Президент Борис II

[sigulin.maxim]

7000

может нолик подрисовать? Тогда должно хватить

[Nagel]

может нолик подрисовать? Тогда должно хватить

Тогда этот не наёмники, а 7 дивизий. Которые надо снабжать, вооружать, и мы приходим к ри 2 чеченской. В принципе все ЧВК (серьёзные), это чьи-то "отпускники",  иначе никак. 

[Роберт]

Предмет спора о СПС мне непонятен. Во-первых, в РИ СПС образца 1999 не "радикальные либералы", а как раз умеренные и прагматично-провластные. Во-вторых, в данной АИ есть президентская партия "Новая Россия", которая в сущности и есть СПС по идеологии и составу руководства.

Это первая операция, которую видимо придумал г-н Савостьянов, и предлагается повторить что-то такое же? Ну так пусть автор распишет наряд сил, а то выглядит полной ерундой.

Вместо того чтобы постить простыни цитат, вы лучше бы прочитали мою главу "Война в Чечне", где действия Доброкорпуса описаны, и никаким шапозакидательством там не пахнет. Вооружаются, очевидно, из России.

мажоритарной наверное?

Да, спасибо, что заметили.

[Нкоро_]

Предмет спора о СПС мне непонятен.

У вас правящая партия грубо соответствует реальной СПС. То есть в СПС соберутся отборные фрики еще реально радикальные товарищи.

[Роберт]

Откуда там вообще возьмётся СПС, если все его основатели в НР? 

[Брян]

еще реально радикальные товарищи

Вся электоральная сила более радикальных чем СПС и Яблоко демократов в этот период сосредоточена в паре округов Санкт-Петербурга и в одном округе на северо-западе Москвы, даже Пермь ещё не является для них хотя бы полем боя. 
Да и есть подозрение, что против местной Новой России они бунтовать не будут перед лицом красно-коричневой угрозы и если АП сможет договориться, то в этих округах можно и придумать что-то интересное, вроде выбивания Хованской. 

Изменено 18 Dec 2025 пользователем Брян

[Нкоро_]

Откуда там вообще возьмётся СПС, если все его основатели в НР? 

А куда деваться скорбным?

[sigulin.maxim]

скорбным

Да были у них свои партии и в реале. Только некоторые даже собраться на выборы не смогли.

[Роберт]

«Щелкунчик»

Увертюра

Известие о «ликвидации» Арби Бараева было ложным. Возможно, сработал «испорченный телефон» между Грозным и Москвой. На самом деле был убит не Арби, а его племянник Мовсар, захваченный в плен в июльских боях за Урус-Мартан. По официальной версии Национальной службы безопасности (НСБ) ЧРИ, Мовсар Бараев был застрелен при попытке к бегству. Возможно, его запытали до смерти в застенках НСБ, дознаваясь местонахождения дяди. Неизвестно, повлияло ли убийство племянника на решение Бараева-старшего устроить под Новый год грандиозный теракт в Москве.

Вечером пятницы 24 декабря пятеро боевиков «Исламского полка особого назначения» подъехали на джипе к управе московского района Перово. Рабочий день кончился. В здании уже не было никого, кроме охранника. Бараевцы застрелили его, заняли здание, вывесили вместо российского флага ичкерийский и начали беспорядочно стрелять из окон по прохожим и машинам. Эта, на первый взгляд, бессмысленная акция была отвлекающей. «Перовская пятёрка» заведомых смертников должна была посеять панику и отвлечь на себя внимание правоохранителей. Эта затея вполне удалась. Пока власти поспешно перебрасывали спецназ в Перово, настоящий теракт готовился в центре Москвы.

Украшение ёлки

В Большом театре в тот вечер ставили «Щелкунчик» — традиционный новогодний балет. Самые дешёвые билеты стоили около средней зарплаты в России. На сверхпрестижное представление съехалось немало богатых людей, многие — со своей охраной.

