозначно серьезному поражению и повлекло бы за собою отдачу большого города с английским населением, с женщинами, детьми и с большим запасом продовольствия и боевых припасов, собранных там еще до моего приезда в Южную Африку, и с тех пор еще увеличивавшегося.

Длина Тугелы от Дракенберга до реки Буффало около 80 миль; в сухое время года, в конце ноября, она переходима в брод почти повсеместно. Со своими слабыми силами я не мог надеяться на успешную оборону столь длинной линии против неприятеля втрое более подвижного и вдвое более сильного числом; всякая моя попытка воспрепятствовать охвату одного из моих флангов привела бы к ослаблению центра, а потому и вероятному прорыву его.

Отбросивши один из моих флангов на Тугелу, противник оказался бы ближе к Питермарицбургу, чем я, и я был бы вынужден поспешно отступить по железной дороге для защиты столицы. Продолжать же сопротивление там было бы невозможно, не допустивши в то же время противника занять Дурбан, через который мы ожидали подвоза припасов и наших подкреплений; поэтому мы должны бы были для защиты Дурбана отступить еще и, таким образом, уступить противнику все пространство Наталя от Ленгс-Нэка до самого моря.

Я был убежден, что буду в состоянии держаться в Ледисмите столько времени, сколько окажется нужным; я считал, что пока я оставался там, я приковывал к себе главную массу войска буров, и они не в состоянии будут высылать к югу от Тугелы значительных сил, а лишь летучие отряды, которые без труда могут быть остановлены английскими и колониальными войсками, оставшимися там и ожидавшими в скором времени усиления. По всему этому я обратил все свое внимание на приведение Ледисмита в оборонительное положение для долгой осады».

Добившись убедительной победы над британскими войсками в сражении у Ломбардс-Копа, предводители армии бюргеров тем не менее так и не сумели правильно распорядиться ее плодами. Переиграв противника в тактическом плане, нанеся ему серьезные потери, бюргеры не развивили наметившийся успех.

Временно обладая численным перевесом над англичанами, имея все шансы для окончательного разгрома противника, генерал Мейер со своими коммандос, вместо преследования разбитого врага, увлекся празднованием победы, дав возможность вражеским войскам отойти к Ледисмиту.

Как писал очевидец:

«Известие о катастрофе в тылу распространило страшную панику в остальных войсках Уайта, и они начали отступление «в порядке», то есть все, что только могло двигаться – люди, лошади, мулы, – все в страшной поспешности бросилось к Ледисмиту. Повозки обоза, перемешавшись с орудиями и вьючными животными, загородили дорогу. Солдаты бросали ружья и патроны».

Отступающие в смятении британские войска могли стать легкой добычей бюргеров, практически не имевших потерь (не более десяти человек), но они предпочли дать противнику 48-часовую передышку, оставаясь в течение двух суток в лагере.

Генерал же Уайт времени даром не терял:

«В течение 3 и 4 марта я употребил все войска на организацию обороны и укрепление разных позиций на том пространстве, которое я предполагал занять».

Воспользовавшись подарком со стороны неприятеля, англичане спешно укрепили свои позиции, проходившие по вершинам окружавших город Ледисмит гор: были подготовлены каменные брустверы высотой около полутора метров, защищавшие солдат от пуль и осколков снарядов противника, из камня же выстроены редуты, соединенные между собой траншеями. Наконец, серьезным препятствием для атакующих был рельеф местности – высокие, крутые склоны гор, естественные валы, огромные валуны, за которыми могли укрыться обороняющиеся.

Гарнизон Ледисмита к этому времени был усилен флотской бригадой с корабля Ее Величества «Powerful», прибывшей в город по железной дороге. Она состояла из 283 офицеров и матросов, двух 4,7-дюймовых орудий, четырех 12-фунтовых пушек и четырех пулеметов Максима. Командовал бригадой капитан Ламбтон.

Состав гарнизона Ледисмита:

Полевые войска Наталя (Natal field force) – командующий генерал-лейтенант Джордж Уайт.

4-я пехотная дивизия – командир полковник Пэнн-Саймонс (Penn-Symons) –20 февраля получил смертельное ранение.

7-я пехотная бригада – командир полковник Гамильтон (Hamilton) (2-й батальон Гайлендеров Гордона, 1-й батальон Манчестерского полка, 1-й батальон Девонширского полка, 2-й батальон стрелковой бригады; 21-я, 42-я, 53-я ездящие батареи; полевой госпиталь № 11, рота носильщиков, продовольственная колонна);

8-я пехотная бригада – командир генерал-майор Юл (Yule), затем полковник Гримвуд (Grimwood) (1-й батальон Королевских стрелков, 2-й батальон Королевских стрелков, 1-й батальон Лейчестерского полка, 2-й батальон Королевских Дублинских фузилеров; 13-я, 67-я, 69-я ездящие батареи; полевой госпиталь № 24, рота носильщиков, продовольственная колонна);

3-я кавалерийская бригада – генерал-майор Френч (French), затем полковник Броклурст (Broklurst) (5-й гвардейский драгунский полк, 5-й уланский полк, 18-й гусарский полк, 19-й гусарский полк; полевой госпиталь № 18, рота носильщиков, продовольственная колонна), Натальские конные волонтеры;

Батальоны, не входящие в состав бригад: 1-й батальон Ливерпульского полка; 1-й батальон Глочестерского полка, флотская бригада корабля Ее Величества «Powerful»;

Батареи, не входящие в состав бригад: 6 горных батарей; 

Подразделения обеспечения: 23-я полевая инженерная рота, 6-й полевой ветеринарный госпиталь.

