Раздел Османской империи в 1896-97 гг.

[Antonius Block]

В 1894 г начался Армянский кризис, после дополненный Критским. Общественность Европы была возмущено резней армян и греков.

Премьером Солсбери и не только им говорились весьма радикальные вещи в отношении ОИ, вплоть до ее раздела.

Однако в реале РИ и ВБ не договорились (друг другу особо не доверяя), обе стороны хотели контролировать Проливы, на уступки пойти не захотели и все постепенно успокоилось.

РИ получила временную благодарность от турок, но вопрос Проливов так и не решила.

Теперь допустим, что Николай (альтернативный) решил не упускать шанс и в Бальморале на замечание Солсбери об исчезновении ОИ ответил решительным за и предложил компромиссный вариант:

создается международная зона Проливов, Константинополь - порто-франко, но Босфор контролируют русские, а Дарданеллы - англичане. Гражданские суда проходят беспошлинно и беспрепятственно. Проход военных кораблей, грузов и войск - только с согласия соответствующей стороны: ВБ или РИ. Следовательно, и РИ могут быть спокойны за Черное море, и ВБ не пропустит русских в Средиземноморье (с оговоркой о военных кораблях, строящихся на черноморских верфях для нечерноморских флотов РИ - например, проход по одному, через определенные промежутки времени и пр.).

Кроме того, РИ признает Египет английской сферой влияния, а также Ирак и всю Аравию. Кроме того (если этого будет мало ), РИ готова пойти на уступки по другим азиатским вопросам: Афганистан - вассал ВБ, связь с ним только через англичан, раздел Ирана на сферы влияния, РИ не будет искать себе концессий и сфер влияния южнее ВКСтены, если нужно - взаимное ограничение ВМС ВБ и РИ в Черном и Средиземном морях. Т.е. РИ декларирует готовность компромиссно договориться по всем вопросам в случае согласия на свое предложение о Проливах.

Как считают коллеги, возможно ли было договориться ВБ и РИ на таких условиях?

В случае если да, то формируется решительно настроенный альянс из ВБ, РИ, Италии и Греции. Вполне реально привлечь остальные балканские страны. АВ вроде как тоже была не прочь узаконить БиГ. Франции деваться некуда - согласилась бы (разменяла бы Египет на Марокко и западный Судан). Остается ГИ. Но, скорее всего, при таких раскладах она не стала бы идти против течения, а постаралась бы урвать и себе кусочек (заодно выторговав согласие держав на преференции в Китае - Циндао, например).

Итого: международная интервенция, ОИ делится либо совсем, либо от нее оставляют какой-то ошметок в Анатолии. После этого созывается опять же международный конгресс, на котором все делится.

Итого: 3 международные зоны: Проливов, Палестина, Албания (две последние, скорее всего позже преобразовываются в королевства с европейскими представителями во главе), раздел Балкан - реал или нет, по сути не важно, Сирия, Ливан, часть Анатолии и север иракского Курдистана - Франции, Западная Армения - РИ, Ирак и Аравия, - ВБ, ГИ - ну, например, кусок Анатолии с Измиром.

Кстати, интересный получился бы прецедент. Не повторится ли он в отношении Китая через пару лет?

[Звёзды Светят]

На месте османской Турции комплекс обыкновенных колоний - это тот самый наполовину полный стакан.

А вот то же на месте Китая - это наполовину полная цистерна...

[komo]

А в 1918-20г раздел росимперии на колонии и сферы влияния

[Арман Жан]

Коллеги поправят, но вроде как Османская Империя была в долгах как в шелках, и этими рычагом можно контролировать Турцию целиком, чем дробить на части.

[sanitareugen]

При этом либо Россия берёт на себя долг, либо все кредиторы идут его выколачивать...

[Antonius Block]

ЕМНИП, основной кредитор ОИ - Франция. Следовательно, уж РИ и ВБ точно ничего не теряют.

А франки проглотят, куда денутся?

При этом либо Россия берёт на себя долг, либо все кредиторы идут его выколачивать...

Это еще почему? Зона проливов - международная, а не российская. Что-то вроде большого РИ-Танжера.

