Спасти Борисов

[Wilkas]

«Так даст она мне, или нет?» - генерал Чернецкий ходил по комнате, выслушивая медленную речь профессора Генадия Левицкого и разбирая по ниточке свои ошибки. - « Как её заманить в такую ситуацию, что бы не могла воспротивиться и наконец дала? И что эта дура вообще думает, вертя перед своим военачальником задницей и щебеча о верности к какому-то суженному? Да он уже давно мёртвый!»

- И кто мог подумать? - продолжал историк. - Что те жалкие сочинители романов про альтернативную историю или о попаданцах туда окажутся правыми. Помнится, в одно время, я даже очень поссорился с некоторыми из их форума, указав на не соответствие в их чаяниях и исторической неизбежностью. Да так, что эти придурки наслали тучу вирусов на мой компьютер. А теперь мы сами уже начали вытворять чёрт знает что!

«И это всё эта змея Анастасия Брежнева. Это она не даёт понять девочке, где её истинное счастье».

- Помню, когда то читал рассказ знаменитого американского фантаста Рея Бредбери, об эффекте бабочки. - продолжал гражданский специалист. - Там говорилось о том, что попавшие в палеолит современники убили бабочку и, вернувшись назад, поняли, что изменили своё настоящее. А мы теперь не только её втоптали в гряз, мы, очутившись в прошлом, пристрелили динозавра и сейчас спокойно жарим его на медленном огне. Чем это аукнется нашим предкам, теперь уже никто не знает.

Генерал ещё раз представил вид качающихся грудей под маечкой Ирины и чуть не завыл от нахлынувшей на его похоти.

- Вы, со своими воинами уже успели уничтожить или привести в негодность десятую часть Московского войска, - не унимался историк. - Задержали его продвижение на двенадцать дней. А ведь, по всем архивным данным, Минск должен был пасть ещё неделю назад и войска Якова Черкасского, как и Ивана Золоторенко теперь наступать на Вильно. И что мы видим сейчас? Первый из них сидит пока здесь, а второй дожидается суда белорусского народа в темнице, закованный в кандалы. Кстати, что вы хотите с ним сделать?

Генерал представил как, как соблазнительно качаются бёдра у этой проказницы и рявкнул сердито:

- Что, что? На кол его, и все проблемы пропадут!

Генадий Левицкий подумал, прикинул в уме и запротестовал:

- Да вы, что! Казнить такого знатного пленника, значит потерять стимул к переговорам у другой стороны?

- Я сказал - на кол, значит — на кол! Генерал — я? Или тряпка какая то? - зарычал Чернецкий, вспомнив, как, вчерашним вечером, умело увели из под носа эту чертовку.

А ведь всё уже было подготовлено по всем законом военного искусства. Тихая комнатка для двоих, работа с бумагами до ночи, последняя бутылка коньяка и плитка шоколада. Всё должно было произойти по давно намеченной колее, когда эта чёртова репортёрша ввалилась и объявила о смерти в лазарете одного из СОБРовцев, как будто другие до этого не погибали. Нет, этим ублюдком оказался именно спаситель всех баб Алексей Афанасьев и бабам приспичило совместно помолиться около покйника.

Александр Чернечкий давно подозревал, что женщины, очутившиеся в месте с ним в прошлом, составили заговор против его планов и по всякому начали вредить. А руководит ими, - эта медсестра, бабка Вера. Он в очередной раз пожалел, что не осуществил тогда свою задумку и не позволил её высечь розгами. Гляди, она теперь была по разговорчивее, и другим пример подала.

- Генерал, - не унимался Левицкий. - Почему, вы, не показываете истинную силу своей армии и не шугнёте их вертушкой? Ведь, после этого, они сбегут от нашего городишки на тысячи километров?

- Сбегут! Именно это! - Генерал решил, что всё же не сделал большой ошибки, отменив приказ о порке старшой медсестры. Надо было к ней было с поклоном и лаской обратиться. Гляди, помогла бы теперь и девку уговорить.

- Сбегут и дальше будут грабить мою родину. Это их тактика, татарская. А мне надо, что бы они все подтянулись ко мне, что бы всё решить одним ударом!

- «Может её снова заманить на ночную смену? Прикинуться смертельно уставшим и попросить помассировать плечи? А потом взять её в охапку и не дать вырваться? А баб отослать в лазарет, где бы они занялись уходом за раненными»

Генерал стыдливо отбросил крамольную мысль, вспомнив, как с такой задумкой уже пару раз прогорел и продолжил излагать свою точку на боевые действия.

- Мне нужно выманить на себя Алексея Михайловича. А на сколько я знаю, - этот юноша очень осторожный и талантливый. То - что я теперь разбиваю его передовые части одну за другой, ещё ничего не значит. Он легко сможет восполнить потери. А вот, если его взять в плен в генеральной битве, это подорвёт все попытки Москвы к сопротивлению.

- « Надо будет приласкаться к этой старой ведьме и публично спросить прощения. Трахнуть её, что ли для разговорчивости? Так и бабский заговор распутаем! Только надо расспросить этого гражданского о её подчинённой по больше. Может так обойдёмся и без такой крови»

- Расскажи ещё раз, что ты знаешь об Московском Царе, Генадий Михайлович. Всё о его привычках, слабостях и увлечениях.

- Ничего большего, чем то — что поведал вам раньше, рассказать вам не смогу. Даже выслушав рассказы пленных, смог прибавить к его портрету только несколько незначительных штрихов. Он и вправду царь в Москве, а не жалкая марионетка. Готов биться за своих друзей до конца, и тут же их уничтожить, если потребует народ и окружающие. Одним словом, - идеальный государь.

- Ты так говоришь, что у меня создаётся впечатление, - мы не эту сторону выбрали? - констатировал факт.

- У нас у всех был выбор. Оставить этих детей, женщин и надежду вернуться домой, или примкнуть к их убийцам. Я свою сторону уже выбрал. Вы, генерал, тоже. Так не ужели червь неуверенности в свои силы уже подтачивает вашу душу?

- Я, генерал вооружённых сил республики Беларусь, Александр Чернецкий, присягнул защищать её население от врагов и не поступлюсь своему слову. Захватчики, кем они бы не были, получат свою кару!

Военный оглядел начальническим взглядом гражданского и сел. Устал слишком он в последнее время, да и постоянное недосыпание дало о себе знать. Собравшись со остатками сил, спросил:

- Слушай! Твоя практикантка, студентка, Иринька — что она за человек?

Профессор встал, взял свечу, зажёг её и заменил на старую, потухшую.

- Ирина, она дочка моей двоюродной сестры по материнской линии. Чистый, невинный ангел. Ближе её, для меня, старика, здесь нет никого на свете. И я счастлив, что она наконец нашла своего суженного и хочет родить ему урьму ребятишек. А имея за плечами Веронику Мухайловну, она это сможет.

Генерал так же взял свечу, зажёг её и поставил на место старой. Выходило на то, что профессор тоже примкнул к бабскому заговору и решил не дать ему насладиться любовью. Это открытие смертельной усталостью свалилось на плечи Чернецкого, разом заставив вспомнить о том, что он уже давно спал не более шесть часов в сутки.

- Ваша задумка, посадить на кол Золоторенко, тоже ни куда, не годится. Казаки тогда только озвереют и решат отомстить за гибель своего атамана. Советую, потопить его в зашитом мешке! Именно такой постыдной смертью, они казнили некоторых своих вожаков во время восстания Хмельницкого и до сих пор гордятся этим.

- «Утопить надо тебя», - грустно подумал генерал. - «Со всем твоим глупым либерализмом. Как ты не понимаешь, что мне тоже чуточку счастья хочется? ».

- Не знаю, не знаю. С одной стороны - смерть военачальника и всего его штаба очень пагубно действует на солдат, с другой, - он же обвиняется в геноциде. За чем нам такая головная боль? Не кол его, или утопить — и все дела! - закончил устало.

- Но, хоть бы суд над ним проведёте?

- Суд? Суд, то мы можем. Но по законам военного времени! И ты будешь главным обвинителем в нём! - наконец Генерал решил подвязать этого интеллигента кровью.

Профессор истории только отрыл пару раз рот, стараясь что то сказать и тут же замолчал. Ему никак не удавалось найти подходящие слова, для такого развития сюжета. Он давно насытился видом убийств и крови, что бы мог самолично послать кого то на смерть. А иной участи казацкому атаману он не хотел, вспоминая всё, что эти исчадия ада наделали на его родине.

- Пусть будет суд! Справедливый и безжалостный! - вымолвил наконец.

Генерал посмотрел на глаза гражданскому и выплеснул из корыта, с планами на девушку, надежду найти в нём своего сообщника.

"Надо будет к Бабке Вере подкатиться и за ней поухаживать. Может она уговорит эту строптивую девку?" - придумал себе ещё одну возможность.

За дверью послышался топот шагов по лестнице и взволнованные отголоски разговоров. Наконец стража открыла вход и в комнату ворвался Алексей Селичко.

- Там наших на крестах развешали!

Генерал с профессором исторических наук мигом очутились около ворот. Оба придерживались здорового образа жизни, бегали по утрам, потому в свои полсотни лет они только вспотели, пробежав около триста метров. А перед вратами уже собрались почти всё временно отдыхающие от стражи и нет воины Борисова. Они уже завели джип и погрузились в него бряцая автоматическим оружием, но их пути стоял капитан Сергей Дубненский со своими стражникам и не выпускал никого.

- Без приказа генерала, никто не покинет этой крепости! - стоял, направив автомат на злых товарищей.

- А вот и он. Расскажите все свои гениальные планы по спасению товарищей ему!, - вытер заливший глаза пот.

- Отставить! - рявкнул генерал Чернецкий, сразу поняв, чем грозит непродуманная операция.

Взяв у капитана бинокль, поднялся на стену и осмотрел окрестности. Недалеко, метров где то за триста, кочевники поставили три креста. На самом высоком из них висели останки одного из СОБРовцев.

«Екименько» - сразу понял Чернецкий. - Именно остатки его группы отбил майор. Но там же не досчитались семерых?»

«Так сколько из них попало в плен, и сколько сгорело до неузнаваемости в пожаре леса?» - решал головоломку, когда к нему подошёл профессор Левицкий.

- Это, как на горе Синая. Один праведник и два латра по сторонам!- тихо молвил историк. - Жалко парня, в беседах с ним, я чувствовал душу хорошего человека.

« Конторович прислал рапорт, что из спас только троих из десятка Екименько, остальных оставил из-за пожара в лесу, но все выжившие уверяли, что их сослуживцы погибли. Не верю я в это» - мелькало в голове.

- Какое интересное замечание! - обратился к Генадию Михайловичу. - А вы, сможете написать что-нибудь для публичных похорон героев, где в иносказательной форме их бы так и сравнили?

Профессор взглянул на его удивлёнными глазами и молча кивнул головой. Ему это не составляло трудностей, ведь такими зажигательными речами над могилами умерших, были завалены многие хранилища исторических университетов.

Генерал осмотрел окрестности биноклем и сразу выявил места, где могли спрятаться в засаде враги. Попытку снять трупы быстрым наскоком отбросил сразу, как слишком затратную, потому ухватился за мысль обыграть религиозный сценарий.

- Приказываю, отставить мысль о нападении! Враги этого только и ждут! Похороны невинно убитых будет в намеченное время, в намеченный час! По всем христианским обычаям! Вы, меня поняли!

Толпа в низу забурлила и утихла. Но тут ещё прибежал злой от того, что ему не дали выспаться, майор Карась и перебранка началась заново.

- Там мой человек! - прокричал командир СОБРа, меняя повязку на вновь закровоточившей ране руки.

- Ммм. Фейфяф, фы сфопфирёмся, - что то мямлил, держа зубами конец тряпки и стараясь намотать её чистой стороной на ладонь, пока его не догнала бабка Вера и не приструнила.

-Там засада! - остановил слишком горячего воина Генерал. - Посмотри сам!

Майор Карась взял бинокль и посмотрел в указанном направлении.

- В этом лесочке сидят и ждут по меньшей мере пять сотен врагов. Пока мы добежим до тел наших ребят, пока мы снимем их с крестов, положим слишком много воинов. Но я уже знаю, как мы заберём их от туда.

Майор с недоверием посмотрел на Чернецкого, но был вынужден согласиться с его доводами. Всё же он и его ребята были натасканы больше на решения простых задач, вроде обезвреживания террористов, а думать стратегически, уже было заданием их непосредственных начальников. Именно по этому, он, руководивший большинством испытанных бойцов милицейского спецназа, отдал власть в руки человека, который знал, как и где употребить их знания, чтобы и враг был посрамлён, и свои парни живыми остались.

Тут взгляд генерала зацепился за необычное движение с лева. Трое конных казаков неслись в сторону открытых ворот, преследуемые по меньшей мере пол сотней ногайцев.

Под радужное люликание и выстрелы со стороны крепости, они подняли пики с литовскими знамёнами, показывая, что являются посланниками Большой Земли.

Какого было его изумление, когда среди них он опознал этого ублюдка, Мацея Квинту. Он же по всем расчётам уже давно был пасть смертью героя и освободить место в сердце Иринки.

Тем временем, вся тройка благополучно миновала ворота, выжившие черкесы повернули назад и перед ним преклонился сам виновник переполоха. Протягивая свиток, он выдохнул:

- Мой генерал, ваше задание выполнено! Обоз уже в Минске!

Тут же вытащил ещё пару таких и отдал майору Карасю и бабке Вере.

- Генерал, - читалось в письме. - Я, с Птицеловом и Бурятом был на задании «Свободного плавания», когда нечаянно наткнулся на обоз с беженцами в Минск. Решив, что для их охраны выделено слишком мало боевых единиц, присоединились к ним и помогли выполнить вами задуманное. По дороге нам пришлось пару раз столкнуться с казаками, потому помолитесь за души рабов божих, - Максима Бабина и Евгения Забайкальского. Уверяю вас, их смерть не была напрасной.

Теперь я еду со своей невестой к её дяде в Вильно, где собираюсь вздрючить его жирную задницу и уговорить пошевелиться. Один полковник с казаками согласился стать моим свадебным генералом и теперь тоже сопровождает меня.

Так — что, до скорой встречи. Подмога уже идёт.

С уважением, Рыцарь Джедай Алексей Герасимов.

P.S. Из-за непредвиденных обстоятельств, я должен был объявить себя героем кинофильма «Звёздных Воин». Пан Мацей Квинта тоже стал таким, потому прошу не портить ему легенды. Слишком много от этого зависит.

Генерал два раза перечитал письмо, пока до него не дошли скрытые мысли этого послания.

«Эти трое, оказывается не дезертировали, как я думал, а ушли с караваном. Какая досадная ошибка. Сейчас главные силы Московского царя уже предупреждены и сам он вряд ли здесь появится. Везение совсем оставило меня» - взгрустнул, видя, как Иринка налетела коршуном на ротмистра и начала, под дружный смех окружающих, его целовать. - «Теперь я ещё пару месяцев не смогу до неё добраться. Но она девка равно будет моей!»

[Wilkas]

**

Ты неси меня река,

За крутые берега!

- Прости брат, но шампанского у нас нет, - сказал один из Небесных ангелов, Виктор Качинский закончив подпевать своему другу и протягивая чарку с вином. - Уже все здесь перешли на чай из местных трав без сахара и только по случаю праздника Яна Купалы Генерал разрешил открыть закрома.

Александр Бондаренько поборол желание сразу влить себе в горло всё его содержимое и, по примеру этих святых людей, сглотнул только чуточку.

- И тогда он разбил пяткой совни третий кубок, говоря, что даже все богатства Испанского короля, не достойны смерти такого хорошего казака. Мы все смотрели, как один за другим умирают наши товарищи и плакали, понимая, что договор чести позволил нам увидеть величайших бойцов на земле. Иван Скалозуб, зарубивший не одного янычара или шляхтича в бою, перекрестился, поклонился земле матушке и вышел на божеский поединок. Только на этот раз правда была на вашей стороне и «Воин небес» проткнул саблей его лоб. После этого, Рыцарь Джедай разбил ещё один кубок, настолько тонкой работы, что даже сам султан Истамбула опечалился бы, потеряв его.

Александр Бондаренко уже в который раз рассказывал, как проходил «Суд Божий», всё время вспоминая новые подробности. Он только боялся поднять глаза и увидеть, как ангелы сидят в обнимку с самыми красивыми женщинами мира и даже целуется с ними. И как те бесстыдницы расчёсывает им волосы и бороды.

«Неужели пророк Могомед оказался прав и нас после смерти ждёт такой же рай? И не надо никакого поста, а только выбрать правильную сторону! Когда вернётся главный Рыцарь Джедаев, обязательно спрошу у него совета, а то Генерал, при упоминании только его имени, плюётся из зависти. Ведь, как говорит воин небес Виктор Качинский, он того знания в их царстве не удостоился»

Бондаренко украдкой посмотрел, как целуется Мацей с ангелом Иринкой и решил всё же стать попом. Тогда, после долгих лет усердной службы, Сын Божий купит и для него такого ангелочка, которая так же будет учить его правильно целоваться и расчёсывать ему волосы.

- Дядя Владислав, - вдруг обратилась к простому воину самая молодая из них, носившая мужские шаровары из странной ткани. - А тут, за нами кто-то поглядывает.

Александр в очередной раз выругал себя за невнимательность. Когда его позвали на смотровую башню, где вместе с Мацеем Квинтой и его невестой сидели ещё несколько «Воинов Небес» и сошедших с неба гурии, на скромного человека в простой одежде он не обратил внимания. Решил тогда, что это их слуга и даже нагло попросил посторониться. Свою ошибку понял только когда эта девчина его ударила пяткой в незащищённую доспехами спину, да так, что казак чуть не простился с жизнью. На столько больно было. Но теперь он уже точно знал, - этот скромный человек, и есть самый главный атаман в крепости. Генералу до него, как бабе Люсе - до морской царицы.

Воин Владислав посмотрел в раздвоенную подзорную трубу и тут же передал её Александру.

- Посмотри и скажи, кто тут за нашими девушками подглядывает?

Казак послушно взял бинокль и приложил к своим глазам. Он уже знал, что ангелы может смотреть далеко, и даже ночью, но теперь в первые столкнулся с очередной их выдумкой.

Стоявший в дали, смотрящий в подзорную трубу, человек был как бы рядом и Бондаренько не составило большой трудности узнать его.

- Это воевода Барятинский. А рядом с ним стоит какой-то ногайский мурза, по моему, - Балзан Узбаши.

- Дядя Владислав, а можно я его пристрелю? - решилась Иринка.

- Кого? - одна из ангелов, худая очень, вырвала бинокль у Александра и присмотревших запротестовала. - За чем? Слишком красивый! Тем более сегодня ночь Яна Купалы! Пусть живёт!

Бондаренько опечалился. Теперешняя осада крепости не позволила местным девушкам спустить веников со свечами вниз по реке и не погадать на будущего жениха.

«Когда я стану монахом, убью каждого грека, который задумает назвать этот христианский праздник деревенскими суевериями. Бог на небесах простит мне этот грех, узнав, что старался для блага его создании» - решил.

Казак вспомнил, как отмечали этот день на его родине, как он подплыл к венку Марыси и выловил его из реки, доказывая остальным, что именно на эту девушку он положил глаз и намерен на ней жениться.

Ангел Анастасия Брежнева снова взяла гитару.

- Грустная Купалина как то получается. Владислав, в следующим году мы обязательно отпразднуем её с другим размахом. Будем и цветочек папоротника искать до утра и купаться голышом в реке. Ты, согласен?

Она проверила, как звучат струны и запела на родном для Александра языке.

Давай выключим свитло

И будем мовчати.

Про то, что не можно

Словами сказати.

Бондоренько послушал, как звучат первые слова песни, попробовал вместе с другими подпевать и расплакался.

« Может быть я и не стану святым отшельником, но убью каждого, кто решится помешать этим ангелам. Если мне уже не повезло в своей судьбе и Марыся умерла при родах, то хоть так я выкуплю свою вину перед его посланниками!» - дал себе твёрдый зарок.

Залезший на площадку смотровой башни молодой пацан передал пану Владиславу странную трубу и сразу исчез.

- Ну, Кристинка, ну, змея, я тебе это припомню! - выкрикнул, пропадая в люке ступенек ведущих в низ.

- Кристина, может и правду перестанешь третировать своего брата? - обратился к ней пан Качинский.

- Пусть старается! Нас только двое осталось, а у него по прежнему ветер в голове! - ответила самая молодая из ангелов. - Смотрите, а подглядывающих за нами уже набралось целая толпа.

- Да что ты говоришь? - хихикнула пана Анастасия, отложив гитару. Она допила свою чарку, уселась удобно на зубе башни и начала расчёсывать свои волосы. - И вправду их там слишком много стало.!

Пан Качинский приложил к своим губам эту странную трубу и прокричал туда так, что у Бондаренько даже уши завяли.

- Ребята, княз Барятинский, вам никто не говорил, что за билеты в кинотеатр надо платить.

Люди по другую сторону поля переглянулись и начали что между собой обсуждать. Ангел Анастасия позвала к себе невесту пана Квинты и начала учить её правильно ходить по краюшку башни. Александр выпил свой кубок и вспомнил, что у Марыси была младшая сестра.

«Когда вернусь домой, груди у неё будут такими же большими и спелыми. Только задница пошире — наверное? Эта то сумеет родить. А потом в святые отшельники!» - решил, посматривая, как качаются бёдра во время ходьбы у женщин.

- Ей, уроды, вам же сказано было не подсматривать! - прокричал небесный воин Качинский в свой громкоговоритель.

Стоящие в конце поля московиты снова завертели головами и начали показывать пальцами в сторону башни. Ангел Анастасия Брежнева начала учить шаги какого то бесстыдного танца невесту пана Квинты и Александр решил, что святого отшельника из него не выйдет. Женится на сестре Марыси и станет попом. Слава богу, он не какой-то глупый католик и законы целибата этого не запрещают.

- Да там собралось наверно всё руководство «Чехов»! Можно я их перестреляю! - спросила самая младшая из ангелов воина Владислава.

- За чем? Праздник же. Пусть живут.

Ангел Кристинка оторвала свой взгляд от прицела своего мушкета и перевернулась на спину.

- И правда. Только я не так его представляла.

Она встала, подошла к краю смотровой башни и села на его, спустив ноги в низ.

- Мы, с папой, планировали сегодня поехать на Пинск к родне матери. А его больше нет.

Девушка стёрла слезу, старясь дальше остаться мужественной. Анастасия с Ириной сели рядом с ней и начали утешать. Только замечание пана Владислава не позволила всем троим разреветься.

- Генерал выпустил из ворот одного пленника с бутылкой вина, того казацкого сотника, которого привезли с последним полоном.

Девушки тут же кончили горевать, а Бондаренько присмотревшись открыл рот от удивления. Это же был Емеля Беспалый, его родственник по линии бабушки.

Люк в полу приоткрылся и от туда выскочил брат Кристины.

- Генерал, по случаю праздника, отпустил одного из пленных. Приказал посмотреть, что бы с ним ничего не случилось! И прислал ещё пару бутылок вина.

Виктор Качинский рассмеялся, опустошил свой бокал и прокричал в громкоговоритель.

- Ей, гости нежданные, бутылка вина от нашего стола к вашему! Праздник же, потому просим не обижать официанта.

Темнело. Кристина вернулась к своему мушкету и начала всматриваться в подзорную трубу на нём.

- Что там? - спросил пан Влдислав, пробегая кончиками пальцами по струнам.

- Пока ничего. Ему ещё топать триста шагов.

Александру снова налили вина и он пригубился краешком рта до этого прохладительного напитка.

Ангел Анастасия пробегла пальцами по струнам и запела.

Опустела без тебя земля.

Как мне несколько часов прожить?

Александр постарался вместе со всеми подпеть, ругая себя, что не знает слов такой чудесной песни. Он еле сдерживал слёзы, понимая, что «Небесные воины» так оплакивают одного из своих погибших товарищей, когда Ангел Кристина сказала:

- Этот в чалме, ногайский мурза зарубил казака!

- Что! - крикнули все собравшийся. - Убей его!

Девушка выстрелила пять раз подряд и начала заменять обойму, когда пан Владислав положил руку на её плечо.

- Оставь! Праздник ведь. Пусть живут, - пока!

Бондаренько в очередной раз поразился христианскому милосердию посланников небес и дал себе зарок.

- Не стану попом, пока на земле ходят убийцы моего двоюродного брата!

Часть Седьмая

Литва 08 - 12.07.1655 года

Капитан стражи распахнул удивлённо глаза и схватился за горло, стараясь удержать фонтан крови, хлынувший от туда.

- Вечно пачкаю свою одежду! Когда это наконец кончится? - пробурчал Алек входя в зал для приёма гостей.

Его похолики и казаки из свиты полковника Нечая продолжали отбирать оружие у испуганных остатков охраны, когда он наконец увидел Януша Радзивила.

.- Здравствуй, дядя! Это ты, так принимаешь всех своих родственников или природная жадность в тебе заиграла?

Алексей Герасимов был зол на себя и на весь мир. Он, прибывший два дня назад в Вильно, с любимой девушкой и войском по боку, с рассказами о победах литвинов над московитами, просидел полторы сутки в приёмной гетмана, так и не дождавшись аудиенции. А тут ещё эта глупая попытка арестовать его, как шпиона царя.

Вскинув левую руку с пистолетом и разнося мозги слишком горячему щеголю, переспросил ещё раз:

- Дядя, я не понимаю ваших политесов. Вам было приказано спешить со всем своим войском к Борисову, что бы окончательно разбить московитов. А вы тут какими то переговорами занимаетесь.

Алексей всадил ещё одну пулю в лоб похожего на педераста вельможи, задумавшего вытащить свой клинок и переспросил:

- Так мы дождёмся от тебя помощи, или нет? Времени то остаётся слишком мало?

Высокий, тучный человек схватился за левую сторону груди. Что то там у него защемило и не давало дышать. Отдохнув, он наконец собрал свои мысли в одно корыто.

«Это наверно тот самый безродный выскочка из числа тех? Уже весь город шушукается о них, предаваясь напрасным ожиданиям. И даже мою племянницу сумел окрутить. Да как он посмел?!»

Гетман Литовского княжества посмотрел, как слуги выносят тело охранника шведского посла и вытер свою лысину. На его глазах только что разрушили последнюю надежду найти союзников и, теперь, непонятно от куда выскочивший варвар требовал невозможное.

Алексей Герасимов спокойно наблюдал за душевными стенаниями князя, понимая, что дороги назад нет.

- Нас позвали на эту землю, что бы навести демократию и осуществить вертикаль власти! Все, которые будет этому противиться закончат, как он! - показал совнёй на ещё одного франта в свите князя Радзивила, решившего ускользнуть.

Возмущённые казаки полковника Нечая сразу воткнули в него свои пики и рубанули саблями, показывая, кто в доме - хозяин. После этого, собравшиеся в зале затихли, поняв, что малейшее сопротивление будет жестоко пересекаться.

Алек опёрся ногой об рукоятку кресла в котором сидел Януш Радзивил и начал очищать совню от крови.

-Дядя, нам, для окончательной победы над московитами, нужно твое войско! Хочешь, ты, этого или нет! Выбирай! Завтра утром я хочу видеть всех твоих воинов в готовности, независимо от того, будешь ты живым и дохлым! Мы договорились?

Алек убрал лезвие от шеи человека с рыжими усами и обратился к залу.

- Великий Гетман Литовский не сказал нет, что означает его согласие! Ясно вельможные панове, я ожидаю вас завтра утром со всеми вашими подхалимами при выезде из города. Кто опоздает, может сразу остаться дома! Воинская слава и казна Царя Московского достанется только самым храбрым и исполнительным!

Все собравшиеся в зале угрюмо молчали. Алек уже давно подготовился к такому повороту, потому вытащил ещё один козырь из рукава.

- Наёмники Казимира Жеромского уже присоединились к нашей священной войне. Им хватило только рассказа о том, как пара сотен Борисовцев, под мудрым руководством Рыцарей Джедаев раз за разом разбивает тысячи московитов и ящика трофеев для солдат Вильнюсского гарнизона. Потому я ещё раз повторяю! Кто не пойдёт со мной, тот не получит ни воинской славы и доли из разграбленной Москвы!

Алек уже хотел выйти, но вспомнил об ещё одном деле. Резко повернувшись, он спросил:

- Кто тут у вас посол шведский?

Увидев, как несколько гостей сгруппировались вокруг скромного одетого человека без парика, подошёл к нему.

- Пан Сабонис, дайте мне свой Винтарь!

Жмудзин, ростом почти догнавший Алека, но уже ставший знаменит своей недюжинной силой и сноровкой, снял автомат с плеча и бросил его через пол зала, прямо в его ладонь.

«Эти литовцы всегда были знаменитыми своими пасами во время игры! И этот ни чем не уступает своему знаменитому тёзке» - улыбнулся Алексей и вспомнил, как передвигался по баскетбольной площадке его детский герой. - «Чуточку не похож, но движения и сноровка прямо указывает на предка этой звезды большого спорта!»

Небесный воин выбросил зажатый в руке автомат перед лицом шведского посла и угрюмо прорычал:

- Ты видел, как стреляет моя пищаль? Ты слышал, о нашем другом оружии? Так, насладись его видом и помни, - этом мушкетом, мы попадаем мухе в глаз за тысячу шагов! И если вы, захотите вступить на нашу землю, Полтавская битва случится раньше.

Алек уже знал как действует один только вид автомата на местных умельцев. Слишком тонким по роботе было смертоносное изделие, что бы увидев её, оружейные мастера наёмников не загорелись бы надеждой получить в свои руки знание о нём. Он уже успел пообещать многим, что оружие Рыцарей Джедаев, выдаётся каждому заслужившему право на это звание. И доказать его возможности на яву, - разобрав при них автомат и собрав его, с закрытыми глазами, снова за сорок стуков пульса.

- Останься! - бросил Алек уходя полковнику Нечаю. - Поговори со всеми иностранными послами, о том, чем может быть полезной помощь их государств при завоевательной прогулке на Москву. Намекни, что только те короли, которые разрешат своим аристократам поучаствовать в ней, - получат частицу наших знании.

Уже вступив в узкие переулки Вильно, Алек взгрустнул, - «Одна полу победа состоялась. А как теперь поступить с моим главным врагом в этой головоломке, с тёщей?»

Небо похмурилось и начал падать мелкий летний дождик.

[Wilkas]

**

**

- Прокляну!

Катерина Радзивил, в девичье Потоцкая еле сдерживала свой гнев. Родная дочь, кровь от крови, упёрлась и ни за что не хотела отказаться от мысли жениться на каком то выскочке. Все уговоры и призывы к голосу рассудка разбивались в её веру в предназначение её спасителя.

- Спаситель! Так я и поверю! Да он наверно приспешник Гонсевского и заранее договорился с казаками, что бы опозорить наш род.

- Мама, он не договаривался! - отвечала зарёванная девушка. - Он даже не знал кто я такая, когда меня спасал. И он точно благородных кровей и даже, наверно, королевских. Ведь рыцари из его ордена женится только на принцессах.

- Да он даже латыни не знает и французского! Выскочка он — простых кровей.

Анна Мария покраснела. Её любимый и вправду не знал других языков, но за то он показал ей, что значит любовь «По французский» в его мире и девушке это очень понравилось.

- Он говорил, что в его мире главные языки — это русский и английский, а язык этих лягушатников никому не нужен.

- Вот видишь. Сразу видно вруна и человека тёмного происхождения. Что бы речь быдла и грубых моряков стала главенствующей? Врёт он тебе, моя девушка! Додуматься до того, что латынь, польские и немецкие языки станут никому не нужными — может только совсем с ума сошедший человек.

Анна Мария зарделась и замкнулась в себе. Убежать из комнаты она никуда не могла, мама не позволяла. Но вскоре мать ушла в оранжерею, что бы переговорить с нужным человеком и девушка расплакалась от досады.

«Да откуда он взялся на нашу голову. Все планы испортил» - грустно думала Катерина Потоцкая. - «Тут ещё слухи, самые невероятные, о нём и его сподвижниках заполнили весь Вильно. Не иначе как это Гонсевский постарался. А эти его никому незнакомые картинки, сделанные явно не красками, другие мелочи? Нет! Это явно происки самого короля и его окружения из Рима»

Как раз с одним из них она хотела и встретиться в оранжереи, подальше от любопытных глаз. Новиций Ордена Иезуитов работал у неё главным поваром, стараясь не попадать в глаза Янушу Радзивлу, ярому протестанту. Катерина Потоцкая в последнее время и сам не понимала, кем она теперь стала по вере. Католичкой, по рождению, или кальвинисткой, по мужу.

Зайдя в оранжерею, она уже нашла там своего советника. Саксонец Мюллер осматривал зацветший куст земляных яблок, в простонародье называемый бульбами и о чём то усиленно думал.

-Вы, нашли выход? - спросила княгиня.

- Ваш враг слишком красив, потому девушка и потеряла голову. Молодость, флюиды, с кем не бывает, - мечтательно проговорил повар. - Вот если эту красоту испортить, она сразу успокоится.

Женщина подумала и согласилась с ним. Всё же этот великан выделялся не только чистой кожей лица и мускулами, но также совершенно белыми, здоровыми зубами. Половина молодых служанок и её подруг уже были готовы лечь под него, что бы родить ребёнка от такого здорового человека и Катерина Потоцкая об этом знала. Иногда сама жалела, что не может сбросить с плеч лет так двадцать и побурковать с этим мужланом.

- И что вы придумали?

- Угостить его земляными яблоками. В Голландии очень многие люди во время голода едят их и становится от этого безобразными. Это подтверждают наши наблюдатели.

- А если он не захочет их есть? - недоверчиво переспросила княгиня.

- Ну тогда мы попробуем угостить ещё одним украшением вашей оранжереи — помидорами. Я облеплю их мукой, испеку и засуну в внутренности цыплёнка. Видел, как он жадно ел его вчера и думаю, что и теперь от этого блюда не откажется.

Женщина недоверчиво посмотрела на увлечённого своими идеями повара.

- А может лучше его просто грибочками угостить? Всё же этот способ более проверены?

- Госпожа, грибочки - это банально и как то по мужицкий. Слишком быстро и всё будет указывать на вас. А вот новейшие достижение науки - уже более благородно и изощрённее.

Княгиня согласилась с такими уважительными доводами, когда двери в оранжерею открылись и в неё вошёл этот варвар. Страх сразу обуял заговорщиков, ведь все уже слышали о привычке воина, кем бы он там не был, решать все проблемы простым убийством.

- Здравствуйте, мама. Я пришёл вам сказать, что ваш муж, мой будущий тесть согласился с моими доводами и завтра выступит в поход. Анна Мария, хотя я и уговаривал остаться её с охраной здесь, выразила желание сопровождать меня и своего отца в этом походе. Короче, я хочу её познакомить с нашими девушками из Борисова. Всё же то воспитание, которое она получила в костёле уже не соответствует наступившим временам.

Катерина Потоцкая облегчённо вздохнула.

« Он ничего не знает. Значит ещё не всё потеряно!»

