Мир Мекленбургской династии

[Леший]

Пока не дочитал, но уже этот момент режет глаз. Что то тут не так. Отчество Иванович вообще никоим боком к имени Карл Леопольд не относится.

Дед тут НЯП не при делах: в доме Романовых отчество Федорович стандартное при крещении (и даже не при крещении, см. первую жену Первого Петра, которая из Илларионовны внезапно стала Федоровной, и так это до самых страстотерпиц Александры и Елизаветы и тянулось), в честь особо чтимой в роду Феодоровской иконы Богоматери, которой был в 1613 году благословен на царство Михаил Федорович. 

Подумал и всё же решил заменить отчество нашего героя с Иванович на Фёдорович. Будет он теперь Александром Фёдоровичем.

[Curioz]

Будет он теперь Александром Фёдоровичем

[Леший]

Curioz, меня этот персонаж тоже смущал. Но всё же подумал, что вы правы. Присвоение отчества Фёдорович куда более вероятно.

[Крысолов]

Так и тут, Габсбурги, через супругу российского императора буду его всячески "долбить" на тему оказания помощи родственникам.

Вы случайно не предложения Георга из этой темы планируете описать? https://alternativa.borda.ru/?1-5-0-00000218-000-10001-0-1203519959

 

[Леший]

Вы случайно не предложения Георга из этой темы планируете описать?

Многие мысли с предложенным там уважаемым Георгом у меня сходятся, но и заметные различия имеются.

[imnot]

Отличная тема, интересно излагаете.

[John D. Long]

Весьма интересно и свежо! По теме пока сказать особо нечего (не большой знаток эпохи), но буду следить.

[Леший]

Продолжение:

Часть II

Слово и дело

С 1739 года стало ухудшаться здоровье императрицы Анны Иоанновны, и она стала торопить своего племянника с женитбой, дабы быть окончательно спокойной насчёт продолжения династии. Тем более, что его невесте в этом году как раз исполнилось 17 лет, и она считалась уже достаточно взрослой для вступления в брак. И 14 июля того же года состоялось  торжественное бракосочетание царевича Александра Фёдоровича и принцессы Луизы Амалии, получившей при переходе в православие имя Елизаветы Алексеевны. А спустя девять месяцев, 23 апреля 1740 года, принцесса исполнила свою династическую обязанность – не отходившая от роженицы ни на час Анна Иоанновна с радостью узнала о рождении долгожданного мальчика, названого по прадеду Иоанном. Теперь императрица могла окончательно успокоиться – будущее династии было обеспечено!

Но пока в России дружно радовались рождению "внука её императорского величества, благоверного государя принца Иоанна" в Западной Европе начали происходить события, на первый взгляд совершенно обыденные, но повлёкшие за собой яростную бурю, перекроившую карту Европы. Так уж получилось, что на 1740-й год выпала кончина сразу трёх влиятельных монархов, уход из жизни которых ознаменовал новый виток противостояния между "великими державами" того времени и полную смену старой политической системы.

Первым этот счёт открыл прусский король и бранденбургский курфюрст Фридрих Вильгельм I Гонецоллерн, отошедший в мир иной 31 мая 1740 года. Сменивший его на троне Фридрих II, в отличие от своего отца, получившего за свой грубый характер прозвище Soldatenkönig (король-солдат), считался натурой куда более утончённой и "просвещённой", но вскоре изумлённым европейцам станет ясно, что за внешним лоском скрывалась натура умного, коварного и агрессивного хищника, готового в любой момент привести в действие созданную его отцом эффективную военную машину.

Вторым в этом списке стал император Священной Римской империи Карл VI Габсбург, ушедший из жизни 20 октября 1740 года. Поскольку из родившихся у него четырёх детей только один оказался мальчиком (Леопольд Иоганн), да и тот скончался в младенчестве, то наследовать его родовые владения должна была старшая дочь Мария Терезия, супруга великого герцога Тосканского Франца Штефана фон Лотрингена. Ещё при жизни покойный император сделал всё от него зависящее, чтобы обеспечить спокойную передачу "Наследственных земель дома Габсбургов" своим потомкам. В обход договора, подписанного братьями Иосифом и Карлом в 1703 году, по условиям которого в случае отсутствия у младшего брата потомства мужского пола, наследовать ему должны были дочери старшего брата Иосифа, Карл в 1713 году издал Прагматическую санкцию, согласно которой преимущественное право наследования переходило к его детям. Россия, Великобритания и Голландия – союзники венского двора – без проблем признали Прагматическую санкцию. Король Пруссии Фридрих Вильгельм также не имел ничего против. Позже в обмен за польскую корону признал санкцию и Август III, отказавшись от прав своей супруги на австрийское наследство. И постепенно, путём уступок и компромиссов Карл VI смог добиться того, что Прагматическая санкция была признана сословиями Империи, а также почти всеми ведущими странами Европы. Против санкции, указывая на ее незаконность, открыто выступил только курфюрст Баварии, Карл Альбрехт из династии Виттельсбахов. С тем же расчётом император спланировал брак своих племянниц – Марии Йозефы и Марии Амалии, которые перед тем как выйти замуж за Фридриха Августа Саксонского и Карла Альбрехта Баварского были вынуждены официально отказаться от своих прав на наследство. При этом Карл предполагал, что соперничество между Саксонией и Баварией обеспечит трон его дочери, поскольку, как он полагал, ни одна из сторон не допустила бы, чтобы другая унаследовала власть.

