Варфоломеевская ночь для католиков

[тохта]

Екатерина ждала долго. Сносила насмешки свекра, терпела официальную любовницу мужа. Ждала, рожала детей и изучала ту страну, в которой ей надо было жить, а хотелось еще и править.

А страна бурлила. Внешне это выражалось в борьбе католиков и протестантов, листовки которых находили даже в королевской спальне. Но Екатерина, выросшая в Флоренции, где почтение к власти папы и уважение к религии было минимальным, смотрела глубже.

Они видела недовольство разоряющегося дворянства, старинного дворянства шпаги,

требовавшего славы и богатств, лучше всего поместий. Новые дворяне, бывшие купцы и банкиры, купившие должности чиновников, образовали новое дворянство, дворянство мантии.

Но не все эти дворяне были преданны королю. Согласно старинным законам должность офисье мог купить только тот, кто знал местные законы (кутюмы).

Т.е. стать чиновником мог только местный уроженец, который часто думал не об интересах короля, а об интересах родного города. Кроме того, купив должность

новый хозяин становился ее полновластным хозяином. Это означало, что его нельзя уволить (выкуп всех должностей был непосильной мерой для вечно пустого бюджета).

Но и сами эти дворяне в городах сталкивались с теми, кто был против могущества городской аристократии, будь то нувориши или простые горожане, потерявшие надежду стать хозяевами своего города.

На поверхности этого моря плавали аристократические дома. Богатые и влиятельные аристократы, по традиции занимающие все ключевые посты в армии и управлении страной (губернаторы полководцы), стремились сами контролировать королевскую власть.

А на дне этой пирамиды находилось крестьянство, относительно спокойное в то время.

После смерти Генриха Екатерина столкнулась с тем, что ее почти отстранили от власти клан Гизов, родственники жены нового короля, Франциска II, Марии Стюарт.

Только внезапная смерть короля вернула Екатерину к власти.

Первые шаги новой королевы по примирению своих подданных, будь то открытый диспут протестантов и католиков в Пуаси, поездка королевы и короля по Франции показали, что борьба гугенотов и католиков это серьезно.

Две войны католиков и гугенотов это только подтвердили.

И тогда в 1570 г. Екатерина, видя упорство гугенотов и усиление Гизов, решает приблизить протестантов. Она приглашает ко двору лидеров протестантов и начинает говорить о браке своей дочери Маргариты и Генриха Наварского.

Адмирал Колиньи входит в королевский совет и пользуется огромным доверием короля, который называет его своим отцом.

Дальше АИ.

Отныне прагматичная Екатерина решила не сидеть на двух ненадежных стульях, поскольку аристократические лидеры католиков (Гизы) и гугенотов (Бурбоны)

одинаково стремились оттеснить ее от власти.

Она сделала ставку на гугенотов, решив опереться ни них и самой стать их лидером. К тому времени лидерами гугенотов были малолетние Генрих Наварский и его брат, Конде. Фактически лидер, адмирал Колиньи, был не столь знатен.

Ей удается уговорить его от планов вторжения в Нидерланды, прельстив возможностью провести Реформацию во Фландрии.

Этот дуэт начинает действовать крайне слаженно и полностью подчиняет короля.

В 1570 г. начинаются назначения гугентов на важные посты.

Монмаранси-Данвиль, другие гугенотские или лояльные к гугенотам дворяне получают места и титулы.

Швейцарскую католическую гвардию сменяют немецкие рейтары из числа протестантов и гасконские мушкетеры.

Ко двору приглашен старый канцлер Мишель Лопиталь, лидер партии политиков, выступавших за религиозную терпимость и усиление королевской власти.

К церкви, не платившей налогов со своих земель и лишь иногда оказывавшей «помощь» королевской казне, по особым случаям, направлена очередная просьба о помощи. Но церковь, недовольная прогугенотской политикой короля, отказывает ему.

Это вызывает ярость короля, которую искусно разжигают Екатерина и Колиньи.

