Архонт Варанги


116 posts in this topic

Posted

Миллионы замученных лично Цимисхием.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

АХЕРОН ВОССТАНЕТ ИЗ ПРАХА!!!

Всегда!

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

Голый по пояс он лежал на широком ложе, устланном шелковыми покрывалами, в то время как обнаженная крутобедрая девушка с толстыми золотистыми косами и голубыми глазами, нежно гладила  широкую грудь императора.

ebf6587ccd194ed0b6b693e202c51dfa.jpg

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

Всегда!

А я правильно понимаю, что 

русская династия в Месопотамии перейдет в зороастризм? 

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

А я правильно понимаю, что 

Не будем раньше времени раскрывать все карты)

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted (edited)

Ночь Живы

 

— Моя бабка предлагала принять отцу греческую веру, но он тогда отшутился, что его вся дружина засмеет, если он откажется от наших Богов. Разве греки и болгары не стали слабее, отринув старую веру ради Распятого?

 

Княжич Ярополк сидел на скамейке в своей светлице, вопросительно уставившись на стоявшего перед ним немолодого худощавого человека с глубоко запавшими темными глазами, казавшимися почти черными на узком бледном лице. Неброское темное одеяние и скромный медный крест на груди казались особенно неказистыми рядом с роскошью княжеских нарядов и украшений. Однако собеседник Ярополка, словно и не замечая своего скромного вида, держался с княжичем почти как равный.

 

— Даже самая чистая родниковая вода может показаться мутной, если пить ее из грязного сосуда, — на ломаном, но достаточно внятном русском отвечал гость Ярополка, — греки и вправду часто бывают трусливы и лживы, им нет веры ни в чем — и потому истинным воинам, каков твой отец, немудрено решить, что таковы и все христиане. Те, кто правят нынче градом равноапостольного Константина Великого недостойны славы Рима, которым они лживо величают себя. Есть лишь один истинный Рим, Град Святого Петра, один верховный первосвященник Вселенской Церкви, что благословил меня во служение и один только истинный император — король Оттон, второй его имени, славный сын великого отца. Он не лживый грек, но отважный воин, как и весь мой народ — и он же хочет видеть другой народ, столь же сильный и славный, приобщенным к истинной вере. Твой народ, король Ярополк!

 

— Я знаю, что немцы умелые вояки, — пробормотал Ярополк, — и твои люди уже не раз подтвердили это здесь. Но я слышал о них и иное — от тех купцов и воинов, что приходят в варяжскую дружину отца из земель бодричей и лютичей. Они рассказывали, как немцы разоряли их земли, сжигали святилища, вырезали целыми родами...

 

— Разве твой отец не стер с земли всю Хазарию, разве не казнил тысячи болгар позорной смертью? — возразил священник, — мне ли, смиренному слуге божьему объяснять сыну князя и воина, что такое война? Те из славянских владык, кто принял слово божье сохранили свои земли и княжеское достоинство, став верными сынами нашей церкви. Также как и Мешко, король польский, и король данов Харальд, а до них — короли фризов, саксов, чехов. Твой отец упорствует в язычестве, но ты-то еще можешь озарить Русь светом истинной веры.

 

Ярополк не успел ответить — в дверь вдруг постучали и, после разрешения войти, в комнате появился один из княжеских гридней. Опасливо покосившись на «черного волхва», он приблизил губы к уху Ярополка и что-то энергично зашептал в него. Наконец, князь кивнул, отпуская слугу и тот, еще раз ошалело глянув на невозмутимо сидевшего священника, выскользнул из княжеской светлицы.

 

— Сейчас я должен идти, — княжич привстал со стула, — в Киев прибыл князь Полоцкий Рогволд и мне нужно встречать его, сидя на Соколином Престоле. Но мы еще вернемся к этому разговору — я еще так много не знаю о вашей вере.

 

— Всегда буду рад рассказать о ней побольше, ваше величество, — склонил голову священник.