Всего: до 12 тыс. солдат и офицеров при 54 орудиях.

Тем временем бюргеры блокировали город, перерезав железные дороги, ведущие в Ледисмит. В связи с тем, что разгромить британские войска в приграничных сражениях и с ходу взять Ледисмит не удалось, в том числе из-за нерешительности командиров бюргеров, соединения Натальской армии 5 марта были вынуждены перейти к осаде города. Разместив вокруг города свои тяжелые осадные орудия, в тот же день они приступили к обстрелу позиций англичан.

В этот же день состоялся военный совет Натальской армии, на котором рассматривался план дальнейших действий. С одной стороны, осада Ледисмита сковала войска армии и не позволяла продолжиь наступление в направлении Питермарицбурга и Дурбана. С другой стороны, окружение в Ледисмите основных сил британцев на Натальском операционном направлении создало благоприятные условия для безостановочного продвижения в глубь территории Наталя.

Кроме того, в отличии от Капского операционного направления, где бригады мобильной пехоты обладали одинаковой подвижностью с коммандо, пехотные бригады Натальской армии, передвигавшиеся в пешем порядке, замедляли движение войск. При этом совместные действия германских добровольцев и коммандос затруднялись разным менталитетом, тактикой действий, уровнем подготовки и дисциплины. Вместе с тем, германские пехотинцы более соответствовали требования позиционной войны и штурма города.

На основании выводов из анализа сложившейся обстановки заместитель командующего армией, командующий Германского Добровольческого Корпуса генерал-майор Лотар фон Трота предложил оптимальный вариант дальнейших действий – разделить войска армии на два корпуса: осадный корпус, для взятия Ледисмита и разгрома окруженных британских войск, и мобильный корпус – для продолжения наступления в направлении Питермарицбурга и Дурбана.

Предложения германского генерала поддержал начальник штаба армии полковник Генерального штаба Сил Обороны ЮАР Луис Бота и командир 3-й дивизии боевой генерал Кристиан Рудольф Девет. Против высказался только командир 1-й дивизии боевой генерал Даниел Эразмус (предпочитавший спокойно отсиживаться в лагере, имея возможность отступить на свою территорию, нежели двигаться в глубину территории противника). Командующий армией ассистент-генерал-коммандант Лукас Мейер, обладавший большей решительностью, принял предложение генерал-майора Лотара фон Трота.

По результатам обсуждения командующим армией генералом Мейером принято решение, которое было утверждено Главнокомандующим Сил Обороны ЮАР президентом Жубером:

1. Создать осадный корпус под командованием генерал-майора Лотара фон Трота, имеющий задачу овладеть Ледисмитом и разгромить окруженные британские войска.

Состав осадного корпуса: 1-я, 2-я, 3-я, 4-я Германские добровольческие бригады, осадный артиллерийский дивизион (сформированный из четырех крепостных батарей, имеющий 10 155-мм крепостных пушек), гаубичный артиллерийский дивизион (сформированный сверх штата в Германском Добровольческом Корпусе, вооруженный 12 120-мм полевыми гаубицами), насчитывающий 16 батальонов, 16 эскадронов, 21,7 тыс. человек, 70 орудий, 32 пулемета

2. Для продолжения наступления в направлении Питермарицбурга и Дурбана объединить в составе мобильного корпуса 3 бригады коммандо, под командованием боевого генерала (звание присвоено с назначением на должность) Луиса Бота (так как командующий армии Лукас Мейер по состоянию здоровья не мог продолжать командование).

Состав Мобильного корпуса:

1-я бригада (командир – боевой генерал Артур Вильен) в составе: 3 коммандо; 7-я конная артиллерийская батарея; 1-я горная артиллерийская батарея; 1-я пулеметная батарея (Всего: 12 маневренных коммандо, 6,4 тыс. человек, 10 орудий, 4 пулемета);

2-я бригада (командир – боевой генерал Херман Леммер) в составе: 3 коммандо; 8-я конная артиллерийская батарея; 1-я горная артиллерийская батарея; 2-я пулеметная батарея (Всего: 12 маневренных коммандо, 6,4 тыс. человек, 10 орудий, 4 пулемета);

3-я бригада (командир – боевой генерал Кристиан Рудольф Девет) в составе 8 коммандо по 2 маневренных коммандо (Всего: 16 маневренных коммандо, 8 тыс. человек).

Всего в составе Мобильного корпуса: 40 маневренных коммандо, 20,8 тыс. человек, 20 орудий, 8 пулеметов.

Трое суток ушло на поготовку бюргеров к маршу. Тем временем германские добровольцы заняли позиции, ранее занимаемые коммандос, а офицеры штаба Германского Добровольческого Корпуса провели рекогносцировку, детально нанесли на карты позиции англичан, определили наиболее удобные для атаки участки местности, разместили артиллерию на огневых позициях.

8 марта Мобильный корпус тремя колоннами выдвинулся в направлении Питермарицбурга, а Осадный корпус готовился к штурму Ледисмита.

Планом командующего Осадного корпуса предусматривалось после массированной огневой подготовки тремя колоннами атаковать позиции англичан с западного, северо-западного и северного направлений, на востоке и юге имея сильные заслоны с легкой артиллерией и пулеметами. Используя принцип «молота и наковальни» штурмовыми отрядами вытеснить обороняющихся в восточном направлении и уничтожить их огнем артиллерии и пулеметов.

Четверо суток с 9 по 12 марта из арсеналов Германского Добровольческого Корпуса в Йоханнесбурге и Белфасте по восстановленной железной дороге вагонами подвозились боеприпасы.