[Арман Жан]

А франки проглотят, куда денутся?

А зачем России сориться с основным своим кредитором и главным союзником?

[Antonius Block]

А зачем России сориться с основным своим кредитором и главным союзником?

Я же сказал - Н2 альтернативный.

Примите как данность, что Н2 сделал такое предложение Солсбери в Бальморале.

Мне интересно, согласились бы англичане или нет? Т.е. слова Солсбери о разделе были правдивы, или просто популизм? И если правдивы, то согласились бы они на такой вариант?

Тут еще нужно учитывать, что в самой королевской семье была партия за нормализацию отношений с РИ, что позднее вылилось в предложения по Китаю и ОИ (1898)...

А по франкам - ну вряд ли они будут рисковать потерять единственного союзника против ГИ.

К слову, интересно, а Кемаль франкам долги ОИ вернул или нет?

[Арман Жан]

Имхо получатся очень альтернативные варианты перед великой войной.

Англо-русский союз vs франко-немецкий ;)

[Antonius Block]

Ага, и начнется она с Фашодского кризиса! ;)

[Южнороссийский]

Имхо получатся очень альтернативные варианты перед великой войной.

Англо-русский союз vs франко-немецкий

однако здравствуйте(с)

[sanitareugen]

Нет. Кемаль долги не вернул. Собственно, греков финансировали ещё и из желания вернуть долги, взыскав с побеждённых. Но не срослось...

Пришлось в счёт долга взять Сирию, Палестину, Ирак и прочее по мелочи... А долг списать.

[komo]

Ну примерно 15-20% долга слупили. Вначале в 23г из 235 мил ( если память не изменяет) оставили 89мил по доле населения турции в ОИ, остальное раскидали на болгарию, аравию, греков, албанию и ливию\италию. Юги сумели отпинатся. Попытки турок девальвировать долг в 20е , то выплачивать бумажными франками удались тольков 30е когда во время ВД французы поняли что денег нету и их не получить. А затем до 44г товаром расплачивались. В общем французы не пргадали, правительство виши поставками и платежами турок с немцами частично расплачивались за содержание окупационых войск, а германия получала из турции табак, шерсть, хлопок, хром, опиум, сухофрукты с изюмом, фундук.

[Antonius Block]

Пришлось в счёт долга взять Сирию, Палестину, Ирак и прочее по мелочи... А долг списать.

Насколько я помню, франки греков кинули, не став наступать из Сирии, и, более того, даже отдали Киликию туркам.

Так что комо прав - договорились франки с турками...

[СЕЖ]

Если от Проливы контролируются Россией и Англией, то ПМВ пойдет по другому сценарию.

А почему франко-немецкий альянс?

Да все взможно.

Но не получится, ли что Англия останется в одиночке

[master1976]

Если от Проливы контролируются Россией и Англией

А передать проливы Греции?

[Imperator]

Франко-немецкий альянс? Сомневаюсь.

Опубликовано

А зачем и кому это выгодно, кроме самих греков?

[Qwestor]

Только если не присоединять територии ЛИ к России, а разделить на клиентов, то будет нормально. Констонтинополь как свободный порт хорошая идея.

[sigulin.maxim]

Констонтинополь как свободный порт хорошая идея.

Турок выселить, а город заселить беженцами из Османии и России.

Греко-армяно-еврейский город на Босфоре. Прикольно будет...

[Qwestor]

Турок выселить, а город заселить беженцами из Османии и России. Греко-армяно-еврейский город на Босфоре. Прикольно будет...

прикольно, но ИМХО, излишне. Пусть себе живут, тем более они там все равно большинством населения не будут.

[sigulin.maxim]

Пусть себе живут

У них на другом берегу Босфора Ускюдюр. Пусть там и живут.

[Qwestor]

У них на другом берегу Босфора Ускюдюр. Пусть там и живут.

Предлагаете разделить Стамбул?

[sigulin.maxim]

разделить Стамбул?

Большой Стамбул - да. А Константинополь в всегда только на западном берегу был.

[Сеня]

.

Часть 1. Можно ли вообще заключить англо-русский компромисс?

