Sign in to follow this  
Followers 0

Флот в межвоенный период, часть I

3011 posts in this topic

Posted

Линейные корабли типа «Цусима»

В конце 1905 года МГШ провел еще один опрос среди офицеров, адмиралов, судостроителей об их видении направлений совершенствования боевых кораблей. Мнения опрашиваемых по многим вопросам были достаточно противоречивы, что говорило о необходимости качественно нового подхода к разработке заданий на проектирование. Пришло осознание того, что всякий корабль по сути своей является компромиссом, в котором одни тактические элементы жертвуются в пользу других. Все эти элементы можно объединить в две группы: непосредственно обуславливающие активную боевую деятельность корабля и влияющие на боевое функционирование опосредованно, поэтому разработке технического задания на проектирование должна предшествовать разработка тактических требований к кораблю, опирающаяся, в свою очередь, на научно обоснованные приоритеты тактических элементов.

Единодушно все участники опроса признали наиважнейшими тактическими элементами вооружение, бронирование, скорость, дальность плавания. Водоизмещение же, мощность машин, запасы топлива, по их мнению, определялись лишь возможностями техники обеспечить функционирование корабля как боевой системы («кораблю в бою придется иметь дело с пушками и скоростью противника, а не с числом тонн его водоизмещения или числом лошадиных сил»).

Немаловажное значение придавали и способности корабля сохранять остойчивость при любых повреждениях и разрушениях вне зависимости от остатка запаса плавучести («корабль должен тонуть не опрокидываясь»).

В целом были сделаны следующие выводы, основной тенденцией совершенствования броненосных кораблей должно стать следующее.

- переход к системе двух калибров: главного, от 280мм и выше, и противоминного, от 75мм до 120мм.

- увеличение числа орудий главного калибра и секторов ведения ими огня; сектора обстрела максимально возможного числа орудий противоминной артиллерии доводятся до погонного и ретирадного направления.

- совершенствование артиллерийских боеприпасов.

- броней прикрывается максимально возможная площадь надводного борта, но не в ущерб толщине, дабы по возможности исключить проникновение бронебойных снарядов к машинам, котлам и погребам, усиливается бронирование палуб и внутренних конструкций.

- вопросы повышения живучести и остойчивости решаются, в числе прочего, путем введения непроницаемых бортовых переборок с обеспечением сифонизации воды из поврежденного отсека в отсек противоположного борта.

- необходим отказ от таранного формообразования форштевня.

- главными корабельными двигателями должны стать паровые турбины, в качестве вспомогательных двигателей начинают использоваться дизели.

- перспективой совершенствования котлов является путь повышения паропроизводительности и рабочего давления с переходом на жидкое топливо.

Все перечисленное позволило создать броненосные корабли с качественно новым уровнем боевых возможностей, первым из которых и стал английский «Dreadnought». Два корабля типа «Андрей Первозванный» заложенные в тот момент когда «Дредноут» уже сошел на воду, определенно не дотягивали до Англичанина по скорости, что стало ясно после его выхода на испытания в октяб ре 1906 года, но тем не менее уступаю в скорости не намного проигрывали в вооружении, имея в бортовом залпе 8 12" орудий.

В этот же период МГШ сформулировал требования к будущим линейным кораблям. Назначением им становилось «передвижение на театре военных действий в составе эскадры и бой в линии баталии на различных дистанциях». При этом линейные корабли должны были иметь «наибольшее развитие всех наступательных и оборонительных средств». В число тактических характеристик включались требования об уменьшении площади поражаемой поверхности силуэта, в том числе высоты надводного борта (однако не в ущерб мореходности); расположении орудий, как главного, так и противоминного калибров, обеспечивающем каждому из калибров круговые сектора ведения огня при максимально возможной живучести артиллерийских установок. Для главного калибра должны использоваться восемь-десять 305-мм орудий с длиной ствола 50 или более калибров, для противоминного — не менее четырнадцати 105мм либо 120мм орудий, что предполагало отражение атаки до дивизиона миноносцев.

Кроме того специалисты МГШ именно тогда сформулировали новый принцип строительства флота: «Строить важно не отдельными кораблями, но сразу целый тактический организм — эскадру» (4 броненосца, 4 легких крейсеров, 20 эскадренных миноносцев). "На Балтийском море нам необходимо и достаточно построить теперь одну такую эскадру, и это надо будет выполнить в кратчайший срок — в 4 года." - полагал в своем докладе морскому министру Начальник МГШ.

В апреле 1906 года после закладки 2-х броненосцев типа «Андрей Первозванный» морской министр адмирал Лихачев сформировал под своим председательством внутриведомственную комиссию – «Особое совещание», в которое вошли представители МТК, МГШ, Балтийского завода и нового адмиралтейства.

К концу следующего месяца совещание определилось с общими тактическими требованиями к будущему броненосному (с 1907 года — линейному) кораблю. Водоизмещение его предполагалось равным 21 тыс. тонн, скорость хода — не менее 21-22 узлов. В отношении артиллерийского вооружения было принято решение, что оно должно было состоять из не менее 8 проектируемых 305мм орудий длинной ствола не менее 50 калибров, то есть по сути дела, повторяя тип «Андрея Первозванного». Противоминное из 16-20 105мм орудий. Толщина броневого пояса по ватерлинии должна была изменяться от 127мм в оконечностях до 254мм в средней части.

На основании тактических требований, сформулированных Особым совещанием, МТК разработал девять предэскизных вариантов, фактически сводившихся к двум: первый — со скоростью хода 22 уз и вооружением из восьми 305мм орудий; второй — с десятью орудиями и скоростью хода 21 уз.

Для выбора лучшего варианта Особое совещание вынуждено было создать специальную комиссию под председательством генерал-лейтенанта С.К.Ратника. Комиссия, отдала предпочтение варианту в общих чертах повторяющему проект "Андрея Первозванного" и составила «Основные положения, которые должны приниматься к руководству для составления окончательного проекта». По своей сути этот документ и стал первым тактико-техническим заданием на проектирование линейного корабля нового типа. Башни главного калибра были рассредоточены по оконечностям и имели линейно-ступенчатое расположение.

По упомянутому техническому заданию было разработано несколько эскизных проектов незначительно друг от друга отличающихся. Наибольший интерес представлял собой эскизный проект с вариантами казематного и башенного размещения противоминной артиллерии разработанные под руководством главного корабельного инженера Санкт-Петербургского порта Д.В.Скворцова на находящемся на Галерном островке предприятии «Новое судостроение», объединенном вскоре с «Новым Адмиралтейством» в Адмиралтейский завод. Отличия проектов сводились лишь к незначительной разнице в толщине брони башен и надводного борта. Вопрос о финансировании создания для Балтийского флота линейных кораблей по одному из проектов «Нового судостроения» неоднократно рассматривался в течении 1906 года. В итоге к осени Морским Генеральным штабом, после согласования морским министром с государственным контроллером и министром финансов была подготовлена программа «Нового судостроения» на ближайший период, впоследствии получившей название «Малой судостроительной программы». 26-го октября, программа была поставлена на обсуждение совета государственной обороны. В заседании имели место крупные разногласия. В частности, по поводу того, какой России нужен флот, сухопутные члены совещания указывали, что он должен быть преимущественно минный, морские же доказывали целесообразность линейного. Со стороны морского ведомства присутствовали морской министр адмирал Лихачев, начальник МГШ контр-адмирал Брусилов, командующий Балтийским флотом вице-адмирал Е.И.В. великий князь Александр Михайлович, командующий Тихоокеанского флота вице-адмирал Чухнин, командующий Черноморского флота вице-адмирал Иессен. Доклад по Программе производил НМГШ, который заявил, что главной целью программы нового судостроения является прежде всего создание в кратчайший срок на Балтике боеспособной бригады новейших линейных кораблей, обеспечиваемых должным количеством крейсерско-миноносных сил. При этом необходимый состав эскадры подкреплялся расчетами МГШ. Кроме этого согласно планируемой программе полагалось усилить минные силы на Тихоокеанском и Черноморском флотах.

Следует также отметить, что именно в это время для обеспечения бесперебойного выполнения будущих программ судостроения, в течении 1906 года комиссией Морского ведомства, куда вошли представители МГШ, МТК и ГМШ был исследовано состояние наиболее важных для осуществления программы заводов. По результатам работы комиссии были внесены морским министром в совет государственной обороны предложения о проведении прямых инвестиций Адмиралтейскому судостроительному заводу, Обуховскому и Ижорскому Сталелитейным заводам. Общая сумма предполагаемых инвестиций должна была составить 9 миллионов 300 тысяч рублей. Инвестиции разделялись следующим образом. В Адмиралтейский завод предполагалось вложить 1 миллион 750 тысяч рублей. В Ижорский завод предполагалось инвестировать 5 миллионов 538 тысяч рублей (большую часть суммы предполагалось истратить на реорганизацию броневого производства). В Обуховский инвестировалось 2 миллиона 22 тысячи рублей(прежде всего на реорганизацию производства тяжелых орудий). Совместным решением Минфина и морведа указанные финансовые средства выделялись ежегодно соответственно в 1907, 1908, 1909 годах.

После доклада председателя СГО великого князя Николая Николаевича регенту, последний положил резолюцию: «Программу военного судостроения утвердить. Михаил», о чем морской министр был уведомлен 24 декабря 1906 года, после чего немедленно передал распоряжение руководству Балтийского завода и Нового адмиралтейства о подготовке свободных стапелей к закладке.

Для ускорения проектирования и упрощения ввода в строй линейных кораблей, морской министр приказал строить 4 новых дредноута в общем по образцу строящихся 2 кораблей типа «Андрей Первозванный». Существенными отличиями новых кораблей должны были стать. Использование турбин и высокопроизводительных тонкотрубных котлов в качестве силовой установки. Новые 305мм орудия, заказ на изготовление опытного образца которых получил ОСЗ летом 1906 года, с длинной ствола 50 калибров, в четырех двухорудийных башнях. Стоимость постройки четырех кораблей для Балтийского флота должна была составить не более 90 миллионов рублей. Калибр противоминной артиллерии вначале предполагался увеличить до 120мм, но затем окончательно остановились в 105мм, как обеспечивающий большую скорострельность с достаточной, при применении против миноносцев, разрушительной силой.

Кроме того исходя из существующих глубин фарватеров и рейдов, а также перспектив увеличения глубины Суэцкого канала, была определена и осадка корабля: 8,4 м при нормальном водоизмещении и 8,8—9,2 м — при полном.

На основании этих требований МТК к середине января 1907 года определился с основными тактико-техническими элементами и представил их на утверждение морскому министру, который их утвердил, но потребовал иметь дальность стрельбы главного калибра не менее 100кб.

Стоит отметить что в течении осени-зимы 1906 года в Опытовом бассейне, возглавляемом в тот период А.Н.Крыловым, провели испытание моделей и отобрали ту, обводы которой гарантировали достижение линкором, при полном водоизмещении 22 000 тонн скорости хода 21,75 уз.

Проектирование линейного корабля было поручено техническому бюро Балтийского завода при участии специалистов Нового Адмиралтейства и Санкт-Петербургского порта под руководством И.Г.Бубнова. К марту был разработан эскизный проект в нескольких вариантах, которые различались между собой размещением котлов и турбин, а так же расположением башни ГК №3, так в одном варианте башни группировались по оконечностям, в другом между башнями №3 и №4 размещалось машинное отделение. Были приняты к рассмотрению только варианты с эшелонированным расположением механизмов.

Ввиду того что руководство морского ведомства было крайне заинтересовано в ускорении закладки кораблей, так как близился к окончанию стапельный период строившихся "Андрея Первозванного" и "Князя Владимир" эскизный проект был рассмотрен 14 марта 1907 года на коллегии морского ведомства, в которой приняли участие руководители морского ведомства, в том числе и морской министр адмирал Иван Лихачев и командующий Балтийского флота вице-адмирал Великий князь Александр Михайлович. Был утвержден вариант №2. Распоряжением морского министра было предписано в кратчайший срок предоставить на рассмотрение технический проект. В проектировании приняли активное участие специалисты фирмы «Блом унд Фосс», привлеченной в качестве консультанта.