Бараевский «полк» тоже был богат. Он неплохо зарабатывал на заложниках и к тому же, будучи раскрученной джихадистской организацией, получал щедрые пожертвования от саудовских и катарских «благотворительных» фондов. Бараевцы заблаговременно купили билеты в дорогую ложу якобы для семьи Руслана Аушева, президента Ингушетии, и запаслись поддельными удостоверениями телохранителей Аушева. 

С этими удостоверениями боевики задолго до начала представления обошли весь театр, якобы «проверяя безопасность», а на самом деле разведывая ходы, подготавливая тайники, пронося оружие и взрывчатку. Некоторые так и остались в театре. Другие ждали на Театральной площади, плотно набившись в припаркованные джипы с глухо тонированными стёклами. Таков был в те годы любимый тип автомобилей московских VIPов, и джипы со столичными номерами не вызывали подозрений.

Выход мышей

Узнав о теракте в Перово, московская мэрия объявила режим чрезвычайной ситуации. Публичные представления были отменены. «Щелкунчик» в Большом уже начался, но администрация должна была остановить спектакль и вывести людей из зала. Она не успела это сделать: в 19-10 Бараев приказал начать захват. 

Около двадцати террористов уже находились внутри. Около сорока выскочили из джипов на Театральной площади и вбежали в здание. Некоторые охранники VIP-зрителей попытались стрелять, но были убиты, а остальные попрятались. Боевики вошли в театр. Полностью контролировать громадное лабиринтообразное здание было невозможно. Но захватчики хорошо изучили его план и грамотно распределили обязанности. 

Половина рассредоточилась по внешнему периметру, устанавливая караулы и минируя входы. Остальные вошли в зрительный зал. Сам Бараев поднялся на сцену, выпустил очередь в потолок и скомандовал всем оставаться на местах. По его приказу террористы отобрали у зрителей телефоны.

В заложниках оказались почти 1800 человек — балетная труппа, оркестр, рабочие сцены и 1720 зрителей, из них 311 детей. Большинство сотрудников театра находились в служебных помещениях, не контролируемых террористами. Они стали звонить, а некоторые смогли сбежать через технические выходы. Но всех, кто пытался вырваться из зрительного зала, террористы убивали.

К 19-40 к театру стянулись усиленные наряды милиции, сотрудники ОМОН и СОБР, а также руководство московского ГУВД. Бараев отказался с ними говорить и потребовал прямой связи с президентом. 

Вальс снежинок

Той осенью Немцов не раз решительно заявлял, что не ведёт переговоров с террористами: «Такого позора, как в Будённовске, при мне не будет». Но теперь, сидя в кабинете перед аппаратом спецсвязи, Немцов ясно понимал, что переговоры придётся вести. Среди зрителей «Щелкунчика» были весьма непростые люди. Это не могло быть сказано публично, но президент понимал: если он не сделает всё возможное для спасения этих людей и их детей, то коллективная элита ему этого не простит. Власть будет потеряна, свобода и жизнь встанут под угрозу. Немцов распорядился дать связь Бараеву.

Пока в президентский кабинет один за другим являлись срочно вызванные силовики, между президентом и террористом шёл диалог:

— Мы требуем отпустить всех наших пленных, правительство Чечни отправить в отставку, вывести российские войска, признать независимость Республики Ичкерия, выдать военных преступников… — Бараев зачитывал монотонно, как по бумажке.

— Арби! — обратился Немцов проникновенно, почти по-дружески. — Давай будем реалистами. Давай обсуждать только те требования, которые я как президент могу выполнить. Я не могу признать независимость Ичкерии. Это изменение конституции, для этого нужен референдум, референдум назначает Дума. Выдать тоже никого не могу — это решает суд. Я не могу отправить ваше правительство в отставку — оно мне не подчиняется. Я не могу отпустить ваших пленных — они не у меня. Я не могу вывести войска — их там нет…

Бараев перешёл на неофициальную лексику:

— Не *** мне мозги, еврей. Думаешь, ты самый умный? Вот первое требование: в течение часа выступи по телевидению и прикажи Ашурову отпустить пленных. Это для начала, дальше будем обсуждать остальное. Сделаешь — отпущу маленьких детей, не сделаешь — убью десять человек. Свяжемся через час. — Бараев отключился.

