Беловежская табия

[LAA3]

Опубликовано:

Да, сиксифонист был красавец...

А что (ну, американцы знают), там, под Гудзоном действительно нужен какой-то туннель?  Выше Нью-Йорка?

[Росол]

сиксифонист был красавец... А что (ну, американцы знают), там, под Гудзоном действительно нужен какой-то туннель?  Выше

Да.

По ссылке подробнее.

https://en.wikipedia.org/wiki/Gateway_Program_(Northeast_Corridor)

[Росол]

Медовая дипломатия

 

Геннадий Андреевич ехать категорически не хотел. Зюганов метал громы и молнии, говорил о чести партии. Мне пришлось приехать к нему на дачу в Снегири и потратить два часа.

(Из воспоминаний Е.М. Примакова, 2007 г.)

 

Архитектура фасада

Финальный аккорд визита Альберта Гора в Россию Александр Лукашенко решил сыграть в совершенно ином, камерном регистре. После Петрограда и  Валдая американскую делегацию привезли в тишину хвойных лесов. Местом встречи стала правительственная дача под Смоленском. Выбор локации был глубоко символичен: Смоленск исторически находился на полпути между Москвой и Минском, подчеркивая статус Лукашенко как лидера объединенного государства. Дача представляла собой роскошный, но подчеркнуто традиционный сруб из вековой сосны, окруженный озерами.Однако для полного успеха Лукашенко не хватало одной детали. Альберт Гор, несмотря на прагматизм, представлял Демократическую партию США, для которой наличие политической конкуренции было пунктиком. Гору нужно было привезти в Вашингтон доказательства того, что в России не установлена единоличная диктатура. Лукашенко пригласил на дачу Геннадия Зюганова.Для лидера КПРФ это приглашение было неожиданным.. 

Зюганов попытался отказаться, сославшись на болезнь. В Администрации Президента напряглись, но давить силовыми методами не стали  это могло вызвать ненужный скандал. К делу подключили Евгения Примакова. Уважаемый патриарх российской политики, сохранивший авторитет и у Лукашенко, и у левых, лично приехал к лидеру коммунистов.

Примаков оперировал железной государственной логикой: 

— Геннадий Андреевич, политика кончилась. Сейчас решается вопрос, признает ли Запад нашу страну или начнет душить санкциями. Александр Григорьевич держит удар, но ему нужна ваша помощь. Поступитесь партийной гордостью ради государства. Повторите подвиг великого Александра Невского.Просто попейте чаю с американцем.Тяжело вздохнув, Зюганов согласился. Он собрал свои знаменитые гостинцы и выехал под Смоленск.Альберт Гор, одетый в теплый свитер крупной вязки, сидел на веранде смоленской дачи. На столе пыхтел пузатый самовар, стояли розетки с домашним вареньем и сушки. 

Александр Лукашенко, исполняя роль хлебосольного хозяина, лично наливал чай. 

Альберт, хочу представить вам лидера нашей парламентской оппозиции, главу Коммунистической партии Геннадия Зюганова,  Лукашенко широким жестом указал на вошедшего политика. Мы часто спорим до хрипоты в Думе, у нас разные взгляды на экономику, но когда речь идет о России, мы всегда сидим за одним столом.Гор вежливо, но настороженно пожал руку Зюганову. Американский президент ожидал услышать набор стандартных марксистских штампов о борьбе пролетариата, американском империализме и классовой ненависти. Но Геннадий Андреевич, помня наставления Примакова не лезть в геополитику, решил начать разговор со своего главного, искреннего увлечения. Он поставил перед Гором две баночки. Это мед с моей личной пасеки. Цветочное разнотравье, — спокойным голосом сказал Зюганов. — Сам качал на прошлой неделе. Угощайтесь, господин Президент.

Гор, известный сторонник здорового питания, с интересом попробовал мед. 

— Потрясающий вкус, — искренне сказал он. — Я читал, что у вас в России очень сильные традиции пчеловодства.