Следующие полгода на Балтийском заводе шла разработка технического проекта. Предложение МГШ об установке 120мм орудий противоминной артиллерии было отклонено морским министром, который посчитал что 105мм орудий будет вполне достаточно для отражения атак даже перспективных 1000 тонных миноносцев.

Немного сложнее дело оказалось с артиллерией главного калибра. К середине 1907 года Обуховский завод начал испытания нового 305мм орудия длиной 52 калибра, параллельно шло создание башенных установок на Металлическом заводе. В качестве основного снаряда был принят 12” весом 446 кг, удлиненный до 50”.

Проект корабельной энергетической установки разрабатывался при содействии германской фирмы «Блом унд Фосс». Отпал вопрос об использовании при экономическом ходе дизельных моторов в качестве приводов гребных винтов: в условиях волнения 200-мм прогиб корпуса не давал возможность конструктивно обеспечить соединение валов дизелей и турбин разобщительными муфтами.

К 14 августа 1907 года в техническом бюро Балтийского завода И.Г. Бубнов со своим коллективом под наблюдением А.Н.Крылова разработал технический проект, который был утвержден, после рассмотрения в МТК, морским министром 19 августа 1907 года. После чего 22 августа Лихачев доложил Регенту о готовности проекта новейшего линейного корабля и ведущих предприятий к закладке. Кроме того морской министр предложил регенту варианты названия кораблей. Согласно разработанной в МГШ системы названий боевых кораблей линейные корабли следовало именовать в честь венценосных особ, побед русского оружия и знаменитых русских полководцев. Регент Е.И.В. Великий князь Михаил Александрович утвердил решение морского министра о закладке 4 линейных кораблей и утвердил названия в честь недавних побед Русского оружия в ходе Русско-Японской войны.

Теперь что касается состояния судостроительной промышленности к моменту закладки серии новых линейных кораблей.

Адмиралтейский завод

Адмиралтейский завод в то время представлял собой судостроительную верфь, расположенную на Галерном островке и в Новом адмиралтействе, и не располагал ни механическими мастерскими, ни оборудованием для изготовления судовых котлов и механизмов. Необходимость расширения и переоборудования завода была обусловлена особенностями его исторического развития как казенного предприятия и местоположением.В качестве справки стоит отметить что с началом железного судостроения главным местом сооружения судов казенными средствами было выбрано Новое адмиралтейство. Специальная комиссия под председательством контр-адмирала С.А. Воеводского в период с 1858 по 1862 гг. выработала план переустройства Нового адмиралтейства, к реализации которого приступили в 1863 г. До русско-японской войны на этой верфи построили ряд крупных броненосцев "Император Александр II", "Гангут", "Полтава", "Сисой Великий", "Ослябя", "Бородино". Сооружения, возведенные тогда на территории Нового адмиралтейства, сохранялись с незначительными изменениями до начала постройки дредноутов. Стапели и судостроительные мастерские были совершенно непригодны для постройки новых линкоров, стоянка для достройки судов отсутствовала. Вопросами перестройки Нового адмиралтейства занималась комиссия под председательством генерал-лейтенанта С.К. Ратника. На реорганизацию верфи требовались огромные средства, поэтому комиссия пришла к выводу, что выгоднее постепенно перенести судостроение на Галерный островок. Участки земли, занимаемые заводом, предполагалось продать городу, а вырученные деньги употребить на оборудование верфи Галерного островка. Предложенный план не осуществился полностью, завод остался на месте, но строительство крупных судов на нем прекратилось. Последствии в 1908 г. часть территории Нового адмиралтейства отошла к Санкт-Петербургскому порту. Галерный островок расположен ниже Нового адмиралтейства и образован двумя рукавами р. Фонтанки, впадающей в этом месте в Неву. С 1828 г. на нем строили клипера и фрегаты. С 1858 г. верфь Галерного островка находилась в административном подчинении Нового адмиралтейства. По предложению комиссии С.А. Воеводского, для начала развития железного судостроения в России на Галерном островке решено было построить первое железное судно с подряда. Первым таким подрядчиком стал англичанин Митчел, имевший опыт в постройке железных судов. В 1862 г. с ним заключили контракт на постройку броненосной батареи "Не тронь меня". Затем с подряда построили еще ряд судов: монитор "Смерч", броненосный фрегат "Князь Пожарский", канонерские лодки "Чародейка" и "Русалка".

С началом постройки первого русского броненосца "Петр Великий" строительство судов с подряда на Галерном островке прекратилось. С 1881 г. верфь Галерного островка перешла в аренду Франко-Русского завода (бывш. завода Берда), строившего судовые механизмы и котлы. За время аренды, продолжавшейся десять лет, были сооружены такие крупные корабли, как броненосцы "Император Николай I" и "Наварин". После возвращения Галерного островка в казну на нем соорудили первый большой каменный эллинг для строительства крупных броненосцев. Здесь один за другим были спущены на воду эскадренные броненосцы "Петропавловск", "Севастополь", "Орел", а также крейсера "Диана" и "Паллада", достроен броненосец "Бородино", спущенный на воду в Новом адмиралтействе. В течении 1901-1906 гг. на территории Галерного островка был сооружен второй каменный эллинг.

В 1903 г. на территории Галерного островка выросло административное здание, которое не позволяло удлинить эллинг и мешало постройке новой судостроительной мастерской.

В целом территория верфи была застроена бессистемно, мастерские и другие сооружения располагались относительно эллингов неудобно и не обеспечивали поступательного движения судостроительных материалов в процессе их обработки в направлении от складов к стапелям.

При достройке броненосца "Бородино" особенно остро сказалось отсутствие достроенного бассейна, заставившее держать корабль у конца дамбы непосредственно на Неве. Но, несмотря на нерациональное расположение обрабатывающих цехов и устаревшее оборудование, стоимость одного пуда корпуса судна на верфи Галерного островка примерно равнялась стоимости пуда американских броненосцев (12,45 руб.). В период подготовки к походу 2-й Тихоокеанской эскадры, когда верфь работала наиболее интенсивно, количество рабочих на Галерном островке достигало 3000 человек.

Таким образом, к моменту закладки линейных кораблей "Цусима" и "Телин" Галерный островок, представлявший идеальное место для постройки крупных кораблей, располагал только двумя стапелями, один из которых нуждался в расширении. Остальное хозяйство завода находилось в довольно беспорядочном состоянии.

В течении 1907 года была проведена реформа в административно-хозяйственном управлении верфей Галерного островка и Нового адмиралтейства. Обе верфи объединили под общим руководством, образовался Адмиралтейский судостроительный завод, куда вошли также судостроительные мастерские Санкт-Петербургского порта. Начальником завода назначили корабельного инженера П.Е. Черниговского, а главным корабельным инженером объединенных верфей — Д.В. Скворцова, который имел двух помощников. В следующем году Адмиралтейский и Балтийский судостроительные заводы стали иметь общее правление, членами которого одновременно являлись оба начальника заводов.

Вопрос о перепланировке Галерного островка, постройке новой судостроительной мастерской и бассейна для достройки судов неоднократно поднимался П.Е. Черниговским и Д.В. Скворцовым перед Морским министерством. Инженерами Н.И. Дмитриевым и В.В. Колпычевым было разработано несколько вариантов проекта перестройки верфи. В нем предусматривалось, прежде всего, строительство закрытого бассейна для достройки самых крупных броненосцев и сооружение новой судостроительной мастерской. Для устройства бассейна предлагалось углубить и расширить правый рукав Фонтанки, впадающий в Неву, и присоединить к верфи часть территории, находившейся за этим рукавом. Планировалась также установка шеститонного крана с вылетом стрелы не менее 18 фут. (5,5 м) для погрузки оборудования и установки броневых плит. По размерам бассейн должен был вмещать одновременно два самых крупных корабля. Предполагалось соорудить через правый рукав Фонтанки плавучий мост и соединить Галерный островок железной дорогой с железнодорожной веткой Путиловского завода.

Этот проект переустройства Галерного островка был представлен в Морское министерство и одобрен Адмиралтейств-советом. Сметная стоимость всех работ по переустройству верфи составляла 1 млн. 17 тыс. руб. без учета строительства бассейна, моста и крана. В смете предусматривалось строительство новой судостроительной мастерской, мастерской между стапелями и новой литейной, оборудование медно-котельной мастерской и закупка новых станков. В нее была включена постройка здания электростанции и перенесение в него оборудования из Нового адмиралтейства.

Реорганизация верфи, начатая в соответствии с проектом в 1907 году закончилась в 1911 г. Эти неотложные меры позволили впоследствии завершить строительство линейных кораблей "Цусима" и "Телин", построить линейные корабли "Император Петр Великий" и "Император Павел" и приступить к сооружению линейных крейсеров "Измаил" и "Рымник". Для их строительства закрытые эллинги в 1911-1912 гг. были переоборудованы в отрытые стапели.

Но Адмиралтейский завод по-прежнему представлял собой чисто судостроительное предприятие и не располагал производственной базой для постройки судовых механизмов и котлов. По сложившейся на протяжении десятилетий традиции механизмы и котлы для судов, строившихся на Галерном островке в Новом адмиралтействе, изготовлял завод Берда, основанный в 1792 г. на Матисовом острове, ограниченном р. Невой и р. Пряжкой. Одновременно завод продолжал изготовлять паровые машины и котлы для двух соседних верфей. В 1881 г. завод Берда был приобретен французским акционерным Обществом Франко-Русских заводов и стал специализироваться на производстве судовых механизмов и котлов. Для строительства кораблей управляющий заводом француз де Буи добился передачи в аренду Галерного островка. К концу срока аренды 60 % акций Франко-Русского завода принадлежало Морскому министерству. Связи завода с верфями еще более упрочились, сложилась прочная кооперация судостроительных и машиностроительных предприятий. С 1905 г. Франко-Русский завод приступил к освоению выпуска судовых паровых турбин. В 1908 г. турбины, построенные им, получили диплом и большую золотую медаль на Всемирной выставке в Москве.

Подготовка Балтийского завода

Наиболее подготовленным к строительству дредноутов оказался Балтийский завод Морского ведомства. Затраты на его оборудование для постройки линкоров "Порт-Артур" и "Дажалет" в размере около 1 млн. 393,3 тыс. руб. были отнесены Совещанием по судостроению на его запасной капитал. Единовременных ассигнований не предусматривалось. В отличие от Адмиралтейского завода, Балтийский имел в своем составе механический отдел и строил как корпуса кораблей, так и паровые котлы и механизмы.

Основанный в 1856 г. М.Л. Макферсоном и М.Е. Карром, Балтийский завод неоднократно переходил из рук в руки. Вначале он занимал небольшой участок между р. Невой и Кожевенной линией Васильевского острова, приобретенный владельцами у купца И.С. Мануйлова. Этот район города назывался Чекуши. Возникнув в период

бурного развития парового флота, завод с самого начала стал формироваться как машиностроительное предприятие. Это отражалось в его названии, закрепленном в фирменном знаке: "Балтийский литейный, механический и судостроительный завод Карра и Макферсона в Чекушах". К осени 1857 г на заводе работало 400-500 рабочих, в мастерских имелось "достаточное количество нужных станков и механизмов". После обследования специальной комиссией завод был включен в список предприятий, на которые распространялись заказы Морского министерства. Характерно, что первый казенный заказ завод получил на паровые машины для строящегося плавучего дока, а не на корабли.Постепенно завод расширялся, разделившись к середине 60-х гг. на две самостоятельные части - корабельную и механическую. На корабельной стороне, расположенной между Невой и Кожевенной линией, строились корпуса судов, а на механической, за Кожевенной линией, — паровые котлы и машины. Такое разделение и специализация сохранялись вплоть до 1917 г.