Генерал-майор Лотар фон Трота не отличался сентиментальностью, свойственной бюргерам, не испытывал жалости ни к окруженным англичанам, ни к жителям города, зато обладал решительностью и беспощадностью к врагу. Вместе с тем, как потомок рыцарей Тевтонского ордена, проявил истинное благородство. 12 марта он лично встретился с британским генерал-лейтенантом Джорджем Уайтом и предъявил ему ультиматум – осажденные в течение 48 часов должны сложить оружие и сдаться на милость победителя, в этом случае им будут сохранены знамена и гарантирована жизнь. В противном случае начнется штурм и гарнизон Ледисмита будет уничтожен. Кроме того, он призвал жителей Ледисмита в этот срок покинуть окруженный город.

Генерал-лейтенант Уайт, увидев перед собой генерала в превосходно сшитом германском мундире, удивленно произнес: «Не знал, что мы воюем с Германской Империей…», на что получил ответ: «Я немец и подданый Германской Короны, но я солдат Трансвааля…». Британец поблагодарил германца за предложение, но заявил, что «воинская честь не позволяет ему сложить оружие даже перед столь достойным противником…».

Двое суток тишину нарушали только отдельные перестрелки. В тоже время большинство населения покинуло город. Ночь с 14 на 15 марта англичане провели в тревожном ожидании.

Edited by Гвардии-полковник

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted (edited)

Взятие Питермарицбурга и провозглашение независимости Республики Наталь

 

26210867_m.jpg

 

После окружения основных сил Полевых войск Наталя (Natal field force) в Ледисмите, оставшиеся британские войска под командованием полковника Говарда были распределены по гарнизонам следующим образом: в Колензо – корпус Дурбанской легкой пехоты, 3 горные батареи; в Питермарицбурге – 1-й батальон Королевских Ирландских фузилеров, отряд флотских волонтеров Наталя, отряд Королевских Натальских стрелков, 1 горная батарея; в Дурбане – 1-й батальон Пограничного полка, 2 муниционные колонны; инженерные войска: 29-я крепостная саперная рота; 1-й телеграфный дивизион; воздухоплавательное отделение; санитарная часть: полевые госпиталя № 12, № 26, № 69, неподвижный госпиталь № 1, полевое медицинское депо № 3; артиллерийские парки – половина роты № 4, депо полевой артиллерии. Таким образом численность войск, способных вести боевые действия достигала 3 тыс. солдат и офицеров при 16 легких горных пушках, остальные подразделения представляли вспомогательные и обеспечивающие войска.

Для Мобильного корпуса численностью 20,8 тыс. человек при 20 орудиях и 8 пулеметах эти разрозненные отряды серьезного противника не представляли. Уже 9 марта передовой отряд 1-й бригады корпуса с ходу взял Коленсо, выбив из города батальон корпуса Дурбанской легкой пехоты. 10 марта бюргеры зняли Фрере и по двум дорогам двинулись на юго-восток. 11 марта занят Эсткорт, 12 марта – Моой-Ривер. 13 марта передовые отряды 1-й и 2-й бригад корпуса с ходу атаковали позиции Королевских Натальских стрелков в районе Каррист-Пост и после двухчасового боя заняли их. 15 марта бригады Мобильного корпуса вышли к британским позициям на подступах к Питермарицбургу в районе Хилтон, на которых перешли к обороне 1-й батальон Королевских Ирландских фузилеров и отряд флотских волонтеров Наталя. После семидневного марша бюргеры остановились на отдых и развернули три лагеря (по одному для каждой бригады).

16 марта после артиллерийской подготовки бюргеры атаковали Хилтонские высоты, обладая подавляющим численным превосходством и не принимая штыкового боя вынудили англичан отступить. К исходу дня передовые отряды бюргеров вошли в столицу колонии Наталь – Питермарицбург. Главную роль в активных действиях бургеров сыграл молодой командующий Мобильного корпуса боевой генерал Луис Бота.

24 марта 1897 года в Питермарицбурге собрался Народный Совет (Folkraad), в составе 10 депутатов, из числа местных африканеров, от всех 10 районов (Vard) Наталья. Фольксрад декларировал восстановление Республики Наталь, провозгласил ее независимость от Британской Империи и присоединение к военному союзу Южно-Африканской Республики и Оранжевого Свободного Государства, с этого времени получивший название Южно-Африканский Союз.

25 марта 1897 года президентом вновь провозглашенной Республики Наталь избран ассистент-генерал-коммандант Лукас Мейер. Первым решением президента Республики Наталь, единогласно одобренным Фольксрадом, стал указ о мобилизации африканеров для защиты свободы и независимости вновь провозглашенной республики.

Несмотря на то, что Наталь еще не полностью контролировался бюргерами, кроме того на территории республики проживало большое количество подданых Британской Короны, в столице Республики НатальПитермарицбурге трое суток продолжались праздничные мероприятия бюргеров трех союзных республик. Тем временем отошедшие британские войска отступили к Дурбану.

 

26210868_m.jpg

Герб Республики Наталь (1897 года)

 

26210943_m.jpg

Флаг Республики Наталь (1897 года)

 

31 марта 1897 года Мобильный корпус под командованием боевого генерала Луиса Бота, назначенного 25 марта командующим Натальской армией, в составе трех бригад командо (1-я Трансвальская бригада (командир – боевой генерал Артур Вильен), 2-я Трансвальская бригада (командир – боевой генерал Херман Леммер), Натальская бригада (командир – Хендрик Схоеман), сформированная из бюргеров Наталя и вооруженная трофейным оружием и имеющаяя британское обмундирование со складов, захваченных в Питермарицбурге) продолжил движение в направлении Дурбана. 3 апреля подошли к Пайнтауну и заняли высоты северо-западнее города. Разведывательные патрули вошли в город.

