Sign in to follow this  
Followers 0

византийский конкурс Neznaika1975. Одиссея жупана Влада


28 posts in this topic

Posted (edited)

Глава 1. В начале славных дел.

 

Это был первый морской поход молодого жупанича – и вот, сразу же такая неудача.

Двадцатилетний Владислав уже начал сомневаться в своей Доле вождя. Ему, младшему сыну жупана кривичей не светила власть в родном племени. Его судьба – быть воеводой при старшем брате Войниславе или идти искать собственное счастье во главе вольной дружины. Именно по последнему пути Влад и шел последние два года.

Его прадед был одним из военных вождей славян, которые вместе с господами аварами два поколения назад пришли в долины Мессении и Лаконии и отняли эти земли у ромеев. Это было еще при старом кагане Баяне, когда у ромеев правил Фока1. С тех пор, как на новых землях образовались новые племена, иногда – со старыми названиями племен, к которым принадлежали военные вожди – родилось и выжило много детей, и свободной земли уже не оставалось.. Иногда, Влад задумывался, какой огромный путь проделали его деды от далеких берегов реки, впадающей в холодное северное море2 до скалистых берегов Средиземного моря. Но обычно, он раздумывал над более важными вещами, например – где найти добычу для складывающейся ватаги молодых парней, которым тесно было на землях племени. Нападать на соседние племена своего языка было опасно – кровная месть грозила бы всему племени; ромеи же перебрались из неукреплённых деревень в крепкие грады, окруженные каменными стенами.

Во главе двух десятков ровесников – таких же младших сыновей, не имеющих наследства, Владислав ходил в набеги за коринфский перешеек. При старом императоре Реклии3, десять лет назад ромеи вернули себе власть над Аттикой, и там еще оставались неукрепленные греческие деревни. Но добыча оказалась небольшой – да и то, приходилось отдать большую долю племенам, через земли которых они ходили. Чтобы не делиться и брать большую добычу – нужна было большая дружина. А чтобы иметь большую дружину – нужна была добыча. Необходимо было вырваться из заколдованного круга. И путь был один – море.

Отец Владислава, жупан Войнимир, моря не любил и боялся. Его нелюбовь к соленой воде разделяли большинство племенных старшин, пришедших на морские берега с северных земель. Но страх Войнимира объяснялся еще и его опытом похода на ромеев полтора десятка лет назад. Тогда, с господами аварами, он участвовал в осаде Царьграда4. С того похода он привез немало добычи – но во время пиров жупан часто описывал страшные ромейские дромоны, топящие славянские лодьи в тесноте бухты Золотого Рога. То, что он смог спастись и от ромеев, и от последовавшего за поражением аварского гнева, когда каган приказал казнить уцелевшие экипажи лодей, – Войнимир считал лучшим подтверждением своей Доли.

Однако поколение Влада, выросшее на скалистых берегах лазурного моря и с детства ходившее на утлых лодчонках за рыбой, не разделяло страха отцов перед соленой водой. И в годы, когда славяне не могли собрать полноценный урожай с выжженной земли Пелопонесса –рыба выручала кривичей во время весенних голодовок.

Потому, когда младший сын пришел с идеей строительства племенной лодьи для похода на греческие острова – отец недолго сопротивлялся. Слава Богам – в племени жил, со времен похода на Царьград, прибившийся тогда варн5 Ирмис6. На собственном немецком языке Ирмиса звали как-то по другому, но никто из кривичей не мог выговорить его чудного имени. Влад с малолетства любил слушать рассказы варна о его соплеменниках, живущих на берегах далекого северного моря. Оказывается, варны жили на берегах того же моря, что и кривичи. Только варны на западном берегу, а кривичи – на восточном. Один из немногих в славянских племенах, Ирмис знал, как строить большие морские лодьи и как ими управлять в море.

Осенью, с соблюдением должных обрядов, Ирмис выбрал добрую сосну и срубил ее, следя, чтобы та упал кроной на юг. Пока дерево лежало до весны, вся дружина готовила доски для кораба. Весной дереву обрубили ветви, сняли кору, и получили колоду, длиной в две дюжины шагов. Выдолбив выемку, ствол на неделю погрузили в воду. Потом развели несколько костров по всей длине заготовки и поместили колоду над огнем, чтобы она не горела, а распаривалась.

Распаренные борта колоды, с помощью распорок и клиньев, развели в стороны – и вот тут пригодились заготовленные зимой доски. К концу колоды, уклоном наружу прикрепили концевые опруги7, внутри – боковые опруги, а уж к ним – доски бортовой обшивки. После этого длина лодьи увеличилась до трех дюжин шагов.

Пазы и стыки плотно конопатили и заливали варом. Внутри лодьи настелили второе дно из тонких досок, а потом обшивку обильно просмолили. Вдоль борта привязали толстый канат из пучков сухого камыша, служившего поплавком, благодаря которому кораб мог держаться на море при любой погоде. В заключение работ, были установлены по дюжине весел с каждой стороны и мачта с прямым парусом. Сзади и спереди были поставили по рулю – так, чтобы можно было грести в любую сторону. Теперь, лодья готова была нести до четырех (а если на коротком расстоянии и в хорошую погоду – то и до пяти) дюжин людей. На строительство ушла вся добыча Влада от набегов – и все равно пришлось просить помощи у отца, но к июню дружина в три дюжины топоров была готова к набегу.