В 1859-1862 гг. завод построил паровые машины для винтовых фрегатов "Илья Муромец", "Ослябя" и "Пересвет", которые, по признанию газеты "Кронштадский вестник", "не уступали лучшим механизмам прославленных английских заводчиков Пенна и Модслея".

Вложив большие средства в постройку ряда железных судов и сооружение железопрокатной мастерской, компаньоны вначале прибегли к ссудам, а затем, не имея оборотных средств, в 1872 г. объявили о банкротстве. В мае 1874 г. завод был продан английскому акционерному обществу и стал называться "Балтийским железоделательным и механическим обществом". Одним из акционеров общества был главный инженер английского флота Э. Рид (1830-1907), видный инженер-кораблестроитель, автор известной диаграммы статической остойчивости — диаграммы Рида.

Затем акции общества были скуплены Морским ведомством, и в 1876 г. на смену старому пришло новое "Русское акционерное Балтийское железоделательное, судостроительное и механическое общество". Управляющим предприятия стал М.И. Казн, много сделавший для его развития. Но Общество так и не сумело расплатиться с долгами. В 1884 г. была назначена специальная ликвидационная комиссия для выработки условий принятия завода в казну, которая проработала в течение 10 лет.

Период с 1876 по 1894 гг. оказался очень плодотворным в деятельности завода. За это время было построено много кораблей, в том числе броненосные крейсера "Минин", "Владимир Мономах", "Адмирал Нахимов", "Память Азова" и др. Преобразился и сам завод. На его территории появились новые мастерские — чугунолитейная, меднолитейная, механическая, медницкая, а также прессовая и молотовая кузницы, деревянное здание для чертежной вместе с плазом. На берегу Невы возвели большой деревянный эллинг, где строился крейсер "Рюрик" водоизмещением 12 000 т и длиной 132 м.

В 1891 г. началась постройка крупнейшего в Европе каменного эллинга длиной более 165 м, которая закончилась в середине 1895 г.

В 1894 г. завод полностью перешел в казну на самостоятельный расчет и стал функционировать на средства, вырученные от казенных заказов, без дотаций Морского министерства. Начальником завода был назначен корабельный инженер С.К. Ратник, который затем возглавил объединенное правление Балтийского и Адмиралтейского заводов.

Балтийский завод в это время по количеству сооружений и оборудования уже входил в пятерку крупнейших предприятий Петербурга (Путиловский, Ижорский, Невский, Обуховский), занимая второе место после Путиловского.

С 1894 по 1899 гг. на расширение производства и закупку нового оборудования было затрачено 2 млн. 750 тыс. руб. Между стапелями возвели новую судостроительную мастерскую, построили сталелитейную мастерскую с семью тигельными печами, конвертором и вагранками. У восточного стапеля соорудили электростанцию мощностью 1000 кВт, расширили площадь механического отдела.

С 1895 г. завод начал выпуск судовых электродвигателей и освоение производства паровых котлов системы Бельвиля, значительно усовершенствовав их конструкцию. Первые котлы системы Бельвиля отечественного производства были установлены па крейсере "Россия".

В период 1901-1905 гг. Балтийский завод построил броненосцы "Пересвет", "Победа", "Император Александр III", "Князь Суворов" и "Слава". В 1903 г. в большом каменном эллинге был эскадренный броненосец "Император Павел 1", который был перезаложен в 1906 году и спущен на воду весной 1907 года. С 1905 по 1914 гг. заводом руководил корабельный инженер генерал-майор П.Ф. Вешкурцев, его ближайшими помощниками были главный корабельный инженер Н.Е. Титов и главный инженер по механической части Ф.Я. Поречкин. В 1906 году в связи с предстоящим о строительством дредноутов "Порт-Артур" и "Дажалет" Балтийский завод приступил к освоению производства турбинных механизмов. Для этого на территории завода возвели большую пристройку к механической мастерской с выходом на главный проезд. В пристройке установили крупные токарные, расточные и строгально-долбежные станки массой до 250 т каждый для обработки роторов и корпусов турбинных механизмов. Для перемещения деталей турбин с позиции на позицию пристройку оборудовали 60-тонным краном. Завод также приобрел станки для обработки турбинных лопаток.В литейной мастерской спешно сооружалась новая пятитонная мартеновская печь для крупногабаритных отливок деталей турбин. Много труда вложили в подготовку производства и выпуск первых турбин ведущий металлург завода М.К. Скорчелетти, главный конструктор завода В.Я. Долголенко, инженеры П.Е. Старицын, Т.С. Алексеев, конструктор Л.В. Кузьмичев, мастера С.П. Егоров, М.В. Папа-Федоров и др.

Полным ходом шла подготовка к закладке линейных кораблей и на корабельной стороне. Линейный корабль "Порт-Артур" предполагалось заложить в большом каменном эллинге, где строился линейный корабль "Князь Владимир". Так как "Порт-Артур" был длиннее своего предшественника то с трудом вмещался в эллинг, но больших переделок не требовалось. Для закладки линейного крейсера "Кинбурн" в течении зимы с 1911 на 1912 год после спуска на воду "Императора Николая I" каменный эллинг разобрали и переделали в открытый стапель.

Деревянный эллинг, расположенный неподалеку от каменного, в 1906 году разобрали и к весне 1907 года подготовили открытый стапель для закладки линкора "Дажалет". После спуска "Дажалета" на нем был немедленно заложен в 1909 году линейный корабль «Император Александр II». В 1911 году корабль был спущен на воду, после чего стапель расширили до 33 м и оборудовали поворотными стрелами на металлических колоннах грузоподъемностью 10 тонн. В 1912 году на этом стапеле заложен линейный крейсер «Фокшаны».

В строительстве линейных кораблей принимали участие еще два завода — Ижорский, которому отводилась роль главного поставщика брони, и Обуховский, который поставлял артиллерийские орудия и башенные установки.

До 1910 г. производством брони занимались оба завода, но Обуховский был еще и главным поставщиком артиллерийских орудий всех калибров для армии и флота, а Ижорский строил корабли, паровые машины, изготовлял артиллерийские снаряды, якоря, якорь-цепи и многое другое.

По состоянию производственных мощностей на 1907 год Ижорский завод мог поставлять флоту 2000 тонн, а Обуховский — 1900 тонн брони в год. Этого было недостаточно для удовлетворения потребностей в поставке брони для четырех линкоров в течение 3,5 лет. Для своевременной сдачи кораблей флоту нужно было довести производство брони до 10 000 тонн в год.

Ижорский завод

Многопрофильная специализация Ижорского и Обуховского заводов Морского ведомства сложилась исторически. Ижорский завод возник на месте лесопильни, построенной в 1710 г. А. В. Меншиковым на р. Ижоре и снабжавшей верфи Петербурга судостроительным материалом.

В 1719 г., когда начальником завода был вице-адмирал К. Крюйс, при лесопильне построили мастерские для изготовления галерных якорей, дреков, медных обшивочных листов и проволоки, положившие начало Ижорскому заводу и поселку Колпино. В начале 80-х гг. XVIII в. уже действовало несколько самостоятельных заводов (чугунолитейный, медный, молотовый, якорный, плющильный, лесопильный). Но к концу XVIII в. производство пришло в упадок из-за отсутствия опытных мастеров и частых прорывов плотины на Ижоре.

В 1803 г. по инициативе контр-адмирала A.M. Чичагова приступили к строительству каменной плотины и углублению Ижоры, а также к переустройству мастерских по плану директора Александровско-Олонецкого завода Гаскойна, который был затем назначен начальником Ижорского завода.

В новых мастерских завода стали изготовляться все металлические изделия, необходимые для постройки деревянных судов. С 1806 г. Ижорский завод приступает к выпуску артиллерийских орудий для кораблей, а также станков и платформ к ним. Начало машиностроению на заводе положило изготовление в 1810 г. пятнадцатисилыюй паровой машины для землечерпалки, работавшей на Ижоре.

Главное производство по изготовлению брони складывалось в 1856-1872 гг. Тогда под руководством К.И. Шведе и П.И. Зарубина построили первые мастерские для выпуска железа и брони. В то же время завод строил небольшие пароходы и баржи, изготовлял котлы и паровые машины мощностью до 400 л.с.

Первая броневая железная плита размером 13x13 фут. (3,96 х 3,96 м), толщиной 4,5 дм (114,3 мм) и массой 170 пудов (2,8 т), изготовленная в 1866 г., оказалась при испытаниях гораздо лучше английской. С этого момента Ижорский завод начал постепенно ориентироваться на производство брони. С 70-х гг. стала изготовляться сталежелезная двухслойная броня — компаунд. Вскоре, однако, выяснилось, что такая броня расслаивается при попадании снаряда и не обеспечивает надежной защиты корабля.

В 1893 г. была сооружена сталеплавильная мастерская с двумя мартеновскими печами, а в 1896 г. — мастерская для цементирования лицевой поверхности брони по способу Гарвея с четырьмя печами и четырехтонным прессом для загибки плит. Спустя пять лет Ижорский завод освоил производство хромоникелевой крупповской брони, которая значительно превосходила гарвеевскую по качеству и была намного дешевле. В это же время расширился броневой отдел завода. К началу нового столетия производство продукции на Ижорском заводе в металле возросло до 68 320 т. На заводе было занято более 3000 рабочих.

В период подготовки к русско-японской войне судостроительные мастерские завода перешли от постройки барж, землечерпалок и речных пароходов к сооружению миноносцев. За это время заводом было построено 19 кораблей и судов, в том числе миноносцы "Разящий", "Пронзительный", "Поражающий" и др. Часть из них в разобранном виде была отправлена на Дальний Восток.

С 1 января 1907 года Ижорский завод перешел на новую коммерчерскую систему управления, подобно Балтийскому и Адмиралтейскому заводам. Морское министерство пыталось расширить броневой отдел Ижорского завода и увеличить выпуск брони, но ассигнований из ежегодных смет на это явно не хватало.

В представлении министерства от 7 марта 1908 года в СГО были намечены организационные и технические мероприятия по обеспечению резкого увеличения выпуска брони. Обуховскому заводу предоставлялась возможность сосредоточить все усилия на производстве крупнокалиберной артиллерии для новых линкоров дредноутного типа.

На территории Ижорского завода предполагалось построить новый броневой завод и расширить или создать заново другие цеха и производства, необходимые для его нормального функционирования.

Строительство нового броневого завода включало в себя: постройку зданий бронеотделочной и бронезакалочной мастерских, установку крана на 50 тонн, печи на 40 тонн, навесных ковшей, гидравлического пресса мощностью 7500 тонн и т.д.; переоборудование и расширение сталеплавильной мастерской; возведение котельной, водопровода, канализации и отопления для новых зданий; расширение электростанции и создание новой кислородно-водородной станции.

Кроме этого, для транспортировки броневых плит требовалось построить железнодорожный мост через Ижору и проложить четыре версты (4,26 км) железной дороги на территории завода. Предложение Морского министерства было рассмотрено на заседании Совета Государственной обороны и было принято ввиду предстоящего строительства Черноморских дредноутов.

Комиссия морского ведомства освидетельствовавшая в 1907 году завод отметила, что следующим этапом подготовки завода к постройке линкоров является производство цельнотянутых медных труб для паровых котлов новых линейных кораблей. Казенные заводы их не изготовляли, а частные не могли поставить достаточного количества в установленные сроки. Поэтому цельнотянутые медные трубы для котлов в основном заказывались в Швеции.

Выпуск труб на Ижорском заводе был начат еще в 1907 года, на что было ассигновано в том же году 400 тыс. руб. из государственного казначейства и 260 тыс. руб. из запасного капитала завода. Комиссия посчитала необходимым ассигновать еще 150 тыс. руб. для завершения строительства и оборудования мастерской по изготовлению цельнотянутых труб.

Таким образом, строительство броневого завода для производства 10 тыс. тонн брони в год и организация производства цельнотянутых труб на Ижорском заводе обходилась государству более чем в 6 млн. 577 тыс. руб. По представлению Морского министерства, одобренного Советом государственной обороны Госсоветом, был принят закон, в соответствии с которым требуемая сумма была отпущена государственным казначейством в течение трех лет с 1908 по 1911 гг.