Тем временем Фристейтерская бригада (командир – боевой генерал Кристиан Рудольф Девет) совершала марш в напавлении Порта-Эдуард и к 6 апреля достигли Хардинга в 45 милях от Порта-Эдуарда.

Edited by Гвардии-полковник

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted (edited)

Сражение при Пайнтауне

 

26213129_m.jpg

 

Главнокомандующий британскими войсками в Южной Африке, генерал Редверс Буллер, главную опасность усматривал во вторжении бурских войск на территорию Наталя, чему способствовал переход в наступление главными силами Натальской армии сразу с началом боевых действий, в отличии от Западного Капа, где буры изначально перешли перешли границу незначительными силами (передовыми отрядами от дивизий Капской армии в составе одного коммандо), также дезинформации, превосходно проведенной южно-африканской разведкой под руководством полковника Генерального Штаба Девеля Даниила Федоровича. Еще больше генерал Буллер утвердился в своей решимости нанести контрудар бурам в Натале после провозглашения так называемым Фолксраадом Натальской Республики о своей независимости от Британской Короны.

Генерал Буллер оставил штаб-квартиру Британской южно-африканской армии в Кейптауне и 15 марта лично прибыл в Дурбан. Прибывающие соединения 1-го армейского корпуса Британской Королевской Армии были срочно направлены в порт Дурбан, где немедленно приступили к разгрузке.

К 10 апреля в распоряжении генерала Буллера имелись следующие силы: четыре пехотные бригады – 2-я (командир генерал-майор Хилдъярд), 4-я (генерал-майор Литтлетон), 5-я (генерал-майор Фицрой-Харт), 6-я (генерал-майор Бартон); пять полевых артиллерийских батарей (30 орудий), 14 орудий морской артиллерии (два 4,7-дюймовых и 12 12-фунтовых); 1-й гвардейский драгунский и 13-й гусарский кавалерийские полки; три эскадрона южноафриканской легкой кавалерии и другие части. Всего – 16,5 тысяч человек.

Британцам противостоял Мобильный корпус под командованием боевого генерала Луиса Бота, в составе трех бригад командо: 1-я Трансвальская бригада (командир – боевой генерал Артур Вильен), 2-я Трансвальская бригада (командир – боевой генерал Херман Леммер), Натальская бригада (командир – Хендрик Схоеман). Всего: 17 тыс. человек, 32 орудия, 12 пулеметов.

Центр позиции бюргеров составляло укрепление, построенное командос 1-й Трансваальской бригады на высоте к югу от железнодорожного моста у города Паинтаун. По обе стороны от него по прилегающим холмам тянулись хорошо замаскированные окопы, что не дало возможности англичанам определить, где они начинаются и заканчиваются.

Левый фланг позиции бюргеров, оборудованный командос 2-й Трансваальской бригады, упирался в высоту Вестмид, господствовавшую над первой линией окопов. Если бы англичане овладели этой высотой, то бюргеры вынуждены были бы очистить свою позицию. Позади основной позиции, на склонах горного хребта, был отрыт второй ряд окопов, занимаемый бюргерами Натальской бригады, и расположена часть артиллерии.

Река Мхлафузана, протекавшая перед позициями бюргеров, не представляла серьезной преграды для английских войск, поскольку на бродах вода была ненамного выше колена. Восточнее города Паинтаун имелось два моста: один, прочный железный, на грунтовой дороге, а второй, железнодорожный, был полностью разрушен еще до сражения.

Британские войска перед сражением расположились бивуаком на открытой местности севернее города Паинтаун в 10 милях от позиции противника, что позволяло бюргерам наблюдать за всеми передвижениями противника. Основной ударной силой были четыре пехотные бригады и два кавалерийских полка (драгунский и гусарский), действия которых поддерживали 44 артиллерийских орудия.

13 и 14 апреля генерал Буллер провел довольно странную рекогносцировку позиций бюргеров, обстреляв их тяжелыми морскими орудиями. Ни пехота, ни кавалерия участия в ней не приняли. Бюргеры на огонь противника не ответили, поэтому порядок занятия ими позиций остался для англичан загадкой.

Не располагая достоверными сведениями о противнике, генерал Буллер тем не менее в 6.00 15 апреля начал фронтальную атаку позиций бюргеров, распределив свои войска и артиллерию равномерно по всему фронту. Восемь морских орудий открыли огонь и четыре колонны британских войск двинулись вперед.

На левом фланге выдвигалась 5-я (Ирландская) пехотная бригада генерал-майора Фицрой-Харта, причем у него не было охранения, а войска даже не удосужились перестроиться в боевой порядок, чем тут же не преминули воспользоваться бюргеры. Как только голова колонны подошла к реке Мхлафузана, по ней был немедленно открыт интенсивный артиллерийский и ружейный огонь. Первый же снаряд тяжелого осадного орудия разорвался в середине строя, нанеся англичанам серьезные потери, которые продолжали увеличиваться с каждой минутой боя. Среди англичан началась паника, батальоны перемешались на поле боя, а солдаты бросились искать укрытие в складках местности. В течение нескольких часов бригада оставалась на месте, продолжая подвергаться обстрелу бюргеров. После десяти часов утра, наконец, поступил приказ отступать, однако передовые части его не получили и продолжали оставаться на месте. Организованно отошли лишь задние части. Пассивное поведение англичан на левом фланге атаки позволило бюргерам сосредоточить свои основные силы в центре, оставив здесь небольшие отряды.