Плыть решили на Крит – слыхали, что там, вдалеке от славняских воев, греки живут без опаски, в неукреплённых деревнях. Предполагали, что доберутся за два дня с ночевкой на малых остроах, или, если не смогут их найти – за сутки, гребя ночью

И вот – все надежды насмарку. Уже третий день буря носила суденышко по морю. Видать, Морской Царь за что-то разгневался на Владислава. Или праотец Велес. Влад сам толком не понимал, кому нужно молиться на воде – и на всякий случай перед отплытием принес жертвы всем. Видать – мало принес. Последние пару дней они только и знали что гребли,

пытаясь удержать судно носом к волне, вычерпывали воду, спали урывками по очереди – и все по новой.

Сейчас, в выдавшуюся минуту отдыха Влад сидел и грустно размышлял о своей неудачливости. К нему подсел Ирмис.

- Не грусти, хевдинг, - начал варн, кажется, норны тебя все-таки любят.

Молодой вождь недоуменно посмотрел на старика.

- Смотри, - продолжал кормчий, - волны уже не бьют со всех сторон, а идут в одну сторону. Нас несет на восток, но если так – рано или поздно мы упремся или в один из греческих островов, или в большую землю.

- Но не на Крит? – уточнил Влад.

- Нет, пожалуй. От Крита мы уже далеко.

Когда солнце перевалило за полдень, не потерявший с возрастом остроты зрения, Ирмис заметил вдалеке неясные очертания – это была земля. Когда находники приблизились к острову, солнце уже село. Влад возблагодарил богов – кажется, у них были все шансы приблизиться незаметно – ночью, в бурю, никто не подумает, что возможен набег.

Славяне причалили к невысокому островку, за которым возвышались высоченные скальные обрывы. Обойдя остров, мореходы обнаружили, что между ним и скалами лежит относительно спокойная бухта. Казалось, будто какой-то велет ударил по острову и прорубил дыру в его середине, на месте которой и образовалась бухта. Еще, в процессе обхода островка, они обнаружили какого-то нищего, живущего в бедной хижине. Странно, но у этого нищего были изображения ромейского бога, обложенные золотом. Более опытные моряки, имеющие опыт общения с греками, объяснили, что это ромейский ведун, ушедший в лес, чтобы быть ближе к своему богу и зовется он монах или по-славянски – отшельник. За десятилетия жизни в Морее, многие уже наловчились понимать по ромейски, и допрос отшельника не занял много времени. Оказалось, что их занесло на север от Крита, на остров Акротири. В старые времена жители этого острова возгордились, и бог ромеев покарал их, как какой-то Содом, обрушив молнию на остров. После этого весь центр острова ухнул в ад – но самая верхушка острова осталась в центре залива. И если на нее переплыть – будет ощущаться тепло, идущее снизу, от адских котлов, и запах серы.

Более важно, что на острове оказался совсем небольшой гарнизон – десяток солдат в башне. Всего на острове жило около сотни семей. Добыв необходимые знания, славяне принесли монаха в жертву Перуну, чтобы добыть удачу – заткнув ему рот, разбили голову дубинами и причастились крови крещеника8.

Хотя после двух дней непрерывной гребли люди валились с ног, жажда добычи пересилила усталость. Причалив с внутренней стороны Акротири, славяне спрятали ладью у берега, и по узким тропкам начали подниматься по обрыву. Пока поднимались – двое слетело вниз под порывами ветра. Потом еще четыре часа шли до башни, достигли которой лишь перед рассветом.

Влад подумал, что ему опять везет – пришли в самое хорошее время. Ромеи спали – какой дурак будет ждать врагов в такую погоду. Дверь башни была заперта – но оставался люк наверху. Забравшись по невысокой стене, молодой кривич сбросил соплеменникам веревку и десяток обнажённых воинов забрались наверх и тихо прокрались в башню. Через десять взмахов топора все было кончено …

Теперь, когда главное было сделано и овчарки, охраняющие стадо убиты – надо было не дать собраться овцам.

Вскрыв арсенал, славяне забрали два десятка мечей, заменив ими свои топоры – и побежали в ближайшую деревню, состоящую из двух десятков хибар из песчаника. Ворвавшись в селение, славяне начали убивать только что проснувшихся ромеев – мужчин, стариков и старух, маленьких детей. В живых оставляли только женщин.

То же самое повторилось и в следующем селении … и в следующем. До полудня, славяне успели зачистить четыре селения – и пятое обнаружили пустым, местные успели сбежать. Оставалось немного поспать, собрать трофеи и насладиться добычей.

Впрочем, опытный Ирмис не дал особо разгуляться оголодавшим до баб юношам, ни у кого из которых еще не было жены, а многие вообще еще не познали женщины. Из собранных баб он выделил молодых девушек и проверил наличие девственной плевы. Отобрав двадцать девственниц и еще десяток наиболее красивых – остальных он отдал на потеху воинам.

Женщины насиловали по распорядку - пока часть дружины развлекалась, другая часть обыскивала деревни и крепость. В деревнях ничего интересного не нашли, кроме металлических изделий и зерна, но в церкви и крепости обнаружили золотую и серебряную утварь, и казну гарнизона. Всего на вес вышло 2 фунта золота и семь фунтов серебра.