Вот только судьба Прагматической санкции в очередной раз показала, что любой договор представляет собой хоть что-то, если за ним есть реальная сила. Если же таковой нет, то он не стоит и бумаги, на которой написан. Стоило Карлу VI только испустить дух, как многие их тех, кто вчера давал согласие на передачу власти его дочери, начали менять своё мнение на прямо противоположное, желая поучаствовать разделе "австрийского наследства". Хватило одного месяца, чтобы надежды на нерушимость международно признанных границ в Европе исчезли, как призрак.

И третьей в этом списке оказалась Императрица и Самодержица Всероссийская Анна Иоанновна. 16 октября с ней прямо за обеденным столом случился приступ болезни и, как писал прусский посланник Аксель Мардефельд, "состояние её здоровья стало ухудшаться всё более и более". И спустя двенадцать дней, 28 октября, императрица представилась.

Передача престола прошла гладко. Её племянник Александр уже давно был объявлен наследником, и в приносимой с 28 декабря 1731 года присяге, которую давали подданные своему суверену, упоминалось его имя. Теперь людей вновь приводили к присяге ему, но уже как государю. И уже очень скоро подданные почувствовали на себе твёрдую руку нового монарха. Прежде всего тот занялся финансовыми вопросами. В отличие от своей покойной тётушки, обожавшей роскошь и яркие наряды, он одним из первых утверждённым им указов, со ссылкой на петровский указ о роскоши 1717 года, предписывал "отныне вновь богатых золотом и серебром платьев… дороже 4 рублёв аршин себе не делать" и донашивать их до 1744 года. Расходы на двор было указано сократить на 110 тыс. рублей – с 260 тыс. рублей до 150 тыс. рублей в год. Одновременно с этим было объявлено о сокращении подушной подати с текущего года на 17 копеек, а чтобы компенсировать эту потерю для казны были подняты цены на вино на 10 копеек – до 1 руб. 20 коп. за ведро. Одновременно была начала разработка проекта по секуляризации церковной земельной собственности. Ещё 26 апреля 1738 года Колегия экономии (которая ведала церковными вотчинами, доходами и хозяйством монастырей и епархий) была изъята из ведения Синода и передана в подчинение Сената, что можно считать началом подготовки к секуляризации церковных владений. А после кончины Анны Иоанновны вице-канцлер Андрей Остерман подал новому императору программную записку, в которой предлагал сократить расходы на духовенство и монастыри до того, что "к пристойному содержанию их потребно" (РеИ), а прочие доходы употребить на иные нужды (например больницы и училища), ибо, как писал Остерман, "ничто так государству не нужно, как хорошие училища".

Это предложение упало на благоприятную почву, причём император был настроен в этом вопросе даже более радикально, чем кабинет-министр. Александр давно был сторонником секуляризации, и первым шагом на пути к этому стало назначение 14 ноября 1740 года нового обер-прокурора Святейшего Синода (остававшуюся вакантной после увольнения в 1730 году второго обер-прокурора, Алексея Баскакова), которым стал генерал-майор Никита Кречетников. А в ответ на просьбы церковных иерархов вернуть церковные вотчины архиерейским домам и монастырям, императором было заявлено, что духовные учреждения "не имея власти употреблять свои доходы инако, как только на положенные штатом расходы, суетное себе делают затруднение управлением вотчин", и с целью "освобождению монашествующих от мирских попечений и к доставлению им свободы от трудностей при получении вотчинных доходов" 27 февраля 1741 года им был подписан указ  о полной секуляризации недвижимых церковных имуществ, и переводе чёрного и белого духовенства на жалование из Государственного Казначейства. Помимо этого было прекращено дотирования монастырей, не способных обеспечить себя самостоятельно. Церковные иерерхи, разумеется были недовольны, и как писал в письме один из них: "Всех нас печальная сия тронула перемена, которая жизнь нашу ведет к воздыханиям и болезням... До сего мы дожили по заслугам нашим". Но напуганные "архиерейскими процессами" (серия политических репрессий против высшего духовенства Русской православной церкви в 1730-х гг.) предыдущего царствования открыто протестовать не осмелились.