Зюганов оживился. Пасека была для него святым местом.

— Были сильные, господин Президент. А сейчас беда. И не только у нас, во всем мире. 

Лидер суровых российских коммунистов внезапно перешел на тему, от которой у 43-го Президента США загорелись глаза. Зюганов начал вдохновенно, с глубоким знанием дела рассказывать о проблеме коллапса пчелиных семей, которая как раз в те годы начала тревожить экологов по всему миру.

— Вы посмотрите, что делают транснациональные корпорации и крупные агрохолдинги! — Зюганов, забыв про смущение, начал рубить воздух рукой. — Они заливают поля пестицидами. Они используют неоникотиноиды! Эти химикаты разрушают нервную систему пчел, они теряют ориентацию и не могут вернуться в улей. Это же катастрофа планетарного масштаба! Если мы не защитим права пчел на чистую среду, если мы позволим корпорациям травить землю ради сверхприбылей, через десять лет исчезнет опыление, и человечеству просто нечего будет есть!

Альберт Гор, автор книги Земля на чаше весов, отложил чашку. Американский президент смотрел на лидера КПРФ с восхищением. 

— Геннадий, вы правы! — горячо поддержал его Гор, наклоняясь через стол. — Индустриальное сельское хозяйство убивает биоразнообразие. Я пытаюсь донести это до наших республиканцев в Конгрессе, но они слушают только химическое лобби.

На следующие полтора часа Александр Лукашенко превратился в молчаливого, удовлетворенного зрителя. 

Президент США и лидер российских коммунистов, забыв о Холодной войне, ПРО и ядерных ракетах, увлеченно обсуждали квоты на выбросы, вред ГМО, спасение лесов и необходимость государственного регулирования экологических норм. 

Тема пчел и защиты биоразнообразия растопила лед между Альбертом Гором и Геннадием Зюгановым, но лидер КПРФ помнил строгий наказ Евгения Примакова: американского гостя нужно очаровать окончательно. .

Когда за самоваром повисла легкая пауза, председатель ЦК КПРФ с добродушной улыбкой заявил, что, несмотря на идеологические разногласия между странами, он всегда был большим поклонником американского кинематографа. Зюганов даже упомянул масштабные исторические и фантастические ленты, которые снимаются в США с поистине размахом.Альберт Гор, чья предвыборная кампания щедро финансировалась бомондом Западного побережья, расцвел.

— Геннадий, я вам это устрою! — радостно воскликнул Президент США, хлопнув ладонью по столу. — У меня отличные личные отношения со Спилбергом и Лукасом, они же давние спонсоры партии. Вы должны увидеть, как делается настоящая магия кино. Приезжайте в Калифорнию в качестве моего гостя! 

Однако главный медийный спектакль Лукашенко приберег на следующее утро.

Утром 12 августа Альберта Гора, вышедшего на крыльцо гостевого сруба в легкой куртке, ждал сюрприз. Вместо папок с договорами о СНВ-2 хозяин резиденции приготовил для него аграрную программу.Сначала президенты совершили пешую прогулку по угодьям. Гор с удовольствием осмотрел конюшни и под вспышки фотокамер лично покормил лошадей с руки свежей морковью. Для Гора, это была неплохая телевизионная картинка, которую можно было смело показывать фермерам Айовы.

Затем Лукашенко вывел гостя на заливной луг, покрытый густой, блестящей от утренней росы травой. В руках у Президента России была настоящая, отбитая деревенская ручная коса. 

Именно здесь, под Смоленском, зародилась политическая традиция, которая позже станет фирменным знаком Лукашенко. 

— Альберт, спортзалы в Белом доме — это отлично, — с улыбкой сказал Лукашенко, снимая пиджак и оставаясь в простой рубашке. — Но настоящая тренировка для спины и рук — это только здесь. 

