Министерство правильних снів или Культура СНГ

[Росол]

 

Как дефолт заставил программистов работать

Когда экономика летит в тартарары, инвесторам становится не до эльфийских песен и бесконечного переписывания программного кода. Удивительно, но именно финансовый коллапс и суровый диктат издателя спасли проект, превратив мифического Всеслава в первый настоящий хит русского темного фэнтези.
(Из книги Андрея Подшибякина Время игр! Отечественная игровая индустрия)

До мая 1998 года экономика разработки Всеслава Чародея находилась в неконтролируемом пике. По оценкам отдела контроля 1С, студия Snowball ежемесячно сжигала около 4 500 долларов США на эксперименты с графическим движком и аутсорс звуковых эффектов.В конце мая 1998 года, когда в Москве рухнула пирамида ГКО, а правительство Немцова ушло в отставку, издательская компания 1С тоже перешла в режим жесткого выживания. Руководитель игрового направления 1С Юрий Мирошников вызвал к себе на ковер в офис на Селезневской улице Сергея Климова — молодого и амбициозного лидера студии Snowball, которая уже несколько лет делала эпическую славянскую ролевую игру Всеслав Чародей.Мирошникову нужно было срочно резать косты. Всеслав на тот момент представлял собой классическую черную дыру: проект поглощал бюджеты, но до релиза было как до Луны.Климов, приехавший на встречу, попытался сохранить энтузиазм. Он начал рассказывать о том, что студия прямо сейчас тратит выделенные транши на запись живого фолк-концерта с использованием аутентичных гуслей и колесных лир для саундтрека, а программисты вот-вот допишут революционный графический движок, который объединит изометрию, трехмерный ландшафт и сложную физику.

Мирошников слушал эту вдохновенную тираду про гусли и уникальный рендеринг минут десять. А потом просто ударил кулаком по столу так, что подпрыгнули пепельницы. За окном бушевал дефолт, доллар улетал в космос, а эти ребята играли в Толкина за чужой счет. Мирошников рявкнул, что бюджет урезан втрое, и потребовал немедленно прекратить страдать фигней. Никаких самописных движков, на которых они пятый год пытаются слепить ежа из ужа. Только жесткий дедлайн.
(Из книги Андрея Подшибякина Время игр! Отечественная игровая индустрия)

Ультиматум издателя был предельно конкретным: либо студия показывает рабочий билд через два месяца, либо финансирование закрывается, а проект уходит в архив. Мирошников запретил программистам Snowball писать собственный движок. Вместо этого он буквально заставил Климова пойти на поклон к Сергею Орловскому — руководителю студии Nival Interactive, которая всего месяц назад успешно выпустила свой хит Аллоды: Печать Тайны.Движок Аллодов был стабильным, отлично работал с 2D-изометрией, поддерживал ролевые механики и был готов к лицензированию.
Климову пришлось наступить на горло собственной творческой гордости. За часть оставшегося бюджета Snowball купила у Nival работоспособный движок.Перенос ассетов, графики и сюжета Всеслава на рельсы Аллодов оказался болезненным, но спасительным процессом. Разработчикам пришлось вырезать часть безумных амбиций (вроде полностью разрушаемого террейна), но зато игра внезапно начала собираться воедино. Главный герой — языческий колдун-оборотень Всеслав — наконец-то научился стабильно перемещаться по карте, кастовать заклинания и превращаться в волка без вылетов на рабочий стол.Дедлайн был назначен на конец 1999 года. Команда перешла в режим круглосуточного кранча.После жесткого разговора на Селезневской финансовая модель была полностью пересмотрена. Мирошников зафиксировал финальный бюджет на доработку игры в размере 25 000 долларов, переведенных в рублевый эквивалент по жесткому внутреннему курсу.Для студии это означало переход на пайковую систему, но здесь на помощь издателю пришла макроэкономика. Девальвация рубля снизила реальную стоимость труда программистов и художников в четыре раза. Если в начале 1998 года зарплата опытного кодера составляла эквивалент 500-600 долларов, то к зиме 1999 года она упала до 150-200 долларов (в рублях суммы оставались прежними или индексировались минимально). Себестоимость производства игры на территории России стала одной из самых низких в Восточной Европе.Покупка готового движка у Сергея Орловского (Nival Interactive) стала ключевой финансовой операцией, спасшей проект. Разработка собственного 3D-изометрического движка обошлась бы Snowball минимум в 40 000 долларов и год дополнительного времени.Договор с Nival был оформлен на прагматичных условиях: 1С выплатила студии Орловского фиксированный аванс в размере 12 000 долларов за использование модифицированного кода Аллодов плюс роялти в размере 3% от оптовой цены каждого проданного диска. Эта сделка заложила основу цивилизованного B2B-рынка в российской игровой индустрии — студии начали торговать технологиями, а не только готовыми продуктами.

Всеслав Чародей ушел на золото в ноябре 1999 года.
К этому моменту экономика России, вытянутая жесткими протекционистскими мерами кабинета Маслюкова и  Лукашенко, стабилизировалась. Инфляция остановилась, а в карманах у людей снова появились свободные деньги. Все это дало отечественным издателям окно возможностей.

Продажи игры в дешевых jewel-упаковках (знаменитые джевелы от 1С) превзошли все ожидания. Игроки, изголодавшиеся по качественному родному колориту, были в восторге от густого, мрачного славянского сеттинга. Музыка, ради которой когда-то Климов нанимал живых музыкантов, звучала потрясающе. Механика от Аллодов работала как часы.Игра окупилась в первый же месяц. Мирошников, сменивший гнев на милость, тут же выписал студии премии, но отдыхать не дал.Всеслав Чародей вышел на рынок в ноябре 1999 года в формате стандартного CD-jewel (пластиковой коробки) в фирменном желтом оформлении 1С.Экономика одного проданного диска выглядела следующим образом.Себестоимость штамповки CD-ROM на заводе (включая полиграфию и сборку коробки) составляла около 9-11 рублей за копию.Оптовая отпускная цена 1С для региональных дистрибьюторов равнялась 35 рублям.Розничная цена на полках магазинов и рынках варьировалась от 60 до 75 рублей (около 2,5 долларов по курсу того времени).С каждого проданного диска издатель получал около 24 рублей валовой прибыли, из которых выплачивались роялти разработчикам из Snowball Не дав команде опомниться от кранчей, издатель немедленно засадил Snowball за разработку полноценного продолжения, пока движок еще не устарел, а славянское фэнтези находилось на пике популярности.Стартовый тираж «Всеслава Чародея» составил 30 000 копий и был отгружен дистрибьюторам в первую же неделю. К концу декабря склады оказались пусты, и 1С была вынуждена срочно заказывать дополнительную допечатку тиража на заводе в Уральске.К весне 2000 года суммарные продажи игры достигли отметки в 145 000 легальных копий только на территории России и стран СНГ. Валовая выручка 1С от проекта составила порядка 5 миллионов рублей.Русский геймдев, получив суровую прививку дефолтом, начал превращаться в настоящую индустрию.