Натешившись, славяне разделили женщин на три части и принесли их в жертвы Перуну, праотцу Велесу и Морскому Царю. Может быть, благодаря жертвам, а может быть – благодаря тому, что буря уже улеглась, но путешественники благополучно добрались до Пелопонесса.

Продав в Мнемвасии9 рабынь по 10 номисм за голову, мореходы получили 300 номисм. Вкупе с имеющимися золотом и серебром, это составило 550 номисм, что хватило на покупку 35 комплектов вооружения и заказ нового корабля. Вместе с уже захваченными на Акротири двадцатью комплектами вооружения, этого хватало на то, чтобы одеть в железо экипажи двух кораблей.

Зерно, оливковое масло и металлические сельскохозяйственные орудия – топоры, плуги, лопаты, Влад отдал в племя. Теперь, после первого похода, старейшины и отец совсем по-другому посмотрели на деятельность младшего жупанича. И лишь старший брат Войко, не обрадовался растущей популярности младшего брата.

Edited by Telserg

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

1. Первое десятилетие 7-го века

2. Река Великая, район Пскова

3. Славянизированная форма имени Ираклий

4. Осада Константинополя в 626-ом году

5. Германское племя, жившее в районе современного Мекленбурга и Саксонии

6. Славянизированная форма имени Гермегискл

7. Фор- и ахтерштевни, по простому – палки на носу и корме судна

8. Древнеслав. - христианин

9. Византийский город-крепость на крайней южной оконечности Пелопонесса, остававшийся под контролем греков.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

Глава 2. Знакомство с миром

 

Отдохнув от приключений и закончив жатву, Влад вновь собрался в набег. Теперь дружина шла в поход, вооруженная не одними топорами и деревянными щитами. Каждый воин имел кожаную шапку и низкий железный шлем, закрывавший лицо и доходивший до плеч; небольшой щит круглой формы от 2,5 до 3 футов высоты; кожаный панцирь с прикрепленными к ним, для большей прочности, металлическими пластинками; короткий меч, несколько дротиков и копье. Отцы, помнившие походы на ромеев, окончив жатву начали гонять парней, так что к концу лета дружина уверенно строила стену щитов.

Во втором походе, молодому вождю повезло с погодой. За сутки, плывя строго на юг, они доплыли до большой земли. В пустынной бухте славяне захватили рыбацкую лодку и выяснили, что находятся на северо-западном побережье Крита, в заливе Суда рядом с городом Аптера. Была и плохая новость – гарнизон города составлял три десятка человек, что, вместе с жителями города и окрестных деревень было пока непосильной задачей для небольшой дружины. Влад решил пока изучить местность, чтобы потом, когда станет посильнее, возможно, вернуться сюда. Добравшись до ближайшей

деревни, кривичи перебили жителей, принеся их в жертву богам – сожгли в хлеву вместе со скотиной. Славяне захватили с собой молодых девушек, собрали немудреный деревенский скарб, свежесобранный урожай и направились к берегу. Они почти успели, когда увидели ромейских воинов в действии.

Видимо, кто-то успел подать весть в город – или же по столпу дыма ромеи поняли, в чем дело, и уже нескольких в километре от берега кривичи обнаружили облако пыли. Это оказались четыре десятка конников. Влад возблагодарил богов за то, что, по-видимому, это были все лошади, которые нашлись в городе.

Славяне распрягли лошадей из телег, на которых везли добычу, и поставили две телеги поперек дороги, еще две – по бокам и одну позади, так что конная атака оказалась невозможной. Влад с ужасом вспоминал рассказы отца про страшных аварских и ромейских конных лучников, представляя себе, как их нашпигуют стрелами. К счастью, оказалось, что в заштатном гарнизоне нет грозных кентавров – славы Империи. Лучшие воины были забраны на континент – сначала, на войну с персами, а потом – с арабами. Славянам противостояли те, кого сочли непригодным к большой войне.

Взойдя на телеги, славяне стали кидать дротики в коней. Командир ромеев отдал приказ спешиться и идти врукопашную. Нападающие пешими ринулись на заграждение, метая копья в ответ на дротики и топоры. К тому времени, когда они достигли телег – десяток нападавших и пятеро защищавшихся уже лежали на земле и силы противников сравнялись.

Перед телегами критяне замедлились на несколько мгновений, дав кривичам время на еще один бросок дротиков, после которого еще один десяток нападавших оказался на земле. Это явилось последней каплей – и ромеи бросились вспять. Владислав понимал, что если он сейчас рискнёт – у него есть шансы захватить город, оставшийся без защитников. Но это был его второй поход, дружина была невелика и еще не слажена, да и добычу они уже взяли. Поэтому, быстро сняв доспехи с убитых византийцев, славяне начали перегружать добычу на лодью и готовить погребальный костер для павших друзей.

В ногах у павших были положены трупы двух десятков ромеев - будет, кому прислуживать в чертогах Перуна.

А на обратном пути Владу повезло. Нет, ему ПОВЕЗЛО!!! Заметив севший на мель торговый корабль и пытающийся снять его с мели немногочисленный экипаж, мореходы обрадовались легкой добыче. И действительно, на корабле находилось пятнадцать человек, включая пятерых ромейских жрецов. Наскоро допросив пленных, Влад узнал что перед ним не простой жрец, а настоящий епископ из далекой страны Африка10.