К удивлению протокольной службы, Гор не стал отказываться. Он закатал рукава и взял из рук Лукашенко вторую косу.  Он провел для 43-го Президента США мастер-класс: показал, как правильно расставлять ноги, как держать равновесие и как вести лезвие параллельно земле, чтобы не зарываться в грунт.

Спустя десять минут Альберт Гор, тяжело дыша и вытирая пот со лба, уже вполне уверенно укладывал траву в ровные валки, двигаясь в едином ритме с российским лидером. Операторы президентских пулов лихорадочно снимали этот сюрреалистический балет. 

Когда уставший, но довольный Гор передал косу охране, визит можно было считать официально завершенным. Лукашенко проводил кортеж американского коллеги в аэропорт. Александр Лукашенко стоял на крыльце аэропрта и смотрел вслед уезжающим машинам. Он хлопнул по плечу хмурого Зюганова:

— Ну вот, Геннадий Андреевич. А вы ехать не хотели. 

Августовское утро было безмятежным. Никто еще не знал что произойдет три месяца спустя.

 

Изменено 13 September пользователем Росол

[Юзернейм]

На встречах глав государств обсуждают важные вопросы

Важные вопросы: ПЧЁЛЫ

[Григорий Разоренов]

Коллега, значит у вас Тупаку Шакуру в 1996 не убили?

[Росол]

Коллега, значит у вас Тупаку Шакуру в 1996 не убили?

Ну да. А что?

[Григорий Разоренов]

А что?

А то, что неочевидна причинно-следственная связь между убийством Березовского и не убийством Шакуры. Это ваш авторский произвол? 

[Росол]

неочевидна причинно-следственная связь между убийством Березовского и не убийством Шакуры. Это ваш авторский

Я действую по принципу бабочки. Бабочка вздохнула крыльями и домино начали падать чуть иначе. Каждое движение домино усиливает эффект расширяя его все дальше и дальше.  Напоминаю что в местном 1996 перенесли выборы в России, одновременно с этим был хаос на конвенции республиканцев. 

[Росол]

Там ведь по сути произошло незначительное изменение. Тупак Шакур слегка задержался и вышел на 40 секунд позже чем в реальности. В итоге BMW не остановился на красный а поехал дальше на зелёный. Убийцы стреляли в движении и просто ранили шакура. А этих ран было достаточно чтобы он завязал с криминалом.

[Григорий Разоренов]

принципу бабочки

Это скорее квантовая запутанность получается: связь есть, но какая, что представляет и почему она вообще есть - не ясно)

[Росол]

Пара слов о причине отсутствия. Главы готовы скоро выложу как будет возможность. Ну а потом в начале октября долгострой на неделю. Русское поле демократии.

[Юзернейм]

Кстати а как тут сложится партнерство Дримворкс и Ардман? Они в начале нулевых планировали сделать мультфильм по басне Эзопа про зайца и черепаху, а также мультфильм про семью пещерных людей, который после разрыва Ардман и Дримворкс стал Семейков Крудс. Раз Дримы у нас тут капитально другие, то может эти мультфильмы увидят свет

[Росол]

сложится партнерство Дримворкс и Ардман? Они в начале нулевых планировали сделать мультфильм по басне Эзопа про зайца и черепаху, а также мультфильм про семью пещерных людей, который после разрыва Ардман и Дримворкс стал Семейков Крудс. Раз Дримы у нас тут капитально другие, то может эти мультфильмы

Хорошо сложится. Я же написал просто юмора для юмора тут не будет.

[Росол]

Газета Коммерсантъ №165 от 12.09.2001

 

СТАДИОН ВСТАЕТ НА НОВЫЕ РЕЛЬСЫ

 

Вчера корреспонденты Ъ проинспектировали ход строительства новой футбольной арены Локомотив на востоке Москвы. Стадион, возводимый на деньги Министерства путей сообщения, обещает стать самым современным спортивным сооружением на территории Союзного государства. Несмотря на жесткий секвестр многих развлекательных программ и суровый контроль спецслужб за расходованием госсредств, стройка в Черкизово идет с опережением графика. В дирекции объекта уверяют, что эпоха бетонных скамеек и протекающих козырьков уходит в прошлое.