Все новые мастерские вступили в строй в начале 1912 года. На левом берегу Ижоры у самой воды возвышалась сталеплавильня № 2. Так называли новую мартеновскую мастерскую. Железный мост соединял ее с правым берегом. На левом берегу, но в стороне от реки вытянулись огромные корпуса бронезакалочной и бронеотделочной мастерских. Среди многочисленного оборудования новой бронезакалочной мастерской обращал на себя внимание пресс в 10 тыс. тонн, поставленный в 1912 году. Это был самый мощный пресс в России и второй после крупповского в Европе. Он предназначался для загибания бортовой, палубной и башенной брони. Когда пресс работал, приборы сейсмической станции в Риге регистрировали землетрясение в районе Петербурга силой 1-2 балла по шкале Рихтера. Новая бронеотделочная мастерская поражала своими размерами. Она занимала площадь в 24 тыс. кв.м, а станки, установленные в ней, достигали в длину 12 м.

После ввода новых мощностей валовая продукция завода за счет производства брони и котельных труб стала быстро увеличиваться: в 1911 г. — на 11,5 млн. руб., а в 1913 г. -- уже на 19,5 млн. руб.

Наиболее неподготовленным к постройке линейных кораблей для Балтийского моря оказался Обуховский завод. Ему предстояло изготовить 32 орудия 305мм орудий в течение 3 лет для линейных кораблей и запас в количестве 32 ствола и 24 орудия для береговой обороны, кроме того, в соответствии с решениями Морского министерства четыре двухорудийных башенных установок для линейных кораблей. Каждый из четырех линейных кораблей имел на вооружении 8 орудий, такое же количество для каждого корабля должно храниться в арсеналах порта, правда позднее принято решение иметь половинный запас орудийных стволов. Мощности же завода позволяли производить всего лишь 12 305мм орудий.

Обуховский завод, основанный в 1854 г. A.M. Обуховым и Н.И. Путиловым, был единственным предприятием в России, изготовлявшим крупнокалиберные пушки. Первую 12-фунтовую пушку на этом заводе отлили в 1860 года, которая, как показали результаты испытаний, оказалась не хуже пушек Круппа, а стоила гораздо дешевле. Завод занимал территорию в 12,8 км от Петербурга на берегу Невы вблизи Николаевской железной дороги. С 1865 года предприятие фактически стало казенным заводом Морского министерства, начальником его был назначен капитан-лейтенант А. А. Колокольцев. С 1872 года Обуховский завод приступил к изготовлению крупнокалиберных пушек для броненосцев. Первое дальнобойное 305-мм орудие длиной 30 калибров было изготовлено в 1880 года и экспонировалось на Московской промышленной выставке 1882 году. В этот период завод освоил выпуск артиллерийских снарядов, а в 1891 г. изготовил первую 305-мм орудийную башню для броненосца "Наварин". Спустя восемь лет был оборудован на правом берегу Невы собственный полигон для испытания стрельбой своих орудий. Одновременно завод, представлявший собой крупное металлургическое предприятие, выпускал различные крупногабаритные отливки для кораблей (рулевые рамы, штевни, гребные валы, броневые плиты и др.). В 1908 г. Обуховский завод изготовлял орудия всех калибров для Морского и Военного ведомств, башенные установки, минные аппараты и самодвижущиеся мины (торпеды), приборы Обри к ним, снаряды, оптические приборы и прицельные приспособления, бортовую, палубную и башенную броню, гребные валы и самые разнообразные отливки массой до 48 т.

Однако многопрофильность производства, частая смена оборудования, обусловленная быстрым развитием литейного дела и артиллерийской техники — все это заставило завод прибегнуть к различного рода ссудам и займам как у государственных, так и у частных предприятий и отдельных лиц. В итоге завод оказался в крайне тяжелом финансовом положении. На 1 января 1908 года для окончания всех принятых к исполнению заказов и уплаты долгов по закупкам материалов ему необходимо было иметь сумму в размере 6 млн. 463 тыс. руб., а заводская касса была пуста, оборотные средства для продолжения деловой деятельности отсутствовали, как и средства для расширения производства 305мм орудий и изготовления башенных установок. В тоже время заложенные летом 4 линейных корабля уже строились, и тем более было принято решение о финансировании строительства еще 3 линейных кораблей на Черном море. Все это требовало экстренных мероприятий дабы не сорвать выполнение судостроительной программы.

Для спасения завода 17 марта 1908 года от финансового краха Морское министерство вынесло на обсуждение госсовета и совета государственной обороны представление по поводу ассигнований Обуховскому заводу денежных средств из государственного казначейства. В нем говорилось, что "вследствие огромного прогресса артиллерийской техники за последние 15 лет вообще, а в больших орудиях, перешедших за это время с длины 35 калибров на 40, с 40 на 45, с 45 на 50 и, наконец, с 50 на 52 калибра в частности, Обуховскому заводу для удовлетворения потребностей Морского и Военно-Сухопутного ведомств приходилось постоянно переоборудоваться и расширяться".

Все это было связано с огромными затратами на приобретение дорогих станков для обработки орудий. При этом модернизации подвергались заводские производства, связанные с изготовлением снарядов к ним. Одновременно Обуховский завод осваивал выпуск брони, оптических прицелов для полевых пушек. Специальных ассигнований на это из государственного казначейства не было выделено, что и явилось причиной критического финансового положения, в котором оказался завод. Представление Морского министерства заканчивалось словами: "Если заводу немедленно не будет оказана финансовая помощь, то он вынужден будет закрыться. Трудно предвидеть, к каким последствиям привело бы закрытие единственного завода в России по производству орудий крупного калибра". Особое сопротивление выделению внебюджетных средств оказал великий князь Николай Николаевич председатель СГО. Но тем не менее регент распорядился утвердить ассигнование средств на уплату долгов завода и расширение его производства. Наибольшая сумма — почти 1 млн. 755 тыс. руб. — была ассигнована на оборудование и расширение в течение 1908-1910 гг. пушечного отдела, изготовлявшего 305мм орудия. Для развития этого отдела предполагалось занять помещение броневого отдела завода, который, в свою очередь, решили со всем оборудованием передать Ижорскому заводу. Часть этой же суммы выделялась на приобретение нового станочного оборудования мастерской по постройке артиллерийских башен. Кроме того, на территории завода предполагалось возвести новую электростанцию. СГО также признал необходимым ассигновать около 268 тыс. руб. на переоборудование снарядной мастерской, так как количество изготовлявшихся новых фугасных снарядов было недостаточным, а частные снарядные заводы заявляли непомерно высокие цены и поставляли снаряды низкого качества. Ожидалось, что при принятии указанных мер выпуск снарядов на Обуховском заводе удвоится, а цена их значительно понизится.

Таким образом, Обуховский завод получал в общем значительную сумму — 2 млн. 22 тыс. руб., причем в 1909 году. — 1 млн. 657 тыс. руб., а остальные 365 тыс. руб. — в 1910 году.

Стоит отметить что в строительстве линейных кораблей приняли участие множество российских государственных и частных предприятий. Судостроительную сталь поставляли Кулебакский завод и объединение «Продамет»; башни — Металлический и Путиловский заводы; элеваторы и системы аэрорефрижерации погребов — завод «Г.А.Лесснер»; электрооборудование — заводы «Дюфлон, Константинович и К°», «Симменс и Шуккерт», «Вольта», «Всеобщая компания электричества»; телефоны и приборы управления стрельбой — заводы Гейслера и Эриксона; якорные и рулевые устройства — нижегородский завод «Сормово»; Франко-Русский завод изготовлял для строившихся на Адмиралтейском заводе линкоров паровые турбины, котлы, вспомогательные механизмы по конструкторской документации Балтийского завода, выпускавшего, в свою очередь, энергетическое оборудование для линкоров собственной постройки.

В один день, 7 сентября 1907 года, на Балтийском заводе прошли торжества по поводу закладки линкоров "Порт-Артур" и "Дажалет" а на Адмиралтейском — «Цусима» и «Телин».

По указанию председателя МТК, в целях ускорения разработки конструкторской документации, инженеры и чертежники Адмиралтейского завода стали работать совместно с сотрудниками технического бюро Балтийского завода, выпуская вместе с ними рабочие чертежи на все четыре корабля. К январю 1908 года окончилась разработка основных корпусных чертежей.

Постройку намечалось осуществить в течение 38 месяцев, закончив в январе 1910 года. Стапельный период строительства фактически начался в сентябре—октябре 1907 года и растянулся более чем на 20 месяцев. В итоге корабли были подготовлены к спуску на воду к весне 1909 года.

С декабря 1908 года начались продолжавшиеся вплоть до лета испытания отсеков на водонефтенепроницаемость. Затем были высверлены дейдвудные отверстия, и корабли стали спешно готовить к спуску. Масса спускаемых корпусов достигала 8000 т. К этому времени в корпуса завели валы и установили на них гребные винты; установили кингстоны; смонтировали 10% судовых систем, практически полностью установили всю палубную броню.

1 июня 1909 года на Адмиралтейском заводе в торжественной обстановке состоялся спуск линейного корабля «Цусима» — головного корабля серии. Затем, 17 июня и 22 июня сошли на воду линейные корабли «Дажалет» и «Порт-Артур». Последним, 3 июля стапель Адмиралтейского завода покинул «Телин». После спуска на воду на кораблях продолжили достроечные работы.

В целях упорядочения управления системой контрагентских взаимосвязей, ускорения поступлений необходимых для линкоров изделий и материалов и осуществления контроля их качества, Морское министерство, в дополнение к назначенным за два года до этого строителям кораблей и наблюдающим за постройкой, создало уже целую комиссию по наблюдению за постройкой — предтечу современной военной приемки. В состав комиссии вошли около сорока флотских офицеров, механиков, артиллеристов, электриков и минеров; возглавил ее капитан 1 ранга В.А.Канин.

В течение 1909-1910 годов продолжались корпусные работы, устанавливали главные бортовые броневые пояса; оборудовали артиллерийские погреба; формировали и растачивали фундаменты под башенные установки. Основной объем достроенных работ пришелся на 1911 год. За этот период были закончены все работы по корпусу, в том числе: установлена броня; уложен деревянный настил верхней палубы; установлены дымовые трубы, мачты, боевые рубки, мостики. На корабли погрузили оборудование энергетических установок. Первая половина 1912 года ознаменовалась окончательным монтажом оборудования, систем, устройств, монтажом 305-мм башенных установок и подготовкой кораблей к сдаточным ходовым испытаниям. Швартовные испытания всех линейных кораблей начались весной 1912 года, в первую очередь проверялась исправность и правильность сборки котлов, турбин, механизмов, затем, как и прежде, следовал период предварительных ходовых испытаний, в течение которого машинная команда обучалась управлению котлами и турбинами в условиях разных скоростей движения, а также проверяла функционирование энергетической установки. Следующим этапом были и ранее предусматривавшиеся шестичасовые непрерывные испытания — в начале при скорости 13 узлов, а затем 18 узлов. Итогом испытаний ГЭУ становился 4-х часовый пробег на скорости 21.5 узлов.

По мере готовности к ходовым испытаниям линейные корабли переводились в Кронштадт. Наибольшей скорости достиг "Порт-Артур" достигший максимальной скорости 22.12 узел. Худшую скорость 21.23 показал "Цусима". Приемные акты были утверждены морским министром в ноябре 1912 года. Корабли вошли в состав 1 бригады линейных кораблей Балтийского флота и приступили к боевой подготовке, перебазировавшись на зиму в Лиепаю, где в тот момент сосредоточились главные силы Балтийского флота.

ПРОЕКТНОЕ УСТРОЙСТВО КОРАБЛЕЙ

Новые линейные корабли своей архитектурой являлись дальнейшим развитием первого русского дредноута "Андрей Первозванный" представляя собой высокобортный океанский корабль, башни главного калибра были сосредоточены в оконечностях. Новые дредноуты имели тем не менее подчеркнуто лаконичный силуэт, в отличии от прежних броненосцев.