Тем временем Алек увидел куст знакомых овощей.

- О, помидорчики! - оторвал наиболее спелый и забросил себе в рот. - Как я по ним соскучился.

Пережевав, с наслаждением улыбнулся, смотря на повара.

- Мужик, знаешь, я научу делать тебя из помидоров кечуп и мы заработаем большие деньги, травя ими всех детишек и убивая в них все вкусовые рецепторы

Толстяк схватился одной рукой за грудь, а другую протянул к Алеку.

- Рыы — вырвалось из его уст.

- Что с ним? - спросил Алек, перед тем, как понял, что видит обыкновенный сердечный приступ.

Катерина Потоцкая не могла ему ничего ответить, потому, что в это время уже улепётывала из оранжереи в сторону города и в её голове пульсировала только одна мысль.

« В монастырь! К отцу Игнацию! Исповедаться и запереться там на неделю, постясь на воде и хлебе, пока даже его духа здесь не останется. Это и вправду, как говорили многие, - демон в человеческом обличье. Бедная моя девушка. Она не знает с кем связалась.»

- Что произошло, пане, - спросил зашедший оруженосец, стараясь не замечать, как он вытягивает дух из-за рта лежащего на полу, мёртвого слуги. - Княгиня выскочила отсюда, как чёрта увидевшая.

- Её повара хватил сердечный приступ. Наверно побежала за помощью, да уже здесь ничего ни сделаешь. Я уже попробовал провести массаж сердца и искусственное дыхание, да не вышло. Представился бедняжка.

Вечером, когда все приготовления к дороге были закончены, Алек в постели рассказал Анне Марие, о своих планах по производству кечупа и только тогда узнал, что здесь помидоры считаются жутко ядовитыми.

« Наверно, когда я пошутил, что будем в будущем травить им детей, убивая вкусовые рецепторы, он не так понял и испугался. Какая досада, - мой язык стал причиной смерти невинного человека. Надо будет свечку за него поставить и молебен заказать».

Эти грустные мысли прервала Анна Мария шельмовато дохнувшая в его ухо.

- Мой рыцарь, посмотрите, у меня по спине что то маленькое бегает. Не ужели это вошь? Ведь я их всех давно извела.

Алек поцеловал шею любимой и они стали долго да страстно изучать тела друг друга.

**

- Не верю! Не мог такой жалкий человек быть одним из них?

Шляхтич Ян Серафим из Буркатовских спорил с боярином Ендрусем Муравским. Оба они были сторонниками Павла Сапеги и оба нечаянно присоединились к войску Яноша Радзивила и Александра Герасимова. Именно о личности последнего и ещё одного их общего знакомого и шёл спор.

Давние друзья снова встретились посреди войска, только что вышедшего на поход из Вильни. Боярин там шпионил для Павла Сапеги, с заданием высмотреть возможности для совместного удара по московитам, а шляхтич отсутствовал некоторое время, решив посмотреть на родные хоромы. Пристроив своих воинов, друзья сразу начали делиться скупыми и горестными новостями.

А они были горькими. Их родные имения успели уничтожить казаки и татары царя московского и теперь жажда мести сплачивала их дружбу ещё больше. А когда воины услышали о новом предводителе войска и о его необычном оружии, вопрос, - «Что делать?» - отпал сам собой.

Друзья жадно собирали слухи о «Небесном Воине», сумевшего перетянуть в свою сторону даже казаков. А они ходили разные.

В Борисов пришла подмога в виде тысячи небесных ангелов, с неведомым до сих пор оружием!

Их не тысяча, а только тридцать три, но даже один из них стоит полка простых наёмников!

Доказавшие свою доблесть воины получают из их рук чудесное оружие и доспехи!

Именно это и рассказы, как борисовцы легко расправляются с большими отрядами московитов, заставило обоих приятелей сразу перейти в лагер взбунтовавшегося против нерешимости князя Радзивила войска. А когда он молниеносно устроил дворцовый переворот и убил тех советчиков, которые предлагали сначала договориться с Карлом X Густавом и только тогда выступить в поход, последние преграды были сняты.

Десять тысяч наёмников и сторонников литовского Гетмана огромным обозом растянулись на несколько десяток километров идя к Минску. Легко вооружённые казаки полковника Нечая и елеары пана Сабониса шныряли туда-сюда передавая устные приказы и штаба, подтверждая свои полномочия маленькими бумажками, именуемыми билетами национальный банка Беларуси или просто «Билетами». Нарисованные на купюрах королевские хоромы с названиями дцесяць, дваццаць или пяцьдезят рублёу уже давно стали темой отдельного разговора среди наёмников и шляхты.

Уже все знали, что десять белорусских рублей, означает самую низкую награду от Рыцарей Джедаев, ровную цене одной коровы, но нашлись и счастливчики, которые гордились полученной купюрой в пять сотен. Алексей Герасимов раздавал «зайчики» очень осторожно, зная, что Батька их больше не нарисует и, что в крепости этого мусора ещё было достаточно и осмотрительно оставил себе купюры стоимостью в десять, пятьдесят и сто тысяч. Он тешил себя надеждой, что Андрей Величко осуществит после победы свою денежную реформу и все заживут припеваючи. Об остальном Алек пока не думал, решив сосредоточиться на помощи своим друзьям в Борисове.

Друзья, тем временем продолжали спорить.

- Да ты посмотри на Алексея Герасимовича! Это воин до мозга костей! А как люди за ним тянутся? А этот, - взмахнул досадно рукой боярин. - Помнишь, каким мы его подобрали?

-Жалким, побитым и совсем растерявшимся. Он даже немым сначала прикидывался.

- Так вот, и я об этом говорю. Не может такой жалкий человек быть одним из Рыцарей Джедаев. Слишком не похож он на нашего предводителя.

- Я это понимаю. Но, присмотрись по внимательней. Та же нежная кожа, та же причёска и почти тот же рост. Алесь явно из их мира. А слухи о том, что их сюда пришло много? Что ты об этом скажешь?

Ендрусь Моравский задумался. Когда они две недели тому назад подобрали на дороге из Бобруйска бродягу, они тоже дивились его необычной внешности. Высокий, худой, весь побитый, но вместе с тем аристократичной осанки, одет в странную одежду и безоружный незнакомец мигом заинтересовал провожаемого ими Гродненского епископа, да так, что тот сразу позвал его в свою карету.

Молодой человек сначала упирался, мыча что то, но потом сник и повиновался приказам драгунов.

- Нет, это был специально выращенный и обученный кем то из магнатов холоп, для своих телесных утех! - запротестовал боярин.

Шляхтич, нехотя, но признал правоту своего друга. Мальчик - для потех, так его определили сразу все воины их дружин. Ничего путного не знает, ни чего не умеет, на холопа, как и на воина не похож, кожа ладоней слишком нежная, а шляхтич из его, как из бабки Марыси — Мадона. Сначала думали, что он скоморох, но потом увидели, что даже паясничать он не умеет. Спустя некоторое время, как только заговорил, бедняга начал врать, что является кучером и знает всё в каретах и их подвесках. Но первая же попытка доказать своё место тут же завершилась конфузом для парня. Он даже не знал с которой стороны подойти к лошади и чем её кормят. После этого, все сопровождающие епископа дружно плюнули на этого никчёмного бедолагу и отдали его на попечение всем известного содомита.

- Он такой же чужой среди нас, как и наш новый предводитель. Вспомни его осанку, его одежду и ботинки! - не унывал шляхтич. - Он один из этих!

- Всё может быть? - процедил Езндрусь Муравский. - Но я ни как не могу поверить, что нам в подмогу прислали такого никчёмного человека. Не верю и всё!

Друзья замолчали. Им вспомнился вид заплаканного парня, смывающего кровь из своей задницы и как он ходил за содомитом. Прямо как собачонка.

- Может мы спросим, у нового гетмана, что означает слово - гей?

- Не знаю! Гея — по старо греческий — земля. Но что бы человек сам себя называл грязью и радовался, такого я ещё не встречал.

- А кто их поймёт, этих свидомитов? - сплюнул Ян Серафим.

Спор пришлось прервать, из-за нового приказа.

- Большой отряд московитов через десяток вёрст! Всем Христовым воинам покинуть обоз и выдвигаться в заранее намеченные диспозиции!

- О чём это он? - спросил шляхтич у боярина.

- Наверно собраться в полки повелевает? Сразу видно учёного воеводу, в теории битв сведущего. Такие умные слова употребляет, что даже иезуиты не знает, как с ним спорить.

Друзья пришпорили коней и вместе со своими воинами подключились к потоку, стремящемуся в окрестности городка Волошино, где снова объявились татары Семёна Урусова. Жажда мести бурлила в их венах, призывая отомстить за поруганную родную землю и всю дорогу мужчины проверяли достаточно ли пороха и пулей в их сумках и как наточены их клинки.

Через пару часов шляхтич с боярином и всеми своими людьми стоял в рядах войска Радзивила и воспетого слухами рыцаря Джедая. Жадно пожирая каждое его движение взглядами, друзья перестали спорить. Один только вид воина с совнёй, сопровождаемого свитой крылатых гусаров, мирно беседующего с гетманом Литовского княжества, доказал, что знакомый им безвестный бродяга, никак не мог одним из небесных ангелов. А когда к пану Сабонису и виконту де Реньяру присоединились ещё двое угрюмых, легкораненых незнакомцев в их чёрных доспехах, последние сомнения окончательно выветрились из литвинских голов.

- Ты, посмотри, как гетман перед ними извивается! - прошептал другу боярин. - Сразу видно, что это посланники небес, а не простые князья. Я даже согласен со слухами, об войске святого Габриила, означающим, что скоро придёт Армагедон. И рад, что на нашу долю выпало стать частью пророчества.

Шляхтич не знал, что ответить другу. Жадно пожирая глазами мушкеты ново прибывших воинов, он мечтал получить такое же оружие. Ендрусь Моравский твёрдо решил — даже если для того придётся пережить Армагедон и спуститься в ад, он сделает всё возможное и немыслимое, но станет одним из этих рыцарей.

От свиты, провожающей гетмана и незнакомцев, отделились кавалькада всадников с рыцарем Джедаем впереди. Гетман Литовского Княжества следовал за ним и угрюмо вглядывался в лица своих наёмников. Время от времени он показывал на кого то своей булавой и тихо обсуждал с сопровождающими его вельможами.

Всадники медленно прогалопировали перед строем и начали возвращаться назад, когда от их группы отделились ново прибывшие, незнакомые воины. В сопровождении рыцаря Джедая виконта де Реньяра они приблизились к обоим друзьям.

- Шляхтич Ендрусь Моравский и боярин Ян Серафим из Буркатовских, - незнакомец изобразил странный жест, прилаживая вытянутую ладонь правой руки к своему виску. - Я майор СОБРа Олег Карась! Вы с вашими людьми переходите в моё непосредственное подчинение. Поможете нам при разведке и, если повезёт, в освобождении Полоцка от Московских захватчиков.

Друзья с недоверием осмотрели свиту незнакомцев.

- Как это занять Полоцк? - спросил боярин. - Там же такие стены и гарнизон москалей состоит по меньшей мере из пары туменов стрельцов. Без правильной осады ничего не выйдет.

Воин в странном одеянии скривился, как от зубной боли.

- Генерал дал нам на эту задачу пять дней! Ознакомитесь с старшиной Александром Кулькином. С сегодняшнего дня он будет обучать ваших воинов, как брать такие старинные крепости. Запомните, если повезёт и вы останетесь живыми, на очереди стоят Великие Луки и Смоленск. И только после этого Москва. Такой приказ генерала!

Друзья переглянулись в недоумении.

- А как же Минск и Борисов? Ведь главные царские силы находятся или направляются туда.

- Уже нет! После того как наша безумная снайперша убила их предводителей с Яковом Черкасским впереди, а Ивана Залоторенько мы пленили, московиты с казаками убежали и сейчас стараемся выяснить куда. Ведь на территории Литвы их ещё слишком много, что бы мы могли преследовать врагов только силами нашего маленького гарнизона.

У друзей подбородки упали от удивления.

- Как это они утекли? А с кем нам воевать? И где сам Московский царь?

- Вот это теперь придётся выяснить нам всем, с самим генералом впереди.

Скоро свита воинов и похоликов старых друзей, в сопровождении двух сотен ветеранов из Борисова, наёмниковов виконта де Реньяра и двух незнакомцем с странным оружием ушли в сторону Полоцка.

Казаки нового воеводы и пришедшие за ним из Борисова люди запели один из своих военных маршей. Воины литовского гетмана Януша Радзивила уже не один раз слышали эти слова, потому им ничего не стоило подпевать.

Над широким полем разливалась песня:

Любо, братцы, любо,

Любо, братцы, жить,

С нашим Атаманом мне приходится тужить!

Изменено 7 Jul 2011 пользователем Wilkas

[Wilkas]

Юпийййй

Интернет появился.

Вбрасываю отрывок который написал во время отпуска. Это самое начало первой части, сразу после пролога.

Надеюсь, теперь будеть чуточку яснее - кто ест кто!

14 — 17 июня 1655 года

- И не думайте! Я буду защищать мой народ не щадя своей жизни!

Полковник Карась еле сдерживал себя от мысли выпустить обойму в группу предателей, захотевших перебежать к московитам. Останавливало только то, что люди, с которыми выпил не один литр водки и успешно провёл не одну боевую операцию, тоже наставляли свои автоматы на него.

- Да это не наш народ! Это какие-то поляки!

Майор десанта Витаслий Сергеев с ненавистью смотрел на СОБРовца и также еле сдерживал охоту нажать на курок.

- Это наши предки! И находимся мы на территории современной Белоруссии! - подал командирский голос генерал Чернецкий.

- Ну, мои то точно нет! - зло усмехнулся один из СОБРовцев. - Я, вообще то, бурят.

- Тогда пойди и убей несколько из этих женщин и детей, которые смотрят на тебя с надеждой! - сказал один из гражданских на собрании военных, археолог Генадий Левицкий.

Бурят посмотрел на сидящую невдалеке толпу и в окровавленных их защитников и сплюнул.

- Я что? Урод какой-то? Пусть другие этим занимаются. А я посмотрю.

Спор внезапно отучившихся в прошлом людей шёл из-за одной причины. Все выбирали способ, как без больших проблем вернуться назад. Пока же, обманом заманившие в самый сгусток древней войны наших современников ученики чернокнижника только разводили руками. Их учитель, захотевший сделать порез на руке маленькой девушки, был убит в самом начале переноса и теперь его кровь тоже вмешалась в заклинание времени. Некоторые горячие головы уже успели пристрелить пару монахов, пока не выяснили, что домой они сумеют вернуться только при их помощи.

Ученикам чернокнижника надо было снова изучить заклинание и подобрать нужные компоненты, но одно они все говорили.

ПО ЗАКОНАМ КРОВЯНОЙ ПРИСЯГИ, ПРИЗВАННЫЕ ВОИНЫ ВЕРНУТСЯ ДОМОЙ ТОЛЬКО ТОГДА, КОГДА ЗАЩИТЯТ ГОРОДОК БОРИСОВ ОТ ВРАЖЕСКОГО НАШЕСТВИЯ.

Вот это и стало самой большой головной болью всех собравшихся. Вернуться из этого сумасшедшего дома хотели все, но какой ценой.

По невнятным речам местного командира выходило, что скоро на крепость нападёт банда численностью около четырёх тысяч вооружённых допотопным оружием голов. Уже одно это число пугало простых СОБЗРовцев, но когда они узнали, что по пятам этой банды следует стотысячное войско московского царя страсти разгорелись не на шутку.

- Бросить в толпу этих ублюдков пару лимонок и дело с концом. - буркнул майор Сергеев, адъютант генерала. - И перейти в сторону наших братьев.

- Так брось! - грозно посмотрел его начальник. - И я буду первым, который пристрелит такого мерзавца.

- Товарищ генерал, - стушевался майор. - Отдав город нашему царю, мы так его тоже спасём.

- Да, только жителей в нём не останется! - намекнул археолог. - По понятиям местного времени, их, однажды оказавших сопротивление, всё равно вырежут. Как и нас с вами.

- Русские никогда не убивают детей и женщин! Кем бы они не были! - самый молодой из СОБРвцев, Максим Бабин чуть не расплакался.

- Что, и вправду всех вырежут? - поинтересовался капитан Сергей Дубненский. - Неужели невозможно договориться?

- Выйди за стены крепости. Посмотри на спалённые деревни вокруг! Покопайся в пепелищах церквей. Там найдёшь останки тех которые хотели договориться. - процедил профессор истории. - Знаешь сколько таких могил я выкопал. И ещё, - мы для московитов совсем чужие, не то - что для людей попросивших нашей помощи.

- А мне то какое дело, до этих баб и их ублюдков? - СОБРовец Александар Ершов зло усмехнулся. - Они нам тоже чужие, потому этого быдла мне не жалко. Сейчас пойду, построю около стены и перестреляю.

- Как только сделаешь первый шаг, получишь от меня пулю в затылок, - ненависть в голосе Сергея Дубненского прорезалась металлом.

- Серёжа, ты, что? Шуток не понимаешь. - Ершов, не убирая пальца с курка, попытался оправдаться. И только вид наведённых на него стволов, задержал желание воина нажать на него.

- Пойдёшь на право — совесть потеряешь. Пойдёшь налево — любовь свою!

Один из СОБРовцев продекламировал эти слова, взял пистолет и засунул его ствол себе в рот.

Женщины, увидевшие эту беспомощность мужчины, сразу завизжали и начали упрашивать парня не делать глупостей.

- Ну что, мужики! - продолжил обезумевший от переноса СОБРовец, вытащив ствол из рта. - Шаг в право, шаг влево. Выбора нет и ступеньки кончаются.

Окружающие люди даже глазом не успели моргнуть, когда парень закончил свои душевные муки выстрелом в лоб.

- Трус! Сбежал! - после некоторой паузы плюнула на ещё дергающееся в предсмертных судорогах тело знаменитая журналистка Анастасия Брежнева. - Мужики, вы что, совсем храбрость потеряли. А кто нас защищать будет!

- Я. Я. - сразу откликнулись самые молодые СОБРовцы.

- Жизнь свою положу, но ваз спасу! - начал утверждать Максим Бабин.

Теледива озарилась улыбкой смотрящего на кролика удава и переспросила:

- А ты и правду меня защитишь?

Молодой человек ещё силился найти слова для ответа, когда старшая медсестра Вероника Михайловна съязвила:

- Девушки, подготовьтесь раздвинуть ноги по шире! Только так вы сумеете получить удовольствие перед смертью, если вас захватят живыми.

Улыбку с лица теледивы как ветром сдуло.

- Женщина, вы, что говорите! - рявкнул один из гражданских, прижимая к себе малолетнюю девчонку.

- Что знаю, то и говорю! - огрызнулась баба. - Если эти молокососы с игрушечным оружием нас не защитят, твою дочь ждёт незавидная участь.

- Бабы, молчать! - прорезался командирский голос у генерала.

- Полковник, у тебя все такие рохли? - спросил у головы СОБРа уже успевший навидаться крови военный специалист.

- Так уберите груз двести, чтоб не мозолил нам глаза! - не дождавшись ответа, показал ещё одну грань своего прошлого генерал.

Пока уносили тело самоубийцы, пока успокаивали женщин и гражданских, генерал Чернецкий осмотрел каждого из оказавшихся в такой щекотливой ситуации человека.

- Это моя страна, и это мой народ! - прочеканил. - Я дал присягу защищать его до последней капли крови и не намерен её нарушить!

- Это не моя война! - парировал Александр Ершов. - Я русский, значит патриот своей родины и на этих чужих для меня баб и их ублюдков плевать хотел.

- Бурят, Птицелов, айда к нашему царю! - весело подмигнул.

- Прости, братело, но тут уже без меня. - Максим Бабин, среди друзей называемый Птицеловом, передёрнул затвор. - Мама меня не простит если я оставлю в беде женщину, попросившую меня помощи.

- Эту, что ли? - Ершов показал взглядом на теледиву. - Мальчик, остынь! Эта поблядушка использует тебя как презерватив и выбросит. Хотя, если мы вернёмся назад в составе Московского войска, все бабы будет стоять на коленях и отсасывать у нас.

Он хотел ещё продолжить свой монолог, когда очутившийся рядом молоденькая девушка обрушила на почки и голову серию ударов из ног.

- Кристинка, не балуй. Тут тебе не чемпионат мира по кик боксингу.- пожурил девчонку отец.

СОБРовец попытался отбиться от неё, но получил удар по яйцам и совсем сник. Злой начал искать свой выпавший автомат, когда на его руку наступил капитан Герасимов.

- Хочешь уйти, так уходи! Но без оружия! Оно нам понадобится для защиты гражданских.

- Мужики, вы что. Я только пошутил. - Ершов чуть не расплакался от обиды, но усилии схватить Винтарь не оставил.

Алексей Герасимов пинком отправил его надежду подальше и заметил.

- Люди, вы что? Совсем охренели? Сейчас перестреляем друг друга из-за такой глупой причины и никто из нас не вернётся назад.

- Отставить склоки! - Терпение генерала наконец закончилось. - Все которые хочет сбежать, пусть определятся. Скатертью дорожка! Я то остаюсь здесь!

- Виталий, как я понял, ты уже выбрал свою сторону? - Обратился к своему адъютанту.

- Прости, товарищ генерал, но Россия превыше всего. А эти бабы мне чужие.

- Хочу предупредить всех. Тот воин, который поднимет оружие на своего товарища, не сможет вернуться домой. Кровяная присяга этого требует.- вступил в спор один из чёрных монахов.

- Да знаем мы!. Уже не один раз нам это говорили! - вставший с колен Ершов потёр свой подбородок и угрюмо посмотрел на свою обидчицу.

- Малявка, помни! Я вернусь и ты ещё будешь меня умолять не делать тебе больно.

- Заткнись, придурок! - майор Сергеев еле сдержал свою охоту нажать на курок. - Я выбираю Россию Матушку. Кто со мной?

После некоторой паузы в состав московских патриотов перешёл десяток мужиков. Но тут главный археолог прокашлялся и поведал, что если местное население говорят со всеми на старо белорусском и польском языках, то простые жители московии между собой общаются на карело - финских или тюрских наречиях.

- Бредишь? - сразу заткнули рот историка военные специалисты. - Что бы русский человек не мог понять другого русского? Такого ещё история не знала.

Но слова профессора истории запали в душу некоторых ещё колеблющихся и они вернулись назад в строй большинства.

Скоро всем стало понятно, что пятеро воинов не переменили своего выбора и решили уйти.

- Магазины запасные оставьте! - напомнил генерал. - Вы, идёте к нашим врагам с дружеским визитом, значить воевать вам не придётся.

Уходящие попробовали ещё поторговаться, но решившиеся остаться были в большинстве и скоро ворота крепости окончательно закрылись за спинами выбравшись служение московскому царю.

[Wilkas]

**

-Ну и что, что я теперь гей? За то живой и нашёл своё место в этом жестоком мире!

Алёшка, или как его теперь называли местные, - Алесь Турубович - пудрил хвостиком белки свой носик, смотря в маленькое зеркальце.

- Прелесть моя, серафимчик, почему ты нарекаешь нас таким странным словом? - поинтересовался мускулистый мужик, протирая обросшую толстым слоем волос грудь от пота.

- Мой повелитель, в том мире, откуда мы пришли, мужеложство считается доблестью и путём к власти. И если человек публично назвал себя геем, то ест одним из садомитов, значит он богат и знаменит!

- Но я и так богат и знаменит, зачем мне ещё признаваться в нашем маленьком грехе? - неуверенно спросил епископ.

Алёша не знал, что и ответить. Простой парен, закончивший школу средними балами, не был искушен в светских разговорах с сильными мира сего, но очень хотел выжить. Потому, когда понял, что для этого надо подставить свою задницу, долго не сопротивлялся. Больно конечно было — сначала. Но потом, вспомнив все просмотренные порнофильмы, сумел убедить вельможу, что такого любовника в его жизни больше не будет. И уже начал потихонечку играть на самолюбии и страсти епископа.

- Это потому, что в нашем мире все священники — геи! - выдал запомнившиеся из газетных заголовок знания выпускник Минского государственного автомеханического колледжа. - Даже Папа Римский их благословляет на брак.

- Как это на брак? - не поверил епископ, вспомнив строки из Нового Тестамента.

- У вас, что - священники женятся?

- Да, - уверенно сказал Алёшка. - То ли в Америке, то ли в Голландии ими даже женщины становятся. И эти сами женщины тоже вступают между собой в брак.

Епископ начал тихо сходить с ума. Он знал, что мадридский престол в последнее время скатывается в пропасть, но что бы нравы в будущем испортились на столько — даже не мог предположить.

Он уже две недели общался с этим красавчиком из будущего и был влюблён в него по уши. Его милое незнание современного языка, его нежное испуганность и готовность ходить за ним по пятам, бальзамом лились на сердце старого содомита. Прошло несколько дней, пока милый мальчик научился связывать свои мысли в понятные выражения, но теперь из его сладких уст лились такие тайны о будущем Республики и всего мира, что гродненский епископ полностью посвятил всё своё время только собираниям слухов о том, что творилось в далёкой крепости. Он, пряча свой туз в рукаве, переписывался с Витебским воеводой Павлом Сапегой, сидящим с остатками своего войска в Бресте и тоже собирающимся выступить в поход, для освобождения своих имении.

Священник знал, что воевода тоже получил послание из Борисова и по всякому уговаривал его не делать опрометчивых ошибок. Сапега через своих людей из этих местах заполучил пару сотен пленённых московских стрельцов и теперь всё время расспрашивал их об оружии незнакомцев и об их колесницах, не требующих лошадей или волов. И он уже тоже мечтал получить это дьявольское знание в свои руки. А этого гродненский епископ совсем не хотел допустить.

- От больших знании, многие печали, - поговаривал посылая письма королю Яну Казимеру, Пацам, Вилнюскому епископу Яну Даугеле и другим. - Надо ещё выяснить не от дьявола ли пришла эта помощь и что за неизвестные монахи объявились в Борисове? Ведь ни одного знаменитого чернокнижника орден в этих краях не знает?

- Поведай мне больше о каретах автомобилями называемых! - епископ уже понял, что милый умом не блещет, но о них может рассказывать часами. - Не ужели они и вправду могут доехать сюда за день?

- Внедорожник сумеет, остальные не проедут по вашим дорогам, застрянут. Ех, достать бы его сюда, прокатил бы вас с ветерком. Уверяю, езда на нём, одно удовольствие, не то что на вашей карете или бусике скорой помощи.

Епископ осмотрел рисунки Алеся, где были изображены разные типы автомобилей, танков или самолётов.

- Нельзя ли сзади к этому джипу прикрепить подставы для слуг, как на моей карете? Так он будет выглядеть по приличнее.

- При скорости сто шестьдесят километров в час ваших охранников ветром от туда сдует! - заметив удивлённый взгляд епископа поправился. - То есть ста вёрст в час.

«И за чем мне карета, если по ней никто не увидит моего положения?» - взгрустнул священник.

Он ещё раз пересмотрел рисунки с незнакомыми повозками и летательными аппаратами.

- Эта металлическая стрекоза, которую ты вертолётом называешь, тоже может сюда долететь за день?

- Даже быстрее! Видел в кино, как он целые отряды моджахедов, то ест сарацинов в миг уничтожает. Думаю, что Московские войска уже почувствовали на себе силу вертушки и теперь бегут во все стороны.

Епископ перекрестился, представив себе, как уродливая летающая машина уничтожает его замок. Ведь, по рассказу его любимого, все остальные перенёсшиеся из будущего в Борисов грешники были злостными фанатиками - схизматиками. Для которых даже московиты были отступниками от правил библейских. По воспоминаниям милого юноши, как только они узнали, что Алесь хочет вернуться в лоно истинной церкви, его чуть не убили. И только счастливое стечение обстоятельств помогло парню сбежать.

«Бедняга столько натерпелся от этих изменников веры. Но я им его не отдам!»

- Послушник, ты уже выучил «Отче наш» на латыни и другие уроки?

-Да, ваше Преосвященство! Я стараюсь никогда не огорчать вас!

- Так иди к отцу Йогану и пусть он проверит твои знания, особенно польский язык! После вечерни снова тебя приведут ко мне для ещё одного экзамена. Но помни! Для всех — ты простой лив из Курша, решивший набраться мудрости у меня. Так мы объяснили твой акцент. О своём прошлом и своих знаниях не говори никому, особенно другим братьям нашего монастыря.

Алексей молча поклонился и удалился. Его хозяин в последнее время заставлял учиться всяким новым премудростям, полезным для его новой легенды, из-за чего, после прибытия в монастырь, парень спал только по несколько часов в сутки. Ежедневные молитвы по пять раз сутки, еда состоящая из родниковой воды и хлеба с мёдом, посты и учёба средневековых премудростей заставила вогнать всю его волю в кулак. Но одно он теперь точно знал.

Он выживёт и отомстит всем свидетелям его позора, да так, что они на коленях будут ползать — моля прошения.

**

- Это мушкет - скорострел оружейных делов мастера Калашникова, - переводил латинянский монах. - Он стреляет далеко, аж за версту.

Князь Иван Иванович Лобанов — Ростовский поборол желание показать свою досаду. Всё же слухи о дьявольском оружии чужестранцев, прибывших на помощь литвинам оказались правдой и теперь ему приходилось унижаться перед этим юродивым. А что человек сидящий перед ним давно сошёл с ума, было ясно каждому, только послушавшему его речи.

Пришелец то требовал места главного советника Государя всея Руси, презрительно именуя его только Московским Царём, то начинал вслух разговаривать со своим товарищем, которого сам и убил.

Князь уже начал понимать высказанные вслух мысли безумца, но, по старой привычке, разрешал переводчику заниматься своим делом. Так он выигрывал время, нужное, для обдумывания ответов и новых вопросов.

- И сколько воинов с таким оружием осталось в крепости? - решил проверить, правду ли говорит пришелец.

- Где то двадцать. И ещё гражданские со своим игрушечными помповиками.

«Врёт собака. Большинство сплетен повторяет цифру в тридцать три» - рассердился князь.

- И эти двадцать не захотели пойти под руку законного государя Литвы Алексея Романовича, Гедеминовича по крови (Алексей Михайлович считал себя потомком Софии, дочери Вытаутаса и по этому праву требовал вернуть ему престол Литвы. Прим. Автора.), а выступили на стороне шведского выскочки. Почему?

- Предатели они, - ненависть снова зажглась в глазах прищелца. - Убейте их всех! И поскорее. Иначе, они уничтожут Московское царство.

Князь испугался убеждённости с которой эти слова постоянно твердил сумасшедший иностранец. Тем более, что они подтверждались сокрушительным поражением московского войска около стен этой маленькой крепости. Теперь только то, что около Орши стоял сам Алексей Михайлович со своими главными силами, не позволяло разбежаться ногайским и черкесским союзникам и сдерживало панику. Хуже было с казаками. Потеряв около Борисова почти всю свою верхушку, они совсем отбились от рук и занялись грабежом всех подряд, иногда даже громя маленькие обозы московских стрельцов.

- И как мы можем их убить?

Безумец в углу расхохотался.

- Что, уже столкнулись с ними?

Князь начал ругать себя в уму за проявленную слабость, а пленник продолжал сыпать соль на раны.

- Так сколько полков вы уже потеряли? И сколько воевод погибло? Ответь мне боярин! Или тебе смелости не хватает?

- Молчи, холоп! По кату соскучился? - князь Иван Лобанов — Ростовский невольно выдал, что уже понимает чужестранца без переводчика.

- По кату? - истерический рассмеялся безумец. - Место того, что бы исполнить мои маленькие требования и завоевать Польшу с Литвой, ты угрожаешь мне катом. Какая досада.

Князь не выдержал непочтительности глупого чужестранца и приказал.

- Схватить его!

Неприметная железяка в рукаве монаха - кармелита тихо пукнул три раза и служивые князя упали в предсмертных муках. Иван Лобанов так и не понял, как и где тот сумел спрятать свои пищали, когда получил прикладом мушкета — скорострела в челюсть.

Очнувшись он увидел, как монах закрывает двери кельи из внутри и как беззубой улыбкой смеётся пришлый воин.

- Боярин, скажи своим стрельцам, что не надо ломиться сюда, если им дорога жизнь твоя.

Князь пощупал больною скулу и постарался схватить свою саблю. Получив сапогом по пальцам, затосковал.

- Не надо лишних движении, боярин! - слова пришельца резанули слух.- Не надо.

Князь отодвинул руку от рукоятки клинка и начал себя крыть последними словами.

Весть о том, что в Белевичёвском монастыре объявились незнакомые воины и ищут встречи с московскими людьми быстро облетела всю округу. А когда князь Иван Лобанов получил указание от государя встретиться с ними и по всякому угождать их прихотям, было слишком поздно. Нижние чины решили по другому. Они замучили на смерть одного из пришельцев и собрались сделать такое же с другим. Только заступничество третьего война спасло последнего.

Хуже всего было то, что сняты с дыбы чужестранец тронулся рассудком и застрелил своего приятеля. Теперь он мог выставлять невиданные до селе по наглости требования и князю приходилось с этим мириться. А знание того, что придя на переговоры с несколькими стрельцами, не оценил степени опасности пришельца и жестоко обманулся, больно ударяло по наместнику Ростова.

- Чего ты хочешь?

- Спасти Россию и ничего больше!- незнакомец дальше продолжал говорить непонятными словами. - Если вовремя не остановить предателей Родины, Москвы не станет. А тогда и Гитлера не победим.

Князь в очередной раз чуть не завыл от безысходности. Безумец уже второй день твердил о каком то немце Гитлере и французе по имени Наполеон, хотящих напасть на его страну. Масковит не знал о них ничего, а на все вопросы о Яне Казимере и Кароле Густаве чужестранец отвечал с пренебрежительностью, твердя, что их и так победили. Князь даже место узнал где Московские войска нанесут сокрушительное поражение шведам. Это оказался маленький городок на Украине — Полтава. Только никак не мог взять в тольк, как его государь смог заманить туда шведского короля со всем своим войском. Вроде Карл Густав Десятый слабоумием не страдал и так далеко от своих баз никогда не отходил.

- Прикажи своим стрельцам за дверью не буянить и вытащить трупы. Помни только, что я могу убить тебя в любой момент.

Князь собрался с силами и отдал приказ. Двери в келью медленно открылись и вошёл его сотник.

- Воин, не балуй! - обратился он к чужестранцу. - Прольёшь кровь боярина, умрёшь страшной смертью!

Макаров выстрелил ещё один раз.

- А охранников по умнее у тебя нет? - спросил чужестранец. - Которые бы исполняли приказы, а не грозили мне?

Князь потрогал разбитую скулу и опечалился. С сотником он вырос вместе и даже не смотря на его низкое происхождение дружил.

- Чего ты хочешь? - еле поборол ненависть.

- Именно! Чего я хочу! - безумие в глазах иностранца снова зажглось горячим факелом. - Уберите сначала трупы, найдите бабку в деревне, которая может сварить нормальный суп и помыла бы пол. И прислушайтесь наконец к моим словам. Родина и царь наш батюшка в опасности.