Также, в начале 1741 года по результатам генеральной ревизии "ясашных иноверцев" была повышена с них подушная подать, и увеличены сборы с башкир. Как полностью утративший боеспособность был расформирован Полк смоленской шлахты, что окончательно покончило с "особостью" смоленской шляхты, уравняв её в правах и обязанностях с остальным российским дворянством.

Отдельной строкой встал вопрос о налогобложении остезейских дворян и мещан. Прибалтийские губернии (Лифляндия и Эстляндия), присоединённые к России по результатам Северной войны, к 40-м гг. XVIII столетия ещё не были окончательно интегрированы в состав Российской империи. Немецкая аристократия этих земель сохранила в неприкосновенности свои сословные привилегии (причём, в отличие от русского дворянства, они не несли обязательной государственной службы) и автономию Прибалтийского края, выражавшуюся в существовании уже сложившихся ранее сословных организаций рыцарства, городов и суда. Главным среди них было право на самоуправление. Жителям Лифляндии и Эстляндии также гарантировалась свобода вероисповедания, деятельность местной (протестантской) церкви, сохранение существуюшей судебной системы, использование немецкого языка в делопроизводстве и судебной практике. Суд по-прежнему производился местными корпоративными сословными учреждениями. Другим важным аспектом автономии явилась сложившаяся система землевладения (которая, впрочем, проистекала из тех же привилегий), правовая неотрегулированность которой приводила к снижению налоговых поступлений.

Однако вступление на престол Александра I и реализация его программы реформирования страны способствовали изменению имперских приоритетов. Особое положение Прибалтийского края не вписывалось в политику унификации государственного правления, которую повёл новый император, целям которой должны были служить систематизация, централизация и стандартизация управления империи. Реорганизованное социальное и административное устройство России неизбежно вело к его распространению и на западные окраины. Политика "просвещённого абсолютизма" неминуемо вела к усилению "регулярности" в имперской политике, к установлению более жёсткой вертикали власти. Поэтому взойдя на престол молодой император отказался автоматически подтверждать права рыцарства и городов. В инструкции выданной в феврале 1741 года генерал-прокурору Трубецкому, он писал "Малая Россия, Лифляндия и Эстляндия – суть провинции, которые правятся конфирмованными им привилегиями; нарушить оные все вдруг весьма непристойно б было, однакож и называть их чужестранными и обходиться с ними на таком же основании есть больше, нежели ошибка, а можно назвать с достоверностию глупостью. Сии провинции ... надлежит легчайшими способами привести к тому, чтоб они обрусели и перестали бы глядеть, как волки в лесу...", из чего следовало, что молодой государь взял курс на интеграцию этих земель в состав Российской империи.

Первым под удар попало местное городское самоуправление. Институциональной особенностью Остзейского края являлось привилегированное положение городов. Во второй четверти XVIII столетия городское самоуправление сохранило основные черты средневековой традиции ганзейских городов. Городской совет (Rat) имел широкие права и реализовывал свой суверенитет в решении различных вопросов жизнедеятельности города. Он осуществлял судейскую функцию для городских сословий: в его юрисдикции были и дела, по которым выносился даже смертный приговор. Против мнения суда магистрата можно было выступить, только подав апелляцию в Сенат. Городской совет распоряжался доходами города и мог назначать новые налоги без отчёта, оставлял себе часть собранных налогов. Все должности в городе учреждались Советом. Он даже распоряжался военной частью и цейхгаузом, хотя и не имел право осуществлять какие-либо задачи, связанные с военными действиями.

Магистрат имел широкие права в регулировании торговой жизни города: он крайне ограничивал поселение в городе русских купцов и иностранных торговцев. Средневековые формы торговли стали всё резче противоречить экономическим интересам империи. Немецкие купцы Ревеля, опираясь на свои традиционные средневековые привилегии, добились издания указа Сената в 1730 году, который, во-первых, устанавливал регистрацию в городах местных русских купцов, во-вторых, вводил для них запрещение покупать у крестьян товары вне городских рынков, на дорогах и т.п., а также торговать товарами, входившими в область привилегий местных немецких купцов. В Риге существовали правила торговли, запрещавшие торг гостя с гостем, что препятствовало свободному заключению торговых сделок. Поэтому приезжавшие в Прибалтику русские купцы постоянно обращались к властям со множеством жалоб на тамошние магистраты, которые не позволяли им продавать товары непосредственно иностранным купцам, а заставляли отдавать эти товары местным немецким коммерсантам. А те, пользуясь своими монопольными правами в торговле, назначали на них низкие цены. Такое же принуждение со стороны Большой гильдии испытывали крестьяне. Русские купцы также не могли держать склады в прибалтийских городах.