Это была настоящая удача. Заглянув в трюм судна, Влад обнаружил там двести амфор с вином11 – и не мог удержаться от улыбки. Два удачных похода, вино, епископ – Доля точно его любит. Подумав об этом, жупанич сразу же сплюнул через плечо и попросил помощи у Велеса-щура, чтобы безопасно добраться до дома.

Дома Влад всю зиму занимался закупками кораблей, вооружения и набором дружины. Благо, деньги для этого у него были. Впечатленный быстротой, с которой славяне перерезали экипаж торгового судна, Киприан итак не был настроен торговаться о выкупе. Но больше всего, на него произвел впечатление случай, происшедший незадолго после их прибытия в племя. Епископ попросил у Войнимира позволения служить по воскресеньям службу для своих спутников, что ему и было позволено. Однако, в первое же воскресенье Киприан занемог – и службу служил оставшийся неизвестным священнослужитель.

За службой пришло наблюдать почти все племя – было интересно посмотреть на незнакомый обряд. Дав священнику закончить причащение, зрители потребовали дать пресуществленные хлеб и вино и им. Священник отказался. Славяне насмешливо спросили: «Зачем ты так надеешься на это, неужели это бог твой?» В ответ прозвучало: «Это плоть Того, Который распят за нас, Иисуса Христа, Спаса нашего, Который есть истинный Бог». «Неужели не стыдно тебе, — расхохотались славяне, — уповающему на то, что после переваривания станет калом?» «Да не будет этого пред Богом, никогда не поверим, что это так», — твердо ответил священник. Тогда кривичи заставили его съесть все частицы и сразу после этого распороли ему, еще живому, живот. Как и следовало ожидать, частицы хлеба оказались в пищеводе священника.

Узнав о случившемся, Киприан внутренне передернулся, но вслух произнес: «Истинный же пастырь тот отдал душу свою Господу и благодарил Того, Который удостоил его мученической смерти».

После этого инцидента, епископ не очень сильно торговался, когда за него запросили выкуп, равный его весу в золоте. Гонцы между Фессалониками и Пелопоннесом сновали три месяца, пока к декабрю сумма выкупа не была согласована – 100 фунтов золота. Епископ, конечно, весил больше – но Влад решил закрыть на это глаза, сама по себе сумма была неслыханна для не очень богатых кривичей.

Часть выкупа сразу взяли оружием, драгоценностями и паволоками, остальное золотом. Выкупа хватило, чтобы каждый из первых участников дружины почувствовал себя богачом. Несколько человек решило «завязать» с опасным ремеслом пирата, но взамен им набежало много желающих идти за удачливым вождем. К весне Влад имели три корабля с сотней полностью вооруженных опытных воинов.

Но не менее важной, хотя и бесплатной частью выкупа было общение с Киприаном. Для молодого славянина, только недавно вышедшего за пределы мирка небольшого племени, было интересно слушать рассказы епископа о большом мире. О великой войне с арабами, которую ведет император ромеев на Востоке. О богатствах Африки – которые могут получить смелые воины, желающие послужить экзарху Карфагена. Об интригах Царьграда – и большом спросе на смелых и верных воинов. Епископ исподволь внушал Владу желание послужить империи, а молодой вождь как губка впитывал знания, которые могут пригодиться в будущем.

Но пока до Карфагена и Царьграда было еще далеко. В ближайшем будущем Влада ждала Италия. На зимнем вече морейских племен пришел гонец от неретвлян12, испокон веков ходивших грабить через море, к ромеям и ломбардам. У итальянских ромеев опять вышла размолвка с ломбардским каганом Ротари – и им требовалась помощь славян. Экзарх Равенны был готов заплатить по одной номисме за меч и дать проводников, чтобы славяне потыкали в ломбардское подбрюшье. Одна номисма – это, конечно, было немного. Пеший солдат получал пять номисм в год. А федерат – две с половиной. Но славяне все рано ходили грабить в Италию, а тут еще и проводники и деньги авансом.

В общем, Влад решил примкнуть к неретвлянам.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

10. Пленение епископа Киприана описано в Чудесах Св. Дмитрия Солунского. Автором приводится собственная версия спасения епископа.

11. Груз найденного у берегов Малой Азии византийского торгового судна, затонувшего в 626 году

12. Современные Черногория и Южная Хорватия

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

Глава 3. Dolce vita

 

В Италию Влад привел три корабля и сотню хорошо вооруженных бойцов. Жупан неретвлян Цетмир привел три сотни своих воинов и еще двести союзников – сербов. Выглядели эти сербы, только недавно переселившиеся на благодатные Балканы откуда-то с севера, сущими дикарями.

Союзный отряд на двадцати кораблях, высадился на берег герцогства Беневенто, близ ромейского города Сипонта на полуострове Гаргано, где славяне получили условленные деньги и проводников и двинулись на юг. Разбив лагерь у реки Орфанто, по команде опытного Цетмира мореходы начали возводить ловушки – копать потайные ямы с кольями внутри, устанавливать скрытые связки кольев, которые можно внезапно поднять перед конницей. Сам лагерь оградили нарочито слабой оградой. Когда Влад спросил о причинах подобных мер, Цетмир ответил:

- Ты не знаешь ломбардов. У себя ты привык воевать с пешими, а авар уже, наверное, не помнишь. Ломбарды же не имеют луков, но когда их конница на крупных лошадях с длинными копьями скачет на тебя – тебе хочется превратиться в мурашку и спрятаться куда подальше. Твои воины не имеют опыта борьбы с всадниками, а у сербов вообще нет доспехов – поэтому мы будем пытаться сначала остановить конников, а уж потом будем их убивать.