Немцову доводилось и губернатором, и президентом вести агрессивные переговоры и разруливать острые ситуации, но такой жести ещё не бывало в его карьере. Он положил трубку и затравленным взором оглядел собравшихся силовиков. Заговорил начальник Генштаба Квашнин:

— Господин президент! В Вооружённых силах существует протокол действий на случай, если глава государства взят в плен или как-то иначе лишён свободы действий. Никакие ваши приказы не будут исполняться. Вы можете публично отдавать любые распоряжения. Вам отрапортуют: «Есть», но исполнять ничего не будут. Ввожу и отменяю этот режим я. В данном случае, конечно, с вашего согласия.

Немцов не спешил соглашаться. Разумеется, ему не хотелось фактически отдавать Квашнину верховную власть, пусть даже ненадолго и при чрезвычайных обстоятельствах.

— Можно пока обойтись без этого, — решил он. — Отпустить пленных — это мы можем себе позволить. Евгений Вадимович! — обратился он к Савостоянову. — Свяжитесь с Лечи Хултыговым. Ведь пленные у него? Я не могу публично ему приказывать. Я его просто по-человечески попрошу…

Танец феи Драже

Но прежде чем из Кремля дозвонились до главы чеченской госбезопасности, тот нарисовался сам. Лечи Хултыгов вышел в прямой эфир канала «Ичкерия». Он стоял во дворе грозненской тюрьмы НСБ перед сотней пленных бараевцев, поставленных на колени, со связанными за спиной руками.

— Арби, сын свиньи и шакала! — рычал он в камеру с хорошо отыгранным бешенством, на безупречном русском. — Как ты посмел творить такое злодейство с детьми в детский праздник? Какой ты после этого чеченец, какой ты после этого мусульманин, ведь Пророк Мухаммад, сальАллаху алейхи уа салям, запретил обижать детей. Освободи немедленно заложников, и я договорюсь с президентом России, чтобы тебя и твоих людей выпустили живыми, а иначе, клянусь Аллахом, я буду каждый час отправлять в ад одного из твоих бандитов. И чтобы все видели, что я не шучу… — Хултыгов выхватил золочёный пистолет, передёрнул затвор и выстрелил в голову первому подвернувшемуся пленнику. — Потому что, собака, рогоносец и сын рогоносца, я не могу без слёз смотреть, как обижают детей!

Это обращение немедленно ретранслировали по российским каналам. За показной яростью главы НСБ скрывался холодный расчёт. Хултыгов понимал, что пленных, возможно, придётся отпустить, и потому демонстрировал, что пленные — в его власти, что их судьбу решает он и только он, и если пленные будут отпущены, то лишь по его, Хултыгова, воле, а не по звонку из Москвы. Даже если (и особенно если) их придётся отпустить всё-таки по звонку из Москвы. Ожидалась борьба за власть с Арсановым и Ханбиевым, и заранее завоевать симпатии Кремля было делом весьма не лишним.

Немцов же, посмотрев выступление Хултыгова, облегчённо вздохнул и перекрестился. Глава НСБ добровольно взял на себя самую грязную часть работы и создал мощный рычаг давления на Бараева. Самому Бараеву это, конечно, не понравилось. Он немедленно позвонил президенту:

— Что это вытворяет твоя шавка Хултыгов? Мы так не договаривались!

Немцов вызвал Грозный, и потянулись долгие трёхсторонние переговоры: сколько человек отпускать с той и другой стороны, в какой последовательности, под чьим контролем. В этом диалоге президент России по сути играл роль посредника между двумя чеченцами. Роль унизительная, но Немцов был доволен. Из повестки переговоров сами собой исчезли опасные пункты о выводе войск и признании независимости. Всё свелось к торгу за пленных и заложников, а его можно (и нужно) было бесконечно затягивать, пока в глубокой тайне готовился штурм.