Секрет расцвета русского геймдева на рубеже тысячелетий заключался в том, что дефолт физически уничтожил западных конкурентов на нашем рынке. Лицензионный американский хит в большой картонной "коробке" стоил запредельные 40-50 долларов, что при курсе 24 рубля за доллар равнялось хорошей месячной зарплате. А компания 1С продавала свои игры в пластиковых джевелах по цене чуть дороже пиратской штамповки. Юрий Мирошников просчитал математику первым: если безжалостно резать издержки на разработку и использовать девальвацию рубля, на внутреннем рынке можно получать сотни процентов чистой прибыли.
(Из книги Андрея Подшибякина Время игр! Отечественная игровая индустрия)

Изменено 19 часов назад пользователем Росол

[Росол]

Наша борьба 

Борьба духовная

Августовский взрыв на Васильевской улице уничтожил не только политические амбиции Юрия Лужкова. Под рухнувшими перекрытиями Дома кино погибла целая модель управления российской культурой. Со смертью Никиты Михалкова исчез монархический центр притяжения кинематографистов..

(Из книги киноведа А. Долина , 2018 г.)

 

К началу 2000 года Союз кинематографистов России находился в состоянии организационного хаоса. Потеряв в теракте Михалкова и Говорухина, индустрия осталась без главных лоббистов, способных открывать двери в кремлевские кабинеты.Власти, занятой зачисткой олигархов и контртеррористической операцией, было не до кинематографа. В этих условиях вакуум заполнила коалиция. На внеочередном съезде Союза кинематографистов в феврале 2000 года был избран коллективный руководящий орган — Триумвират.

 

В него вошли три абсолютно разные фигуры, идеально закрывавшие все потребности индустрии.Карен Шахназаров — генеральный директор концерна Мосфильм. Он стал бюрократическим и производственным стержнем Триумвирата. Прагматик, государственник, он нашел общий язык с чиновниками Лукашенко.

Сергей Сельянов — глава кинокомпании «СТВ» и главный независимый продюсер страны. Человек, стоявший за успехом фильмов Алексея Балабанова (Брат).Алексей Герман-старший — непререкаемый моральный и художественный авторитет. Классик советского и российского кино стал гарантом того, что новый Союз кинематографистов не превратится в простой цех.Однако установление новых правил игры не обошлось без показательных жертв. Культурная политика формировалась в условиях  посттравматического синдрома после серии терактов.В январе 2000 года российский прокатчик готовил к релизу голливудский фильм Дэвида Финчера Бойцовский клуб (Fight Club). Картина, уже наделавшая шума на Западе, должна была стать главным кинособытием зимы. Были напечатаны постеры, закуплено рекламное время.Фильм лег на стол комиссии Госкино за две недели до премьеры.

Сюжет о клерке, страдающем бессонницей, поначалу не вызвал вопросов. Но когда комиссия досмотрела картину до второй половины, разразился скандал.Главный герой, Тайлер Дерден, создавал подпольную террористическую организацию Проект Разгром. Он учил своих последователей варить взрывчатку из мыла и химических удобрений. А в финале картины под песню Where Is My Mind? в центре мегаполиса один за другим подрывались и складывались внутрь гигантские небоскребы.Для Москвы, где всего полгода назад начиненный аммиачной селитрой грузовик едва не превратил в пыль Дом кино вместе с половиной правительства, эти кадры стали триггеромВ день запланированной премьеры Министерство культуры опубликовало сухое постановление: прокатное удостоверение фильма Бойцовский клуб отзывается на неопределенный срок.

Официальной формулировкой стал запрет на демонстрацию материалов, содержащих инструкции по изготовлению самодельных взрывных устройств и романтизацию террористической деятельности, угрожающей конституционному строю.Дистрибьюторы понесли колоссальные убытки. Либеральная пресса попыталась возмутиться цензурой, но общество, еще не оправившееся от страха терактов, восприняло запрет с пониманием. .

Легально российские зрители увидели шедевр Финчера лишь спустя долгих пять лет. В 2005 году, когда фаза активной террористической угрозы пошла на спад, Триумвират кинематографистов (при поддержке Сельянова) сумел пролоббировать снятие запрета. Бойцовский клуб получил ограниченный ретроспективный прокат в кинотеатрах и официальный релиз на DVD, закрыв одну из самых странных страниц в истории российской кинокритики.

[Росол]

 

 

Экспорт Справедливости

 

Первый Брат был фильмом о внутренней зачистке. Данила Багров наводил порядок в грязных питерских коммуналках, пока государство спало. Но к двухтысячному году государство проснулось. Россия обрела железный контур, и Данила вместе со страной вышел на международную арену..
(Из колонки кинокритика Антона Долина , 2004 г.)
В июне 2000 года, на фоне празднования 55-летия Победы и экономической стабилизации, на экраны вышел сиквел главного российского фильма девяностых —Брат-2.

Сюжет картины разворачивался вокруг простой, но понятной каждому зрителю завязки. Данила Багров узнает, что брат его армейского товарища Кости — талантливый хоккеист, играющий в НХЛ, — оказался в кабале у беспринципного американского бизнесмена Ричарда Мэнниса. Мэннис шантажом и кабальными контрактами забирает у спортсмена все деньги, ломая ему жизнь. Данила вместе со своим старшим братом Виктором берет билеты до Чикаго, чтобы вернуть парню свободу и заработанное.Но Америка встречает их свинцом. Балабанов, тонко чувствующий внешнеполитическую повестку (особенно недавний кризис в Косово, где Россия и Европа схлестнулись с США), ввел в сюжет новых, актуальных антагонистов.Мэннис, чтобы избавиться от русских проблем, натравливает на Данилу албанскую мафию — разветвленный криминальный синдикат, крышуемый коррумпированными чиновниками в Иллинойсе. Албанцы устраивают на Багрова настоящую охоту в трущобах Чикаго.Звучит знаменитая фраза Сухорукова-Вы мне твари еще за Косово ответите! 

Здесь Балабанов сделал мощнейший идеологический разворот. В чужой, враждебной стране Данила находит неожиданных союзников. Уходя от погони албанских боевиков, Багров оказывается в районе Украинской деревни.Местные украинские мигранты-дальнобойщики, узнав, что русский парень в одиночку бьется против албанской мафии и американских корпоративных стервятников, встают на его сторону.  В фильме показано суровое, мужское братство: украинцы прячут Данилу на своих конспиративных квартирах, помогают достать нелегальное оружие и снабжают транспортом, чтобы он мог добраться до небоскреба Мэнниса.. Бей их, брат, — говорит на прощание украинский водитель, протягивая Даниле дробовик.
Кульминация фильма наступает в роскошном пентхаусе американского бизнесмена. Перестреляв албанских охранников и охрану корпорации, Данила Багров, тяжело дыша, сжимает в руках пистолет с глушителем и входит в кабинет Мэнниса.Американец, сидящий за дубовым столом, в ужасе пытается предложить ему любые деньги, открыть сейф, выписать чеки. Он скулит и просит пощады.Данила садится напротив.  Он смотрит на дрожащего миллиардера и негромко произносит монолог:— Вот скажи мне, американец, в чем сила? Разве в деньгах? Вот у тебя много денег. И чего? Я думаю, что сила в справедливости. Вот ты обманул брата моего друга, нажил денег на его таланте. Творил несправедливость, ломал чужие жизни, чтобы построить свою пирамиду. И чего, ты лучше стал? Нет.

