Беловежская табия

[Росол]

печатают? Я впервые встречаю такую фразу...

Да. Фильм ушел для фильможуров на показ.

одеяло внимания на Джинни так, как тянул его на Гермиону, может выйти занятно

Догадайтесь с трех раз что будет вместо штампа Уизлигады

[Marten]

вместо штампа Уизлигады

Вы про ревизионистские фанфики? В принципе, зрители тут могут додуматься до стукачки-доносительницы Грейнджер, а эпизод с троллем якобы подстроен Альбусом Аравийским. Хотя, может, фанаты и ИРЛ до такого додумались.

[Росол]

ревизионистские фанфики? В

А еще угадайте кто среди фанатов фильмов станет самой популярной парой?)) А кого наоборот будут считать странным каноном и вообще зачем писательница это придумала)))

[Юзернейм]

Автор, неужели вы думали, мы не заметим, что вы сменой актеров обосновали такую своеобразную Драмиону?

[Дарт Аньян]

Роль Рона Уизли отдали Томасу Броди-Сангстеру.

Хм... Любопытный выбор. Актёр в РИ вполне востребованный, много где работал. Кстати, один факт из РИ — помимо участия в касте «Игры престолов» и «Бегущего в лабиринте», он сыграл роль Гитлера в мини сериале 2003 г. «Гитлер: восхождение дьявола». Об этом я узнал уже после того, как в «Игре престолов» его заметил и запомнил — ну, и удивился весьма...

Изменено 30 August пользователем Дарт Аньян

[Юзернейм]

Кстати, я тут нашел информацию о том, что в 2003 году вроде как планировалось сделать игровой фильм по Евангелиону. И там вроде что то было про то, что Редклифф мог сыграть Синдзи Икари. Насколько это правда судить сложно, но если он в это время будет свободен, то это отличная возможность

[Marten]

Кстати, один факт из РИ — помимо участия в касте «Игры престолов» и «Бегущего в лабиринте», он сыграл роль Гитлера в мини сериале 2003 г. «Гитлер: восхождение дьявола».

Британская коммуналка такая британская Зато у фанатов ГП будет повод для бесконечного упражения в остроумии, если это и тут случится.

[Росол]

Кстати, я тут нашел информацию о том, что в 2003 году вроде как планировалось сделать игровой фильм по Евангелиону. И там вроде что то было про то, что Редклифф

Агась. Я это уже писал где-то тут ранее.

Из этого потом торо сделал свой фильм

заметим, что вы сменой актеров обосновали такую своеобразную Драмиону?

Зато сколько будет фанатов у местной Джинни)))

[Marten]

А кого наоборот будут считать странным каноном и вообще зачем писательница это придумала)))

Да вроде бы все ее пары в итоге были встречены фанатами в штыки, разве нет? Или тут они будут совсем альтернативными?

Алсо, еще не поздно уговорить Тильду Суинтон на роль Трелони. Правда, велик риск, что она украдет нафиг всё шоу и самым популярным преподавателем у зрителей будет отнюдь не Снейп.

[Росол]

тут они будут совсем альтернативными?

Узнаете скоро... Я отрыл наконец еще одно интервью роулинг...

[Юзернейм]

Нет, только не говорите, что Гарри и Гермиона тут будут вместе. Хотя это наверно правильно, если тут у нас Джинни/Гарри будут любимым фанпейрингом, то для баланса вселенной надо сделать Гарри/Гермиону, которых тут не любят. Или вы про что то другое? Только мне интересно кому в этой конфигурации достанется Рон и Джинни? 

[Imperator]

С Джинни вообще не проблема, у неё ЕМНИП куча парней была. А вот касательно Рона вариантов почти и нет. Не Полумну (Луну в другом переводе) ж?

[Юзернейм]

Стоп а кто тут играет Малфоя?

[Росол]

Малфоя?

Моусли

[Григорий Разоренов]

А можете весь список  актёров огласить  и какие роли они сыграли? Например, Северуса Снейпа тут Рикман, как и в реале? И вдобавок, у вас тут намечаются иные редакции романов про Поттера?

[Росол]

мечаются иные редакции романов про Поттера?

Конечно.Начиная с кубка огня

 

 

Непредсказуемый зельевар и нервный профессор

Главной кастинговой удачей фильма (и личной победой продюсеров, сумевших перебить финансовое предложение от создателей Планеты обезьян) стал Тим Рот в роли профессора Северуса Снейпа. 