Князь Иван Лобанов заплакал от обиды. Он понял, что галиматью ему придётся выслушать в очередной раз.

- Я знаю, как победить предателей! - начал чужестранец. - Но скажу это только самому царю!

[Wilkas]

Глава восьмая

Борисов. 14-21.07.1655

- Ну здравствуй, брат!

Друзья обняли Алека.

- Былины о твоих подвигах поют уже в корчмах. Может и нам расскажешь, что ты там повынатворял?

- Я вся в нетерпении, - подхватила эстафету подбежавшая Анастасия. - Как мы уже слышали, наш герой любовник жениться собрался?

Алек помог спрыгнуть с коня молоденькой красивой девушке в дорогом платье и представил её.

- Друзья, это княгиня Анна Мария Радзивил, моя невеста. А это, - обратившись к своей суженной, продолжил. - Панна Анастасия Брежнева, сердце нашей общины. Рядом с ней глупо ухмыляются Сергей Дубненский и Виктор Качинский, мои сослуживцы и лучшие кореша.

Девушка почтительно протянула руку для поцелуев восторженных офицеров, когда взгляд Алека упал на рядом с ними стоящую беременную женщину.

- Даша? Дарья Зленчинская? А где Екименко?

Ему ответили угрюмым молчанием.

- Понятно! Настя, познакомь, пожалуйста, Анну Марию с другими нашими женщинами и поболтай с ней, о своём — девичьем. Нам с друзьями надо кое-что обсудить!

Анастасия подошла к Алеку и нежно провела ему ладонью по щеке.

- Не переживай, воин! Княгиня со мной будет в полной безопасности! - и ушла с ней, весело что то обсуждая.

- Айда на смотровую! Или что то уже изменилось? - спросил.

- Нет, всё по старому. Наш штаб там.

- Иван! - Алек подозвал своего оруженосца и тихо предупредил его. - Пусть набранные тобой служанки узнает все сплетни вокруг наших женщин. Завтра дашь отчёт.

Пройдя стражу и отсчитав все девяносто восемь ступенек в верх СОБРовцы наконец очутились в своём доме.

- О, шалаш построили! - не смог скрыть удивления Алек. - Курорт тут у вас, а не война!

За время его отсутствия, ребята соорудили над башней деревянный каркас с натянутой на его брезентовой крышей и теперь могли не бояться перемен погоды, а также спокойно наблюдать за окружением, не позволяя им вычислять сколько людей здесь находится. Одно было плохо! Тут собралось слишком много ожидающих, для такой малюсенькой площадки.

Алек поздоровался с Вячиком и Владиславом Леонидовичем.

- Объясните мне наконец, что в крепости делает женщина, как две капли воды похожая на Дашу, и как погиб Евгений?

После некоторой паузы разговорился Сергей. Рассказал о своём замешательстве, когда в выбранной Женей женщине узнал черты лица и осанку двоюродной сестры и о том, что не смог вовремя спасти друга. Поведал о том, как надругались над его трупом черкесы и что из этого вышло.

- Представляешь, когда наш ботаник сравнил его тело на кресте с Иисусом Христом, а его похоликов с двумя латрами на горе Синая, плакали все. На столько убедительно звучала его речь. Уже думали посредством вертолёта его спасти, когда начудили во время праздника и московские войска сбежали. Проблема в том, что теперь слишком многие думают о предназначении нашей миссии, как о втором пришествии и крипта с похороненными нашими бойцами уже становится объектом религиозного культа.

- Вертолёт, - это весело. Видели бы вы глаза верхушки Литовского войска, когда генерал прилетел на нём на встречу с гетманом. А кто присматривает за Дашой?

- Я, - ответил Виктор Качинский. - Поклялся воспитать её ребёнка, как своего собственного.

Алек посмотрел на друга и понимающе поклонился. За Дашой сам когда то бегал, но Екименко оказался проворнее. Теперь у него появилась своя женщина, а Виктор сходил с ума по ней всю жизнь.

-Мир его праху, и счастья тебе. - Алек открутил крыжку фляги, в котором находилась местная водка. - Выпьем за упокой друга!

- Кристина, сходи к девушкам, познакомься с княгиней! - попросил сглотнув Владислав Леонидович. - Попробуй перенять её осанку и движения!

«Кристинка - снайпер?» - с укором взглянул ей в след Алек.

- Не ужели, это правда, что Якова Черкаского завалила она?

- У неё отец погиб. - буркнул Вячик. - Теперь мы все стараемся придумать способ, как девушку сдержать, чтобы совсем не съехала с катушек. Игорь, что сейчас делает боярин Смушкевич?

- Он направился к пану Григасу. - ответил пацан, подсматривая в бинокль. - Уже третий раз за последний час.

- Интересно, - Владислав Леонидович, сделал ещё один крестик на своём плане. - Алексей, расскажите нам, каким способом вы сумели достичь так многого в этой бойне?

- Сам не понимаю. Действовал по сложившейся ситуации, стараясь выжить. Под конец уже блефовал по крупному и мне повезло.

- Это как?

- Тряс незаряженным винтарём перед всякими там князьями и иностранными послами и грозился их пристрелить. Кстати, что там с боеприпасами?

- Помнишь, песню «Подмога» Бориса Гребенщикова?

- Чтож, обычные дела, нас с тобою ная...и! - процитировал по памяти последние слова Алек. - Хотя бы для Макарова чуточку найдёте? А то оставил только последний, для себя.

- Ну с этим пока не так напряжённо. - Сергей подбросил Алеку обойму. - А в остальном тебе придётся уповать на свою нагинату. Мы, кроме Вячика, холодным оружием действуем хуже местных, а переучиваться сейчас не время и не место.

Алек взял бинокль у Игорька и посмотрел во двор замка. Увидел пару знакомых лиц и тоже понаблюдал, чем они занимаются.

- А вы знаете, что наш новоиспечённый адъютант сам лично отбирал людей, которые должны были погибнуть вместе с женихом Ирины? - спросил наблюдая, как он что-то обсуждает с одним из офицеров Радзивила. - Должен ему поблагодарить. Выбрал на редкость отчаянных и надёжных вояк. И как только он сумел с ними всеми поссориться?

- Знаем, - Андрей Качинский взял у него бинокль и посмотрел туда-же. - Сам перевёл пану Сабонису некоторые из матов, которыми этого громилу осыпал наш «воинствующий референт министра». А кто этот толстяк, с которым он уже ругается?

- Полковник Констанций Котовский. Он с Самуелем Кмицицем первым присоединился ко мне в Вильно. Сейчас не знаю, - доверять им или нет?

- Котовский, Кмициц. А такой Ежи Михал Володыёвский среди них не зачесался? - неожиданно заинтересовался Вячик.

- Есть такой. Некоторое время было такое ощущение, что он хочет вызвать меня на дуэль, да не знает как.

- Даже и не думай! - прокричал Вечеслав, гремя по ступенькам идущим в низ. - Потом объясню!

- Володыёвский — это круто! - обрадовался Игорёк. - Дядя Алек, а что это за история, с этими всеми рыцарями Джедаями?

- Вот именно, - не сдержался даже всегда молчаливый Владислав Леонидович. - Как тебе вообще пришло в голову использовать такую легенду.

- Как, как? Просто! - стушевался Алек. - Когда любимая девушка всё время спрашивает какого ты герба и рода, пришлось выдумывать на скаку, что бы избежать позора.

- На скаку? - переспросил Качинский. - Представляю, какие душевные муки терзали тебя тогда.

Игорёк так и не смог понять, почему взрослые валяются на полу, показывая пальцами на дядю Алека, пока тот, красный от гнева, не закончил оправдываться и не прокричал.

- Анна Мария - моя невеста! И прошу отнестись к ней с уважением! Тем более, эта выдумка с рыцарством мне очень помогла в дальнейшем.

- Понимаем, - Владислав Леонидович, как всегда был краток. - Сами ждали тебя, что бы уточнить некоторые детали. Ведь многим из нас тоже пригодилась такая же легенда.

- Например наш воинственный референт уже вовсю ею загорелся и теперь всех расспрашивает о свободных принцессах в радиусе пару тысяч километров, - усмехнулся Сергей. - Шустрый малы.

- За то, как он плевался ядом, когда мы ему негритянку ему из племени Тумба -Юмба купить предложили, - Виктор Качинский снова вызвал бурю смеха.

- Он и сейчас плюётся. Похоже общение с паном Заглобой ему боком вышло.

- С кем он общался? - спросил Алек, посмотрев вниз.

- С Котовским. Прототипом паном Заглобы в трилогии Сенкевича. -ответил Владислав Леонидович. - Не ужели не читали её?

Алек гордо промолчал. Ему всё же было трудно признаться, что из всех потех мира, книги его интересовали меньше всего.

Друзья ещё долго обсуждали разные подробности открывшихся возможностей, когда прибежал посыльный.

- Полковник Алексей Герасимов! Вас вызывают к генералу Чернецкому!

- О! - удивились приятели. - Ты уже и полковником успел стать. Поздравляем!

- Не поверите, но только что сам об этом узнал, - буркнул Алек направляясь к проходу.

- Подожди!

Владислав Леонидович быстро написал что то на бумаге и сложил её в четверо.

- Передай, это генералу!

**

Януш Радзивил со страхом посмотрел такого чужого для этого мира воеводу.

Высокий худой чужак, в мешковидной тканине непонятных узоров, плавно водил по большому куску бумаги учебной шпагой. Ни что в его одеянии не выдавало человека большого достатка или особы королевских кровей, но вся его осанка и способ поведения, кричали о том, что он рождён повелевать и побеждать.

- Мы уже знаем, что князь Барятинский и боярин Орден Нещёкин отвёл остатки московского войска на восток. Казаки Ивана Золоторенко разбежались по всем окрестностям и теперь просто грабят или стараются примкнуть к нашему войску, что бы так же пограбить всех попавшихся на законной основе.

- За-то мы не знаем, где сейчас находится сам царь Московский со своим главным войском и отряды Семёна Урусова! На это должны ответить уже твои разведчики, князь! - Генерал, а так называли человека, который с горсткой своих людей сумел повернуть назад московское войско, задал свой вопрос.

Янош Радзивил, князь Биржанский и Дубинковский, воевода Виленский, великий гетман Литовский стерпел очередное оскорбление. Он уже понял, что бумага на столе — карта части Литовского княжества в непривычном изображении и, что красные, синие или зелёные флажки, это изображение показывающее, где находятся отряды врагов и союзников. Только никак не мог собрать увиденное в одно целое.

- Пан Чернецкий, - обратившись как к ровному, показал урок хорошего тона. - На карте города, деревни и дороги показаны как то необычно. Может сюда принесут нашу, а флажки заменят более понятными для нас символами.

Генерал остановился в растерянности.

- Так вот в чём дело! - упомянул чёрта. - Вы, не умеете читать наших карт! А в вашем возрасте переучиваться чуточку поздновато. Тогда начнём с другого конца!

- Пан воевода, господа, - уважительно всем кивнул. - Прошу выделить в моё расположение по одному, двум молодых, сообразительных людей от каждого из вас. Но не больше десяти. Завтра утром они уже сумеют разъяснит вам расположение всех вражеских сил получше.

- Капитан Дроздов, - генерал обратился к пилоту вертолёта. - Вы, у нас знаток по картам. И не только игральным. Займитесь выделенными вам людьми!

Молодой воин в кожаной куртке подождал, пока воевода со своими высшими офицерами вспомнят, кто из рядов имеют тягу к университетским наукам и кому из них можно доверять, записал их имена и вышел из шатра. Януш Радзивил услышал, как он отдаёт приказы охране и как эти приказы передаётся дальше по цепочке.

«Всё же порядок в войске генерала Чернецкого на много лучше, чем в моём» - грустно вспомнил кровавую баню, которую устроил дорогой зятюшка в его приёмной.

Как бы продолжая его мысли, генерал ошеломлял другим.

- Но это ещё не всё, господа аристократы. Мне хватило одного взгляда на ваше войско, что бы понять — это сброд мальчиков для битья. Даже хуже чем войско московского царя. Потому я объявляю набор добровольцев в первый полк гвардии Великого Литовского Княжества.

Януш Радзивил вздрогнул. Мимо его ушей не прошло то, что генерал упомянул не Королевство, не Польша, а именно Литовское Княжество. Воеводе даже показалось, что чужак даже дал знак согласия, посмотрев на его и чуточку кивнув головой.

«Что это может значить? Неужели он знает о моих тайных планах?» - мысли в голове рождались одна за другой. - «Не может быть».

- А зачем нам какой-то новый полк? - спросил Ержий Тишкевич, епископ Вильни. - И кого он будет слушаться.

- Только короля нашей земли! И своего предводителя, полковника Алексея Герасимова, зятя всеми уважаемого князя Януша Радзивила!

Виленский воевода опешил. Чужак в очередной раз намекнул, что видит Литву отдельным государством, руководимую одним из Радзивилов.

- Новый полк нам нужен, как основа будущей непобедимой армии. Как кузница кадров, так сказать.

- Но почему именно новый полк? - спросил один из офицеров воеводы Казимер Жеромский. - Не лучше ли взять уже сложившийся и переобучить его по вашему?

- Полковник, - генерал обратился к слишком умному шляхтичу. - Вы видели в окрестностях крепости маленький курган рядом с тремя большими?

Получив утвердительный ответ, продолжил.

- Так вот, там лежат двести семьдесят восемь простых защитников нашей твердыни. И уверяю вас, если они бы послушали приказов, а не своевольничали, две трети из них ходили бы живыми!

- Это как? - спросил Жеромский.

- Это - когда гусарам полковника Поклонского приказывают преследовать убегающих противников только до леса, а они этого не слушают, это — когда солдату приказывает прочищать дуло своего мушкета, а он это делать не хочет. Вы это хотели услышать — полковник?

Не дождавшись ответа, продолжил.

- А вот, если бы они следовали бы инструкциям, то место этого маленького кургана, сейчас возвышались бы ещё три большие - с похороненными московитами.

«Генерал говорит спокойно о пропущенной возможности убить ещё десяток тысяч врагов силами одного гарнизона крепости?» - Януш Радзивил еле сдержал охоту громко удивиться. - «Это что за воины они такие?»

- Вы так спокойно играете цифрами своих и чужих умерших, - заинтересовался виленский епископ. - А где доказательства, что вы избили именно с десяток тысяч московитов с их союзниками, а не просто выдали желаемое за действительное?

- Разведка, ваше Преосвященство! Мы перехватили письмо покойного Якоба Черкасского с просьбой закупить несколько пудов воска для отпевальных свечей. Там было чётко указанно количество простых воинов и их офицеров, и сколько свечей надо зажечь в их упоминание. А дальше было одна математика.

- Сейчас мы знаем, что в курганах лежат около трёх тысяч стрельцов и европейских наёмников, ещё больше разных черкесов с ногайцами и около полторы тысячи казаков Ивана Залоторенко. Сколько своих враги похоронили на других местах, и сколько среди них раненных мы можем только предположить! И ещё мы взяли несколько тысач пленными, часть из которых уже отослали вглубь нашей страны. Они тоже могут подтвердить наши вычисления.

Сидящее в шатре замолчали.

- Но это такая победа, после которой враг просит о перемирии, - наконец решился воспеть хвалу Януш Радзивил.

- Это не победа! - сразу парировал генерал Чернецкий. - Это только щелчок по носу льва. Победа будет, когда опоясанный кандалами Московский царь очутится в нашем подвале, рядом с казацким гетманом. И когда народ Литвы будет их судить за геноцид и преступления против человечества.

- Как это судить? - вырвалось сразу у нескольких новоприбывших вельмож.

- По закону «О правах человека» - военных преступников и лиц развязавших войну в нашем мире всегда судят международный суд в Гааге. Пора и здесь осуществить что-то похожее.

Сидящие за столом литовские вельможи приуныли. Они, ослеплённые и испуганные военной мощью своих потомков, никак не могли понять их планов. Всем было ясно, что мир меняется и меняется на их глазах, и что скоро он станет сосем другим, но не хотели терять связи с привычным укладом жизни.

- А какую церковь вы признаёте главенствующей? - задал давно мучивший всех вопрос Виленский епископ.

Генерал застыл в растерянности, но тут же вял слово полковник Алексей Герасимов.

- Вообще то, большинство из нас — рыцари Джедаи. Основатель нашего ордена, святой Джордж Лукас призвал нас стоять выше религиозных дрязг. Потому, среди нас, вы найдёте и католиков, и православных, и кальвинистов. Рыцари Джедаи дают пожизненную присягу защищать порядок и справедливость и везде бороться против сил Хаоса. А царь московский и гетман Украины, сейчас их и представляют.

- Вот именно это, - генерал прокашлялся. - Я и хотел сказать.

- Я... - попробовал втиснуться в разговор Андрей Величко, адъютант Чернецкого.

- Послушник!, - прервал его Алек. - Что бы заслужить право называться рыцарем Джедаем, вам надо ещё пройти все тесты и убить в бою по меньшей мере двадцать приспешников Хаоса. Только тогда Высший Совет даст тебе право говорить в нашем присутствии.

«А у моего зятя тут и враги есть» - отметил в уме Януш Радзивил, поймав брошенный в сторону рыцаря Джедая полон ненависти взгляд генеральского писаря. - «Очень хорошо!»

[Wilkas]

Ещё одно не укрылось от взгляда магната и других панов. На главной башне крепости развевался флаг с изображением Пагони, старинного символа литовского войска.

*

Генерал подождал пока все разойдутся и, ещё раз просмотрев заметки Владислава, устало потёр виски.

- Мавры сделали своё дело, - мавры могут уйти!

Эта строчка, вместе с условными обозначениями, означало только одно. Если не принять никаких мер, заговор недовольных новыми порядками скоро вспыхнет.

Подождав, пока записка превратиться в пепел, генерал спросил Алека.

- Как, ты смог подчинить себе такую армию и их вожаков? Почему, даже твои враги идут за тобой?

- Прости, но сам не знаю.

« Не знает он. Какая простота. Его уже несколько раз хотели отравить, заманить в ловушку, а он даже этого не заметил. Везёт же некоторым.»

- Вечером будет бал! Буду рад знакомству с чудесно спасённой девушкой, которая стала твоей невестой. А что ты можешь рассказать о её отце?

- Мутный он какой-то. Князь всё же. Привык командовать всеми, потому и пришлось рога обломать и сейчас не знаю. Вроде он и смирился с моей женитьбой, да всё время ноет, что за мной никаких значимых приобретении его королевский род не получит.

- Это он так думает. А что будет, если скоро ты станешь главой всего этого рода? Как ты, в таком случае будешь поступать?

- Генерал, ни компостируй мне мозги! Говори, прямо чего хочешь, а то я в последнее время привык сразу за совню хвататься!

Седой статный военный прошёлся по шатру, поправил ремень и подошёл к молодому воину.

- Капитан, а теперь уже и полковник, Алексей Герасимов, знаете ли вы, что мы в полной заднице по уши? Что мы слишком многим стали бельмом в глазу! - тихо сказал около уха.

- Почему такая таинственность? - недовольно поморщился Алек. - Да мы в этой заднице очутились сразу и сами выбрали путь вперёд, к чистому воздуху. А дальше — aut Ceasar, aut nihil!

- Или Цезарь, или ничего, - не смог удержать улыбки генерал. - Уже успел и латынь освоить.

- А куда, ты на фиг денешься, когда вокруг все на нём балакает? Пришлось обратиться за помощью к своей княжне.

- Ну и как тебе с ней?

- Горло порву каждому!

Генерал потёр старую рану, стараясь собраться с мыслями. Молодой вожак явно выходил из под его опеки, но ещё не всё потерянно.

- Что хочешь дальше предпринять?

- Не поверишь, но захватить в плен Московского царя. Только выкуп за него сможет покрыть мои обещания.

Генерал вытащил из портмоне кучку белорусских рублей и усмехнулся:

- А этими уже перестал разбрасываться? Когда Величко узнал о твоей задумке, проклял всё на свете. Думаю из зависти.

- Оставил себе пятьдесят - и стотысячные банкноты, - весело подмигнул генералу Алек. - Ими и расплачусь, когда выкуп за московского царя получу.

Генерал в очередной раз поразился мужицкой простоте воина.

« Безумная храбрость и везение - именно по этому, он стал кумиром и предводителем такой банды голодранцев?»

- Захватить в плен московского царя мечтают тут все, это я тебе как друг по беде говорю. Но меня беспокоит ещё одна головоломка. Может и на её у тебя есть свои соображения.

Новоиспечённый полковник ничего не ответил, продолжая протирать лезвие своей допотопной совни.

- Монахи исчезли!

Генерал выдал последнюю новость и посмотрел на выражение лица полковника. А этот только усмехнулся и продолжил полировать совню.

- Пан генерал, как вы очутились в тот день в окрестностях крепости?

Александр Чернецкий стушевался.

- Летел на манёвры, услышал по радио призыв о помощи и решил посмотреть.

- По радио? Не было там никаких призывов. Такие операции проводится втихаря, что бы никто не мешал. И особенно армия.

Генерал удивился. Он только сейчас начал понимать, что в тот памятный день ввязался не в своё дело. Как будто его кто загипнотизировал, заставляя танцевать будто куклу на верёвках.

- Я давно об этом подозревал, - решил чуточку приврать. - Но я всё равно рад, что принял такое решение. Нет ничего дороже для истинного воина, как возможность защитить свой народ и государство.

Герасимов смотрел, как меняется выражения глаз у главнокомандующего и спокойно улыбался. Закончив чистить совню, спросил:

- Так в какую задницу, вы хотите меня втравить?

- Перестань, играть простачка! - генерал понял, что неудобные вопросы кончились и решил перенять инициативу. - Вижу, что голова у тебя работает по чище любого компьютера. Как ты смотришь, на возможность стать главой рода Радзивилов?

- Очень отрицательно! Мой тесть, хотя и ненавидит меня, пока жив, а дядя Анны Марии Богуслав наметился на власть в Пруссии. И ещё её Несвижевская родня? Нет, такому бедному, раздавшему все свои трофеи и ничего за это не приобретшему, простому полковнику, как я, среди них неуютно.

- А теперь слушай меня внимательно. Наш историк покопался в своём ноутбуке и нашёл там данные о смерти всех Радзивилов. Твой тесть должен свалиться от сердечного приступа, хотя есть подозрение, что от яда уже через несколько месяцев. Его брат, в нашем прошлом женившийся на твоей Анне Марии тоже умрёт через несколько лет. А теперь самое главное. Твоя невеста, жена Богуслава Радзивила умерла через месяц после родов. Как теперь, ты поступишь, зная всё это?

Алексей Герасимов испугался. Новость о том, что он скоро может потерять любимую девушку его ошеломила. Он долго мерил пол ногами, пока не собрал своих мыслей в одно целое.

- Надо с нашими врачами посоветоваться. Может они что то придумают.

- Вот и советуйся, - улыбнулся генерал. - Но ребёнка здорового, будущего главу рода, мне сделай!

- Хорошо батя, но одно условие. Моего тестя пусть тоже опекают наши доктора. Хоть он и гад приличный, смерть его может плохо отразиться на настроении моей невесты. Тем более, что враги такое обязательно повешут на нас. А теперь могу уйти? Дела ждут.

Генерал улыбнулся, довольный своей победой и разрешил. Полковник Герасимов уже собрался переступить порог, когда обернулся и спросил.

- Как это на ноутбуке? У нас же почти нет электричества?

Лицо генерала расцвело од удовольствия.

- Наш гражданский инженер Николай Пакулин наконец соорудил агрегат работающий на местном спирте. Именно по этому он и разобрал два наших автомобиля на части и теперь уже нет проблем с током в двести двадцать вольт. И ещё, - одну из своих банкнот, ты спокойно можешь разменять один к одному в банкирском доме Алексея Величко и Самуеля Райхмана. Пленённые московские бояре согласились заплатить выкуп, а новые наши изделия расходятся по баснословной цене. Только предупреждаю сразу, пока ты там своей совней не начал размахивать. Во время замены берётся налоги со сделки.

- А какие?

- Пятьдесят процентов, полковник! Налоги на войну!

- Суки! - Герасимов покрыл матом всю округу. - И здесь достали.

*

- Да, вы, наши дети, и вправду довели искусство ассасинов до совершенства, - Михал Володиевский грустно взглянул на Вячика. - Но не надо этим гордиться. Твоя блестящая работа ногами, которую, как я понял, ясновельможный пан не сам придумал, а выучил у знаменитых в вашем времени учителей фехтования, пригодна только для убийства незнакомого с этими приёмами воина. А что будет, если в поединке встретятся двое ваших мастеров?

Вячик сердился. Не так он представлял разговор с легендарным бойцом на саблях. Ведь хотел только похвастаться своим превосходством, а взамен получил ушат холодной воды. Михал Володиёвский посмотрел на его показательные выпады со шпагой и даже не собирался похвалить его.

- Так что же случиться, если в священном поединке встретится два мастера вашей дуэльной школы? - не унимался Володиевский.

- Поранят друг друга, - огрызнулся Вячик.

- Неправду пан мечник говорит. Я то думаю, что оба они проткнёт противника, как цыплёнка на вертеле и будут глупо улыбаться, смотря на смерть друг друга.

Вячик скрепя сердцем признал правоту старого вояки, но решил оправдаться.

- Но в поединке именно моя техника помогает быстрее всего достичь успеха.

- Твоя техника берёт начало из итальянского учения фехтованием рапирой. А эта школа в одно время правильная и тут же бесполезная. Она правильная для дуэли в дамских будуарах, на ровной поляне, в спокойной обстановке. На войне она совсем бесполезная.

- Я это понимаю и признаю, но мы же говорим о дуэлях.

Михал Володиёвский вытащил и ножен свою саблю и покрутил ей в воздухе. Пару раз

даже рубанул по воздуху от плеча, наслаждаясь её свистом.

- Когда сядешь на коня, вы тоже заставите его занять переменную стойку? Что бы удобнее проткнуть татарина?

Вячик покраснел. С лошадьми он, городской житель, был знаком только шапочно. А уж научится кататься на них в свои года совсем не стремился. Это сразу заметил пан Михал и продолжил мучить мастера спортивного фехтования своими придирками.

- Ясновельможный пан, как и многие другие его соратники - не гусар? Значит он может служить только в пехоте. А как вы будете действовать, видя перед собой плотный слой пикинеров?

Вячик снова не нашёл слов для оправдания. Пан Михал его молчание принял за очередное подтверждения своей правоты и продолжил:

- Отскочить назад, вы, не сможете, нырнуть под пики — рост помешает, рубящих ударов - не знаете? Ясновельможный пан в любой сечи - мертвец заранее. И вы, ещё хвастаетесь этим бесполезным умением. А вот сабля, это другое. Я ней смогу отбиться даже от нескольких противников одновременно и разогнать толпу врагов, что не один раз и делал.

Михал Володиёвский не сдержался и похвастался Вячику своими победами на поле сечи. Рассказы о том, как он рубился с несколькими татарами или казаками сразу, и как он вышел из этого победителем, полные сухих подробностей впечатлили Вячика и мастер по спортивному фехтованию признался себе, что ему ещё рано участвовать в войне.

Пан Михал наконец вздохнул облегчённо. Причина его ярости была совсем в другом. Он увидел уже второго воина в земле Польской, который явно был выше его в мастерстве и никак не мог с этим смириться. И если Алексей Герасимов со своей совней во время дворцового переворота, в котором ротмистр тоже принимал непосредственное участие, показал совсем незнакомую школу боя, то фехтование Вячика мастеру сабли была на много привычнее. Потому ротмистр и смог сразу найти в ней изъяны и тем привести в смущение мужчину, придавив того своим авторитетом. Он кожей чувствовал, что раньше или позже они могут оказаться по разным сторонам баррикад, а после того, как увидел на вратах знамя с Погоней, ещё более в этом удостоверился. Именно по этому, Володиёвский и начал искать слабые стороны в любом из начинании пришельцев. А с уважением к нему относящийся фехтовальщик больше всех подходил к такому решению вопроса.

Ротмистр ещё раз попросил показать Вячика все свои хитрости, сразу запоминая их и рассказывая почему в реальном бое они могут стать причиной смерти мастера. Этим Михал Володиёвский постепенно привязал пришельца к себе и знал — в случае поединка между ними, Вячик будет колебаться.

- Пан Вячеслав, вы что то там говорили, что потомки в будущем анекдоты обо мне рассказывать будут? - ротмистр всё же не сдержал своего любопытства и разрешил собеседнику приоткрыть карты. Сам он был скептический настроен против всякого рода слухов, зная, что зачастую они твердят совсем противоположное. Но услышанное им ввело гордого мастера сабельного боя в ступор.

- Как это, обо мне пишут книги и в мою честь называет шляхетские турниры? - ошеломлённо переспросил.

- Писали, - согласился пришелец. - Но я вас совсем другим представлял.

- Вячик, - окрик Анастасии разбудил всю округу. - Так вот где ты? Пан Михал, простите, но мне надо забрать своего телеоператора.

Михал Володиёвский только теперь близко увидел знаменитую княгиню «небесных воинов». Слухи да споры о её одежде, причёске и поведении давно будоражили всё войско Польское, не исключая самого ротмистра.

Подошедшая молодая женщина извинилась перед ним и напала на своего слугу.

-Ну вы и спрятались? Еле отыскала, - необычный запах тела княгини достиг ноздрей Михала Володиёвского и он замер. - Вячик, наш инженер с компанией наконец довёл до ума свой агрегат и у нас появились возможности зарядить аккумуляторы камеры. Уже успела с ним договориться, потому дуй в мастерскую и я хочу видеть тебя через три часа в полной боевой готовности.

- Но за чем? Кому мы это покажем? - слуга княгини постарался увильнуть от обязанностей. - Монахи то, тю-тю.

- Вячик, мы журналисты! И наше задание — запечатлеть все события, не смотря ни на какие преграды! - Княгиня «небесных воинов», Анастасия Брежнева поучала своего подчинённого, а ротмистр продолжал пожирать её глазами.

Он уже успел наслышаться о женщинах - амазонках в среде пришельцев, об их красоте и распущенности и теперь созерцал одну из них вблизи. Лицо княгини, не покрытое толстым слоем белил и румян, тыльная сторона её шеи, разрешающaя навести порчу для каждого недоброжелателя, её груди, бесстыдно спрятанные под тонкой шелковой рубашкой. Ротмистр осмотрел тонкую талию и узкие бёдра ещё никогда не родившей женщины и понял, что эти люди, такие чужие для него, подкинули ещё одну головоломку.

Княгиню он захотел прямо сейчас и на месте. Такого с ним не случалось с времён его молодости, потому мастер сабли сразу приказал себе отбросить постыдные мысли и начал повторять в мыслях молитву Деве Марии.

В это время Анастасия Брежнева отчитывала дальше своего слугу, всё время выставляя показательный палец, перед его носом.

- Плевать я хотела, что монахов нет! Такой репортаж можно сделать только раз в жизни, потому дуй в кладовку и оживи нашу камеру и ноутбук. А с этими пропавшими монахами, я как нибудь сама разберусь. Главное, я уже договорилась об историческом интервью с князем Радзивилом и половниками Кмицицем и Котовским.

Михал Володиёвский смотрел как стыдливо отклоняется слуга княгини и продолжал повторять молитвы Деве Марии. Полянка заполнилась людьми и свою первоначальную мысль, накинуться сразу на эти женщину, от отбросил, как неподобающую истинному католику.

- Ой, пан Володиёвский, простите мою горячность. Я только что получила хорошую новость и так разволновалась.

Княгиня пришельцев лёгким движением ладони убрала пушинку с плеча ротмистра и стыдливо потупила глаза. Пан Михал автоматический выпятил грудь, сожалея, что ростом он как-бы на голову ниже этой красивой женщины.

- Шановна пани, не надо беспокоиться о таких пустячках. Мы, люди военные, привыкли действовать прямо и жаждем такого-же отношения от других. Даже если нашим противником бывает такая красивая пани, как вы.

«Боже мой, что я несу» - успела умереть одинокая мысль в голове ротмистра, когда Анастасия испуганно отодвинулась от его.

- Пан ротмистр, да что вы говорите! Я вам враг?

Пан Михал начал ругать себя в уме. Такого с ним не случалось уже давно, но один только запах княгини сводил его с ума. Он, перепробовавший не одну маркитантку, холопку, бедную шляхтичку или куртизанку понял, что такой женщины ещё не встречал и загорелся мыслю завоевать её расположение. Только, не знал как.

- Простите, шановна пани, сам не понимаю, как такое у меня могло вырваться. Наоборот, я даже хочу спросить у вас согласия стать моей дамой сердца и вашим защитником на веки.

- Дамой сердца? Это так романтично, - княгиня мечтательно закатила глаза в верх. - У меня никогда не было своего личного рыцаря. Телохранители от очередного воздыхателя-олигарха были, но что бы рыцарь?

Пан Михал постарался отойти от наваждения и сразу начал замечать за ней привычные ухаживания дорогих куртизанок. То она нечаянно поправит со лба прядь своих распущенных волосов, шелковистых и блестящих, то мигнёт взглядом из под ресниц, могущим свалить наповал любого молодого шляхтича. Всего этого было достаточно, чтобы Михал Володиёвский перестал поддаваться чарам ведьмы, и всего этого было мало, что бы запах её тела перестал бы сводить его с ума.

Женщина смахнула нечаенно упавший на волосы листок клёна, томно вздохнула и, пану Михалу наверно померещилось, показала язык кому-то в далёкой крепости.

- Жестокое время, жестокие нравы! Кто - как не такой отважный рыцарь защитит слабую девушку? Но я ещё подумаю! - сразу предупредила Анастасия Брежнева.

Михал Володиёвский обрадовался новому вызову. Княгиня не сказала - нет и оставила дверь открытой. Ротмистр князя Радзивила довольно поправил свои усы.

- Шановна пани, пусть она только скажет, какой завет я должен выполнить, что бы она больше не думала, а разрешила припасть к неё ногам? А мы, - пан Михал как-бы опрометчиво высказался о себе во множественном числе, показывая, что не с простым шляхтичем имеет дело прекрасная чертовка. - Исполним любое её желание!

Княгиня отодвинулась от него на шаг и мастер сабли в одно мгновение даже подумал, что она осматривает его, как коня на ярмарке, но женщина тут же озарилась многообещающей улыбкой и пан Михал успокоился.

- Ясновельможный пан должен заслужить право называться моим рыцарем сердца. Пусть сначала он докажет свою доблесть в боях с нашими врагами и тогда я подумаю. А пока, - княгиня положила ладонь на его руку. - Помогите разобраться с одной маленькой неприятностью.

Пан Михал Володиёвский отвёл самую красивую женщину в мире к концу лесной поляны, где среди челяди выделялась ещё одна из чужачек.

Молодая девушка, ещё не достигшая возраста невесты, осматривал прекрасного скакуна с великолепной збруёй, придерживаемого похоликами. Она нервно кусала себе губы, затравленно оглядываясь по сторонам и всё время теребила рукоять пистолета в кобуре.