Согласно проектной спецификации длина корпуса между перпендикулярами составляла 169,1 м; наибольшая длина равнялась 170,5 м, наибольшая ширина (с броней) — 25,2 м. Официально водоизмещение выражалось округленной величиной 22 000 тонн.

Основу набора кораблей составляли 142 шпангоутных рамы, расставленных со шпацией 1200 мм, и мощная коробчатая килевая балка. Корпус был набран с применением трех сортов стали: обыкновенной мягкой судостроительной с предельным сопротивлением 42 кгс/мм2 и растяжением не менее 20%; повышенного сопротивления (до 63 кгс/мм2) с растяжением не менее 18%; высокого сопротивления (до 72 кгс/мм2) с удлинением не менее 16%.

Линкоры имели три палубы, скосы нижней упирались в нижние кромки главного пояса брони. Внутрикорпусное пространство делилось на отсеки 13 поперечными и двумя продольными, отстоявшими на 3,4 м от бортов, водонепроницаемыми переборками.

Кроме лаконичности силуэта, вторым относительным преимуществом являлась значительная площадь бронирования надводного борта. Главный пояс простирался вдоль ватерлинии и состоял из вертикальных плит высотой 4 м. Имея на протяжении 120 м своей длины (от 1-й до 4-й башни) толщину, равную 254мм, пояс прикрывал погреба башен и корабельную энергетическую установку; в оконечностях его толщина уменьшалась до 75 мм. Верхний пояс на протяжении 120 м имел высоту 2,5 м и толщину 152 мм; в нос и на корму бронирование верхнего пояса не распространялось.

Верхняя палуба была покрыта 37,5мм броней. Бронирование внутренних палуб, да и все внутри-корпусное бронирование в целом, приоритетно носило противоосколочный характер. Средняя палуба была покрыта 25мм броней, нижняя — 12мм броней (на скосах — 75мм). Бортовые переборки выше средней палубы покрывались 37,5-мм броневыми плитами, ниже — 50-мм плитами. Толщину 100 мм на высоте от нижней до средней палубы имел установленный за румпельным отделением траверс, в трюме его толщина составляла 125 мм.Броня стенок боевых рубок достигала 254 мм, их крыш — 125мм, пола боевых рубок и труб приводов управления под ними — 70 мм.

Артиллерия главного калибра состояла из восьми 305-мм орудий с длиной ствола 52 калибра, размещенных в четырех двухорудийных башнях. Вертикально орудия могли наводиться либо раздельно, либо по два вместе. Сектор вертикального наведения находился в пределах от - 5° до +35°; время наведения в этих пределах составляло не более 10 с, наибольшая скорость горизонтального наведения — 3 град/с. Время заряжания на углах возвышения до 13°, соответствовавшему дальности стрельбы 90 кб, составляло 40 с. При больших углах возвышения время между залпами доходило до 60 с. Броня боковых и лобовой стенок башен имела толщину 203 мм, а задней стенки, являвшейся одновременно и противовесом, — 305 мм. Крыша башни была прикрыта 75мм броней. Бронированные барбеты прикрывали встроенные в корпус цилиндрические фундаменты.

Внутри каждого фундамента размещался конический вращающийся стол. На верхней его плоскости находилась собственно бронированная орудийная башня с орудийными станками внутри. Стол опирался на шары, катавшиеся в кольцевом погоне фундамента. Снизу к столу крепилась труба подачи боезапаса. От бокового смещения башня удерживалась подпружиненными вертикальными катками, размещенными между фундаментом и цилиндрической частью податочной трубы. В нижней части вся вращающаяся конструкция центровалась штырем, входившим во втулку находившегося на днищевом перекрытии фундамента.

В подбашенном отделении размещались погреба боезапаса объемом из расчета 120 выстрелов на орудие. Снаряды и полузаряды хранились в них раздельно. Наводка, подача боезапаса в башню, открывание и закрывание замков, подача в ствол снарядов и полузарядов осуществлялись механизмами, имевшими электрический и гидроэлектрические приводы.

Противоминная артиллерия в составе шестнадцати 105мм орудий с длиной ствола 55 калибров размещалась в казематах верхней палубы, образованных бортом и продольной переборкой. В каждом каземате, разделенном бронированным траверсом, было установлено по два орудия. Орудия вращались на основаниях, которые были жестко скреплены с кольцевыми щитами из противоосколочной брони, прикрывавшими амбразуры и вращавшимися вместе с орудиями. Сектора горизонтальной наводки позволяли сосредотачивать огонь не менее четырех орудий по находившейся на любом курсовом углу цели. Углы возвышения орудий противоминной артиллерии составляли 25°. Проектный боезапас, размещенный в погребах под казематами, составлял 250 (впоследствии до 300) выстрелов на орудие.

Для управления стрельбой главного и противоминного калибров корабли были оборудованы системой Гейслера. В ее комплекс входили приборы, задающие данные, электрические цепи передачи информации, принимающие приборы. Для измерения дистанций предназначались три оптических шестиметровых дальномера, установленных на мостиках над боевыми рубками и на артиллерийском посту находящемся на фок-мачте. Данные для ведения огня подготовлялись непосредственно под руководством старшего артиллерийского офицера. В этих данных, исходя из требований баллистических таблиц, учитывались курс, скорость, как собственная, так и корабля противника, время полета снаряда, плотность воздуха, направление и скорость ветра, отклонение снаряда за счет вращения, а также многие другие параметры. Кроме того, каждая башня и каждый противоминный плутонг могли выбирать цель и вести огонь по ней самостоятельно.

В соответствии с проектом были установлены на каждом линкоре по 4 75мм Кане на крышах башен ГК №2 и №3 и 2 37мм автоматических пушки Максима на крыльях носового мостика. Стоит отметить что войну линейные корабли встретили де факто, без зенитной артиллерии. Только в августе 1914 года на кораблях были установлены 4 пулемета в импровизированных установках. Зимой с 1914 на 1915 год в ходе ремонта на всех кораблях 75мм и 37мм орудия были переоборудованы для зенитной стрельбы. Стоит отметить что 75мм орудия изначально, прежде всего предназначались для комендорских стрельб из 305мм орудий, для экономии ресурсов дорогостоящих стволов.

Котельная установка состояла из 22 котлов системы Ярроу на угольном отоплении, размещенных в четырех котельных отделениях. Максимальный запас угля достигал 5180 тонн, при нормальном запасе 2700 тонн.

Главные механизмы состояли из работавших на четыре гребных вала восьми турбин системы Парсонса, размещавшихся в трех (два бортовых и одно среднее) машинных отделениях в корму от третьей башни, и холодильников (конденсаторов) к турбинам, расположенных в двух соседних с турбинными отделениях. В бортовых турбинных отделениях помещалось по две турбины высокого давления: впереди — переднего хода, позади — заднего. В среднем отделении находились: левая — среднего давления, правая — высокого; в корму от них — две турбины низкого давления, каждая — переднего и заднего хода.

Начальное рабочее давление в турбинах составляло 11,3 атм. Суммарная мощность турбин достигала 29 500 л.с. при частоте вращения 280 об/мин, что обеспечивало достижение скорости 21,5 уз.

Источниками электроэнергии служили два дизель-генератора и четыре турбогенератора мощностью 320 кВт каждый. Напряжение постоянного тока равнялось 225 В. В условиях боя они снабжали все системы и устройства, обеспечивающие связь, ведение огня, управление кораблем, а также две трети осветительных приборов.

Движителями кораблей являлись четыре трехлопастных гребных винта, каждый диаметром 3,28 м и с шагом 3,05 м. Каждый из кораблей управлялся двумя рулями: большим площадью 28,3 м2 и малым площадью 13,5 м2. Наибольшее время перекладки большого руля из среднего положения на борт (35°) составляло 30 с. Радиус установившейся циркуляции достигал 189 м при угле крена 3,4°. Наибольший же возможный крен, при внезапной перекладке руля, не превосходил 10°.

Якорно-швартовное устройство состояло двух становых и одного запасного якоря системы Холла массой 8,23 т каждый. Якоря выбирались цепью калибром 76 мм. Два электрических шпиля для выбирания тросов находилось в корме, и два, уже паровых, того же назначения — в носу. Там же имелись два паровых шпиля для выбирания якорных канатов.

Мощность машин паровых шпилей составляла 250 л.с. Наибольшее усилие тяги канатных паровых шпилей равнялось 25 тс.

В состав шлюпочного вооружения входили: два паровых катера массой по 14 тонн, два 20-весельных барказа массой по 3,46 тонн, размещенных между паровыми катерами, два моторных катера, два 20-весельных моторных барказа, два 6-весельных вельбота (капитанский и спасательный массой), два 6-весельных яла массой.

Линкоры были оборудованы водоотливной, осушительной, пожарной системами, а также системой выравнивания крена и дифферента и системой орошения и затопления артиллерийских погребов.

Осушительная система состояла из девяти трюмно-пожарных насосов системы Вартингтона производительностью по 75 т/ч каждый. По одному насосу размещалось в каждом из котельных и турбинных отделений и по одному—в каждом из двух отделений холодильников (конденсаторов). Управление клапанами этих насосов находилось возле самих насосов.

Водоотливная система включала в себя 14 гидравлических турбинных насоса системы инженера-механика Ильина производительностью по 500 т/ч, которые размещались в различных важнейших помещениях трюма. Каждый из них откачивал воду из своего помещения, но при необходимости по перепускной системе к нему могла подаваться вода и из соседних помещений. Управление водоотливными насосами и клапанами перепускной системы осуществлялось с верхней палубы; исключение составляли клапаны оконечностей.

В пожарную систему, кроме упомянутых выше, девяти трюмно-пожарных насосов входили также два центробежных насоса производительностью по 150 т/ч. Пожарная магистраль была кольцевой и располагалась под нижней палубой, поднимаясь у крайних башен под среднюю палубу. Магистраль имела перемычки в котельных и турбинных отделениях, отделениях холодильников (конденсаторов). Диаметр труб магистрали равнялся 150 мм. Насосы присоединялись к магистрали при помощи поперечных труб диаметром 75 мм. От магистрали шли отростки наверх и вниз к 76 пожарным клапанам. Кроме случаев использования при пожаре, пожарная система предназначалась и для прочистки решеток кингстонов, фановых и сточных труб, для инжекторов осушительной системы при выкачивании грязной воды из бань и прачечных.

Система затопления была оборудована 28 кингстонами с клапанными коробками. Для обеспечения затопления из отделений трюма на среднюю палубу шли «воздушные» трубы. Со средней палубы осуществлялось и управление затоплением. Система выравнивания крена и дифферента состояла из кингстона, затопляющего через перепускные клапаны и трубы по четыре отсека на каждом борту. Помещения корабля вентилировались 111 вентиляторами общей производительностью 317 400 м3 воздуха в час. Из них 29 вентиляторов имели производительность по 6000 м3; 25 вентиляторов — по 3000 м3; 57 вентиляторов — по 1200 м3. Вентиляторы объединялись в различные группы, обслуживавшие ряд автономных систем. Диаметр трубопроводов этих систем колебался в пределах от 50 до 474 мм. К моменту вступления линейных кораблей в строй штатная комплектация каждого из них состояла из 31 офицера, 28 кондукторов и 966 нижних чинов.

Создание башенных установок для линейных кораблей типа «Цусима».

Летом 1906 года был готов чертеж нового 305мм орудия и на Обуховском заводе началось изготовление опытного образца. Ввиду начавшегося проектирования линейного корабля МТК, направил чертежи 12» орудия на Металлический завод и потребовал разработать общий чертеж новой башенной установки. В феврале 1907 года Металлический завод представил общий чертеж двухорудийной башни, на котором были показаны все наружные размеры и масса частей установки.