В отличие от Алана Рикмана (чья кандидатура отверглась Гиллиамом как слишком театральная), Рот принес в образ зельевара совершенно иную энергетику. Тим Рот играл Снейпа как сгусток неконтролируемой, спрессованной агрессии. Это был резкий, ядовитый и абсолютно непредсказуемый человек, чьи движения напоминали бросок змеи. Когда Снейп Тима Рота склонялся над партой Гарри Поттера, зритель физически чувствовал исходящую от него угрозу уличной драки, искусно замаскированную мантией преподавателя.

Не менее интересным оказалось попадание Дэвида Тьюлиса в роль профессора Квиррелла. Тьюлис блестяще справился с задачей двойного дна. Его Квиррелл был жалок: постоянно потеющий, заикающийся, нервно дергающий край своего тюрбана ученый. Но в финальной сцене, когда иллюзии сбрасывались, Тьюлис демонстрировал пугающую трансформацию, превращаясь из жертвы в холодного, фанатичного слугу Темного Лорда.

Детский кастинг второго плана также претерпел изменения, идеально вписавшись в социальный подтекст, который Гиллиам любил вытаскивать на первый план.

Роль Драко Малфоя досталась 13-летнему Уильяму Моусли). Моусли не стал играть банального карикатурного хулигана. Его Малфой был холодным, высокомерным британским аристократом из частной школы, который презирал окружающих от искреннего чувства собственного превосходства. 

Его полным антиподом стал Невилл Долгопупс, которого сыграл юный Джек Уайтхолл. Мальчик, выросший в реальной обеспеченной лондонской семье, наделил Невилла специфической аурой затюканного ребенка из хорошего рода.

Отдельной задачей  стала семья Уизли. Терри Гиллиам видел в них не просто бедную семью, а квинтэссенцию ирландско-британского бытового хаоса.

Матриарха семейства, Молли Уизли, сыграла великолепная Селия Имри. Она отказалась от образа мягкой, классической наседки. Ее Молли была женщиной-вулканом, способной одной рукой печь пироги, а другой — швырять сковородки в расшалившихся сыновей. Имри привнесла в роль здоровую долю легкого безумия, идеально объясняющего, как эта женщина умудряется выживать с таким выводком детей.

А среди старших учеников Хогвартса продюсеры Крис Коламбус и кастинг-директора совершили забавную рокировку:

   Роль педантичного, застегнутого на все пуговицы старосты Перси Уизли отдали Шону Биггерстаффу. Биггерстафф идеально воплотил образ душного, амбициозного бюрократа, искренне преданного школьным правилам.

   А вот фанатика квиддича Оливера Вуда сыграл Крис Рэнкин. Его Вуд с горящими глазами рисовал мелом на доске тактики матчей, выглядя при этом так, словно готов отправить первокурсников на верную смерть ради победы над Слизерином.

Что касается главных хулиганов школы — близнецов Фреда и Джорджа Уизли, — здесь кастинг обошелся без сюрпризов. Братья Оливер и Джеймс Фелпсы просто зашли на площадку и начали крушить декорации. Гиллиам был от них в таком восторге, что регулярно позволял им импровизировать, вписывая их разрушительную энергию в мрачные школьные коридоры.

Убийство в Бэкрумсе или Кровь на Кубке

 Слава  это дементор, который высасывает из тебя радость творчества, оставляя лишь страх не оправдать ожиданий. Когда Джоан писала четвертую книгу, она оказалась заперта в клетке собственного грандиозного успеха. Мир требовал продолжения сказки.  То, что родилось из этого отчаяния, навсегда изменило правила детской литературы.

 (Из книги Шона Смита Джоан Роулинг: Биография творца, 2023 г.)

 

К 1999 году феномен Мальчика-Который-Выжил окончательно превратился в глобальную индустрию. Пока в Голливуде и на студии Ливсден шли тяжелые бои за режиссерское кресло и кастинг первой экранизации, сама Джоан Роулинг села за написание четвертого романа — Гарри Поттер и Кубок огня.

Давление, обрушившееся на писательницу, было невыносимым. Мировая Поттеромания достигла точки кипения. Издательства в десятках стран уже вложили миллионы в промо-кампании и анонсировали дату релиза. Фанаты ночевали у книжных магазинов. От Роулинг ждали не просто книги, а шедевра, который должен был превзойти предыдущие части и по объему, и по сложности интриги.

Но на середине работы, когда маховик сюжета уже был запущен, случилась катастрофа. 