Вопрос — Реалистичность сделки

Александр_Восток

Я бы ответил: да, но только если Николай предлагает не «русский контроль над Проливами», а принципиально новую конструкцию, где российское преимущество превращается в международно гарантированную функцию. Это существенно. Британия исторически боялась не столько самого русского флага на Босфоре, сколько появления у России возможности закрыть или открыть коммуникации по своему усмотрению и вывести Черноморский флот в Средиземное море. Британские парламентские дебаты 1896 года прямо фиксируют страх перед превращением Константинополя в русскую военно-морскую базу. Поэтому формула «Босфор русские, Дарданеллы британцы» сама по себе Лондону не понравится. Но если обе стороны получают право блокировать только военные перевозки, а торговое судоходство становится гарантированно свободным, возникает уже не раздел проливов, а взаимное стратегическое страхование. Это гораздо ближе к тому, на что Солсбери потенциально мог пойти.

Старый_Канцлер

Слишком оптимистично. Вы подменяете вопрос о юридическом режиме вопросом о доверии. Британия в 1895 году не могла рационально согласиться на русскую позицию у Босфора просто потому, что никакая бумажная гарантия не отменяет географию. Россия получает господствующие высоты над Константинополем и внутренним входом в Мраморное море; британцы получают Дарданеллы, но их позиция оказывается отрезанной от непосредственного контроля над Босфором. Более того, русская сторона сможет влиять на Константинополь через экономику, дипломатию и гарнизоны, даже если формально город порто-франко. В британском стратегическом мышлении это означает появление новой русской базы непосредственно на коммуникационной линии Египет—Средиземноморье. Историческая британская логика была именно такой: независимость Османской власти над Проливами рассматривалась как барьер против России.

Михаил_Левант

Но здесь есть неприятный для британской стороны контраргумент. Османский барьер уже перестал быть надёжным. Армянская катастрофа 1894–1896 годов разрушала политическую ценность прежней системы: Лондон не мог бесконечно защищать территориальную целостность султана перед собственной общественностью. Исследование Питера Марша показывает, насколько сильно армянские массовые убийства воздействовали на британское общественное мнение и насколько политика Солсбери оказалась зажата между гуманитарным давлением и геополитикой. А исследование о попытке Солсбери создать англо-русский кондоминиум прямо указывает: к концу 1895 года он пришёл к выводу, что британские цели на Ближнем Востоке без русской кооперации обеспечить трудно. Поэтому альтернативное предложение Николая могло попасть в исключительно узкое окно возможностей. Не потому, что Лондон полюбил Россию, а потому, что прежняя политика стала слишком дорогой.

---

Вопрос — Что именно должна получить Британия?

Петроградский_Архивист

На мой взгляд, главное слабое место исходной схемы — слишком щедрый пакет русских уступок. Афганистан, Иран, Ирак, Аравия, Египет, отказ от концессий южнее условной линии — это уже не компромисс по Проливам, а фактическая передача Британии огромной части азиатской политической повестки. Историческая англо-русская конвенция 1907 года показывает, что даже через двенадцать лет стороны смогли договориться именно по таким вопросам: Афганистан оказался вне российской сферы, Персия была разделена на зоны интересов, а стороны взаимно ограничили политическую конкуренцию. Следовательно, сам набор уступок реалистичен. Нереалистичен только масштаб и скорость. Николай мог предложить британцам максимум по Центральной Азии, но Ирак и Аравия в 1895 году — это уже аванс за десятилетия вперёд. Британия могла потребовать их позже, но не обязательно сочла бы их эквивалентом Проливов.

Балканский_Счетовод

Я бы возразил: именно масштаб пакета мог сделать сделку возможной. В дипломатии великих держав цена уступки определяется не территориальной площадью, а тем, насколько она закрывает страх противника. Для Британии главным страхом был не русский контроль над армянами как таковыми, а цепочка: Кавказ — Анатолия — Константинополь — Средиземное море — Египет — Индия. Если Николай говорит: «Я отказываюсь от движения на Афганистан, признаю британское первенство в Персии южнее согласованной линии, не претендую на Месопотамию и Аравию, признаю Египет британским», — он разрывает эту цепочку с юга. Тогда русское преимущество на Босфоре становится для Лондона гораздо менее опасным. Причём позднейшая конвенция 1907 года показывает, что британцы действительно добились через переговоры практически тех же принципов по Афганистану и Персии.

