Президент Борис II

[Роберт]

Чеченский добровольческий корпус

Протест Куликова

Использование парамилитариев в локальных конфликтах на Кавказе не было чем-то новым для Москвы. Ещё в грузино-абхазской войне 1992-1993 гг. на стороне абхазов воевали отряды добровольцев из республик Северного Кавказа при более чем откровенной поддержке российской армии и спецслужб. Но теперь предлагалось поддержать «добровольцами» сепаратистский, ещё вчера враждебный режим внутри самой России, и это не нравилось российским силовикам.

Самую непримиримую позицию занял министр внутренних дел Куликов, ранее командовавший российской группировкой в Чечне. Он вообще выступал против любого сотрудничества с Масхадовым. Куликов не рискнул публично критиковать проекта добровольческого корпуса на Совбезе, но наедине с президентом подверг его разносу:

— Борис Ефимович, ну что это за серая схема? Что за голимый криминал? У нас есть статья УК за наёмничество! И кто из наших военных пойдёт служить Масхадову? А кто будет это всё оплачивать? Кто тяжёлое воружение даст? Не слушайте Савостьянова, он в 1994 году уже гонял таких партизан на штурм Грозного, чем это закончилось — всем известно.

— Не только Савостьянов это поддерживает, — возразил Немцов.

— А кто ещё? Хотя можете не говорить, я и так знаю. Господин Березовский. Это афёра, Борис Ефимович, вас разводят, тут нет никаких реальных перспектив.

Немцов к тому времени успел несколько забронзоветь и не потерпел такой смелой критики. Кроме того, он был недоволен Куликовым и по другим причинам. Этот выходец из внутренних войск ничего не сделал для наведения порядка в милиции, глубоко коррумпированной, криминализованной и неэффективной. В январе 1999 Немцов отправил его в отставку и заменил его на Сергея Степашина. Этот аппаратчик перестроечного поколения ранее возглавлял ФСК-ФСБ, символизировал гражданский контроль над силовыми органами и воспринимался как эффективный технократ без выраженной политической позиции. Немцов попросил Степашина не связываться с чеченским проектом и сосредоточиться на реформе милиции, чем тот и занялся.

Схема Березовского

Как справедливо сказал Куликов, главным организатором чеченского проекта, его душой, был Борис Березовский. Когда Борис Абрамович узнал об идее Хултыгова и Савостьянова, то загорелся ей, увидев возможность для грандиозного схематоза — не только ради личного обогащения, но и из бескорыстной любви к схематозам. Весь конец 1998 и начало 1999 он посвятил тому, что позже назвал самым сложным делом своей жизни — без устали летал между Москвой, Грозным, Ростовом и Владикавказом, сговариваясь, торгуясь, угрожая, подкупая, соблазняя, — сплетал запутанную сеть отношений между чеченскими лидерами, военными, чекистами, нефтяными и оружейными баронами. В конце марта он, наконец, созвал в доме приёмов «Логоваза» в Москве тех, кто должен был финансировать проект — других олигархов — и представил им финальный бизнес-план.

Идея была такова. Президент Чечни официальным указом создаёт Добровольческий корпус. Туда набирают российских военных, формально в увольнении из Вооружённых сил. Численность — 8 батальонных тактических групп (БТГ) для боевых действий против исламистов, плюс батальон внутренних войск для охраны порядка в Грозном, всего около 7 000 человек (в два раза больше масхадовской Национальной гвардии, в разы больше любой группировки полевых командиров). Корпус оперативно подчиняется Масхадову, но в структуру ВС ЧРИ не входит. Он живёт по своим уставам и со своей юстицией. По секретным пунктам контракта, корпус не участвует ни в каких действиях «в ущерб интересам России», и в случае войны между Чечнёй и Россией разрывает контракт. 

Корпус финансируется из целевого кредита правительству Чечни от Кавказского инвестиционного банка, который предстоит создать. Кредит обеспечивается залогом в виде контрольного пакета акций ЗАО «Грозный Нефтегаз». Эту компанию также предстоит создать указом президента Чечни и «приватизировать» в её пользу всю государственную нефтегазовую отрасль, включая участок нефтепровода Баку-Грозный-Новороссийск.

Предварительная оценка затрат — 220-250 миллионов долларов в год, и около 300 миллионов при интенсивных боевых действиях с поддержкой авиации и артиллерии. Предварительная оценка доходов от добычи, переработки и транспортировки нефти и газа, включая преимущественные права на нефтепровод Баку-Грозный-Новоросийск — 200-250 миллионов в год при текущих ценах, 300-400 после полной реконструкции чеченской промышленности и с учётом ожидаемого роста цен. Присутствующие представители Масхадова, Минобороны и ФСБ подтвердили, что с их сторон всё согласовано — осталось только получить финансирование.

— И прошу учитывать, что это не только вопрос денег, — подытожил Березовский. — Это вопрос нашего выживания. Если завтра ваххабиты возьмут Грозный, послезавтра мы будем иметь диктатуру в Москве. И непринципиально, кто будет диктатором — Лебедь, Зюганов, Лужков или хоть сам Немцов. Мы, собравшиеся здесь, не очень любим друг друга, но в этом сценарии мы все в одной лодке. Давайте держать её на плаву.

Некоторые засомневались, что семитысячный контингент сможет решить проблему, с которой в 1994-1996 годах не справился стотысячный. На это ответил представитель Минобороны:

— Проблема совершенно другая. В 1994 году была поставлена задача восстановления конституционного порядка в Чечне. Слишком амбициозная. Наши вооружённые силы оказались к ней не готовы. Сейчас речь идёт только о том, чтобы помочь дружественному правительству восстановить контроль в ключевых пунктах. И мы задействуем только хорошо подготовленных бойцов с боевым опытом.

Эти и другие аргументы убедили не всех. Некоторые олигархи нашли благовидные предлоги уклониться от взноса. Гусинский, от которого требовалась скорее медийная, чем финансовая поддержка, прямо и дерзко заявил, что в проект не верит и поддерживать его не будет. Ходорковский, Абрамович, Алекперов и Фридман согласились вложиться, добились кое-каких поправок в свою пользу, и соглашение «по понятиям» было заключено. Вслед за тем оно оформилось в серию письменных контрактов, российских и чеченских правительственных указов. 10-14 мая Кавказинвестбанк, ЗАО «Грозный Нефтегаз» и Чеченский добровольческий корпус официально появились на свет.

Реакция в России

Реакция публики была бурной и почти исключительно негативной. Видимость «иностранного легиона» никого не обманула — все понимали, что фактически в Чечне будут действовать российские войска. Не обмануло и отсутствие указа с подписью Немцова — все понимали, что без согласия президента проект не осуществился бы. Российские и западные либералы выражали разочарование: «Немцов пошёл по той же дороге, что Ельцин. Был молодой реформатор — стал имперец и неоколониалист». Патриоты возмущались прямо противоположным: тем, что российские военные будут подчиняться Масхадову — сепаратистскому лидеру, ещё недавно врагу России. По этому поводу Лебедь высказался в ток-шоу на НТВ:

— Ситуация напоминает мне один неприличный анекдот. Ельцин воевал с Масхадовым, и Немцов воюет с Масхадовым. Но есть нюанс.