Построив лагерь, славяне рассыпались по соседним деревням, собирая продукты и женщин. И тут себя во всей красе показали сербы. Прожившие уже несколько поколений рядом с ромеями кривичи и неретвляне с удивлением смотрели на только что пришедших с севера варваров. Татуированные, бездоспешные, вооруженные лишь топорами и щитами, одетые в волчьи шкуры сербы творили что-то запредельное – сажали на колья женщин, предварительно отрезав им груди; привязывали мужчин к столбам и забивали дубинами; разбивали о камень грудных младенцев, сжигали заживо стариков со страухами … и если о младенцах и стариках кривичи не очень беспокоились, то убийство женщин и мужчин, которых можно было продать за звонкое золото, злило кривичей. Прежде чем ссориться с сербами, Влад решил посоветоваться с Цетмиром.

- Остынь, - посоветовал неретвлянин, - сербы золоту-то и цену еще толком не знают. Люди только год назад как с севера переселились, моря вообще в жизни не видали – сейчас они и понять не могут, то ли они еще на нашем свете, то ли уже за Кромкой. Вот и ублажают Перуна с Велесом, как могут. Подожди – вот начнётся битва – они себя покажут.

И сербы показали …

Вскоре явились лангобарды – полторы сотни конных воинов и еще три сотни пехоты. Славяне выстроились перед лагерем – в центре вооружённые неретвляне и кривичи, слева и чуть позади – бездоспешные сербы Впереди славян находилась неведомая местным линия ловушек.

Конная лавина ломбардов стронулась с места, постепенно набирая скорость – и Влад осознал, что имел в виду Цетмир. Мчащаяся на тебя конная масса с торчащими вперед длинными копьями – это было ужасно. Успокаивало лишь сознание, что сейчас конники напорются на цепь ловушек, да крик со всех сторон «Держать строй!»

Ломбарды достигли первого ряда ловушек - пара десятков лошадей провалилась ямы, переломав ноги и напоровшись на колья вместе со всадниками. Через десяток шагов сработала вторая линия – за веревки были подняты заостренные связки кольев, торчащие вперед – и еще пара десятков коней наткнулась на них.

Конница на мгновение потеряла темп – и тут в дело вступили сербы. Волчий вой раздался с левого фланга, заставил лошадей испуганно заржать, вставая на дыбы в попытках развернуться – и лавина обнаженных воинов в волчьих шкурах рванула вперед. Не переставая выть и пугать лошадей, сербы рубили все подряд – лошадей, лангобардов, подворачивающиеся под руки колья.

Сербы выли, пускали слюну изо рта и не ведали боли, не обращая внимания на оружие врагов. Влад пораженно смотрел, как один из ломбардов ткнул копьем в обнаженную грудь северного варвара – но лишь оттолкнул его, даже не оцарапав кожу. А серб, упав от точка копье мгновенно вскочил и взлетел на коня, мгновенно снеся ломбарду голову.

Очнувшись от первоначального шока, остальные славяне присоединились к битве. Быстро вырезав остатки конницы, пираты бросились к пешим лангобардам – но с ними битва оказалась недолгой. Пораженное мгновенной гибелью конных, большинство пеших воинов постаралось скрыться с поля боя.

Потом, собирая добычу с трупов, славяне обнаружили богато одетого ломбарда. Местные ромеи, которым сбывалась добыча, сказали, что это герцог Беневенто по имени Айо.

Две недели после этого прошли в разъездах по окружающим селениям и поискам добычи. Добыча была небольшой – жители округи разбежались, но вожди похода, по договорённости с ромеями, продолжали ждать. И дождались – пришла новая дружина ломбардов во главе с братом и наследником Айо – Радоальдом. К удивлению моряков, Радоальд говорил по-славянски – по его словам, выучил, когда жил на севере, в герцогстве Фриули.

Герцог предложил не начинать битву, а дать ему один день, чтобы по христианскому обычаю помолиться на могиле брата. Цетмир, которому было приятно, что заморский немец13 говорит на человеческом языке, готов был согласиться. Но всему помешал Влад. Врожденная осторожность говорила ему, что «хороший немец – мертвый немец». И молодой вождь поступил так, как диктовала ему осторожность – всадил в живот герцога меч. Остальные кривичи в считанные минуты перерезали свиту герцога – и остальным славянам не оставалось ничего иного, как напасть на не ожидавших атаки ломбардов.

Позднейший лангобардский историк написал, что его соплеменник подверглись «большому избиению» - и славяне разгромили последние силы герцогства Беневенто. Король Ротари воевал с ромеями на север и был не способен помочь южанам.

С помощью славян, проведших в Италии год, ромеи смогли освободить от лангобардов южную оконечность герцогства и захватить город Беневенто. Земли от Сипонтума до Неаполя вновь стали ромейскими – а славяне вернулись домой с большой добычей и новым боевым опытом.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

13. Человек, говорящий на ином языке

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

Комментарий автора.