Озабоченная положение русских купцов в прибалтийских губерниях и отношением к их торговле органов самоуправления остзейских городов российская власть в начале 1740-х гг. решила вмешаться, с целью ограничения наследственных прав городских сословий самостоятельно регулировать торговое обращение, в особенности контролировать и накладывать пошлины на крестьянскую торговлю, устанавливать акцизы и сборы. Воспользовавшись конфликтом между магистратами и простыми мещанами, недовольных олигархическим правлением городской верхушки, правительство создало в декабре 1740 года особую комиссию под председательством лифляндского генерал-губернатора Петра Ласси, которая должна была проверить все жалобы на произвол магистратов и разработать комплекс мер, должных изменить ситуацию к лучшему.

К сожалению просуществовала комиссии недолго, поскольку её работа была прервана начавшейся в августе 1741 года русско-шведской войной, и возобновила своё функционирование она только по окончании оной. Тем не менее, за короткий срок своей деятельности комиссия успела арестовать за злоупотребления нескольких ратманов, ограничила наследственные права городских сословий самостоятельно регулировать торговое обращение, в особенности контролировать и накладывать пошлины на крестьянскую торговлю, устанавливать акцизы и сборы,  а также отменила монополия цехов основывать мануфактуры.

Изменено 13 October пользователем Леший

[Villehardouin]

А народ не начнет бунтовать, что православных обижают? В смысле, монастыри закрывают, имущество забирают. А как купить себе вечное блаженство, если не щедрым пожертвованием, а тут лавочка закрывается? Или продолжат жертвовать, просто "тихо"?

Или эпоха просвещения и тут уже наступила в достаточной мере?

[Леший]

А народ не начнет бунтовать, что православных обижают?

Крестьяне только рады будут переводу в категорию государственных, а дворяне идею секуляризации, в массе своей, поддерживали (даже религиозная Елизавета Петровна. начавшая свою царствования с возвращения  иерерхам права управлять церковными землями, к 1757 году пришла к мысли о необходимости изъятия церковной земельной собственности в казну).

Изменено 6 October пользователем Леший

[Крысолов]

начавшейся в августе 1741 года русско-шведской войной

Вы считаете что Швеция начнет войну без РИ-чехарды на престоле? Или и тут Елизавета Петровна будет мутить воду?

 

[Роман Широков]

Вы считаете что Швеция начнет войну без РИ-чехарды на престоле? Или и тут Елизавета Петровна будет мутить воду?

Французам кровь из носу надо отвлечь Россию от помощи Австрии и за это они будут готовы щедро заплатить а руководство партии шляп жаждало реванша на востоке и особой адекватностью и трезвой оценкой своих сил не отличалась. Плюс попытки устроить переворот у нас французами и вовлечь в него Елизавету неизбежны,другой вопрос что скорей всего далее разговоров дело не пойдет   потому что Александр не младенец Иван и правит сам а не регенты которые толком управлять не умеют. А Елизавета Петровна дурой не была и тонко чувствовала момент когда нужно дурочку играть и покорность изображать а когда и зубки показать и против племянника вряд ли решиться действовать. Но шведам то французы могут пообещать что как только они ударят так сразу же у русских переворот случиться, обещать же не значит жениться.  

Ну и Пруссия имела определенное влияние на Швецию и ей то же отвлечения русских на шведов выгодно.

Плюс Саксонский курфюрст как король Речи Посполитой  и участник войны против Австрии может пообещать что в случаи начала войны шведов с русскими уговорить шляхту вступить в войну с Россией за Киев и Смоленск. Шанс на успех таких уговоров не большой но не нулевой особенно в случаи если шведы начнут побеждать.

А там и османы с подачи французов могут с юга ударить.

Я сейчас описываю не то что произойдет а что будут шведам французы и их союзники рассказывать что бы к войне их подтолкнуть   

Изменено 6 October пользователем Роман Широков

[Роман Широков]

Однако вступление на престол Александра I

Тут еще очень важный момент на стыке реформ армии и экономики.  Постройка Днепровской черты потребует войск для ее зашиты. И логичным шагом будет размещения  не регулярных частей а ландмилиции из бывших однодворцев и солдат отслуживших более 10 лет наделением их наделами в приазовье.

При этом после постройки с учетом Царицынской линии на востоке станут доступными для заселения черноземы от Днепра и до Волги и Дона и Азовского моря и Воронежа в том числе и территории войска Донского и войска Запорожского.