Армия роптала. Многие офицеры заявляли, что завербовавшихся в Доброкорпус считают предателями и руки им не подают. Некоторые командиры не пускали на порог являвшихся к ним вербовщиков. Но esprit de corps в российской армии был слаб, а воля к сопротивлению сломлена после «рохлинских» чисток. Корпус предлагал существенно лучшее жалованье, чем ВС РФ, и обещал быстрое продвижение. Большинство офицеров воспринимали службу сепаратистам как позор, но на дворе были циничные девяностые, армия нищенствовала, и желающих дорого продать свою честь хватало с избытком.

Реакция в Чечне

Массово возмущалась и чеченская публика: «Масхадов продался, сдал страну русским оккупантам, а нашу нефть — еврейским олигархам». Для Басаева и других исламистов это послужило поводом для окончательного разрыва с Масхадовым — для начала открытого мятежа. Басаев отказался от должности премьера, уехал в Ведено и собрал там съезд оппозиционных полевых командиров, включая Хаттаба, Бараева, Гелаева и Радуева. 

Съезд объявил президента Масхадова лицемером, предателем ислама и чеченской свободы, и призвал Кавказ к вооружённому восстанию против России. Эта декларация расколола чеченское общество. Яндарбиев, Удугов, ряд других политиков и полевых командиров поддержали Басаева и принесли ему религиозную присягу (байат) как амиру. Но резко против выступил муфтий Кадыров, который осудил басаевцев как еретиков-«хариджитов» и поддержал Масхадова как законного президента. Встали на сторону президента и братья Ямадаевы. Сулим Ямадаев заявил:

— Басаев предал чеченский народ и отрёкся от нашей религии. Он воюет не за нашу свободу, а за интересы своих арабских хозяев. Те, кто присягнул Басаеву — больше не чеченцы, и разговор с ними будет как с врагами нашей нации.

Но против Доброкорпуса негодовали даже они. Масхадов предвидел такую реакцию. Он заблаговременно попытался смягчить негатив, попросив Немцова, чтобы корпусом командовал мусульманин, и хотя бы батальон внутренних войск (патрулирующих Грозный) комплектовался из этнических мусульман. 

Немцов пошёл навстречу. Он предложил командование генерал-майору Мухридину Ашурову, этническому таджику, который ранее командовал российской дивизией в Таджикистане. Ашуров воспринимал ситуацию так же, как большинство офицеров, и поначалу отказался с возмущением. Но Немцов разъяснил:

— Мухридин Ашурович, поймите, что перед командиром корпуса стоят две задачи. Первая на очереди — покончить с Басаевым, а потом будет вторая — отжать власть у Масхадова. Этот человек — не просто командир наёмников. Это будущий российский генерал-губернатор Чечни. Не хотите ещё раз подумать?

Подумав, Ашуров согласился, был официально уволен из ВС РФ с повышением до генерал-лейтенанта и звездой Героя России, и на другой же день назначен командиром Чеченского добровольческого корпуса. По грозненскому телевидению показали, как он участвует в общей молитве с Масхадовым и Кадыровым. 

Это не сильно помогло. Даже лояльные чеченцы воспринимали «добровольцев» как русских оккупантов. Их официальное подчинение Масхадову только усугубляло неуважение, которое чеченцы не стеснялись демонстрировать при всяком удобном случае. Словом, Масхадов получил солидное силовое подкрепление, но его политические позиции стали только хуже. Чтобы восстановить авторитет, он должен был реализовать силовое преимущество и одержать решительную победу над «ваххабитами» — и как можно скорее.

Первая операция

Немцову тоже надо было загладить впечатление позора от сдачи русских военных внаём Ичкерии. Как только основные силы Доброкорпуса разместились в Грозном и на авиабазе Ханкала, он позвонил Ашурову и приказал как можно быстрее, безо всякого согласования с чеченскими властями, разогнать грозненский рынок рабов.

В самом центре столицы, в районе так называемой площади «Трех богатырей», давно и совершенно открыто работал крупнейший на Северном Кавказе невольничий рынок. Похищение людей и работорговля были доходным бизнесом, в котором участвовали и члены правительства. Согласование действительно было лишним. Утром 26 июня батальон внутренних войск корпуса провёл внезапный рейд, разогнал торговцев и освободил рабов, которых затем вернули в Россию на машинах корпуса и под его охраной. Ашуров по чеченскому телевидению заявил, что операция якобы проведена по приказу президента Масхадова, и тому ничего не оставалось, как подтвердить её задним числом:

— Работорговля — позор чеченского народа, и с ней должно быть покончено. Да, мой дорогой брат генерал Ашуров провёл эту операцию по моему приказу.

Приватно Масхадов пожаловался Березовскому на «беспредел и самоуправство», но оснований жаловаться не было — он сам давно и неоднократно обещал Немцову покончить с работорговлей и захватом заложников.

Российские СМИ освещали этот красочный эпизод по-разному. ОРТ прославляло «бойцов Ашурова, наших ребят, наводящих порядок в Чечне». НТВ акцентировало противоречия между Доброкорпусом и чеченскими властями: «Ашуров против Масхадова — долго ли ждать разрыва? Корпус — сила порядка или очередной элемент чеченского хаоса?» НТВ вообще взяло резко критический тон в отношении корпуса и всей чеченской политики Немцова, причём палило из двух стволов — и либерального («неоколониализм») и патриотического («унижение российской армии, сдача пушечного мяса внаём сепаратистам»). 

Причиной тому был отказ Гусинского участвовать в «чеченском проекте». Но сам этот отказ был не капризом Гусинского, а частью его новой стратегии — его вкладом в большую политическую игру российских элит против Немцова.

[Serafim]

Идея была такова. Президент Чечни официальным указом создаёт Добровольческий корпус. Туда набирают российских военных, формально в увольнении из Вооружённых сил. Численность — 8 батальонных тактических групп (БТГ) для боевых действий против исламистов, плюс батальон внутренних войск для охраны порядка в Грозном, всего около 7 000 человек (в два раза больше масхадовской Национальной гвардии, в разы больше любой группировки полевых командиров). Корпус оперативно подчиняется Масхадову, но в структуру ВС ЧРИ не входит. Он живёт по своим уставам и со своей юстицией. По секретным пунктам контракта, корпус не участвует ни в каких действиях «в ущерб интересам России», и в случае войны между Чечнёй и Россией разрывает контракт.  Корпус финансируется из целевого кредита правительству Чечни от Кавказского инвестиционного банка, который предстоит создать. Кредит обеспечивается залогом в виде контрольного пакета акций ЗАО «Грозный Нефтегаз». Эту компанию также предстоит создать указом президента Чечни и «приватизировать» в её пользу всю государственную нефтегазовую отрасль, включая участок нефтепровода Баку-Грозный-Новороссийск.

Это просто прекрасно, например. Не во всем согласен с ТЛ, но нравится мне все больше и больше. 

— Мухридин Ашурович, поймите, что перед командиром корпуса стоят две задачи. Первая на очереди — покончить с Басаевым, а потом будет вторая — отжать власть у Масхадова. Этот человек — не просто командир наёмников. Это будущий российский генерал-губернатор Чечни. Не хотите ещё раз подумать?

Восхитительная откровенность. Но как? Склонить к союзу с Россией, допустим, понятно. Но именно что отжать, ну не знаю не знаю. Развел Немцов Мухридина, получается. 