Еще полтора года назад на улице Большой Черкизовской возвышались устаревшие, продуваемые всеми ветрами трибуны старого стадиона, помнившего еще матчи союзного первенства. Сегодня на их месте кипит круглосуточная, почти военная по своей дисциплине стройка. Бетономешалки работают в три смены, а контуры будущей двухъярусной чаши уже четко просматриваются из-за строительных лесов.

Инвестиции Министерства путей сообщения (МПС) в этот проект оцениваются в несколько десятков миллионов долларов. Многие аналитики сомневались, что ведомство потянет имиджевую стройку. Однако транзитные сверхдоходы от запущенного Транскорейского маршрута позволили МПС не только прокладывать рельсы на Дальнем Востоке, но и возводить спортивные дворцы в столице. 

Правда, теперь за каждый залитый кубометр бетона подрядчикам приходится отчитываться перед инспекторами из ЕКГО. Возможно, именно страх перед уголовными делами обеспечивает такую небывалую для отечественных строек скорость.Впрочем, в коммерческой дирекции строящегося объекта царит вполне оптимистичная, деловая атмосфера. Встречать прессу на стройплощадку вышел представитель коммерческой группы дирекции Сергей Светлаков. Молодой, энергичный выпускник Уральского университета путей сообщения (приехавший в столицу из недавно переименованного Уралграда), он оказался совершенно не похож на типичных хмурых номенклатурщиков. 

Проводя корреспондентку Ъ по деревянным настилам над котлованом, господин Светлаков сыпал техническими терминами и шутками, демонстрируя абсолютную уверенность в успехе предприятия. 

Вы не смотрите, что тут пока арматура, экскаваторы и грязь по колено, — с обезоруживающей, широкой улыбкой заявил Сергей Светлаков, галантно помогая журналистке Ъ перешагнуть через силовой кабель. — Контроль за сметой у нас железобетонный, как и сами сваи. Зато проект уникальный. Никаких беговых дорожек — чисто футбольная арена в английском стиле. Угловые башни, крыша над всеми зрительскими местами, как в Европе, комфортные VIP-ложи для гостей. Не волнуйтесь, всё будет по высшему разряду, я вам лично гарантирую! 

На вопрос Ъ о том, не урежут ли финансирование из-за новых экономических реалий, представитель дирекции оптимистично парировал: Приходите на открытие в следующем году — сами ахнете.

Если железнодорожники сдержат слово молодого коммерческого специалиста, Москва получит первый в своей новейшей истории стадион, построенный для людей. 

 

[Росол]

Вставай Кишинев!

 

Когда в Бухаресте закончился хлеб, Вадиму Тюдору понадобился внешний враг. Это классическая методичка любого диктатора, загнанного в угол собственной некомпетентностью.

(Из колонки политолога Владимира Сокора, 2004 г.)

Вадим Тюдор уверял нас, что это будет легкая прогулка: молдавские патриоты откроют нам ворота, а Кишинев встретит цветами. И поначалу всё шло именно так. Мы смяли их хилые заставы и вышли на оперативный простор. До столицы оставалось меньше пятидесяти километров. Колонны шли маршем, без боевого охранения.(Из показаний пленного полковника бронетанковых войск Румынии, военный трибунал, 2002 г.)