 

 

Иной разговор, далеко не столь благостный, проходил в то же время к северу от Киева, в небольшом, хорошо укрепленном городце на обрывистом днепровском берегу. Совсем недавно тут кипел бой — в одном месте высокий сруб обрывался зияющей дырой, по краям которой лениво тлело, пуская черный дым, обгорелое дерево. Внутри же городца валялись тела убитых, в то время как у одной из стен скорчилось с десяток угрюмых людей, со связанными руками и лицами покрытыми ссадинами и кровоподтеками. Этих пленных сторожили высокие варяги в кольчугах, вооруженные мечами и боевыми секирами. Несколько таких варягов стояли и перед дверью Вышгородского детинца, со зверским видом зыркая по сторонам. Внутри же самого детинца, в богато обставленной горнице, еще двое варягов с двух сторон ограждали Предславу, что стояла, скрестив на груди руки, презрительно глядя на сидевшую перед ней пышнотелую черноволосую женщину с красивым, но угрюмым лицом, наспех покрытым белилами. У стены же лежал, скорчившись и уткнувшись лбом в пол, щуплый мужик с взъерошенной темно-русой шевелюрой, одетый в рваную свиту и прохудившиеся лапти. На его спине, придавливая мужчинку к земле, стоял сапог Ворона, бесстрастно рассматривавшего женщину. Та же, в свою очередь, исподлобья смотрела на жену князя, белые пальцы теребили передник темно-синего платья, покрытого серебряной вышивкой.

 

— Думаешь, я ничего не узнаю, а, Малка? — обманчиво мягкий голос Предславы дрожал от скрытой ненависти, — или думаешь, что я забыла о тебе? Этот пес, — она презрительно кивнула на валявшегося на полу мужика, — он только сейчас такой смурной, а уж недавно так соловьем пел — и про тебя и братца твоего.

 

— Тебя если каленным железом погладить, так еще и не так запоешь, — с вызовом сказала женщина, — или думаешь, никто не знает, как этот ворон черный признания выбивает? Знать его не знаю, первый раз в жизни вижу.

 

— Первый, так первый, — покладисто кивнула Предслава, — только то, что он говорил и много кто еще подтвердил — из тех, кого ты сама себе в стражу выбирала — и Святослав кой-кого из них даже в лицо знает. Никак ты перед ним не выкрутишься, Малка или Малуша или как там тебя нынче кличут?

 

-Как Святослав вернется, перед ним и отвечу, — огрызнулась Малка, — или думаешь, если ты сейчас княжья жена, так тебе все позволено? Я, может, тебе и не ровня, а вот только сына я ему родила и он нынче Новгородом правит, а твои-то дети где? Ярополк не твой сын и Олег тоже, так что...

 

Предслава, наклонившись, легонько ударила Малку по губам, заставив ее замолчать.

 

— Не трать свой яд, змея подколодная, — холодно улыбнулась княгиня, — помни где твое место, рабыня! Ярополк может и не мой сын — но и не твой тоже и тебя любит не больше моего. А уж то, что твой брат тут против него народ поднимает княжичу уж точно не понравится — и Святославу тоже.

 

— Мой брат — взрослый муж и сам за себя ответить сможет, когда князь вернется, — сказала Малка, — я о его делах ничего не знаю. Или думаешь князю сильно понравится, что его сын с немцами якшается? Ты сама хоть что-то для него делаешь?

 

— А это уже не твоя забота, — высокомерно сказала Предслава, — и вообще, все что происходит сейчас в Киеве, больше не твоего ума дела. Сегодня же собирай свое барахло и убирайся в Новгород, к сыну и брату. Не послушаешься — пеняй на себя, ты меня знаешь — и Ворона тоже.

 

Малка еще раз покосилась на бесстрастного варяга, что по-прежнему давил сапогом на хребет несчастного мужичонки, потом перевела полный бессильной ненависти взгляд на Предславу и неохотно кивнула.

 

 

Волшебная ночь, — тихая, теплая, темная, — спустилась на Киев и туман объял его своим покрывалом, в котором, словно большой остров в белом море, высилась Старокиевская гора, с мелькавшими в окнах детинца редкими огоньками. Белесые клубы ползли по реке, словно извивающиеся змеи, заползая и в подступившие к города с юга дебри Перевесища. Излюбленное место княжьих охот, в эту ночь густые леса становились местом мира и любви — когда Богиня Жива ступала ногами по влажному чернозему, пробуждая могучие силы Матери Сырой Земли, дарующие жизнь лесу и всему, что живет и плодится в нем. Ночные птицы бесшумно скользили меж деревьев, с писком копошилась лесная живность. Вот диковинный зверек, похожий на помесь ласки и ящерицы, перебежал лесную тропку, блеснув похожими на черные бусины глазами и исчез в густых зарослях. Средь папоротников мерцали загадочные огоньки, в лесу мелькали смутные тени с зелеными волосами и эхом разносился игривый смех.