[Брян]

А будет ли ОВР? Не похоже, вернее выходит вызревать его аналогу легче на базе НДР, да и Лужков свой потолок уже почувствовал в рамках фальшстарта. А тут ещё и фактор оставшегося в игре Лебедя, Лебедей если быть точным, у младшего хватка не слабее, можно придумать много разного и интересного на этой базе, то же "Народовластие" полно амбициозных и готовых к расколу с КПРФ... лиц, много путей у Примакова. 

Если с ФСБ понятно, то что там между Президентом и Генеральным Прокурором? Может выйти много интересных сценариев в разные стороны. 

[Nagel]

Но как? Склонить к союзу с Россией, допустим, понятно. Но именно что отжать, ну не знаю не знаю.

"""", всего около 7 000 человек (в два раза больше масхадовской Национальной гвардии""""

У чеченов практически всё взрослое мужское население обучено воевать ( причем, боевиков начали учить ещё в советское время), ни о чем такой "корпус".  Как минимум 20-30000 боевиков у них есть. Тут даже до КТО дело не дойдет, в ответ на 

""""В самом центре столицы, в районе так называемой площади «Трех богатырей», давно и совершенно открыто работал крупнейший на Северном Кавказе невольничий рынок. Похищение людей и работорговля были доходным бизнесом, в котором участвовали и члены правительства. Согласование действительно было лишним. Утром 26 июня батальон внутренних войск корпуса провёл внезапный рейд, разогнал торговцев и освободил рабов, которых затем вернули в Россию на машинах корпуса и под его охраной.""""

-  7000 "корпус" заблокируют в Грозном и дальше, мы плавно переходим в Новогоднюю ночь 1994-95, и оказываемся в положении Майкопской бригады, только непонятно, кто будет и как деблокировать ( и кстати как и чем снабжать боеприпасами?)...

[renyxa]

Ну, там ещё союзники Масхадова. Так что битва будет славной. 

[Serafim]

У чеченов практически всё взрослое мужское население обучено воевать ( причем, боевиков начали учить ещё в советское время), ни о чем такой "корпус".  Как минимум 20-30000 боевиков у них есть. Тут даже до КТО дело не дойдет, в ответ на 

Так там 100500 полевых командиров, каждый сам по себе. А на стороне корпуса собственно Масхадов и его друзья. 

[Роберт]

А будет ли ОВР? Не похоже, вернее выходит вызревать его аналогу легче на базе НДР, да и Лужков свой потолок уже почувствовал в рамках фальшстарта. А тут ещё и фактор оставшегося в игре Лебедя, Лебедей если быть точным, у младшего хватка не слабее, можно придумать много разного и интересного на этой базе, то же "Народовластие" полно амбициозных и готовых к расколу с КПРФ... лиц, много путей у Примакова.  Если с ФСБ понятно, то что там между Президентом и Генеральным Прокурором? Может выйти много интересных сценариев в разные стороны. 

Вы блестяще предугадали несколько сюжетов следующей главы, респект!

[Роберт]

Внутриполитическая борьба

Экономический подъём как политическая проблема 

Кабинет Шохина-Маслюкова и Центробанк Геращенко на удивление хорошо справились с последствиями дефолта. Центробанк увеличил эмиссию, но делал это контролируемо и под реальный сектор. Это позволило быстро восстановить расчёты между предприятиями, выплатить зарплаты и пенсии, остановить волну неплатежей. Гиперинфляции удалось избежать благодаря валютному регулированию (восстановили обязательную продажу 50 %, потом 75 % валютной выручки экспортёров). Инфляция 1999 года составила 36.5% — много, но не 84%, как в прошлом году. Экспорт нефти, металлов, удобрений приносил валюту по мировым ценам, а затраты внутри страны были в обесценившихся рублях, что повышало рентабельность экспортёров и российских производителей. Маслюков, бывший председатель советского Госплана, усилил в разумных пределах элементы государственного регулирования — восстановил госзаказы, субсидии отдельным отраслям, бартерные схемы с регионами для расчётов по энергоносителям. Впервые за много лет начали индексировать и выплачивать пенсии и зарплаты бюджетникам практически без задержек.

В результате ВВП начал расти уже в октябре 1998. За 1999 год рост составил +6.4 % (после падения на 5.3 % в 1998). Промышленное производство в 1999 году выросло на 11 % (это был максимальный годовой рост за весь постсоветский период). Реальные доходы населения выросли в 1999 году примерно на 15 % (после обвала на 40 % в конце 1998). Бюджет в 1999 году оказался профицитным — впервые после распада СССР.

Но эти успехи никак не помогали популярности Немцова. Его рейтинг доверия рухнул в дни дефолта до 10%, и с тех пор так и колебался возле этого значения. Общественное мнение связывало улучшения с премьером, а не президентом, который теперь символизировал неолиберальный курс Гайдара-Чубайса, обанкротившийся в 1998 году. Вчерашний «молодой реформатор» больше не воплощал надежду на будущее, а казался воплощением провального, отжившего прошлого. Подрывали авторитет Немцова и его слабые, «непатриотичные» ходы во внешней политике: уступчивость перед Западом в косовском конфликте, «сдача внаём» российских военных Масхадову, вынужденное закрытие дорогостоящих остатков советской империи — военных баз на Кубе и во Вьетнаме, продажа Индии авианосца «Адмирал Горшков».

Всё это серьёзно угрожало перспективам «Новой России» на предстоящих в декабре выборах. Рейтинг президентской партии стабильно держался ниже рейтинга президента — 5-10%. Нельзя было уже и мечтать о большинстве, о первом или втором месте — партия в лучшем случае преодолевала пятипроцентный барьер. Новороссы проиграли все местные выборы конца 1998 и 1999, в том числе президентские в Карачаево-Черкесии, губернаторские в Белгородской области, и даже выборы в законодательное собрание Санкт-Петербурга, где имели, как считалось, очень сильные позиции. Среди элит распространялось и крепло ощущение, что Немцов — хромая утка, что он неизбираем в 2001 году, и уже сейчас имеет смысл присматриваться к альтернативам. 

Скуратов и дело ЕЭС-«Энрон»

На этом фоне зимой 1998-99 развил бурную деятельность генеральный прокурор Юрий Скуратов. Явно нацеливаясь на политическую карьеру, он возбудил несколько громких коррупционных дел против олигархов и крупных чиновников, в том числе близких к Немцову. Самым громким скандалом такого рода было обвинение против Чубайса (главы РАО ЕЭС) по поводу сделки с американской энергетической компанией «Энрон». В конце 1998 Чубайс продал американцам 10% госпакета акций ЕЭС, причём половину стоимости взял акциями самого «Энрона». Скуратов счёл сделку незаконной и нашёл в ней признаки коррупции. Дело дошло до слушаний в Думе в апреле 1999. Чубайс оправдывался, демонстрируя графики:

— «Энрон» — самая успешная, самая быстрорастущая энергетическая компания в мире, её акции — самая выгодная инвестиция, которая уже сейчас, всего за один квартал, принесла российскому бюджету 30 миллионов долларов на одном росте курса. Да, мы включили представителя «Энрона» в совет директоров РАО ЕЭС, и мы рассчитываем, что он поделится с нами уникальными стратегическими и управленческими практиками, которые обеспечили его компании такое выдающееся место на рынке. Отмена сделки будет катастрофой, она подорвёт наш кредит и поставит крест на множестве других инвестиционных проектов, жизненно необходимых нашей стране.