- Шановна пани рыцарь Кристина, - пан Михал присел на колено и склонил голову. - Я рад знакомству с вами.

Княгиня подошла к девушке и погладила её по прикрытой траурным платком голове.

- Пан Михал, мы подарили девушке коня, но она не знает, как его приструнить. Всё же раньше он принадлежал гетману Золоторенко и теперь никого другого слушать не хочет, — молящий голос госпожи его сердца достиг ротмистра.

- Мы слышали, что вы самый искусный наездник во всём стане литовского войска? Помогите бедной девушке приручить этого непослушного скакуна.

Пан Михал выдохнул облегчённо. Задача княгини была не простая, но всё же ему по силам. Взяв поводья у похоликов сердитой девушки, легенды о кровожадности которой с первого взгляда оказались и не такими убедительными, принюхался к её запаху то же. Слава Богу, пигалица пахла не так как княгиня и не сводила его с ума.

- Конь, он ласку и твёрдую руку слушает, - ротмистр погладил жеребца по крупу, привычным движением задержал поводья и подул в его ноздри.

- Он, хотя и привык к одному хозяину, уже объезженный, потому нашу человеческую хитрость даже не заметит.

- Я давно не слышала таких умных слов от знатока своего дела, - княгиня чуть не захлопала в ладони.

Пан Михал понял, что ему открылась ещё одна дорожка к победе и правой рукой погладил свои усы. Конь заржал, стараясь освободиться, но тут же был усмирён.

- Нехай шановна паненка сядет на его и ничего не боится. Он скоро привыкнет к вам и будет самым испытанным другом.

Паненка осмотрела ещё раз сбрую, и пан Михал понял, что молодая девушка ни то, что никогда не сидела на лошади. Она даже не знала с какой стороны подойти к ней. Показав малышке, как не уйти с позором, загрузил девуху в седло и провёл её пару раз по поляне. Наконец, пани Кристинка перестала боязно хвататься за гриву коня и пан Михал облегчённо вдохнул.

- Шановна паненка приструнила жеребца. Но всё же я советую ей ещё некоторое время кататься на нём только в присутствии истинного знатока лошадиных нравов. Иначе она может слишком рано возгордится и допустить ошибку.

Ротмистр остался довольным произведённым впечатлением на таких знаменитых дам и уже хотел гордо удалиться, что бы не потерять лицо, когда просьба княгини его остановила.

- Пан Володиёвский, а не окажите ли вы нам услугу, побыв именно таким учителем? Всё же наши сиротинушки, Кристинка с братом нуждается в помощи такого доблестного рыцаря.

Пан Михал горделиво погладил усы. Он уже понял, каким путём добьётся расположения княгини.

[Wilkas]

Глава девятая

Борисов 16 — 23 Июля 1655 года

- Боже мой!

Епископ Вильни Ержий Тышкевич сглотнул слюну, смотря на фотографию на на экране ноутбука.

- Римский папа - поляк?

- Да. Его даже к святым хотят причислить. - пастырь чужаков, Генадий Левицкий устало потёр колено. - Как самого лучшего главу Ватикана двадцатого века нашей реальности.

- Ни как не могу поверить в такую прекрасную новость для нашего народа.

- Только новость эту не надо объявлять на каждом шагу, что бы не выглядеть сумасшедшими. Нам не нужны очередные проблемы, вроде сердечного приступа Януша Рздзивила и последующих после этого волнении.

Епископ задумался. История о том, что на обследовании у врачей пришельцев, великого гетмана Литвы чуть кондрашка не схватила и как его еле откачали, наделала много шума сегодняшним утром. Она чуть не стала причиной для бунта верных Радзивилу наёмников и только сам гетман сумел всех успокоить. Епископ вспомнил вышедшего из генеральских покоев Януша Радзивила, такого постаревшего и осунувшегося, но сумевшего поднять свою булаву на верх и прошипеть:

- Не дождётесь, пся кревь!

Гетман прохаживался около шеренг своего войска и молодел на прямо на глазах. Возбуждённый приветствиями своих поклонников, он подходил к каждому из них и спрашивал об их семьях, болячках и житейских трудностях. Рядом с ним шагавший рыцарь джедаев Алексей Герасимов скоро перестал поддерживать его за руку и так-же стал частью представления одного актёра.

Когда войско успокоилось, гетман зарычал:

- Воины мои, вспомним молодецкую нашу удаль! Разобьём московитов!

Закончив призыв, он послушал, как увлечённо его приветствует толпа и с удовольствием отдался под попечительство бабки Веры и епископа. Присев на выкупленного у местного боярина кресло, под которым угадывались части сиденья от Митсубиши, самодовольно улыбнулся и погладил пришитые к дерматину хвосты лисичек.

- Дети мои, сиротинушки, - гетман смахнул скупую слезу. - Я всем сердцем с вами! Всегда был и всегда буду! Потому и прошу! Вслушайтесь в слова рыцаря джедаев, моего наследника.

Алексей Герасимов прикрыл пушным одеялом ноги гетмана, поправил складки на нём и обернулся к войску.

- Братва! - прокашлялся. - Братья мои!

Крики одобрения распугали всех ворон в радиусе около десяти километров. Литвины, поляки и наёмники со всех концов мира подбрасывали в верх свои шапки и шлемы, выражая бурную радость поддержки. За эти несколько недель Алек успел стать их кумиром и теперь всё войско было готово идти за ним даже в самое пекло.

- Я хочу повести вас на богатую Москву уже сейчас, но вынужден чуточку подождать. Так вышло, что мне пришлось срочно жениться, потому прошу дать мне хотя бы неделю отдыха. Но потом, - Герасимов осмотрел притихших вояк. - Мы пойдём на Москву!

После этих слов последние сомнения у псов войны развеялись и теперь каждый из них уже считал в уме сколько сундуков с добычей можно увезти из этого купеческого города. Потому, когда к войску выходили один за другим рыцари джедаи со своими избранницами и просили у них разрешения на свадьбу, охрипли от радости многие. А после появления полковника Мацея Квинты с девушкой из пришельцев, преклонившего колени перед всеми и умолявшего дать ему неделю для личного счастья, расплакались даже старые наёмники. Ведь этот шляхтич был одним из них и такая удача не могла не порадовать их зачерствелых сердец

Епископ Вильни Ержий Тышкевич вспомнил этот балаган и понял, что объявить пришельцев слугами дьявола теперь не выйдет. Слишком популярными они стали среди чёрного народа и попытка арестовать хотя бы одного из них, могла обернуться реками крови. Это была одна из причин, почему он решился поговорить с одним из пришельцев, надеясь узнать некоторые их тайны и слабости. Только тайны пришельцев были...

- Гетману хватило только новости, что в нашей реальности его ждала скорая смерть и крушение всех его планов, как он подвергся сердечному приступу. А что будет, если мы расскажем всем, что собранное им войско потерпело тогда сокрушительное поражение от московитов, спаливших потом Вильно, Минск и многие другие города Литвы. Не слишком ли рано им узнавать про себя такие новости? А о проделках шведов, которые скоро займут всю Польшу и Жмудь хотите услышать?

Епископ побелел и начал открещиваться.

- Этого не могло случиться. Вы, говорите неправду!

- Ещё бы, - историк победоносно улыбнулся. - Когда казаки Ивана Залоторенко заняли Вильно, они, после того, как их вожаки осушили винные погрёбы замка князя Радзивила, набросились на большие стеклянные банки из его кунсткамеры. Их не остановило даже то, что в спирте плавали мумии сиамских близнецов, сушёная голова Вест Индийского короля со своими перьями в волосах или проданная кем то тело русалки, явная поделка. Они не смотрели на плавающие там куски кишок, а жадно пожирали дерьмовый спирт, что бы тут же разблеваться или упасть мёртвым сном. И не было даже сотни смельчаков в горящем Вильно что бы воспользоваться этой возможностью и вырезать пьяных казаков.

- Так писали о занятии Вильно отрядами Золоторенко свидетели и это стало бы правдой, если не наше появление здесь. А теперь, вы можете спокойно утверждать, что я вру, ибо пресловутый гетман сидит у нас в темнице, в кандалах, а не главенствует над своими разбежавшимися отрядами.

Епископ выслушал рассказ историка и содрогнулся. О зверствах казаков в занятых ими городках знал не понаслышке, но в описании чужаком разгрома кунсткамеры великого гетмана Литвы прозвучали такие нотки сожаления, что поверить в правдивость истории не осталось преград.

-Чего вы, хотите?

- Помощи Святого Престола и ордена иезуитов в открытии здесь университета. Разрешения призвать всех нами указанных профессоров и мастеров из всей Европы и возможности преподавать всем наши знания без запретов на веру.

- И это всё?

- Конечно нет! - улыбнулся пастырь чужаков. - Вот тут паломники ходят на крипту с гробами наших погибших. Некоторые из них даже выздоровели от неизлечимых болезней. В таких случаях в нашем мире было принято подавать прошении в Ватикан и, после того, как папская курия проведёт независимое исследование и подтвердит случаи чудесного исцеления нескольких людей, Литва будет иметь своего святого героя, а рыцари джедаи — своего покровителя в небесах.

Епископ даже опешил от такой наглости и понял, что первое требование пастыря было только ширмой для такого святотатства и решил воспротивиться тому со всех сил.

- Но большинство из погибших православные, а не католики? Святой Престол никогда с этим не согласиться!

- Хуже всего, большинство из них даже не униаты, а прихожане московской епархии. Если бы вы знали, чего стоило мне, бедному еврею, уговорить их не делать этой опрометчивой ошибки, - чужак выглядел таким одиноким и обездоленным, что епископу пришлось загнать всё своё христианское милосердие во внутрь.

Он уже понял, что с ним разговаривает закалённый религиозными и светскими диспутами волчара и решил пока помалкивать. Подождать просчётов чужака. Но удар пришёл совсем с другой стороны.

- Да, я уговорил их вступить в войну на вашей стороне, а не отсиживаться в крепости. Военные — их мысли, так предсказуемы! Но меня интересует другое. Откуда взялись эти, перенесшие нас в вашу реальность, монахи?

Епископ нервно оторвал оттопыренную нитку от своей сутаны. Этот вопрос плавал в головах всех богословов его круга, но знание о том, что даже сами чужаки не знают причины произошедшего, его ошеломило. Он прибыл в крепость с намерением искоренить заразу чернокнижия в самом зародыше и столкнулся с совсем непонятным для него явлением.

Воины небес сами не понимали, как они очутились здесь.

Чёрные монахи, как всех их называли местные и пришельцы, появились прямо не откуда и предложили защитникам крепости договор, где за их надежду защитить своих родственников предлагали заложить их души дьяволу. Многие из жителей местного городка предложили смерть такому кощунству, но некоторые всё-же решили продолжить свои страдания на этой грешной земле. Именно они и уговорили воинов полковника Поклонского произнести клятву на перевернутом кресте и отправиться за помощью к своим потомкам.

Потомки пришли и разбили войско царя Московского, но их повадки на столько отличались от христианских обычаев, что епископ Вильни еле сдерживал свою ярость. Они часто посмеивались над верой своих отцов, не знали молитв, не хотели припасть на колени во время службы и упорно отказывались лобызать икону с мощами. А эти чёрные монахи взяли, да исчезли.

- Церковь не знает об этих чернокнижниках ничего и я спрашиваю.

- Кто вас призвал?

- Сами мы не понимаем, - пастыр чужаков устало потёр колено. - Мы с дьяволом никаких сделок не заключали. Даже напротив, все мы считаем, что являемся примерными христианами. Более того, сам уже факт попадания в прошлое заставил некоторых из нас стать святее папы Римского.

Епископ задумался. Несколько из пришельцев отказались поднимать оружие на московитов и выбрали другой способ христианского служения. Пара из них работала в кузнице, где изобретали удивительные игрушки вроде постоянно светящего маленького солнца и чуточку подправили скорострельность мушкетов и кулеврин. Недавно они упёрлись и решили, что больше смертоносного оружия производить не будут. Теперь они сосредоточились на выпуске диковин и упрямо отказывали исполнять приказы Генерала.

Другие — осели прочно в местном лазарете и начали показательно лечить даже пленных московитов. Хуже всего, мода на такое поведение охватила многих женщин прибывших с войском из Вильни. Теперь они, надев белые фартуки и головные узоры с красным крестом, почитали за доблесть ухаживать за раненными и слушать проповеди о христианской помощи от Сазина Юрьевича и его помощника Влада Савина. Эти молодые шляхтичи из пришельцев загорелись желанием навести царство чистоты в Литве и уговаривали всех построить дома какие-то санузлы, мыться каждый день и пить только кипячёную воду.

Хуже всего, пришельцы взяли за привычку во время воскресного богослужения читать проповеди всем собравшимся. О болезнях, о способах уйти от них, о борьбе с вшами. Эти нравоучения так попахивали протестантской ересью, что епископ мечтал отлучить всех поверивших им молодых шляхтичей от церкви.

Мечтал, да не мог. Оба пришельцы легко побеждали во всех религиозных спорах, на память приводя отрывки из Священного Писания и Библии, ставя его и других уважаемых священников в неловкое положение. Епископ узнав, что пастырь пришельцев часто с ними не согласен, решил прийти к нему за помощью и понял, что убегая от волков, наткнулся на медведя.

Доказательства профессора истории, как тот называл себя, рассердили епископа и он окончательно решил сделать всё, чтобы уничтожить это гнездо ереси. Осталось только выяснить пару загадок.

- Почему, вам так нужно разрешение от Папы на признания одного из вас — святым ?

- Мы здесь чужие! Но знаем больше вас и хотим помочь этой земле. Благословение церкви очень бы нам пригодилось.

Епископ посмотрел, как пастырь пришельцев трёт своё колено и переспросил.

- Но вас, победителей, уже все боготворят. За чем вам ещё какое-то разрешение?

- Нас боготворят здесь, - пастырь продолжал тереть своё колено. - А не там. Мы только частица мира, такого большого и непредсказуемого. Знаем, чем можем вам помочь, но всё время спотыкаемся на вашу закрепощённость мышления. Если мы умрём, не передав своих знании, Литвы не останется и Москва победит. Так-что, вам выбрать, с кем вы?

Епископ выслушал очередную ложь пришельца и решился.

- Пока не покаетесь и не признаете главенство Рима, вопрос о присуждении одному из вас статуса святого даже не будет обсуждаться!

Пастырь чужаков снова потёр своё колено.

- Но хотя бы разрешение на открытие в Борисове университета и помощь в призыве учёных из всей Европы вы можете нам обеспечить?

Епископ вспомнил кого из знаменитых теологов он может пригласить для диспута с пришельцами и обрадовался. С этими мудрецами он не стал бы таким одиноким и смог бы лучше подготовиться к спору с безбожниками. Выходя из дома пастыря, епископ порадовался вечернему закату и прошептал в уме хвалу Деве Марии.

«Университета вам захотелось. Это мы можем устроить, но святого великомученика, получите только когда перестанете сопротивляться нашему ордену»

Епископ победоносно осмотрел шеренги гоняемых пришельцами наёмников и усмехнулся.

«Фиг вам, а не святой мученик» - решил. - «Ещё посмотрим , чья взяла.»

[Wilkas]

*

- Ты, помнишь, как пахло в китайском ресторане? - Филин, так в узких кругах звали одного из инженеров - кузнецов, мечтательно закрыл глаза. - А вкус мексиканской или индийской пищи?

- Антипенков, не тереби душу! - Николай Пакулин нервно потыкал варёную свёклу и отрезал от неё кусочек. - Нет здесь ни риса, ни кукурузы, помидоры и картошку увидим наверно только через пару месяцев. Тоска одна.

- Друг мой, дон Родригес, закажите нам из Вест Индии груз чили, маиса и я научу вас делать буррито и тортилью. Уверяю, это обогатит вас не меньше, чем то, чем мы заплатим за услугу.

Обоих друзей по инженерному делу сплотила любовь к вкусной еде. И если, по началу они из местных приправ и могли сделать что то похожее на салат к ветчине, то однообразная перловая каша и козий сыр им надоели окончательно. Теперь, когда осада крепости закончилась и можно было спокойно сходить в лес за ягодами и грибами, меню стало чуточку разнообразнее, но всё равно хотелось чего-то родного, вроде шаурмы или утки Пекинской. Ради того они и начали обхаживать всех поваров местной знати, меняя на их приправы мелкие новинки, вроде чугунной мясорубки или тёрок для салата. Друзья успели сделать уже по десятку таких изделии и теперь каждый уважающий себя мастер кухни в округе ста километров, даже если изначально и сопротивлялся, теперь был готов продать душу дьяволу, но стать хозяином такого нужного инвентаря.

Повар полевого гетмана Литвы Госевского тоже был одним из них и часто приходил выпить по чашке вина к друзьям. Поменять несколько злотых на идеально отточенных и закалённых кухонных ножов, послушать несколько баек об их прошлой жизни и пошпионить для своего пана. Это ребята просекли сразу, даже без последовавшего предупреждения генерала и теперь травили ему байки одна другой чудесные.

Испанец не сдержал своего удивления.

- Вы, быть в колониях? Порка мадонна, как?

- Сиё есть великая тайна! - шепотом продолжал Пакулин.- Но я могу рассказать, как мы охотились на пум в Андах, как поймали змею анаконду в двадцать метров длиной на Амазоньке и как умирали от жажды в пустынях Мексики.

- Мексика — там было мало драйва!

Антипенков решил прервать друга, пока тот окончательно не зарвался.

- Пустыня, золото, голодные гремучие змеи и койоты. Вечно пьяный Винету — вождь апачей. Но вот в стране Хина, то мы оттянулись.

Дон Родригес, еле понимавший каждое второе слово друзей, внимательно слушал, даже перестав моргать.

- Представляешь, во времена Ноя, их царь — чернокнижник превратил свою стотысячную армию в терракотовые фигуры, уповая на то, что когда настанет час апокалипсиса, они все выступят на стороне Зверя.

Вся тошниловка, а так с лёгкой руки друзей начали именовать корчму уважаемого Мойши Гольдмана, затихла. Только глухонемой помощник из новоприбывших продолжал протирать дубовые столы мокрой тряпкой. Постоянные посетители по привычке подняли свои глиняные блюдечки и ложки, не мешая слуге, зная, что на этом очень настаивают все чужаки и замерли в нетерпении услышать продолжение.

- Плитку что ли на пол тут разложить, керамическую? - задумчиво произнёс Пакулин, смотря, как некоторые посетители сплёвывает на землю под ногами.

- Успеем! Эта тошниловка ещё станет настоящим рестораном! - пообещал другу Филин и продолжил.

- Так вот, когда Римский Папа, Ян Войтыла узнал об этом, он сразу вспомнил о нас, рыцарях-Джедаях. Позвал он нас и молвил:

- Дети мои, сиротинушки Казанские, узнал я, что в земле Китайской армия нежити Судного Дня дожидается и решил заранее избавиться от ней. Не в службу, а в дружбу — помогите христианскому верованию убрать силу ереси конфуцианской заранее.

Скрипнула дверь и Филин привычно посмотрел на отражение в циферблате часов на внутренней стороне руки. В корчму зашло пообедать несколько СОБРовцев.

Он убедился, что его «цель» ничего не подозревает и успокоился. Бойцы подошли к «шведскому столу» со сметаной и вырезками из полукопчёной ветчины, ржаной кашей с брюквой и лисичками, с мелко рубленным поджаренным мясом, яйцами куропаток, сыром из козьего молока, овечьим сыром, нарезкам из лосося, копчёнными карпами, икрой лососёвой и осетровой, мягким творогом с тёртой клюквой, мёдом липовым и лесным и привычно подразнили своего отщепенца.

- Бутылку фанты или кока-колы! - услышав, что таких заморских напитков в Борисове нет, уходили восвояси и громко бурчали. - Пошевели, наконец, свою жирную задницу и исполни хоть одну нашу просьбу.

Филин понимал неприязнь воинов по-своему. Геманов даже во время памятного штурма масковитов, когда всё гражданское население ждало прорыва врагов вооружившись, кто как мог, отсиживался в кухни и ел. Этот СОБРовец не выдержал стресса переноса и войны и сломался.

Бойцы поставили свои кружки с местным пивом рядом с «целью» и устало принялись за еду.

Филин вспомнил, где он закончил свою очередную байку и продолжил.

- И да будет с вами сила! - благословил нас Папа Римский.

- И с тобой, друг мой! - раздалось за спиной Филина.

Антипенков вздрогнул от неожиданности. Всё же один из бойцов, Виктор Качинский, сумел ускользнуть из его поля зрения и, присев рядом и отпив из своей кружки, спросить.

- О каком из наших походов ты рассказывал? Может, и я могу поделиться впечатлениями?

- Как мы громили армию терракотовых воинов китайского чернокнижника!

- Ах, о том! Там ещё Джеймс Бонд и Рембо погибли. Зачем вспоминать о грустном?

- Ласкасите, ласкасите, сановные идальго! Моя хосет услысать! - затрещал испанец.

Когда аналогичную просьбу высказали и другие посетители, Филин продолжил вешать лапшу на уши благодарным слушателям, не забывая раз за разом спросить помощи в мелочах у Качинского. После того, как друзья описали трагическую смерть нескольких рыцарей-Джедаев и свадьбу одного из них, Красноармейца Сухова на китайской принцессе, заплакали даже самые отмороженные из собравшихся в тошниловке шпионов. Они дружно прокричали, - Виват! - и тут же начали прикидывать в уме, как в донесениях своим господам отличить правду от лжи.

- Антипенков, Пакулин, надо поговорить, - сказал Качинский, закончив обедать.

Друзья простились со слушателями и пошли на кузню. Пройдя мимо не давно сооружённого огромного станка, отвели его в коморку уборной и налили сто грамм первача, своей перегонки.

- Генерал, узнав о вашем самогонном аппарате, рассердится! - Качинский недоверчиво повертел стопку.

- Плевали мы на его с высокой колокольни! Расскажи лучше, как сегодня прошли учения?

- Устали очень. Наконец выставили десятку своих хиляков против двадцатки выбранных ими великанов и победили, - СОБРовец всё же осушил стопарик.

- Хорошо пошла, родимая! Когда сделаете больше этой гадости?

- Ну, если никто из вас нас не заложат, через три недели. Всё же аппарат и брагу надо было хорошо испытать.

- Поскорее бы, а то парни соскучились. Но я здесь по другому вопросу.

Инженер Пакулин сразу запротестовал.

- Я больше не буду делать оружия! Нет! Нет! И нет!

Качинский покрутил в руках деталь от швейной машинки, которую, по просьбе женщин, начали делать друзья и вздохнул.

- Скоро день рождения Игорька. Мы долго решали чего-такого особенного, сразу показывающего его статус подарить, пока не решили, что ваша идея пневматического пистолета с откидным прикладом достойна уважения.

Пакулин сразу запротестовал, но Филин уже поздравил себя с победой.

Идея, которую он не заметно подбрасывал всем, наконец начала жить. Теперь ему станет легче войти в доверие «цели».

[Wilkas]

*

- Может лев или тигр, фхтагн?

- Нет, мы уже давно прозвали его маленьким драконом, потому только он, Ктулху фхтагн!

- Но дракон или змей - это существа демонические в теперешнем мире. Святоши не поймут.

- А мы их купим, Ктулху фхтагн!

- Согласятся ли они, фхтагн?

- Мацей — католик. Конечно согласятся, Ктулху фхтагн!

- Не верю, Ктулху фхтагн! Лучше тигра нарисую.

- Сам себе его нарисуй, Ктулху фхтагн!

- Тигра я хочу себе, Ктулху фхтагн!

Просьба Андрея Величко прервала спор СОБРовцев и Кобры. Они посмотрели на его и угрюмо замолчали.

- Тебе подходит Туз червей на груди, - Кобра был не многословным.

- Туз, это хорошо, - заулыбался Андрей Величко. - Но почему именно червей, фхтагн?

- Уйди, не мешай, Ктулху фхтагн! - Кобра устало махнул рукой.

Андрей надулся, но промолчал. Всё же он так много заплатил что бы попасть в круг избранных, что обижаться из-за такой мелочи даже не собирался.

«Червовый туз на нашивках моего полка никого не испугает. А вот тигр — это жесть» - парень решил бороться до конца.

Адъютант генерала и банкир всех попаданцев мог похвастаться своими достижениями последнего времени. Ему уже удалось привести все их финансы в норму, договориться о продаже только через его банк всех новшеств двадцатого века и даже уговорить еврейских купцов принять белорусские рубли один к одному со злотым. Последней своей идеей он был очень доволен, тайно мечтая, что в будущем именно его экономическое учение будет преподавать во всех университетах мира.

Осталось самая малость. После того, как генерал при людно поклялся на кресте, что в его мире девушки королевских семей считали за честь жениться на рыцарях-Джедаях, Андрею захотел стать одним из них. Но вступить в ряды ополчения и проливать свою кровь в глупых битвах ему очень не нравилось.

«Пусть другие умирают за свои глупые идеалы, но деньги всегда разрешают любые проблемы» - бывший помощник министра сразу понял, в чём его сила.

Андрей Величко обратился с просьбой купить звание рыцаря-Джедая к нескольким СОБРовцем и, после долгого их колебания, наконец получил более мене внятное согласие. Ему обещали место в очереди, но только после того, как он поможет с финансированием отрядов новоиспечённых полковников Алексея Гересимова и Мацея Квинты. Андрей согласился сразу, зная что воины имеют свойство часто погибать, а банкиры долго жить. Из-за этого он и присутствовал на церемонии выбора татуировки для Мацея Квинты, желая хоть так побольше узнать об их нравах и ритуалах.

А их было много и разных. Генерал тайно поведал ему, что статус «Небесного воина» стал теперь только ступенькой для получения звания рыцаря-Джедая. Даже ему, прошедшему Афган и Чечню, он не достался из-за глупых прихотей молодых СОБРовцев. Мол надо татуировку на теле сделать, как обозначение своего избранства, а в его года — эта явная глупость.

Но за-то первый чин генерал Чернецкий обещал адъютанту от всего сердца, после того, как он приведёт финансы попаданцев в порядочность и наладит производство новинок. С первым вопросом Андрей справился легко, продав еврейским банкирам права на выкуп пленных московских бояр и даже долю в будущей военной добыче. Пригодились и некоторые оставшиеся от погибших попаданцев мелочи, вроде их мобильных телефонов с пин кодами, которых генерал благоразумно отдал под хранение ещё в начале переноса.

Пересмотрев их содержимое и не найдя там ничего могущего задеть религиозные взгляды местных продали игрушки за цену, равную годовому доходу од налогов города Минска. Продали задёшево, зная, что только за одноразовую подзарядку батареек к ним будут брать по пятьдесят злотых и не прогадали. Посланники королевских домов всей Европы садили мобилы через день, надеясь выяснить, что изображено на фотографиях покойных и что за музыка там звучит.

Компаньон Андрея Величко Самуел Райхман поступил мудрее. Поняв, что для детального изучения всех цифр рядом с именами и сверки их с учением кабалы понадобится года, сразу заказал вторую машину производящую электрическую силу и не поскупился на обещания. Услышав оговорку, что это обычные телефонные нумера, он хитро прищурился и сказал, что верит своему другу.

Так Андрей Величко подошёл к решению своей второй проблемы на пути к статусу «Небесного воина». Теперь ему осталось договориться с инженерами об их производстве и дело с концом. И здесь начались трудности. Оба механика с историком Левицким впереди выставили ему список требовании, заставившего экономиста завыть от безысходности. Эти будущие винтики его системы, как называл в уме их Величко, потребовали вызвать каких-то, только им знакомых учёных из всей Европы, не понимая, что тайны двадцатого века, это товар, которого нельзя выдавать. Хуже того, они отобрали из прибывших с войском Радзивила людей имеющих университетское образование и провели среди них своего рода кастинг для желающих поучиться и объявили о создании в Борисове академии.

Андрей помнил, как генерал узнав какую суму они потребовали для этой затеи чуть с ума не сошёл.

- А кто будет охранять мою страну, Ктулху фхтагн! - кричал он в бешенстве профессору истории. - Да за такие деньги я могу набрать и вооружить ещё двадцать полков наёмников, Ктулху фхтагн!

Под конец он смиловался и подписал чек на суму в десять меньше. Андрей видел их спор и понял, что профессор с инженерами заранее сговорились на сколько они могут отступить в своих требованиях и хорошо подготовились в проигрышу. Теперь они получили полную свободу в своих изысканиях и совсем вышли из подчинения генерала. А в том, что инженера сумеют сами заработать деньжат, адъютант генерала был уверен на все сто и уже прикидывал, как все их операции провести только через свой банк.

Андрей Величко помнил об этом инциденте и считал, что эта тройка всегда будет на его стороне.

«Союз денег и знании может свернуть горы, Ктулху фхтагн!» - посчитал в уме. - «Выпишу им несколько премиальных и мужики всегда проголосует за меня. А когда они сделают ещё пару электрогенераторов и второе задание генерала будет выполнена».

Почти имея звание «Небесного воина» в кармане, Андрей решил узнать по больше об ритуалах и жизни СОБРовцев, вдруг один за другим ставших рыцарями-Джедаеми и теперь присутствовал в одном из них.

- А дракона хотите с растопыренными крыльями или без, фхтагн? - Сергей Акимов по кличке Кобра, развернул свои рисунки.

- Если с растопыренными, то займёт пол дня и парень не сможет отпраздновать своей свадьбы. Будет лежать как миленький в горячке и постанывать. А если без крыльев и маленький дракончик, то свадьбу спокойно отпразднует и даже сумеет залезть на невесту.

-А давайте, спросим у его самого, Ктулху фхтагн! - один из СОБРовцев, Сергей Ротмистров, получивший кличку Книжника из-за привычки всегда копаться в местных рукописях и выдавать при этом восторженные возгласы, предложил неплохую идею.

- Рано ещё, - процедил Кобра. - Это мы решаем кому какую татуировку сделать, Ктулху фхтагн!

- Согласен на дракона с растопыренными крыльями, Ктулху фхтагн! - Алексей Герасимов поддержал мнение мастера татуировок. - Но только после свадьбы, день перед нашим походом.

- Почему, фхтагн?

- Хочу, что бы он со своим полком остался сторожить Борисов, когда мы все уйдём на стрелку с московским царём.

- Генерал этого не допустит. Он снова пошлёт парня в самое пекло и все знаем почему.

- Кому то из нас всё равно надо остаться здесь и охранять гражданских. Пусть на этот раз им будет Мацей. Он лучше сладит с местными, а длительность операции и последующее лечение заставит его поваляться в постели так нужные нам несколько дней. Главное, подумайте, какой роскошный медовый месяц мы подарим нашей сестрёнке, фхтагн? После этого она точно перестанет ходить заплаканной.

Андрей, во время этого спора, представлял себе ужасы средневекового искусства татуировок, основанного на выкалывании тупой иглой смеси мочи и туши в заранее наведённый на кожу рисунок и и чуть не пропустил главного в разговоре СОБРовцев. Он сразу начал внимательнее подслушивать, надеясь услышать полезную ему информацию.

- Генерал совсем с ума сошёл. Вроде мужик мужиком, но как только видит Ирину сразу теряет всякое управление своими тормозами. Он скоро станет предметом злых розыгрышей среди наших женщин, уверяю, Ктулху фхтагн! - Андрей запомнил, что это сказал Книжник.

- Может ему ещё раз напомнить, что нельзя так среди своих, фхтагн? - это был уже Сергей Дубненский.

Банкир слушал, как спорят между собой его современники и машинально отмечал в будущем докладе их перегибы, пока одна фраза Качинского не перечеркнула все его планы.

- Генерал - мужик что надо. То, как он планирует военные операции не поддаётся даже мельчайшей критике. Но вот в отношении к женскому полу он явно выбрал не эту цель. А что, если ему подсунуть какую нибудь княжну в годах Ирины из местных, фхтагн? Думаю, тогда генерал успокоится. Но где их взять, фхтагн?

Все собравшиеся затихли в своей угрюмости. Андрей Величко всмотрелся в их лица и понял, что наступил его звёздный час.

- А знаете, у меня нечаянно оказался список таких невест, Ктулху фхтагн! Готов его уступить за одну услугу, Ктулху фхтагн! - новоявленный банкир победоносно окинул взглядом коршуна вдруг ставших такими дружелюбными воинов и заметил, что они наконец решили прислушаться к его мнению.

- Услуга за услугу, Ктулху фхтагн! -повторил Андрей. - Я вам список принцесс, а вы мне татуировку тигра.

Окружавшие его мужики переглянулись и кивками дали понять, что согласны с таким выгодным обменом.

- А ты, нас не обманешь, фхтагн? - спросил Кобра. - Что-то я тебе не верю, Ктулху фхтагн!

Андрей понял, что главный приз уже в его руках. Уговорить тупоголовых вояк плясать под свою дудочку казалось так легко.

- А разве я когда нибудь вас обманывал, фхтагн? Всё, что вы просили я сделал и даже больше. Теперь каждый из вас стал очень богатым по местным меркам человеком, Алексей вот даже на принцессе женится. И вы все также сможете этого здесь достичь. Главное, меня слушайте.

Бойцы переглянулись и продолжали молчать. Андрей решил, что они ещё не готовы послушно следовать его приказам и решил вытащить очередной пряник.

- Ради забавы я составил список всех принцесс на выданье в окружающих нас странах. Пока только семнадцать, но скоро встречусь с одним шведом и узнаю всё о невестах от туда.

Качинский аж зацокал языком от умиления.

- Друг, братишка, дай нам наконец ознакомиться с таким скарбом, тобою выпестованным и нам под руку выложенным. Дай узреть сей труд, стоивший тебе так много бессонных ночей и пару кошельков злата презренного.

Дружный смех бойцов озадачил Андрея.

« Неужели они не видят выгоды таких браков, фхтагн? Так мы можем весь мир под себя подгрести.» - еле сдержал охоту сказать это во слух.

- А если они нам не подойдут, фхтагн? - продолжил Качинский.

- Принцесса мне, фхтагн? - удивился Кобра. - Да была уже одна такая в моей прошлой жизни. Принцесса в кухни и принцесса в кровати. Когда я её легко отмутузил, между прочем за дело, она со своим папашей меня так отпринцессила, что три года на нарах искусство татуировок изучал. Зачем мне ещё одна такая головная боль, фхтагн? Лучше бы бабу нормальную, борщ варить умеющею.

«Быдло, оно всегда остаётся быдлом» - Андрей заметил убогость мышления болшинства бойцов. - «Очень хорошо. Значить конкурентов меньше останется. А потом я им припомню все их издевки»

- Но невесту генералу найти всё же желаете или будете дальше смотреть, как он Ирину изводит, фхтагн?

- Дай, - Сергей Дубненский протянул руку.

- А вы мне татуировку тигра обещаете, фхтагн?

- Будет тебе тигр, Ктулху фхтагн! - буркнул Кобра.

Андрей вздохнул спокойно. Бойцы СОБРа и примкнувшие к их группе охотники имели глупую привычку держать однажды данное слово. Он вытащил из внутреннего кармана записную книжку и открыл её.