Мэннис пытается что-то пролепетать, клянется, что разорвет контракты и отпустит хоккеиста. — Если вы не прекратите его трогать, я и до твоих партнеров доберусь, — холодно заканчивает Багро его помощнику.Он поднимает пистолет. Звучит глухой хлопок выстрела. Мэннис мертвым падает на свой полированный стол.

 

Изменено 22 April пользователем Росол

[Росол]

 

 

Консервативный поворот

В девяностые годы отечественный кинематограф был зациклен на чернухе: на

экранах царили бандиты, коррумпированные менты и уставшие путаны. К

двухтысячному году общество физически устало от этой эстетики.

Нам нужен был новый герой.. (Из книги социолога

Д.Б. Дондурея Фабрика смыслов, 2007 г.)

 

Весной 2000 года, после убедительной победы на

конституционном референдуме, Александр Лукашенко провел в Кремле

закрытую встречу с лидерами Союза кинематографистов — Кареном

Шахназаровым, Сергеем Сельяновым и Алексеем Германом.

Разговор носил сугубо прагматичный характер. Президент не требовал снимать про

него хвалебные оды. Его послание сводилось к простому контракту: — Снимайте

что хотите за частные деньги. Но государственные бюджеты, деньги

налогоплательщиков, будут идти только на созидание, — жестко

обозначил Лукашенко. — Вырастили понимашь целое поколение, которое мечтает стать

рэкетирами или валютными проститутками. Хватит. Кино должно нести

воспитательную функцию. Нам нужны фильмы о нормальных людях, о

чести, о долге. 

 

Для кинематографистов, годами искавших копейки на съемки, это стало зеленым

светом. В России начался своеобразный консервативный поворот в культуре.

Главной проблемой нового государственного заказа стал поиск

исходного материала. Снимать картонные агитки про милиционеров не хотели ни

режиссеры, ни зрители. 

Именно тогда, с подачи чиновников Администрации Президента, ответственных за

молодежную политику, в Кремль принесли книги Владислава Крапивина. Уральский

писатель, классик детской литературы, чьи повести о мальчишках с обостренным

чувством справедливости воспитали не одно поколение советских детей, в

девяностые оказался оттеснен на обочину массовой культуры.

Лукашенко, лично читавший несколько повестей детям, дал отмашку. Из федерального

бюджета были выделены  средства на

экранизацию самого знакового произведения Крапивина — Мальчик со шпагой.

Кураторство проекта взял на

себя Мосфильм Карена Шахназарова.

В 2000 году российская анимация столкнулась с переломом в моделях

финансирования. Частный капитал, ранее диктующий условия

создателям, начал вытесняться целевыми государственными грантами.

История создания Новых бременских стала хрестоматийным примером этого

перехода. Отказ от спонсорских денег коммерческих банков позволил студии

сохранить творческий контроль, а выделенный Госкино бюджет напрямую

отразился на качестве прорисовки и финальных сборах картины.

(Из

книги История российской анимации, 2005 г.)

Работа над полнометражным мультипликационным

фильмом Новые бременские (прямым продолжением классических советских лент)

началась еще в конце девяностых. Изначально композитор Геннадий Гладков, поэт

Юрий Энтин и режиссер Александр Горленко находились в поиске частного

финансирования.

 

Главным претендентом на роль инвестора выступал коммерческий банк Славянский.

По условиям контракта, создатели должны были интегрировать в мультфильм

агрессивный продакт-плейсмент: логотип банка должен был фигурировать в

кадре, а сама организация — выступать центральным сюжетным элементом.

 

Однако весной 2000 года, в рамках новой культурной политики Александра

Лукашенко, направленной на поддержку традиционных образов и вытеснение

частного капитала из идеологической сферы, проект получил статус национального.

Госкино выделило студии Кино-Мост прямое финансирование в размере 2,5

миллионов долларов (в рублевом эквиваленте). Это позволило Горленко в

одностороннем порядке разорвать предварительные договоренности с банком

Славянский и полностью отказаться от рекламных интеграций в кадре.

Государственное финансирование

радикально изменило производственный процесс. В отличие от многих

проектов конца девяностых, студии не пришлось отдавать черновую анимацию

на дешевый аутсорс или сокращать частоту кадров (фреймрейт).Команда получила возможность нанять дополнительных художников-мультипликаторов

старой советской школы. Был увеличен бюджет на цветокоррекцию и детализацию

фонов. Итоговая картинка избавилась от характерной для того времени плоской

телевизионной стилистики, приблизившись по качеству к полнометражным европейским

релизам.Особое внимание в процессе переработки сценария (уже без давления банковского

спонсора) было уделено дизайну антагонистов. Центральным отрицательным

персонажем стала Атаманша. Сценаристы переработали ее образ, превратив

героиню в стильную, жесткую капиталистку, владелицу хищной финансовой империи

(прозрачная аллюзия на разоривших страну олигархов девяностых). Визуально и по

поведению Атаманша отсылала к архетипу Круэллы де Виль: дорогие меха,

мундштук, угловатый дизайн и абсолютный прагматизм, контрастирующий с

обедневшим, но благородным Королем и вольными Музыкантами.

 

Сюжетная линия Новых бременских стала точным отражением социокультурной

трансформации рубежа веков. Сценаристы Юрий Энтин и Василий Ливанов

органично интегрировали в классическую сказочную фабулу реалии

постсоветской экономики. Отказ от прямого банковского спонсорства

позволил авторам сделать критику дикого капитализма более универсальной и

острой. Сказка превратилась в понятную массовому зрителю аллегорию, где

традиционные ценности вступали в конфликт с хищным корпоратами. (Из

книги История российской анимации, 2005)

Действие картины разворачивается спустя много лет

после событий классических советских лент. Нарративная структура фильма

строится на демонстрации радикально изменившегося социального ландшафта

королевства, который прямо отсылает зрителя к экономическим реалиям девяностых

годов.Король полностью обанкротился: казна пуста, дворец обветшал, а королевская

охрана разбежалась из-за невыплаты жалования. Трубадур и Принцесса живут в

скромной хижине, воспитывая сына — Трубадура-младшего. Мальчик увлекается

современной музыкой и, не понимая ценности семейных традиций, стремится к

легкой славе и богатству.Главным антагонистом выступает Атаманша. Оставив лесной разбой, она

легализовалась и превратилась в главу могущественного финансового

синдиката. В переработанном сценарии ее образ был полностью очищен от атрибутики

конкретного банка: она предстает как архетипичная, безжалостная капиталистка,

скупающая активы королевства за бесценок. Атаманша контролирует полицию, прессу

и финансы. Ее конечная цель — произвести враждебное поглощение самого

государства, принудив нищего Короля к династическому браку, чтобы

получить дворянский титул и абсолютную легитимность.Для реализации своего плана Атаманша нанимает Гениального

Сыщика. В новой картине он выполняет функции корпоративного наемника и

специалиста по промышленному шпионажу.