 

Княжна Предслава-Юлия шла по тропинке, дрожа от холода — а еще больше от собственной смелости. Могла ли она помыслить еще год назад что примет участие в языческих игрищах — да еще таких, об одной мысли о которых ее лицо заливалось ярким румянцем. Венок из цветов украшал темные волосы и он же стал сегодня ее единственным одеянием — если не считать клубов тумана, нескромно касавшегося обнаженного тела. От ночной прохлады соски небольших грудей сморщились и затвердели, мельчайшие волоски на нежной коже встали дыбом, пока стройные маленькие ножки, неслышно ступали по земле. Раздвигая рукой гибкие стебли, бывшая монахиня упрямо шла вперед, до боли в глазах вглядываясь в ночную тьму — не полыхнет ли где в ночи, словно пламя костра, красный как кровь, Цветок Живы.

 

— Раз в год цветет он, — рассказывала Предслава своей воспитаннице, — в самой чаще леса, на святую ночь, когда Жива истекает на землю кровью своего девичества. Открывается цветок только девице, что голой, словно русалка, пойдет по лесу, в поисках дара Богини. Той, же кому он откроется будет дан дар, приворожить любого парня, что ей по душе — но только в означенную ночь. Найди Цветок Живы — и Ярополк навеки будет твоим.

 

Сам же княжич со своей дружиной встал лагерем на берегу Днепра: несмотря свой интерес к чужой вере Ярополк не мог пойти против обычая в эту ночь принести благодарственную жертву Живе. Вместе с ним обряд творили Предслава и гости из Полоцка, которым на завтра была обещана княжеская охота в Перевесище. Княгиня пообещала своей подопечной, что сможет подбить пасынка на то, чтобы ночью прогуляться по лесу — и уже там Предслава-Юлия сможет навеки приворожить своего мужа, отвратив его от иноземной веры и обратить его внимание лишь на себя.

 

Внезапно за деревьями что-то блеснуло — и сердце девушки взволнованно забилось, когда она метнулась через лес, не обращая внимание на хлещущие по лицу ветви и расцарапанные в кровь ноги. Вот она выскочила на поляну и замерла от восторга: на большой поляне, посреди густых папоротников распускался алый цветок, словно бьющееся в ночи сердце леса. Предслава-Юлия шагнула вперед, готовясь сорвать это чудо, но вдруг замерла, настороженно всматриваясь в мелькавшие средь деревьев тени.

 

— Кто здесь? — дрожащим голосом спросила она, — а ну, убирайся отсюда!

 

Тени у края поляны слились в одну и на поляну ступила девушка — примерно одних лет с Предславой и такая же голая. Серо-зеленые глаза, светлые волосы, окутавшие тело до талии, маленькие крепкие груди с алыми напрягшимися сосками. На миг Предслава струхнула, подумав, что к ней явилась русалка или кто еще похуже, но приглядевшись она узнала ночную гостью и ее испуг сменился гневом.

 

— Рогнеда! — возмущенно воскликнула она, — что ты тут делаешь?!

 

— А то ты не поняла! — с презрением ответила Рогнеда Полоцкая, дочь князя Рогволда, — или ты решила, что только для тебя распускается Цветок Живы? Или что у тебя есть какие-то права на княжича, с которым меня сосватали еще когда мы были детьми.

 

— Ярополк мой муж! — воскликнула Юлия-Предслава.

 

— Ты болгарская приблуда! — с презрением сказала княжна, — что ты о себе возомнила? Я княжьего рода и мой муж тоже должен быть князем.

 

— Поищи себе князя в другом месте! — крикнула Предслава, — этот уже занят.

 

Она наклонилась, чтобы сорвать цветок, но и Рогнеда метнулась вперед, пытаясь отпихнуть Юлию. Та же, упираясь, вцепилась в цветок, и обе девушки одновременно вырвали его из земли. В следующий миг дар Живы ярко полыхнул, озарив алым светом всю поляну и обе княжны, на миг ослепленные им, уставились друг на друга широко распахнутыми глазами, в которых еще мерцали зловещие отблески красного пламени.