В итоге сделка не была отменена. Как показала дальнейшая история, Скуратов был прав — но политизация прокуратуры не могла понравиться президенту. Немцов решил избавиться от чрезмерно ретивого генпрокурора. Но этого нельзя было сделать без одобрения Совета Федерации, а там Скуратов заручился поддержкой влиятельных оппозиционных фигур — Черномырдина, Лужкова и Лебедя. Борьба за снятие генпрокурора тянулась всю весну и сопровождалась медийными скандалами типа выпуска в эфир ОРТ записи скрытой камерой развлечений Скуратова с девушками лёгкого поведения. В конце концов Немцов всё же добился у Совфеда его отставки.

Сделка с Шохиным

Среди потенциальных преемников Немцова самым перспективным выглядел премьер Шохин, чей рейтинг к лету 1999 достиг 60% — выше, чем у любого другого политика в стране. Немцову это, понятно, не нравилось. Но всё-таки он не видел в Шохине серьёзной угрозы. Премьер был приятным человеком, эффективным управленцем и элитарием с обширными связями, но не обладал ни харизмой, ни волей к власти, и явно опасался ввязываться в большую политическую драку. Немцов предпочёл привлечь его на свою сторону. В начале июня он пригласил Шохина поговорить наедине и сразу огорошил вопросом в лоб:

— Александр Николаевич, спрошу открыто, с провинциальной прямотой — у вас есть президентские амбиции?

Шохин, может быть, и сам не знал, есть ли у него президентские амбиции, и уж точно был не готов открыто бросить вызов Немцову. Он бросился отрицать:

— Не знаю, кто и зачем вам говорит такие вещи. И в мыслях нет! Я, безусловно, Борис Ефимович, считаю себя членом вашей команды. И слишком загружен работой, чтобы заниматься политическими играми.

— Спасибо, Александр Николаевич. Я в вас не сомневался. Но ходит много слухов, спекуляций. Разные деятели мечтают вас использовать против меня, и мы этих деятелей… — Немцов сложил ладони домиком. — Знаем, знаем… Да, мы с вами одна команда. И давайте подтвердим это публично. Не могли бы вы сделать пару заявлений в мою поддержку? А ещё неплохо бы вам перейти из НДР в «Новую Россию». Второе место в списке, конечно, я вам гарантирую.

Складывая ладони домиком, Немцов намекал на Черномырдина — на его растиражированный образ из предвыборной агитации НДР. Действительно, бывший премьер активно уговаривал нынешнего премьера уйти в отставку (желательно со скандалом) и пойти на выборы от НДР, и  обещал даже первое место в списке. Шохин рассудил, что президентство — журавль в небе, а второе место в списке правящей партии уж точно лучше, чем первое в списке оппозиционной. Он исполнил просьбу Немцова.

Перейдя в «Новую Россию», Шохин щедро поделился с ней рейтингом, но важнее для Немцова было то, что этот переход нейтрализовал популярного премьера, лишил его самостоятельности. В обозримом будущем его можно было не опасаться.

«Чёрный лебедь»

Президентская партия испытывала серьёзные проблемы, но и в пёстрых рядах оппозиции никто не видел шансов крупно выиграть от её слабости. Коммунисты, «Яблоко» и ЛДПР вряд ли могли вырваться за пределы своего ядерного электората. Бурную деятельность развил Лужков, извлекший уроки из своей неудачи 1997 года. Ещё осенью 1999 он создал движение «Отечество», куда привлёк популярного генерала Бориса Громова, а весной 1999 блокировался с «Союзом регионов». То был альянс губернаторов-тяжеловесов, таких как Шаймиев, Рахимов, Россель, Яковлев из Санкт-Петербурга: все эти «региональные бароны» защищали свою самостоятельность, не присоединяясь ни к «Новой России», ни к существующим оппозиционным партиям. Новая партия «Отечество — Союз регионов» (ОСР) имела внушительный административный ресурс, богатых спонсоров в лице «Лукойла» и АФК «Система», всерьёз претендовала на роль будущей партии власти, но ей не хватало ясной программы и идеологического стержня.

Для Черномырдина с его партией НДР стала тяжёлым, почти смертельным ударом «измена» Шохина. Уход популярного премьера обвалил рейтинг НДР ниже 5%. Бывшая партия власти на глазах превращалась в осколок былого величия. Вслед за Шохиным губернаторы и депутаты повалили прочь — кто в НР, кто в ОСР. Перед Черномырдиным замаячил полный проигрыш на выборах и политическая смерть. Перед такой угрозой оренбургский губернатор проявил несвойственную ему смелость и сделал нестандартный шаг — предложил союз Александру Лебедю.

При всём несходстве этих двух фигур, между ними было кое-что общее. Обоих в своё время использовал и беззастенчиво кинул Кремль; тут между ними было полное взаимопонимание. Кроме того, оба хорошо дополняли друг друга: харизматичный остроязыкий Лебедь с имиджем «твёрдой руки» выглядел идеальным кандидатом в президенты, а многоопытный осторожный Черномырдин — в премьеры. В середине июня оба объявили о создании «Патриотического блока» (блока «Чёрный лебедь», как его тут же окрестили юмористы). На учредительном съезде к нему присоединился Примаков, занявший третье место в партийном списке. Бывший министр иностранных дел, таким образом, исполнил просьбу президента — «кто угодно, только не коммунисты». Бывший прокурор Скуратов тоже вошёл в новый блок.
«Патриотический блок» (ПБ) сделал своим идеологическим знаменем, как очевидно, патриотизм, и вёл кампанию под лозунгами типа «за державу обидно». Это находило отклик у избирателя, поскольку немцовское правительство выглядело именно с этой стороны особенно слабым, если не предательским. Как и предсказывал меморандум Толботта, экономический подъём пробудил в стране национальные чувства, а президент оскорблял эти чувства буквально всем, что делал в отношении Запада и Чечни. 

Официальными спонсорами ПБ были несколько малоизвестных компаний. Журналисты быстро раскопали, что за этими прокладками стоит «Газпром» — родная для Черномырдина корпорация, где он всё ещё имел существенное влияние. Информационную поддержку оказывал «Медиа-Мост» Гусинского. Тот, обделённый при приватизации «Связьинвеста» и других лакомых кусков госсобственности, откровенно сделал ставку на смену власти и новый олигархический передел.

Журналисты НТВ, в основном либералы по убеждениям, куда больше симпатизировали Немцову, чем Лебедю. Они испытывали откровенный дискомфорт, выступая по сути на стороне второго. В июле произошёл раскол, наделавший много шума в журналистском сообществе. Принципиальная часть редакции НТВ, включая таких звёзд как М. Осокин, Е. Киселёв, В. Шендерович, выпустила манифест против «реакционного уклона в политике канала» и вызывающе уволилась. Они недолго оставались без работы — всех с удовольствием принял ОРТ Березовского.

Сделка с Лужковым

Опросы показывали, что рейтинг ПБ растёт с каждым днём. Этот блок устойчиво опережал НР, и Немцов должен был как-то купировать угрозу со стороны патриотов. Кириенко, его главный политический консультант, предложил включить в первую тройку партийного списка какого-нибудь ярко выраженного государственника. Первое место было занято Немцовым, второе Шохиным, так что третье предложили Сергею Шойгу — популярному и вполне лояльному министру чрезвычайных ситуаций. Но этого было мало. Даже при самом оптимистическом сценарии новороссам не светило больше 20% в будущей Думе, вместе с «Яблоком» и независимыми демократами — не больше 30%, так что нужно было заранее искать партнёра по коалиции. КПРФ, ПБ и ЛДПР отпадали по идеологическим соображениям — оставался только ОСР. Надо было договариваться с Лужковым.