Сыщик играет на юношеском максимализме Трубадура-младшего и заманивает его в

город, предлагая выгодный контракт в шоу-бизнесе. Атаманша берет мальчика в

заложники (под видом жестких контрактных обязательств), используя его как рычаг

давления на Короля и его семью. Она ставит ультиматум: либо Король соглашается

на свадьбу, передавая синдикату корону, либо Трубадур-младший навсегда

остается собственностью корпорации.

Осознав масштаб угрозы, Трубадур-старший и Принцесса понимают, что справиться с

финансовой империей в одиночку невозможно. Они отправляются на поиски своих

старых товарищей — Пса, Кота, Осла и Петуха, которые также оказались на

обочине новой капиталистической жизни. Третий акт картины строится по классическим канонам

фильма-ограбления, но в музыкальном формате.

Воссоединившиеся Бременские музыканты проникают в охраняемую

резиденцию Атаманши в день принудительной свадьбы.

 

Используя свой музыкальный талант, смекалку и помощь раскаявшегося начальника

королевской охраны, герои устраивают масштабную диверсию. Они срывают

церемонию бракосочетания, публично вскрывают теневые махинации Атаманши

и освобождают Трубадура-младшего. Синдикат антагонистки рушится, лишенный

силового прикрытия и поддержки обманутых граждан.Трубадур-младший отказывается от мнимых ценностей шоу-бизнеса, возвращаясь

к корням, а Король восстанавливает достоинство, не прибегая к продаже

государственных интересов.Релиз Новых бременских состоялся в начале зимнего

кинопрокатного сезона — 28 декабря 2000 года. Дистрибьюторы обеспечили

картине широкую роспись: фильм стартовал на 350 экранах по всей территории

Союзного государства.

 

Маркетинговая кампания строилась исключительно на узнаваемости музыкального

материала (саундтрек, записанный с участием Филиппа Киркорова, Надежды

Бабкиной и Михаила Боярского, транслировался в ротации государственных

радиостанций).

 

За первые четыре недели проката картина собрала около 140 миллионов рублей

(порядка 5 миллионов долларов по курсу начала 2001 года), полностью окупив

производственные затраты. Дополнительную рентабельность проекту

обеспечили вторичные рынки: в феврале 2001 года компания выпустила

официальный релиз на VHS и первых DVD. За первые полгода было

реализовано свыше 800 тысяч легальных копий видеоносителей, что

принесло студии еще около 1,2 миллиона долларов чистой прибыли.

 

Перенос прозы Владислава Крапивина из благополучных советских семидесятых в

реалии пост дефолтной России требовал хирургической сценарной работы.

Государственный заказ диктовал создание образа нового героя, но если бы

студия сняла прямолинейную агитку, подростки бы в это не поверили. Режиссер

Николай Лебедев нашел нужный баланс. Хулиганы из оригинальной повести

превратились в узнаваемых братков с окраин, а дворовый конфликт

масштабировался до столкновения закона и криминального беспредела. Фильм

показал, что принципы чести работают даже в декорациях спальных районов начала

нулевых. (Из статьи журнала Искусство кино, 2001 г.)

 

Процесс создания и адаптация сценария Производство фильма Мальчик со шпагой

стартовало в апреле 2000 года под личным кураторством генерального директора

Мосфильма Карена Шахназарова. Проект получил статус приоритетного и бюджет в

размере 1,5 миллионов долларов, выделенный по линии Министерства культуры —

значительную сумму для российского кинематографа того времени.

 

В режиссерское кресло был приглашен Николай Лебедев, зарекомендовавший себя как

постановщик, умеющий работать с острыми психологическими сюжетами. Главной

производственной задачей стала адаптация текста Владислава Крапивина.Сценаристы перенесли действие из 1970-х годов в осень 1999 года. Сеттингом стал

типичный провинциальный российский город, переживающий последствия

экономического кризиса. Классические книжные конфликты были

осовременены: вместо абстрактных хулиганов антагонистами выступила

низовая организованная преступность — молодежные банды, занимающиеся рэкетом

школьников и крышеванием уличных ларьков, а также равнодушные, коррумпированные

чиновники местного уровня.Съемки проходили летом и осенью 2000 года в Калуге и павильонах Мосфильма.

Особое внимание уделялось постановке фехтовальных сцен: актеры на протяжении

трех месяцев тренировались под руководством профессиональных каскадеров и

мастеров спортивного фехтования, чтобы бои на рапирах выглядели в кадре

максимально реалистично.Рекламная кампания картины стартовала в феврале 2001 года, за месяц до премьеры, намеченной на начало весенних школьных каникул. Дистрибьютором выступила компания «Централ Партнершип», получившая беспрецедентные льготы на размещение рекламы на федеральных телеканалах (ОРТ и РТР). 

 

Актерский состав Кастинг на главные роли длился два месяца. Создателям

требовались лица, не ассоциирующиеся у зрителя с криминальными

сериалами девяностых.Роль шестиклассника  Сергей Каховского с обостренным чувством справедливости досталась 11-летнему Александру Головину (будущей звезде

    Ералаша и подросткового сериала Суворовцы). Его типаж — открытый, немного

    угловатый, но решительный —  совпал с крапивинским книжным

    образом.На роль журналиста и

    наставника Олега Московкина , который учит детей фехтованию и защищает их от

    бандитов, был утвержден Константин Хабенский. В 2000 году он только

    набирал популярность. Хабенский сыграл уставшего, но не сломленного

    интеллигента, который решает, что добро должно быть с кулаками.

Сергей Гармаш исполнил роль конформиста директора школы готового закрыть глаза на произвол ради личного спокойствия.

Роль главного антагониста Гаврилова досталась молодому

    Артуру Смольянинову. Он воплотил образ дворового

    смотрящего, вымогающего деньги у младшеклассников. Действие разворачивается вокруг 12-летнего Сережи

Каховского. Он живет в спальном районе, который фактически

контролируется местной молодежной ОПГ под предводительством

Гаврилова. Банда собирает дань со школьников, а взрослые и местная

милиция предпочитают не вмешиваться.

Случайно Сережа заступается за первоклассника и привлекает внимание бандитов.

Спасаясь от преследования, он знакомится с Олегом — журналистом местной

газеты и бывшим спортсменом, который организует в подвале старого дома

детско-юношеский фехтовальный клуб Эспада.

 

Клуб становится для подростков островком

безопасности и школой чести. Дети принимают устав, согласно которому

обязаны защищать слабых и не отступать перед несправедливостью. Сережа

начинает тренировки, обретая уверенность в себе и находя верных друзей.