Константин_Адмирал

Не соглашусь с «практически тех же принципах». В 1907 году Британия и Россия пришли к соглашению после русско-японской войны, революции 1905 года и серьёзного изменения германского фактора. В 1895-м Россия ещё не была вынуждена торговаться. Поэтому Николай мог предложить Британии уступки, но не должен был отдавать всё сразу. Более разумная конструкция выглядела бы так: Россия признаёт Афганистан британской сферой, ограничивает концессионную активность в южной Персии, соглашается на международный режим Месопотамии и гарантирует Египет. Взамен Лондон признаёт особые российские права в Босфоре. Аравия при этом вообще не должна фигурировать: британский контроль там в 1895 году не был настолько оформленным, чтобы Россия могла его «подарить». Ирак также нельзя считать просто британским активом задним числом. Контрфактическая дипломатия должна исходить из того, что стороны знали только реалии 1895 года.

---

Вопрос — Можно ли юридически заставить Проливы работать?

Северный_Резидент

Технически схема значительно интереснее, чем кажется. В ней нужно разделить три режима: территориальный суверенитет, административный контроль и право военного прохода. Российская сторона контролирует Босфор, британская — Дарданеллы, Константинополь становится международным портом, а проливы формально нейтрализуются. Для торговых судов — абсолютная свобода. Для военных — разрешительный режим. Это напоминает не обычную оккупацию, а систему взаимного сдерживания: ни одна держава не может открыть противнику весь маршрут самостоятельно. Причём можно добавить международную комиссию, куда входят Россия, Британия, Франция, Италия и Османская империя. Она контролирует лоцманскую службу, таможню и коммерческое судоходство, но не вмешивается в военные решения. Это важно: иначе Россия и Британия немедленно начнут спорить внутри комиссии. Исторический страх Британии перед русским выходом в Средиземное море при такой конструкции существенно уменьшается.

Генуэзский_Купец

Вот здесь, наконец, появляется действительно рабочая модель. Но я бы усилил её ещё одним пунктом: военный проход должен зависеть не от национальности корабля, а от его назначения. Иначе Россия мгновенно заявит, что любой броненосец строится для «нечерноморского флота». Нужно установить тоннаж, количество кораблей и интервалы прохода. Например, черноморский военный корабль может проходить через оба пролива только по заранее зарегистрированному маршруту и при уведомлении другой державы. Это особенно важно для России, потому что её Черноморский флот был связан международным режимом Проливов. Одновременно Британия не должна иметь права закрывать Дарданеллы для русского торгового тоннажа под предлогом войны. Иначе весь смысл соглашения исчезает. Международное право здесь вторично: соглашение должно быть настолько детализировано, чтобы нарушение становилось политически дороже соблюдения.

Старый_Канцлер

Но вы оба недооцениваете проблему исполнения. Допустим, Россия говорит, что британский транспорт везёт войска. Британия утверждает, что это гражданский груз. Кто решает? Международная комиссия? Тогда фактический контроль получает комиссия, а не Россия и Британия. Если решает российский комендант Босфора — Лондон снова получает именно то, чего боялся: русский контроль над ключевой коммуникацией. То же самое работает в обратную сторону у Дарданелл. Поэтому я считаю исходную конструкцию нестабильной уже на юридическом уровне. Она может существовать только при постоянном присутствии третьей силы — например, французских и итальянских наблюдателей. Но тогда Франция получает рычаг над Проливами, а Париж в 1895 году вовсе не нейтрален. Более того, Германия обязательно потребует равных прав. Мы получаем не соглашение двух держав, а мини-Европейский концерт вокруг Константинополя.

---

Вопрос — Согласился бы сам Николай II?