Полька Щелкунчика

Но в переговорный процесс вмешалась новая фигура — и чуть не похоронила его. В момент начала теракта Александр Лебедь в аэропорту Домодедово ждал вылета в Красноярск. Увидев новости, он немедленно вызвал машину и с мигалкой помчался назад в Москву. Остановившись в квартале от перекрытой Театральной площади, Лебедь пешком дошёл до театра, отмахнулся от своей охраны, взял у милиционера мегафон и проревел знаменитым командирским басом:

— Полковник Бараев! Говорит член Совета Федерации генерал-лейтенант Лебедь! Предлагаю себя в заложники в обмен на все семьи с детьми!

Что бы ни говорили впоследствии враги Александра Ивановича, он действительно рисковал собой. Никто не знал, что творится в голове у Бараева, и никто не мог поручиться, что тот откажет. Трудно сказать, чего было больше в поступке Лебедя — самопиара или искреннего желания спасти заложников. В любом случае это был отчаянно смелый шаг.

Если Бараев и раздумывал над этим предложением, то недолго. Его логика была варварски простодушна: Лебедь — противник Немцова, а значит, не имеет ценности как заложник. Немцов (как казалось Бараеву) будет только рад, если того случайно или неслучайно пристрелят при штурме. Из Большого театра ответно заревел мегафон:

— Лебедь! Расправь крылья и лети на ***! Я веду переговоры только с президентом!

Красноярский губернатор с непроницаемым лицом развернулся и пошёл к машине. Накинулись журналисты: что дальше? Лебедь скупо отвечал:

— Полечу, куда послали. В Чечню. Говорить буду не с Бараевым, а с его кукловодами.

Отказавшись раскрывать подробности, Лебедь вернулся в аэропорт и на чартерном рейсе действительно вылетел в Грозный. Вероятно, он ещё сам не знал, с кем будет говорить и о чём.

Дивертисмент

Под густым снегопадом на ночной Театральной площади царило неописуемое столпотворение. Журналисты, телевизионщики, родственники заложников, волонтёры, зеваки, разнообразное силовое начальство (приехавшее покомандовать), политики и звёзды (приехавшие попиариться) — вся эта толпа в непрерывном броуновском движении теснилась среди плотно припаркованных машин. Лишь пространство перед самим театром и переулки вокруг него были пусты, оцепленные милицией. 

С точки зрения штаба антитеррористической операции, толпа страшно мешала, но разгонять её было нежелательно — террористы сразу поняли бы, что готовится штурм. Поэтому штурмовые группы «Альфы» и «Вымпела» стягивались к театру под землёй, по техническим коридорам метро и коммунальным туннелям. Здесь же тянули и шланги для подачи усыпляющего газа в вентиляцию. К 3 утра всё было подготовлено. Штаб ожидал только команды президента.

Между тем на трёхсторонних переговорах удалось прийти к устраивающему всех результату. Хултыгов отпустил всех пленных, 109 человек — их под съёмку в прямом эфире вывели из грозненской тюрьмы, посадили в автобус и позволили уехать. После этого Бараев отпустил семьи с маленькими детьми — всего 324 человека детей и родителей. Первых заложников, вышедших из театра, толпа встретила бурей аплодисментов.

Но дети школьного возраста всё ещё оставались в здании. Немыслимо было начинать штурм, не попытавшись вывести их. Надо было продолжать переговоры — и теперь уже без главного козыря на руках.

Вальс цветов

— Теперь будем говорить о выводе войск, — потребовал Бараев.

— Арби, я не могу приказать им выйти, поскольку официально они не мои, — Немцов снова попытался прикрыться формальностями.

— Значит, признай, что они твои.

Немцов ухватился за эту зацепку:

— Давай зафиксируем. Я публично признаю, что Доброкорпус — российские войска. Ты отпускаешь старших детей с родителями.

— Публично признаёшь и приказываешь им выйти.

— Я не могу ничего приказывать, пока Чечня не подтвердит.

— Ты опять *** мне мозги? — Бараев сам устал от непривычного ему многочасового торга и был на грани срыва. — Мне по***, кто что подтвердит. Я хочу видеть, как твои бойцы садятся в самолёты.