Сводя воедино линии масштабного Турнира Трех Волшебников, Роулинг с ужасом обнаружила в тексте гигантскую, неразрешимую сюжетную дыру. Вся детективная конструкция, выстроенная вокруг личности лже-Грюма, интриг Барти Крауча-младшего и мотивации Темного Лорда, просто не работала. Хронология не сходилась, логика злодеев рассыпалась, а ключевой сюжетный твист при внимательном прочтении выглядел откровенно нелепо.

Для автора, славящегося своей педантичной, математической проработкой деталей, это стало ударом. Роулинг стояла перед выбором: оставить всё как есть, надеясь, что ослепленные фанаты не заметят логических провалов, или пойти на радикальные меры. Она выбрала второе.

В условиях жесточайшего, неотвратимо надвигающегося дедлайна Роулинг приняла решение переписать почти половину огромного романа заново. 

Этот период превратился для нее в настоящий производственный ад. Она работала на пределе человеческих возможностей. Писательница спала по два-три часа в сутки, глушила усталость бесконечным кофе и находилась на грани полномасштабного нервного срыва. Творческий процесс перестал приносить радость, превратившись в изматывающую гонку на выживание, где каждый новый, логически выверенный абзац давался с физической болью.

Кубок огня был сдан в печать и вышел летом 2000 года. Роулинг успела к сроку, ювелирно залатав сюжетные дыры и выстроив безупречный детективный триллер на 700 страниц. Но эта книга высосала из нее все жизненные силы.

Завершив работу, Джоан погрузилась в тяжелую, удушающую клиническую депрессию. Эмоциональное выгорание, помноженное на токсичную изнанку мировой славы и прессинг таблоидов, кардинально изменило оптику писательницы. Магический мир перестал казаться ей уютным местом. В ее сознании поселились усталость, цинизм и холод.

И это мрачное, депрессивное состояние автора не могло не отразиться на самом тексте романа. Когда летом 2000 года миллионы детей и взрослых по всему миру открыли свежеотпечатанные экземпляры четвертой книги, рассчитывая на очередное увлекательное приключение в стенах безопасного Хогвартса, они столкнулись с тем, что повергло всю читающую аудиторию в состояние глубочайшего, парализующего шока...

Джоан Роулинг, выгоревшая, депрессивная и злая, подложила под жанр детской литературы термоядерную бомбу. . Читатели, дойдя до 32-й главы, массово звонили на горячие линии психологической поддержки. Дети рыдали, а родители в ужасе писали петиции издательству. Но с литературной точки зрения это был шедевр. 

(Из колонки литературного критика Entertainment Weekly, 2000 г.)

Первая половина четвертой книги, переписанная Роулинг убаюкивала читателя. Да, был пугающий налет Пожирателей смерти на Чемпионат мира по квиддичу. Да, Кубок огня необъяснимым образом выбросил имя четырнадцатилетнего Гарри Поттера, сделав его четвертым чемпионом Турнира. Да, была ссора с Роном Уизли, который приревновал друга к славе, но эта ссора лишь усилила катарсис их примирения после того, как Гарри едва не погиб в схватке с Венгерским хвосторогим драконом. 

Во время Второго испытания на дне Черного озера Гарри спасает Рона, которого русалки спрятали как то, что Поттеру дороже всего. Читатель был уверен: Золотое Трио нерушимо. 

Этот уютный семейный мотив усиливался перед финальным испытанием. Поскольку у Гарри не было любящих родственников, поддержать его в Хогвартс приехали Молли и Билл Уизли, занявшие места на трибунах стадиона. Семья Уизли окончательно стала для Гарри своей. Читатель был психологически расслаблен и готов к классическому хэппи-энду.

Сюжетный механизм, придуманный Роулинг в состоянии тяжелой депрессии, захлопнулся внутри живого лабиринта во время Третьего испытания. 

Читатели, привыкшие к определенным тропам, ждали, что Гарри и чемпион Пуффендуя Седрик Диггори вместе дойдут до финала. Но логика лже-Грюма (сбежавшего из Азкабана Барти Крауча-младшего) была иной. Краучу нужно было гарантированно доставить Поттера к Темному Лорду. 

Находящийся под заклятием Империус Виктор Крам нападает на Седрика, используя пыточное проклятие Круциатус. Гарри успевает оглушить Крама и спасти пуффендуйца. Однако равмы Седрика от пыточного заклятия оказываются слишком тяжелыми. Диггори не может продолжать путь. 

Гарри выпускает в небо сноп красных искр. Подоспевшие патрульные из числа мракоборцев эвакуируют стонущего Седрика с поля боя. 