2-я пехотная бригада генерал-майора Хилдъярда наступала в центре, слева от полотна железной дороги, с правого фланга выдвигались батальоны 6-й (фузилерной) бригады генерал-майора Бартона. Около семи часов утра по ним был открыт массированный огонь, в результате чего пехота встала. Попытка поддержать атаку артиллерийским огнем выдвинувшихся вперед батарей полковника Лонга успеха не имела. Наоборот, артиллеристы понесли большие потери от ружейного огня бюргеров и бежали с поля боя, бросив десять орудий и все зарядные ящики, которые стали трофеем армии бюргеров. После этого британская пехота начала отступление на прежние позиции. 13-й гусарский полк, охранявший правый фланг пехотных бригад, никакого участия в сражении не принял, пассивно наблюдая за кровавыми событиями на поле боя.

На правом фланге британских войск действовал отряд лорда Дандональда, имевший целью занятие высоту Вестмид. Не имея достоверных сведений о противнике, генерал Буллер для атаки важнейшего участка позиции бюргеров выделил лишь небольшой кавалерийский отряд с одной артиллерийской батареей. Как только англичане приблизились к высоте, их встретил сильный огонь бюргеров. Лорд Дандональд запретил открывать ответный огонь, дабы не дать себя обнаружить, поэтому отряд спешился и залег. Пролежав несколько часов, англичане по приказу командования отошли назад, не сделав ни одного выстрела по противнику. Так бесславно закончилось это странное наступление британских войск.

И хотя атаковали англичане, а бюргеры в течение всего сражения ни разу не перешли в наступление, в плен, как ни странно, попало около 700 английских солдат и офицеров. Было убито 12 офицеров и 275 нижних чинов. Сражение британскими войсками было проиграно.

Осознав, что наступательные возможности англичан исчерпаны и наступил перелом в сражении командующий Мобильным корпусом боевой генерал Луис Бота отдал приказ Натальской бригаде совершить маневр в направлении Толгейт, Марианхилл и атаковать противника с тыла. Натальские бюргеры, занимавшие вторую позицию и не участвовавшие в сражении, испытывая давнюю неприязнь к британцам и стремившиеся поквитаться за все нанесенные обиды, с воодушевлением восприняли поставленную задачу.

В 16.00 колонна натальских коммандос подошла к Марианхиллу, обойдя 5-ю (Ирландскую) пехотную бригаду, зашла в тыл 2-й пехотной бригаде.

Англичане приняли бюргеров, одетых в британскую форму, за подходящее подкрепление южноафриканской легкой кавалерии. По залегшим шерегам прокатился радостный гул, но после того, как в тылу сначала раздались одиночные выстрелы, а затем расположенные за боевыми порядками пехотных батальонов батареи открыли огонь по «своим», в рядах англичан возникла паника. Батальоны 2-й пехотной бригады начали беспорядочный отход, попытались прорваться через позиции, занятые натальскими бюргерами, но понесли огромные потери от их меткого огня. С фронта перешли в атаку командос 1-й Трансваальской бригады.

5-я (Ирландская) пехотная бригада, оказавшаяся в окружении благодаря отходу 2-й пехотной бригады, сдалась практически в полном составе. Отойти удалось только батальонам и приданной артиллерии 6-й (фузилерной) бригады, 13-му гусарскому полку, а также 1-му гвардейскому драгунскому полку, не принявшему бой, всего не более 4,5 тыс. человек. Резерв британского командующего (4-я лёгкая пехотная бригада) который мог восстановить положение, не получил приказа на участие в сражении и с появлением бегущих фузилеров начал отход.

Англичане оставили на поле боя все 14 орудий морской артиллерии, 24 из 30 орудий полевой артиллерии и весь обоз. Из 16,5 тыс. солдат и офицеров 6 тыс. попало в плен, более 500 человек убиты и до 1 тыс. пропали без вести (в том числе натальские волонтеры, разошедшиеся по домам и ирландцы, перешедшие на сторону бюргеров и не значившиеся в списках военнопленных). При этом бюргеры потеряли 112 человек убитыми и 215 раненными.

Однако победители не сумели (или не захотели) развить свой успех, и даже не попытались преследовать отступавшие войска генерала Буллера, дав им возможность отойти к Дурбану. В результате англичане сумели избежать полного разгрома и смогли оставшимися войсками организовать оборону города.

Поражение британских войск явилось следствием их пассивных действий, отсутствия разведки, в результате чего командование во главе с генералом Буллером практически не имело никаких достоверных сведений о противнике и атаковало, по сути дела, вслепую, не проявив к тому же должного упорства в достижении поставленной цели.

Попав в зону огня бюргеров, английские батальоны встали, не предпринимая никаких активных действий и представляя собой прекрасную мишень для стрелков противника. Резервные части на протяжении всего сражения бездействовали, не поддержав действия атакующих подразделений и пассивно наблюдая за происходящим на поле боя. Боевой дух английских войск тоже оказался не на высоте.

Попытка англичан атаковать позиции бюргеров, маршируя, согласно уставам, в ротных колоннах по полю боя, обернулась для них серьезными потерями. Использование уставного сомкнутого строя приносило одни неприятности. Британские солдаты, годами обучавшиеся лишь ведению залпового огня, оказались не в состоянии вести прицельный огонь по противнику. Бюргеры же, напротив, вели только прицельный огонь, нанося значительный урон неприятелю.