К осени 2001 года режим Корнелиу Вадима Тюдора в Румынии подошел к черте. Экономика, задушенная фиксацией цен и национализацией иностранных заводов, задыхалась. Трансильвания полыхала в этнических столкновениях с венграми. Европейский Союз и США полностью изолировали Бухарест, а попытка сблизиться с Москвой закончилась унизительным отказом Александра Лукашенко.Понимая, что голодные бунты в столице вопрос нескольких недель, Тюдор разыграл свою главную, самую опасную карту. Карту Великой Румынии (România Mare). В начале сентября президент созвал экстренный митинг на площади Революции в Бухаресте. Выступая перед толпой свезенных сторонников и радикалов из своей партии PRM, он произнес речь, балансирующую на грани истерики: Европа бросила нас! Западные банкиры хотят уморить нас голодом! Но мы выстоим, потому что мы великая нация! А великие нации не забывают своих детей! Прямо сейчас наших румынских братьев за Прутом, в Бессарабии, снова угнетают коррумпированные неокоммунисты и московские марионетки! Они стонут под гнетом нищеты. Мы не имеем права оставаться в стороне. Мы должны спасти Бессарабию! Толпа ответила ревом. Маховик был запущен.

Однако Тюдор, при всем своем безумии, понимал одну вещь: регулярная румынская армия была деморализована.

Поэтому румынский диктатор санкционировал тактику гибридной интервенции. 

 В ночь на 15 сентября сотни боевиков из радикального крыла партии Тюдора, вооруженные легким стрелковым оружием, пересекли реку Прут на лодках и понтонах. Их ядром и командирами были переодетые в гражданское кадровые офицеры румынских спецслужб (SRI) и полицейского спецназа.

Действуя под покровом ночи, гибридные отряды атаковали слабо защищенные молдавские пограничные пункты. Молдавские пограничники, не ожидавшие нападения с запада, были смяты и разоружены. К утру румынские боевики вошли в приграничные молдавские города — Унгены и Кагул. Действуя по заранее утвержденному плану, радикалы захватили здания местных администраций, полицейские участки и узлы связи. Со зданий были сброшены молдавские флаги, и над городами взвились румынские триколоры (с гербом PRM). Местная полиция, застигнутая врасплох, предпочла не вступать в бой с хорошо организованными группами.

Захватив плацдармы, румынская агентура развернула массированную пропагандистскую кампанию. В приграничных районах были установлены громкоговорители, транслирующие марши и речи Вадима Тюдора. Румынские радиостанции, вещающие на территорию Молдовы, непрерывно крутили призывы к восстанию.Главный лозунг кампании звучал агрессивно и безапелляционно: Вставай, Кишинев! Румыния пришла освободить вас от мафии и московского ига! Выходите на улицы, мы несем вам процветание и единство!В Бухаресте Тюдор ожидал, что молдавское общество, уставшее от бедности и политической нестабильности 90-х годов, встретит его отряды цветами и само снесет правительство в Кишиневе, открыв путь для мирного воссоединения. 

Но румынские аналитики фатально ошиблись в оценке настроений за Прутом.

В Молдове действительно было сильно движение унионистов (сторонников объединения с Румынией), особенно среди интеллигенции. Но одно дело — мечтать об объединении с цивилизованной, европейской Румынией, стремившейся в ЕС. И совсем другое — объединяться с изолированной, нищей диктатурой Вадима Тюдора, который сажал своих министров в трудовые лагеря и провоцировал кровавые этнические чистки в Трансильвании.

Вместо ожидаемого народного восстания, кадры захваченных Унген, где по улицам расхаживали вооруженные боевики румынской националистической партии, вызвали в Молдове глухой, ледяной ужас. 

Жители Кишинева, независимо от того, на каком языке они говорили (румынском или русском), мгновенно сплотились вокруг своего руководства. Никто не хотел променять относительную молдавскую бедность на абсолютный тюдоровский террор и талоны на хлеб. 

Гибридная операция Вадима Тюдора захлебнулась в первые же сутки. Румынские спецназовцы в штатском, захватившие Унгены и Кагул, оказались в глухой изоляции. Молдавское население не вышло на баррикады, чтобы поддержать освободителей, а местная полиция начала приходить в себя и блокировать дороги. 

Сидя в Бухаресте, Тюдор понял: если его отряды будут уничтожены или арестованы, его режим рухнет от позора. Диктатор, потерявший связь с реальностью, принял фатальное решение  перевести гибридный конфликт в фазу открытой, полномасштабной войны. 