А право на своих судах возить в османские порты товары даст быструю прибыли с целинных земель юга водимых в оборот.

То есть одновременно решаться и вопрос с безопасностью с разворачиванием 40-70 тысячной     армии ландмилиции на юге которая когда начнется новая война с турками сможет быстро решить вопрос с Крымом и Кубанью. И одновременно распахиваются огромные просторы урожаи с которых одновременно обеспечивают дешевым зерном северные уезды и приносят звонкую монеты от экспорта в Османскую империю.

Ну а моменту прихода к власти Александра как раз Днепровскую черту построят и несколько дивизий ландмилиции на юге развернут и настанет время для массового переселения черносошных, дворцовых и монастырских крестьян на государевы земли с привлечением на них же переселенцев из Европы немцев и славян. И раздачу земель аристократии и дворянам тем кто за свой счет готовы переселить своих крепостных на юг и обустроить их там.

Возможно с обменом и сдачей в казну вотчин на севере . Скажем за каждую сданную на севере десятину получаешь 3 на юге при этом половину крестьян сданного имения отдаешь государству а половину переселяешь на юг и переселенцы 5 лет не платят подушную подать. 

   ==============================

ну и к востоку от Волги аналогичные процессы стоит не затягивая запускать сначала Башкирия и Оренбург далее Южная Сибирь Алтай , после Степной край (не стоит ждать более 140 лет как в ри пред началом заселения русскими Среднего джуза ) и Забайкалье 

Изменено 6 October пользователем Роман Широков

[Роман Широков]

В том плане, что граница России и Австрии по итогу 18 века скорее всего будет по Днестру...

Коллега вы забываете что война за Австрийское наследство удобный повод решить не только вопрос с Финляндией и Швецией но и с Речью Посполитой ведь воевать за союзную Вену можно не посылая войска на Рейн или в Италию а громя союзников Франции на востоке. А король РП это курфюрст Саксонии который до 1747 воевал против Австрии. А в РП как раз в начале 1740вых шляхта устроила гонения на православных и вообще врдя ли пропустят русские войска идущие на помощь Вене  тем самым дадут повод неоспоримый дял удара по ним 

А если в 1740ые русскими станут Галиция, Буковина и Подолия то и Молдавия быстрей и легче станет русской чем Крым просто потому что там живет православное население туда проше привести армию и содержать за счет местных ресурсов и туда в отличии от Крыма десант за неделю не перебросишь из Стамбула. А вот Карпаты, устье Дуная и река Сирет удобные рубежи для обороны 

Изменено 6 October пользователем Роман Широков

[Леший]

Вы считаете что Швеция начнет войну без РИ-чехарды на престоле?

А для Швеции ничего не изменилось. Деньги от Франции они получают. Пруссаки также ориентируют шведов на войну с русскими, дабы отвлечь Санкт-Петербург от событий в Европе. Да и сами шведы, с конца 1720-х гг. готовятся к реваншу (собственно говоря они в РеИ собирались воевать с Россией уже в 1739 году, но заключение Белградского мирного договора сорвало тогда им эту затею). Причём настрой на войну был в Стокгольме настолько сильный, что даже доклады генерала Карла Кронштеда и результаты инспекционной поездки в 1740 году Хенрика Магнуса фон Будденброка в Финляндию, показавшие, что шведские войска небоеспособны, никак не повлияли на решение риксрода объявить войну.

Или и тут Елизавета Петровна будет мутить воду?

А Елизаветы Петровны по большому счёту нет выхода. Есть даже версия, что на переворот царевну могла подтолкнуть попытка Анны Леопольдовны выдать её замуж за Людвига Эрнста Бранушвейг-Вюльфенбюттельского (младшего брата Антона Ульриха), которого собирались сделать Курляндским герцогом (заместо Бирона), и тем самым спровадить Елизавету наконец-то за границу. Добавьте к этому то, что в этой АИ, действия как последнего года правления Анны Иоанновны (ограничение знати на винокурение), так и самого молодого императора (например таже секуляризация церковных земель) увеличит лагерь сторонников царевны, и будет толкать их на радикальные действия.

Плюс Саксонский курфюрст как король Речи Посполитой  и участник войны против Австрии может пообещать что в случаи начала войны шведов с русскими уговорить шляхту вступить в войну с Россией за Киев и Смоленск.

Саксонскому курфюрсту будет не до этого. В начале 1740-х гг. он завязнет в войне с Австрией. Но фишка в том, что русской армии дабы войти в боевое соприкосновение с пруссаками, нужно пройти по территории Речи Посполитой, король которой союзник Фридриха Прусского. Плюс, как раз в это время в Польше усилились гонения на православных (которые в России проигнорировать не могут).