 

Возможно, коллеги спросят – а где здесь АИ? Посыпая голову пеплом, признаюсь – не рассчитал объем. Частично – АИ уже началась, поскольку в реальной битве 643-его года Радоальд внезапным нападением разбил славян и заставил их бежать на корабли.

Однако, в основном, предполагалось, что АИ начнется позже – участие Влада в десанте на Александрию 645-го года (который закончится как в РеИ).

Потом – участие славянских наемников в битве при Суфетуле на стороне ромеев (по приглашению епископа Киприана) и победа патрикия Григория – и это уже АИ. Потом, вместе с арабами – нападения на Сицилию и Испанию.

Потом – покорение Пелопонесса и Крита и участие на стороне арабов в «битве мачт» (вариант – получение земель в Африке от Григория и повторение судьбы Барбароссы – тогда в «битве мач» Влад бы участввал на стороне ромеев). Потом – грабеж Фессалоник а-ля Лев Триполитанский.

Возможно - переход на сторону ромеев и возвращение в Италию вместе с Константом, поражение лангобардов под Беневенто.

И достойный конец жизни – гибель во время осады Константинополя 672-678 года (еще не решил, на чьей стороне).

И много еще разных увлекательных приключений. Планировался этакий микс Льва Триполитанского, Хайредина Барбароссы и капитана Блада (да, любовная романтика и измены друзей тоже планировались – как без них).

Но, не успел. Выкладываю то, что есть – надеюсь на конструктивную критику.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

по стилю напомнило:

День начнет клониться к вечеру, солнце со своими золотыми лучами скроется за горы, а на поле брани будут слышны последние вздохи умирающих, ржание упавших коней, стоны раненых героев, плач и причитания жителей, у которых над головами загорятся крыши

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

Продав в Мнемвасии9 рабынь по 10 номисм за голову

А жители Монемвасии не открутят ли голову незадачливым славянским "морским волкам" появившимся в их гавани, за пленение и продажу их соотечественников и единоверцев? Они конечно, с определенного момента, едва ли не "гуляют сами по себе", но тем не менее формально все еще числятся подданными Империи, какие никакие представители власти у них наличествуют  и со славянами у них, в VII в., скажем прямо, отношения должны быть весьма не дружелюбными...

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted (edited)

А жители Монемвасии не открутят ли голову незадачливым славянским "морским волкам" появившимся в их гавани, за пленение и продажу их соотечественников и единоверцев?

 

меня тоже интересует этот вопрос

но как-то ведь торговали византийскими рабами те же славяне.

в 8-9 векам продавали евреям

а в 7-ом - видимо ромеям же и продавали? кому еще-то?

Edited by Neznaika1975

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

со славянами у них, в VII в., скажем прямо, отношения должны быть весьма не дружелюбными...

кстати, не скажу за Монемвасию - но в Фесалонниках, которые дважды осаждались славянами, отношения с греков с окружающими славянами стали вполне ... не, если не добрососедскими, то просто - соседскими, равно как и в городах Далмации

так что обычная торговля точно должна была быть.

вот насчет рабов - непонятно

с другой стороны - в Римской империи никто не мешал пиратам торговать римскими гражданами.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

а в 7-ом - видимо ромеям же и продавали? кому еще-то?

Ну в более позднее время на ниве работорговли неплохо итальянские "морские" республики подвязались, но в VII в., когда часть Италии все еще под Империей, а обращение в рабство, покупка и продажа "римского гражданина" им же подобным вообще-то преступление, карающееся по закону... Да и вряд ли в VII в. уже шли массовые продажи "на сторону", в общем и целом ромейские пленники распределялись по южному фасу "славянского мира" (Балканы) и Аварскому каганату, где иногда с грехом по полам их выкупало ромейское правительство, теоретические, в качестве покупателей, еще возможны арабы и лангобарды, да те же франки с вестготами, однако, у длиннобородых в описываемый период имеется большой "зуб" на славян, а до франков и вестготов надо еще доплыть...

с другой стороны - в Римской империи никто не мешал пиратам торговать римскими гражданами.

Коллега, вы точно в этом уверены? - Есть на этот счет большие сомнения...

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

Коллега, вы точно в этом уверены?

неправильно выразился

мешать-то мешали - но, тем не менее, римскими гражданами торговали. Незаконно. разумееется

 

да и по поводу

но в Фесалонниках, которые дважды осаждались славянами, отношения с греков с окружающими славянами стали вполне ... не, если не добрососедскими, то просто - соседскими, равно как и в городах Далмации

извиняюсь, некорректное заявление. Спутал с ситуацией конца 7-го - 8-го веков

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted (edited)

мешать-то мешали - но, тем не менее, римскими гражданами торговали. Незаконно. разумееется

 