В этот момент читатель испытывал легкий шок: Седрик выбыл. Гарри остался один.

Но лже-Грюм, наблюдающий за лабиринтом через волшебный глаз, впадает в панику. Лабиринт слишком опасен, Гарри может не дойти до Кубка-портала. Чтобы гарантировать успех, Крауч-младший незаметно пробивает проход во внешнем контуре лабиринта и заклинанием Конфундуса заставляет Рона Уизли, переживающего за друга, проскользнуть внутрь.

Гарри и Рон встречаются у самого центра. Измотанные, напуганные, но счастливые, они видят сияющий Кубок Турнира. Гарри отказывается брать трофей в одиночку. 

Мы возьмем его вместе,  говорит Гарри. На счет три.

Два друга одновременно касаются холодных ручек Кубка.

Резкий рывок портала переносит подростков на на заброшенное, заросшее сорняками кладбище в деревне Литтл-Хэнглтон. 

Атмосфера меняется с приключенческой на замогильную. Из склепа выходит Питер Петтигрю, бережно несущий на руках уродливое, похожее на освежеванного младенца существо ослабленного Волан-де-Морта.

Гарри парализует боль в шраме. Рон, сжимая сломанную палочку, в ужасе заслоняет друга собой.

И тут из темноты раздается высокий, холодный голос Темного Лорда:

 Убей лишнего.

В следующее мгновение Петтигрю вскидывает палочку. Вспышка ослепительного зеленого света озаряет надгробия. Свистящий звук заклятия Авада Кедавра разрывает тишину. 

Рон Уизли  смешной, нелепый, верный Рон, с которым читатель рос на протяжении четырех книг,  замертво падает на сырую землю. Никаких последних слов. Никакого геройства. Просто внезапная, бессмысленная и грязная смерть. 

В этот момент, по признаниям тысяч фанатов, многие просто закрывали книгу, не в силах поверить в прочитанное. 

Оглушенный горем Гарри привязан к надгробию. Петтигрю проводит ритуал черной магии, отсекая себе кисть руки и забирая кровь Поттера, чтобы возродить физическое тело Волан-де-Морта. 

Начинается дуэль. Столкновение заклятий рождает редкий магический эффект Приори Инкантатем. Из палочки Темного Лорда появляются призрачные тени его последних жертв. Старик-садовник Фрэнк Брайс, Берта Джоркинс, затем Лили и Джеймс Поттер... И последним, оглядываясь по сторонам, из золотого луча появляется призрачный силуэт пятнадцатилетнего Рона Уизли. 

Именно дух Рона, ободряя друга своим привычным, слегка дрожащим голосом, дает Гарри силы разорвать связь. Гарри бросается к телу лучшего друга, прижимает его к себе и, уклоняясь от зеленых лучей Пожирателей смерти, призывает заклятием Акцио Кубок.

Самая страшная, разрывающая сердце сцена ждала читателя в финале. 

Гарри приземляется на траву стадиона в Хогвартсе под рев ликующих трибун. Играет оркестр. Но Гарри не отпускает тело Рона.

Музыка обрывается, когда люди видят безжизненные, остекленевшие глаза мальчика. Тишину стадиона прорезает первобытный, нечеловеческий крик Молли Уизли. Билл и близнецы Фред и Джордж, сломав ограждения, бросаются к телу брата. 

События несутся вскачь. Лже-Грюм утаскивает Поттера в замок, пытаясь добить, но Дамблдор, Макгонагалл и Снейп спасают мальчика. Под сывороткой правды Крауч-младший во всем признается. Настоящий Грюм освобожден из сундука.

Но хэппи-энда не происходит. Прибывший Министр магии Корнелиус Фадж, ослепленный страхом за свою карьеру, отказывается верить в возвращение Волан-де-Морта. Он вызывает дементора, который высасывает душу у Крауча, уничтожая единственного свидетеля. Фадж объявляет смерть Рона Уизли трагическим несчастным случаем внутри лабиринта якобы мальчик столкнулся с опасным магическим существом, будучи неподготовленным. 

Ложь Министерства разрушает только один человек. Пришедший в себя в лазарете Седрик Диггори, с перевязанными ранами, публично опровергает версию Фаджа, подтверждая, что в лабиринте действовали Темные силы. Седрик становится верным союзником Поттера. 

В финале Дамблдор произносит траурную речь в Большом зале, призывая школу к единству, и негласно собирает старых сторонников в Орден Феникса. Война началась.