Тут еще очень важный момент на стыке реформ армии и экономики.  Постройка Днепровской черты потребует войск для ее зашиты. И логичным шагом будет размещения  не регулярных частей а ландмилиции из бывших однодворцев и солдат отслуживших более 10 лет наделением их наделами в приазовье.

Тут, скорее всего, будет схожее с РеИ, когда был проект переформатировать в ландмилицию полки выведенного из Ирана и размещённого в районе Азова т. н. Низового корпуса. Но начавшаяся война со Швецией и дальнейшие события (когда пришедшая к власти Елизавета в декабре 1741 года не только не стала усиливать ландмилицию, но и распустила часть уже существовавших полков) переменили эти планы. Понятное дело, что в этой АИ распускать уже имеющиеся ландмилиционные полки никто не будет (их просто передислоцируют южнее), но в связи с возникшей потребностью в регулярной армии, и усиливать их не будут.

Изменено 6 October пользователем Леший

[Роман Широков]

но в связи с возникшей потребностью в регулярной армии, и усиливать их не будут.

так я и предлагаю ланд милицию на положение не регуляров а иррегулярных частей на юге создать благо опыта еще с допетровских времен много те же однодворцы да и в Петровской армии регуляры были только 2/3 а 1/3 бли не регулярные части 

тут и вопрос военной достаточности с татрами воевать и таких частей за глаза хватит и экономии бюджета далеко не резинового 

да основой дивизий ланд милиции может стать Персидский корпус и до заключение мира с турками имеет смысл оставлять его как часть кадровой армии   но вот дальше с 1737 по 1741 смысл в атких действиях какой? 

Саксонскому курфюрсту будет не до этого. В начале 1740-х гг. он завязнет в войне с Австрией

обещать не значит жениться а начало русско шведской войны ему нужно не меньше французов и прусаков 

что русской армии дабы войти в боевое соприкосновение с пруссаками, нужно пройти по территории Речи Посполитой, король которой союзник Фридриха Прусского. Плюс, как раз в это время в Польше усилились гонения на православных (которые в России проигнорировать не могут).

а это уже повод для России после окончания войны с Швецией начать боевые действия в РП 

Елизаветы Петровны по большому счёту нет выхода.

Думаешь реально попробует переворот совершить? а не  просто у французов деньги возьмет и скажет не шмогла?

[Леший]

Думаешь реально попробует переворот совершить?

Тут, подозреваю, даже не от самой Елизаветы многое зависит. Может произойти как в случае с цесаревичем Александром Павловичем, который сам по себе напрямую заговором против отца не руководил (хотя знал о нём), но служил эдаким "знаменем" оппозиции. Так что по любому вокруг Елизаветы Петровны будут происходить всякие "мутки", с соответствующей реакцией властей. А у шведов будет типичное "самооблучение" (ну как в реале, когда они почему-то всерьёз посчитали, сами себя убедив в том, что Елизавета отдаст им Карелию и Прибалтику).

Изменено 6 October пользователем Леший

[Стержень]

А король РП это курфюрст Саксонии который до 1747 воевал против Австрии. А в РП как раз в начале 1740вых шляхта устроила гонения на православных и вообще врдя ли пропустят русские войска идущие на помощь Вене  тем самым дадут повод неоспоримый дял удара по ним 

Саксонскому курфюрсту будет не до этого. В начале 1740-х гг. он завязнет в войне с Австрией. Но фишка в том, что русской армии дабы войти в боевое соприкосновение с пруссаками, нужно пройти по территории Речи Посполитой, король которой союзник Фридриха Прусского. Плюс, как раз в это время в Польше усилились гонения на православных (которые в России проигнорировать не могут).

Но в реале же вроде проигнорировали.

Что здесь поменяется, я немного не понял.

А если в 1740ые русскими станут Галиция, Буковина и Подолия

Угу щаз.Правобережье-то ещё польское, равно как Белоруссия.

А вы уже на совсем запад замахиваетесь.

Конечно распил Речи в союзе с Австрией дело несомненно богоугодное, но всё же нужно как-то может быть более приземлить полёт в хорошо проработанной теме (был бы 4-ый раздел-то может и можно было бы).

Плюс Вика брешет, что с 1743 года Саксония перешла на сторону Австрии...

[Леший]

Но в реале же вроде проигнорировали.