Конфликт переходит в острую фазу, когда криминальные структуры решают отобрать

подвал клуба под коммерческий склад, под купив местную администрацию.

Одновременно банда Гаврилова устраивает охоту на членов Эспады. Олег

пытается решить вопрос легальными методами, собирая материалы для разгромной

статьи, но бандиты избивают его и уничтожают редакционные материалы.Кульминация картины наступает, когда рейдеры приходят силой выселять клуб.

Милиция куплена и бездействует. Сережа Каховский и его друзья отказываются

покидать помещение. В решающей сцене Сережа, вооруженный настоящей спортивной

шпагой, выходит один на один против вооруженных бейсбольными битами бандитов.

Его готовность идти до конца ломает психологическое преимущество криминала.Вслед за Мальчиком со шпагой государственное финансирование получили

экранизации других произведений Крапивина (Колыбельная для брата,

Трое с площади Карронад), а также произведения Булычева и прочих авторов.

Премьера состоялась 22 марта 2001 года.За шесть недель проката фильм собрал 88 миллионов рублей (около $3,1 млн по курсу весны 2001 года).Настоящая сверхприбыль пришла с рынка физических носителей. В мае 2001 года состоялся релиз фильма на VHS.  За первый год было реализовано более 1,2 миллиона лицензионных VHS-копий, что принесло студии-производителю и Госкино еще порядка $1,8 млн чистой прибыли.

 

Как читается? Просто у меня такое ощущение разметка слетела и теперь все в разные бока лезет

[Росол]

 

Момент Истины

 

В конце девяностых любой военный фильм пытались снимать по голливудским лекалам: больше взрывов, обязательная любовная линия, картонные злодеи и главный герой, стреляющий от бедра из двух автоматов. Роман Богомолова в эту схему не вписывался категорически, и продюсеры пытались сломать его об колено, переписывая сценарий на ходу.

(Из мемуаров директора киностудии Беларусьфильм Владимира Поночевного, 2006 г.)

Роман Владимира Богомолова Момент истины (В августе сорок четвертого), изданный в 1974 году, стоял особняком в советской военной прозе.Богомолов, сам бывший фронтовой разведчик, хотел показать войну как тяжелый и грязный труд. Половину книги занимали сухие тексты шифровок, ориентировок и приказов..Именно этот реализм и привлекал читателей, но он же становился проклятием для кинематографистов, не понимавших, как перенести на экран внутренние монологи и радиограммы.Работа над экранизацией романа запустилась в 1999 году как крупный совместный проект России и Беларуси (на базе Беларусьфильма). В режиссерское кресло сел Михаил Пташук. Однако на этапе препродакшена и первых съемок проект немедленно погрузился в производственный ад. Продюсеры, мыслившие категориями коммерческого проката девяностых, требовали зрелищности. Они начали кромсать сценарий, написанный самим Богомоловым. В фильм пытались воткнуть масштабные перестрелки, ненужные погони, а тонкую психологическую дуэль на поляне планировали превратить в банальный голливудский расстрел.

Владимир Богомолов, человек исключительно принципиальный, пришел в ярость. Писатель засыпал студию и чиновников гневными письмами, требуя прекратить издевательство над исторической правдой. Когда его проигнорировали, он официально потребовал снять свое имя из титров картины. Проект, который должен был стать первым общим военным фильмом Союзного государства, оказался на грани срыва и грандиозного скандала.В обычных условиях конфликт бы закончился победой продюсеров - у кого деньги, тот и заказывает музыку. Но наступил 2000 год. Формирование новой культурной политики Александра Лукашенко (уже профинансировавшего правильного Мальчика со шпагой) требовало новых героев.Отчет о скандале на Беларусьфильме лег на стол в кремлевском кабинете. Лукашенко, для которого структуры госбезопасности были фундаментом личной власти, прекрасно знал роман Богомолова. Весной 2000 года состоялось короткое, непубличное разбирательство с участием министров культуры и руководства киностудий. Битье по рукам было показательным и жестоким.  - Люди жизнь отдавали не для того, чтобы вы сейчас из них Рэмбо делали. Автора вернуть на площадку. Такое было дано резюме.Этот окрик сверху подарил режиссеру Михаилу Пташуку творческую свободу. Продюсеры отступили в тень. Владимир Богомолов отозвал свое заявление об уходе и лично визировал каждую сцену. Съемочная группа погрузилась в реконструкцию деталей. Актеров, игравших офицеров СМЕРШа, отправили в тренировочные лагеря спецназа, где их учили не киношным кувыркам, а реальной тактике стрельбы по-македонски, бесшумному передвижению по лесу и изматывающей системе психологического подавления противника при проверке документов. 

Избавленный от давления коммерческих продюсеров, режиссер Михаил Пташук принял радикальное решение: отказаться от павильонных съемок леса на Мосфильме. Группа отправилась в Беларусь, в Гродненскую область. Основные съемки развернулись в районе Слонима и в знаменитом Шиловичском лесу  местах, где в 1944 году действительно шли облавы на недобитые немецкие ДРГ. Поскольку фильм получил статус госпроекта, Белорусский военный округ предоставил киношникам поддержку. Для съемок прочесывания леса армия выделила войсковые подразделения, а чтобы проложить рельсы для операторских тележек сквозь чащу, инженерные войска за сутки загатили болота бревнами.

Актерскому трио  Сергея Бодрову-младшему (капитан Алехин), Владиславу Галкину (старший лейтенант Таманцев) и Юрию Колокольникову (лейтенант Блинов) пришлось забыть о звездном статусе.

Особой проблемой стала постановка знаменитого маятника — техники уклонения от пуль и стрельбы с двух рук по-македонски, которой по книге виртуозно владел Таманцев.Консультировать Владислава Галкина прислали действующих офицеров спецназа. На первых тренировках Галкин, пытаясь одновременно раскачиваться, падать и жонглировать тяжеленными револьверами системы Наган, выглядел комично. В один из дней, после очередного неудачного дубля, Галкин выронил раритетный, музейный Наган прямо в жидкую болотную грязь. Суровый реквизитор, отвечавший за историческое оружие, схватился за сердце и погнался за актером по лесу с криком: Я тебя сейчас сам без всякого маятника завалю! Это ствол из архива!. Галкину пришлось полночи отчищать оружие оружейным маслом под надзором консультантов. Но к концу съемок он натренировался так, что перезаряжал оружие в падении с закрытыми глазами.Стремление к реализму регулярно приводило к смешным ситуациям с местным населением. Для массовки в сценах на железнодорожных станциях и в деревнях активно привлекали жителей белорусских сел. Многие старики, помнившие войну, относились к процессу серьезно.Однажды в перерыве между дублями Бодров и Влад Галкин, не выходя из образа и не снимая формы офицеров СМЕРШа с васильковыми околышами, пошли в соседнюю деревню в поисках парного молока.Они постучались в крайнюю хату. Дверь открыла крепкая белорусская бабка. Увидев на пороге хмурых, заросших щетиной людей в форме НКВД, она побледнела, машинально вытерла руки о фартук и выдала:-Товарищи начальники, ей-богу, никто в лес к партизанам не ходил! А полицай староста еще вчера сбежал!Галкин, едва сдерживая смех, попытался объяснить, что они из кино, но бабка, не слушая, метнулась в погреб и вынесла им трехлитровую банку самогону со словами: Только не арестовывайте, хлопцы!. Самогон, по воспоминаниям съемочной группы, вечером был торжественно выпит за здоровье бабки.