 

— Что здесь происходит! — Ярополк стоял на краю поляны, переводя ошалелый взгляд с одной девушки на другую, — Рогнеда! Юл...Предслава?!

 

Девушки повернули головы на звук голоса и, скользнув равнодушным взглядом по княжичу вновь посмотрели друг на друга. Слабая улыбка одновременно искривила алые губы и девушки, приблизив лица, вдруг слились в страстном поцелуе. На глазах ошарашенного Ярополка Предслава положила ладони на крепкие ягодицы Рогнеды, притягивая ее к себе, пока полоцкая княжна завороженно гладила изящный изгиб спины бывшей монахини. Светлые и темные волосы смешались на белых плечах, пока княжны упоенно ласкали друг друга — и сам княжич замер, завороженный этим красивым и в то же время жутким зрелищем. Будто коварные лихоманки-губительницы, дочери смертоносной Жупелы, вселились в русских княжон — и их слившиеся в похотливых объятьях обнаженные тела, могли свести с ума от желания и более опытного мужчину, чем Ярополк. Кровь прилила к налившемуся тяжестью паху, в висках бешено застучало и тут обе девушки, словно почувствовав настрой княжича, оторвались друг от друга и обратили томные взгляды на юношу. Две нежные руки, в едином движении поманили его к себе, — словно лесные русалки, завлекающие случайного путника, — и Ярополк, на ходу срывая одежду, подбежал к девушкам. Рогнеда плавно опустилась на колени и ее полные губы сомкнулись вокруг восставшей плоти княжича, пока Предслава сладострастно оглаживала его тело. Повинуясь требовательным движениям женских рук, Ярополк медленно опустился в заросли папоротника и два обнаженных девичьих тела прильнули к нему. Нежные ладони и губы ласкали его трепещущую плоть, заставляя забывшего обо всем, юношу вновь и вновь содрогаться от небывалого наслаждения.

 

Edited by Каминский

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

на ломаном, но достаточно внятном русском отвечал гость Ярополка

Так ведь не было тогда "Мелоры"... Какой-то режущий взгляд анахронизм. Я сейчас задумался, а как надо? "Древнерусский" не подходит, в десятом веке не знали, что они древние. "Роусьски" не поймут читатели. "Русинский"? Кажется, это слово употреблялось, но, вроде бы, чуть позже. 

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

Я сейчас задумался, а как надо?

Я вот както не задумывался. Анахронизм, но фиг его знает как оно правильно. "Славянское"? Тоже ведь фигня.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

25943c29fc6744aa80b79f678586103c.jpg

Подцензурная версия:

ea445845357f4b95ab53bfbea12a8533.jpg

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

Я вот както не задумывался. Анахронизм, но фиг его знает как оно правильно. "Славянское"? Тоже ведь фигня

Интересно, понимали тогда ещё князья древнешведский язык своих предков? Тогда бы фриц мог с ними объясниться на нём, германские языки ещё не так далеко разбежались. 

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

изящный изгиб

Вот это поворот!

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

Что здесь происходит!

Пытаюсь вспомнить, где я такое видел в предыдущий раз... в какой-то комедии... 

 

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted (edited)

в какой-то комедии...

Эротической, я надеюсь?

Edited by Каминский

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

Эротической, я надеюсь?

Секса точно не было, это было что-то американское для семейного просмотра. :resent:

 

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

У стен Града-Багдада

 

— Люди или боги возвели это чудо?!

 

Стоявший на большом плоту молодой кривич не смог скрыть своего удивления, когда маячившие на горизонте башни и шпили превратились в величественные здания великолепного города. Золотые купола мечетей сияли на солнце так, что было больно глазам, а одни только бесчисленные предместья, жавшиеся к высоким стенам, казалось могли вместить в себя целый Киев.

 

— Ты, Кромегость, как будто Царьграда не видал, — хохотнул за его спиной высокий варяг с кудлатой рыжей бородой, — или греки тоже боги? Так может, ты им требу возложишь?

 

— Греки обойдутся, а вот Перуну бы варяжской кровью так с радостью, — сходу завелся Кромегость, хватаясь за рукоять меча, — или тебе, Фарлаф, лишь бы языком...

 

— Так, заткнулись, оба, — рявкнул Свенельд, тяжело пройдясь по плоту, — гонор прибережете для сорочинов. Люди это, Кромегость, люди — сам убедишься, когда кровь им пустишь. Вот только до их глоток еще добраться надо.