Книга завершается кадром, который выжег душу целому поколению. Гарри и Гермиона сидят в купе Хогвартс-экспресса, возвращаясь в Лондон. Они молчат. Поезд стучит колесами. А прямо напротив них находится пустое сиденье, на котором еще год назад кто-то весело разворачивал шоколадных лягушек. 

Детство Гарри Поттера закончилось, и впереди его, как и весь мир на пороге XXI века, ждала только жестокая, беспощадная борьба.

 

[Marten]

Тим Рот в роли профессора Северуса Снейпа

И это правильно.
 

Слышал, конечно, о планах Роулинг убить Рона, но чтобы так рано... Что ж, в каком-то смысле это вышло символично: он несколько лет носил свою смерть в кармане.

[Росол]

Слышал, конечно, о планах Роулинг убить Рона, но чтобы так рано... Что

Между 4 и 5 хотела

[Росол]

Небольшой спойлер на будущее. 

Никакого Ведьмака тут не будет. Эффект бабочки от Interplay.

[Григорий Разоренов]

Никакого Ведьмака тут не будет

Вы имеете ввиду игры или романы Сапковского?

[Росол]

игры

Их самых.

[Росол]

Спойлер еще по табии.

ЛЮЦИУС! БЕЛЛАТРИСА! ГДЕ БУЗИННАЯ ПАЛОЧКА?! ПОСМОТРИТЕ НА ЭТИХ БОЙЦОВ В ЛЕСУ, У НАС НЕХВАТКА ТЕМНОЙ МАГИИ 70%

[Росол]

Карпатский инфантил

 

В Восточной Европе демократия часто держится не на институтах. Конституция Румынии была написана в расчете на интриги, коррупцию и митинги, но она оказалась беззащитна перед банальным тромбом. Когда сердце Иона Илиеску остановилось, румынская государственность просто зависла, как компьютер с синим экраном. И в этот системный сбой с радостным воплем и дубиной наперевес ворвался человек, которого вся Европа считала фашистским маргиналом.Впрочем к счастью нашелся герой.

(Из колонки румынского политолога Эмиля Хурезеану, 2002 г.)

 

В конце 2000 года Румыния готовилась к предсказуемому финалу президентских выборов. 

Первый тур состоялся 26 ноября. Бывший коммунист и политический тяжеловес Ион Илиеску (партия PDSR) занял уверенное первое место, набрав 36%. Вторым финишировал ультраправый радикал, поэт и лидер партии Великая Румыния Корнелиу Вадим Тюдор с 28%. 

По сценарию, обкатанному во многих странах, во втором туре весь умеренный электорат должен был сжать зубы и проголосовать за меньшее зло Илиеску, чтобы не пустить во власть откровенного националиста и антисемита Тюдора.Но у физиологии были другие планы. 

Между первым и вторым турами оставалось всего 14 дней. 70-летний Ион Илиеску, отчаянно желавший вернуть себе президентский пост, развернул изнурительный избирательный тур по депрессивным промышленным регионам Олтении и Молдовы. Возраст, ледяной декабрьский ветер на многотысячных митингах и колоссальный стресс сделали свое дело.

В ночь с 1 на 2 декабря, вернувшись в свою резиденцию в Бухаресте, Илиеску почувствовал острую боль за грудиной. Из-за скачка давления и резкого спазма сосудов нестабильная атеросклеротическая бляшка в передней нисходящей артерии (которую кардиологи называют артерией вдовцов) надорвалась. Начался мгновенный тромбоз.

Охрана экстренно доставила политика в правительственную больницу Элиас (Spitalul Elias). Врачи боролись за его жизнь три часа, но массивный трансмуральный инфаркт миокарда привел к необратимой фибрилляции желудочков. Реаниматологи оказались бессильны. В 04:30 утра 2 декабря 2000 года, за восемь дней до решающего голосования, фаворит президентской гонки Ион Илиеску скончался.С рассветом Бухарест погрузился в мряку.Смерть финалиста между двумя турами выборов  этоконституционный кризис. Румынский закон о выборах президента (Закон № 68/1992) был прописан с пробелами. В нем просто не было четкой инструкции на случай гибели кандидата на этом этапе.

Партия левых (PDSR), лишившись своего отца-основателя, была обезглавлена. Выставить запасного кандидата они не имели права первый тур уже состоялся, а его итоги были официально утверждены Конституционным судом.

Занять место Илиеску по логике должен был кандидат, пришедший третьим — либерал Теодор Столожан (11%). Но Центральное избирательное бюро (BEC) забило тревогу: чтобы ввести Столожана в гонку, нужно было заново перепечатать миллионы бюллетеней, дать ему время на агитацию и перенести дату второго тура. А перенос выборов требовал решения парализованного парламента, в то время как Конституция жестко фиксировала дату второго голосования на 10 декабря.