Для возможности выбора проекта, наиболее полно удовлетворявшего требованиям технических условий, в марте 1907 года МТК объявил конкурс на создание башенной установки для строящихся линейных кораблей. К участию в конкурсе были привлечены русские (Металлический, Путиловский, Обуховский, Николаевский) и лучшие заграничные заводы Виккерса (Англия), Круппа (Германия), "Шиейдер-Крезо" (Франция) и "Шкода" (Австро-Венгрия). Одновременно рассылались технические условия на проектирование башен, разработанные артиллерийским отделом МТК.

МГШ сразу же весьма критически отнесся к проведению конкурса. По его мнению, в технических условиях отсутствовало главное — критерий, по которому следовало оценивать качество проектов, не указывались также элементы установок, подлежащие усовершенствованию. МГШ обосновано считал, что основной критерий, по которому должен выбираться проект, — это скорострельность данной установки. Несмотря на это, Металлический завод, как заявил ведущий конструктор башен Н.Д. Лесенко, брал на себя обязательства довести скорострельность башенных установок в своем проекте до двух залпов в минуту. Условия конкурса предписывали к 15 мая 1907 года представить в МТК проект двухорудийных башенных установок "со всеми общими чертежами одной из них, ее отдельных механизмов и устройств, с подробными расчетами действующих усилий и вызываемых ими напряжений, с ведомостями весов и подробным описанием проекта". Фактически как Металлический завод, так и другие заводы к разработке своих проектов приступили значительно раньше официального приглашения участвовать в конкурсе.

В соответствии с требованиями технических условий все чертежи должны были разрабатываться настолько подробно, чтобы при их рассмотрении не понадобилось представления дополнительных эскизных чертежей. Конкурирующие заводы обязывались нести полную ответственность за массовые и габаритные характеристики частей башенных установок, изготовляемых не только ими, но и другими предприятиями, в том числе поставлявшими комплектующие изделия. Вместе с чертежами башни представлялись чертежи подкреплений с подробными расчетами, подтверждавшими возможность установки спроектированных башен на корабле.

Одновременно заводы обязывались сообщить в МТК цену и сроки готовности каждой башни для первого корабля, а также заявить цену на опытную башенную установку с обязательством изготовить и испытать ее на Охтинском полигоне под Петербургом и сдать в полном комплекте к 1 июня 1909 года. Броня для опытной башни должна была изготовляться заводом — строителем башни. При этом для удешевления и ускорения работ разрешалось броню вращающейся части башни, рубок командира и перископических приборов выполнять из чугунного литья, а крышу и подшивку — из железа или простой стали. Массовые характеристики брони из чугунного литья не должны были отличаться от характеристик брони корабельных башен.

Для рассмотрения проектов и их сравнительной оценки назначался срок один месяц. Морское министерство оставляло за собой право "воспользоваться из проектов других конкурирующих заводов всеми деталями устройств и механизмов, которые сочтет полезным для внесения их в проект, признанный лучшими. В свою очередь, тот завод, чей проект признавался наилучшим, был обязан включить в него все изменения, которые сочтет нужным внести МТК. Этот переработанный проект башни, одинаковый для всех кораблей, должен был содержать общие сборочные чертежи башенных установок" отдельных механизмов и устройств, а также снарядных и зарядных погребов, системы подачи боеприпасов.

Переработанный проект вновь представлялся на конкурс для заявления цен и сроков постройки башен для остальных трех кораблей. Эти документы высылались в ГУКиС к 15 июля 1907 года. Крайний срок доставки готовых башен на корабль и предъявления их к испытаниям стрельбой устанавливался не позже 1 июня 1910 года.

Для успешного проведения работ по расточке погонов заводы — изготовители башен указывали требования, которые следует соблюдать при клепке жестких барабанов на корабле.

После рассмотрения представленных на конкурс проектов двухорудийных башенных установок МТК в августе 1907 года уведомил Металлический завод, что его проект признан лучшим.

Главным достоинством этого проекта являлись высокая скорострельность и хорошая точность горизонтального и вертикального наведения. Металлический завод сдержал свое обязательство и довел скорострельность двухорудийной башни до двух выстрелов в минуту. Этого удалось достичь благодаря удобной компоновке механизмов и устройств как внутри башен, так и в снарядном и зарядном погребах, малому времени открывания и закрывания замка орудия, удобной конструкции элеваторов и высокой скорости подачи боеприпасов. Важным новшеством, введенным заводом в механизмы вертикального и горизонтального наведения, был гидравлический регулятор скорости (муфта Дженни). Благодаря ему резко повысилась надежность работы электрической части механизмов наведения за счет отказа от многочисленных контактов и реле, с помощью которых ранее ступенчато изменялась частота вращения электродвигателей.

Тем не менее МТК сделал ряд замечаний по проекту башни, в соответствии с которыми Металлический завод внес изменения в чертежи. Червячная передача в механизме вертикального наведения была заменена зубчатым сектором, зарядные погреба расположили ниже снарядных. Завод изменил размещение постов вертикальной наводки, расположив их по одну и ту же сторону от пушек, броневые переборки между орудиями продолжил по всей длине башни, лебедки ручной подачи снабдил электродвигателями небольшой мощности. Угловые стыки броневых плит были закруглены по минимальным радиусам, чтобы контуры вращающихся частей башен имели форму, типичную для башен русского флота. Некоторые изменения были внесены в станки 305-мм орудий. В частности, уменьшено давление в компрессорах накатника и увеличена длина отката.

Внесенные в проект изменения вызвали увеличение массы башенной установки в общей сложности на 23 т. Эта перегрузка частично компенсировалась разностью между массой установки, заданной в технических условиях (780 т), и массой спроектированной башни (769,4 т). Оставшуюся перегрузку Металлический завод обязался устранить, снизив массу отдельных башенных деталей и механизмов.

В октябре 1907 года на Совещании по судостроению представитель Металлического завода А.Г. Дукельский предъявил расчеты стоимости двухорудийных башенных установок, а также расценки уже построенных башен для корабля "Андрей Первозванный". После обсуждения цена 575 тыс.рублей за башню, заявленная Металлическим заводом, была признана вполне обоснованной. Металлический завод получал заказ на опытную башню и восемь башен для линейного корабля «Цусима» и «Телин» по заявленной цене. Создание четырех башен для «Порт-Артура» по чертежам Металлического завода поручалось Обуховскому заводу. Путиловский завод получил заказ на 4 башни для «Дажалета». Стоимость опытной башни была определена в 850 тыс.руб., учитывая замену материалов в опытной башне, разница в стоимости и составила фактически премию для Металлического завода за лучший конкурсный проект двухорудийной башни.

Договоры Морского министерства с Металлическим, Путиловским, Обуховским заводами на постройку башенных установок для линейных кораблей типа «Цусима» был заключен в 27 января 1908 года. Впервые в договоре предусматривались штрафы за избыточную массу до 60 тыс. руб. Заводы обязывались сборку башен закончить к 1 января 1911 года. Предварительно следовало полностью собрать одну из башенных установок в цехе завода и предъявить ее представителям Морского министерства, а для приближения к корабельным условиям сборку осуществлять, также впервые, со штатными орудиями, а не с болванками. Кроме того, завод должен в отличие от предыдущих заказов изготовлять детали и части башен в порядке, необходимом для их сборки на корабле. Как оказалось впоследствии, это требование договора имело огромное значение, именно благодаря ему удалось собрать башни на кораблях в срок. Металлический завод собрал опытную башню на Охтинском полигоне летом 1909 года. После проведения испытаний опытной башни, для ускорения работ Морское министерство решило оставить только те взаимозамкнутости механизмов башни из предусмотренных проектом, которые предупреждают несчастные случаи с прислугой башни и крупные поломки, ведущие к выходу ее из строя. Все обнаруженные офицерами ГУК, флота и МГШ недостатки в ней были устранены.

Линейные корабли

"Цусима" Адмиралтейский завод 1907-1909-1912

"Телин" Адмиралтейски завод 1907-1909-1912

"Порт-Артур" Балтийский завод 1907-1909-1912

"Дажалет" Балтийский завод 1907-1909-1912

Водоизмещение 18 372 тонны, нормальное 22 416, максимальное 24 720 тонн, размерения 170.5х25.2х8.6/9.3 (м), 22 котла Ярроу, 4 ПТ Парсонса, 4 винта, мощность ПТУ=29500 л.с., При форсировании 32000 л.с., скорость 21.5 узел. Максимальный запас угля 5180 тонн, максимальная дальность 6000 миль/12 узлов. Вооружение: 4х2 305/52 (120 снарядов на ствол), 16х1 105/55 (275 снарядов на ствол), 4х1 75/50 (250 снарядов на ствол), 2х37/30 авт.Максима (300 снарядов на ствол). Бронирование: пояс 75-254-75(мм), верхний пояс 152мм, ПТП 40мм, башня 254-203мм, крыша башни 75мм, палуба 37.5-25-12мм, скосы до 75мм, боевые рубки 254мм, крыша 125мм. Экипаж - 927 человек.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

на базе прыгучего шарпа проектец Цусимы?

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

на базе прыгучего шарпа проектец Цусимы?

И да и нет.... Щаз это на Цусиме разбирают....

Основа Шарп+ сравнение анализ+ухудшение характеристик

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

в шарпе что то похожее получается.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

И начало а по Императрицам:

Линейные корабли типа «Императрица Мария» Глава I Предпосылки к строительству Черноморских Линкоров.

Обращение России к строительству дредноутов на Чёрном море прямо следовало из проведения государственной политики на юго-западных рубежах империи. Со времён присоединения в XVIII столетии Крыма и выхода страны к черноморскому побережью перед российским политическим руководством незыблемо, как скалы Босфора, встала проблема проливов, в которой сплеталось всё - и государственно-политическая экспансия на Балканах под лозунгом "защиты славянства", и вопрос военно-морского присутствия в Средиземноморье, и силовое прикрытие южного фланга державы, и необходимость обеспечения беспрепятственного, не связанного с прихотями третьей стороны, торгового сообщения с Европой, и ещё большее количество более частных вопросов. Все эти проблемы решались единым движением захвата Босфора и Дарданелл, чему Турция ("больной человек Европы", по выражению Николая I) сама по себе противостоять была не в силах, однако до сих пор мощным европейским политическим конкурентам России удавалось не допустить этого. К началу XX века, на протяжении почти полутора столетий существования вопроса, Россия несколько раз (в 1807, 1833, 1878 гг.) приближалась к осуществлению вековой мечты о Царьграде, но всякий раз перед угрозой большой войны чуть ли не со всей Европой была вынуждена отказываться от заветной цели.

Не будет преувеличением утверждать, что развитие флота на южных рубежах России всегда проходило под знаком необходимости проведения операции по захвату Босфора и Дарданелл. Поражение нанесенное Русским Тихоокеанским флотом японскому флоту в ходе жесточайшего Цусимского сражения только обострило желание поставить точку на этом вопросе.

В октябре 1907 года незадолго до своей кончины морской министр адмирал Лихачев, писал в своем письме начальнику МГШ, что при разработке плана флотского строительства на ближайшие годы, что «для нас на южных морях, ... в связи с необходимым усилением боевого флота в Чёрном море, необходимо нижеследующее: 1) поставить определённой целью движение на проливы, 2) обеспечить Черноморский флот при выходе его в Средиземное море станцией вблизи Дарданелл». Примечательно, что в совместном докладе МИД и Морского министерства на имя регента по этому поводу вместе с аргументацией традиционалистского толка ("Морская традиция, завещанная России её историей", "Морские заветы внешней политики императора Александра III") отводился целый раздел для "Соображений промышленно-экономических", в котором говорилось: "Соображения в связи с начавшимся и быстро идущим вперёд переходом Отечества к капиталистическому строю народного хозяйства приводят к выводу, что в ближайшем будущем морской путь из Чёрного моря в Средиземное и через Средиземное приобретает для России ещё во много раз большее значение, чем в настоящее время, хотя и сейчас, как мы видим, он имеет значение одной из главных основ нашего экономического благополучия".