В начале своего правления Елизавета Петровна двигалась в русле профранцузской политики, а когда вектор изменился, стало поздно - польский король Август Саксонский перешёл на сторону Австрии, что "автоматом" делало его союзником России. Что, впрочем, не отменило планов на отжатие у Речи Посполитой её восточных земель (например, когда в РеИ приняли участие в Семилетней войне планировали захваченную Пруссию отдать Польше в обмен либо на Курляндию, либо на территории по Зап. Двине и Днепру).

Что здесь поменяется, я немного не понял.

В РеИ в конце 1741 года правительство Анны Леопольдовны приняло решение о военной поддержке Австрии против Пруссии. Но у России не было общей границы с последней, и для боевого соприкосновения с пруссаками требовался "коридор" через Речь Посполитую. Однако на 1741-1742 гг. Август Саксонский союзник Фридриха Прусского, и воюет против Австрии. Это означает, что добровольного согласия на проход русских войск от поляков не получить, и "коридор" необходимо пробивать силой. Добавим к этому, что в Речи Посполитой в это время очередной пик преследования православных, что даёт Санкт-Петербургу моральное обоснование на ввод войск. То есть, не произойди "елизаветинского" переворота и останься у власти Иоанн VI Антонович, русско-польская война в 1742 году произошла бы, ПМСМ, с большой степенью вероятности. Учитывая, что вся польская армия на тот момент насчитывает чуть более 20 тысяч человек, результат её очевиден. Ну а это, в свою очередь, влечёт и другие изменения.

Конечно распил Речи в союзе с Австрией дело несомненно богоугодное, но всё же нужно как-то может быть более приземлить полёт в хорошо проработанной теме (был бы 4-ый раздел-то может и можно было бы).

А что нереального в захвате Россией Речи Посполитой в 1740-х гг.? С военной точки зрения Польша того времени полное ничтожество. Саксонские войска задействованы в Чехии против австрийцев, и перебросить их на "Восточный фронт" нереально. Но главное - Австрии и Пруссии в тот момент не до противодействия России в её захватах. Австрия борется за своё выживание против созданной французами коалиции и союз с Россией ей жизненно важен, а Пруссия воюет с Австрией, и в случае чего лояльность Берлина можно купить предложением ему Зап. Пруссии, которую Гогенцоллерны давно жаждали заполучить.

Изменено 7 October пользователем Леший

[Стержень]

В начале своего правления Елизавета Петровна двигалась в русле профранцузской политики, а когда вектор изменился, стало поздно - польский король Август Саксонский перешёл на сторону Австрии, что "автоматом" делало его союзником России.

Ваша мысль понятна.

То есть, не произойди "елизаветинского" переворота и останься у власти Иоанн VI Антонович, русско-польская война в 1742 году произошла бы, ПМСМ, с большой степенью вероятности. Учитывая, что вся польская армия на тот момент насчитывает чуть более 20 тысяч человек, результат её очевиден. Ну а это, в свою очередь, влечёт и другие изменения.

Оно может и неплохо.Но что-то сомнения гложут в эффективности.Потому что возможно, что за Речь тогда вступятся шведы и может быть даже и турки (несмотря на Белградский мир).

Но главное - Австрии и Пруссии в тот момент не до противодействия России в её захватах. Австрия борется за своё выживание против созданной французами коалиции и союз с Россией ей жизненно важен, а Пруссия воюет с Австрией, и в случае чего лояльность Берлина можно купить предложением ему Зап. Пруссии, которую Гогенцоллерны давно жаждали заполучить.

Получается что надо одновременно и помогать союзнику и его кидать.Как-то не очень.

Тогда уж надо воевать против Пруссии полнопрофильно, прихватывая по ходу дела Речь.

[Леший]

Но что-то сомнения гложут в эффективности.Потому что возможно, что за Речь тогда вступятся шведы и может быть даже и турки (несмотря на Белградский мир).

Шведы и так начнут против нас войну в 1741 году, после которой им станет на некоторое время не до новой войны с Россией. А туркам до 1746 года не до нас - них Надир-шах на востоке "шалит" и воюет периодично с ними. И только после его кончины в 1747 году у них будут развязаны руки против нас.

Получается что надо одновременно и помогать союзнику и его кидать. Как-то не очень.

А в чём кидалово? Мы честно предложим Фридриху Западную Пруссию в обмен на возвращение Австрии Силезии (другое дело, есть подозрение, что в этом деле Фридрих попытается "и рыбку съесть, и в пруд не лезть", но это уже будет не наша вина), то есть формально будем действовать в интересах Марии Терезии.

[Стержень]

А туркам до 1746 года не до нас - них Надир-шах на востоке "шалит" и воюет периодично с ними. И только после его кончины в 1747 году у них будут развязаны руки против нас.

Ну ок.

Шведы и так начнут против нас войну в 1741 году, после которой им станет на некоторое время не до новой войны с Россией.