Михаил_Левант

Вот здесь контрфактическая предпосылка становится самой трудной. Николай II действительно мог желать сближения с Британией, но его уступка по Проливам должна была выглядеть в России не как отказ от традиционной цели, а как её институционализация. Россия веками рассматривала Константинополь и Проливы как стратегический вопрос; британская дипломатия, в свою очередь, прекрасно понимала значение проливов для российской мощи. Поэтому Николаю нельзя просто сказать: «Британия получает Дарданеллы, Россия Босфор». Он должен объяснить элитам, что Россия впервые получает легальный постоянный плацдарм у Босфора, свободный доступ собственного торгового флота и гарантированный режим для Черного моря. Тогда уступка Средиземноморья становится платой за институциональное закрепление русского положения. Для Николая это политически продаваемо — особенно если одновременно обещать международное решение армянского вопроса.

Петроградский_Архивист

Но я сомневаюсь именно в последней фразе. Русская дипломатия могла поддерживать армянские реформы, но создание международной зоны Проливов автоматически уменьшало бы российскую свободу действий. А российское правительство вовсе не обязано было хотеть независимой Армении под международным контролем. Оно могло предпочесть собственное влияние в Восточной Анатолии. Поэтому соглашение с Британией должно включать особую оговорку: Россия получает право гарантировать реформы в армянских вилайетах, но без аннексии. Это позволило бы Петербургу представить соглашение как победу: Британия признаёт российскую особую роль на востоке Османской империи, а Россия фактически отказывается от экспансии к Персидскому заливу. Такой обмен выглядит намного правдоподобнее. Англо-русское соперничество вокруг армянского вопроса действительно имело глубокий геополитический слой, а не только гуманитарный.

Балканский_Счетовод

И здесь я соглашусь с Архивистом, но с поправкой: главным препятствием будет не Николай, а российская военная бюрократия. Генеральный штаб спросит совершенно рациональную вещь: зачем нам сложная система международных разрешений, если через двадцать лет Россия может оказаться в состоянии войны с Британией? В мирное время договор прекрасен, в войну превращается в ловушку. Поэтому Николаю необходимо встроить в соглашение автоматический режим военного времени: если одна сторона вступает в войну с третьей державой, другая сохраняет нейтралитет Проливов и не может использовать свой участок для блокады союзника первой. Иначе Россия никогда не подпишет. Британия тоже потребует симметрии. Получается интересный парадокс: чем лучше прописан договор, тем больше он напоминает настоящий союз, а не компромисс. И именно это может стать его главным политическим достоинством.

---

Фактчек-опора первой части: исторический материал действительно позволяет считать саму идею англо-русского сближения в 1895 году не фантастикой: исследование о Солсбери описывает его попытку добиться англо-русского кондоминиума, а британские парламентские дебаты демонстрируют, насколько центральным был страх перед русским контролем над Константинополем и Проливами. Позднейшая конвенция 1907 года особенно показательна тем, что она реально закрепила британские приоритеты в Афганистане и раздел сфер интересов в Персии

[Сеня]

Часть 2. Критский кризис и превращение локального соглашения в общеевропейский блок

Вопрос — Крит: катализатор или препятствие?

Балканский_Счетовод

Крит, на мой взгляд, делает альтернативный сценарий скорее вероятнее, чем наоборот. В 1896–1897 годах великие державы уже фактически отрабатывали модель коллективного управления османской территорией: международная эскадра, высадка войск, давление на Порту, требование реформ. Исследование Родоньо подчёркивает важную вещь: вмешательство держав было мотивировано не чисто гуманитарно, а желанием не допустить разрушения международного порядка. Следовательно, если в нашем сценарии русско-британское соглашение заключено раньше, Крит становится первым практическим испытанием новой системы. Лондон и Петербург могут совместно предложить автономию под международной гарантией. Греции дадут роль покровительницы христиан, но не позволят немедленно аннексировать остров. Именно такой вариант близок к реальному итоговому решению: после войны 1897 года Крит получил автономный статус, а великие державы фактически управляли переходным режимом.