Кульминационная сцена фильма снималась несколько недель. Чтобы сыграть напряжение Алехина (Момент истины), актера заставили не спать двое суток.
Премьера состоялась 9 мая 2001 года, в День Победы, сразу на 400 экранах по всей территории Союзного государства России и Беларуси. Маркетинговая кампания, разработанная при участии Госкино, строилась на документальности. Слоган картины гласил: Победу ковали не только в окопах. Документальная хроника невидимой войны.Для продвижения фильма был задействован механизм, ранее обкатанный на Мальчике со шпагой, но масштабированный на взрослую аудиторию. Производственный бюджет картины составил около  4 миллионов долларов (значительная часть средств была сэкономлена за счет безвозмездного предоставления техники и полигонов Белорусским военным округом).Коммерческие результаты первых недель проката превзошли расчеты дистрибьюторов:За майские праздники (первый уик-энд) фильм собрал свыше 55 миллионов рублей.Самым сложным испытанием для создателей стала закрытая премьера для ветеранов контрразведки СМЕРШ.Придирчивая профессиональная аудитория, обычно разносящая в пух и прах любые попытки кинематографистов показать оперативную работу, приняла фильм благосклонно. Выверенная по уставу форма, точное использование профессионального сленга (термины прокачка, волкодав, чистильщик ушли в народ) и отсутствие лишнего пафоса сделали свое дело. Главным итогом показа стала скупая похвала от самого автора романа, Владимира Богомолова, который публично снял свои прежние претензии к создателям, признав, что режиссер Михаил Пташук справился с материалом.

 

 

 

про Россию. 

Кстати как разметка? Исправилась?

[Росол]

Цена невесомости 

Идея снять первый в истории художественный фильм в космосе родилась у режиссера Юрия Кары еще в конце девяностых. Для экранизации философского романа Чингиза Айтматова Тавро Кассандры требовались натурные съемки в невесомости. Главную роль космонавта-исследователя должен был исполнить актер Владимир Стеклов. Стеклов прошел медкомиссию, выдержал тренировки в Центре подготовки космонавтов и был готов к полету. Но экономика  диктовала свои правила. Частные инвесторы и коммерческие банки, обещавшие оплатить полет, после дефолта 1998 года либо разорились, либо отказались выделять валюту. К весне 2000 года проект находился в состоянии клинической смерти. Росавиакосмос, не получив денег, вычеркнул Стеклова из полетного графика. Осознавая, что дело всей жизни срывается, Юрий Кара через руководство обновленного Союза кинематографистов (при поддержке Карена Шахназарова) добился аудиенции в Администрации Президента.Встреча в Кремле носила интересный характер. Юрий Кара разложил перед Александром Лукашенко не только раскадровки, но и смету. Для обеспечения полета съемочной группы и продолжения работы станции Мир требовалось около 20 миллионов долларов.Режиссер пытался говорить о престиже искусства, о прорыве в кинематографе, но Лукашенко остановил его.- Юрий Викторович, искусство -это прекрасно, - сухо сказал Президент. — Но меня интересует другое. Американцы настаивают, чтобы мы затопили Мир, потому что у нас якобы нет денег на его содержание. Они хотят, чтобы мы стали младшими партнерами на их новой Международной космической станции. Если мы сейчас найдем деньги и отправим вас на орбиту, мы продлим ресурс нашей станции?Присутствовавший на встрече глава космического ведомства подтвердил: целевое финансирование позволит экспедиции провести регламентные работы и оставить станцию на орбите еще как минимум на полтора-два года.Лукашенко кивнул.

Необходимая сумма была немедленно переведена из резервного фонда Правительства (где скопились первые нефтяные сверхдоходы) на счета Росавиакосмоса. Проект получил статус федерального значения.

Владимир Стеклов, уже отчаявшийся увидеть звезды, был экстренно возвращен в Звездный городок для финального этапа предстартовой подготовки. График полетов был скорректирован. В состав экспедиции, помимо профессиональных космонавтов-командиров, вошли Стеклов и профессиональный оператор с допуском к космическим перегрузкам.Весной 2000 года с космодрома Байконур стартовал корабль Союз ТМ. Прямую трансляцию запуска вели все федеральные телеканалы. Дикторы подчеркивали историчность момента: впервые в мире профессиональный актер отправился на работу за пределы атмосферы Земли. Стыковка со станцией Мир прошла в штатном режиме. Экипаж перешел на борт комплекса, расконсервировал системы жизнеобеспечения и приступил к работе.

Первой проблемой, с которой столкнулась съемочная группа после успешной стыковки со станцией Мир, стала физиология. По сюжету Тавра Кассандры герой Владимира Стеклова — космонавт-изгой, изможденный долгим пребыванием на орбите и тяжелыми философскими раздумьями. На Земле гримеры продумали, как подчеркнуть впалые скулы и тени под глазами актера. Но в первые же дни на орбите невесомость сыграла злую шутку. Из-за отсутствия гравитации кровь и лимфа прилили к верхней части тела. Лицо Стеклова мгновенно округлилось, отекло и приобрело цветущий, пухлый вид. Во время первого сеанса связи Центр управления полетами (ЦУП) вывел на экраны картинку с орбиты. Режиссер Юрий Кара, сидевший в Королёве у монитора, схватился за голову.

 Володя, что с тобой?!  закричал Кара по спецсвязи. Ты должен играть страдающего отшельника, а у тебя щеки со спины видать! Ты выглядишь как сытый купец!

Стеклов, плавая перед объективом, лишь виновато развел руками, случайно закрутившись вокруг своей оси:

-Я не ем ничего, меня тошнит третий день! 

Чтобы вернуть герою суровый вид, оператору приходилось изобретать схемы освещения, выставляя резкие боковые тени с помощью обычных корабельных фонариков, закрепленных армированным скотчем.