Однако война на два фронта?

Я припоминаю, что российские войска стали участвовать в борьбе за наследство только после подписания мира с Швецией.

А в чём кидалово? Мы честно предложим Фридриху Западную Пруссию в обмен на возвращение Австрии Силезии (другое дело, есть подозрение, что в этом деле Фридрих попытается "и рыбку съесть, и в пруд не лезть", но это уже будет не наша вина), то есть формально будем действовать в интересах Марии Терезии.

Ну это надо с Австрией всё-таки будет согласовывать.

Забавно будет, если Фридрих согласится.Но я сомневаюсь-вроде бы с точки зрения экономики Силезия намного более вкусная.

 

[Стержень]

Хотя конечно резня будет знатная, с полнопрофильным-то участием России.

В Семилетнюю было намного проще и безопаснее, потому как на континенте кроме Пруссии, Ганновера и ещё небольшого количества германской мелочи противодействовать "трем рассерженным женщинам" было некому.

В этой же реальности континентальная резня будет ещё жестче, чем в реале.

[Леший]

Однако война на два фронта?

Непосредственно с Пруссией, скорее всего, войны сначала не будет. Ограничатся военной демонстрацией и предложением поменять "шило на мыло" (Зап. Пруссию на Силезию).

Я припоминаю, что российские войска стали участвовать в борьбе за наследство только после подписания мира с Швецией.

В РеИ решение было принято уже в 1741 году. Впрочем, к тому времени, кто кого заборет в русско-шведской войне было уже ясно. Если не объявлять полугодичное перемирие, как это сделала в реальной истории Елизавета, то уже весной 1742 года Финляндия скорее всего будет оккупирована русскими войсками.

Ну это надо с Австрией всё-таки будет согласовывать.

А зачем? Скорее наоборот, от австрийцев эти переговоры будут скрывать.

Но я сомневаюсь-вроде бы с точки зрения экономики Силезия намного более вкусная.

Зап. Пруссия это прежде всего "мост" между Бранденбургом и Вост. Пруссией, которые без неё представляют собой разделённые анклавы. Да и с точки зрения экономики Зап. Пруссия очень "вкусный" регион. Уже тот факт, что польский хлебный экспорт идёт по большей части через неё, даёт многое.

 

Хотя конечно резня будет знатная, с полнопрофильным-то участием России.

А с кем России тут ещё воевать? Франции будет не до этого (у неё руки связаны Австрией, которая и есть главная цель Парижа). Ганновер и Англия на стороне России и Австрии. Разве что австрийцы не смогут действовать против пруссаков столь же активно, как это было в Семилетнюю. Но так и прусская армия в 1740-е гг. ещё не та, что будет в 1750-е, да и русская армия ещё не развалена правлением Елизаветы (когда при формальной численности армии в несколько сотен тысяч человек, с трудом наскребли несколько десятков тысяч боеспособных войск против пруссаков). Кстати, тут подумалось - без русского корпуса на Рейне у французов появляется шанс удержать за собой Австрийские Нидерланды.

Изменено 7 October пользователем Леший

[Стержень]

Непосредственно с Пруссией, скорее всего, войны сначала не будет. Ограничатся военной демонстрацией и предложение поменять "шило на мыло" (Зап. Пруссию на Силезию).

Ну сначала по крайней мере надо завоевать Речь, что может быть всё-таки не так просто, особенно в собственно польских землях.

Во-вторых, Фридриху в этом случае надо кидать союзника-Августа.

Они до конца 1743 союзники были.

В РеИ решение было принято уже в 1741 году. Впрочем, к тому времени, кто кого заборет в русско-шведской войне было уже ясно. Если не объявлять полугодичное перемирие, как это сделала в реальной истории Елизавета, то уже весной 1742 года Финляндия скорее всего будет оккупирована русскими войсками.   12 минуты назад, Стержень сказал:

Вика брешет, что перемирие вроде около трех месяцев продлилось...

Но вообще это конечно хороший момент, чтобы Финляндию всю захватить.

Помню я делал тему на этот счёт, но там Елизавета передумала...

А зачем? Скорее наоборот, от австрийцев эти переговоры будут скрывать.

Кидать союзника, который интересен на долгую перспективу (в плане Турции особенно) как-то тоже не комильфо.

Зап. Пруссия это прежде всего "мост" между Бранденбургом и Вост. Пруссией, которые без неё представляют собой разделённые анклавы. Да и с точки зрения экономики Зап. Пруссия очень "вкусный" регион. Уже тот факт, что польский хлебный экспорт идёт по большей части через неё, даёт многое.

Ну так-то может быть.

 

Изменено 7 October пользователем Стержень