Одновременно Екатерина втайне создает Лигу короля, вербуя сторонников своей политики в провинции.

Гизы открыто выступают против новой политики. Их поддерживает испанский посол. Втайне они начинают организовывать свою, Католическую лигу. Но делают это довольно поздно.

Кроме того, испанцы, которые одновременно воюют с турками (Лепанто) и пытаются подавать открытое восстание в Нидерландах, вспыхнувшее 1 апреля 1572 г, мог помочь своим союзникам только морально.

18 августа 1572 г. в Париже происходит свадьба Генриха Наварского и Маргариты Валуа. К этому моменту недалеко от города сосредоточен 6-ти тысячный корпус протестантов, собранный ими под предлогом похода на помощь братьям по вере в Нидерландах. (в РИ он направился прямиком в Нидерланды, где и был разбит гц. Альбой незадолго до ночи св. Варфоломея).

22 августа тежело ранен адмирал де Колиньи. (Позднее появится версия, что Екатерина сама организовала, или как минимум дала санкцию на это убийство). Но официально все следы ведут к Гизам. Протестанты и король в ярости.

Вечером 24 августа Колиньи, которого лечат королевские врачи, умирает.

Его сторонники совместно с королевской гвардией начинают уничтожать представителей дома Гизов и их союзников. В городе, где католицизм и Гизы весьма популярны, начинаются массовые волнения. Только вступление отрядов гугенотов в город позволило переломить ситуацию. Неготовые к сопротивлению католики проигрывают протестантам.

В течении трех дней протестанты режут всех своих врагов.

Варфоломеевская ночь становится символом жестокого и внезапного нападения.

А сама Екатерина Медичи становится для католиков символом жестокости и вероломства, войдя в историю как кровавая королева.

Вскоре после этого Екатерина объявляет новый эдикт, в котором предписывает во первых, выборы священников во всех приходах Франции. Эта практика обычна для кальвинистов. Кстати говоря, возможны и выборы католических священников.

Тем не менее, многие священники, особенно использовавшие пребенды (места) в качестве просто источника дохода (в этом случае обычно назначался викарий, т.е. заместитель) теряют свои места.

Во вторых, тем же эдиктом объявлено о конфискации всех монастырских земель.

В третьих, об отмене десятины. Это добавление было сделано последним,

поскольку увидев ярость католиков Екатерина начала боятся крестьянских бунтов.

Известие об избиении Гизов, официально за заговор против короля, шокирует страну.

Тем более что речь идет о реформе церкви. Немедленно вспыхивают волнения.

Вообще, всю зиму северная Франция (севернее Луары) волнуется. Многие города открыто выступают против Эдикта.

Младшие члены семейства Гизов, герцог де Мец и его сестра, бегут в Номанидию (герцог) и Бургундию, где у Гизов огромные владения и сильны симпатии к католицизму.

Герцогиня подымает мятеж в Бургундии, получаю поддержку испанцев из соседнего Франш-Конте.

Но в Нормандии ситуация поворачивается по другому. Руан не только второй (после Парижа) экономический центр Франции, но и место нахождения многочисленной гугеносткой колонии. Кроме того, хотя местная городская знать и поддерживает де Меца, внутри города многие ненавидят патрициат. Адмирал Стоцци, родственники Медичи, получив звание интенданта, врывается в город.

Он выгоняет герцога, который бежит в Нидерланды.

Затем проводит конфискацию церковных земель и одновременно формирует свой полк из местных дворян, которым в качестве награды раздает церковные земли.

Одновременно он выкупает все должности королевских чиновников, платя опять же церковными землями. Кроме того, он требует присяги у всех местных дворян и конфискует земли Гиза и тех, кто бежал вместе с ним, раздавая их своим сторонникам. Этим он добивается во первых, того, что многие местные дворяне оказываются связанными с королевской властью своими землями.

Во вторых, он увольняет всех королевских чиновников, которые плохо выполняют его приказы.