На 19 декабря были назначены не только выборы в Думу, но и выборы мэра Москвы (досрочные) и губернатора Московской области. Разумеется, НР выдвинула своих кандидатов на обе должности. В Москве ни у каких кандидатов не было шансов против Лужкова. Но в Подмосковье, где ОСР выдвинул генерала Громова, его победа вовсе не была предрешена. Серьёзными соперниками были действующий губернатор Тяжлов (ПБ) и председатель Госдумы Селезнёв (КПРФ). Опросы давали каждому из трёх 20-30%, кто выйдет во второй тур — оставалось неясным.

От НР выступала яркая, раскрученная в СМИ депутатка Ирина Хакамада. Она прошла в кандидаты, выиграв внутрипартийные праймериз, что было новшеством в российской политической жизни. Хакамада проектировала кампанию по лучшим западным образцам, через сеть низовых активистов, с агитацией «от двери к двери». У неё не было шансов на победу. Но при неопределённом исходе первого тура с тремя сильными кандидатами она могла серьёзно повлиять на то, какие два пройдут во второй.

В августе состоялась решающая беседа между Немцовым и Лужковым. Президент предложил коалицию в будущей Думе; московский мэр назвал своё условие. После этого Кириенко пригласил Хакамаду в АП и со страдальческим лицом попросил:

— Ир, ужасно неприятно это говорить, но тебе надо сняться. Ты отбираешь голоса у Громова. Если из-за тебя Громов не пройдёт во второй тур, у нас проблема. Для нас критично иметь лужковские голоса в Думе. Извини, но Громов — это его цена, Ир.

Последовал напряжённый разговор. Хакамада вышла в слезах, но не нарушила партийной дисциплины. К огорчению и возмущению своих поклонников, она сняла кандидатуру и призвала голосовать за Громова.

Думская предвыборная кампания заняла всю осень — бурная, неистовая, полная скандалов, грязных кампаний, яростных дебатов и разоблачений. Доренко на ОРТ нещадно избивал Лебедя и Черномырдина, «Куклы» на НТВ (по общему мнению, «уже не те» после ухода Шендеровича) издевались над Немцовым. В лучшие времена к этой кампании было бы приковано внимание всей страны. Но её затмили гораздо более мрачные события: разгорающаяся война в Чечне и всплеск терроризма.

 

[Брян]

Вы блестяще предугадали несколько сюжетов следующей главы, респект!

Плавали-с (с), считал этот период при чуть более ранней смерти Ельцина.

Шохин-спаситель это конечно прямо находка, как и состав ПБ, как долго вместе смогут уживаться только? Интересно, кто там ещё в этот кабинет смог попасть, отсюда можно и выстрелить. ОСР как могу понимать максимально широк вплоть до Аушева?

Что касается некоторых косметических замечаний:

1. Видео со Скуратовым при таких реформах ФСБ скорее всего не будет, но мелочи, вероятно смогут свалить всё равно, если Лужков со своим контрольным пакетом переметнется. Будет лишняя причина помочить ОСР на НТВ. 

2. ЛДПР в данной ситуации нужно записывать даже не в конструктивную оппозицию, а в потенциальные младшие партнеры, особенно после того как начнётся Вторая чеченская. Успешный ПБ грозит устроить Жириновскому настоящую резню, лишив его основного электората, а с учётом переметнувшегося Лужкова будет на эту фракцию особенно усиленное влияние от дуэта мэрии и Кремля. Поэтому на самом деле в глотку вцепляться Лебедю и Черномырдину тут будет в первую очередь Жириновский, будет ЛДПР против Родины пораньше. А идеологические ВВЖ всегда перекуется при необходимости, вполне устойчивое правительство меньшинства НР-ОСР при поддержке ЛДПР и "Яблока" выходит.

3. Неизбежная сделка КПРФ-ПБ должна быть очевидна обоим сторонам, как бы продолжение большой сделки не было соблазнительно для красной продолжение большой коалиции и разделения пакетов, будет ли Черномырдин лезть в петли спасая безнадежного Тяжлова? Патриотам с коммунистами ещё по хорошему округа делить.
 

[imnot]

сейчас все просто идеально а тогда позор

Позор всегда. Такого чтобы русскому (по культуре) человеку не было стыдно за что-то - это вообще удивительно. Русский человек которому не стыдно - это не русский человек, это какой-то поляк.

А коллега я считаю отлично справляется, очень аккуратно и осторожно расписывает таймлайн, без каких-либо перегибов и необъективностей. Благодарим его за это и внимательно следим.

Единственный непрошенный совет - не рассчитывать что Немцов или (АИ) Кириенко - очень интеллигентные, умные люди, как он их рисует. Это те еще.. схематозники и жулики. И власть им ударит в голову, и пойдет куда-то вкривь и вкось, для исторической правды это будет более справедливо. Плюс вот эти все Авены или Фридманы - это же специфический контингент, ему тоже много чего в голову ударит без осаждения, а тут вроде как конфликтов-то даже больше будет.

[Роберт]

Война в Чечне

Взятие Урус-Мартана

Как уже говорилось, появление Доброкорпуса взорвало ситуацию в Чечне: Басаев поднял открытый мятеж против Масхадова под знаменем джихада. Сам же Масхадов изрядно скомпрометировал себя, и ему необходимо было поскорее восстановить авторитет какой-нибудь внушительной победой. Самой очевидной целью выглядел окопавшийся в Урус-Мартане Арби Бараев с его «Исламским полком особого назначения». Он сидел совсем рядом с Грозным и имел самую скверную репутацию среди самих же чеченцев, поэтому немногие огорчились бы его гибели.

В первых числах июля Масхадов приказал командующему Национальной гвардией Магомеду Ханбиеву начать операцию по «восстановлению законной власти и шариатского порядка» в Урус-Мартане. Участвовало большинство верных президенту частей, включая Доброкорпус Ашурова, который составлял больше половины и имел лучшее вооружение.

Возможно, Масхадов верил, что уверенное численное и техническое превосходство принесёт ему лёгкую победу. Этот расчёт не оправдался. Религиозно мотивированные, «отмороженные» боевики Бараева и братьев Ахмадовых сопротивлялись ожесточённо, к ним быстро пришли на помощь отряды Гелаева и Хаттаба. В плотной хаотической застройке из частных подворий и густых садов сражение рассыпалось на мелкие схватки за отдельные дворы и кварталы. Небольшие, хорошо спаянные, партизанского типа отряды «ваххабитов» действовали в них гораздо эффективнее, чем правительственные войска, которые Масхадов пытался организовать по образцу советской регулярной армии. 

Доброкорпус показал себя не лучше. Его спешно собранные БТГ плохо взаимодействовали друг с другом, ещё хуже — с чеченскими союзниками («дружественный огонь», и не всегда случайный, был самым обычным делом). С управлением на уровне командования тоже всё было из рук вон плохо. Ашуров оспаривал приказы Ханбиева, претендовал на первенство, жаловался в Москву и Грозный, что Ханбиев нарочно подставляет добровольцев под удар — всё это привело к жесточайшей ссоре между командирами и чуть ли не к вооружённому конфликту.