- Да здесь какие-то каракули, фхтагн? Шрифт, что ли, фхтагн? - удивился Герасимов.

- А ты, что думаешь, фхтагн? Тут и некоторые наши банковские операции показаны.

Андрей осмотрел осунувшиеся лица бойцов и поздравил себя с ещё одной победой.

«Не ждали, Ктулху фхтагн! Всё же мысль генерала шифровать любые записи показалась очень полезной. Мои компаньоны уже три раза скопировали все расчёты и теперь ломает голову над этими загадками»

- Я всё это могу прочитать по памяти. Первой в списке стоит сестра московского царя, Ана Романовна. Девушка двадцати лет. Очень набожная. Далее идёт Молдавская княжна….., фхтагн?, фхтагн?, фхтагн?, фхтагн?

Вопрос для моих читателей. Здесь был бы уместен список нескольких девушек подходящих под описание Величко. Каие фамилии подходят под это У меня на заметке только сестра Алексея Тишайшего — Анна. Очень благочестивая девушка. Может кто нибудь подскажет и другие имена, фхтагн?

- Ни фига себе трудище, Ктулху фхтагн! - после короткой паузы не сдержался Качинский. - Мы даже и не подозревали, сколько их вокруг, Ктулху фхтагн! Неужели нам надо их всех спасти, как Алеку, фхтагн?

- Спасти их необязательно, Ктулху фхтагн! - запротестовал Андрей Величко. - Главное выставить себя выгодными женихами. А это я вам обещаю, Ктулху фхтагн!

Кобра пересмотрел ещё раз зашифрованные записи, закрыл книжку и вернул Андрею.

- Пусть генерал сам решит, как ему поступить, Ктулху фхтагн! Найдёт среди них подходящую, может быть и успокоится. Но нам твой сборник девушек по вызову не нужен, Ктулху фхтагн!

Андрей в очередной раз поразился тупости поддержавших Кобру СОБРовцев, не замечающих выгоды от таких союзов, но промолчал. Ссориться с привыкшими к смерти врагов людьми не хотел и сосредоточился на осмотре рисунков.

- Хочу вот такого, Ктулху фхтагн! - ткнул на изображённого в прыжке тигра.

Кобра забрал свои рисунки назад и вытащил из папки другой лист.

- Тебе пойдёт это, Ктулху фхтагн!

Андрей всмотрелся в рисунок и не сдержал свою обиду.

- Но это же не тигр.

- Дай сюда, Ктулху фхтагн! - цепкие руки Качинского выхватили изображение милого котёнка.

- Почему не тигр, фхтагн? - он показал рисунок всем своим товарищам. - Самый настоящий тигр, только маленький пока, Ктулху фхтагн!

Его друзья подумали и присоединились к этому мнению, смеясь выдавая реплики одну другой больнее.

- Это боевая стойка школы кошки из кунгфу. Смотри, как он ногти выпустил, явно собирается прыгнуть

После фразы Алека, Андрей ещё раз всмотрелся в рисунок. Милый котёнок мирно спал на подушке и никаких ногтей там не было видно.

«Издеваетесь, быдляки, Ктулху фхтагн! Ничего, будет и на моей улице праздник, Ктулху фхтагн!»

-Да не переживай, ты так, Ктулху фхтагн! - тяжёлая рука Кобры на плече вернула его в действительность. - Сумеешь женить на одной из твоих девок Генерала, получишь своего тигра. Обещаю, Ктулху фхтагн! Хотя я всё же советую тебе выбрать татуировку с Червовым тузом.

Андрей посмотрел на лица собравшихся здесь рыцарей — Джедаев и наконец то успокоился. Всё же эти парни не были такими плохими в душе и смогли понять его мечту.

- Сделаю всё возможное, но генерала женю. Отстанет он от Ирины.

Простившись с братвой, Андрей тут же направился в лазарет, где руководила эта старая карга — Вероника Михайловна. Генерал в последнее время часто бывал там, потому идея подкупить её показалась самой пристойной.

«Странно, но почему они мне так усердно подсовывает татуировку Червового туза, фхтагн? Неужели это испорченный товар, фхтагн? Надо спросить генерала.» - эта мысль умерла в его мозгу, как только он увидел рассерженного Вячика.

[Wilkas]

*

- Может лев или тигр?

- Нет, мы уже давно прозвали его маленьким драконом, потому только он!

- Но дракон или змей - это существа демонические в теперешнем мире. Святоши не поймут.

- А мы их купим!

- Согласятся ли они?

- Мацей — католик. Конечно согласятся!

- Не верю! Лучше тигра нарисую.

- Сам себе его нарисуй!

- Тигра я хочу себе!

Просьба Андрея Величко прервала спор СОБРовцев и Кобры. Они посмотрели на его и угрюмо замолчали.

- Тебе подходит Туз червей на груди, - Кобра был не многословным.

- Туз, это хорошо, - заулыбался Андрей Величко. - Но почему именно червей?

- Уйди, не мешай! - Кобра устало махнул рукой.

Андрей надулся, но промолчал. Всё же он так много заплатил что бы попасть в круг избранных, что обижаться из-за такой мелочи даже не собирался.

«Червовый туз на нашивках моего полка никого не испугает. А вот тигр — это жесть» - парень решил бороться до конца.

Адъютант генерала и банкир всех попаданцев мог похвастаться своими достижениями последнего времени. Ему уже удалось привести все их финансы в норму, договориться о продаже только через его банк всех новшеств двадцатого века и даже уговорить еврейских купцов принять белорусские рубли один к одному со злотым. Последней своей идеей он был очень доволен, тайно мечтая, что в будущем именно его экономическое учение будет преподавать во всех университетах мира.

Осталось самая малость. После того, как генерал при людно поклялся на кресте, что в его мире девушки королевских семей считали за честь жениться на рыцарях-Джедаях, Андрею захотел стать одним из них. Но вступить в ряды ополчения и проливать свою кровь в глупых битвах ему очень не нравилось.

«Пусть другие умирают за свои глупые идеалы, но деньги всегда разрешают любые проблемы» - бывший помощник министра сразу понял, в чём его сила.

Андрей Величко обратился с просьбой купить звание рыцаря-Джедая к нескольким СОБРовцем и, после долгого их колебания, наконец получил более мене внятное согласие. Ему обещали место в очереди, но только после того, как он поможет с финансированием отрядов новоиспечённых полковников Алексея Гересимова и Мацея Квинты. Андрей согласился сразу, зная что воины имеют свойство часто погибать, а банкиры долго жить. Из-за этого он и присутствовал на церемонии выбора татуировки для Мацея Квинты, желая хоть так побольше узнать об их нравах и ритуалах.

А их было много и разных. Генерал тайно поведал ему, что статус «Небесного воина» стал теперь только ступенькой для получения звания рыцаря-Джедая. Даже ему, прошедшему Афган и Чечню, он не достался из-за глупых прихотей молодых СОБРовцев. Мол надо татуировку на теле сделать, как обозначение своего избранства, а в его года — эта явная глупость.

Но за-то первый чин генерал Чернецкий обещал адъютанту от всего сердца, после того, как он приведёт финансы попаданцев в порядочность и наладит производство новинок. С первым вопросом Андрей справился легко, продав еврейским банкирам права на выкуп пленных московских бояр и даже долю в будущей военной добыче. Пригодились и некоторые оставшиеся от погибших попаданцев мелочи, вроде их мобильных телефонов с пин кодами, которых генерал благоразумно отдал под хранение ещё в начале переноса.

Пересмотрев их содержимое и не найдя там ничего могущего задеть религиозные взгляды местных продали игрушки за цену, равную годовому доходу од налогов города Минска. Продали задёшево, зная, что только за одноразовую подзарядку батареек к ним будут брать по пятьдесят злотых и не прогадали. Посланники королевских домов всей Европы садили мобилы через день, надеясь выяснить, что изображено на фотографиях покойных и что за музыка там звучит.

Компаньон Андрея Величко Самуел Райхман поступил мудрее. Поняв, что для детального изучения всех цифр рядом с именами и сверки их с учением кабалы понадобится года, сразу заказал вторую машину производящую электрическую силу и не поскупился на обещания. Услышав оговорку, что это обычные телефонные нумера, он хитро прищурился и сказал, что верит своему другу.

Так Андрей Величко подошёл к решению своей второй проблемы на пути к статусу «Небесного воина». Теперь ему осталось договориться с инженерами об их производстве и дело с концом. И здесь начались трудности. Оба механика с историком Левицким впереди выставили ему список требовании, заставившего экономиста завыть от безысходности. Эти будущие винтики его системы, как называл в уме их Величко, потребовали вызвать каких-то, только им знакомых учёных из всей Европы, не понимая, что тайны двадцатого века, это товар, которого нельзя выдавать. Хуже того, они отобрали из прибывших с войском Радзивила людей имеющих университетское образование и провели среди них своего рода кастинг для желающих поучиться и объявили о создании в Борисове академии.

Андрей помнил, как генерал узнав какую суму они потребовали для этой затеи чуть с ума не сошёл.

- А кто будет охранять мою страну! - кричал он в бешенстве профессору истории. - Да за такие деньги я могу набрать и вооружить ещё двадцать полков наёмников!

Под конец он смиловался и подписал чек на суму в десять меньше. Андрей видел их спор и понял, что профессор с инженерами заранее сговорились на сколько они могут отступить в своих требованиях и хорошо подготовились в проигрышу. Теперь они получили полную свободу в своих изысканиях и совсем вышли из подчинения генерала. А в том, что инженера сумеют сами заработать деньжат, адъютант генерала был уверен на все сто и уже прикидывал, как все их операции провести только через свой банк.

Андрей Величко помнил об этом инциденте и считал, что эта тройка всегда будет на его стороне.

«Союз денег и знании может свернуть горы!» - посчитал в уме. - «Выпишу им несколько премиальных и мужики всегда проголосует за меня. А когда они сделают ещё пару электрогенераторов и второе задание генерала будет выполнена».

Почти имея звание «Небесного воина» в кармане, Андрей решил узнать по больше об ритуалах и жизни СОБРовцев, вдруг один за другим ставших рыцарями-Джедаеми и теперь присутствовал в одном из них.

- А дракона хотите с растопыренными крыльями или без? - Сергей Акимов по кличке Кобра, развернул свои рисунки.

- Если с растопыренными, то займёт пол дня и парень не сможет отпраздновать своей свадьбы. Будет лежать как миленький в горячке и постанывать. А если без крыльев и маленький дракончик, то свадьбу спокойно отпразднует и даже сумеет залезть на невесту.

-А давайте, спросим у его самого! - один из СОБРовцев, Сергей Ротмистров, получивший кличку Книжника из-за привычки всегда копаться в местных рукописях и выдавать при этом восторженные возгласы, предложил неплохую идею.

- Рано ещё, - процедил Кобра. - Это мы решаем кому какую татуировку сделать!

- Согласен на дракона с растопыренными крыльями! - Алексей Герасимов поддержал мнение мастера татуировок. - Но только после свадьбы, день перед нашим походом.

- Почему?

- Хочу, что бы он со своим полком остался сторожить Борисов, когда мы все уйдём на стрелку с московским царём.

- Генерал этого не допустит. Он снова пошлёт парня в самое пекло и все знаем почему.

- Кому то из нас всё равно надо остаться здесь и охранять гражданских. Пусть на этот раз им будет Мацей. Он лучше сладит с местными, а длительность операции и последующее лечение заставит его поваляться в постели так нужные нам несколько дней. Главное, подумайте, какой роскошный медовый месяц мы подарим нашей сестрёнке? После этого она точно перестанет ходить заплаканной.

Андрей, во время этого спора, представлял себе ужасы средневекового искусства татуировок, основанного на выкалывании тупой иглой смеси мочи и туши в заранее наведённый на кожу рисунок и и чуть не пропустил главного в разговоре СОБРовцев. Он сразу начал внимательнее подслушивать, надеясь услышать полезную ему информацию.

- Генерал совсем с ума сошёл. Вроде мужик мужиком, но как только видит Ирину сразу теряет всякое управление своими тормозами. Он скоро станет предметом злых розыгрышей среди наших женщин, уверяю! - Андрей запомнил, что это сказал Книжник.

- Может ему ещё раз напомнить, что нельзя так среди своих? - это был уже Сергей Дубненский.

Банкир слушал, как спорят между собой его современники и машинально отмечал в будущем докладе их перегибы, пока одна фраза Качинского не перечеркнула все его планы.

- Генерал - мужик что надо. То, как он планирует военные операции не поддаётся даже мельчайшей критике. Но вот в отношении к женскому полу он явно выбрал не эту цель. А что, если ему подсунуть какую нибудь княжну в годах Ирины из местных? Думаю, тогда генерал успокоится. Но где их взять?

Все собравшиеся затихли в своей угрюмости. Андрей Величко всмотрелся в их лица и понял, что наступил его звёздный час.

- А знаете, у меня нечаянно оказался список таких невест! Готов его уступить за одну услугу! - новоявленный банкир победоносно окинул взглядом коршуна вдруг ставших такими дружелюбными воинов и заметил, что они наконец решили прислушаться к его мнению.

- Услуга за услугу! -повторил Андрей. - Я вам список принцесс, а вы мне татуировку тигра.

Окружавшие его мужики переглянулись и кивками дали понять, что согласны с таким выгодным обменом.

- А ты, нас не обманешь? - спросил Кобра. - Что-то я тебе не верю!

Андрей понял, что главный приз уже в его руках. Уговорить тупоголовых вояк плясать под свою дудочку казалось так легко.

- А разве я когда нибудь вас обманывал? Всё, что вы просили я сделал и даже больше. Теперь каждый из вас стал очень богатым по местным меркам человеком, Алексей вот даже на принцессе женится. И вы все также сможете этого здесь достичь. Главное, меня слушайте.

Бойцы переглянулись и продолжали молчать. Андрей решил, что они ещё не готовы послушно следовать его приказам и решил вытащить очередной пряник.

- Ради забавы я составил список всех принцесс на выданье в окружающих нас странах. Пока только семнадцать, но скоро встречусь с одним шведом и узнаю всё о невестах от туда.

Качинский аж зацокал языком от умиления.

- Друг, братишка, дай нам наконец ознакомиться с таким скарбом, тобою выпестованным и нам под руку выложенным. Дай узреть сей труд, стоивший тебе так много бессонных ночей и пару кошельков злата презренного.

Дружный смех бойцов озадачил Андрея.

« Неужели они не видят выгоды таких браков? Так мы можем весь мир под себя подгрести.» - еле сдержал охоту сказать это во слух.

- А если они нам не подойдут? - продолжил Качинский.

- Принцесса мне? - удивился Кобра. - Да была уже одна такая в моей прошлой жизни. Принцесса в кухни и принцесса в кровати. Когда я её легко отмутузил, между прочем за дело, она со своим папашей меня так отпринцессила, что три года на нарах искусство татуировок изучал. Зачем мне ещё одна такая головная боль? Лучше бы бабу нормальную, борщ варить умеющею.

«Быдло, оно всегда остаётся быдлом» - Андрей заметил убогость мышления болшинства бойцов. - «Очень хорошо. Значить конкурентов меньше останется. А потом я им припомню все их издевки»

- Но невесту генералу найти всё же желаете или будете дальше смотреть, как он Ирину изводит?

- Дай, - Сергей Дубненский протянул руку.

- А вы мне татуировку тигра обещаете?

- Будет тебе тигр! - буркнул Кобра.

Андрей вздохнул спокойно. Бойцы СОБРа и примкнувшие к их группе охотники имели глупую привычку держать однажды данное слово. Он вытащил из внутреннего кармана записную книжку и открыл её.

- Да здесь какие-то каракули? Шрифт, что ли? - удивился Герасимов.

- А ты, что думаешь? Тут и некоторые наши банковские операции показаны.

Андрей осмотрел осунувшиеся лица бойцов и поздравил себя с ещё одной победой.

«Не ждали! Всё же мысль генерала шифровать любые записи показалась очень полезной. Мои компаньоны уже три раза скопировали все расчёты и теперь ломает голову над этими загадками»

- Я всё это могу прочитать по памяти. Первой в списке стоит сестра московского царя, Ана Романовна. Девушка двадцати лет. Очень набожная. Далее идёт инфанта Испании Мария Терезия Австриская, шестнадцать лет, хорошее приданное прилагается. Но далеко. Потом Катерина Брагантская, шестнадцать лет. Принцесса Португалии. За неё дают город Бомбей в приданное. Анна — София из Жесена -Дармстата. Поетесса. Генриета Катарина фон Насау. Голандская принцесса восемнадцати лет....

Андрей зачитал свой список и заметил, как упали подбородки у слушателей.

- Ни фига себе трудище! - после короткой паузы не сдержался Качинский. - Мы даже и не подозревали, сколько их вокруг! Неужели нам надо их всех спасти, как Алеку?

- Спасти их необязательно! - запротестовал Андрей Величко. - Главное выставить себя выгодными женихами. А это я вам обещаю!

Кобра пересмотрел ещё раз зашифрованные записи, закрыл книжку и вернул Андрею.

- Пусть генерал сам решит, как ему поступить! Найдёт среди них подходящую, может быть и успокоится. Но нам твой сборник девушек по вызову не нужен!

Андрей в очередной раз поразился тупости поддержавших Кобру СОБРовцев, не замечающих выгоды от таких союзов, но промолчал. Ссориться с привыкшими к смерти врагов людьми не хотел и сосредоточился на осмотре рисунков.

- Хочу вот такого! - ткнул на изображённого в прыжке тигра.

Кобра забрал свои рисунки назад и вытащил из папки другой лист.

- Тебе пойдёт это!

Андрей всмотрелся в рисунок и не сдержал свою обиду.

- Но это же не тигр.

- Дай сюда! - цепкие руки Качинского выхватили изображение милого котёнка.

- Почему не тигр? - он показал рисунок всем своим товарищам. - Самый настоящий тигр, только маленький пока!

Его друзья подумали и присоединились к этому мнению, смеясь выдавая реплики одну другой больнее.

- Это боевая стойка школы маленького тигра из кунгфу. Смотри, как он ногти выпустил, явно собирается прыгнуть

После фразы Алека, Андрей ещё раз всмотрелся в рисунок. Милый котёнок мирно спал на подушке и никаких ногтей там не было видно.

«Издеваетесь, быдляки! Ничего, будет и на моей улице праздник!»

-Да не переживай, ты так! - тяжёлая рука Кобры на плече вернула его в действительность. - Сумеешь женить на одной из твоих девок Генерала, получишь своего тигра. Обещаю! Хотя я всё же советую тебе выбрать татуировку с Червовым тузом.

Андрей посмотрел на лица собравшихся здесь рыцарей — Джедаев и наконец то успокоился. Всё же эти парни не были такими плохими в душе и смогли понять его мечту.

- Сделаю всё возможное, но генерала женю. Отстанет он от Ирины!

Простившись с братвой, Андрей тут же направился в лазарет, где руководила эта старая карга — Вероника Михайловна. Генерал в последнее время часто бывал там, потому идея подкупить её показалась самой пристойной.

«Странно, но почему они мне так усердно подсовывает татуировку Червового туза? Неужели это испорченный товар? Надо спросить генерала.» - эта мысль умерла в его мозгу, как только он увидел рассерженного Вячика.

« Подумаешь, кираса. В голову надо бить, в голову!» -громко ворчал тот.

Андрей, возненавидевший громилу - фехтовальщика с первого дня и зная о его взаимности, заранее ушёл из его дороги.

«Это быдло убьёт и даже не моргнёт. Надо поскорей от него избавиться. Только как?»

Андрей вытащил свою записную книжку и. Открыв нужную страницу, пометил очередную звёздочку.

« Генерал оказался бессильным! Может Самуэл что-нибудь придумает?» - банкир вспомнил, что ещё слишком много его врагов ходят на этой грешной земле.

Изменено 1 Nov 2011 пользователем Wilkas

[Wilkas]

**

- Целитель, открывший эту простую истину, тоже был осмеян своими коллегами и, видя, что правду никто слушать не хочет, заболел расстройством ума! - Сезин злился. - Конечно, потом все заметили, у него учеников умирает в четверо меньше рожениц, чем у хулителей и устыдились. Только уже было поздно. Игнаций Земмельвайс угас в доме для умалишённых, так и не дождавшись признания своей правоты.

- Так знайте, - грозно рявкнул он на собравшихся медиков и постучал по доске наспех сооружённой трибуны. - Я не он! Если не хотите мыть руки в кипячённой воде, мне таких тупиц не надо. Ваши ученики охотно займут ваше место!

Сезину было из-за чего так сердиться. Собравшиеся светилы медицинской мысли служащие у польской и литовской знати шипели, делали друг другу язвительные замечания и старались унизить молодого выскочку из пришельцев.

« Сукины дети, возраст им мой не нравится. Подумаешь. Но за мной триста с половиной лет накопленных предками знании, так что ещё увидим, чья возьмёт?»

Молодой пацан, двадцати лет от роду, студент второго курса МГУ проходил практику, когда так глупо вляпался в историю. Но он не испугался и старался помочь местным тем, что умел лучше всего. Когда Вероника Михайловна приказала соорудить лазарет для тяжело раненных и больных, он не вылезал от туда целыми днями и ночами, пока не навёл чистоту и порядок в этом гадюшнике. И теперь с гордостью считал его своим детищем. А когда инженера сделали электрогенератор , он уже смог спокойно копаться в своём переносном компьютере и читать закаченные там рефераты и книги по медицине. Для Сезина было большой неожиданностью, что Генерал, присмотревшись к его работе, назначил именно его администратором и учителем местных костоправов, обойдя Веронику Михайловну.

Понял он его коварность, когда начал проводить семинары для них. И если не помощь Влада Савина уже давно отпустил бы руки от их хитрого невежества.

- Когда Иисус Христос пришёл в Иерусалим, фарисеи тоже смеялись над ним и спрашивали, кто он такой. Так не уподобляйтесь этим слепцам и услышьте его весть!

Голос друга, как всегда был тихим, но полным внутренней силы и фанатической веры. Попав в прошлое Влад Савин понял, что вооружённая борьба с братьями русскими ни к чему доброму не приведёт и публично отказался от оружия. Выросший в семье баптисткого священника, он уверовал, что его юношеская гордыня и грех увлечения смертью была большой ошибкой, но бог послал ему возможность исправиться. Теперь он сыпал на право и налево цитаты из Святого Писания, учения отца Меня и других, только ему известных богословов двадцатого века, тем вгоняя в ступор местных церковников.

-Так, это же Сын Божий, - хихикнул один из медиков. - Он лечил прикосновением руки и молитвой, а вы нам какие то правила по гигиене предлагаете.

- Пан Самуил Светлейший, - Сезин уже привык ко всем медикам обращаться вежливо и холодно. - Я же сказал, если не верите мне, уходите. Только не забудьте сказать своему господину, что у него камни в почках, сифилис третей стадии и рак печени от чрезмерного алкоголизма. Что жить ему осталось года два или три. И это всё из-за вашего малодушия.

- Щенок, я же вижу, ты хочешь только одного, забрать моё место.

Сезин уже хотел обрушиться с бранью на жадного неуча, когда его опередил Влад Савин.

- И ответил им Иисус: - « Если бы вы были слепые, то не были вы повинны в грехах, но вы говорите. «Мы зрячие», значит грех ваш остаётся при вас». Всё это мы читаем в Евангелии от Иоанна и всё это мы снова видим здесь. Мы приносим вам новые знания, а в ответ слышим только оскорбления и глухую защиту вашего невежества. Так знайте, мы вас силой не задерживаем, не хотите учиться, пошли вон отсюда! Иначе вас, продавших клятву Гипократа мы выгоним из нашей академии, как выгнал плетьми Учитель наш торговцев из Храма.

Сезин поаплодировал в уме другу за помощь. Знатоки местной медицины затихли и присели на скамейки, расставленные полукругом на лесной поляне. Все их ученики сидели за ними и старались запомнить каждое слово пришельцев. Только Самуил Светлейший продолжал гордо стоять.

- Не посмеешь, щенок! И ещё, ты только что оскорбил мою дворянскую честь, потому я вызываю тебя на дуэль! Выбери оружие, щенок!

- Это вы, ко мне или к моему другу? - спокойно спросил Влад.

- К тебе, святоша, к тебе! - полноватый мужчина, повадки в котором выдавали бывшего воина, подтвердил свой вызов. - Твоего дружка я достану потом.

Толпа медиков и их учеников забурлила тихим шепотом. Сезин понял, что он с другом попали в хорошо расставленную ловушку и начал искать выход из создавшегося положения. Он хоть и баловался занятиями Муай-Тай, но против шпаги выйти не решался. Тут его друг выкинул очередную глупость.

- Я согласен. И как говорил, для таких торгашей подходит только плеть.

- Да не посмеешь! - закричал Самуил Светлейший. - Я шляхтич, а не быдло, выбери шпагу!

- Панове, сделайте круг по шире, здесь бараниной завоняло, - парировал его выпад Сезин.

Сторонники Сезина и Савина мигом вытолкнули упиравшегося собрата на середину поляны и тут же начали делать ставки.

Влад снял шерстяную робу и все ахнули. На его спине были видны следы от хлыста, которым он, за прошлые грехи, каждый вечер потчевал себя.

- Святой, святой человек! - послышались возгласы из разных концов поляны.

От взгляда Сезина не укрылся явный испуг на лице Самуила Светлейшего.

«Ещё бы, если он теперь и убьёт друга, то священники за это заклюют киллера до смерти.»

Генерал несколько раз предупреждал Сезина, что против них кто то устраивает заговор, но парень верил в тягу людей к новым знанием и знал, что сторонников у него всегда больше, чем врагов. Но он впервые столкнулся с таким подлым поступком, когда вместо научных споров им предлагают смертоносную дуэль.

Тем временем Влад закончил молиться и трижды поцеловал большой, сразу после переноса одеты на свою шею, железный крест,.

- Я верую! -закричал он неистово и повернулся к противнику. - Бог мой, защитник правды, видит меня и радуется.

Его противник тем временем собрался с силами и выставил в перёд свою шпагу, но хватило трёх щелчков плетью, что бы она из его рук выпала, а сам он схватился за окровавленную десницу.

- И сказал Сын Господа нашего: «Если тебя ударили по правой щеке, поверни левую» … и ударь ногой в пах отринувшему меня. А потом приложи ещё чуточку христианского милосердия ему!»

Влад избивал своего соперника так же неистово, как и проповедовал веру Христову, загоняя ботинком ему зубы в горло, ломая рёбра и дробя пальцы. Он уже хотел снять свой крест, чтобы окончательно добить им еретика, когда Сезин схватил его за руки.

- Нельзя, - прошипел в ухо, еле сдерживая обезумевшего друга. - Нельзя, крест кровью испоганишь!

Сезин в одно время даже потерял надежду успокоить Влада, но тот наконец перестал сопротивляться и обмяк.

- Спасибо, Господь мой! Аллелуя! - отдышавшись, проревел он. - Ты, послал мне испытание гордостью, как послал испытание слуге своему Абрааму. И если бы не помощь твоя в виде ангела, я бы осквернил крест твой. Аллелуя!

Влад осыпал песком свою голову и начал истово молиться, раз за разом целуя железяку. Самуэля Светлейшего вынесли из площадки и все взоры толпы обратились к Сезину. Он подошёл к другу и прикрыл его своим плащом.

- Вот видите, только я рассказал о полезности новых знании и сразу пролилась кровь. Старые предрассудки никогда не уходят без боя. Часто даже побеждая на некоторое время. Потому и спрашиваю вас, согласны ли вы учиться у нас или хотите дальше прозябать в средневековье.

Усталость в его голосе утихомирила на несколько мгновении толпу, но вскоре Сезин увидел, как ученики медиков под их одобрение врываются в площадку и хватают его за одежду.

«Сейчас меня убьют!» - успел подумать.

[Wilkas]

Глава десятая

Королевская Свадьба

23 — 28 Июля 1655 года

Вероника Михайловна улыбнулась. Прыщ на лбу Ирины был таким незаметным, что его могли бы увидеть только самые привередливые знатоки красоты. Но сама невеста безумно паниковала из-за такой мелочи и никак не могла усидеть на месте, мешая навести макияж.

- Не беспокойся о мыслях своего жениха! Лучше подумай, что ты сможешь рассказать своему наречённому отцу? - зло прикрикнула на её Анастасия Брежнева.

Бывшая звезда экрана воспользовалась смятением невесты и кисточкой нанесла светло лиловую краску под глазом.

- Сидеть и не дёргаться! Ещё немножко серого оттенка и взгляд твой станет более изысканным.

Вероника Михайловна вспомнила, как она волновалась перед своей свадьбой и позавидовала Ирине. Скромная вечеринка в кругу сослуживцев в знойном Ташкенте никак не могла сравниться с тем торжеством, которого для своей крестницы справлял один из самых могущественных магнатов Республики, князь Огинский, вдруг загоревший желанием принять её в свой род.

« Повезло девушке. Такие люди пожелали помочь ей в дальнейшем» - Вероника Михайловна утёрла слезу и ещё раз прильнула к бокалу с местным вином. - « Как ей повезло.»

- Сейчас карандашом для губ наведём контур и ты почти готова. Гостей ошеломим, а твой возлюбленны? - Настя жалостно посмотрела на остатки своей косметички и вздохнула. - Если он настоящий мужик, то будет всю жизнь любить ту самую взъерошенную девчонку, которую встретил внезапно. А если простой кобель, не поможет даже пластика.

Вероника Михайловна дождалась, пока служанка наполнит бокал вина из бурдюка и, пропустив глоток, выдавила.

- Девушки, как я вас люблю!

- Бабка Вера, мы вас тоже, - чуть не синхронно ответили молодые подружки.

Вероника Михайловна краешком шелкового носочка утерла слёзы. В последнее время ей снова начали сниться кошмары из прошлой жизни.

«За Речкой считалось плохим знамением торжественно проводить свадьбы.»

Сны всегда предупреждали её, а последний даже кричал об опасности.

<i>Она с подружкой - землячкой в аэродроме Кабула ждёт пока вернётся Елена. По слухам, борт из Союза должен быть вот-вот приземлится и наконец они увидят свадебное платье невесты. Её постоянно отдёргивает, просят перевязать очередного умирающего, а ей так хочется пощупать ткань.</i>

«Мы тогда боялись, что служба не позволит поучаствовать на свадьбе и нас раскидают по гарнизонам. A самолёт так и не приземлился.» - вспоминала бабка Вера и осушила бокал. - «Но кто здесь прислушается к тревожным речам глупой старухи?»

- Княжна Гонсевская лопнет от зависти, когда увидит твой макияж, - Настя довольно осмотрела свою работу и поднесла зеркало к глазам Ирины. - Только ни каких слёз! Всё испортишь!

Ирина жадно схватила зеркало и осмотрела себя.

- Мацей не узнает меня, - прыснула в кулак.

- И не только он, - довольно подметила Настя.

За дверью послышался топот множества ног и в комнатку ворвалась Кристинка.

- Там Влада Савина убили!

Вероника Михайловна уже потянулась к своей сумке с перевязочным материалом и местными зельями, когда крик Насти заставил её замереть.

- Сидеть! - оказалось, что она обращалась к Ирине. - Сидеть и не шевелиться! Грим ещё не высох.

Бывшая звезда телеэкрана и музыкальной тусовки осмотрела причёску невесты и осторожно надела фату.

- Кристина, предупреди Вячика, что мы уже давно ждём его с камерой около выхода.

Девушка хотела запротестовать, но встретившись взглядом с Анастасией промолчала и исчезла за дверью.

Вероника Михайловна оставила сумку с медикаментами в покое и протянула бокал служанке.

«Ещё один из нас. Когда же это кончится, и кончится ли это хорошо?»

- Девушка, - бывшая теледива обратилась к одной из подаренных ей крепостных. - Кажется, тебя, как и меня Анастасией зовут?

Молодая девушка побелела и попробовала сделать правильный книксен.

- Княгиня!

- Да не трясись, ты так! - журналистка была в своём репертуаре. - если уже носишь моё имя, так и постарайся не очернить его и остаться спокойной. Выйди и попроси главу стражи прийти сюда.

Как только крепостная исчезла за дверью, Настя обратилась к Эльжбете.

- Ну и как тебе наш макияж?

- Странный он. И прекрасный своей чуждостью.

Вероника Михайловна вспомнила, как удивлялись местные паненки их стремлению время от времени позагорать на солнце. Оказалось, что бронзовый свет женское тела здесь считался признаком простолюдинки. Пришлось ей с Настей рассказать о пользе и вреде инфракрасных лучей, но загорелое лицо Ирины всё равно выделялось среди прибывших дам местного элита.

Настя с Эльжбетой снова начали обсуждать технику изготовления кисточек для наводки ресниц, когда дверь открылась и вошёл глава стражи.

- Ясновельможна княгиня, вы меня вызвали.

- Пан Анджей из рода Красенских, в лагере только что убили одного из наших. Если толпа ворвётся сюда, вы пожалеете, что подписали контракт с нами.

Высокий по местным меркам человек в дорогой кирасе побледнел, но сдержался.

- Ясновелможна княгиня, чернь в лагере никогда не осмелится напасть на вас и невесту. Слово шляхтича!

- Вот это и хотела от вас услышать. Но что там случилось?

- Госпожа, не беспокойтесь. Это богословы и учёные. Один из них давно затеял обиду на вашего пастыря и сумел отомстить.

- Сумел отомстить, ты говоришь. Значит, ты его оправдываешь?

- Княгиня, нельзя было вашему человеку избивать плетью шляхтича, как последнего холопа. Этим он уронил его честь. А это смывается только кровью.

«Варвары!» - глотнув вина, призналась себе Вероника Михайловна. - «Значит дать себя зарезать шпагой, это доблесть, а просто избить задиру — стыдоба. Варвары!»

-Пан Анджей, - Настя была в своём репертуаре. - А охранять нас, ваша честь позволяет?

- Княгиня, - офицер побелел, но ответил с достоинством.- Нам приказано умереть, но не допустить заговорщиков до ваших дверей!

- Ротмистр, вы ещё пальцы веером раздвиньте и станете похожим на некоторых из нас.

Настя подошла к офицеру и, посмотрев в глаза, погладила эфес его сабли.

- Но мы не хотим, чтобы вы погибли! Пан Анджей из рода Красенских, мы хотим, чтобы погибли все заговорщики, а мы с вами в это время спокойно пили вино на очередной свадьбе. Потому, я ещё раз спрашиваю, - вы хотя бы охрану удвоили? .

«Стерва, настоящая стерва! И ещё самая лучшая актриса, которую я когда либо видела в жизни» - смотря, как уходит офицер, Вероника Михайловна в очередной раз поразилась способностью Анастасии Брежневой делать из врагов друзей.

«Я на корпоративе обозвала жирным боровом одного из влиятельнейших чиновников от культуры и надеялась, что друзья - актёры помогут? Я была молода и доверчива, а он слишком злопамятным.» - Вероника Михайловна вспомнила, как плакала на её плече Настя рассказывая о причине её опалы и пригубилась к бокалу. Но как только открылась дверь, сразу его спрятала.