В третьих, многие искренние католики боясь за свое имущество, остаются верными короне.

Действия Стоцци становятся образцом для королевских интендантов и тех губернаторов, что приняли сторону королевы.

В каждой провинции происходят свои столкновения. Сводятся старые счеты.

Корона не может наладить массовую продажу церковных земель, зато щедро раздает их своим сторонникам. Так же происходит массовый выкуп должностей, что подрывает основы независимости офисье.

Испанский король открыто поддерживает Гизов, но его руки связаны войной с Османами в Средиземном море и восстанием в Нидерландах.Его небольшая финансовая помощь не оправдывает репутации испанских слуг, которую получают сторонники католической лиги во главе с Гизами.

Еще более жестко выступает римский папа Григорий, который накладывает на Францию интердикт и лишает силы все клятвы кровавой королеве.

В следующем, 1573 г. умирает Карл IX, как уверенны католики, от проклятия папы римского. Кроме того, католические писатели объявляют о том, что его убила Екатерина Медичи. Испанский король заключает мир с Османами и обещает помощь войсками Гизам, которые закрепились в Бургундии и Шамапани.

Одновременно местные наместники короля, особенно Монмарси-Данвиль на юге, фактически начинают вести себя скорее не как подданые, но как вассалы короля.

На трон вступает Генрих III, любимец матери. Новый король продолжает исповедовать католицизм, хотя продолжает покровительствовать гугенотам. Его духовные метания ослабляют его авторитет.

Вообще в этот период начинаются религиозные метания.

Система выборов во многом укрепила католическую церковь, так резко улучшила состояние духовенства.

Кроме того, прихожане часто выбирают весьма фанатичных священников-католиков.Многие из них пытаются даже выполнить интердикт.

Но королевская власть объявляет интердикт не имеющим силы. Тех кто его признают (обычно это священники)- сгорают на кострах. Появляются католические мученики.

Однако официально католическая не признает выборных священников. Давление изгнанных из Франции многочисленных знатных представителей церкви слишком сильно, к тому же именно они формируют мнение папского престола о реформах.

В итоге католическая оппозиция расколота на сторонников Рима, позиции которых подрывает массовое нежелание платить десятину и боязнь значительной части дворянства потерять захваченные земли.

И сторонников галиканской церкви, которая требует признать выборы (или хотя бы выборных) священников и конфискацию земель церкви. Эта группа преобладает среди католического духовенства

но не имеет международного признания, в первую очередь со стороны Рима.

Одновременно начинаются проблемы с кальвинистким духовенством.

Протестанские пасторы так же фанатичны и стремятся. Кое кто из них стремится превратить всю францию

во вторую Женеву. Но в условиях финансовой зависимости от своих прихожан, разделения франции на две религии, недовольства дворянства жесткими требованиями священников эта программа не получает успеха.

Таким образом, религиозная обстановка крайне напряженная.

Как и вообще обстановка в стране.

Северная Франция бурлит волнениями, бунтами то крестьян, то дворян. Католическая лига закрепилась в Шампани и Бургундии

На юге местные губернаторы-гугеноты часто ведут себя как полунезависмые правители.

Власть короля шатается.

С 1573 испанцы объявляют войну Франции и вводят гарнизоны в Бургундию и Шампань.

Но испанская армия завязла в Нидерландах, к тому же у католического короля опять нет денег.

Жестокость власти, где королева мать проявляет себя жестким и умным лидером, держит страну под контролем. В целом ситуация достаточно стабильна- слишком многие приобрели церковные земли и не хотят их терять. Кроме того, король опирается на назначенных им чиновников и военных.

А оппозиция слишком раздроблена.

Франция решает помочь Нидерландам и начинает формировать армию вторжения под руководством Морица Оранского.

В 1574 г. испанская армия пытается атаковать Францию через Пиренеи.

Они осаждают Наварру и вторгаются в Южную Францию.

Впрочем, на создание действительно огромной армии у испанцев нет ни солдат, ни денег.