Судьи Конституционного суда и чиновники BEC растерянно смотрели друг на друга, боясь взять на себя ответственность за отмену выборов. И в этот момент вакуум заполнил Вадим Тюдор.Узнав о смерти Илиеску, лидер Великой Румынии Корнелиу Вадим Тюдор созвал в своем штабе экстренную пресс-конференцию.Тюдор понял, что власть буквально упала ему в руки.Конституция ясна как день!  гремел Тюдор перед десятками телекамер.  Во второй тур вышли два человека. Один из них выбыл по прямой воле Божьей. Господь сам очищает Румынию от неокоммунистов! Любая попытка отменить выборы 10 декабря, любая попытка втащить в бюллетень прозападных марионеток  это государственный переворот. Это мафия, которая в ужасе боится народного суда! На сегодняшний день я  единственный легитимный кандидат на пост Президента!Словами дело не ограничилось. Тюдор опирался на самый агрессивный электорат в стране: маргинализованную молодежь, националистов и, самое страшное, обозленных нищетой рабочих. По приказу партии в долине Жиу зашевелились шахтеры  те самые суровые горняки, которые в девяностых годах несколько раз устраивали минериады, приезжая в Бухарест с железными прутьями и буквально избивая правительство. Эмиссары Тюдора открыто заявили: если суд перенесет выборы, сто тысяч шахтеров и радикалов войдут в столицу и просто сожгут здание Конституционного суда дотла. Угроза погромов и физической расправы сработала. Конституционный суд Румынии, состоящий из стареющих юристов, дрогнул. 

4 декабря судьи приняли юридически абсурдное, но технически неизбежное решение: выборы 10 декабря состоятся в срок. Поскольку перепечатать бюллетени физически невозможно, в них останутся два имени: Вадим Тюдор и Ион Илиеску. При этом избирательным комиссиям предписывалось: голоса, отданные за покойного Илиеску, будут автоматически признаваться недействительными.

10 декабря 2000 года Румыния пережила самые сюрреалистичные выборы в европейской истории. 

Интеллигенция и сторонники левых, находясь в состоянии шока, массово ставили крестики напротив фамилии мертвого Илиеску  в знак протеста, понимая, что их бюллетени полетят в корзину. Националисты и протестный электорат мобилизовались как никогда.

Вечером ЦИК огласил итоги, которые повергли Брюссель в глубокий шок. 

В связи с тем, что голоса за мертвого кандидата были аннулированы, Корнелиу Вадим Тюдор получил около 85% от числа поданных действительных голосов. 

Ультраправый радикал, обещавший управлять страной с помощью пулеметов, отнять земли у венгров и закрыть страну от западного капитала, официально и юридически безупречно был объявлен третьим Президентом Румынии.

Вступив в должность в январе 2001 года, Корнелиу Вадим Тюдор столкнулся с новой проблемой. Парламент Румынии, где большинство сохраняли осиротевшие левые (партия покойного Илиеску PDSR) и либералы, категорически отказался утверждать радикальные законы нового президента. Бюджет был заблокирован, назначения министров саботировались. 

Для Тюдора, считавшего себя мессией, спасшим нацию, парламентские процедуры были невыносимы. В феврале он решил, что демократия свою функцию выполнила и больше не нужна.

Свое кредо он озвучил в прямом эфире национального телевидения, потрясая кулаком: 

— Они говорят, что я нарушаю закон! А я говорю, что эти законы написаны ворами! Я обещал народу, что буду управлять страной с помощью пулемета, и я сдержу свое слово!Президент обратился к единственному инструменту, который мог обеспечить ему диктатуру — лояльным фракциям в спецслужбе SRI (Румынская служба информации) и полиции, где традиционно были сильны позиции крайних националистов. 