Владислав Леонидович был уважаемым мужиком и выглядеть перед ним алкоголичкой она совсем не хотела. Как и перед Генералом, зашедшим вместе с ним.

Миша Чернецкий, за Речкой бывший таким сладким мальчиком — летёхой, с годами возмужал и стал настоящим красавцем. Он её так и не узнал и Вероника решила остаться в его глазах Бабкой Верой, а не той черноглазой красавицей с тонкой талией, за которой он пару дней ухаживал вместе с её первым мужем.

«Коля, такой крутой в моих девичьих глазах, предал меня. Миша - мягкий и тихий - стал вожаком. Дурой я была, дурой и осталась!»

- Анастасия, зачем тебе оператор? Что ты снова задумала?

Владислав Леонидович мягко пожурил подругу.

- Там же разъярённая толпа мужиков, которую еле сдерживают наши солдаты. Невесте может грозить опасность. Ведь она тоже пойдёт с вами? - Михаил Чернецкий по своему старался сдержать любопытную журналистку.

- Хочу снять для потомком, как можно больше хроники. И почему они её сдерживают? - обратилась Настя к Генералу. - Не ужели убийца ещё живой?

- Да хотим до пыточной довести, а толпа не даёт. Хочет порвать его живьём.

- Значить люди на нашей стороне. Так чего вы боитесь? - журналистка усмехнулась и с гордо поднятой головой потащила Ирину с Ельжбетой к дверям. Алёша с Владиславом попробовали было их остановить, но быстро сдались. Вероника Михайловна проклиная любознательность Насти вскочила и побежала за ними.

Выход невесты в бушующую толпу был равносилен аффекту разорвавшейся бомбы. Стражникам даже не пришлось отталкивать людей, что бы освободили место для её прохода. Они сами отступали и приседали на одно колено выражая своё почтение.

- Снимай всё, - приказала Настя подбежавшему Вячику. - Снимай и постарайся сохранить спокойствие!

Людское море расступалось перед ней, как весенний лёд перед ледоколом. Бабка Вера поймала себя на мысли, что ещё никогда не видела такой величавой походки и очень обрадовалась, заметив, что Ирина точно копирует движения её и Анну - Марию.

«Учится быть волчицей среди стаи. Настя не раз нам говорила, что если хотим выжить среди этих средневековых людей, они никогда не должны видеть нашего страха.»

Под шум выкриков, — Княгиня и невесты идут. - Они подошли до поляны, где лежало тело Влада Савина и связанным сидел окровавленный убийца.

«Тот самый медикус, которого избил Влад. Сумел всё же подойти к нему из-за спины. И эти люди рассуждают о чести?»

- Госпожа, ясновелможна пани! - вдруг к ногам Иринки подполз маленький скулящий комочек. - Пощадите моего отца!

«Сефардка, - сразу поняла бабка Вера. - Понятно, почему они так ожесточились против нас.»

Ей и Сергею Сезину уже давно намекали, что их задумка учить всех повитух и деревенских знахарей хитростям гинекологии и обычным средствам предосторожности стало настоящим ударом в святая святых еврейской общины. В тайну их медицинских знании. И теперь Вероника Михайловна видела результат этой многовековой борьбы.

«Мы должны обучить множество людей, что бы сокрушить монополию евреев. Но как это сделать, если последние выделяются своей тягой к знаниям и упорством?»

- Твой отец убил нашего человека из засады, в спину! О каком милосердии ещё может идти речь?

Девушка только ревела, всё время твердя, что её папа не мог так поступить. В толпе уже начали выкрикивать призывы к христианскому милосердию, когда кто то закричал, что этот убийца — жид.

- Тихо! - закричала Настя. - Сегодня день свадьбы и невеста в правде дарить кому то милосердие.

- Ирина, Ельжбета, как нам поступить с убийцей?

Охрана отодвинула толпу и женщины подошли к телу Влада Савина. Его ярко голубые глаза смотрели в небо, застывшие в немой мольбе. Серёжа Сезин прижимал закадычного друга к своей груди и смотрел ничего невидящим взглядом в даль, еле сдерживал слёзы.

- Исподтишка перо вставил, - Вероника Михайловна услышала, как мужики между собой обсуждают убийство. - Обкурился чем — то перед смертью, что бы боли не чувствовать.

- Ничего, - ответил ему другой. - Мы таких нариков уже насмотрелись в жизни достаточно.

Последние слова чем то резанули слух Вероники Михайловной и она привычно приподняла веки убийцы.

- Настя, подойди сюда!

Журналистка перестала спорить с Алёшой и удивлённо посмотрела на её сторону.

- Тебе эти симптомы ничего не напоминают?

Настя недоверчиво приблизилась к окровавленному мужику и, пренебрегая исходящим от него запахом испражнении, всмотрелась в зрачки.

- У него отходняк! Я правильно поняла? Спасибо, бабка Вера.

Настя подошла к Мише и тихо пересказала ему подозрения врачихи. Генерал задумчиво присмотрелся к Веронике Михайловне, да так, что у ней даже душа ушла в пятки.

«Неужели он узнал меня?» - мысли вихрем продырявили Веронику. - «Только не это! Ещё рано!»

Уняв дрожь в коленях, она посмотрела в глаза Алёше и кивком подтвердила свою догадку.

- Девушка, тебя кажется Мириам зовут?, - тихо обратилась к дочке лжеубийцы? - Я часто тебя видела в нашем лазарете. Подойди ко мне. И ты, Сезин. Перестань реветь, твоя помощь тоже понадобится. Надо этому медику промыть желудок и узнать, под воздействием каких наркотиков или ядов он пребывает уже длительное время?

- Да не яд там! - вдруг послышался голос. - Вы хотите выгородить убийцу в тело которого вселился дьявол. На его лице видны все признаки одержимости.

Пара СОБРовцев нырнула в толпу и вытащила от туда оборванного шляхтича, непрестанно твердившего, что нечистая сила никогда не дремлет и всегда старается овладеть телами грешников.

- Кто тут без надобности упоминает козни врага человеческого! - пробравшийся через цепь охранников человек в в сутане говорил тихо, но с достоинством награждённого властью человека.

- Отец Игнаций, скромный служитель святой инквизиции, - представился он. - Я услышал, что здесь произошло убийство и данной нашему ордену римской курией привилегией обязан провести расследование.

Вероника Михайловна ужаснулась. Всё, что она знала об средневековом правосудии у неё связывалось с кострами ведьм, горевших по всей Европе этого времени.

- Иезуит, что ты делаешь здесь? Вроде мы договорились, что наши дела — это наши дела! - зашипел Алёша.

- Генерал, епископ прислал меня вам в помощь для лучшего понимания местных обычаев и для защиты добрых христиан от ваших безбожных поступков. Это всё согласованно с князем Радзивилом и другими вельможами. И ещё! Пора вам наконец уяснить, что расследованием убийств и преступлением против церкви занимается орден доминиканцев, скромным служителем которого являюсь я, а не иезуиты. Хотя их медицинские знания тоже нам понадобятся, ведь кто-то упомянул тут яды.

Священник старался говорить тихо и выглядеть смиренным, но то с каким жаром он оспаривал свои права не ускользнуло от взгляда Вероники Михайловны.

«Иезуит, доминиканец, - какая разница? Все они хотят погубить наши души и предать истинное православие. И что делать мне, простой бабе, кому молится?»

Вероника Михайловна взгрустнула вспомнив с каким испытанием своей веры она столкнулась здесь. Леча пленных московитов, которых она считала христианами, она не один раз слышала, как они молятся своим святым — Аллаху и Магомету, при этом утверждая, что только их православная вера самая истинная. Став горячей прихожанкой во время перестройки, она не могла никак свыкнуться с мыслью, что всё ею прочитанное и услышанное об истории православия столкнётся с жестокой действительностью и разобьётся вдребезги. Менять свои взгляды под конец жизни Вероника Михайловна уже не хотела, а таких батюшек, как родной сердцу настоятель церкви на улице Восьмого Марта здесь не нашла.

« Не ужели всё же придётся просить совета у этого униатского батюшки? Но они же предали православие? Что делать мне, глупой бабе? Что делать?»

- Твоя взяла, доминиканец, - уставшим голосом отмахнулся Миша. - Но во время расследования будет присутствовать и наш человек. И ещё. Погибший был баптистом, но мы- «Небесные воины» всегда стоим выше религиозных дрязг, потому, я требую, чтобы во время торжественных похорон присутствовал и священник католик. Православный батюшка тоже там будет.

Вероника Михайловна заметила, как побелел доминиканец. Он долго не мог найти подходящих слов для отказа, но не выдержав холодного взгляда генерала согласился.

- Вот и хорошо, - усмехнулся Миша. - Но как я понял со слов нашей медсестры, обвиняемый находится под воздействием какого то яда, потому сначала пусть его приведёт в порядок. Но ваша помощь понадобится в другом. Мы тут узнали о заговоре против нас и нашей священной миссии. Соизволите ли вы, помочь нам в расследовании и этого безобразия?

Католический монах стушевался и начал что-то мямлить про отсутствие надлежащих пыточных станков.

- Не беспокойтесь, об этом. Один из наших инженеров поможет вам и предоставит оборудование! - Миша снова стал Генералом и вцепился взглядом в глаза доминиканца . - Ведь мы боремся на одной стороне света? Или вы утверждаете обратное?

Монах перекрестился и согласился с его аргументами.

- Позовите Антипенкова! - приказал генерал. - И отнесите покойного в погреб похолоднее! Похороним, за одно и помянем его, перед самым походом.

«Нет, это уже не тот мечтательный мальчик, который ухаживал за мной.»

Вероника Михайловна взгрустнула об утраченной любви и уже собралась в лазарет, когда девушка спросила у Ирины.

- Так мой отец не виноват? Вы его спасите?

- Азохен вей, Мириам, - ответила ей Настя уводя невесту. - Это уже нет от нас зависит.

Вероника Михайловна заметила, каким взглядом провожал их доминиканец и предчувствие беды снова вернулось.

**

Бывший капитан СОБРа, а теперь полковник литовского войска Сергей Дубненский понюхал вино в бокале, посмотрел на князя Жеромского и отпил глоточек.

« Новоявленный родственник не отравился, значит ещё поживу. Но доверять кому либо из местных я уже перестал»

Он нашёл под столом правую руку Ельжбеты и нежно погладил её пальцы.

« Наверно я становлюсь параноиком, но пока она рядом со мной, с ума я точно не сойду. Чёртов Генерал, чёртовы политики и священники, чёртовы монахи! Быстрее бы на войну, там хотя бы доверять окружающим можно»

Сергей Дубненский в очередной раз вспомнил наставления Генерала и бабки Веры. Сегодняшним днём, когда все жили приготовлением к свадьбе, разведка сумела раскрыть пару заговоров, но всё равно прохлопала Влада Савина и Олега Геманова. Первого убили посредством обкуренного до потери сознания личного врага, а второго...

« Олег хотя бы перед смертью не струсил и сражался до последнего.»

Сергей вспомнил вид побоища в «Тошниловке», где недавно прибывшие ополченцы из шляхты решили, что если человек работает в кухне поваром, то для уходящих на войну и готовых там умереть мужиков сам бог велел покуражиться над жидовскими мордами. На их беду там как раз зашёл Книжник и, перед тем, как получил скамейкой по голове, успел перестрелять большинство из бесчинствующих. Но Олега это уже не спасло.

Ввязавшийся в бессмысленный спор и отправив в нокаут самого доставучего из шляхтичей, он тут же подвергся атаке его дружков и не заметил, как один из них оказался с ножом за спиной..

«Чёрт, единственное место, где мы могли спокойно кушать и не отравиться, прикрылось медным тазом. Олег охранял нас от этой угрозы достаточно надёжно и нам уже не чем заменить его.»

В именно для свадьбы построенном деревянном доме с огромным залом кроме молодожёнов и попавших сюда нескольких гражданских были только лётчик и стрелок вертолёта. Другие военные спецы были на своих заданиях по охране правопорядка. Причину их отсутствия Сергей помнил.

- Парни, вы хотите стать героями романа белорусского Александра Дюма «Королева Марго»?- собрав несколько дней тому назад всех спросил Владислав Леонидович - И пережить вторую ночь святого Бартоломея?

Воины переглянулись стараясь понять смысл сказанного.

- Враг не дремлет, - продолжил уже Генерал. - По имеющимся агентурным данным, во время свадьбы, когда мы все расслабимся, на нас хотят напасть. Некоторых заговорщиков мы уже вычислили, но всегда может найтись, кто то другой, незамеченный. Или просто обиженный сложившейся ситуацией. Я уже жалею, что часть из нас отправил на помощь в освобождении Полоцка, не веря, что люди, которых мы только что спасли, смогут нас возненавидеть.

Много чего ещё говорил Генерал и Владислав Леонидович, обсуждая с каждым отдельно его задачу, но Сергей уяснил ясно.

Каша заварилась и не маленькая и сейчас придётся её расхлёбывать.

«Быстрей на войну! Там хоть знаешь, кто враг?» - подумал Сергей и начал следить за происходящем.

Профессор истории обсуждал что-то с епископом Иежем Тишкевичем и князем Огинским. Поляки то хмурились, то светлели лицом.

«Старый интриган снова задумал какую то каверзу. Хватит того, что будто нечаянно обронённые им слова том, как московиты запретят в будущем их родной язык и письменность, взбудоражили всех поляков, русинов и литвинов. Слух о том пронёсся над воинским лагерем подобием смерча и теперь ко мне подходят слишком много воинов с аналогичными вопросами. И как бы я не изгалялся на белорусском языке, наш акцент и незнание его говорят сами за себя».

Сергей представил, чем это может кончиться для жителей Московской земли и содрогнулся.

«Мы попробовали оседлать бурю ненависти и теперь стараемся удержаться на седле. Как будто мало тех революции, что уже видели на своей жизни»

В зал вернулся Андрей Муравьёв. Кивнув Генералу, он сел за правый стол к своим дружкам, молодым шляхтичам из первых семей. После очередной его шутки, от туда снова послушался громкий гогот.

«Этого охраняет слава балагура и заядлого картёжника. Но из-за того, что вертолётчики всегда находились отдельно и их до последнего момента сторожил генерал, они слишком от нас отдалились. И теперь в друзьях у Андрея, - такие же самые мало нюхавшие пороха местные юнцы, мечтающие прослыть бессмертными и непобедимыми.»

Сергей погладил пальцы Ельжбеты и посмотрел, как идут дела у Толика Дроздова. Капитан совсем не обращал внимания на то, что именно от вертушки и её огневой мощи во многом зависел весь план предстоящей битвы и теперь вовсю заигрывал с фрейлинами Анны-Марии.

« Этот ещё хуже. Успел в одно время залесть под подол к двум из них и теперь заигрывает с третьей. Он что, не понимает к каким последствиям может привести женские обиды? Ему уже много раз старались объяснить, что рогатые мужья — ещё один повод для беспокойства. Похоже, что парень думает не этой головой.»

Шум в зале внезапно стих. Виновником того был сам князь Радзивил, вставший из-за стола и взявший в руки микрофон. По привычке он сначала дунул в его и, удостоверившись, что звуки из колонок слышны снаружи, заговорил.

- Ясновелможне панове, сенаторы, братья! Вы знаете, что недавно я потерял своего единственного наследника по мужской линии. И как я об этом переживал. Но провидение или божья воля отблагодарила меня за эти муки и послала мне рыцаря — Джедая в зятья. Но это ещё не всё. Многие из пришельцев сами оказались здесь в роли сиротинушек, потерявших своих родных и близких.

В зал ввели Кристину с Игорком. Девушку ради этого случая одели в непривычную для неё одежду местных покроев и теперь она осторожно ступала приподняв кончиками пальцев подол тяжёлого платья.

«Спасибо Владиславу Леонидовичу за то, что сумел уговорить нас во время свадьбы отказаться от привычной нам одежды, - горькие мысли не давали покоя Сергею. - Когда-же инженера соорудят эти свои швейные машины? Местные мастера хороши, но ждать, пока обычную рубашку тебе за три дня сошьют пятеро, нам некогда. Скоро снова в бой и солдатам понадобятся множество быстро приходящего в негодность обмундирования. »

Брата Кристины нарядили как принца и теперь он шёл через зал, как на плаху. Сергей порадовался, что мальчишка всё-же прислушался к доводам старших и закрыл своё горе во внутрь.

- Ясновелможны сенаторы, князья и простые шляхтичи, братья вы мои! - Януш Радзивил наконец освоился с микрофоном. - Эти дети потеряли в этой войне своего отца и уже не знали куда податься, когда я понял, что их горе, - это и моё горе!

Первым, оставив позади старшую сестру, к князю подошёл и преклонил колени Игорь.

- Как вы все знаете, мы ведём свой род от князя Вайшмунда, потомка Барка, сына Палемона. Род наш во время Городельской Унии оставил себе языческую фамилию Радзивил, что в переводе с литовской латыни переводится, как «Нашедший надежду».

Князь взял парня за плечи, приподнял его и поцеловал в щёки.

- Отрок сей потерял своего отца в борьбе с врагами Республики и у него здесь нет ни одного из его рода, что бы взять под свою опеку! По тому я, Янош Радзивил, князь Биржанский и Дубинковский, воевода Виленский, гетман Литовский объявляю, что прошу вас вас разрешения стать опекуном этого молодого рыцаря и его сестры. Надеюсь, что под прошением об этой христианской добродетели в сейм подпишутся все участники моего войска и дети найдут надежду на светлое будущее в опеке моего рода!

«А старик - не дурак!» - Сергей вспомнил, чего только стоила их первая попытка договорится с местной знатью об своём положении в обществе середины семнадцатого века. Только их знание и сила оружия заставила всех новоприбывших вельмож посмотреть на них с уважением. Идея породнится с магнатскими и королевскими родами, так долго занимавшая только профессора с адъютантом генерала, многим показалась хорошим выходом из создавшегося положения.

Януш Радзивил схватился за идею взять под свою опеку сироток из «Небесных воинов» с не скрытым удовольствием. Князю уже дошло, что дети являются носителями многих знании, обладание которыми делает его семью ещё более могущественной. Он начал на долго укрываться втроём с генералом и профессором в своих апартаментах, обсуждать разные планы и выходы из создавшегося положения.

Ситуация была нестандартной и обычные законы Республики пасовали перед раскрепощённым мышлением жителей двадцать первого века.

« Мы в жизни видели столько королей, президентов и олигархов, что попытка для нашей натурализации прибегнуть к закону индегената (Акта об натурализации иностранцев в тогдашней Республике Трёх Народов . Прим. автзора) и послать в сейм прошение об этом, нам показалась оскорбительной. Не хватало что бы какой нибудь придурок там выкрикнул «Вето» и всё накроется медным тазом.»

Сергей хотя и не доверял профессору, но всё же был благодарен ему за выход из создавшегося положения. Идея Алека Герасимова объявить себя рыцарями-Джедаями, священными воинами папы Римского и мирового правительства Земли в будущем убрала все препятствия. И даже помогла в глазах людей объявить их появление здесь не происками дьявола, а священной мудростью Сына Божьего во время прознавшего о коварных замыслах своего оппонента.

Князь Радзивил тем временем наградил Игорька фамильной саблей и Сергей заметил, как у парня радостно заблестели глаза.

«Дитё маленькое,» - вспомнил грустные слова Владислава Леонидовича. - « Ему так хочется стать воином и разить врагов на право и налево, мстя за отца, что совсем перестал слушать старших. Пусть потренируется с холодным оружием и поймёт, что на пути к мастерству нужно много работать и запастись терпением!»

«Хотя, кто из нас в детстве не хотел стать героем и защитить родную страну от завоевателей или спасти прекрасную принцессу?» - Сергей снова погладил пальцы Эльжбеты и успокоился.

Князь подошёл к смертельно белой Кристиной и неожиданно для всех преклонил перед ней колено

- Пани рыцарь, Кристина Ковалевская! Я, Янош Радзивил, князь Биржанский и Дубинковский, воевода Виленский, гетман Литовский встретил живое воплощение легенды нашего рода, - сказал в микрофон. - амазонку Дейвуте, что с литовской латыни переводится, как наречённая Бога!

Речь его посредством колонок от Мицубиши транслировалась и на площадь перед

стенами недавно сооружённого деревянного замка. Князь, подождав пока крики «Виват» стихнут и там, подарил девушке золотые серьги, тем окончательно вгоняя её в краску.

Сергей в очередной раз прокричал - «Виват нашей амазонке» и решил, что пора заняться своими семейными проблемами. Аккуратно отрезав ломтик ветчины, воткнул в его вилку и отправил в рот. Пережевывая успел аналогично поступить с варёной свёклой и только когда насытился, протёр краешки уст шелковым платочком и обратился к дяде Ельжбеты.

- Как видите, слухи о её смерти были несколько преувеличены. Жаль, что наша помощь подошла слишком поздно и мы не смогли спасти её первенца, но я вас уверяю, мы с женой собираемся подарить этому свету ещё не одного сына и дочь. А при наших медицинских знании, постараемся, что бы никто из них не умер во младенчестве.

Сидящий перед Сергеем старый худой человек с ненавистью посмотрел в непривычные столовые приборы, лежащие около его тарелки и решил, что хватит с него и очередного бокала вина.

- Полковник, но мы же не знали. Все думали, что наша племянница погибла в этом набеге и сразу забеспокоились о сохранности владении покойной мамаши за нашим родом. Если бы мы знали, никогда не подали прошения в сейм о признании наших прав на её наследство.

- Помилуйте, сударь! Это досадное недоразумение мы с женой прощаем. Но как быть с вашими попытками запретить ей жениться на безродном выскочке? На каком-то солдате удачи? Всё же была оскорблена наша честь, а за это можно на вызов к дуэли нарваться

- Пан полковник, - старик забегал глазами, ища выход из щекотливой ситуации. - Но вы же сами говорите, что это досадное недоразумение. Потому я ещё раз приношу свои извинения и готов уладить дело миром.

- Да мы и не имели намерении на вас обижаться, - Сергей решил подсластить пилюлю. - Вы кушайте, кушайте! Эта запечённая в яблоках и бруснике с мёдом утка явно вас дожидается.

Князь Жеромский не выдержал и руками оторвал её ножку. Жадно всё проглотив он успокоился и только тогда заметил, как неодобрительно смотрят на него Ельжбета с мужем.

- Возьмите у слуги платочек, дорогой дядя, - племянница подала ему урок новых правил за столом. - И ни в коем случае не протирайте жирные руки об свою одежду. В высшем обществе это считается признаком невоспитанности и деревенщины!

Старик затравленно осмотрелся по сторонам, послушно вытер ладони и лицо льняным платком и, аккуратно сложив его пополам, положил рядом с тарелкой.

- Князь Жеромский, я совсем не хочу зла родне моей любимой жены. Наоборот, я с нашими инженерами договорился и хотим построить на вашей земле ветряную мельницу и фабрику по изготовлению душистого мыла. Половина доходов, где то до дух тысяч флоринов в год не считая налогов, будет целиком в вашей диспозиции.

Старик выпил ещё бокал и еле сдержал возглас удивления. Ведь похожими суммами спокойно могли распоряжаться только очень состоятельные люди, а он со своими семи деревнями и тремя сотнями крепостных такие деньги видел только несколько раз в жизни.

- А где подвох? - еле выдавил.

- Дядя, - Эльжбета нежно прильнула к Сергею и поцеловала его в щёку. - Не ужели вы думаете, что мы потерпим рядом с собой бедных родственников. Хотя по законам, рыцарям - Джедаям запрещено копить материальные богатства, но мы с вами, - умные люди и всё понимаем.

Сергей увидев, как под доводами любимой женщины жадно загораются глаза её дяди, успокоился и снова начал следить за происходящим в зале.

У литовского гетмана микрофон забрал его вечный соперник, боярин Самуил Лев Огинский. Он поздравил своего полковника Мацея Квинту с прекрасным выбором невесты, хотя и сироты.

- Мы Огинские тоже не менее знатного рода и ведём его аж от самого Рюрика. Потому не ударим в грязь лицом и свадебным подарком для моей новой крёстной пусть будут права на владение доходами от деревень Катынь и Голинки под Смоленском.

« А Огинский, как магнат — жадный очень. Дарит только то, что у него и так отняли. Странная эта идея, породниться с ним. Думаю, что без нашего интригана профессора тут тоже не обошлось.»

- Спасибо, дорогой наш гость и друг! - микрофон перенял генерал Чернецкий. - Со своей стороны обещаю, что ещё до Рождества на нашей родной земле не останется ни одного Московского оккупанта, а их царь сядет на скамью подсудимых за свои преступления.

Зал притих. Всё же так свободно обращаться с особами королевских кровей не было привычным в этом мире и в это время. Предвидя это Генерал вытащил ещё один козыр из рукава.

- Но это в будущем. А пока я хочу сделать свой подарок великому Гетману и народу Литвы. Стража, пропустите вестника!

Вошедший молодой шляхтич держал в руках автомат. Сергей тихо выругался.

«Ещё один. Кто же на этот раз?»

Вестник подошёл к столу и двумя руками, словно кристальный кубок, передал оружие генералу Чернецкому.

- Мой Генерал, полковник Олег Карась шлёт вам две новости. Одну плохую, другую хорошую.

Генерал прокашлялся, взял автомат и с грустью в голосе, произнёс.

- Начни с плохой.

- «Небесный воин», лейтенант Андрей Сердаров героический погиб во время взятия Полоцка.

- Ех, Андрюха, Андрюха. Пусть земля тебе будет пухом. Прошу всех стать и почтить память героя минутой молчания.

Когда все находящиеся в зале сели, Генерал продолжил.

- А теперь огласи нам и хорошую новость!

- Полоцк взят. Московские войска частично разбиты, частично бежали, но их преследует восставшее местное население. Царский воевода Фёдор Хворостин убит. Воевода Семён Урусов тяжело ранен и взят в плен вместе со своим обозом.

Громкое Виват взорвало не только зал, но и окрестности замка.

«К чёрту, это самый отвратительный предвыборный спектакль, которого я когда нибудь видел в жизни!» - горько, осознавая что потерял ещё одного друга, усмехнулся Сергей. - «Но наш Генерал играет в нём великолепно!»

Когда шум стих, Михаил Чернецкий снова обратился к вестнику.

- Солдат, скажи кто ты такой и в каком звании служишь?

- Шляхтич Анджей Муравски, раньше был сотником у Павла Сапеги. Но после того как провёл много времени рядом с вашими воинами, хочу служить вам и гетману Литвы.

Генерал некоторое время прикидывался смущённым но потом при людно распечатал ещё один пергамент с новостями из Полоцка, пробежал его глазами и, попутно что-то объясняя, показал Радзивилу, епископу Тышкевичу, виновникам праздников Алеку Герасимову и Мацею Квинте.

- Анджей Муравский, вы знаете, что написано в послании?

Явно побледневший шляхтич ответил отрицательно на вопрос угрюмого гетмана Януша Радзивила.

- Бывший сотник, вы принесли нам и плохие вести, потому, - генерал Чернецкий с укоризной посмотрел на молодого парня. - Вы, лишаетесь этого звания.

Молодой воин еле сдержался на ногах, получив такой удар неблагодарности, а в зале в воцарилась мёртвая тишина.

- Анджей Муравски, « Небесные войны» Олег Карась, Николай Тоскин и Сергей Олегович скорбят по своему другу и просят, что — бы место погибшего занял человек, храбростью и воинским умением которого они восхищены. - продолжал свою речь Генерал.

- Лейтенант Анджей Муравский, вы готовы служит в рядах Тридцати Трёх?

Зал буквально взорвался от криков радости.

« Не ужели народ не видит, что их разводят на благородство, как последних лохов?» - вставая подумал Сергей. - «Хотя, что требовать от людей, никогда не следивших за номинациями в «Фабрике звёзд»?»

Он подошёл к совершенно ошарашенному парню, только что принявшему из рук Генерала автомат и крепко похлопал по плечу.

- Добро пожаловать в наши ряды, брат!

**

- Друг, не ужели ты откажешься выпить со мной по случаю праздника?

- Нельзя! Панове небесные рыцари запрещают.

- Но сейчас они все празднует. Никто не заметит. Так что по чарке?

- Не вводи в искушение! - недавно приняты чужаками на службу деревенщина явно не хотел терять своего места.

Шляхтич ещё раз налил из кожаного бурдюка полную кружку и спросил.

- Ты меня уважаешь?

Молодой стражник перекрестился и, жадно смотря на выпивку, выпалил.

- Пан, нам приказали не говорить с чужими. Уйдите с дорожки!

- Но выпить за здоровье молодых, не откажи? - шляхтич всунул кружку стражнику в руки. - Всё равно все ваши панове сейчас на свадьбе.

- Наши? Пан...

Шляхтич зажал левой рукой рот парня и тихо прошептал ему в ухо.

- Больно! Понимаю! Потерпи, скоро всё закончится!

Когда тело стражника перестало дёргаться, шляхтич расслабил хватку, вытер нож о его одежду и тихо свистнул. Подбежавшие Жмудин и Мазур подхватили труп и оттащили в пруд.

Шляхтич пересчитал своих наёмников. Не хватало двоих.

- Медленно работаешь, - прошипел шляхтич Жмудину, когда тот вернулся. - И где Мазур?

- Лапти ощупывает. Жадный слишком.

Шляхтич успокоился. Мазур любил проверять одежду покойников, ища там спрятанных монет, но уже научился отдавать десятую долю от найденного ему.

- А где Жид со Свеном?

- Я здесь! - послышался голос из темноты. - Жыдяра со Святошой На Костылях и Белозубым угощает остатки стражи.

- А шо Жид на выпивку раньше времени потянулся? Ему же приказал помочь тебе принести гранаты?

- Жиды, они все такие. Всегда за чужой счёт выпить хотят.

Шляхтич начал терять терпение. Некоторые его люди во время празднеств совсем расслабились и глупо попались. Когда вышедший на него человек не скупясь оплатил половину контракта сразу, ему пришлось набрать в артель посторонних. Вот в них он и сомневался.

- Побыстрей бы. Горло сохнет!

Процедивший эти слова, высокий седой наёмник по прозвищу — Жмудин, - явно выделялся среди новобранцев своей тупостью и шляхтич решил, что он станет хорошим трупом во время заметания следов.

- Сперва боевой Цмок чужаков. Что ты знаешь о нём?

- Странная махина. Когда помогал выпиливать её крылья из стены, успел их ощупать. Чужаки тогда очень за них переживали, но одно понял, что крылья у Цмока - очень чувствительные. Если их отрубим, взлететь уже не сможет. И ещё эти панове очень переживали за его кожу.

Шляхтич посмотрел на старика и не смог унять своей досады. Совет оторвать боевой махине крылья казался очень глупым. Сам он её в полёте видел только один раз и из далека, но уже тогда отметил его металлическую броню. И если пришельцы не врали, Цмок и вправду мог один решить судьбу войны. Шляхтич знал, что внутри его было достаточно смерти, что бы уничтожить весь Рим или Краков и понимал спешку заказчика.

«Сегодня среди стражей нет обоих чужаков. Надеюсь, эти латры не подведут. Столько аванса мне давно не платили, и когда от них избавлюсь, смогу купить не только родную деревню, но и мельницу построить по голландскому образцу.»

Шляхтич уже решил, что делиться ни с кем не будет. Даже со Святошей На Костылях, посланником кондотьера ордена.

Избегая света от костров все тихо пробрались к вертолёту, окрещённому литвинами именем боевого Цмока. Луна и звёзды спрятались за толстым слоем облаков и шляхтич прошептал в уме молитву святому Миколаю Угоднику, защитнику воров.

« Если всё пройдёт гладко, куплю тебе новый крестик.»

Шляхтич, как добрый католик, доверял своему патрону. Он уже трижды вбил гвоздь в одиноко стоящий на перекрёстке дорог деревянный идол и пригрозил в случае неудачи срубить покровителя на дрова и выстругать новый. Теперь святой Миколай Угодник должен был прислушаться к его просьбам.

- Темно, - ночную тишину испоганил Жмудин. - Как мы увидим, куда надо бить саблями, что бы испортить махину.

- Заткнись! - рявкнул шляхтич. - Сейчас придумаем что нибудь.

Отблески света от далёких костров на гладком теле махины позволял более менее разглядеть её и он решил показать глупому старику, кто здесь командует.

- Эх, была, не была! - прорычал и со всего размаху ударил саблей по резине вертолётного колеса.

Оружие завибрировало и чуть не вырвалось из его рук.

- Ты, что делаешь? - удивился Жмудин, услышав звук. - Разбудим всю округу.

- Заткнись, тебе сказали! - шляхтич уже понял, что рассказы пришельцев, что обычное оружие не может причинить вреда их махине из-за слишком толстой брони и решил

довериться заказчику.

- Свен, гранаты с тобой?

- Конечно.

Шляхтич принял шведского наёмника в свою команду три дня назад и уже начал сожалеть о том решении.

«Продаст, несомненно продаст! Может сначала его, а не Жмудина?»

Он не пропустил мимо ушей ни одного слуха о единственном выжившим из пушкарей московитов. Свей сколотил во время бегства войска Москвы отряд солдатов удачи и, освободив всех пленных литвинов, перешёл на сторону чужаков. Но они отнеслись прохладно к такой хитрости и отправили его на работу в кузнице. Не стерпев такого унижения, он сам нашёл шляхтича и предложил ему свои услуги.

«Однажды продав свою честь наёмника, предаст и меня. Отправлю к праотцам его раньше Жмудина.» - решился.

- Чего ждёшь? Взорви Цмока!

- Угу! Только пуст другие отойдут.

Шляхтич подождал, пока остальные исчезнут, вытащил крессало и приготовился выжечь искру для поджога промасленного шнура.

- А у тебя точка на лбу светится, - глупо пошутил Свей.

«Миколай Угодник, спаси и защити меня!» - успел помолиться Шляхтич перед тем, как его затылок взорвался.

Боль вернулась вместе с водой. Шляхтич подождал, пока она стечёт по лицу и приоткрыл веки. Кляп во рту не позволял ему завыть от безысходности, ибо первое, что он увидел, была ухмылка Свея.

- Он очухался, пане!

- Ну и хорошо, - из-за спины послышался смутно знакомый голос. - Продолжай в том же духе.

Шляхтич осмотрел нутро большого шатра и заметил других своих подельников. Они тоже висели привязанные на крестах с кляпами во ртах, с наглухо заступоренными ушами и завязанными глазами. Запах испражнении шедший от них означал, что кат уже поработал над ними. Одно беспокоило Шляхтича — не было тут жаровни с горячими углями и железными щипсами, означавших начало пыток. Его взгляд не нашёл даже «Испанского стола», «Миланского боитинка» и других привычных для пыточного отдела сооружении. Только какие - то проволоки неудобно обвили его правое яйцо и большой палец левой ноги.

- Казимеж Туровский, это ваше подлинное имя? - этот смутно знакомый голос чего-то хотел.

Шляхтич вспомнил, что в последнее время он назывался именно так и послушно замычал.

- Ваш ход, рыцарь! - тот самый голос за спиной обратился к кому — то и продолжил. - Башня взамен коня? Но ваш король остался совсем без прикрытия.