Старый_Канцлер

Не думаю, что Крит автоматически станет катализатором. Он, напротив, способен уничтожить русско-британскую сделку. Причина элементарна: Россия и Британия по-разному смотрели на греческий вопрос. В 1897 году шесть держав — включая Германию и Австро-Венгрию — уже совместно вмешивались, причём одной из целей было не позволить Греции захватить Крит. Если же Петербург заранее становится союзником Афин и получает договорённость с Лондоном, возникает подозрение: международная интервенция превращается в инструмент русской экспансии на Балканах. Австрия этого не примет. Германия тоже не заинтересована в том, чтобы новый англо-русский блок единолично определял судьбу Османской империи. Поэтому Крит — это не просто ещё один пункт договора. Это первый тест, выдержит ли соглашение участие третьих держав. Если нет, вся конструкция распадётся уже на первой региональной кризисной точке.

Михаил_Левант

Канцлер правильно указывает на Австрию, но преувеличивает её возможности. В реальном кризисе 1897 года именно коллективное присутствие шести держав позволило не допустить греческой аннексии и одновременно вытеснить Османскую администрацию из части функций. В альтернативном сценарии Британия и Россия могли бы заранее предложить Австро-Венгрии компенсацию: международное признание особого австрийского положения в Боснии и Герцеговине, а также гарантии против сербской экспансии. Тогда Вена получает стратегический приз вместо территориального передела. Более того, Крит удобен как демонстрационный пример: «мы не уничтожаем Османскую империю произвольно, мы вводим международный режим там, где Порта утратила способность управлять». После этого намного легче перейти к Армении и Проливам. Главный политический эффект — создание прецедента коллективного европейского управления османской территорией ещё до формального раздела империи.

---

Вопрос — Что делать с Грецией?

Генуэзский_Купец

Грецию нельзя просто включить в будущий альянс как равноправного участника. Она слишком мала, слишком эмоционально вовлечена в вопрос Великой идеи и слишком заинтересована в территориальном расширении. Реальная история 1897 года это отлично показывает: греческое правительство направило войска на Крит, несмотря на позицию великих держав, а затем началась война с Османской империей. В альтернативном сценарии великие державы должны предложить Афинам сделку: Крит получает международно гарантированную автономию с греческим правителем; Греция получает гарантии от Османской агрессии и дипломатическую поддержку будущего присоединения острова после выполнения условий. Взамен Афины отказываются от самостоятельных военных действий. Это фактически превращает Грецию в младшего союзника Лондона и Петербурга. Для России выгодно: греческий флот становится дополнительным инструментом давления в Эгейском море.

Константин_Адмирал

Вот здесь я категорически против. Делать Грецию военным союзником России и Британии в 1896 году — значит создавать ненужную точку взрыва. Афины будут требовать не автономии Крита, а Эпир, Македонию, острова и влияние в Константинополе. Получив гарантии великих держав, они станут не осторожнее, а смелее. Более того, Россия сама рискует получить конкурента в Восточном Средиземноморье. Гораздо рациональнее сделать Грецию не членом альянса, а гарантированным получателем дивидендов. Крит — автономия под греческим принцем; греческое судоходство — особые коммерческие права; Афины — финансовая помощь на перевооружение. Но никакого обязательства России воевать за греческие территориальные претензии. Иначе англо-русское соглашение превращается в автоматический механизм войны с Османской империей по любому балканскому поводу. Именно этого великие державы исторически старались избежать.

Александр_Восток

Согласен с Адмиралом в одном: формальный военный союз с Грецией опасен. Но его можно заменить системой ассоциированного участия. Важен не греческий солдат, а греческая инфраструктура. Крит, Пирей и острова позволяют контролировать Эгейское море. Если Британия гарантирует морскую безопасность, Россия получает дипломатически дружественный береговой пояс, а Греция — защиту от Османской реваншистской войны. Получается цепочка: Британия контролирует Дарданеллы, Россия Босфор, международная зона — Константинополь, Греция — Крит и Эгейские коммуникации. Причём реальный кризис показал, что державы уже были готовы физически контролировать Крит и блокировать греческие действия. Поэтому альтернативный договор не требует изобретать новую практику — он лишь превращает чрезвычайные меры 1897 года в заранее установленную систему.