Вечером 16 сентября по каналам румынской военной разведки активировались спящие ячейки радикальных унионистов (сторонников объединения с Румынией) уже на самой территории Молдовы. 

Ночью эти вооруженные группы ударили в спину молдавским пограничникам на контрольно-пропускных пунктах Леушены и Скуляны. Заставы были забросаны гранатами, связь с Кишиневом перерезана, а шлагбаумы снесены. Как только пограничные мосты через реку Прут оказались в руках радикалов, с румынской стороны взревели дизельные двигатели. 

Границу суверенной Молдовы пересекли регулярные части румынской армии. Десятки основных боевых танков TR-85 (румынская модернизация советских Т-55) и бронетранспортеров, сопровождаемые мотопехотой, хлынули на молдавскую территорию. Отбросив маскировку, колонны развернулись в походные порядки и на максимальной скорости двинулись по трассам М1 и R1 прямо на восток. 

Цель была одна  Кишинев. Тюдор планировал обезглавить правительство Владимира Воронина до того, как Европа или ООН успеют выпустить хотя бы одну ноту протеста. 

Для Молдовы это была катастрофа. Национальная армия республики насчитывала едва ли несколько тысяч человек, оснащенных устаревшим стрелковым оружием и десятком старых бронемашин. Противопоставить танковому клину было физически нечего.

Полицейские кордоны, пытавшиеся перегородить трассы грузовиками, сметались румынскими танками в кюветы без снижения скорости. До столицы оставалось менее полутора часов хода. В Кишиневе началась паника. Жители массово покидали город, уезжая на север и восток. 

В здании Администрации Президента на проспекте Штефана чел Маре президент Владимир Воронин слушал доклады военных. Ситуация была безнадежной. 

Понимая, что западные структуры (НАТО и ЕС) парализованы и ограничатся лишь призывами к миру, Воронин снял трубку аппарата правительственной связи и запросил прямой канал с Москвой.

В кабинете Александра Лукашенко было раннее утро. Президент России выслушал сбивчивый доклад молдавского коллеги молча, не перебивая.  Александр Григорьевич, румынские танки в сорока километрах от Кишинева, — тяжело дыша, произнес Воронин. — У нас нет противотанковой артиллерии. Если они войдут в город, начнется резня. Молдавия официально просит военной помощи у Российской Федерации. В глазах Лукашенко блеснул холодный, хищный огонек. 

Для Москвы этот бросок Тюдора был поистине царским подарком. После того как американская Дельта выкрала Милошевича из Белграда, щелкнув Континентальную ось по носу, России была жизненно необходима ответная, показательная и абсолютно легальная демонстрация силы в Восточной Европе. Румынский диктатор сам засунул голову в петлю, напав на суверенное государство, признанное ООН.

 Держитесь, Владимир Николаевич, — голос Лукашенко звучал ровно и тяжело, как гранитная плита. — Никуда из кабинета не уходите. Румыны в Кишинев не войдут. Помощь уже в воздухе. Лукашенко положил трубку и нажал кнопку селектора, вызывая министра обороны Льва Рохлина и вновь сосланного в Приднестровье Лебедя.

Поднимайте Тирасполь по тревоге, — отдал приказ Главнокомандующий. Открывайте склады. Выжечь румынскую бронетехнику до того, как они увидят пригороды Кишинева. Менее чем в семидесяти километрах от Кишинева, на восточном берегу Днестра, в непризнанном Приднестровье, базировалась Оперативная группа российских войск (ОГРВ)  остатки легендарной 14-й гвардейской общевойсковой армии. 

Получив шифрограмму из Москвы, российская база в Тирасполе взорвалась ревом двигателей. Никаких дипломатических проволочек не было: президент Украины Александр Мороз открыл воздушное пространство Украины для пролета российской военно-транспортной авиации и фронтовых бомбардировщиков из южных регионов РФ.Румынская бронетанковая колонна уверенно приближалась к молдавской столице. Танкисты Тюдора уже видели на горизонте пригороды Кишинева. Сопротивления не было. 