В обход Генеральной прокуратуры и судов, Тюдор отдал тайный приказ о начале массовых, внесудебных задержаний. В Бухаресте начались ночные маски-шоу. Полиция и агенты SRI врывались в дома соратников умершего Илиеску, либеральных депутатов, владельцев независимых телеканалов и даже западных инвесторов. Их вытаскивали из постелей, обвиняли в экономическом геноциде румынского народа и увозили в неизвестном направлении.То, что происходило с арестованными дальше, повергло Европу в шок. Тюдор начал буквально, дословно реализовывать свои самые безумные предвыборные обещания. Бухарестские тюрьмы переполнились в первые же дни. Тогда по приказу Тюдора сотни арестованных политиков, бизнесменов и журналистов были согнаны на трибуны и поле Национального стадиона (Stadionul Național) в Бухаресте. Стадион был оцеплен автоматчиками. Тюдор планировал устроить там грандиозный, телевизионный показательный трибунал с последующими публичными расстрелами врагов нации, как это делал Пиночет в Чили.Только угроза немедленного разрыва всех дипломатических отношений со стороны Запада заставила его отказаться от расстрелов на газоне. Однако пленников не отпустили. Их погрузили в армейские грузовики и отправили в дельту Дуная. Тюдор реанимировал самую страшную страницу румынской истории — исправительно-трудовые лагеря эпохи раннего Чаушеску. Бывших министров и миллиардеров заставили рубить камыш и рыть каналы под конвоем озлобленных охранников из числа радикальных сторонников партии Великая Румыния (PRM).Когда судьи Конституционного суда попытались выпустить постановление о незаконности действий президента, Тюдор объявил их предателями нации. На следующий день многотысячная толпа вооруженных арматурой маргиналов и шахтеров взяла здание суда штурмом. Судей избивали прямо на улице, заставляя писать заявления об отставке. Правовое государство в Румынии перестало существовать.Расправившись с политическими оппонентами в столице, Тюдор открыл второй, куда более кровавый фронт. Его главной мишенью стало двухмиллионное венгерское меньшинство.

В начале весны президент издал новый указ. Демократический союз венгров Румынии (UDMR) был официально запрещен, а все его лидеры объявлены сепаратистами и агентами Будапешта. 

В Трансильвании историческом регионе совместного проживания румын и венгров начался тотальный террор. По приказу из Бухареста в Клуж-Напоке и Тыргу-Муреше были насильственно закрыты все школы с преподаванием на венгерском языке. Венгерские вывески срывались, культурные центры громились боевиками PRM.

Венгры ответили сопротивлением. В Трансильвании вспыхнули жестокие уличные бои. Венгерская молодежь строила баррикады, защищая свои кварталы от толп румынских националистов. В Тыргу-Муреше пролилась первая кровь — в ход пошло охотничье оружие и коктейли Молотова. Венгрия немедленно стянула войска к границе, требуя от международного сообщества остановить этнические чистки. На Балканах, едва успевших выдохнуть после Косово, стремительно разгорался новый костер гражданской войны.

На фоне политического и национального террора экономика страны вошла в стадию свободного падения.

Пытаясь сохранить поддержку низов, Тюдор пошел на классические популистские меры леворадикального толка. Указом президента были жестко, на уровне цен 1999 года, заморожены цены на базовые продукты питания: хлеб, мясо, подсолнечное масло, а также на бензин.Эффект был мгновенным и катастрофическим. Производители и фермеры просто отказались продавать товар себе в убыток. За несколько дней с полок румынских магазинов исчезло всё. В страну вернулись километровые очереди, талоны и черный рынок.

В ответ на саботаж производителей Тюдор объявил о начале массовой национализации иностранных и крупных частных компаний. Главной жертвой этой политики стал автомобильный завод Dacia в Питешти. 

Французский концерн Renault купил завод в 1999 году и начал его успешную модернизацию. Вадим Тюдор отправил на завод полицию, вышвырнул французских инженеров и менеджеров на улицу, заявив: Румыния для румын! Мы не позволим западным капиталистам сосать нашу кровь!.

Это решение вызвало дипломатический скандал. Президент Франции Филипп Сеген, хоть и сам был сторонником национализации, не мог стерпеть открытого грабежа французской собственности. Елисейский дворец разорвал все экономические связи с Бухарестом.

Реакция цивилизованного мира на стадионы, превращенные в концлагеря, и этнические чистки в Трансильвании была молниеносной. К началу лета 2001 года Румыния стала токсичным изгоем на европейском континенте.

США и Европейский Союз официально, в один день, отозвали своих послов из Бухареста для консультаций, которые де-факто означали разрыв дипломатических отношений. 

В штаб-квартире Североатлантического альянса в Брюсселе состоялось экстренное заседание. Переговоры о вступлении Румынии в НАТО, которые при Илиеску находились на продвинутой стадии, были официально и публично аннулированы. Двери западного мира перед Бухарестом захлопнулись с оглушительным лязгом. Страна оказалась в  блокаде.Внутренняя ситуация требовала немедленных решений. Популистский указ Тюдора о заморозке цен на бензин и продовольствие ожидаемо привел к тому, что топливо просто исчезло с заправок. Сельскохозяйственная техника встала. Стране угрожал голод. 