---

Вопрос — Австро-Венгрия и Балканы

Петроградский_Архивист

Австрии нельзя предлагать только Боснию и Герцеговину — она должна получить подтверждение особой зоны интересов на Западных Балканах. Вена прежде всего боится не Турции, а России через Сербию. Если Петербург официально признаёт Австро-Венгрию доминирующей державой в Боснии, Герцеговине и, условно, Албании, это снимает главный страх Габсбургов. Но здесь появляется цена: Россия фактически отказывается от панславянского инструмента. Николай должен заставить Петербургскую дипломатию сказать сербам: «никакой поддержки расширения за счёт Османской империи без согласия Австрии». Это очень серьёзная уступка. Зато Вена перестаёт быть противником раздела Османской империи и становится участником. Исторически Берлинский конгресс уже показал, что Босния и Герцеговина могли быть переданы Австро-Венгрии под управленческий контроль при сохранении формального османского суверенитета. В нашем сценарии этот механизм просто доводится до логического конца.

Старый_Канцлер

Но тогда мы уничтожаем главную потенциальную опору России на Балканах. Петербург отдаёт Сербию Австрии, а взамен получает сомнительную гарантию Босфора. Это стратегически неравноценный обмен. Россия не могла не понимать, что Австро-Венгрия рано или поздно столкнётся с Сербией, Болгарией и Румынией. Если Петербург заранее признаёт Вену хозяином Западных Балкан, он освобождает австрийские руки. Через десять-пятнадцать лет это может привести к усилению Габсбургов до такой степени, что русско-австрийское соперничество станет неизбежным. Я бы предложил обратное: международную Албанию, автономную Македонию и независимую Болгарию как буферные государства. Австрии дать Боснию, но не весь Балканский пояс. Британия получает гарантию против российского контроля Адриатики, Россия — против австрийского выхода к Салоникам. Тогда баланс сохраняется.

Балканский_Счетовод

Это уже гораздо ближе к устойчивой конструкции. Главное — не пытаться разделить Балканы по этнической карте. В 1890-х это практически невозможно: смешанное население, конкурирующие церкви, вооружённые организации и взаимные территориальные претензии. Любая «идеальная» карта создаст новые меньшинства. Поэтому великим державам выгоднее разделить не население, а зоны безопасности. Албания — международная автономия; Македония — международные реформы; Босния и Герцеговина — австрийская администрация; Крит — греческая автономия под международной гарантией. Сербии дать экономический коридор к Салоникам, но не территориальное расширение. Болгарии — гарантии против Османской реставрации. Такой вариант менее красив на карте, зато управляем. И он уже частично соответствует реальной логике международного вмешательства на Крите: державы не сразу ликвидировали османский суверенитет, а сначала создавали автономный промежуточный режим.

---

Вопрос — А что делать с Германией?

Михаил_Левант

Германия — ключевая переменная, и я считаю, что её можно купить экономически. Берлин не обязан любить англо-русский блок, но ему совершенно не обязательно воевать с ним. В 1890-х германская политика в Османской империи ещё не достигла поздней степени концентрации вокруг Багдадской железной дороги. Поэтому предлагается пакет: германские коммерческие концессии в Анатолии, гарантированный доступ к портам, участие германского капитала в железнодорожной реконструкции, особые торговые права в Константинополе. Взамен Германия признаёт международный режим Проливов и не пытается превращать Османскую империю в собственный протекторат. Более того, можно дать Берлину роль гаранта отдельных экономических положений. Тогда Германия получает престиж и бизнес, но не политический контроль. Историческая последующая борьба за сферы влияния в Китае показывает, насколько привлекательными для Германии были именно такие экономические и территориальные возможности.

Константин_Адмирал

Я бы не стал так легко «покупать» Германию. Берлин может взять концессии и всё равно заблокировать политический проект. Для Германии крайне выгодно, чтобы Османская империя сохранялась как самостоятельная великая держава, через которую можно было бы проникать в Малую Азию. Англо-русский раздел означает появление крупнейшего континентального блока, который способен вытеснить германский капитал. Поэтому Берлин скорее потребует гарантированную германскую сферу в Анатолии, а это уже конфликт с российскими планами Западной Армении и французскими претензиями на Сирию. Кроме того, Германия в Критском кризисе участвовала вместе с остальными державами, а не выступала автоматически против коллективного вмешательства. Значит, Берлин можно нейтрализовать, но только если раздел будет представлен как европейский концерт, а не англо-русский диктат.