Легендарным курьезом стала попытка снять крупный план драматического монолога. По задумке Кары, герой произносит речь, и по его небритой щеке должна медленно, трагически скатиться скупая мужская слеза. На Земле это делается за пару дублей с помощью глицерина или актерского мастерства.Стеклов, собрав всю волю в кулак, действительно смог выдавить настоящую слезу. Но в условиях микрогравитации слезы не текут вниз. Выделившаяся влага просто собралась в плотный водяной пузырь прямо на глазном яблоке актера, начав неприятно щипать. Стеклов мужественно продолжал читать монолог, слепо моргая одним глазом, на котором висела набухающая прозрачная полусфера.Когда пузырь стал слишком большим, актер не выдержал и мотнул головой. Слеза оторвалась от лица и, повинуясь законам физики, полетела прямо в объектив камеры. Оператор инстинктивно дернулся, отпустил поручень, за который держался ногами, и плавно уплыл в другой конец модуля Квант, тихо ругаясь матом. Дубль был испорчен. Сцену в итоге пришлось переписывать: герой Стеклова просто тяжело вздыхал и закрывал лицо руками.Процесс управления съемками из ЦУПа сам по себе напоминал комедию. Связь с орбитальным комплексом Мир осуществлялась через наземные измерительные пункты (НИПы) и была доступна не постоянно, а короткими окнами по 15–20 минут, пока станция пролетала над территорией России.Юрию Каре приходилось выдавать указания с пулеметной скоростью:

- Так, внимание, мотор! Володя, больше трагизма! Отталкиваешься от переборки, пролетаешь к иллюминатору, смотришь на Землю и с надрывом говоришь реплику! Пошел!

Стеклов, стараясь выглядеть грациозно, отталкивался от панели. Но вместо того, чтобы плавно подлететь к иллюминатору, он не рассчитывал силу, пролетал мимо, врезался головой в контейнер с регенераторами воздуха и уплывал в кадр вверх ногами, судорожно пытаясь ухватиться за пульт управления.

- Стоп, снято... — обреченно звучал из динамиков голос Кары с Земли, прерываемый шипением радиопомех. - Володя, ты космонавт-исследователь или Карлсон? Давай еще раз, у нас три минуты до выхода из зоны радиовидимости!Настоящие космонавты — командир экспедиции Сергей Залётин и бортинженер Александр Калери, занимавшиеся в это время ремонтом систем стареющей станции, поначалу относились к киношникам с настороженностью. 

Они честно старались не мешать искусству, но станция жила своей жизнью. 

В один из дней Стеклов записывал сцену. Камера установлена, свет выверен. Герой произносит проникновенные слова о будущем человечества, взирая на далекую, голубую планету. 

И в этот самый момент на заднем плане, прямо за спиной одухотворенного актера, в расфокусе плавно и безмятежно проплыл бортинженер Калери. Он был одет в шорты и футболку, а в руках держал тюбик с космическим борщом, который пытался поймать губами прямо на лету. Оператор затрясся от беззвучного смеха. Дубль, разумеется, пошел в корзину.Роман Чингиза Айтматова Тавро Кассандры предполагал глобальный масштаб повествования. Пока главный герой, космонавт-монах Филофей (Владимир Стеклов), обращался с орбиты к человечеству, на Земле разворачивалась сложная социально-политическая драма с участием американских журналистов, ученых и самого Папы Римского. Юрий Кара с самого начала планировал привлечь к земным съемкам актеров мирового уровня, чтобы обеспечить фильму международный прокат. В 1998–1999 годах сценарий был разослан агентам нескольких голливудских звезд первого эшелона. Первоначальный ответ был ожидаемо прохладным. Сценарий актерам понравился своей философской глубиной, но после российского дефолта иметь дело с отечественными киностудиями никто не хотел. Деми Мур, находившаяся на пике славы, и Шон Пенн, известный своим сложным характером, через агентов вежливо, но твердо отказались. Британская звезда Эмма Томпсон также сослалась на занятость. У Росавиакосмоса и частных спонсоров просто не было валюты, чтобы оплатить их страховые депозиты.Всё изменилось весной 2000 года, когда Александр Лукашенко дал проекту статус национального достояния и выделил целевое финансирование из резервного фонда. Узнав, что гарантом бюджета теперь выступает Правительство Российской Федерации, подкрепленное растущими ценами на нефть, агенты в Лос-Анджелесе мгновенно сменили тон. 

Авансы в долларах были переведены на счета швейцарских банков без малейших задержек.

Шон Пенн, известный своими левыми и антиэстеблишментными политическими взглядами, согласился на роль журналиста, расследующего генетические эксперименты, увидев в проекте мощный антикорпоративный посыл. 

Деми Мур подписала контракт на главную женскую роль на Земле, а Эмма Томпсон вписалась в образ европейской исследовательницы.Летом и осенью 2000 года производственный процесс Тавра Кассандры представлял собой поразительный контраст. В то время как на высоте 400 километров Владимир Стеклов ел борщ из тюбика, боролся с приступами тошноты и пытался не разбить голову о переборки станции Мир, на Земле царил классический высокобюджетный продакшен. На Мосфильме для западных звезд были выстроены роскошные павильоны. Деми Мур и Шон Пенн передвигались по Москве в кортежах с мигалками (безопасность иностранных звезд курировал лично Единый комитет государственной охраны, чтобы избежать любых провокаций). Режиссер Юрий Кара, вырвавшийся из безденежья девяностых, с видимым удовольствием командовал интернациональной съемочной группой.На съемочной площадке обходилось без политики. Шон Пенн, в перерывах между дублями, охотно общался с российскими актерами через переводчика, пил русскую водку и обсуждал систему Станиславского. 

 

 

Сюжет

Фильм открывается в стерильных лабораториях Земли. Британский ученый, доктор Эвелин Рид (блестящая, нервная роль Эммы Томпсон), и русский генетик-диссидент Роберт Борк (Владимир Стеклов) делают пугающее открытие.Анализируя нейроимпульсы эмбрионов по всему миру, они обнаруживают аномалию — микроскопический знак на лбу при ультразвуковом сканировании. Борк называет его Тавром Кассандры. Ученые понимают страшную истину: это крик о помощи. Человеческие эмбрионы, обладая пренатальной памятью и предчувствуя жестокость, грядущий экологический коллапс и злобу мира, сознательно отказываются рождаться. У миллионов беременных женщин с Тавром начинаются необъяснимые депрессии, массовые психозы и выкидыши. Человечество стоит на пороге тихого вымирания.Борк понимает, что мировые правительства и спецслужбы немедленно засекретят данные, а его самого ликвидируют во избежание глобальной паники. Используя свой статус ученого, он обманом попадает в состав совместной экспедиции на ветшающую российскую орбитальную станцию Мир. Как только корабль стыкуется со станцией, Борк изолируется в главном модуле, меняет коды доступа и наглухо блокирует гермошлюзы от остального экипажа.Вторая часть фильма разительно меняет темп. Зритель видит документальные кадры реальной невесомости. Запертый в тесных, забитых аппаратурой и мотками проводов отсеках Мира, Роберт Борк начинает вещать на всех радиочастотах Земли. Он объявляет себя Космическим монахом  Филофеем. Он транслирует данные о Тавре Кассандры, вскрывая правду о том, что человечество проклято собственными нерожденными детьми, и призывает политиков остановить войны и уничтожение планеты.