Не имея возможности взять кредиты в МВФ или купить нефть на европейских биржах, отчаянно ищущий союзников Тюдор обратил свой взор на Ближний Восток и Северную Африку. Он искренне восхищался ближневосточными автократами, считая их образцом правителей, бросивших вызов американскому империализму.

В июне 2001 года румынский президентский борт совершил беспрецедентное, шокирующее турне. Вадим Тюдор прилетел сначала в Триполи к Муаммару Каддафи, а затем  прямым рейсом в Багдад к Саддаму Хусейну. Цель визитов была сугубо утилитарной: Тюдор умолял коллег-диктаторов дать Румынии нефть в долг или по бартеру (в обмен на остатки румынской сельскохозяйственной и военной продукции).Вечером того же дня мировые телеканалы (включая CNN и BBC) в прайм-тайм транслировали сюрреалистичные кадры. Президент европейской страны, одетый в белоснежный костюм, с широкой улыбкой крепко, по-братски обнимался с Саддамом Хусейном, а затем позировал в шатре Каддафи. 

Вернувшись в Румынию с обещаниями нескольких танкеров иракской нефти, Тюдор попытался разыграть славянскую карту. Он поручил своему МИДу навести мосты с Москвой. Логика румынского радикала была проста: Лукашенко тоже не любит Запад, Лукашенко строит жесткую вертикаль, значит, они  естественные союзники в борьбе с глобализмом. Тюдор рассчитывал на поддержку Союзного государства.

Но он просчитался в оценке своего визави. Ему была невыгодна дружба с откровенным политическим клоуном, от которого шарахался весь мир. Лукашенко тщательно выстраивал свой имидж респектабельного государственника. У него были отличные деловые отношения с Парижем и Пекином, он готовился принять  в Москве американского президента Гора. 

Зачем ему марать свою репутацию союзом с человеком, который сажает министров в камыши и обнимается с Саддамом Хусейном?

Кремль ответил Бухаресту игнорированием. Запрос Тюдора на официальный телефонный разговор с Лукашенко был спущен на уровень заместителя министра иностранных дел, а просьбы о льготных поставках российского газа просто остались без ответа. Москва недвусмысленно дала понять: сумасшедшие нам в союзниках не нужны.Оставшись в  одиночестве, столкнувшись с пустыми полками магазинов и нарастающим, глухим недовольством даже среди собственных сторонников, Вадим Тюдор прибег к последнему классическому средству всех терпящих крах диктатур. Ему нужна была маленькая победоносная война для отвлечения нации от пустого холодильника.Взгляд румынского лидера упал на восток, за реку Прут  на соседнюю Республику Молдова. 

Идея Великой Румынии (România Mare), поглощения молдавских земель, всегда была краеугольным камнем идеологии партии Тюдора. Но теперь риторика перешла в практическую плоскость.В конце 2001 года Тюдор начал агрессивно бряцать оружием. По румынскому телевидению круглосуточно транслировались передачи о разделенной нации и необходимости вернуть исторические территории в лоно матери-родины. К молдавской границе, под видом масштабных военных учений, начали стягиваться бронетанковые части и артиллерия румынской армии. 

В своих публичных выступлениях Тюдор перешел на язык ультиматумов, открыто заявляя, что Румыния готова силой защитить своих братьев по ту сторону Прута от постсоветской нищеты и коррупции. 

В Кишиневе началась паника. Маленькая, слабо вооруженная молдавская армия не имела ни единого шанса против румынской военной машины. Воронин тут же вылетел в Москву.

Но, занеся саблю над Молдовой, Корнелиу Вадим Тюдор не учел одной критической детали. На территории Приднестровья, формально являющегося частью Молдовы, располагался российский военный контингент и склады бывшей 14-й армии. Попытка силового присоединения Молдовы неизбежно означала прямое военное столкновение с интересами Москвы. А Александр Лукашенко, только что перевооруживший армию и наведший порядок в Чечне, шуток с российской зоной влияния не прощал. 

Карпатский котел закипел, грозя втянуть Восточную Европу в первую полномасштабную межгосударственную войну нового тысячелетия.

 

[Григорий Разоренов]

Кстати, коллега, а одиннадцатое сентября случится или в другую дату будет иное?

[Росол]

одиннадцатое сентября случится или в другую дату будет иное?

Сперва думал про великую дату всех поклонников шуфутинского но после передумал.