В итоге сражение за Урус-Мартан затянулось на месяц. Город, почти не пострадавший в войну 1994-1996 благодаря тогдашней пророссийской позиции его населения, был обращён в такие же руины, как Грозный. Правительственные войска понесли тяжёлые потери, особенно Доброкорпус, где некоторые БТГ лишились половины бойцов (в том числе из-за «дружественного огня»). 

Но численное и техническое превосходство всё-таки принесло победу. Большинство оппозиционеров погибло, часть «Исламского полка» во главе с племянником Бараева Мовсаром сдалась в плен, сам Арби Бараев с остатками полка ушёл в горы, Гелаев и Хаттаб с сильно потрёпанными отрядами вернулись на свои базы. По российскому и чеченскому ТВ триумфально показывали освобождение замученных до полусмерти узников бараевских зинданов и обещали «восстановление нормальной жизни после ваххабитского ужаса».

Взятие Урус-Мартана было крупным успехом правительства, но ни в коей мере не разгромом оппозиции. Басаев не участвовал в сражении и копил свежие силы в Ведено. Горные районы контролировались оппозицией, но равнинная и предгорная Чечня по большей части перешли под контроль властей и союзных им полевых командиров, таких как братья Ямадаевы.

В политическом плане итоги для Масхадова были неоднозначны. С одной стороны, он укрепил свой авторитет в глазах мирного чеченского обывателя («наконец-то начал наводить порядок») и консолидировал («повязал кровью») своих сторонников. С другой стороны, он ожесточил противников, которые теперь окончательно считали его предателем ислама, московской марионеткой и законной целью джихада.

Поход на Грозный

В августе Доброкорпус восполнил потери новыми рекрутами, навербованными в основном в Дагестане и других республиках Северного Кавказа. Из них сформировали отдельные национальные роты. Командование рассчитывало, что такие добровольцы лучше найдут общий язык с чеченцами, что их участие ослабит имидж «русских оккупантов», укрепит боевое взаимодействие и в будущих операциях снизит риск неслучайного «дружественного» огня. Масхадовский штаб планировал провести большую наступательную операцию в горах зимой, когда с деревьев опадёт листва, и к весне 2000 полностью покончить с «ваххабитским» восстанием.

Басаев был в курсе этих намерений и решил действовать на опережение. С присущей ему отчаянной дерзостью он спланировал атаку непосредственно на Грозный, сопровождающуюся серией диверсий и терактов на территории правительства и в российском тылу. Бросок на Грозный, по его замыслу, тоже носил характер диверсии — Басаев намеревался захватить правительственные здания, убить руководство и объявить себя новой властью. Конечно, он и не мог бы действовать иначе. Войска оппозиции были слишком малочисленны, чтобы вести фронтальную войну.

15 сентября джихадисты выступили на Грозный с двух направлений — Гелаев с остатками отряда Бараева из Аргунского ущелья, Басаев из Ведено через Сержень-Юрт, где к нему присоединился отряд Хаттаба. К концу дня завязались бои с правительственными войсками в Аргуне и южных пригородах Грозного. Прорыв в столицу с наскока не удался. На следующий день к Аргуну подошли гудермесские батальоны Ямадаевых, и положение нападающих стало совсем тяжёлым. Когда 18 сентября Басаев узнал, что Гелаев убит, и его отряды отступают в беспорядке, он тоже решил отходить. Разбойничий набег на Грозный провалился, но теперь главная роль перешла к диверсионно-террористическим ячейкам в тылу.

Большой террор

20 сентября в Грозном выстрелили из гранатомёта по автомобилю Масхадова. Президент выжил, но получил тяжёлые раны. Обязанности главы государства взял на себя вице-президент Ваха Арсанов. На следующий же день группа смертников попыталась прорваться на базу Доброкорпуса в Ханкале, и в тот же день кто-то взорвал машину Ашурова. По случайности генерала не было в машине, и погиб только шофёр. Почти каждый день из засад обстреливали машины и патрули добровольцев. Террор быстро вышел за пределы Чечни. 1 октября взорвали жилой дом российских военных в Буйнакске (Дагестан). 9 октября (в день рождения Немцова) смертница взорвала себя в электричке в Ставрополе. 16 октября несколько диверсантов прорвались на Ростовскую АЭС в Волгодонске, но заблудились на территории и были убиты охраной. 22 октября взорвали ещё один жилой дом во Владикавказе.

Немцов ввёл режим антитеррористической операции в южных регионах, но теракты продолжались, за «чёрным октябрём» последовал «чёрный ноябрь». Салман Радуев, объявивший себя ответственным за все теракты, провозгласил, что во исполнение религиозного долга муджахида будет убивать всех русских, пока они не уберутся с Кавказа южнее так называемой «линии Тагаева» (включая Ростовскую область, Краснодарский и Ставропольский края). 3 ноября неизвестные (найти их не удалось) открыли из машины автоматный огонь по рынку в Волгограде. 12 ноября взорвали бомбу в багаже на борту самолёта Краснодар-Москва. Никто уже не считал почти ежедневных нападений на посты и отделения милиции, государственные учреждения, отдельных чиновников и военных в Дагестане, Северной Осетии и других кавказских республиках. И наконец, 23 ноября террор вырвался за пределы юга России: взорвали 12-этажный жилой дом в Нижнем Новгороде, на родине президента.

После этого акта, ужаснувшего всю страну, террор затих. Может быть, ресурсы басаевско-радуевской сети были исчерпаны, а может, меры спецслужб начали наконец давать результаты. Пресс-служба ФСБ на еженедельных брифингах докладывала о раскрытии подпольных ячеек, об арестах, тайниках с бомбами и боеприпасами, предотвращённых терактах. 17 декабря (за два дня до выборов) сам директор ФСБ Савостьянов триумфально доложил о «ликвидации» Арби Бараева и показал нечёткий снимок трупа с окровавленным до неузнаваемости лицом. Закончился ноябрь, прошли три недели декабря, и страна, в ужасе ждавшая новостей о новых взрывах и массовых убийствах, впервые почувствовала облегчение. Казалось, что самое страшное позади.

Сражение за Шали

В ноябре правительство ЧРИ начало запланированное зимнее наступление. Целью кампании был выбран город Шали, занимавший ключевое стратегическое положение близ выхода на равнину трёх горных долин, где гнездилась оппозиция. 

Ханбиев сохранил за собой командование Национальной гвардией и снова возглавил операцию. Сразу выяснилось, что он ничему не научился: все ошибки сражения за Урус-Мартан повторились. Нацгвардия и Доброкорпус точно так же страдали от слабого взаимодействия, низкой мотивации и дисциплины, взаимного недоверия и распрей командующих. Хаотическая битва за Шали против объединённых группировок Басаева, Хаттаба и братьев Ахмадовых затянулась до конца зимы, правительственные войска несли крупные потери, в том числе от «дружественного» огня и дезертирства нацгвардейцев.

Столь низкая эффективность неизбежно порождала теории заговора. В России распространялось мнение, будто «дружественное» правительство Арсанова нарочно плохо воюет, поскольку вовсе не заинтересовано в разгроме оппозиции. Пока идёт война, оно получает неограниченные субсидии из России; как только установится мир, придётся налаживать экономику, восстанавливать производство, а значит, делиться доходами с «Кавказинвестбанком». 

Доброкорпус тоже не оправдал ожиданий. Совершенно беспочвенными оказались фантазии, будто Ашуров сможет «отжать власть и стать фактическим генерал-губернатором». В Кремле росло разочарование «схемой Березовского», и крепло убеждение, что после выборов всё-таки придётся «что-то серьёзно решать».