- Да знаю я, знаю! Шахматы, это не моё. Лучше в кости.

Шляхтичу стало страшно. В пыточной камере находился один из этих чужаков, - рыцарей ордена Джедаев.

«Иисусе Христе, помилуй и спаси мою душу»

- В кости с человеком, который пустил с миром капитана Кошинского с его утяжелёнными костями? Ясновельможный пан шутит. Только в шахматы. Тут фигур в рукаве не спрячешь.

- Пан следователь меня наверно в чем-то обвиняет. Но я чист, как младенец! А вот наш слушатель старается скрыть правду. Свен, покрути ручку.

« Святая Дева Мария, защити меня» - взмолился Шляхтич, когда очнулся и понял, что даже на допросе у доминиканцев не испытывал такой боли.

- Нет, этот Шерлок Холмс со своими дедуктивными методами меня очаровал, - голоса не знали, что Шляхтич их слышит и продолжали обсуждать свои дела. - Не ужели у вас все следователи такие умные.

- Да что вы, святой отец! Люди никогда не меняются. Мы только стоим на ваших плечах и видим дальше.

-Так говорил великий Платон. Не знал, что вы и его читали.

- Нет! Увы, но не читал. Но так нам говорит Стрелок из Башни, а я ему верю.

- Он снова очнулся, - услужливо сказал мучителям Свен.

Чужак громко отодвинул стул и появился перед затуманенным взором Шляхтича. Это был крупного телосложения человек в испачканной земляным маслом одежде.

«Один из этих кузнецов-инженеров. Колдун, — по очкам сразу видно. Святая Дева Мария, защити меня!»

- Казимеж Туровский, он же Йоахим Мюллер, он же Виконт де Орви, он же Янош Цибуля, а вы мне нравитесь. Такой молодой и уже столько имён имеете. Так как вас называла мать?

Шляхтича не обманула добродушная речь и улыбка чужака. Внезапно он вспомнил, где слышал этот голос собеседника рыцаря - Джедаев и понял, что даже даже на том свете от них не спрячется.

За эту ночь он успел несколько раз потерять сознание и увидеть, как скончались Жид с Мазуром, но кто такой заказчик Цмока, не выдал. Мужества не хватило.

[Wilkas]

Глава одиннадцатая

Королевская свадьба 2

27 - 31 Июля 1655 года

Настя заигрывала с полковником Володиёвским и совсем не обращала внимания на Андрея.

«Эх, плюнуть бы на всё и согласиться на предложение Констанция Котовского. »

Лейтенант Андрей Муравьёв подумал ещё раз и решил, что идея друга - поехать к более сговорчивым девицам, не слишком удачна. Очень многие из ново прибывших панов и их окружения болели чумой этого века — сифилисом и так рисковать он не хотел. Он завистливо посмотрел на Толю Дроздова, свободно осыпающего комплиментами очередную даму из высшего общества.

«Дружба дружбой, а презервативы в рознь.» - выругался в уме, вспомнив его поговорку. - «Посмотрим, как ты запоёшь, когда они у тебя кончатся. Или как ты будешь пользоваться местными изделиями?»

Проблемы в половой жизни парня еле вступившего в третий десяток лет начались с того, что попав сюда он втюрился в Анастасию Брежневу и долго не мог подбить к ней клинья. Мешало и то, что Генерал зная об их значимости в предстоящих боях не выпускал его и капитана Дроздова в военные рейды вместе с СОБРовцами за преграду стен Борисова. Единственная битва, где разрешали ему поучаствовать, это был знаменитый штурм московитов, когда он со своим пулемётом был определён на вторую линию в случая прорыва. Но этого не случилось и Андрей только пару вечеров постоял на страже. Пострелял из старинных мушкетов в «Чехов» тогда достаточно и поразил пару целей, удивив своей меткостью многих. Но что с этого?

На истинных героев в рассказах прекрасной части человечества убивавших врагов сотнями он явно не подходил, всегда держался особняком и местные красавицы к нему относились пренебрежительно. Некоторые СОБРовцы спасли из плена красивых местных девушек и уже наслаждались их благодарностью, а он всё торчал в стенах Борисова и ждал своего звёздного часа.

Три дня назад к нему наконец подошла Анастасия Брежнева и начала расспрашивать о его прошлом и мечтах. Он тогда проговорил с ней несколько часов, всю душу вылил и уже решил, что в мире более нет такой умной и красивой женщины и что она наконец заинтересовалась им. Но на следующий день понял, что это был только интерес журналиста.

Даже когда его с Анатолием Дроздовым подозвал Генерал и он уже думал, что намечается что то стоящее, это был только приказ все места на вертолёте, которым могли причинить вред ударом палкой или саблей временно предохранить всеми подручными средствами.

« Значить все разговоры о том, что мы будем здесь тихо сидеть, пока инженера не сделают достаточно топлива из местной нефти, - правдивы. Интересно, где они найдут столько нефти, используемой здесь для медицины, что бы мы смогли не только долететь до Смоленска, но и вернуться?»

- Друг мой, какая красавица назначила и не пришла на свидание, что ты опять грустишь? - Котовский как всегда был навеселе и душой компании.

- Нет, просто у Генерала были какие то дела со Стрелком из Башни. Сам он не мог покинуть свадебного пира, потому пришлось отдуваться мне.

- Ну и как всё закончилось?

- Всё в порядке! Небесные воины справились с задачей.

«Ещё бы. Хотя интересно, почему нас с Анатолием на этот раз позвали на свадьбу одновременно? Обычно, один из нас всегда сидит внутри вертушки.»

Андрей ещё раз обдумал расклад сегодняшних распоряжении Генерала и решил, что им всё же дали возможность нормально оттянуться по случаю свадьбы.

- Андрей, - один из новых друзей, пан Шанецкий подал ему бокал вина. - Выпей и забудь про эту женщину. Княгиня жестока, как царица Набудохорсткая и развратная, как Месалина. Знаешь, сколько из нас тоже попали в её сети?

Муравьёв уже хотел запрокинуть содержимое бокала в глотку, как проходящая мимо виновница его горя шутливо ударила веером по руке.

- Андрюша, ты обещал мне танец! Не напивайся? И Генерал на тебя уже подсматривает.

Уши стали горячими сами собой. Парен вспомнил, о чём им всегда твердили командиры и еле не положил кубок на стол, что по местным обычаям было смертельным оскорблением для угостившего. Решив, что пан Шанецкий, с которым он уже неделю буянил, днями обучая его читать современные карты, а вечерами играть покер на это точно не способен и отпил глоточек.

- Красивая панна, - мечтательным взглядом сопроводил её фигуру полковник Котовский. - Хотя и худая очень. Эх, сбросить бы мне годков так двадцать. Слушай, а там, в будущем, не придумали такой молитвы, что бы произнёс её перед сном, а утром проснулся помолодевшим?

- Увы, но нет. Хотя медицина в наше время вытворяет чудеса, но этого она не может.

- Пан Заглоба, - холодно заметил каледонец Харламп. - Бог во второй раз не потерпит вашей греховной молодости и не допустит этого.

Взрыв хохота потряс весь стол. В последнее время в войске литовского гетмана начали ходить слухи, что некоторых из них потомки будут почитать, как былинных героев. Слухи эти родились в нескольких местах одновременно и любая попытка их отрицать, только ещё больше их распаляла.

Андрей давно догадался но никак не мог доказать, что источником их является сам профессор, уже давно среди своих прослывший политиком интриганом. Грезил и на Игорька, любящего распускать язык, ведь это его дружок прибежал к полковнику Котовскому и передал, что пана Заглобу ищет великий гетман.

Объясняться пришлось долго, под угрозой вызовов на дуэль. Но профессор покряхтел, побурчал и всё же показал содержимое своего ноутбука, где среди документальных фильмов, хранился и сериал «Огнём и мечом», консультантом которого он был. Старичок с Анастасией конечно предупредил всех собранных на этот домашний сеанс, что не стоит верить всему, что через двести — триста лет о них пишут потомки, и что игра актёров и замысел режиссёра часто расходится с реальностью, но полковник Володиёвский плевался и ругался во всю. Котовский же, добродушно посмеивался над своим прообразом и, поглаживая свои усы, твердил, что история, где он в деревенской избе отбивается от казаков не совсем правда. Всё это произошло рядом с Парижем и отбивался он от родственников мадемуазель Рошиньяк, решивших её женить на ней. Не знаком он и с паном Подбипяткой, но такой силач жмудин в действительности служил в его польку.

Подмигнув Володиёвскому он попросил того подтвердить, что при обороне Збржова парень и вправду один ударом отцовского меча отрубил три головы нехристей татарских. Мастер сабли сплюнул и вышел, но с того дня полковник Котовский начал вспоминать забавы своей молодости с большим удовольствием.

- Панове, - старик погладил свои усы и хитро улыбнулся. - Если бы Бог вернул мне молодость, я бы не делал больше грехов!

- Но меньше тоже, - само собой вырвалось у Андрея.

Как только стих хохот, к столу вернулся Анатолий Дроздов.

- Всё веселитесь?

Взяв бокал из рук подошедшего слуги, понюхал аромат и тут же брезгливо поморщился.

- Да что ты за говно мне подсовываешь? - отвесив хорошую оплеуху, приказал.

- А ну ка, выпей сам эту мочу!

Слуга побелел и начал утверждать, что негоже им пить панские вина, мол распорядитель празднеств увидев такое очень обидится, когда Анатолий ядовито поинтересовался.

- То есть опустошать запасы своих господ, когда они не видят, ты можешь, а при людно уже тебе совесть не позволяет?

Слуга уже собрался ответить, но смяк, когда Анатолий быстрым движением руки что то поправил ему около горла.

- Это быдло отважилось пить наше вино? - пан Шанецкий начал взял тупой столовый нож и начал им размахивать. - Где моя сабля? В петлю его!

- Тише, панове! - попросил капитан Дроздов, пока два угрюмого вида слуги отвели виновника в кухню, а полковник Котовский успокаивал своего молодого и горячего друга.

- Сейчас сам великий гетман свадебную речь толкнёт.

Андрей подвинулся и освободил место на стуле. Толик сел и начал тихо нашептывать ему на ухо.

- Слушай, я тут с такими шикарными девахами познакомился. Главное, - чистые!

- Это как? - посматривая, как гетман одаривает детей, не удержал своего удивления Андрей.

- Сёстры милосердия! Санитарки! Их там на случай заразных болезней всех проверяют. А поступают в орден Красного Креста все лучшие девицы благородных семей теперь одна за другой. Модно это стало.

Андрей одним ухом слушал друга, другим следил, как князь Огинский меряется своей родословной с гетманом.

«Хороший выход. Может, так я тоже найду своё счастье» - закрылся в своих мыслях, когда Генерал позвал смутно знакомого местного шляхтича в зал.

« А эта брюнетка даже очень ничего. А как глазами зыркает? Сразу видно горячую кровь»

Он уже начал представлять, какой может быть паненка в постели, когда зал взорвался во всеобщих криках одобрения.

- Что это было? - спросил у Дроздова.

Тот молчал и задумчиво осматривал его лицо.

- Поздравляет нового Небесного воина. А ты, ничего не заметил?

- Жалко СОБРовца. Всё же один из наших. Но что я должен был заметить?

- Присмотрись по внимательней к этому шляхтичу, новичку среди наших!

- Вроде бы я его где то видел? Только не помню где.

- Не помнит он, - съехидничал Анатолий. - А ты давно в зеркало смотрел?

Андрей ещё раз окинул взглядом на шляхтича.

- Да пошёл он. Лучше расскажи об этой брюнетке? - этот вопрос показался ему более важным.

Капитан хитро улыбнулся и обратился к пану Шанецкому

- Похоже наш юный друг наконец определился и положил глазок на вашу племянницу, панну Шабловскую?

Стол снова взорвался в приступах смеха. Шанецкий холодно заметил.

- Панна Шабловская, по договору наших родителей, моя невеста.

- Помилуйте, князь! А вам ещё не говорили, что жениться на двоюродных сёстрах, это прямой путь к вырождению потомства? За чем вам такая головная боль?

Капитан, как обычно, блеснул остроумием, а Андрей присмотрелся получше к чернявенькой. Она о чём то болтала с Настей, бросая из под ресниц многообещающие взгляды в его сторону.

«А деваха и вправду ничего.»

Высокая девушка, наряженная в дорогое платье, красовалась среди своих подруг простым белым платком с вышитым красным крестом. Прядь волос цвета вороньего крыла всё время выскользала из под головного убора и она так смешно и беззащитно поправляла её, что Андрею сразу захотелось подойти к ней и чем то утешить.

- Пан Шанецкий, представьте парня вашей кузине, а то по нашим законам неприлично мужчине первому заговаривать с девушкой, - помог Анатолий.

- Скоро начнётся торжественная часть, и вы сможете не только поговорить, но и потанцевать хоть со всеми ними, - холодно заметил князь.

Так и случилось. В середину зала вышел церемониймейстер, стукнул позолоченной палкой об пол и торжественно произнёс.

- Время полонеза! Начинаем!

Цимбалист заиграл и великий гетман галантно поклонился Анастасии и вытянул руку, попросив её подать пример первой пары танца. Только потом к им могли присоединиться и остальные гости, также учтиво прося своих дам составить компанию. Андрей выпрямился, подошёл к брюнетке и, кивнув в знак уважения головой, протянул ей руку, приглашая на танец. И удивился, обнаружив, что вместе с ним это сделал и тот самый, смутно знакомый шляхтич из только — что принятых в их ряды.

«А я его уже ненавижу!» - заметив, что соперник испытывает к нему аналогичные чувства, решил.

- Дорогой кузен, - после некоторой паузы ответила черноволосая и протянула руку стоящему за их спиной Шанецкому. - Вы так вовремя.

- Панове рыцежи,- уходя обратилась он к обоим. - Мой наречённый чуть не попал из-за вас в такой кунфуз.

И ушла, окатив обоих горячим взглядом из под ресниц.

- Шоб я згинул, - пробормотал соперник. - Только увидел панну моего сердца, а она уже повенчана.

- Больше нет, - машинально ответил Андрей. - Женитьбу среди родственников второго колена скоро запретит церковь. Наши новые данные об генетических отклонениях в таких случаях просто ошеломили её.

- Анджей Муравский, если пан позволит! - представился соперник. - У меня такое ощущение, что мы где то раньше виделись?

Андрей взмахнул рукой захотев послать его по дальше и объяснить, что чернявенькая всё равно будет его, когда перед ним стала раскрашенное чудище в перьях и преклонила колено.

- Пан Анджей, я благодарю за оказанную для меня честь!

Андрей уже хотел скрутить гримасу отвращения, но во время вспомнил вспомнил о приличиях.

Учтиво взяв девушку за руку, он отвёл её в зал и вступил в ряды пар. Смутно знакомого шляхтича тоже подхватила какая-то паненка, но место он занял впереди.

« А Генерал, в последние дни заставивший меня с Анатолием изучать шаги этого танца, по своему прав.» - пронеслись мысли в голове. - «Кому то из нас, Небесных воинов надо научиться показывать и свои хорошие манеры.

Тем временем шеренга уже образовалась и на середину зала снова вышел церемониймейстер и громко произнёс.

- Полонез Огинского.

Из громкоговорителей полилась музыка будущих времён. Андрей поклонился звезде местных панков и спросил.

- Прекрасная незнакомка, вы так неожиданно появились на моём пути. Кто вы?

Девушка широко, показывая свои золотые зубы, улыбнулась и хитро посмотрела.

- Пусть для вас это остаётся тайной.

«Да чтоб мне сдохнуть! Меня нагло клеят.» -это была первая мысль пришедшая в голову Андрея.

- Но я могу вам сказать, что являюсь простой горожанкой не высокого рода и хочу попросить у вас помощи. Ведь вы, Лыцари Небес всегда приходите на помощь?

«Ещё и дура в придачу» - Андрей даже и не знал, как ответить на такое наглое приставание. - «Простая мещанка в зале, где пускают только по ВИП билетам? Кому она мозги пудрит?»

- Конечно помогу! - машинально пообещал и добавил в мыслях. - «Пинком в зад!»

Девушка аж расцвела и начала расхвалят его доблесть и искусство танца.

- Да что вы, шановна пани!

Андрей знал о том, что танцует он как раз не важно и эта неделя тренировок не смогла сделать из его профессионала. Приглядевшись к окружающим решил, что лучший способ не выглядеть в глазах окружающих это подстроится под телодвижения своего соперника. Как не странно, это получилось сразу и Андрей в одно время даже поймал себя на мысли, что даже угадывает их на перёд.

- Мой лыцарь, - напарница выбрала момент, когда им надо было сблизится и часто задышала. - Я жду вас сегодняшней ночью.

Андрей поклонился, чувствуя, как горят его уши.

«И откуда она свалилась на мою голову?

Навязавшаяся девка из высшего общества тактично отодвинулась и подала ему ладонь левой руки. Шеренга начала двигаться под такт волшебной мелодии и пришло время выразить признание и другим гостям. Андрей изобразил поклон перед шведским послом, учтиво поздравил супругу Огинского и послал горячий взгляд в сторону черноволосой. Каждые пару тактов перед ним оказывался новый участник бала, которому надо было улыбнуться или сказать хорошие слова, но Муравьёва интересовала только она.

Брюнетка чем дальше, тем больше занимала его думы. Когда Андрей увидел, что этот смутно знакомый новичок перекинулся парой фраз с ней, его сердце чуть не выпрыгнула из груди.

«Кому, кому, а тебе она точно не достанется!» - вспыхнула мысль.

Очутившись рядом с ней, он сразу приступил решил взять быка за рога.

- Шановна пани, как я только увидел вас, сразу понял, что готов жизнь отдать ради вашей улыбки!

Брюнетка странно посмотрела и холодно ответила.

- Вы, что? Договорились с братом? Но я говорю спасибо шановному рыцежу за лестные слова.

«Всё равно ты будешь моей!» - Андрей уже понял что сделает всё возможное, но завоюет сердце брюнетки.

- Вас интересует Шабловская? Да бросьте! Зачем вам эта нищенка?

Звезда местных панков снова стала рядом и подхватила руку.

- Мой рыцарь, вы мне обещали тайное свидание. А словами разбрасываться нельзя!

Звуки полонеза стихли и Андрей наконец вздохнул по свободнее. Он уже решил, что мучение хорошими манерами закончились, но девица бульдожьей хваткой вцепилась в него.

- Сейчас мазурку станцуем и я расскажу, какой помощи от вас дожидаюсь.

Ситуацию спасла Анастасия Брежнева. Ледоколом пробившая толпу, она схватила за руку Андрея и, оттащив в сторону, прошипела.

- Ты, чё заигрываешь с этой арогантной стервой. Не видишь, что она не носит красного креста на одежде? Или тебя не предупредили?

Андрей покраснел, но огрызнулся.

- Да если я ничего не придумаю, она меня изнасилует прямо здесь! На столько вцепилась. И кто она вообще такая?

- Ооо, если тебя насилуют, раздвинь ноги и постарайся получить удовольствие! - теледива еле сдержала приступ смеха, но тут же стала серьёзной. - Княгиня Гонсевская наш враг! Так что пока выкручивайся, как можешь. А мы уже что нибудь придумаем.

- Настя, - Андрей задержал уходящую журналистку.

- Пожалуйста, познакомь! Нет, - замолви за меня словечко перед панной Шабловской. Я, совсем этого не хотя, пару раз её в неловкое положение поставил и теперь не знаю, как выкрутиться? Всё этот новичок из Полоцка мешается под ногами.

- Ой, герой любовник! - Настя при всех поцеловала его в щёку. - И его брат соперник! Сделаю всё что смогу.

Андрею показалось, что уходя она еле сдерживает смех и даже утирает слёзы.

«Чёртовы бабы, никогда не пропустят случая поиздеваться!» - понял простую истину, когда увидел нагло раскидывающий в стороны гостей танк, по имени княгиня Гонсевская.

- Мой лыцарь! - схватила его. - Что вам говорила эта противная еврейка, не знаю почему, но строящая из себя аристократку? Надеюсь ничего оскорбляющего моё достоинство?

- Да нет, просто обратила внимание, что нам, «Небесным воинам» не рекомендуется общаться с дамами, которые не носят красного креста на одежде, - Андрей улыбнулся как можно ласковее. - А теперь, извините, меня генерал подзывает.

Парень оставляя ошарашенную графиню уже поздравлял себя с лёгким решением проблемы, когда она всё же догнала его.

- Завтра у меня будет шапочка с красным крестом. Чего бы мне это не стоило! И тогда мой рыцарь будет только моим. Мы, Гонсевские, никогда не отступаем от намеченной зели. Такой девиз нашего рода!

- Ясновелможна пани, меня ждёт генерал. Об остальном поговорим завтра.

Андрей холодно поклонился на прощание и поспешил к своему командиру. Генерал как раз пил вино на брудершафт с местным вельможей не из последних и увещевал его

- Пан Гонсевский, за чем вы на нас зло держите? Ведь одно дело делаем, с одним врагом боремся. Смотрите, нашему красавцу так понравилось ваша дочка, что он без ума от неё. Или я ошибаюсь, капитан Муравьёв?

Андрея как будто в прорубь макнули по середине зимы. Генерал явно намекал, что хочет продолжения его отношении с дочерью старика, полевого гетмана Литвы — Винцента Гонсевского.

- Да, но...

- Никаких но! - Генерал пьяно подмигнул. - Ты у нас парень крепкий, так что возьми себя в руки и исполни свой долг перед родиной.

- А достаточно родовит ли он для моей старшей дочери? Ведь к ней сватается наследники самых лучших семей Польши.

- Моя мама простая учительница, а отец — бригадир электрик. Нет знаменитостей в нашем роде! - Андрею показалось, что он уже нашёл выход из создавшегося положения.

- Молчать, когда старшие разговаривают! - закричал пьяный генерал.

- Он парен молодой и прибедняется. Ясновелможный пан слышал. Отец у него — бригадир электрик, а не х.й собачий. У нас это по круче иного князя будет.

- Но я даже не рыцарь Джедаев, а девушка не носит красного креста.

Совершенно ошарашенный Андрей использовал последние доводы, что бы уйти от такой судьбы, но генерал не унимался.

- Подумаешь, ещё не рыцарь Джедаев. Так у тебя ещё всё впереди. Возьмёшь в плен Московского царя и станешь им.

- Алексей, правильно ли я говорю? - обратился к подошедшему Герасимову.

- Правильно, пан генерал. Только я сейчас забираю парня, пока он не потерял сознания от свалившегося счастья.

- Спасибо, - сказал Андрей, как только они отошли от стола с генералом. - А тут меня чуть насилу не женили.

- Привыкай парень к местным нравам. Здесь детей не спрашивают нравится им невеста или нет. А спасибо говори Насте. Это она попросила вытащить тебя из этого дерьма.

Андрей с Алеком направились к компании молодых людей, весело обсуждающих какую то сплетню.

«Тебе она не достанется» - решил Андрей, увидев как этот смутный незнакомец о чём то говорит черноволосой.

[Wilkas]

**

Генерал протёр лицо мокрым полотенцем.

- Ну и на фиг этих шляхтичей! Пьют, - не просыхая.

- А что вы думали? - усмехнулся профессор. - Спирт и вино в теперешние времена распространенный способ поднять кислотность желудка. Особенно, когда надо кушать торт, из которого только - что вылетели двенадцать грязных голубей.

- Не тереби душу!

Генерал с отвращением посмотрел на шёлковый носок и натянул его на левую ногу.

«Для того, что-бы вши и блохи не могли распространять заразу вроде чумы нужен шёлк. С ума сойти!»

- Как там мои ребята? Держали себя скромно?

Генерал пробовал все праздничные дни вести себя достойно и не подаваться на призывы выпить с очередным вельможным паном, но последнее застолье доконало и его.

- Кроме вашего стрелка из вертолёта, все были паинками.

- А что тот натворил?

- Подсунул дочке Гонсевского вместо себя какого то конюха. Отец разъярился.

- Что! - похмелье сразу испарилась из головы. - Да как он посмел?

- Хуже того! - буднично оповестил профессор. - Он дал клятву рыцаря, что возьмёт в плен самого Московского Царя.

- Как дал? Кому дал? - последние остатки похмелья покинули мозг генерала.

- Какой-то девице из мелкой шляхты. Из-за неё он повздорил с ново принятым «Воином Небес» и теперь весь обоз делает ставки, кто из них завоюет её сердце.

- Они что? Совсем с ума посходили?

- Молодёжь. Хвала Богу, что ещё на дуэль друг друга не вызвали.

-То-то Гонсевский вчера так ругался. Только не понимал из-за чего? Чёрт! Столько работали над тем, что бы перетянуть его на нашу сторону и всё рухнуло. Сколько войска увёл он с собой?

- Нисколько. Все остались с нами.

Генерал с недоверием посмотрел на улыбающиеся лицо профессора и спросил.

- Это почему? Ведь уходя он грозился перейти к московитам?

- Закон военного времени. Трусов и перебежчиков вешаем сразу.

- О чёрт! Да ведь вся его родня теперь станет нашими кровниками. Пока не отомстит, не успокоится.

- Не будет, если вы его не повесите! - профессор услужливо подал ему тарелку с рассолом квашенной капусты.

Генерал задумался. Один из союзников, к охмурению которого он приложил столько сил, вдруг оказался в темнице. И теперь винит в этом его.

- Слушай, а с этой девицей переговорить нельзя? Извиниться или как тут принято?

- А за чем? - историк флегматично налил ещё рассола. - Девке конюх так понравился, что стоны раздавались аж за километр.

-Так может быть все образумиться и Гонсевский успокоится?

- Нет, он требует, что бы Андрей Муравьёв всё равно женился на его дочери. Иначе позор упадёт на весь его род.

Генерал оделся, ещё раз проверил как на нём сидит пошитое местными умельцами форма, натянул ботинки и буркнул.

- Не повезло парню! Но что там с этими террористами - отравителями? Поймали?

- Уже поют. Оказалось, что их бы было даже две группы. Опасаясь агентов Москвы, мы чуть не проморгали святош.

Историк рассказал, что по данным допросов к ним удивительное внимание начал уделять один из епископов католической церкви, но пока никто не знает почему. Слушая это, генерал сразу вспомнил рассказ вестника из Полоцка о необычном парне, пошедшем в услужении к этому священнику.

- Это Олег Таругин. Змеёныш выжил и начал мстить. Поговори с Вильнюсским епископом, поспрашивай, что он там наплёл. У тебя это получится лучше, чем у меня.

Генерал осмотрел себя в зеркале и перешёл к намеченной встречи с три дня назад прибывшим шведским послом. Генадий Михайлович рассказал, что он и другие уже давно подготавливают почву, кормя его разными намёками о незавидной участи Швеции в будущем.

- И знаете кого нам прислали в голове посольства? - поспешил поделиться новостями. - Знаменитого Чёрного барона, Кароля Густава Врангеля.

Генерал с недоумением посмотрел на историка. Такого исторического персонажа он знал только одного, но не в это время и не на этом месте.

- Это предок нашего Чёрного барона, носящий такое же прозвище из-за любви к доспехам такого же света. Полагаю, такая информация вам тоже пригодится.

Генерал выпил ещё рассола и согласился. Но до встречи оставалось ещё много времени и он решил сходить к раненным в лазарет. Слишком много его солдатов в последнее время там очутилось, пришла пора выяснить, смогут ли они завтра выступить в поход?

Огромная палатка встретила его множеством молодых людей и бабкой Верой, их гоняющей. Бывшая старшая медсестра скорой помощи увидев его сразу юркнула в проход. Генерал пожурил себя, за свой необдуманный поступок в первые дни переноса, когда чуть не приказал выпороть её за глупые реплики, снижающие обороноспособность крепости. С тех пор одна из главных спецов избегала его даже тогда, когда требовалось поговорить «по душам».

« Как только выясню, где и когда она побывала «За речкой», сразу найду общий язык. Но бабка Вера молчит о своём прошлом, словно только в тайных операциях участвовала.»

Генерал уже давно искал способа извиниться перед женщиной и сегодняшний визит в лазарет должен был стать решающим шагом в его дальнейших планах. Он прошёл мимо хихикающих молодых медсестёр, среди которых вдруг увидел очень много девушек из высшего общества и их ухажёров и вступил в огромную палатку, где на деревянных кроватях лежали тяжело раненные. За последние дни здесь их очень прибавилось, ведь во время свадьбы молодые люди не только пили, но и дрались на саблях в поединках. Пьяных шляхтичей не останавливало даже то, что выжившие автоматически отправлялись в штрафные роты елеаров. Даже наоборот, узнав, что их обучать будут сами «Воины небес», многие специально ввязывались в поединки, и тут же бежали показывать свои маленькие раны в лазарет.

«С этими ещё разберёмся» - решил про себя генерал, когда увидел, что бабка Вера склонилась над кроватью, где лежал раненный Сергей Ротмистров, по кличке Книжник. - «Но мы так и не узнали, кто был заказчиком этого покушения. Ударивший его скамейкой по голове незнакомец, как и вожак пьяниц были растерзаны посетителями корчмы. Теперь старый Григас выясняет, откуда они появились и с кем?»

Генерал подошёл к кровати и шепотом спросил.

- Как он?

Бабка Вера сняла повязку с глаз Книжника и провела перед ними свечой.

« Всё! Зрачки не реагируют на свет. У меня украли ещё одного солдата.»

Генерал отбросил недостойную мысль, что следующей жертвой в череде покушении может стать он сам и налил из своей фляги чарку вина тяжело раненному.

- Не переживай, парен! Такие увечья я видел уже много раз. Пару месяцев постельного режима и зрение к тебе вернётся.

- Генерал, это была моя вина. Так глупо подставился. Но обещаю, как только зрение вернётся, я снова присоединюсь к остальным.

- Я верю тебе, солдат! Наша с тобой война будет длиться ещё долго, до полной победы над врагом! И когда мы их победим, отпразднуем это на твоей свадьбе! А пока, выздоравливай.

Генерал слушал, как парень обещает быстро вернуться в строй и осмотрел палатку. Она стала не только просторнее, но и на много чище, что не могло не радовать.

- Вероника Михайловна, я выражаю вам благодарность за проделанную работу. Может вам нужны ещё какие-нибудь средства или материалы? Вы только обращайтесь, теперь с этим проблем нет. Мы уже не в осаде, а князь Радзивил и другие вельможи всегда готовы помочь вам.

Сказав это генерал, сразу понял, что сморозил глупость. Глаза бабки Веры сузились и она прошипела.

- Миша, ты всегда был дураком по жизни. Не видишь, что мы справились сами, без твоей помощи. Так что уходи. Не порти нам настроения.

- Вероника Михайловна, как же так. Если вы злитесь надо мной из-за этого досадного инцидента месяц с лишним тому назад, то я готов извиниться в любой форме. Погорячился я тогда, хотел избежать паники.

Женщина — врач надулась и начала выталкивать его из лазарета, крича при этом, что он как был дураком, так и остался. Генерал сразу захватился за эту фразу и спросил,

- Вероника Михайловна, а не побывали ли вы в конце восьмидесятых «За речкой»? Что то лицо ваше мне знакомо.

- Товарищ Чернецкий, я вам повторяю! - женщина выталкивала его из палатки всеми силами. - Мы никогда не встречались и даже служили в разное время. Вы меня точно с кем то спутали.

Генерал понял, что очередная попытка примириться с женской частью местного населения пошла прахом и решил гордо удалиться. Но прямо на выходе он споткнулся с Виктором Качинским и Сергеем Акимовым. Они внесли стонущего парня, в котором генерал узнал Мацея Квинту.

-Что случилось? - забеспокоился Михаил Чернецкий. - Он же должен был сегодня вечером отправиться на разведку в окрестности лагеря Московского царя.

- Это всё вина Кобры. Перепутал что то в растворе делая татуировку и теперь парень пал в горячку, - ответил Качинский.

Генерал чуть не лопнул от злости. Тщательно приготовлены план по избавлению от конкурента трескал по всем швам.

- Да я с такими ранами в молодости сутками воевал, не выходя из окопа. Вечером я хочу видеть его в полной боевой готовности.

- Как вечером, - закричала подбежавшая Анастасия Брежнева. - Не видишь, что парень в горячке. Да тут как минимум заражение крови.

- Это если господь Бог даст, - подтвердила бабка Вера, приподняв парню веки и накинулась на принёсших.

- Горячка. Вы что думали, делая ему такую большую татуировку в антисанитарных условиях. Да он может откинуться уже завтра.

- Спокойствие, только спокойствие, - генерал удостоверившись, что соперник может помереть и без его вмешательства вздохнул спокойно. - Пусть парен отлежится, пусть встанет на ноги. Родина нуждается в его услугах. Но кто проведёт разведывательную операцию теперь?

-Виконт де Реньяр и я со своими людьми! - отрапортовал Виктор Качинский.

- Ты, нет! Нас слишком мало осталось, что-бы так просто рисковать. Хватит полков виконта и Мацея Квинты.

Генерал уже понял, что теперь уходящим на разведку солдатам он объявит совсем другие задачи и даже поменяет весь план сражения. Сейчас в погибели разведчиков нужда отпала и их можно было использовать в другом месте.

- Верните мне полковника к жизни, - брякнул уходя и надеясь, что скоро сердце Ирины освободится.

**

Сергей Дубненский завернул свой пистолет в промасленную тряпку. Решение оставить его инженерам была не самой лучшей, но другого выхода не было. Последние патроны он отдал Алеку, а таскать с собой лишнюю железяку было глупо.

«Скоро я тоже обвешусь пистолями местного производства, как ёлка в Новогоднюю ночь.» - загрустил и сосредоточился на докладе Анджея Муравского.

- Так мы подошли к хутору Багровича и настроились на радушный приём. Только он нас не впустил. Ни я, ни шляхтич Буркатовский долго не могли понять такого странного поведения нашего хорошего знакомого, пока не выяснили, что на повет уже давно наводит страх банда шишей под руководством пришельца, который называет себя Небесным воином. А когда пан Багрович услышал, что и среди нас тоже появились такие, то решил скорее умереть со всеми домочадцами, но не потерять своей чести.

Сергей, на правах старшего, задал ещё пару уточняющих вопросов и, удостоверившись, что информацию переварили все, попросил продолжить рассказ.

- Именно тогда, когда воин небес Александр Кулькин переоделся простым елеаром и вошёл в усадьбу Багровича, я понял, на сколько вы уподобились первым христианам. Ведь наши королевские крылатые рыцари никогда не опустились бы до ношения одежды простолюдина. У них уже давно исчез дух смирения и даже свою гордость они считают не грехом, а добродетелью.

- Он сидел третьим по левую сторону моей руки и в основном молчал, но всё равно слуги и домочадцы пана Богровича скоро поняли, что это не обычный елеар и начали подносить ему самые лакомые блюда раньше нас. Поняв, что его разоблачили, лейтенант Кулькин спросил...

Сергей знал причину провала.

Они уже столько раз для тренировки хотели притвориться местными, но почти всегда исход был одинаковым. Их, кроме полковника Карася, разоблачали уже в первых минутах разговора.