Внезапно горизонт на востоке потемнел. 

Румынские командиры услышали низкий, вибрирующий гул, от которого задрожала земля. Из-за холмов, на сверхмалой высоте, огибая рельеф местности, вынырнула эскадрилья российских ударных вертолетов Ми-24. Зависнув над трассой, Крокодилы не стали тратить время на предупредительные выстрелы. Они отработали по головным машинам румынской колонны противотанковыми управляемыми ракетами Штурм. 

Пять авангардных румынских танков TR-85 взорвались почти синхронно, превратившись в факелы из рваного металла и горящей солярки. Башни многотонных машин взлетели в воздух, как пробки от шампанского.

Колонна встала как вкопанная. Румынские солдаты, не имевшие реального боевого опыта и напуганные репрессиями у себя дома, в панике начали выпрыгивать из бронетранспортеров, пытаясь укрыться в придорожных лесополосах. Спустя несколько минут по обеим сторонам трассы начали рваться тяжелые снаряды это открыла заградительный огонь подошедшая из Приднестровья российская реактивная артиллерия. Воздух наполнился воем сирен, дымом и запахом кордита. 

Остановленная ударами российских боевых вертолетов на трассе под Страшенами (в 30 километрах от Кишинева), румынская бронетанковая колонна потеряла темп и инициативу. Командиры авангарда в панике запрашивали Бухарест о дальнейших действиях, ожидая подхода вторых эшелонов. Но вторые эшелоны так и не пришли. Пока передовые части румын стояли на трассе R1, пытаясь укрыться от барражирующих Ми-24, Оперативная группа российских войск (ОГРВ) из Приднестровья развернула классическую операцию на окружение. 

К российским мотострелкам немедленно присоединились формирования приднестровской армии. Возникла историческая ирония: тетрадь старых обид была закрыта, и приднестровцы, воевавшие с Кишиневом в 1992 году, теперь шли на выручку молдавской государственности плечом к плечу с российской армией.

Утром 17 сентября российско-приднестровские силы форсировали Днестр не в лоб, а севернее и южнее застрявшей румынской группировки. Опираясь на данные радиоперехватов и абсолютное господство в воздухе, мобильные батальонные тактические группы совершили стремительный фланговый обход. К исходу вторых суток они вышли к реке Прут  прямо в тыл румынским войскам, намертво перерезав им пути снабжения и отступления. Мосты в Унгенах и Леушенах были взяты под огневой контроль российского спецназа.

Капкан захлопнулся. Около трех тысяч румынских военнослужащих, более 40 танков и десятков бронемашин оказались заперты в Страшенском котле.

Ситуация внутри кольца окружения деградировала с пугающей скоростью. 

На третий день операции (18 сентября) у румынской группировки начали заканчиваться горючее и боеприпасы. Командование в Бухаресте, где Вадим Тюдор бился в истерике, требовало от окруженных частей стоять насмерть и прорываться к Кишиневу во славу нации. Но умирать за амбиции безумного диктатора в промерзших молдавских полях никто не хотел. Румынская армия образца 2001 года представляла собой жалкое зрелище: призывники были недокормлены, техника давно не проходила капитального ремонта, а офицерский корпус был деморализован чистками, которые Тюдор устроил в министерстве обороны полгода назад. 

Российская сторона действовала с ледяным прагматизмом. Генералы ОГРВ не гнали пехоту на штурм. Они методично, по квадратам, обрабатывали позиции румын из реактивных систем залпового огня Град и ствольной артиллерии, давая понять: сопротивление бесполезно. На радиочастотах румынских батальонов непрерывно транслировалось предложение о сдаче в плен с гарантиями сохранения жизни.Развязка наступила 20 сентября, на четвертые сутки после перехода границы. 