— Ты же понимаешь, что это затянется на много часов. Может, день или больше. Давай побыстрее отпустим хотя бы детей.

Бараев задумался на несколько секунд.

— Идёт, — утомлённо сказал он, и этим подписал себе смертный приговор. — Ты признаёшь, что Доброкорпус — твои войска, и я отпускаю детей. Корпус выходит, и я отпускаю родителей.

Немцов сдержал выдох облегчения: Бараев совершил именно ту ошибку, к которой его аккуратно подвели. Прежде чем выйти в прямой эфир, президент позвонил в Грозный Ашурову:

— Мухридин Ашурович, я должен предупредить, что сейчас публично признаю Доброкорпус своим. Не принимайте всерьёз. Когда всё закончится, я дезавуирую мои слова. Скажу, что был под давлением, и так далее… Если я прикажу начать вывод Корпуса — не подчиняйтесь приказу. И ещё: ничего не говорите чеченцам. Ни Арсанову, ни Ханбиеву, ни Хултыгову, никому.

Затем сам позвонил и.о. президента Чечни Арсанову:

— Ваха Хамидович, очень прошу в ближайшие часы ни на какие мои публичные заявления не реагировать, никаких действий не предпринимать. Я веду сложнейшие переговоры. Мой приоритет — спасение жизней заложников. Всё может сорваться в любой момент, понимаете?

— Понимаю. Можете на меня рассчитывать. Один только вопрос: зачем к нам летит Лебедь?

Немцов обозлился:

— Лебедь! Откуда я знаю! Я его не посылал. Это Бараев его послал, причём совершенно в другом направлении. Играет в какие-то свои игры. Пожалуйста, не давайте ему ни с кем встречаться. — Повесив трубку, президент прокомментировал: — Только Лебедя мне сейчас не хватало! Всё, давайте прямой эфир.

Перед камерой Немцов сделал всё, чтобы создать впечатление вынужденности. Безо всяких предисловий и объяснений он взял бумажку (на самом деле пустую), вперил в неё неподвижный взгляд и зачитал монотонным голосом:

— Я признаю, что бойцы Добровольческого корпуса в Чечне — военнослужащие Вооружённых сил России.

Бараев удовлетворился этим минималистским признанием. Он выполнил свою часть сделки и приказал отпустить оставшихся детей без родителей. На этом переговоры по сути закончились, жить ему осталось несколько часов.

Колыбельная

— Насколько безопасен этот газ? — спросил Немцов.

— Говорят, что безопасен, — не очень уверенно ответил Савостьянов, который сам лишь пару часов назад узнал о существовании газа.

— Очень важно, чтобы заложники не пострадали. Очень! — внушительно подчеркнул Немцов. — Евгений Вадимович, пусть ваши специалисты обеспечат максимальную поддержку. Если кого-то убьют террористы, это ещё терпимо. Но если заложники погибнут из-за наших действий… Вы понимаете политические риски, да?

Савостьянов не хуже Немцова понимал, что жизни этих заложников стоят дорого. Очень солидные господа, имевшие личный телефонный номер директора ФСБ, уже давно ему звонили и вежливо просили поставить их друзей и родственников в начало очереди на освобождение. Да, никак нельзя было допустить, чтобы от газа погибли ТАКИЕ люди. 

Штурм отложили ещё на час, чтобы подогнать (ещё и скрытно) побольше машин скорой помощи с консультантами из токсикологических лабораторий ФСБ. Всё это время Немцов усыплял бдительность Бараева, торгуясь с ним о сроках и условиях вывода войск. 

Время близилось к утру, когда штурмовые группы наконец получили команду. В вентиляцию пустили газ. Террористы что-то почувствовали, начали стрелять, но не успели подорвать заряды прежде, чем лишились сознания. «Альфа» и «Вымпел» пошли на штурм. Все террористы были молниеносно застрелены, затем бойцы начали выносить усыплённых заложников.