Ключевое слово "незаконно", а это подразумевает: а) возможность наказания за подобного рода деятельность б) не такие уж большие объемы торговли, обусловленные ее "теневым" нелегальным статусом. В условиях, когда население приморских ромейских крепостей, что на Пелопоннесе, что в Далмации, еще в первом-втором поколении "беженцы" и их потомки из разрушенных аварами и славянами античных центров тип Салоны, Эпидавра или Коринфа, теплых чувств они к своим "новым соседям" испытывать не могут, особенно далматинцы, чьи  дети и внуки, после того как научились выживать на островах, тут же приступили к жестоким набегам на водворившихся на побережье славянских поселенцев... "Особый" характер отношений между славянами и жителями Фессалоники диктовался опытом неудачных аваро-славянских осад города и произведенным на славянское  сознание эффектом "чудес св. Димитрия", что в прочем, при все известны особенностях, не означало (да ине гарантировало) окончательного "примирения"... Т.о. если поторговать с "своими" т.е. живущими за стенами "местными" славянами,  продуктами питания там или дровами (держа при этом ухо  востро) еще куда ни шло, то скупать пленных ромеев у залетных славянских пиратов, это уже перебор, только если те сами предложат их выкупить ромеям и у коменданта крепости (метсного архонта, "совета" и проч.) будут на это деньги, но при этом вряд ли наберутся такой наглости как заявиться в городскую гавань (если только не "в силе тяжкой") ибо это, скорее всего будет означать неминуемое сражение...

Edited by magister militum

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

залетных славянских пиратов

вряд ли наберутся такой наглости как заявиться в городскую гавань

судя по рассказу - пираты как раз местные. Соседи, так сказать

так что никаких заходов в гавань.

Чисто по соседски - продажа за 50% от рыночной цены (цена обычного раба составляет 20 номисм) в перелеске, с соблюдением всеъх процедур, типа вооруженной охраны и обмена заложниками

 

но в целом, Вы правы - сбыт награбленного, особенно, рабов, это проблема.

 

Меня, кстати, всегда интересовало, куда сбывали награбленное славяне 7-го века или викинги 9-го или казаки (днепровские и донские) 16-го/17-го веков

кто был покупателем.

Подозреваю, что в большинстве случаев, это все таки были те же ромеи 7-го века, каролинги 9-го и россияне/поляке 16/17-го

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

Ну казаки, например, основную массу турецких и татарских пленных сбывали либо "на Русь" (Литовско-русское гос-во сода же относится), либо в своих "местах обитания" распределяли "промеж собой" - смешанные браки и т.д. и т.п. Представить, чтобы атаманы захваченных же турецких пленных, попытались бы сбыть скажем заявится на базар в Азов и сбыть там "турецкоподданых" из разряда ненаучной фантастики, хотя кончено местный паша мог вступить в "сношения" с казаками по поводу уплаты выкупа за пленников. Викинги, как вы помните коллега, муссу захваченных пленников сбывали в своих собственных торговых центрах типа Бирки, или выросших из их "колоний" в других землях, типа Дублина, или в центрах "международной торговли" типа Новгорода (Хольмгарда) и того же Константинополя, основные покупатели либо местные владетели и купцы, либо те же вездеесущие сарацины, со своими "дихремами" добравшиеся аж до Старой Ладоги... В VII в. славяне однозначно сбывали пленников своим соплеменникам и по торговым путям дальше "на север", плюс выкуп ромеями своих пленных, в принциипе та же "торговля", с той лишь разницей, что человека не в рабство продавали, а выкупали обратно "на волю"...

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

Имхо, если не касаться литературной составляющей, то спорных мест два:

1. Суперудачливость Влада - ноткак раз она объясняется с точки зрения теории вероятности

2. Продажа рабов. Двадцать рабов с дисконтом 50% Влад еще может продать - да и то, рискованно это. Но в бОльших количествах - непонятно, куда он будет сбывать добычу. Если не уйдет наемником к ромеям или арабам

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted (edited)

2. Продажа рабов. Двадцать рабов с дисконтом 50% Влад еще может продать - да и то, рискованно это. Но в бОльших количествах - непонятно, куда он будет сбывать добычу.

Соплеменникам - пелопоннесским славянам или более серверным... Ромеи Монемвасии его однозначно вздернут, после окончательно падения Коринфа (и возможно Аргоса), где-то в конце 640-х гг., монемвасийский епископ (прежде видно возглавлявший лаконскую епархию, входившую в коринфскую метрополию) остался по сути едва ли не единственным хоть каким-то полу"официальным" представителем имперской власти на п-ве (до учреждения в IX в. должности стратига Пелопоннеса; про "отпавших" от Империи, в условиях воцарившегося хаоса, и даже вернувшихся к язычеству майонитах - "ромеев прежнего времени", речь вообще не идет - они сами по себе были) и вряд ли он одобрит "негоцию" по продаже/покупке пленниц - девушек-христианок, да еще и подданных Империи, - если "жупан Влад" сунется "на скалу", его в лучшем случае вздернут, если не монемвасийцы, так предки цаконов, проживающие в окрестностях Монемвассии, которых Константин Багрянородный именовал не иначе как "стражи", вероятно намекая, что современные ему воинственные горцы Лаконики, возможно, имели среди своих предков, помимо древних спартатиотов еще и солдат из остатков каких-то имперских частей VI в., после аварских и славянских вторжений "загнанных в горы" на юго-восточной оконечности п-ва, где они "осели" на землю, смешавшись с местными жителями, но тем не менее не оставили воинского дела, защищая, как места своего проживания, так еще и охраняя подступы к Монемвасии, вполне возможно предположить и такое, что эту часть предков цаконов просто "перевели" на положение "лимитанов" где-то в правление Ираклия, в тот недолгий период, между его окончательной победой над Персией и началом арабского вторжения, когда он по мере сил и возможностей, пытался "восстановить" "старую" военную организацию и систему обороны, как  оставшихся, так  и вновь отвоеванных рубежей... "Скатившись в архаику", жестокие и "полудике" (хоть и немногочисленные) цаконы вполне эффективно противостояли местным  славянам, изнуряя их кровавыми набегами.