 

Изменено 16 Dec 2025 пользователем Роберт

[Стержень]

Уважаемый коллега Роберт!

Мне Ваш тайм-лайн очень нравится и в принципе у меня возражений нет.

За исключением вопроса о Косовском кризисе.

Силовое вмешательство допустимо только в формате нейтральных миротворческих сил, например, расширенной миссии KFOR, и мы должны на этом настаивать. — Не пройдёт, — отмахнулся Немцов. — Западная публика хочет крестового похода, и как можно быстрее. Окей, сделаем последнюю попытку. Что мне ответить Клинтону? — Сейчас готовятся новые переговоры во Франции. Предложите провести их в Москве. Пообещайте, что надавите на сербов и убедите принять миротворческую миссию с участием России и других нейтральных стран…

Возобновились переговоры при активном российском участии. 24 мая заключили мир на условиях, слегка смягчённых против Московского соглашения. Югославская армия уходила из Косово. Албанцы получали автономию. Референдум о самоопределении откладывался на десять лет. АОК разоружалась и распускалась (фактически она сохранилась, переименовав себя в «косовскую полицию»). Миротворцы НАТО размещались на всей территории края, кроме северных районов с преимущественно сербским населением. Там, на севере, миротворческие функции несли россияне, разбавленные войсками из православных стран — члена НАТО Греции и кандидатов Болгарии и Румынии. Этот контингент подчинялся «объединённому натовско-российскому командованию миротворческих сил». Фактически это означало подчинение НАТО, но всё-таки было уступкой в пользу России — наградой за «конструктивную» позицию. 

Я полагаю, что в данном варианте результат может быть для Югославии менее негативным, чем в РИ...

Ибо читал я, что там были в РИ как минимум 2 варианта, которые могли дать больший позитив:

1.Американцы предлагали якобы сербам дать Косову статус союзной республики в СРЮ.

В принципе ПМСМ это всех бы могло устроить. И как раз Россия могла бы в этом надавить на сербов.

По сравнению с тем, что в РеИ получилось-думается мне шикарный вариант.

2.Изначально уже по итогам конфликта был совершенно другой вариант-что миротворцы будут только из стран, которые не участвовали в войне, и что России на север давали бы вообще отдельный сектор. Но...якобы Ельцин чуть ли не спьяну об этом забыл и...подписали что подписали...

В остальном пока что у меня вопросов нет...

 

[Нкоро_]

Столь низкая эффективность неизбежно порождала теории заговора. В России распространялось мнение, будто «дружественное» правительство Арсанова нарочно плохо воюет, поскольку вовсе не заинтересовано в разгроме оппозиции. Пока идёт война, оно получает неограниченные субсидии из России; как только установится мир, придётся налаживать экономику, восстанавливать производство, а значит, делиться доходами с «Кавказинвестбанком». 

Превосходно

[Роберт]

Но...якобы Ельцин чуть ли не спьяну об этом забыл и...подписали что подписали...

Это какая-то легенда. У России возможностей было очень мало, и вряд ли что-то можно было серьёзно изменить. На статус союзной республики ЕМНИП не соглашались как раз албанцы, точнее, их воинственная фракция в лице АОК.

[Роберт]

Выборы в Думу

Волна террора осени 1999 серьёзно повлияла на исход выборов — и, безусловно, в пользу Кремля. Во-первых, напуганный избиратель сплотился вокруг флага. Во-вторых, главные критики Немцова по патриотической линии — Лебедь и Черномырдин — несли груз весьма негативных ассоциаций с чеченским терроризмом. Лебедь подписал Хасавюртовские соглашения, а Черномырдин вёл переговоры с Басаевым во время теракта в Будённовске. Доренко не уставал клеймить их в каждом выпуске своего шоу, и это внесло свой вклад в неудачу «Патриотического блока».

Из 450 мест в Думе половина заполнялась по пропорциональной системе (избиратели голосовали за партии из общего для страны списка), половина по мажоритарной (в каждом округе голосовали за кандидата-одномандатника из своего списка). Итог не преподнёс сюрпризов. Как и предсказывали опросы, на первое место вышла КПРФ, набравшая 17.4% голосов (включая одномандатников) и получившая в Думе 94 мандата. Успех был относительным: в сравнении с прошлыми выборами 1995 года, она потеряла 63 места. Электоральная база коммунистов существенно сократилась. Красный пояс продолжал существовать, но заметно съёжился. Доминированию КПРФ в Думе пришёл конец.

«Новая Россия» заняла второе место с 74 мандатами, собрав 13.8% голосов. Существенно лучше, чем ожидалось ещё в начале лета. Сыграли в её пользу и удачный состав первой тройки (Немцов, Шохин, Шойгу), и, возможно, сплочение вокруг антитеррористического флага. И всё-таки это было слишком мало для президентской партии.

Лишь ненамного отстал от неё блок «Отечество — Союз Регионов» (62 мандата, 13.3% голосов). Как и ожидалось, партия губернаторов-тяжеловесов вышла на первое место в тех регионах, где её губернаторы были популярны и/или имели административный ресурс (Москва, Татарстан, Башкортостан, Мордовия, Кабардино-Балкария). На выборах мэра Москвы, проходивших в тот же день, Лужков предсказуемо выиграл в первом туре (68%), а на выборах губернатора Помосковья Селезнёв и Громов вышли во второй тур.

«Патриотический блок» получил меньше, чем рассчитывал — 12.1% голосов, 65 мандатов, четвёртое место. Мобилизация под патриотическими знамёнами, по большому счёту, не удалась. ПБ вышел на первое место в Красноярском крае и Оренбургской области, где губернаторствовали его лидеры, в Хакасии, где губернатором был брат Александра Лебедя Алексей, а также в Ямало-Ненецком округе, что стало небольшой сенсацией, поскольку этот округ всегда голосовал за партию власти. Скорее всего, сработало влияние «Газпрома» в этом нефтегазовом регионе.

«Яблоко» получило 35 мест, ЛДПР — 33. Обе меньше, чем в 1995 году, из-за оттока избирателей «Яблока» к НР, а избирателей ЛДПР к ПБ. Ещё несколько партий не преодолели 5-процентный барьер по партийным спискам, но провели своих одномандатников, и получили в общей сложности 42 места. Крупнейшими из них были «Коммунисты, трудящиеся России» и Партия пенсионеров (спойлеры КПРФ) — по 10 мандатов, и «Женщины России» — 8 мандатов.  Наконец, 36 мест досталось независимым одномандатникам — самовыдвиженцам и выдвиженцам региональных партий и избирательных объединений.

Настроение в Кремле после подсчёта голосов было мрачным. Дума получилась опять недееспособная. Да, коммунисты утратили прежнее влияние, но вариантов устойчивой проправительственной коалиции всё равно не просматривалось. НР, ОСР и «Яблоко» в совокупности имели 181 мандат (40% депутатских голосов). Даже с добавкой ЛДПР (а Немцов её терпеть не мог, коалицию с ней воспринимал как плевок в лицо) получалось всего 214 мест (48%). Надо было привлекать депутатов из мелких партий и независимых, а каждый из них требовал особого подхода и размывал общую платформу и без того слишком пёстрой коалиции.

До открытия Думы III созыва оставался месяц — вполне достаточно времени, чтобы составить дальнейшие планы. Казалось, что этот месяц будет мирным и праздничным. Но под конец года Чечня готовила новый удар, страшнейший из всех.