Министры не преувеличивали: 2/3 российского вывоза и 4/5 ввоза шло через Чёрное море; оставаясь пока по преимуществу аграрно-сырьевым экспортёром, Россия вывозила 1/3 всей производимой в стране пшеницы, почти 90% которой шло через проливы. Как писал историк, "по своему капризу, одним росчерком пера обладатель Константинополя может... одновременно вызвать пертурбацию как в земледельческой жизни России, так и в продовольственном снабжении многих европейских народов". Давали себя знать и результаты динамичного развития российского промышленного капитализма - в связи с быстрым формированием Донецко-Мариупольской топливно-индустриальной базы, вывоз продукции которой естественно тяготел к черноморским портам, вопрос проливов в начале XX столетия приобретал год от года растущее значение.

Ввиду этого морской министр в январе 1907 года распорядился выработать тип будущего линейного корабля для Чёрного моря. Этот, самый ранний этап становления конструкции черноморского линкора-дредноута, характеризовался полным отсутствием какого-либо его возможного турецкого оппонента, и истоки создания серии "Императрица Мария" следует искать, поэтому исключительно в необходимости подготовки перспективной операции на проливы.

В России исходили из того, что в случае развития критической ситуации вокруг проливов (чего приходилось ожидать в любой момент в силу общей слабости и политических шатаний "Блистательной Порты"), чреватого вмешательством крупных европейских держав, Турция неотвратимо будет вовлечена в сферу влияния могущественных держав. В этом случае через проливы ожидали появления "вооружённой морской силы, которая, в случае европейской войны, введёт свой флот или часть его в Чёрное море, обеспечив ему базирование на турецкие и румынские порты".

Для гарантированного противодействия подобным силам в докладе морского министра на высочайшее имя 7 сентября 1907 года обосновывалась необходимость немедленного усиления Черноморского флота тремя линкорами-дредноутами. 22 декабря 1907 года

на заседании совета государственной обороны на котором присутствовал Е.И.В. регент великий князь Михаил Александрович было принято решение «одобрить финансирование строительства 3-х линейных кораблей и дивизиона эскадренных миноносцев».

Получив одобрение Михаила, морской министр официально проинформировал об этом П.А.Столыпина и 29 декабря обратился в Совет министров со специальным докладом «Об ассигновании средств на усиление Черноморского флота». В свою очередь Премьер-министр предложил рассмотреть вопрос передачи их постройки частной русской компании, "достаточно гарантирующей успех, вменив ей в обязанность оборудовать верфь вполне солидно и сообразно новейшим требованиям техники". На коллегии морского министерства было принято решение согласится с предложением премьер-министра, но с оговоркой о постройке 2 линейных кораблей в Николаеве на подлежащем передаче в аренду Николаевском адмиралтействе и одного корабля на казенном Лазаревском адмиралтействе. Однако Совет министров, рассмотрев программу, утверждать её не торопился, отметив предварительную несогласованность представленного проекта с Министерством финансов, что означало отсутствие в текущий момент необходимых источников финансирования. Для разрешения этого вопроса Совет министров постановил созвать под председательством морского министра особое междуведомственное совещание, на котором все спорные моменты были успешно урегулированы.

Стоит отметить что планы Российской Империи по усилению Черноморского флота усугубленные в выигрышными итогами русско-японской войны в которой Русский Тихоокеанский флот сыграл далеко не последнюю роль нанеся в генеральном сражении поражение япоснкому флоту вызвали серъезную обеспокоенность Турецкого правительства для которого политические цели России секретом не являлись.

Прежде всего это вылилось в приобретение из состава Британского флота 2 эскадренных броненосцев, состоявшееся в августе 1910 года. Стоить отметить, что вначале зондировалась возможность приобретения 2-х кораблей из состава Германского флота в Берлине, но под давлением Санкт-Петербурга Берлин отказался от продажи кораблей.

Несомненно что закладка осенью 1908 года 3 линейных кораблей на Черном море вызвало сильную тревогу в Стамбуле, что в итоге привело к изысканию возможности заказа кораблей в Англии. Первоя информация была получена в МГШ весной 1910 года, - информация гласила о предстоящем приобретении Турцией в Англии трёх строящихся для Бразилии линейных кораблей типа "дредноут".

В действительности фактом является лишь то, что в январе 1910 года в Англии по заказу бразильского правительства действительно находились в разной стадии постройки три дредноута. Первый из них, "Минас Жераэс", строившийся компанией "Армстронг" с апреля 1907 г. (заводской № 791), 5 января 1910 г. был предъявлен заказчику. 17 апреля 1910 г. он, по завершении трансатлантического перехода, прибыл в Рио де Жанейро. Второй, "Сан Паулу", постройка которого ещё до начала стапельных работ была передана по субконтракту компании "Виккерс" (заводской № 347), достраивался на плаву. Он был предъявлен заказчику в июле 1910 г. и также благополучно пришёл в Рио 25 октября 1910 г. Постройка третьего корабля ("Рио де Жанейро", заводской № 792) начатая компанией "Армстронг" на стапеле, освободившемся после спуска "Минаса Жераэса" (последовавшего 10 сентября 1908 г.), затягивалась; корабль успел морально устареть в ходе строительства и впоследствии, по настоянию бразильского заказчика, был перепроектирован, разобран на стапеле и начат заново. Название его было сохранено и он стал тем самым "Рио де Жанейро"/ "Султаном Османом I"/ "Эджинкортом", который вошёл в историю как линкор, несущий наибольшее число тяжёлых орудий.

Программа по обновлению сил Черного моря

Полная стоимость программы сложилась из нескольких групп расходов: 43 млн. руб. "общей суммы предусмотренных издержек по Морскому министерству на потребности Чёрного моря" (38 млн. руб. на перевооружение и капитальный ремонт 2 линкоров-додредноутов "Три Святителя" и "Пантелеймона", и 2 ББО "12 апостолов" и "Ростислава"(так они классифицировались после 1907 года), "Пантелеймон", на постройку в 9 эсминцев, 6 подводных лодок с плавбазой для них и 2 транспортов для боеприпасов; 5 млн. руб. на оборудование Севастопольского и Николаевского портов; 7 млн. руб. на заготовление неприкосновенных запасов) и млн. руб. "на усиление Черноморского флота" (78,0 млн. руб. на постройку трёх линкоров нового типа с артиллерией и боезапасом; 12 млн. руб. на оборудование судостроительной верфей, постройку доков, постройку хранилищ для второго комплекта боезапаса, дооборудование броневого Ижорского завода, неприкосновенный запас и плавсредства для Севастопольского порта). Всего стоимость программы составила 130 миллионов рублей.

В заключение стоит отметить что в конце сентября 1911 г. Турция объявила о закрытии проливов в связи с началом вооружённого конфликта с Италией. Момент пришёлся на реализацию урожая зерновых, в связи с чем положение российских экспортёров стало критическим. Только в порту Таганрога скопилось около полумиллиона тонн не вывезенных грузов, из которых 70% составляла пшеница. Убытки российских хлеботорговцев, экспортёров угля и марганца ежедневно исчислялись миллионами рублей, экономика империи получила болезненный укол.

Кроме того стоит отметить что 1911 год стал критическим для России. В течении 1908-1911 годов представители Антанты неоднократно пытались добиться согласия России на союз с Великобританией. Неизменно представители России увязывали возможность вхождения в англо-русский союз с получением проливов. В конечном итоге в начале 1911 года русским министром иностранных дел было передано представителям Антанты что единственным условием вхождения России в сердечное согласие, является непременная передача России проливной зоны, ДО ЗАКЛЮЧЕНИЯ ДОГОВОРА. В итоге в 1911 году Россия вступила в соглашение с Германией направленное прежде всего против Великобритании. Генеральная линия, просуществовавшая до самого начала мировой войны весной 1914 года, была неизменно ориентирована на вооружённую аннексию зоны проливов как результат совместной операции армии и флота, чему должно было предшествовать планомерное развитие соответствующих сил и средств.

Тем временем ситуаци я усугублялась тем что в апреле 1912 года Турция опять закрыла проливы, вновь чувствительно задев российские промышленно-экономические интересы. Апрельский 1912 года демарш оттоманского правительства только подтвердил для России необходимость подготовки к силовому решению проблемы проливов, какой бы путь непосредственно не привёл к решению этого узлового вопроса мировой политики. Практически это вылилось в создание в мае 1912 года "особой группы" в которую вошли представители МГШ и Генерального штаба на которую было возложено планирование совместной операции армии и флота.

А что касается турецких дредноутов, то в июне 1911 г. было действительно официально объявлено, что Турция заключила контракты в британскими компаниями "Армстронг" и "Виккерс" на постройку двух линкоров самого современного типа - "Решад-и Хамисс" и "Махмуд Решад V". Оба корабля в качестве главного вооружения должны были нести по 10 13,5" орудий и попадали, таким образом, в разряд сверхдредноутов (эти сведения, неофициально поступившие в Россию уже в апреле 1911 г., внесли изрядную долю нервозности в дискуссии МГШ и ГУК при установлении состава и калибра главного вооружения второй серии черноморских линкоров). Разработка их, осуществлявшаяся первоначально под руководством главного конструктора "Виккерс" Дж. Оуэнса-Тэрстона, на стадии детализации рабочего проекта претерпела также влияние компаний "Армстронг" и "Джон Браун". Выбор основных характеристик был представлен на усмотрение контрагента, но краеугольным требованием заказчика оставалось желание получить линкор, "не уступающий никакому из уже существующих британских"." По сей день не совсем ясно, под какие гарантии заключались оба контракта, и, поскольку несостоятельность турецкого казначейства была хорошо известна всей Европе, английские фирмы не торопились с закладкой кораблей пока не произошло какое то событие которое кардинально изменило ситуацию - оба линкора были начаты постройкой только в декабре 1911 года. Стоит отметить что по крайней мере в Турецких архивах попавших в руки Русских весной 1914 года и в послевоенное врея ответы были не обнаружены. Напрашивался вывод, который и сделали специалист МГШ, что английское правительство дало гарантии своим фирмам. Тем не менее работы шли достаточно неторопливо. Работы оживились весной 12 года и с этого момента пошли полным ходом оба корабля были спущены на воду соответственно в мае и августе 1913 года после чего достаточно ритмично достраивались и были сданы заказчику в декабре 1913 года и пришли в Стамбул в разгар боев на Чатылджинских позициях в феврале 1914 года.

Глава II Создание проекта

К строительству будущих линкоров-дредноутов для Чёрного моря в Морском министерстве начали готовиться весьма заблаговременно. Еще в январе 1907 года морской министр обратился в МТК с предложением приступить к выработке типа Черноморского типа Дредноута. Составленное МГШ тактическое задание было утверждено И.Лихачевым 30 июля 1907 года. Оценка этого задания на предмет его технического воплощения поручалась МТК, инженеры которого не мешкая принялись за дело. Для линкоров Чёрного моря, сравнительно с основными характеристиками строящих балтийских дредноутов, несколько повышали требования в отношении артиллерии, бронирования и торпедного вооружения и облегчали их в части скорости и запаса топлива. Это в конечном результате практически компенсировало разницу по отдельным статьям нагрузки, и водоизмещение черноморского линкора стабилизировалось у отметки 21500-22000 т - тоннажа "Цусимы", приближаясь к нему с той или другой стороны. Стоит отметить что кардинально сокращались запасы топлива, в то время как при проектировании "Цусимы" одним из требований было довести дальность плавания до 6000 миль. Кроме того в отличии от Балтийских дредноутов МТК считал возможным применить смешанное питание котлов.

Требования сформулированные в МТК в августе 1907 года.

1. Внешний вид: образования корпуса безразличны, ледокольного или обыкновенного характера, но тарана не требуется; непременно наличие полубака для улучшения мореходности; углубление в нормальном грузу не должно превышать 27,5 футов [8,40 м] и в полном 29 футов [8,84 м].

2. Скорость полного хода не менее 20 уз, а при форсировке до 22 узлов.