Тем временем на Земле вспыхивает глобальная паника. Биржи рушатся. В игру вступают американские звезды. Циничный, уставший от жизни журналист Энтони Кросс (Шон Пенн в классическом амплуа нуарного репортера) начинает собственное расследование. Он находит прячущуюся от спецслужб доктора Рид (Томпсон). Их динамика строится на конфликте: Кросс пытается понять, Борк — гений-спаситель или сумасшедший сектант, решивший уничтожить мировую экономику?В ООН формируется чрезвычайный кризисный штаб. Его возглавляет Маргарет Стерлинг ( Деми Мур). Она принимает радикальное решение и отдает приказ готовить военный шаттл для силового штурма российской станции Мир.Кульминация картины - это диалог между Кроссом (Шон Пенн) и Борком (Стеклов) по взломанному закрытому каналу связи. Но время истекает. Военный шаттл со спецназом на борту стыкуется с Миром. Астронавты в тяжелых скафандрах начинают резать внешние люки плазменными резаками. В тесном модуле Борка раздается жуткий, скрежещущий визг горящего металла. 

Понимая, что спецназ вот-вот ворвется, доктор Рид (Томпсон) на Земле принимает отчаянное решение. Обходя блокировки ООН, она сливает всю исходную базу генетических исследований Борка в открытый интернет, навсегда лишая Стерлинг возможности скрыть правду от человечества.

Борк слышит, как резаки прорезают первый слой брони. Он понимает: его сейчас арестуют, накачают психотропными препаратами и покажут по всем телеканалам как слюнявого параноика, чтобы дискредитировать его послание.

Космический монах принимает страшное решение. 

Он переводит все системы станции Мир в спящий режим. Он наглухо блокирует внутренние стыковочные узлы, отрубает подачу кислорода в свой модуль и разбивает радиопередатчик тяжелым гаечным ключом. Единственное, что он оставляет включенным — это видеокамеру, направленную на его лицо и иллюминатор.Спецназ застревает в переходном шлюзе, не в силах пробиться через последние гермодвери без риска разгерметизации и уничтожения всего комплекса.В модуле Борка стремительно падает уровень кислорода. В реальной микрогравитации задыхающийся Стеклов подтягивает колени к груди, принимая позу эмбриона по задумке режиссера это была метафора, замыкающая идею фильма о нерожденных детях. Он медленно парит посреди модуля, закрывая глаза. Параллельный монтаж переносит зрителя на Землю. Энтони Кросс (Пенн) и Эмма Томпсон молча, в оцепенении смотрят на мерцающие экраны, где показатели пульса Борка неумолимо падают до нуля. 

В командном центре ООН Маргарет Стерлинг (Деми Мур) с каменным лицом отдает приказ отозвать спецназ. 

Последний кадр фильма: мертвый Филофей в позе нерожденного младенца парит на фоне иллюминатора, за которым медленно вращается безмятежная Земля. Космический монах навсегда остался на орбите.Звучит саундтрек Эдуарда Артемьева.Экран темнеет. Идут титры. 

 

В мае 2001 года Каннский кинофестиваль оказался площадкой не только для искусства, но и для большой геополитики. Учитывая тесный  альянс между президентом Франции Филиппом Сегеном и Александром Лукашенко, французская сторона обеспечила российской делегации поистине королевский прием.На красную ковровую дорожку Дворца фестивалей вышла уникальная команда. Рядом с режиссером Юрием Карой и актером Владимиром Стекловым (который после орбитальных перегрузок выглядел по-настоящему сурово и аскетично) шли голливудские суперзвезды — Шон Пенн, Деми Мур и Эмма Томпсон. Показ картины прошел при полном аншлаге.. Жюри Каннского кинофестиваля единогласно присудило Тавру Кассандры главную награду — Золотую пальмовую ветвь. 

Шон Пенн получил приз за лучшую мужскую роль второго плана, а Эдуард Артемьев -награду за лучший саундтрек.Французская пресса, традиционно благосклонная к левым и антикорпоративным смыслам (а фильм жестко критиковал глобальные структуры ), превозносила картину до небес. Однако для Администрации Президента в Москве каннское золото было лишь приятным бонусом. Настоящая цель, ради которой Александр Лукашенко в 2000 году выделил 20 миллионов долларов из резервного фонда, была достигнута в глобальном информационном поле.На следующий день после церемонии закрытия фестиваля мировые СМИ (включая американские CNN и Time) вышли с одинаковым посылом. Обсуждался не столько сам сюжет фильма, сколько невероятный технологический и административный прецедент. Россия доказала, что ее космическая программа жива.

 

[Росол]

Далее по культуре могу обещать экранизацию легендарной книги Уланова).

[Григорий Разоренов]

А что насчёт экранизации "Мечети Парижской Богоматери"? Хотя бы как мультфильма или мультсериала? Совместного русско-французского?

[Росол]

насчёт экранизации "Мечети Парижской Богоматери"? Хотя бы как мультфильма или мультсериала? Совместного русско-французского?

А она ее напишет, во первых? И будет ли она столь остросюжетна? 

[Григорий Разоренов]

То есть вы полагаете, что из-за иной миграционной политики во Франции Чудинова свой роман не напишет?

[Росол]

из-за иной миграционной политики во Франции Чудинова свой роман не напишет?

Не знаю. Надо изучить ситуацию пристальнее. Тем более что у меня запланирован французский пукосмак в  нулевых. Веселый шпагат Эйфелевой башни.

[Юзернейм]

А как в этой реальности сложится судьба студий Анимаккорд, , Петербург, Мельницы и Пилот? Или того же Союзмультфильма? 

А что случится с Куклами и Тушите свет при более жестком курсе Батьки? Да и вообще как будет развиваться или наоборот угасать политическое телевидение?

Изменено 3 часа назад пользователем Юзернейм

[John D. Long]

Если в этом мире не будет Смешариков, то это альтнегатива((

[Григорий Разоренов]

В таком случае и Чудинова, судя по всему, не будет знаменита. Будет нишевым писателем для узкого круга. Ведь она и стала широко известна благодаря этому роману. Впрочем остаётся облема мусульманской угрозы в целом. Но это уже зависит от того, что вы в  ТЛ пропишите.

Изменено 16 минут назад пользователем Григорий Разоренов

[Росол]

этом мире не будет Смешариков, то это альтнегатива((

Смешарики точно будут. Но другие. Там целое кладбище альтернатив.

[Григорий Разоренов]

Чисто теоретически и "Богатыри" могут быть другими. Например серьёзными и буквальными экранизациями русских былин. Хотя бы первые 3 фильма. Но не знаю, могла придти в голову кому-то такая идея в вашем таймлайне?

Изменено 24 минуты назад пользователем Григорий Разоренов

[Росол]

Например серьёзными и буквальными экранизациями русских былин. Хотя бы первые 3 фильма. Но не знаю, могла придти в голову кому-то такая идея в вашем таймлайне?

Ну так во первых, до Алеши поповича они это и делали. Князь Владимир как пример.

[Григорий Разоренов]

Ну так у вас они могут и дальше двигаться этим курсом)