В сражении у Пайнтауна бюргеры не только нанесли серьезное поражение противнику, но и увеличили свой артиллерийский парк за счет трофейных орудий, брошенных англичанами на поле боя в полной исправности.

В своем донесении военному министру генерал Буллер всячески пытался оправдать свои действия, приведшие к поражению в бою у Пайнтауна, изложив собственную версию произошедшего:

«Мост у Пайнтауна находится в центре полукруга, образуемого холмами, возвышающимися над мостом приблизительно на 1400 футов и отстоящими от него на расстоянии около четырех с половиной миль. Вблизи моста находятся четыре небольшие высоты, расположенные в виде ромба с крутыми склонами, командующие друг над другом, по мере удаления их от реки. Эти высоты были основательно укреплены по всем гребням хорошо сложенными, крепкими каменными стенами; местами эти стены были расположены в три линии. Одна из этих высот известна под названием форт Вилье.

Эту позицию атаковать было опасно, но я думал, что если мне удастся дойти до форта Вилье, то остальные высоты окажутся прикрытыми друг другом и что огонь нашей артиллерии и недостаток воды заставят буров очистить их.

13-го и 14-го мы производили самую усиленную бомбардировку всех тех укреплений противника, которые были видны; но хотя мы и хорошо пристрелялись и некоторые укрепления были повреждены нами, нам не удалось обнаружить всю позицию буров и заставить очистить ее. Моя цель была попробовать пройти по Брайдль-Дрифтскому броду. Если бы нам это удалось, то войска спустились бы по реке и поддержали бы переход по мосту; если бы нам это не удалось, то части, направленные на этот пункт, должны были сдерживать противника со стороны запада и прикрывали бы, таким образом, главную атаку на мост.

Генерал Гарт двинулся, чтобы атаковать Брайдль-Дрифт, но не мог найти брода. После я узнал, что ниже на реке была устроена запруда и что вследствие этого уровень воды поднялся. Я следил за движением генерала и увидел, что он втягивается в излучину реки, где должен был подставить себя под сильный анфиладный огонь, а потому послал ему приказание отступить. Между тем он уже сильно ввязался в дело и для того, чтобы вывести его, я должен был послать ему два батальона бригады Литтлетона и одну группу ездящей артиллерии полковника Перзона.

Эти части выполнили свою задачу и потом, согласно полученному приказанию, приняли вправо для того, чтобы поддержать главную атаку. В то же время генерал Хилдъярд наступал к мосту; я поехал также в этом направлении, чтобы управлять боем, и чтобы посмотреть, что делается в группе артиллерии полковника Лонга, также сильно ввязавшейся в дело. В эту минуту я получил донесение, что под ружейным неприятельским огнем орудия этих батарей были брошены.

Я думал, что та же участь постигла и шесть морских орудий, и тотчас же решил, что без артиллерии будет невозможно форсировать переправу…

Вследствие всего происшедшего, я приказал вернуться в лагерь, что и было исполнено в большом порядке. Неприятель совсем не преследовал, а на его орудийный огонь, не приносивший нам почти никакого вреда, отвечали наши морские орудия…

Мы были в деле восемь часов против неприятеля, занимавшего тщательно выбранные и укрепленные позиции (до такой степени, что нашей пехоте было почти невозможно увидать противника), занятые силами, приблизительно равными нашим.

Если бы мы подошли к неприятельским окопам и если бы в моем распоряжении была вся та артиллерия, на которую я рассчитывал, то полагаю, что атака бы удалась. Но без поддержки орудийным огнем я считаю, что попытка к этому была бы только бесполезною жертвою жизнями храбрых».

В общем, пушек было мало, а позиции противника неприступны, потому англичанам пришлось отойти. Естественно, генерал Буллер не удержался отрапортовать в Лондон о «громадных потерях противника», стараясь своим неоправданным оптимизмом сгладить негативную реакцию на большие потери британской армии:

«Я не мог определить размеры потерь противника. Ему удалось оставаться все время отлично укрытым, но судя по силе его огня, траншеи должны были быть переполнены людьми, наш же артиллерийский огонь, не прекращавшийся в течение всего дня, был очень меток. Из многих противоречивых донесений, полученных мною об этом, я склонен больше верить тем из них (наиболее многочисленных), которые указывают, что потери противника превосходят самые смелые предположения».

Английский генерал радовал британскую общественность рассказами о беспримерном героизме солдат и офицеров армии Ее Величества:

«Прислуга (артиллерийских орудий) действовала при орудиях с геройским мужеством, но исход дела был несомненен и все нижние чины были постепенно перебиты… 2-го батальона Девонширского полка полковник Бюллок действовал очень мужественно; приказание отступать не дошло до него, и он до ночи защищался со своим отрядом и ранеными обеих батарей, нанося противнику значительный урон; он сдался тогда лишь, когда был окружен со всех сторон и буры стали угрожать расстрелом раненых… Я не могу достаточно нахвалиться волонтерною конною пехотою».

Современники отмечали:

«После поражения у Пайнтауна английские войска, отступившие к Дурбану, упали духом, и даже сам генерал Буллер поддался этому настроению. Он считал отчаянным положение гарнизона...».

Но, несмотря на пораженческие настроения в английских войсках, Дурбан сдан не был, но генералу Буллеру его слабость стоила должности.

Весть о поражении британских войск у Пайнтауна, и катастрофа в Ледисмите 15 апреля 1897 года имели большой резонанс в Великобритании. Трагические события середины апреля 1897 года на юге Африки получили в Великобритании печальное название «Черная неделя» и потребовали от военно-политического руководства незамедлительной реакции, пока ситуация еще находилась под контролем.