Медицинскую помощь оказали вовремя. От отравления не погиб никто из находившихся в зале и на сцене. Но были и сотрудники театра в служебных помещениях. Их никто не эвакуировал — про них забыли. Правда, им досталась меньшая доза усыпляющего газа, некоторые даже не потеряли сознания. И всё-таки 9 престарелых сотрудников погибли, вовремя не получив помощи.

Было убито террористами в общей сложности 23 человека. Из самих террористов не выжил никто, включая пятерых захватчиков управы в Перово, убитых при штурме. Но счёт ликвидированным бараевцам на этом не закончился.

Адажио

Когда отпущенных пленников в Грозном посадили в автобус, они, конечно, осмотрели его. В то время ни один серьёзный чеченец не садился в машину, не убедившись, что она не заминирована. Но хултыговские сапёры хорошо спрятали пластитовые шашки, их нельзя было найти при поверхностном осмотре, а пленные после полугода в тюрьме НСБ были слишком истощены и измучены, чтобы проводить глубокий осмотр. Они сели в автобус и поехали в сторону Аргунского ущелья, счастливые, что остались живы и получили свободу.

После гибели Гелаева в сентябрьском набеге на Грозный объединённую группировку оппозиции в Аргунском ущелье возглавил Радуев. Пленным выдали спутниковый телефон, и они связались с Радуевым. Тот пообещал их встретить в селе Дуба-Юрт. Этот разговор, конечно, прослушивался. Координаты автобуса отслеживались. Когда автобус остановился в Дуба-Юрте, НСБ послала радиосигнал на подрыв.

Что произошло в Дуба-Юрте, стало известно лишь через несколько дней. От людей в автобусе и в полусотне метров вокруг не осталось ничего, что можно было бы похоронить по исламскому обряду. Погиб сам Салман Радуев и несколько его высших офицеров. Аргунская группировка была обезглавлена, а бараевский «Исламский полк» поголовно истреблён.

Так закончился декабрь 1999 года. И так закончились девяностые.

--------------

Засим ухожу на каникулы, возобновлю выкладку после нового года. С наступающими праздниками всех!

Изменено 18 Dec 2025 пользователем Роберт

[Стержень]

Так закончился декабрь 1999 года. И так закончились девяностые.

Прямо как-то даже слишком оптимистично.

но приятственно-особенно по сранению с РИ Норд-Остом...

Засим ухожу на каникулы, возобновлю выкладку после нового года. С наступающими праздниками всех!

И Вас также!

Жду продолжения этого видимо далеко не худшего из миров?

[Curioz]

С другой стороны слабая дума - сильный президент.

Такое разве что в 1993-95 было. И то, такого винегрета, чтобы 4 крупнейшие фракции имели от 12 до максимум 17%(!) мандатов, не было и близко.

 

С другой стороны, Немцов на сильного президента со своим 10-процентным рейтингом тоже походит не очень. 

[imnot]

ухожу на каникулы

Сомнительно что применяя газ о котором узнали два часа назад разобрались с тем какие меры надо применять чтобы экстренно оказать помощь, и вообще найти нужное количество экипажей скорой и дать нужные инструкции и очень быстро успеть все сделать. Выглядит неопрятно, ну да ладно, коллега Роберт не склонен обращать на такое внимание.

хултыговские сапёры хорошо спрятали пластитовые шашки

Это тоже слишком сказочно.

так закончились девяностые

Тема того куда делся бандитизм, передел имущества, который явно ускорится, а также многие другие полевые командиры, разъяренные бабки и дедки из КПРФ, и так далее, не раскрыта. Ну может в подшивке Птюч про это напишут.

слишком оптимистично. но приятственно-особенно

Сказочно, правильное слово - сказочно. Но это ж добрая сказка про галактическую Россию международных корпораций и светлого будущего. Жаль что ещё не отрисовали многих других сказочных персонажей, вроде Каспарова.

[Роберт]

Сомнительно что применяя газ о котором узнали два часа назад разобрались

О котором начальник узнал 2 часа назад, а не те специалисты, кто его применяет.

Это тоже слишком сказочно.

Почему?

Тема того куда делся бандитизм, передел имущества

Никуда не делись, а девяностые закончились 31 декабря 1999 года в 23:59:59. Есть возражения?