Изменено 23 Dec 2025 пользователем Роберт

[Serafim]

Инфографика мое почтение. Но ситуация аховая. Будет легендарный тяни-толкай. С другой стороны слабая дума - сильный президент. Никогда такого не было и вот опять. 

[Стержень]

А более радикальные либералы, которые в реале голосовали за СПС куда бы делись?

На статус союзной республики ЕМНИП не соглашались как раз албанцы, точнее, их воинственная фракция в лице АОК.

При несколько более сильной России США могли бы и надавить в качестве компромисса

[Брян]

Надо было привлекать депутатов из мелких партий и независимых, а каждый из них требовал особого подхода и размывал общую платформу и без того слишком пёстрой коалиции.

Судя по регионам, которые представляют независимые, то большинство из них довольно скоро окажется во фракциях НР и ОСР.
Странно, что Савченко не в ОСР, а Прусак не в НР. А вот Тува за НР смотрится странно.
ПБ выигрывает одномандатные округа в Москве, а КПРФ в Красноярье? Очень странный размен округами. 

Изменено 17 Dec 2025 пользователем Брян

[Роберт]

А вот Тува за НР смотрится странно.

Почему? Шойгу же.

ПБ выигрывает одномандатные округа в Москве, а КПРФ в Красноярье? Очень странный размен округами.

Да, это глюк моего алгоритма, поправлю.

Савченко не в ОСР

Белгород в РИ 1999 голосовал за КПРФ и Единство, а не ОВР.

Прусак не в НР

У меня рассчиталось небольшое преимущество КПРФ над НР, но пожалуй да, Прусак точно в НР и тут должно быть сильное преимущество.

[sigulin.maxim]

половина заполнялась по пропорциональной системе (избиратели голосовали за партии из общего для страны списка), половина по пропорциональной

мажоритарной наверное?

[Нкоро_]

А более радикальные либералы, которые в реале голосовали за СПС куда бы делись?

А какая разница? Их в абсолютных цифрах было как бы не меньше чем с5йчас.

[sigulin.maxim]

какая разница

Ну у них было несколько карликовых партий, типа Вперёд Россия и чего то там ещё... Не прошли барьер ну может несколько мажоритарщиков провели.

[Стержень]

А какая разница? Их в абсолютных цифрах было как бы не меньше чем с5йчас.

Ну вообще-то в 1999 СПС получил 8,5% голосов и всего 29 мест (24 по списку+5 одномандатников)

Больше и ЛДПР и Яблока кстати (по отдельности правда).

 

 

[Нкоро_]

Больше и ЛДПР и Яблока кстати (по отдельности правда).

Это потому что к ним ушли все нетакусики из ЛДПР и Яблока. То есть "голосовавшие за СПС ультра-либералы" - это ВСЕ ультра-либералы.

[Nagel]

Так там 100500 полевых командиров, каждый сам по себе.

Но все против русских, и опыт боёв у них есть. И оружия захвачено с 1991 года (по сути - просто получено от Паши-Мерседеса 

 

В апреле 1992 на закрытом совещании Совета безопасности России Грачёв предложил передать Дудаеву 50% находившегося в Чечне вооружения, сославшись на то, что экономически это выгоднее, поскольку перевозка боевой техники обойдется недёшево. Данное предложение понравилось, его автор получил право реализации своего проекта.

Директивой Грачёва от 28 мая 1992 года Дудаев получил половину находившегося в Чечне вооружения, боевой техники и военного имущества. Остальное должно было быть вывезено в другие районы страны.

Но ему уже было мало половины. Чеченский президент распорядился блокировать вывоз оружия из республики. Происходило это довольно просто: «Остатки роскоши» выскребли с воинских складов и загрузили в большой транспортный самолет, отправлявшийся в Москву, – писал один из очевидцев. – Сопровождавшему оружие офицеру Джохар пожелал счастливого пути. Едва тот вышел из президентского кабинета, Дудаев позвонил в аэропорт и велел Абу Арсанукаеву (начальнику охраны президента) задержать вылет. Самолет «обложили» бензовозами. Сопровождавший груз офицер вернулся в кабинет президента и, наивный, стал возмущаться: «Джохар Мусаевич, ну это же ни в какие рамки…» В ответ Дудаев тонко улыбнулся. Указав офицеру на кресло возле себя, он позвонил Грачёву в Москву. Суть последовавшего разговора с министром сводилась к тому, что надобно и «мелочовку» оставить в Грозном. Грачёв согласился и лично приказал офицеру передать груз самолета представителям чеченского президента».

В июле 1992 под угрозой вооруженных действий со стороны чеченцев российские войска покинули территорию республики практически разоруженными. По различным данным, в распоряжении Дудаева осталось от 108 до 134 единиц бронетанковой техники (в том числе 42 танка Т-62 и Т-72, 34–36 БМП, 30 БТР), от 139 до 153 артиллерийских систем (в том числе 18 реактивных систем залпового огня «Град» и 30 122-мм гаубиц Д-30), 77 комплектов ПТУР, несколько сот рпг, 27 зенитных орудий и установок, более 50 тыс. единиц стрелкового оружия, 3050 т горюче-смазочных материалов, 38 т вещевого имущества и 254 т военного продовольствия.

, куплено у разложившихся российских военных и захвачено в боях - достаточно. 7000 каких-то мутных наёмников (кстати, хороший вопрос, чем они вооружены, откуда снабжаются), на укрощение всей Чечни - не хватит никак. 

https://vikond65.livejournal.com/2160363.html

26 ноября 1994 года, отряды чеченской пророссийской антидудаевской оппозиции — так называемого Временного Верховного Совета Чечни предприняли попытку захватить Грозный и свергнуть сепаратистский режим генерала Джохара Дудаева. Если бы им это удалось, то не было бы многолетних, трагичных и кровавых Чеченских войн. Но им не удалось...

 

Операция проводилась при поддержке ФСК и Северокавказского военного округа, выделившего 40 танков Т-72 с экипажами, но без динамической защиты. Танкисты срочно уволились из ВС РФ и заключили контракты с Временным Советом, формально перейдя под его командование. Впоследствии это дало основание Министерству обороны РФ утверждать, что российские войска в грозненском рейде не участвовали.

 

Утром танки и около 1200 вооруженных оппозиционеров вошли в город, который защищали от четырех до пяти тысяч дудаевцев с автоматами, пулеметами и большим количеством противотанковых гранатометов. Такое соотношение сил делало операцию безнадежной. Тем более что дудаевцы не разбежались и не попрятались, как надеялось руководство оппозиции, а оказали упорное сопротивление.

 

Бои в городе шли весь день и закончились разгромом антидудаевцев. Потеряв примерно 500 человек убитыми, пропавшими без вести и пленными, они отступили из города, сумев вывести всего 18 танков из 40. Остальные были сожжены из гранатометов или подбиты и захвачены. Среди погибших было семеро российских танкистов, еще 21 попал в плен. Впоследствии 20 из них чеченцы отпустили, по какой-то тайной договоренности (до сих пор неясно, что Дудаев потребовал и получил взамен), а один умер от ранений. Потери дудаевцев — неизвестны.

Это первая операция, которую видимо придумал г-н Савостьянов, и предлагается повторить что-то такое же? Ну так пусть автор распишет наряд сил, а то выглядит полной ерундой.