Edited by Гвардии-полковник

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted (edited)

Взятие Дурбана

 

Остатки английских войск в Натале заняли позиции на склонах холмов на подступах к городу, при этом британский командующих генерал Буллер перевел свою штаб-квартиру на крейсер Ее Величества «Powerful». Бюргеры под командованием Луиса Боты заняли позиции на ближайших холмах от реки Умгени до Кларвуда. На огневых позициях развернулись 10 батарей полевой артиллерии (60 орудий: 12 75-мм и 48 трофейных 76-мм полевых пушек) и дивизион осадной артиллерии (10 155-мм крепостных пушек и 2 трофейных 120-мм (4,7-дюймовых) морских пушки) и на следующий день приступили к бомбардировке города.

25 апреля на станции Уэствилл началась разгрузка воинских поездов с воинскими частями Германского Добровольческого Корпуса, восстановившего боеспособность и переформированного после взятия Ледисмита. Четыре Германские добровольческие бригады сведены в 1-ю и 2-ю Германские добровольческие дивизии. Каждая дивизия включала две пехотные бригады по четыре батальона (4 тыс. чел), кавалерийскую бригаду из двух полков (1 тыс. чел), артиллерийскую бригаду из трех дивизионов (2 по 18 75-мм полевых пушек и 1 по 12 120-мм полевых гаубиц, 1 тыс. чел.)

Генерал Буллер на крейсер Ее Величества «Powerful» убыл в Кейптаун (Капстад), оставив командовать гарнизоном командира 4-й легкой пехотной бригады генерал-майора Литтлетона.

Флот Ее Величества не смог оказать поддержки осажденному гарнизону так как все морские силы были привлечены к сопровождению конвоев с войсками и грузами для Южной Африки, либо вошли в состав Средиземноморской эскадры в связи с начавшейся войной с Турцией.

Британские войска ежедневно несли потери от огня артиллерии союзников. Гарнизон таял на глазах, а подкрепления шли только в Капскую колонию, на территории которой новый главнокомандующий фельдмаршал лорд Робертс решил сосредоточить основные усилия.

Осознавая безнадежность положения генерал-майор Литтлетон по телеграфу запросил у командования эвакуации гарнизона, но отстраненный от командования генерал Буллер не стал брать на себя ответственность еще и за сдачу Дурбана, а новый командующий – фельдмаршал лорд Робертс еще не прибыл на театр военных действий (прибыл в Кейптаун 10 мая 1897 года). Таким образом отдать приказ было просто некому.

Стремясь избежать судьбы Ледисмита, генерал-майор Литтлетон принял решение сам и 8 мая через парламентеров запросил у командующего Натальской армии ассистент-генерал-комманданта (звание присвоено после победы при Пайнтауне) Луиса Боты капитуляции гарнизона.

При этом еще 10 апреля Фристейтерская бригада под командованием боевого генерала Кристиана Рудольфа Девета без боя заняла Порт-Эдуард и приступила к оборудованию позиций для противодесантной обороны.

9 мая 1897 года британские войска сложили оружие, бюргеры и германские добровольцы с развернутыми знаменами вступили в павший Дурбан. Всего союзником сдались 4,5 тыс. солдат и офицеров, кроме того в госпиталях дурбана находилось еще более 1 тыс. раненых англичан. В качестве трофеев союзникам досталось 10 120-мм (4,7-дюймовых) морских, 12 76-мм (12-пудовых) полевых и 16 63,5-мм (2,5-дюймовых) легких горных пушек, а также огромное количество запасов провианта и военно-технического имущества (включая воздушные шары).

Весенняя кампания закончилась полной победой Натальской армии.

Edited by Гвардии-полковник

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted (edited)

Боевые действия в Капской колонии

 

На территории Капской колонии к началу военных действий располагались пять пехотных батальонов (1-й батальон Нортумберлендского фузилерного полка, 1-й батальон Королевского Мюнстерского фузилерного полка, 1-й батальон Королевского Ланкаширского полка, 1-й батальон Королевского Ланкаширского полка, 2-й батальон Королевского Беркширского полка, 2-й батальон Йоркширской лёгкой пехоты); 9-й уланский полк; 18-я, 62-я, 75-я ездящие батареи и две крепостные артиллерийские роты. В дальнейшем они были значительно усилены переброшенными из Англии и Индии войсками. Начальником войск в Капской колонии состоял генерал Форестер Уокер (Forestier-Walker).

На Капстадском операционном направлении союзники развернули Капскую армию (командующий армией – генерал-коммандант Пит Арнольд Кронье, начальник штаба армии – генерал-майор Константин Петрович Фан-дер-Флит) с задачей: наступать на направлении главного удара Колберсг, Кромрифир, Лангсбур, Капстад; разгромить группировку британских войск в Капской колонии и овладеть ее территроией; не допустить высадку британских войск, прибывающих из метрополии и британских колоний.

Соединения армии должны были наступать на трех направлениях:

1-я дивизия (командир дивизии – боевой генерал Якобус Геркулаас де ла Рей) в составе: 1-я и 2-я пехотные бригады; 3 коммандо; 1-й и 2-й конные стрелковые полки; 1-я, 2-я, 3-я конные артиллерийские батареи; 1-я скорострельная артиллерийская батарея; 1-я, 2-я, 3-я легкие пулеметные батареи (Всего: 8 батальонов, 8 эскадронов, 12 маневренных коммандо, 16,5 тыс. человек, 24 орудия, 24 пулемета) с задачей: разгромить гарнизон в Де-Аре; наступать в направлении Де-Ар, Западная Виктория, Кромрифир; разгромить британские гарнизоны и резервы на своем направлении; в дальнейшем – быть в готовности наступать в направлении Кромрифир, Лангсбур, Капстад и овладеть Капстадом.