Кроме того, Южная Франция опора протестантов.

Жители Наварры дерутся с беспримерным мужеством, опирающемся не только на боязнь грабежа испанцами своих домов, но и на веру. Они на 100 процентов кальвинисты, поэтому не могут сдаться католикам. И не верят в милосердие инквизиции.

Мориц Оранский реформирует французскую королевскую армию, с помощью которой он организует новые вторжения в Нидерланды. Он создает новую тактику и новые принцпы обучения солдат (линейная тактика). Но король перебрасывает эту армию на Юг.

Здесь как умелый военачальник и политик впервые выделяется Генрих Наварский.

Используя угрозу вторжения испанцев он подчиняет себе всех полунезависмых губернатов Юга.

И наносит поражения испанцам, зарабатывая нималый авторитет.

В 1575 г. он атакует Бургундию и Шамапань, базы лиги.

Одновременно Франсуа Анжуйский и Мориц Оранский вторгаются в Нидерланды.

Поход провален, Морицу нужны союзники, а не хозяева, Франсуа бездарен, а лучшие части у Наварского.

Но испанская армия окончательно застревает в Нидерландах.

Французские, английские и голандские пираты устраивают чуть ли не блокаду Испании.

Это окончательно лешает лучшие испанские части (т.н. фландрские терции) помощи и финансов из Испании.

В 1576 г. вспыхивает восстание в Нидерландах. На Генеральных штатов 1576 г. Нидерланды провозглашают своим сюзереном Франсуа Анжуйского.

Правда его негибкая политика приводит к взрыву недовольства в стране.

Она расколалывается на сторонников французов, испанцев и Оранснского, который требует независимости.

В итоге испанцы окончательно увязают в Нидерландах.

Без их помощи Генрих добивает лигеров в Шампани и Бургундии.

В 1577 г. король собирает Генеральные Штаты, которые закрепляют новые законы королевства.

Во первых, закреплен право прихода на выбор католического или протестанского священника.

Власть над церковью получают представители короля.

Монастыри сохраняются, но их земли окончательно закрепляются за новыми владельцами.

Они протекают весьма жарко. Часть депутатов католиков требуют признать действия королевы незаконными. Но наиболее смелые и упорные лидеры католиков либо мертвы, либо воюют с королем.

Особый размах приобретает критика действий королевских интендантов, которые нередко действовали не обращая внимания на закон.

Несмотря на критику реформ, большая часть депутатов голосует за поддержку короля. Образованны специальные комиссии по проверке деятельности королевских интендантов. Многие из них потеряли свои посты, но их места заняли другие.

Зато проходит другое предложение королевы.

Отныне вместо тальи, основного налога, который платили французы, вводится новый налог, тальон. Как и талья в южных провинциях, он платится не с конкретного человека (дворяне его не платили), а напрямую с земли. Кроме того, многочисленные разрешения не платить талью, накопленные за века, теперь не действуют.

Это серьезно увеличивает финасовые возможности фиска.

Кроме того, вместо распущенных парламентов на местах вводится система судов.

В городах должности эшевенов (членов городских советов) теперь выбираются, как и в средние века. А мэра назначает король, причем в любой момент может его сменить.

Проверку справедливости разложения налогов проводят местные штаты.

Таким образом разрешив усиление местного самоуправления (выборные городские советы, провинциальные штаты), корона взамен смогла не допустить усиления местных наместников, за исключением отдельных провинций (Лангедок, Навара) где правит местные сеньоры.

Создается небольшая регулярная армия.

В 1579 г. Утрехтская уния провозглашает независимость семи северных провинций

(нынешняя Голландия).

А вот Южные вливаются в состав Франции.

В 1588 католический монах Жан Клеман убивает Генриха III.

На престол Франции входит новый король Генриха IV Наварский,

первый французский король протестант.