 

Он замолчал, созерцая великолепный город вместе с притихшими молодыми воинами. Багдад приближался — и теперь ясно были видны и два кольца стен, окруживших столицу халифата и блестевшие на солнце возле башен, охранявших врата, шлемы и кольчуги вражеских воинов, внимательно наблюдавших за шедшим по реке флотом. Чтобы его построить, князь Святослав согнал на работы тысячи пленников, действуя пинками и плетью, что не хуже ассирийских и армянских переводчиков, помогало довести до невольников, что от них требуется. Вскоре на рейде Тигра появились большие добротные плоты, изготовленные из срубленных в горах Загроса деревьев. Сейчас эти плоты неспешно двигались вниз по Тигру, тогда как по левому берегу шли орды угров и печенегов, а также союзная армянская конница и сам Святослав со своей дружиной. Великий князь тоже хмуро рассматривал город, над которым веяли черные и зеленые знамена, исписанные арабской вязью. Судя по всему, даже после разгрома Себук-Тегина и Бахтиар Изз ад-Даулы под стенами Мосула, у города уже нашелся новый хозяин, а значит взять город будет не так-то просто.

 

Означенный хозяин как раз смотрел на приближающееся войско со сторожевой башни Хорасанских ворот, прикрывавших город с северо-востока, и на его лице читалось немалое беспокойство. До недавних пор Фанна Хосров Азуд ад-Даула был вполне доволен собой: не дожидаясь итога битвы при Мосуле он выступил на запад, подоспев к Багдаду аккурат, когда туда пришли вести о катастрофе на севере. Командующий тюркским гарнизоном, Алп-Тегин без боя сдал город новому захватчику и Фанна Хосров вступил во владение Багдадом, получив на это благословение от бессильного халифа Абассидов. Однако теперь его власть над священным городом требовалось подкрепить — и Фанна Хосров, мрачно глядя на багряные знамена с пугающим трезубым символом, вовсе не был уверен в своих силах сделать это.

 

— Стены города, скорей всего, выдержат натиск ал-русов, — говорил меж тем стоявший рядом Алп-Текин, — но в Багдад со всей округи стекаются беженцы — и рассказывают страшные вещи о зверствах язычников, что усиливает панику. А город не рассчитан на такое множество народу — и очень скоро начнется голод.

 

— Я это понимаю не хуже тебя, — огрызнулся Фанна Хосров.

 

— Может, попробуем откупиться? — спросил Алп-Текин.

 

— У меня не так много золота, чтобы хватило на всю эту ораву, — Буид дернул щекой, — да и сомневаюсь я, что эти язычники сейчас согласятся на меньшее, чем разграбление всего города. Главное — отбить первый штурм, а там посмотрим.

 

— Посмотрим, — угрюмо кивнул тюрок, — уже совсем скоро.

 

Все же хозяева города попытались решить делом миром: как только русы подошли к городу на расстояние броска копья, на стенах Багдада у Шамских врат появился толмач. Хоть он и носил арабские одежды, но из-под прикрывшего лицо платка смотрели голубые глаза, да и обратился он к русам на чистейшей славянской речи.

 

— Царь царей, Фанна Хосров, Длань державы, именем повелителя правоверных Ат-Таи Лиллаха, приветствует вождя русов и не ищет с ним ссор. Если эмир Сват-Саклаб, согласится взять подарки от повелителя правоверных...

 

— Мне не нужны сорочинские подачки, если я могу взять все, — перебил его Святослав, трогая поводья коня и выезжая вперед, — и мне незачем слушать лай пса, забывшего свой род и Богов, когда его хозяин прячется за стенами. Если твой Хосров хочет мира — пусть сам выйдет и говорит — или вступит со мной в единоборство. Я, Святослав, Князь Киевский, вызываю его на поединок — и пусть эта битва решит судьбу Багдада.