«Да у нас на лбу десять классов образования написано.» - грустно вспомнил все эти попытки.

«Пан Григас уже объяснил нам, что мы не так движемся, не так смеёмся, не раболепствуем перед господами и не унижаем слуг и даже пахнем мы не так. Для местных мы на всегда останемся чужаками.»

- Лейтенант Кулькин ещё раз переспросил, как выглядит этот «Небесный воин» и сказал, что должен встретиться с ним.

Сергей выслушал рассказ парня о всех хитростях, на которые они пустились, что бы выманить главу шишей на переговоры и согласился, что без помощи местных ничего бы не вышло. Самозванец и в прям обладал немалым талантом руководителя, раз сумел вокруг себя сплотить банду с двумя сотнями боевиков. Проблема была в том, что он не только разбил и ограбил несколько обозов московитов, но и не побрезговал разорением пары панских застенков.

«Да наша Беларусь всегда славилась партизанами и их методами борьбы. Жаль, что их методы борьбы чаще приносят вреда, чем пользы.»

- Тогда полковник Карась и говорит самозванцу, - продолжал рассказчик. - Мы не в обиде на тебя из-за того, что ты, ради военной хитрости напялил одежду мертвеца. Это был хороший ход с твоей стороны и для нашей победы полезен. Мы не прощаем тебя того, что ты опорочил наше доброе имя грабя и насилуя ни в чём не повинных людей. Святая Дева плачет смотря на твои грехи, потому прими свою казнь со смирением.

- Это точно говорил наш полковник? - поинтересовался Виктор Качинский. - Что то не похоже на него.

Анджей Муравский покраснел.

«Как же он похож на Андрюху Муравьёва.» - подумал Сергей. - «Такой же молодой и не умеющий врать.»

- По моему, да. Там все ваши говорили, может что-то и попутал. Но то, что самозванец услышав это расплакался и покаялся, помню точно. А потом ему дали последнее слово для защиты и услышав его рассказ заплакали уже многие.

- Это как-то? - сразу вырвалось у собравшихся.

- Он поведал нам о своей мечте, когда простым могилёвским шляхтичем ждал царя московского, как избавителя от притеснения католиков и жидов, а вместо того получил угнанную казаками в рабство семью, убитого отца и младшего брата. После того он поклялся всеми святыми, что не умрёт, пока не отомстит и начал перебираться к князю Сапеге. Однажды, спрятавшись в лесу, он увидел бой сотни казаков с пятью немцами, закончившейся победой последних. Когда двое выживших наёмников ушли, он вместе с другими холопами из ближайших деревень выкопали трупы и похоронили их по христианскому обычаю.

Сергею захотелось выругаться. Он по докладу генерала уже знал, что в живых из перебежчиков остались только его адъютант и Женя Белоусов. Зная прирождённую коварность последнего, Сергей сразу понял, что все их неприятности ещё впереди.

- Так самозванец подобрал для себя новые сапоги и одежду взамен старых и ушёл. Оружие наёмников он тоже забрал с собой, надеясь найти в немецких землях кузнеца знакомого с этими новинками. Он долго шёл на запад, всё удивляясь почему в некоторых хуторах сначала его хотели убить, как исчадие ада, но вид заморского оружия и рассказ об этом, как он с друзьями разбил казачью сотню всегда открывал ему двери. Скоро к нему присоединились молодые парни из разграбленных казаками или башкирами деревень и он впервые услышал об «Небесных воинах» пришедших на помощь жителям Борисова, и об их чудесах.

- Сначала он тоже хотел пойти к остальным, но узнал, что в крепости находится полковник Поклонский.

- И чем он ему так не угодил? - спросил Сергей.

Новичок стушевался.

- Но полковник всё ещё служит вам и князю Радзивилу. И это он призвал вас от туда?

- Анджей, по чьей воле мы тут очутились, это другой вопрос. Но полковник Поклонский тут явно не причём. Потому продолжай!

Парень закрыл глаза и продекламировал:

- Когда пришли за жидами, я не вмешивался.

Ведь я - не жид!

Когда пришли за католиками, я не вмешивался.

Ведь я - не католик!

Когда пришли за униатами, я тоже не вмешивался.

Ведь я был истинным православным.

А когда пришли за моей семьёй!

Уже некому было за нас не заступиться.

- Чьи это слова? - после некоторой паузы спросил Владислав Леонидович.

Анджей Муравски открыл глаза и уставился в деревянный потолок Смотровой башни.

- Самозванец так закончил свою речь. Всё же за время учёбы в Kраковском университете он хорошо выучил риторику. А почему вы об этом спрашиваете?

- В нашем мире тоже распространена похожая присказка о том, как люди трусливо хотели отсидеться за плечами евреев и коммунистов, - тихо сказал Владислав Леонидович. - Но ты так и не ответил, почему он так невзлюбил полковника Поклонского?

- Самозванец, а по жизни - шляхтич Ивановский покаялся, что служил под его руководством, когда тот решил присягнуть Московскому царю и также участвовал в расстрелах евреев с католиками. Он понял свою ошибку только тогда, когда казаки Золоторенько угнали в полон его семью. Полковник Поклонский отказался тогда помочь и самозванец понял, что всё это время воевал не за ту правду. Как мы поняли из его рассказа, они тогда переругались с полковником на смерть и он еле унёс ноги. Потому и не пошёл он в Борисов со своим отрядом, а решил мстить всем по своему.

- Не смотря кто прав, а кто виноват — констатировал Виктор Качинский. - И что решил полковник Карась?

- Как и говорил, сначала он хотел его повесить за присвоение имени «Небесного воина» и очернения его своими преступлениями, но потом смиловался. И решил, что принесённые им вести об отряде воеводы Сергея Урусова смягчают его вину.

- И что это были за вести? - не сдержался Муравьёв.

-Воевода этот недавно ограбил Кейданы и теперь возвращался с большим обозом в Полоцк. Было их не много, только пара полков, потому и «небесные воины» сразу придумали план, как их победить.

Анджей Муравский подгоняемый нетерпеливыми слушателями рассказал, как при помощи простых завалов из деревьев и толстых верёвок соорудили длинную ловушку для разведчиков московского воеводы, всё время поражаясь её простоте. Сергей и его друзья сразу узнали в ней обычный загон для зверей, действующий по принципу бутылочной горловины. Потому, в отличии от местного, не удивились бескровной победе.

- Анджей, помни. Мы не хотим, что бы наши люди погибли в войне за свои идеалы. Мы хотим, что бы их сукины дети погибли в войне за свои идеалы, - блеснул чужой мудростью Андрей Муравский.

Все рассмеялись. Вражда двух парней из-за девушки забавляла многих. Особенно заметивших, как они друг на друга похожи. Версии по этому было много, особенно если вспомнить историю с Дашей Зленчинской из рода Столярских и сейчас все гадали, чем это закончится?

- Мы потом хотели ещё раз провернуть такое, но на этот раз с меньшим успехом. Самозванец с десятком своих вновь стал приманкой для московитов, но на этот раз среди них оказался всадник на очень хорошем коне и сумел их догнать ещё до начала ловушки. Он успел пару раз смахнуть саблей и посёк двух из наших. Самозванец увидев смерть своих людей развернулся и сцепился с ним. Но тут подоспели другие и его посёкли.

- Дурак! - вырвалось у Сергея. - Приказ же был заманить в ловушку, а не геройствовать.

- Точно также ругались и другие «Небесные воины», когда один литвин из сидевших с ними в засаде предложил себя на роль приманки. Он пробрался на расстояние пистолетного выстрела к московитам, убил их предводителя и побежал назад. Озлобленные враги погнались за ним и тут же попали в ловушку. Но несколько татар на этот раз спаслись и предупредили остальных.

- Храбрость одних не спасает от глупости других, - сказал Владислав Леонидович. - А кем был этот храбрец и как его наградили?

- Обет христианской скромности не позволяет мне высказать во слух его имя, - Анджей потупил глаза. - Я лучше продолжу рассказ о битве.

- Продолжай, брат, — по дружеский улыбнувшись сказал Сергей заметив, как побелел Андрей.

- Их воевода не зная нашей численности сразу соорудил оборонительный лагер и решил выяснить с кем воюет. На наши призывы сдаться он отвечал бранью и решил схитрить. Он послал своих лёгких татар на разведку, не зная, что «небесные воины» могут видеть их передвижения за полторы тысячи шагов и даже ночью. Как только они отъехали, что бы сделать обходной манёвр, ясновельможный пан Сергей Олегович приблизился к обозу московитов на расстояние мушкетного выстрела. Положив на землю мешок с песком, он спокойно, а враги стреляли по нему как бешеные и даже пушки выкатили, нацелился и сделал три выстрела из своего ружья. Как и сейчас помню своё удивление, когда увидел светящую траекторию его пуль.

- Зажигательные или трассирующие? - снова решил блеснуть своим знанием Андрей Муравьёв.

- Наша новейшая разработка. Специально для таких случаев, - ответил Владислав Леонидович и попросил Анджея продолжить свой рассказ.

- Сергей Олегович попал прямо в пороховые мешки пушкарей и там открылись врата ада. И я увидел, как черти выскакивали из огня и забирали души схизматиков к себе на пекло.

Сергей увидел, как Виктор Качинский сжал руку Андрея и не дал тому блеснуть своими знаниями в опровержении средневековых суеверии.

«Уф» - вздохнул с облегчением, когда услышал смеющегося над своим первым впечатлением Анджея. - «Надо всё же как то остудить этих двух петушков».

- Когда взрывы стихли, мы увидели, как московиты убегают от всех сил и разрешили шишам покойного самозванца преследовать их, приказав при этом вернуться на поле битвы утром и осмотрели отбитый обоз.

- Наших много освободили?

- Нет. Московиты в Кейданах вырезали всё население. Только сотню простых холопов — возниц с собой взяли.

Все угрюмо замолчали. Анджей продолжил рассказ о том, как полковник Карась, услышав такое, приказал на этот раз сдавшихся не отсылать в плен, а просто перебить.

- Что случилось с ускакавшим отрядом лёгких татар? - спросил Сергей.

- Они, как заметили, что обоз пал решили удрать. Но далеко не ушли. За ними местные шиши такую охоту устроили, что спаслись только каждый пяты.

- Плохо. Слишком много свидетелей.

- Как похоронили самозванца? - вдруг спросил Виктор Качинский.

- По старым христианским обычаям, как положено. Сложили большой курган из погибших врагов и наверху положили наших героев. Засыпали землёй и окропили кровью любимого скакуна шляхтича Ивановского.

Собравшиеся на башне даже не удивились такому христианскому обычаю среди местных. Они уже давно поняли, что все их знания об истории христианства не соответствуют действительности середины семнадцатого века. Московские православные особенно из недавних татар часто рассказывают о деяниях святых Магомета и Аллаха, называя их по своему — Маханей и Алёшей. Католики карают за неудачи идолы своих святых забивая в их гвозди или разрубая топором, или украшают их цветами если повезло. Историк Левицкий, когда они обратились к нему за выяснением, только отмахнулся сказав, что главные церковные реформы на территории будущей Российской империи ещё впереди. При этом историк жаловался, что и у него самого голова болит от разных мелочей, прямо таки указывающих, что они как будто не в своём прошлом.

Друзья уже подготовились услышать какие хитрости придумал их полковник с друзьями для взятия Полозка, когда трубач выдал сигнал построения.

- Всё! - положил ладонь на плечо Анджея Сергей. - Прости брат, но служба зовёт. Последнее построение перед завтрашним маршем. А ты поговори наконец по душам с Андреем. Вы оба нормальные пацаны и оба родом из Лужицы. Может ещё что-нибудь у вас состыкуется. ( О том какие реформы провели наши герои на Лужицах, прошу читать в новом романе известного белорусского писателя фантаста А. Муравьёва «1655».Прим Автора)

[Wilkas]

Глава двенадцатая.

28 Июля — 12 Августа 1655 года

Территория Республики Трёх Народов

Овод лениво увернулся от удара ладонью и улетел. Как бы насмехаясь, он приземлился на круп лошади одного из сопровождающих, избежал удара её хвоста и выбрал объектом своих обследовании ближайшее тело на кресте. Попробовав мягкость кожи на волосатом паху страдальца он решил, что это самое лучшее место для выкладки яиц. Щеку висящего на кресте человека свело от судороги и он повернул голову. Облепившая его глаза и окровавленный рот мошкара отнеслась спокойно к такому телодвижению и продолжила свой пир.

«Если кто-нибудь из них ужалит меня, то наверно заразит чумой», - Юродивый посильнее закутался в присланную царём шубу. - «А мне нельзя заболеть. Я слишком ценен для Родины.»

Где то в его мозгу захихикал Белоусов.

- Заткнись! - мысленно приказал ему Юродивый.

- Этому ещё и язык вырвали, - сопровождающий их стрелец любезно делился информацией о казнимых с князем Иваном Лобановым — Ростовским. - Предатель принёс грамоту от войск князя Радзивила и похабный рисунок, где был изображён сам царь. Сейчас всё войско негодует и требует покарать блядей. (Словом «Блядь» в тогдашнее время в церковном языке обозначали еретика. Прим. автора).

- Царь наш милостив и справедлив. Потому семье и слугам предателя оставил жизнь, но не языки. А вот домочадцев постельничего извели под корень.

Стрелец довёл их до шатра и остановился.

- Дальше уже без меня. Оружие оставьте.

Юродивый посмотрел, как князь Лобанов — Ростовский оставляет свою саблю охране и, не хотя, но также расстался со своим калашом. Заметив, что его никто не проверяет на предмет спрятанного пистолета, захотел того оставить.

- А вот этого я тебе не советую, - снова в мозгу заговорил Белоусов и зевнул. - Князь Лобанов знает о нём. И непременно доложит потом царю о том.

- Заткнись!

- Размечтался, - рассмеялся мертвец. - Иди, падай на колени, спасай Родину!

«Родина в опасности. Мне нужно войти в доверие» - юродивый выгнал приведение из своего мозга и зашептал эти слова, как молитву, ползя на коленях к тучному человеку на троне.

- Батюшка Царь, мой господин, спасибо господу нашему, что наконец позволил увидеть тебя и предупредить об опасности! - заголосил он припадая к него ноге и стараясь поцеловать башмак.

Подскочившая стража не дала этого сделать и юродивый испугался, что теперь его изобьют.

- Не вели казнить, вели помиловать! - где то слышанные слова вырвались сами собой. - Выслушай у меня всю правду о предателях.

Его царь, а человек на троне никем другим быть и не мог, добродушно взмахнул скипетром.

- Кто ты? Поведай о себе.

Юродивый попробовал встать, но бердыши стражи сразу прижались к его плечам.

«Понятно. И правильно. Пока не стану главным советником, могу и на коленях поползать»

- Я полковник десанта российского войска Виталий Александрович Сергеев, - Юродивый автоматом повысил себя в чине, полагая, что так к его словам лучше прислушаются. - Попав в ваш мир из будущего и узнав, что предатели решили подержать сторону поляков, я сразу убежал от них, стремясь предупредить вас об опасности.

- Наёмник, почему ты решил, что мне угрожает опасность?

- Вы не понимаете. Мы из будущего. А наше оружие и знание будущего на много превосходит теперешнее.

Человек на троне заерзал и юродивый продолжил.

- Вы уже получили сведения о разгроме ваших войск около Борисова? Так это всё эти предатели виноваты. Если бы не они, ваши войска легко бы взяли эту маленькую крепость.

Разбитое ещё монахами колено от соприкосновения с полом разболелось ещё сильнее, но Юродивый терпел. Облизывая остатки зубов он смотрел, как человек на троне вертит и осматривает автомат.

- Этим ли оружием они нанесли такой урон передовым полкам? Что-то он очень мелкий?

- Это АК — 74, дальность стрельбы из которого составляет по одиночным наземным и воздушным целям пятьсот метров, а по наземным групповым — вся тысяча.

Юродивый усмехнулся увидев, как реагируют на цифры стоявшие вокруг бородатые люди и человек на троне и продолжил.

- Оснащен пулями с термоупрочнённым сердечником повышенной твердости, что позволяет пробить стальной шлем на дистанции девятьсот шестидесяти метров, а бронежилет с титановыми пластинами — на дистанции двести метров.

Человек на троне прокашлялся и спросил, что означают эти все цифры. Юродивый засуетился, но его спас монах - кармелит.

- Ясно вельможный пан, этот доблестный воин хотел сказать вам, что этим оружием можно убить простого холопа за версту, а воина в хороших доспехах за пятьсот шагов.

-Ты кто? - зашевелился человек на троне. - Почему ты не обращается ко мне, как положено?

- Я скромный монах кармелитского монастыря в Беленичах. Научивший этого несчастного юношу вашему языку. И хочу спросить. Что означает этот балаган? Нам же обещали разговор с царём Московии, а не с его слугой.

Юродивый, поняв, что его обманули, завыл от безысходности. Он только теперь заметил, что сидящий на кресле человек одет скромнее, чем все окружающие бояре. И что под ним не позолоченный трон, а простое кресло.

- Чужеземец может навести порчу, - сказал один из бояр, стоявших за самозванцем на кресле. - Кто знает, что у него на уме?

- Но он хочет рассказать о наших врагах, - вступился князь Лобанов — Ростовский. - Об их хитростях и оружии.

- А кому нужны эти бесовские сведения? - поинтересовался сидящий на кресле человек. - Мы здесь собрали такую рать, что даже сам Ксеркс, царь персидский позавидовал бы. И если эти твои пришельцы сумели как то остановить наши передовые полки, то теперь в наш молодой Александр. (Придворные в порыве лести часто называли Алексея Михайловича молодым Александром. Подразумевая Македонского. Прим. Автора.) А он не проиграл ещё ни одного сражения.

- Не надо всем вместе! - закричал Юродивый.

По дороге в ставку царя он собирал каждый, даже самый нелепый слух о том, что произошло около Борисова и уже знал, что Генерал сумел отбиться не использовав мощностей Вертушки.

- Они только этого и ждут! Как вы не понимаете? Родина в опасности! Предатели хотят поменять ход истории.

Юродивый оглянулся вокруг и не увидел ни одного сочувственного лица. Но надежда, из-за которой он двинулся в такой путь, не позволила ему сдаться.

- У тех людей, которые пришли со мной, есть оружие и посильнее пушек или автоматов Калашникова. Генерал Чернецкий только и ждёт, что бы вы собрались на одном месте. Нельзя этого делать.

Монах — кармелит, не вставая с колен, вдруг повернулся к одному из бояр и учтиво поклонился.

- Извините за мою дерзость, но если гонец, приносящий весть, не имеет доверия, вокруг него будет беда.

- Но мир будет вокруг того, кому доверяют, - ответил тот.

- Позор и бедность ждут того, кто не учится на своих ошибках, - продолжил монах.

- Но если он слушает порицание, то извлекает ползу.

Монах даже не скрыл своего удивления. И сразу перешёл на незнакомый для юродивого язык, явно о чём-то спрашивая.

Боярин погладил свою бороду и ответил. Они беседовали по иностранному несколько минут, никто их не прерывал и Юродивый наконец понял.

- «Монах говорит с самим царём! Обо мне! Предатель!»

- Цари всегда хотят слушать правду, им нравятся люди, которые не лгут, - закончил разговор на понятном ему языке боярин.

- Царь во гневе может убить, но мудрый человек постарается, что бы царь был счастлив, - ответил монах и продолжил.

- Молва о вашей начитанности, оказалась права. Я рад, что встретил на своём пути такого государя.

- Кто осторожен, тот спасёт свою душу, - сказал царь и приказал шуту. - Ивашка, уйди с моих глаз, пока не обезглавил.

Сидевший до этого на кресле человек, сполз на землю, изобразил хрюканье свиньи и уполз в сторонку. Его стул заменили на настоящее кресло, на которого и уселся царь.

- Скорбно, да истинно. Я выслушаю тебя, служивый.

Юродивый хотел по лучше присмотреться к своему царю, но тут на его шею снова опустилось лезвие бердыша.

- Не пялься на него, если жить хочешь, - прошептал кто то сзади.

- Милостивый Царь, владыка, - Юродивый, несмотря на бердыш всё же поднял голову - Я к вам со всем сердцем, только добра хочу! Только предупредить! Опасность вам грозит большая!

Долго не услышав ответа он начал рвать на себя рубашку и теребить раны. Шанс стать главным советником царя ускользал всё дальше, а тут в мозгу снова послышался голос Серёги Белоусова.

- Будущий советник, твою мать. Обхохочешься тут после смерти. Нет, спасая тебя я совершил идиотскую ошибку. Уже после боя с казаками я понял, на сколько ты гнилой. Но пожалел дурака, с дыбы снял.

-Уйди, уйди, не мешай! - закричал юродивый и закрутился на месте. Скоро он увидел, что его мучитель стоит в толпе мертвецов и хитро улыбается. -Ты уже давно мёртв! Отправляйся в ад!

- Не могу, - рассмеялся Белоусов. - Не пускают меня туда. Велели за тобой присматривать и от ошибок защищать.

- Ты о чём глаголишь, служивы? - пинок в бок заставил исчезнуть видение.

- Это кара за его грехи, государь! - ответил за него монах. - Он предательский убил своего спасителя, вот и мучается бедняга. Теперь душа страдальца умертвием за ним ходит и жить не даёт.

- Он юродивый? - вдруг заголосили вокруг.

- Нет, нет, - Юродивый начал оправдываться. - Я полковник ВДВ Сергеев Виталий. Прибыл к вам с особой миссией. Хочу предупредить вас о смертельной опасности.

- О какой? - заинтересовался царь.

- Вам не надо выступать вместе! Посылайте отряд за отрядом на крепость и скоро у неё защитников кончатся патроны! А у вертолёта горючее!

Царь подошёл к Юродивому, взял за подбородок и посмотрел в глаза.

- Такое уже делал поганец Ксеркс! И возвеличил короля Спарты Леонида. Ты что мне предлагаешь, служивый?

- Я только хочу вас предупредить. Если пойдёте всем войском сразу, предатели при помощи техники будущего убьют вас и уничтожат штаб. А тогда ваше войско останется без руководства!

- Сглазил, сглазил, - послышалось в рядах бояр и царь побелел.

- Оставьте нас! - тихо молвил царь и бояре повинились.

- Расскажи мне всё, что знаешь об этом оружии! - приказал он Юродивому.

- Вот твой шанс, будущий советник! - громко рассмеялся в голове Белоусов. - Только боюсь, что и его ты профукаешь!

Юродивый чуть не сделал глупости и не начал вновь спорить с ним во слух.

Беседа с царём был долгой и изнурительной. Тот всё время переспрашивал, уточнял данные у монаха и наконец согласился с некоторыми его доводами. Когда разговор закончился, он в знак благодарности снял с показательного пальца золотое кольцо с огромным рубином и подарил его. Юродивый уже обрадовался своей первой победе на пути к статусу первого советника, когда увидел, что царь дарит монаху шубу со своего плеча.

- А дублёнка стоит по дороже нашего кольца. И ты даже не знаешь, насколько, будущий советник, - в мозгу снова захихикал Белоусов.

- Заткнись, - приказал ему Юродивый.

- Пятьсот или тысяча баксов, мне без разницы. Это только деньги. Главное сейчас - спасти Родину и царя

Он уже понял, что сделает всё, но монаха уберёт. Тот всё больше и больше становился полезным царю, а такие посредники ему были не нужны.

[Wilkas]

Вопрос к знатокам. Есть средневековая немецкая??? легенда о горожанине, который или загостил у фей или просто проспал, но он однажды изчез и вернулся в свой город только через сто лет. Когда все его знакомые уже умерли и только в городских метриках нашли упоминание о нём.

Может быть кто-то знает поподробнее о каком сказании идёт речь? Я читал этот миф в детстве и теперь боюсь ошибится:(

[Wilkas]

Вернулься к старому Проекту. Пора его закончить.

Глава двенадцатая.

28 Июля — 19 Августа 1655 года

Территория Республики Трёх Народов

**

- Мы, Ян Казимир, милостью Божьей король Польский, Прусский, Мазовецкий, Самогитский, Ливонский, Смоленский, Северский, Черниговский, а также наследный король шведов, готов и вендов повелеваем.

- Мещане города Познани, ни в коим случае не открывайте ворота своего города самозванцу Каролю Десятому и его разбойникам! Мои войска только что разбили московитов под Борисовым и уже спешат вам на помощь.

Высокий человек в чёрном парике аж скривился от мысли, что она к нему придёт от Радзивила. Увидев упавший волос на манжет левого рукава он небрежно стряхнул его и задумался.

А ведь все его планы казались такими идеальными и хитрыми. Не послать гарнизону Смоленска помощи, что бы после падения твердыни свалить всю беду на литовского гетмана. По всякому осмеивать победы Радзивила над московитами и выпячивать свои. Всё шло по намеченной колее и уже в начале лета, как ему докладывали поверенные люди, в повятовых сеймиках шляхта пила только за его здравие. А литовского гетмана проклинала.

Ян Казимир рассчитывал, что скоро от гетмана отвернутся последние сторонники и Литва преклонится перед ним. Но московские войска оказались на много лучше, чем их считали помня последнею войну за Смоленск. Эти полки нового строя, собранные их царём со всего мира по нитке, били литвинов слишком часто. Московиты вместо того, что бы завязнуть в дали от Минска и Вильно в кровопролитных боях с Радзивилом, вдруг начали хозяйничать у самых границ Польского Королевства. А налоги из Литвы совсем перестали поступать в казну.

Именно тогда его план в первые дал сбой. Деньги на очередной подкуп сенаторов шведского риксрода закончились и эти пройдохи вмиг переметнулись в ряда сторонников Московского царя. Закрома которого казались неиссякаемыми

Ян Казимир подошёл к зеркалу на стене, присмотрелся к своему отражению и поправил прядь на парике. И ещё раз задал себе вопрос, где в своих планах допустил ошибку.

Ему говорили, что шляхтичи Великой Польши и Мазовии один за другим клялись умереть, но не посрамить имя и воинскую славу своих предков. И чем это кончилось? Его сторонники собрали огромное войско только для того, что бы позорно сдаться брату. Без единого выстрела.

Ян Казимир подошёл к висящей на стене коллекции оружия предков, взял от туда огромный двуручный меч и взмахнул им.

- Меч Завишы Чёрного! Я слышал, что на обороне Збаража один жмудзин орудовал похожим и даже отрубил за раз три татарские головы. Не ужели в Польше уже не осталось таких силачей? Не ужели меня окружают одни трусы и предатели?

- Это не так, мой король!

Ответивший ему молодой шляхтич, первый гонец из Борисова, просидел в Краковской темнице почти месяц, пока предостережение, переданное им шесть недель тому назад не подтвердилось. Но выпустили его не по этому. Шляхтич Ян Жемецкий как-никак принадлежал к роду Огинских, а ссориться с ещё одной могущественной семьёй в сложившейся ситуации было верхом безрассудства даже для короля.

- По реляциям из Борисова, такие люди у вашего высочества появились. И я в очередной раз присягну на кресте, что видел их в бою. Это ангелы судного дня в человеческом обличье!

Ян Казимир повесил двурушник на стену и снял от туда толедскую шпагу. Это оружие было легче предшественника и разила точнее,

- Её мне подарил Испанский король по случаю назначения наместником Португалии. Я тогда был молод, полный сил и надежд. Казалось весь мир скоро склонится передо нами и знамя католической церкви будет развиваться даже над странами Магриба. И вы теперь хотите, что бы я склонил голову перед Радзивилом? И его союзниками?

Он взмахнул пару раз клинком, поражая неведомого противника и повесил шпагу на место. Ян Казимир, милостью Божьей король Польский и прочее, ни как не находил выхода из тупика, в который сам себя загнал. Но признать своё поражение перед кальвинистом Радзивилом не хотел.

- Обычное наше хвастовство! Гордыня! Не могли эти тридцать три наёмника и их мнимый генерал Чарнецкий, кем бы они себя не называли, остановить всё московское воинство.

Сказав эти слова во слух, Ян Казимир подошёл к писарю, желая продолжить диктовку послания к защитникам Познани и понял, что не может найти ни подходящих слов и ни доводов, могущих воодушевить его народ.

- Месир, - вошедшая незваной в зал малого совета жена учтиво поклонилась и небрежно бросила. - У меня к вам новости!

- А они не могут подождать?

- Это весть от нашего друга, епископа с Вильно.

- Что на этот раз?

Мария Луиза Гонзага, чьей матерью была сама Катерина де Гиз знала, что во дворе её ненавидят. И почти смирилась с этим. Почти, означало только то, что три года проведённых в заточении, куда её отправил король Франции решивший так помешать её браку с Гастоном Орлеанским, научили её терпению. А о её мудрости и её-же литературном салоне уже сплетничали во всех королевских дворах Европы.

- Он прислал нам певца!

Ян Казимир с недоверием посмотрел на жену. Былая её красота уже давно прошла и все знали, что род бывших императоров Константинополя прервался вместе со смертью её единственного сына. Но он всегда считал её умной собеседницей, по своему любил и слушал её советов. Принесённая ею весть хоть и была необычной, но в очередной раз заинтриговала.

- А как нам это поможет?

- Мессир, сначала послушайте, о чём он поёт.

Вошедший с ней молодой клирик дождался разрешения, настроил свою лютню и выдал первые звуки.

- Вставай, страна огромная,

Вставай на смертный бой.

Со Шведской силой тёмною,

С проклятою ордой

Ни музыка, ни напев не были знакомы королю Польши, но даже мало понятная ему литвинская речь смогла передать настрой призвания.

- Ты уже пел эту песню раньше? - спросил он певца.

- Сотни раз, - ответил клирик. - Во всех костёлах и постоялых дворах, где мы останавливались на ночлежку.

- А на польском или немецком такое сможешь спеть?

- Обижаете, мой сир! Небесные посланцы поделились со мной своим знанием и я им за-то очень благодарен. А если я решу, что слова или рифма моим слушателям будет мало понятными, то они разрешили меня петь так, как мне удобнее.

- Мессир, - Мария Луиза прервала клирика. - По рассказам сопровождающих, везде, где он пел, мелкая шляхта бросала свою работу и вступала в ополчение. И я тут подумала. Вечером у бургомистра Кракова будет бал. А что если мы пошлём ему в качестве милости от нас этого певца? Я хочу узнать, как среагируют на эти слова молодые люди из стана наших не таких уж и друзей?

Ян Казимир представил вытянутые лица тайных сторонников шведского самозванца и поклонился жене. Он снял с безымянного пальца кольцо с рубином и подарил его клирику.

- Постарайся вечером удивить сенат и моя награда удвоится. А теперь...

- Погодите мессир, - Мария Луиза подошла к певцу и поцеловала его в щёку. - Этот юноша спел ещё не все песни. Думаю, ещё одна из них так-же заслуживает внимания всех здесь собравшихся.

- О чём она? - спросил король Польши, поняв, что не сможет перенести явного благословения своей жены к молодому клирику. - Мы тут собрались государственные дела обсуждать, а не уличных скоморохов слушать!

- Наш друг пишет, что у наши новые союзники просят только о двух вещах. Но как ревностная католичка я сама не понимаю сути первой.

Клирик повинился её жесту и запел.

- Видишь, там крест на горе! Повиси ка на нём!

Он сравнивал одного из пришельцев с легендарными рыцарями Карла Великого, братьями Макеями или самим царём Спарты Леонидом, но мысль послания была понятна всем. Пришелец, как и все эти древние герои, в одиночку уничтожил лагерь схизматиков. Но враги подослали ему ведьму, которая прикинулась невинной девушкой и заманили его в западню. И теперь, принимая мучительную смерть на кресте, он прощался со своими боевыми товарищами.

- Так в чём суть последнего послания? - не скрывая своего раздражения спросил Ян Казимир.

- Мессир, на могиле этого воина начали происходить чудеса. Епископ из Вильно пишет, что прибывшие «Небесные Воины» подали прошение в Римскую курию об присвоении ему звания святого.

- Они что? Такую ересь городить? Да их отлучат от церкви!

- Наш друг тоже сомневается в их благоразумности. Но он прислал нам ещё кое-что!

Мария Луиза Гонзага развернула пергамент, на которой чёрно был изображён человек в одеянии Римского папы, благословляющий огромную толпу людей.

- Это кто?

- Мессир, вы не поверите, но это двести шестьдесят четвёртый Папа Римский.

- Наш духовный руководитель из мира пришельцев?

- Иоанн Павел II, в миру Кароль Юзеф Войтыла из под Радовиц. Это он прислал своих воинов нам в подмогу.

Ян Казимир недоверчиво взглянул на жену. Даже он, член королевского рода был чрезвычайно рад, когда получил шапку кардинала. Но что-бы поляк стал Римским Папой? Об этом даже не мечтали. За-то теперь всё стало на свои места.

- Этот их генерал, он случайно не потомок нашего киевского каштеляна Стефана Чарнецкого?

- Да. И они уже переписываются.

- И как он на такое реагировал?

- После того, как реляции из под Борисова, как и песни менестреля подняли боевой дух всего его войска, - очень положительно.

Ян Казимир потёр ладонями. После Жернова, где его предало собственное войско он прибыл в Краков только с несколькими верными товарищами. И пребывал тут в унынии уже неделю. Ведь все предостережения полученные им в первом письме из Борисова подтвердились. Но теперь он вновь обрёл надежду.

- Дорогая, нам надо тоже подготовится к балу. Я хочу посмотреть на вытянутые лица этих сенаторов, когда они узнают, что в будущем Римским Папой станет уроженец из под Кракова. Надеюсь эти напыщенные лютеране из их числа ещё подумают, какую ошибку они сделали, предав наши идеалы.

- Мессир, - жена галантно присела. - Епископ ещё упоминул о второй просьбе рыцарей-Джедаев. Разрешить открыть в Борисове университет.

- И всего? - удивился Ян Казимир. - Так-как со святым они явно сглупили, то по второй просьбе мы окажем им свою снисходительность. Ведь уступив в малом, мы сможем избавиться от позора в большом и сохраним своё лицо перед союзниками.

Король Польский и всего прочая приказал писарю подготовить приказ об привилегиях для будущего университета в Борисове, понимая, что он вступит в свою силу, если только он останется на троне. Потому и сорил обещаниями направо и налево, как бы стыдясь, что не поддержал главной просьбы рыцарей-Джедаев.

- «Хотя, если Радзивил и вся его фамилия вернётся в лоно католической церкви, лет через сто — двести, мы заново пересмотрим этот вопрос» - улыбаясь от предчувствия победы над еретиками в сенате Кракова, взяв под руки любимую жену он покинул королевский зал Вавельского Замка.

Изменено 20 Aug 2013 пользователем Wilkas

[Владимирович]

прошу читать в новом романе известного белорусского писателя фантаста А. Муравьёва «1655».

Прошу пана поподробней - проект же закрыт ?

[Wilkas]

прошу читать в новом романе известного белорусского писателя фантаста А. Муравьёва «1655».

Прошу пана поподробней - проект же закрыт ?

Нет. Просто пишется медленно и автор решил не выкладывать в сеть романа полностью. Только после выхода в печать.