Северный_Резидент

И вот здесь возникает наиболее интересная развилка. Если Николай и Солсбери заключают сделку в 1895 году, Германия получает возможность стать не противником, а третьим балансиром. Берлину можно предложить не территориальную колонию, а экономический «приз»: железные дороги Анатолии, порты, банковские концессии и коммерческие привилегии. Тогда Франция получает Сирию и Ливан, Россия — Армению, Британия — Месопотамию и Аравию, Германия — экономическую Анатолию. Это даже привлекательнее территориального раздела, поскольку германский интерес сохраняется без разрушения общего баланса. Но есть принципиальное условие: Берлин должен поверить, что Россия и Британия действительно будут соблюдать договор. Если германская дипломатия увидит временную коалицию для разгрома Османской империи, она немедленно начнёт искать контркоалицию. Следовательно, Германия должна участвовать в самом конгрессе до начала интервенции, а не приглашаться после свершившегося факта.

---

Вопрос — Франция: союзник или главный конкурент?

Генуэзский_Купец

Франция почти наверняка присоединится, но цена будет высокой. Париж не станет просто смотреть, как Россия получает Западную Армению, Британия — Месопотамию, а Германия — экономическую Анатолию. Французские интересы в Сирии, Ливане и финансовой сфере Османской империи слишком значительны. Но здесь возможен великолепный размен: Франция поддерживает русско-британское соглашение по Проливам, получает признание своей особой зоны в Сирии и Ливане и одновременно дипломатическое содействие британцев в Марокко. В результате Египет и Марокко становятся частью общей сделки. Это намного правдоподобнее, чем ожидать от Парижа бескорыстной солидарности. Французская дипломатия вообще предпочла бы легализованный раздел сфер интересов не хаотическому краху Османской империи. Но Париж обязательно потребует, чтобы международный конгресс формально утвердил границы, а не оставил их на усмотрение Лондона и Петербурга.

Петроградский_Архивист

Именно поэтому я бы назвал Францию самым лёгким партнёром после Британии. У неё есть фундаментальный стимул: если Османская империя рушится без французского участия, Париж проигрывает; если разрушение проводится коллективно, Франция получает законную долю. Но есть важная оговорка — Франция не согласится на чрезмерное усиление России в Армении. Париж может поддержать российскую администрацию там только при международных гарантиях христианских меньшинств и свободной торговле. Иначе французское общественное мнение обвинит правительство в передаче восточных христиан одной великой державе. Поэтому Западная Армения в нашем сценарии скорее становится русским протекторатом или автономной областью под российской гарантией, чем прямой аннексией. Это также снижает британский страх: Россия получает влияние, но не бесконтрольную территориальную границу с Персией.

---

Промежуточный вывод форума

К этому моменту у участников начинает вырисовываться существенно более сложная конструкция, чем простой «раздел Турции».

Наиболее реалистичная версия сделки выглядит так:

• Россия получает особый режим в Босфоре и ведущую роль в Восточной Армении;
• Британия получает гарантированное положение в Дарданеллах, Египте и постепенно Месопотамии;
• Франция — Сирия, Ливан и финансово-экономические преимущества;
• Австро-Венгрия — Босния и особое положение на западных Балканах;
• Греция — Крит под автономным режимом и гарантии великих держав;
• Германия — крупные экономические права в Анатолии;
• Константинополь и торговый режим Проливов — международный статус;
• Османская империя пока формально сохраняется, но её суверенитет превращается в оболочку.

И здесь появляется гораздо более серьёзный вопрос: если державы научились таким образом совместно управлять распадом Османской империи, почему бы им через несколько лет не применить тот же принцип к Китаю?

Именно здесь альтернативная история начинает связываться с реальным «разделом Китая» конца 1890-х: после поражения Китая в войне с Японией великие державы действительно