 

Вместо ответа со стен послышалась короткая команда- и Святослав едва успел подставить щит, в который вонзилось сразу две стрелы. Еще одна воткнулась в землю прямо перед ногами его коня. Князь, угрюмо усмехнувшись, вскинул руку, подавая знак — и небо потемнело от стрел, когда в битву вступили печенежские и угорские лучники. Со стен Багдада также началась стрельба, но быстро захлебнулась — жившие войной и охотой, чуть ли не рождавшиеся с луком в руке, кочевники явно превосходили мастерством вражеских стрелков. Проклятия и крики доносились с городских стен и один за другим те, кто не успел укрыться за зубцами, падали в стремительно растущую у города гору мертвых тел. Нападавшие тоже несли немалые потери, однако пока это никак не влияло на густоту смертоносного дождя обрушившегося на Багдад.

 

Одновременно началось наступление и со стороны Тигра: одна за другой тыкались в берег огромные плоты и, пока одни воины пускали стрелы в засевших на берегу арабских лучников, другие же с воинственным рыком сходили на берег. Прибрежные предместья Багдада были сметены сокрушительным наступлением русов: ни возведенные наспех укрепления, за которыми прятались воины-дейлемиты; ни запутанная сеть каналов, — слишком узких и мелких для плотов, но достаточно глубоких, чтобы мешать пройти пешцам, — не смогла остановить неистовых северян. Славяне и урмане, чудь и корсь — все варвары, рубясь мечами и топорами, на ходу прикрываясь щитами от сыпавшегося на них дождя из стрел, упрямо рвались вперед. Свенельд, окруженный лучшими из своих бойцов, ревел как медведь, размахивая секирой и прорубая дорогу к стенам Багдада. Вскоре мечи и копья русов ударили в Хорасанские ворота — и вот тут закипела особенно жестокая сеча. В лучшие времена, когда Багдад был в полной силе и славе, осада оказалась бы куда труднее, но сейчас после многих вторжений и упадка, многие укрепления обветшали и стены города оказались не столь уж неприступными, как сначала показалось русам. И вот уже молотил в в Хорасанские ворота таран, наспех сделанный из найденного у причалов увесистого бревна, пока другие воины приставляли к стенам заранее сооруженные лестницы, забрасывали веревки с крюками. Лишь когда сверху полился кипяток, расплавленная смола и свинец, посыпались камни и балки, обожженные и ошпаренные варвары, с неохотой отхлынули от стен Багдада.

 

— Боитесь честной схватки, проклятые трусы?! — в ярости рычал Свенельд, грозя воротам окровавленным кулаком, — будьте вы все прокляты, отродья женовидного Локи! Клянусь Одином, сотни сорочин повиснет во славу его с выпущенными кишками, пока я буду пить кровь и вино из черепа вашего халифа!

 

К тому времени спешилась и часть всадников осаждавших город с северо-востока: пусть у них и не было в достатке осадных орудий, они, неся с собой веревки с разлапистыми крюками и наспех сколоченные лестницы, упорно пытались вскарабкаться на стены. Над их головами свистели печенежские и угорские стрелы, прикрывая идущих на приступ русов от атак сверху. Вскоре первые из северных варваров, преодолевая бешеное сопротивление, поднялись на стену, где тут же закипел жестокий бой. Меж тем защитники города уже поспешно оставляли внешнюю стену, сжигая за собой мосты, перекинутые через ров между внутренней и внешней стенами Багдада . Узнав об этом отступили и защитники Хорасанских врат, дав варварам, наконец-таки, захватить внешнее кольцо укреплений — но с внутренней, более высокой стены продолжали летели стрелы и копья, мешая нападавшим прорываться дальше.

 

Однако вскоре выяснилось, что не это самая серьезная угроза для русов: сквозь свист стрел, предсмертные вопли и воинственные крики вдруг прорвался мерный гул, становящийся все громче и сильнее. В следующий миг в ров с шумом ворвалась пенящаяся вода, уровень которой начал стремительно расти. Также быстро заполнялись водой, выходя из берегов, и окружившие город каналы: мутный поток затапливал дома, смывая в реку торговые ряды бесчисленных рынков, сбивая с ног, накрывая с головой людей и лошадей.

 

— Что это?! — крикнул Свенельд и в тот же миг почувствовал, как кто-то вцепился в его руку. Обернувшись он увидел бледное лицо цесаревича Василия.

 

— Это дамбы!- крикнул он, — я читал об этом! Нужно уходить, пока они нас всех не перетопили здесь как крыс.