[Абрамий]

А литература - Боже мой, на родине де Вийона и Рабле уже третий век пишут постные, злобные трактаты о предопределении, о том, что человек столь же мерзок Богу, как паук, которого голой рукой держат над огнем - как будто для милосердия Господня нет лучшего образа! Ни одной живой книги за триста лет! Бедный Перро, вздумавший записать крестьянские сказки, принужден был бежать в Империю, а его книгу жгли на площадях - она, видите ли, содержит ложь! Зато - Паскаль, Вольтер, Робеспьер - о, этих пауков, верных наследников Кальвина издают такими тиражами, какими, верно, Господь издавал жаб и саранчу в дни казней Египетских!

Канцлер улыбнулся в усы. Молодой француз мог сколько угодно негодовать на зелотизм соплеменников, на сам в минуты гнева начинал цитировать Писание - вот уж подлинно французская привычка!

-У меня был друг, - вдруг очень тихо сказал француз. - Его звали Александр. Он... он написал роман. Там описывалось, что было бы, если бы тогда, в августе, католики ударили первыми. Это был вполне благонамеренный роман, Колиньи был изображен святым мучеником, Наваррский - героем, истребленная королевская семья - паучьим гнездом развратников и отравителей, Лига - подлинными филистимлянами. Он... он никого не хотел задеть.

Ну да, чтобы намеренно задевать Совет попечителей истинной веры, надо быть самоубийцей. А чтобы полагать, что Попечителей не заденет роман, написанный не по их заказу, да еще про дни рождения Нового Иерусалима - законченным глупцом. Из тех, про кого московиты говорят, что их-де и в алтаре бьют.

-Толпа, возглавляемая проповедниками, вломилась в его дом, книги сожгли, а его проволокли по всем улицам Нового Иерусалима, и чернь швыряла в него камни и палки. Тело бросили в канаву и даже родственники не осмелились за ним прийти. Мы похоронили его - ночью, тайно. Тогда я и решился покинуть загубленную еретиками Францию и искать счастья в Империи.

[komo]

Если Генрих Анжуйский останется польским королем, Ливонская война считай выиграна Россией

Не так все просто. Возможен вариант воцарение в речи посполитой новой династии, вместо выборных монархов.

[moscow_guest]

Не так все просто. Возможен вариант воцарение в речи посполитой новой династии, вместо выборных монархов.

<{POST_SNAPBACK}>

Не прошло бы. "Генриховские артикулы", утверждённые элекцийным Сеймом 1573 г. прямо запрещали наследование трона и утверждали выборность королей.

Но в плане выигрыша Ливонской войны Россией - не факт. Генрих Валуа неплохо себя проявил во время гугенотских войн, так что, возможно, он оказался бы не хуже Стефана Батория.

[komo]

Не прошло бы. "Генриховские артикулы", утверждённые элекцийным Сеймом 1573 г. прямо запрещали наследование трона и утверждали выборность королей.

Но в плане выигрыша Ливонской войны Россией - не факт. Генрих Валуа неплохо себя проявил во время гугенотских войн, так что, возможно, он оказался бы не хуже Стефана Батория.

Ну шансы на ввозникновение в речи посполитой абсолютизма были, шляхта еще не забыла ягелонов и то что она служит своему сюзерены (королю или магнатам), а не самой себе.Просто еще привычки к вольности не так укоренились, а насчет выборов, вон в азербаджане или северной корее также выбирают главу государства, но получается что выбрали преемника преведущего да и россия недалеко ушла с вариантом ельцин-путин-медведев. Кого подобрал преведущий правитель, того и выбрали.

[moscow_guest]

Кого подобрал преведущий правитель, того и выбрали.

<{POST_SNAPBACK}>

То есть по образцу РИ-Ваза? Теоретически возможно, но есть один маленький пунктик - у Генриха Валуа не было детей.

А попытайся он установить абсолютизм - дела его будут гораздо хуже, чем во Франции, ибо те же "генриховские артикулы" официально узаконили право шляхты на рокош, если она считает, что её права ущемлены. А она так точно считать будет.