Изменено 18 Dec 2025 пользователем Роберт

[imnot]

начальник узнал 2 часа назад, а не те специалисты, кто его применяет.

Согласен, увидел. Но все равно хз. Гладко только на бумаге.

Почему?

Как говорит коллега Витгефт, я тогда попаду в запретный период и под бан на форуме.

девяностые закончились 31 декабря 1999 года в 23:59:59.

Да нет особо. Автобус семь дней ехал или просто потом несколько дней всей страной отмокали?

[imnot]

Но все равно хз. Гладко только на бумаге.

Поясню, на штурм пошли бы не токсикологи, а альфовцы и прочие, им бы конечно объяснили что делать, но проверка здания около часа, потом начали бы тащить - это ещё полчаса, или около того, уже половина скочурится или задохнётся. Не помню чтобы вообще кто-то проводил операцию такого плана. К тому же зал большой, дозы конские, хз короче 

Ну я не против. Пусть будет сказка, главное что со счастливым концом

[Роберт]

но проверка здания около часа

Я же написал, что здание НЕ проверяли, эвакуировали только зрительный зал.

уже половина скочурится или задохнётся

Даже в Норд-Осте из примерно 700 заложников погибло около 150, притом что просидели они там несколько дней, а не часов, и мед. помощь оказывалась гораздо хуже. 

Как говорит коллега Витгефт, я тогда попаду в запретный период и под бан на форуме.

Просто допустите гипотезу, что они эти шашки закладывали не пару часов, а пару недель.

[Крысолов]

и мед. помощь оказывалась гораздо хуже.

Верю всему, но хоть 1-2 человека от газа погибнуть должны - неизбежные в море случайности. Потом будут интриги-расследования, а начальство будет все отрицать.

[renyxa]

неизбежные в море случайности

9 заложников от газа, 23 застрелены. 

[imnot]

написал, что здание НЕ проверяли

Упустил где именно. Впрочем, не могу себе представить такую ситуацию что здание не проверяли.

мед. помощь оказывалась гораздо хуже. 

Почему она будет тут оказываться лучше, ну кроме волшебной палочки? Чисто интересно.

допустите гипотезу, что они эти шашки

Так я уже допустил. Хороших каникул, спасибо за творчество.

Ну я не против. Пусть будет сказка, главное что со счастливым концом

[renyxa]

Почему она будет тут оказываться лучше, ну кроме волшебной палочки?

Савостьянов не хуже Немцова понимал, что жизни этих заложников стоят дорого. Очень солидные господа, имевшие личный телефонный номер директора ФСБ, уже давно ему звонили и вежливо просили поставить их друзей и родственников в начало очереди на освобождение. Да, никак нельзя было допустить, чтобы от газа погибли ТАКИЕ люди.  Штурм отложили ещё на час, чтобы подогнать (ещё и скрытно) побольше машин скорой помощи с консультантами из токсикологических лабораторий ФСБ.

[Крысолов]

9 заложников от газа

Так то гномики, их можно не считать.

[imnot]

Савостьянов не хуже Немцова понимал, что жизни этих заложников стоят дорого. Очень солидные господа, имевшие личный телефонный номер директора ФСБ

Паника позволяет получше торговаться и подальше сдавать позиции, а никак не принимать здравые быстрые решения.

[Нкоро_]

Поясню, на штурм пошли бы не токсикологи

В реальной реальности большая часть заложников выжила при в разы худшей медицинской помощи и в разы более сильном стрессе.

Даже если бы коллега написал что человек 5 из тех кого сразу эвакуировали таки не откачали, это ничего не изменило бы ни в уровне реализма, ни в сюжете.

[Егор Шевельов]

каникулы, возобновлю выкладку после нового года. С наступающими

Очень интересная работа. Жаль все закончилось на самом интересном месте.. Кстати а что в данной АИ с Боровиком планируется? 

[sigulin.maxim]

Кстати а что в данной АИ с Боровиком планируется? 

А что с ним было? Точнее с которым?