2-я дивизия (командир дивизии – боевой генерал Алекс Гроблер) в составе: 3-я и 4-я пехотные бригады; 3 коммандо; 3-й и 4-й конные стрелковые полки; 4-я, 5-я, 6-я конные артиллерийские батареи; 2-я скорострельная артиллерийская батарея; 4-я, 5-я, 6-я легкие пулеметные батареи (Всего: 8 батальонов, 8 эскадронов, 12 маневренных коммандо, 16,5 тыс. человек, 24 орудия, 24 пулемета) с задачей: разгромить гарнизон в Колберсге; наступать в направлении Колберсг, Мидделбург и овладеть Мидделбургом; разгромить британские гарнизоны и резервы на своем направлении; наступать в направлениях на Порт-Элизабет, Порт-Альфред; в дальнейшем – быть в готовности не допустить высадку британских войск, прибывающих из метрополии и британских колоний.

3-я дивизия (командир дивизии – боевой генерал Схалк Бургер) в составе: Голландская добровольческая бригада, Русско-голландско-немецкая добровольческая бригада, 3 коммандо; 3-я скорострельная артиллерийская батарея, 3-я пулеметная батарея (Всего: 8 батальонов, 8 эскадронов, 12 маневренных коммандо, 16,3 тыс. человек, 30 орудий, 16 пулеметов) с задачей: разгромить гарнизон в Аливал-Норт; наступать в направлении Аливал-Норт, Куинстаун, Сттерхайм; разгромить британские гарнизоны и резервы на своем направлении; наступать в направлениях на Ус-Лонден, Порт-Сент-Джонс; в дальнейшем – быть в готовности не допустить высадку британских войск, прибывающих из метрополии и британских колоний.

В резерве командующего Капской армией состояли гаубичный артиллерийский дивизион (12 орудий, 800 чел.) и 1 коммандо (2 тыс. чел.).

Всего в составе Капской армии после мобилизации насчитывалось: 24 батальона, 24 эскадрона, 40 маневренных коммандо, 52,1 тыс. человек, 90 орудий, 64 пулемета.

При этом после объявления 25 января 1897 года мобилизации в Южно-Африканской Республики на границе с Капской колонией разместились только передовые отряды дивизий (по три коммандо). Многочисленные английские беженцы, пересекающие границу, наблюдали (и затем сообщали британским войскам), только небольшие лагеря бургеров, ведущих размеренную фронтовую жизнь. Передовые отряды прикрыли развертывание главных сил Капской армии, которое началось после объявления войны непосредственно перед переходом в наступление с 9 по 23 февраля (прибытие воинских поездов происходило как правило в ночное время), и осталось практически незамеченным британской разведкой.

Кроме того, на севере Капской колонии на двух отдельных направлениях развернулись:

Кимберлийский корпус Оранжевого Свободного Государства (командующий корпусом – президент Оранжевой Республики, боевой генерал Мартинус Тёнис Штейн, начальник штаба корпуса – полковник Джеймс Барри Мунник Герцог) в составе: Фристейская пехотная бригада, 6 коммандо (по 2 маневренных коммандо), артиллерийская батарея (Всего в составе корпуса: 4 батальона, 12 маневренных коммандо, 10,2 тыс. человек, 3 орудия, 4 пулемета.) с задачей: действиями маневренных коммандо разгромить британские гарнизоны на западной границе Оранжевого Свободного Государства от Уоррентона до Хоптауна; овладеть Кимберли. После выполнения задачи корпус должен был войти в резерв Главнокомандующего Сил Обороны ЮАР.

Западный отряд (командующий отрядом – боевой генерал Хендрик Сниман, начальник штаба полковник Жорж де Вильбуа-Марейль) в составе: 1-й, 2-й, 3-й батальоны Иностранного Легиона, 4 территориальных коммандо, 9-я конная артиллерийская батарея; 3-я пулеметная батарея (Всего: 5 тыс. чел., 6 орудий, 7 пулеметов) с задачей: овладеть Мафекингом; действиями коммандо разгромить британские гарнизоны на западной границе ЮАР от Мафекинга до Уоррентона; в дальнейшем – прикрыть западную границу ЮАР от Мафекинга до Уоррентона.

С утра 12 февраля 1897 года, как и ожидалось британским командованием, границу с Капской колонией пересекли бригады коммандо, которые без боя заняли Хоптаун, Орендж-Ривер, Норвалс-Понт и Аливал-Норт. На следующий день коммандос заняли оставленный англичанами без боя Колсберг. Не встречая сопротивления передовые отряды продолжили продвижение в юго-западном направлении. 15 февраля 1897 года начали наступление главные силы Капской армии.

20 февраля передовой отряд 2-я дивизии Каской Армии достиг Ноупурта, а 25 февраля главные силы дивизии овладели Мидделбургом. 22 февраля 1-я дивизия Каской Армии заняла Бритаун, через два дня 24 февраля – железнодорожный узел Де-Ар. 3-я дивизия 24 февраля заняла Джеймстауном, 26 февраля овладела узлом дорог у Стромберга.

Edited by Гвардии-полковник

Share this post


Link to post
Share on other sites

Create an account or sign in to comment

You need to be a member in order to leave a comment

Create an account

Sign up for a new account in our community. It's easy!


Register a new account

Sign in

Already have an account? Sign in here.


Sign In Now