 

Свенельд неохотно отдал приказ — и варанга, рыча как оторванный от добычи зверь, отхлынула назад. Погибло, впрочем, не так уж и много — большинство северных воинов умели плавать, да и вода подступала не так уж быстро, чтобы варвары не успели отойти к своим плотам. Также быстро отступили и воины Святослава, вместе с кочевыми ордами, уходя на равнину от неумолимого потока. Но, отступив от Круглого Города, варанга, вместе с уграми и печенегами, отыгралась на Восточном Городе, Муаскер аль-Махди, что стоял на противоположном берегу Тигра, защищенный намного хуже. Всю ночь над рекой разносились вопли арабов приносимых в жертву языческим богам, им вторили плач и крики насилуемых женщин, пока раздосадованные неудачей варвары грабили город. Увязавшиеся за ними армяне и ассирийцы охотно присоединялись в бесчинствах к своим языческим союзникам, мстя за все притеснения, что им довелось испытать от мусульман. Эти крики, как и пламя пожаров, хорошо видных и с внутренних стен Багдада, служили зловещим напоминанием, что все еще совсем не кончилось.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

- Не надо шутить с войной. Здесь другие ребята. Это не Болгария это не Хазария. Святослав, твоих солдат здесь порвут на части. 2,5 тысячи отборных солдат Аббасидов! Они все разнесут. Они всю пустыню пройдут на один час! Они утопят все твои плоты, всех твоих варягов, волхвов зальют кипящим маслом. Святослав, ты варяг. Ты остановись, блядь, ты кончай, ты стрелы спрячь подальше в обоз и забудь про своего папу. У нас был один мудак, отомстил за дядю, блядь, и рухнул Халифат. И другой чудак был, за своего дедушку двоюродного отомстил, и закрылись врата иджтихада. И ты повторишь ту же ошибку. Ты папу забудь, папа отработал свое. Ты подумай о будущем Руссии. Она гибнет! Твоя молодежь бежит из твоей страны. Там никто не хочет жить в Руссии, никто! Эта барахолка, блядь. Дирхем, дирехем, дирхем... Эта грязная блестящая монетка! Ни души, музыки нету, блядь, нет писателей у тебя. Весь мир слушает призывы на молитву. Астрономия, поэзия, философия только в Кордобе… И здесь, в Ираке. Здесь любят халифа, а тебя презирают, презирают. 

...

Ночью наши ученые чуть-чуть изменят соотношение знаков зодиака на небе и в своих каталогах, и твоя страна будет под водой. 24 часа, блядь, и вся твоя страна будет под водой Атлантического Тихого океана. Ты с кем шутишь, блядь? Ты подумай, блядь! Ты понял, чем кончил Македонский, чем кончил Цезарь, все остальные? Ты совершишь историческую ошибку! Твой папа тебе благодарен не будет. Забудь его, твоего папу. Твои воеводы тебе говорят - не продолжай штурм. Еще не поздно! Еще только 21 июня 941-го года! 

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

- Не надо шутить с войной. Здесь другие ребята. Это не Болгария это не Хазария.

Ну ладно, это было смешно:grin:

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

У стен Града-Багдада

У персонажей чит-кот какой-то. 

 

 

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

У персонажей чит-кот какой-то. 

Да ладно, не преувеличивайте. 

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

ee815588fcd04cc4be6fbd2ea0ce5db9.jpg

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

Да ладно, не преувеличивайте. 

Такими темпами скоро до Индии дойдут. 

 

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

Такими темпами скоро до Индии дойдут. 

Было бы эпично)

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

До Индии все доходят. Пусть до Австралии дойдет. Представляете какой табор соберёт по пути.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

Такими темпами скоро до Индии дойдут. 

Нехай дойдёт!!!!)

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted (edited)

скоро до Индии дойдут.

 

До Индии все доходят. Пусть до Австралии дойдет.

 

Нехай дойдёт!!!!)

В Австралии на тот момент делать нечего. А вот в идее с Индией есть перспективы, конечно.

Святослав доходит до Индии,  грабит все до чего может дотянуться, включая и храмовых танцовщиц, через них проникается учением Тантры и, по возвращении на Русь лингамит ее в шиваизм.:yahoo:

Даже жаль, что здесь этого не будет:sorry:

Edited by Каминский

Share this post


Link to post
Share on other sites

Create an account or sign in to comment

You need to be a member in order to leave a comment

Create an account

Sign up for a new account in our community. It's easy!


Register a new account

Sign in

Already have an account? Sign in here.


Sign In Now