[тохта]

Не думаю, что установление кальвинизма как официальной религии означало, что Франция по примеру Парижа превратится в Новый Иерусалим.

Во первых Франция намного больше, чем один город и даже кантон.

И намного разнороднее чем Женева. Тут и знать, и консервативные крестьяне и горожане.

Да и католики еще долго будут составлять значительную долю населения, как и в Англии.

Во вторых, у Кальвинистов не было мощной иерархии, а следовательно единого центра.

Все попытки синода (совета пасторов) в РИ контролировать гугенотскую конфидерацию провались,

лидерами арестовались аристократические кланы Конде и Роганов, городские советы Ла-Рошели и других городов. Духовенство было третьей силой, которая не могла подчинить себе две другие.

Да и лидера наподобие Кальвина у них просто не было.

А при том уровне средств информации, т.е. невозможности выступать с проповедями хотя в каждом городе,

никто и не смог бы занять его место.

[moscow_guest]

А если "англиканский (галликанский?) вариант"? То есть все обряды и церковная иерархия сохраняются (разумеется, кроме монастырей), но завязываются не на Папу Римского, а на короля.

[mactuca]

А если "англиканский (галликанский?) вариант"? То есть все обряды и церковная иерархия сохраняются (разумеется, кроме монастырей), но завязываются не на Папу Римского, а на короля.

тогда война с кальвинистами, в реальной истории они и между собой воевали.

[тохта]

Вполне может быть.

Т.е. библия и молитвы переводятся на местный (французский) язык,

церковные земли конфискуют, священникам разрешают вступить в брак.

Но основные таинства сохраняют свою силу.

Все власти папы римского все основные решения по религиозным вопросам принимают соборы.

[Villehardouin]

Какой шикарный таймлайн!

Какая грусть, что дальше не развили (

[Villehardouin]

Единственное - убиение Генриха Третьего кажется слишком уж детерменистичным, в РеИ все же спровоцировало убийство Гизов, бардак, лагерь, вот это все. В более спокойной обстановке Ришелье не сплаховал бы.

[Гусев]

Если Генрих Анжуйский останется польским королем, Ливонская война считай выиграна Россией :)

Вы хотели сказать - проиграна с меньшим треском.

[sigulin.maxim]

Вы хотели сказать

коллега читатель тут уже лет пять не появлялся...

[Гусев]

коллега читатель тут уже лет пять не появлялся...

"Вопреки распространенному заблуждению "диалог" не есть "беседа двух" (она была бы "дилог"). Диалог есть "беседа разделенная" - на любое количество собеседников."©

Добавлю уточнение от себя: на любое количество собеседников, живых или мертвых. 

[Rzay]

Вполне может быть. Т.е. библия и молитвы переводятся на местный (французский) язык, церковные земли конфискуют, священникам разрешают вступить в брак.

После того, как большинство французов 10 лет воевало с этими южными горцами и их странной (для этого большинства) религией?

[Villehardouin]

После того, как большинство французов 10 лет воевало с этими южными горцами и их странной (для этого большинства) религией?

Проект "францисканской" церкви был у кардинала Де Гиза, и вроде бы Папы даже над ним раздумывали. А потом Генрих сначала сошел с ума (ну или просто хотел конфисковать побольше), потом получил копьем в глаз, потом и Папа умер, а вскоре оппозиционеры массово ушли в кавльинизм - и проект заглох, и Гизы занялись резьбой и начали жечь.

Проект, в принципе, могли воплотить до начала Религиозных - и тогда они пошли бы по другому сценарию, если я правильно понял тот диалог.

[Rzay]

Проект "францисканской" церкви был у кардинала Де Гиза, и вроде бы Папы даже над ним раздумывали

Что-то никогда не слыхал о таком. Может речь о галликанской церкви?

https://ru.wikipedia.org/wiki/Галликанство

[Villehardouin]

Может речь о галликанской церкви?

Да, о галликанской, поэтому и взял "францисканскую" в кавычки.