Edited by magister militum

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

Соплеменникам - пелопоннесским славянам или более серверным..

а откуда у соплеменников деньги?

арабам? но арабы 640-х годов - это такие перцы, которые сами кого-хошь ограбят

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted (edited)

а откуда у соплеменников деньги?

Ну все таки уровень социально-экономического развития у пелопоннесских славян второй половины VII в. уже был довольно приличен, - золотую деньгу они от пуговицы уже отличали, хотя конечно товарно-денежные отношения у них "на полную мощность", конечно, еще далеко не развернулись и, тем не менее, в качестве "отступных" или даже "дани" они обычно требовали от Империи именно денег (вместе с другим ништяками), не забудем и про институт "меновой торговли" тех же пленниц Влад мог обменять на припасы или вооружение, как у соплеменников, так и у более северных соседей, - через дуклян и хорватов, например сбыть их подальше на север аварам и т.д.

Edited by magister militum

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

не забудем и про институт "меновой торговли" тех же пленниц Влад мог обменять на припасы или вооружение, как у соплеменников,

да, это более реалистично

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted (edited)

да, это более реалистично

 Я вот кстати тут вот про "майонитов" вспомнил: 

Алекссев в своей "Славянской Европе" вот, что про них пишет:

В Х в. приходилось уже подчеркивать неславянское происхождение жителей Майны, горной цитадели, прикрывавшей некогда крайний юг и юго-восток Пелопоннеса. К моменту вторжения словен обитатели этой неприступной крепости, «древние ромеи» (римляне) по происхождению, оставались «эллинами» по вере – то есть язычниками. После нашествия они вышли из повиновения имперским властям. В IX в. их пришлось подчинять заново – наравне со славянами.

Строго говоря "Майна (или Мани) это не только город-крепость, но еще и сам по себе гористый полуостров, та же скала с "фьордами" на подобии Монемвассии и с такими же "рассыпанными" вокруг крохотными общинами-поселениями-"башнями" различных кланов маниотов - по сути тех тех же цаконов (только еще более архаичных и жестоких), только в отличии от монемвасийцев, "майониты" (маниоты) радикально "порвали" и с Империей и с христианством, лет двести "гуляя сами по себе"... пока у Империи до них наконец не дошли руки. Так что думаю если в Монемвасии Влада скорее всего вздернут, то майониты, которым на Империю и ее официальную религию теперь плевать " с высокого утеса", вполне могут прикупить и христианских пленниц и продать харчей удалому разбойнику...

Edited by magister militum

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

Я так и знал, что здесь будут обсуждать заклепки и цены на рабов! :rofl:

Вообще, весь этот рассказ - своеобразный дайджест современного "типа исторического" худлита.

Достаточно знать, что так сейчас пишут почти (почти, я сказал) ВСЕ. И можно дальше не читать. Не этот рассказ, я имею в виду, а вообще весь "типа исторический" худлит.

Заклепки, цены на рабов (даже не сомневаюсь, автор про это много прочитал, но нафига это именно в таком виде и с такой подачей?). Сюжет типично всехнагибаторский. Концентрация заклепок на единицу текста зашкаливает все мыслимые приличия. Язык никакущий, уровень школьного сочинения.

Сербы выли, пускали слюну изо рта

Блин, слюну можно еще из чего-то пускать?

Короче, не знаю, плакать или смеяться...

 

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted (edited)

Заклепки

Сюжет

язык

в целом - Вы правы

но что поделаешь, если мне хочется почитать про эту эпоху, а никто не пишет

вот и остаётся писать самому (признаю, что коряво)

 

я бы с удовольствием забесплатно побыл бы техническим секретарем у человека с хорошим слогом, который бы написал лучше

P. S. А что плохого во "всехнагибаторстве" в развлекательном приключенском произведении?

"одиссея капитана Блада" - тоже "всехнагибаторстов" но читается очень легко

Edited by Neznaika1975

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted (edited)

А что плохого во "всехнагибаторстве" в развлекательном приключенском произведении?

Его стало слишком много. К тому же оно отражает нехорошие тенденции в обществе.

Вот, кстати, на голливудщине большой головной болью сценаристов является выдумывание такого злыдня, который может навалять летающему чуваку в красных труселях и синем трико.

Отсюда мышль - ну неинтересно следать за всехпобедивцем. Надоедает ОЧЕНЬ быстро.

но читается очень легко

Я  в юности тоже читал много всякого легкого, от конины до всяких там бешеных. Однако с некоторых пор согласен с высказыванием Олдей, утверждающих, что "читается легко" - это приговор книге.

Не, пусть они будут, эти легкие книги. Но мне уже хватит.

Edited by Инженер

Share this post


Link to post
Share on other sites

Create an account or sign in to comment

You need to be a member in order to leave a comment

Create an account

Sign up for a new account in our community. It's easy!


Register a new account

Sign in

Already have an account? Sign in here.


Sign In Now
Sign in to follow this  
Followers 0