3. Район действия не менее 24 час. полного хода при нормальном запасе топлива и не менее 60 час. полного хода при полном запасе,

4. Артиллерийское вооружение 8 12" орудий в 52 калибра, расположенных в двухорудийных башнях, расположенных так же, что и на линейных кораблях типа "Цусима" с теми же углами обстрела. Наибольший угол возвышения должен быть 35°, что вызывается потребностью, исходящей из тактического назначения этих кораблей; противоминную артиллерию в отличии от Балтийских дредноутов планировалось усилить. Она должна была состоять из 16 120мм орудий длинной 50 калибров, и располагалась в казематах плутонгами по 2 или 4 орудия.

5. Бронирование: 1-й пояс по ватерлинии от носа до кормы должен иметь толщину 11" с 2" внутренней переборкой, причём в оконечностях, где не имеется особо важных для боя элементов, броня эта может быть уменьшена в толщине до 4"; 2-й пояс для обеспечения остойчивости и плавучести, которые зависят от целостности надводного борта до самой верхней палубы, надо предохранить от борта до борта от больших пробоин неправильной формы. Для этой цели можно признать достаточной броню в 4" толщиной (Примечание: для исчисления высоты 1-го и 2-го поясов следует руководствоваться соображениями о боевых и аварийных углах крена и дифферента и потребных мореходных качествах); боевая рубка и башни должны защищаться 10" бронёй, крыши 4"; внутреннее бронирование предназначается для удержания осколков от проникших за броню снарядов, что достигается применением вязкой стали, толщина внутренних броневых прикрытий должна быть не менее 1"; подачные трубы 12" башен вместе с бронёй борта не менее 8"; верхняя палуба на всём протяжении прикрывается бронёй 1,75", считая в эту толщину и палубную настилку; средняя палуба в горизонтальной части должна быть прикрыта 1,25" бронёй, а на скатах 2",

6. В отличии от Балтийских дредноутов вновь устанавливалось минное вооружение, которое долждно было состоять не менее как из 4 подводных аппаратов по два с каждого борта.

7. Внутреннее размещение, трюмные системы, снабжение пожарными и водоотливными средствами и пр. определяется требованиями сохранения наибольшей живучести в бою, для чего должны быть применены все соображения, коими руководствовались при проектировании линейных кораблей типа "Цусима",

8. Механизмы должны быть турбинные, причём желательно было бы, если представиться возможным, поставить реверсивные турбины, чем избегается установка отдельных турбин заднего хода,

9. На корабле должно иметься приспособление для установки сетевого заграждения.

(Пометка: "Изменения в башенных установках против чертежей, принятых для линейных кораблей типа "Цусима": увеличить толщину брони с 7,9" до 10", увеличить угол возвышения с 25° до 35°, увеличить скорость строительства до возможного максимума").

Ознакомившись с разработкой МТК, морской министр И.Лихачев их утвердил в полном объеме, но рекомендовал сэкономить на минных аппаратах, так они вновь и на этот раз навсегда исчезли из проекта Черноморских дредноутов.

Правда некоторое время спустя МГШ вновь решил обратиться с предложением об усилении минного вооружения и увеличения скорости хода. МТК откомментировал сии предложения ,"как вызывающих значительное увеличение водоизмещения против нормы, указанной выше, и как значительно повышающих общую стоимость дредноутов, которая была исчислена при водоизмещении их близком к 20000 тонн". в конечном итоге вновь вмешался морской министр потребовав приступить немедля к проектированию новых линейных кораблей с целью их закладки летом 1908 года.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

Тут небольшой момент уточнение...

До 1 марта 1914 года, в Стамбул пришел 1 дредноут, второй же застрял в феврале 1914 года на Мальте из-за аварии машин..... И встал в ремонт..........

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

"Соображения в связи с начавшимся и быстро идущим вперёд переходом Отечества к капиталистическому строю народного хозяйства приводят к выводу, что в ближайшем будущем морской путь из Чёрного моря в Средиземное и через Средиземное приобретает для России ещё во много раз большее значение, чем в настоящее время, хотя и сейчас, как мы видим, он имеет значение одной из главных основ нашего экономического благополучия".

<{POST_SNAPBACK}>

Это реальная цитата? Звучит немного анахронистично, про "народное хозяйство".

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

цитата.............

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

До 1 марта 1914 года, в Стамбул пришел 1 дредноут, второй же застрял в феврале 1914 года на Мальте из-за аварии машин..... И встал в ремонт..........

<{POST_SNAPBACK}>

А Султан Осман/Эджинкорт? Тоже в Стамбуле уже?

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

чевой то я про него забыл..........

пущайЧеширский думает......... Как это выглядеть должно..........

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

мае и августе 1913 года после чего достаточно ритмично достраивались и были сданы заказчику в декабре 1913 года и пришли в Стамбул в разгар боев на Чатылджинских позициях в феврале 1914 года.

<{POST_SNAPBACK}>

Как насчет боевой подготовки и освоения кораблей личным составом? На нее времени явно нет у турок.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

думаю все будет плохо.......

У нас же год-полтора времени есть

Первая Императрица вступит в строй в 12-м, а еще две весной 13 го........

И возникает вопрос, в 11-м мы закладываем 2 Императора, успеем хоть один ввести к началу 14-го или нет.....

Я предположил что хоть один за счет торможения 2-х Балтийских но ввести усппеем, правда боеготовность к весне 14 будет не очень

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

больно быстро. что у нас меньше чем за 3 года строилось....

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

И возникает вопрос, в 11-м мы закладываем 2 Императора, успеем хоть один ввести к началу 14-го или нет.....

<{POST_SNAPBACK}>

Вряд ли.

Кстати, Cobra, не могли бы вы еще раз свою кораблестроительную программу озвучить, а то я ее чего-то нигде в окончательном виде найти не могу?

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

ПОка тока линейные силы и вкратце

Предполагается создание 3-х оперативных эскадр на Балтике, Черном море и Тихом океане.....

КОроче что мы строим пока только ТЯЖЕЛЫЕ корабли:

ПОсле РЯВ....

Достраиваем БрКр "АМ". 1905-1906-1908

СТроим 2 переходных дредноута "АП" и "Кн Вл" 1906-1907-1910

Строим для БФ:

4 ЛК типа ЦУСИМА 4х2 12"/52, 21 уз. 1907-1909-1912

4 ЛК типа Император 4х2 14"/50, 22 уз., 1909-1911-1914

4 ЛКР типа Измаил 4х2 14"/50, 26-27 уз., 1912-1914-1915/16

Строим для ЧФ:

3 ЛК типа Императрица 4х2 12"/52, 21 уз., 1908-1911-1912/13

2 ЛК типа Император 4х2 14", 22 уз., закладка 1911 .................................. Обсуждаемо!!!!

СТроим для ТОФ:

4 БрКр типа Князь (Рюрик, Алекс.Невский, Дм.Донской, Вл.Мономах) 1910-1911-1913/1910-1911-1913/1911-1912-1914/1911-1914-..............

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

оно у меня самого раскидано больно тем более монография по флоту в режиме правки

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

4 БрКр типа Князь (Рюрик, Алекс.Невский, Дм.Донской, Вл.Мономах) 1910-1911-1913/1910-1911-1913/1911-1912-1914/1911-1914-............

<{POST_SNAPBACK}>

А где? На балтике вроде на 1910 г еще стапеля заняты все Императорами. Помню что-то говорилось про путиловскую верфь в Ревеле, но это вроде не 1910.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

ПРавильно Путиловский двойной стапель готов в 1912 году как мне помнится......

Я предположил следующее

Во первых Путилов в части получения гособоронзаказа оказался более удачлив...

В частности Путилов в 1909 году получает заказ на производство 14" орудий для новых линкоров, для чего построен Новый орудийный цех, с германской помощью... (опытные 14" изготавливают на ОСЗ и Круппе).... Сдачу орудий начнут в начале 12 года.... проектная мощность 18 стволов в год.... Вполне успевают поставить для Черноморского и 4-х Балтийских............. к 14 году....

Второе в России не могуут не учесть опыт приминения больших рейдеров тем более вопрос по Японии с повестки дня не снят, следовательно с 1906 года идут проработки большего крейсера - рейдера, кульминация 1909 МГШ выработал ТТЗ на проектирование... (одновременно прорабатывают эскадренный крейсер, который вобщем то скорее быстроходный линкор)

Путиловский завод влазит и выигрывает тендер на 2 Крейсера, под них срочно сооружают стапель, заказ в 1910 году закладка в начале 1911 года.........

И здесь такой момент, где строить

Предполагается такой вариант

2 корабля КРАМПУ(на свободном стапеле поочереди), 2 Путилову.......

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

2 ЛК типа Император 4х2 14", 22 уз., закладка 1911 .................................. Обсуждаемо!!!!

<{POST_SNAPBACK}>

Хм, как вариант, уже готовые башни и орудия для балтийских Императоров передаем черноморским. Вступление балтийских в строй тормозится на год. Темп достройки черноморских реально серьезно ускорить. В общем, проделать то же, что англичане - передали башни "Агамемнонов" "Дредноуту".

Смотрим. Закладка черноморских императоров 1911 г. Стапельный период ок. 2-х лет, если смотреть на реальные сроки постройки реальных императриц.

Значит спуск в 1913. К этому моменту балтийские императоры уже в высокой степени готовности, башни и орудия уже должны быть готовы как минимум для двух кораблей. Разбираем и перевозим на юг, устанавливаем на черноморцы. Со скрипом можно ввести в строй весной 1914, но подготовка будет не ахти.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

Я пытался Цусиму изобразить на старом форуме, но что то он мне не очень понравился.. Никто не возьмется?

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

Я пытался Цусиму изобразить на старом форуме, но что то он мне не очень понравился.. Никто не возьмется?

<{POST_SNAPBACK}>

А мне так "вариант 2" Цусимы весьма понравился. Линейно возвышенная компоновка и при этом черты русского дредноута (лаконичность надстроек, например) безошибочно угадываются.

Прочие ваши эскизы тоже очень хороши. Надо только императоров с 14'' изобразить и еще императриц (там внешние отличия от Цусим вроде минимальны)

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

Кстати, Vova7, смотрю на ваш эскиз Измаила и обратил внимание, что хотя весь противоминный калибр в башнях, на виде сверху в корпусе показаны вырезы под казематы. По идее там гладкий борт должен быть.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

и еще императриц (там внешние отличия от Цусим вроде минимальны)

Император с 14" сбоку практически аналогичны с 12". Руки до них никак не дойдут.

Мы там с коллегой cobra вроде решили Императрицам и Цусимам несколько разную компоновку делать, но это пока обсуждаемо..

Но мне трубы у них высоковаты кажутся.

Кстати, Vova7, смотрю на ваш эскиз Измаила и обратил внимание, что хотя весь противоминный калибр в башнях, на виде сверху в корпусе показаны вырезы под казематы. По идее там гладкий борт должен быть.

Пренепременно учту.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

Значит спуск в 1913. К этому моменту балтийские императоры уже в высокой степени готовности, башни и орудия уже должны быть готовы как минимум для двух кораблей. Разбираем и перевозим на юг, устанавливаем на черноморцы. Со скрипом можно ввести в строй весной 1914, но подготовка будет не ахти.

Именно так по всем пунктам............... Закладка весна 1911 года...... И в принципе да реально ввести в строй...

ПОлучается, что 2 Балтийца вводят в строй тоже к весне 14-го, а еще 2 токо зимой с 14 на 15-й............

ТОгда передаются Башни ГК, орудия ПМК, часть агрегатов и т.д., благо в 1910 году примут решение вторую серию черноморских дредноутов строить полностью унифицировав.....

там внешние отличия от Цусим вроде минимальны)

Цусимы ПМК 105/55

Импераирицы ПМК 120/50

Ну и ТТХ отличаются............

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

Внес изменения в чертеж Измаила:

http://jpe.ru/1/max/200808/0kmioyzfv2.jpg

вот только гадский радикал не хочет работать...

Share this post


Link to post
Share on other sites
This topic is now closed to further replies.
Sign in to follow this  
Followers 0