Ночью температура резко упала. Утром, не дождавшись помощи из Румынии (Тюдор так и не решился ввести резервы, опасаясь, что русские бомбардировщики ударят уже по румынской территории), командир запертой группировки принял единственно верное решение. Он вышел на радиосвязь с российским штабом и запросил условия капитуляции.

Кадры, снятые военными операторами во второй половине дня обошли все телеканалы мира. 

На обочинах трассы у Страшен стояла брошенная, заглохшая без топлива румынская бронетехника. Вдоль дороги, по осенней распутице, брели длинные колонны пленных румынских солдат и радикалов из военизированных формирований Тюдора. Они шли без оружия, подняв руки, с понурыми лицами. 

По бокам колонн, с автоматами наперевес, стояли бойцы российского десанта и молдавские полицейские.Четырехдневная война стала одной из самых коротких и разгромных кампаний в новейшей военной истории Европы. 

Попытка Вадима Тюдора поиграть в блицкриг обернулась катастрофой.Ударная группировка румынской армии перестала существовать.Вся бронетехника, пересекшая Прут, досталась молдавской и российской стороне в качестве трофеев.Пленные румынские офицеры начали активно давать показания представителям международного Красного Креста и российским следователям, подтверждая, что приказ о вторжении отдавал лично Вадим Тюдор в обход парламента.

Катастрофический разгром румынской армии под Кишиневом в сентябре 2001 года стал триггером, запустившим цепную реакцию распада режима. Но добила диктатуру Корнелиу Вадима Тюдора суровая карпатская осень.Оказавшись в тотальной международной блокаде, лишенная западных кредитов и российских энергоносителей, Румыния погрузилась во мрак. Иракская нефть, которую Тюдор выпрашивал у Саддама Хусейна, так и не дошла из-за сложной логистики и блокировки транзита. Валютные резервы иссякли. Закупать мазут и уголь на внешних рынках стало не на что.В октябре топливо на теплоэлектростанциях (ТЭЦ) страны просто закончилось. В Бухаресте и крупнейших промышленных центрах отключили центральное отопление. Заводы-гиганты остановили конвейеры. Подача электричества в жилые дома была ограничена несколькими часами в сутки.Для миллионов румын, сидевших в ледяных бетонных квартирах, укутавшись в зимние пальто и согревая дыханием руки, это стало страшным дежавю. Страна словно вернулась в самые темные, голодные и холодные зимы 1980-х годов эпоху жесткой экономии Николае Чаушеску. Тюдор обещал народу величие и порядок, а принес лишь забытый леденящий страх и карточки на хлеб. Точка кипения была пройдена: общество, в котором объединился ужас перед холодом и ненависть к безумцу, взорвалось.

В конце Октября началась Румынская Октябрьская революция. Ее парадокс заключался в том, что искру зажгли те самые люди, которые еще недавно привели Тюдора к власти.Шахтеры долины Жиу (Valea Jiului), суровые горняки, которым диктатор когда-то обещал золотые горы и социальную защиту, остались без зарплат и тепла. Поняв, что их цинично обманули, горняки организовались в колонны. Вооружившись кирками, арматурой и касками, они пешком двинулись на Бухарест. 

К их маршу по мере продвижения присоединялись десятки тысяч людей. В столице горняков встретили те, кого они еще недавно ненавидели и избивали на митингах студенты, либеральная интеллигенция и разоренный средний класс. Холод стер социальные различия. У них осталась одна общая цель.

 

К началу ноября 2001 года центр Бухареста превратился в море человеческого гнева. Более миллиона человек, согреваясь у костров из автомобильных покрышек и мебели, окружили гигантский Дворец Парламента (Дом Народа).Это монструозное здание, второе по величине административное строение в мире после Пентагона, построенное еще Чаушеску, стало последним убежищем Вадима Тюдора. Внутри мраморных лабиринтов, отрезанный от страны, диктатор метался по кабинетам в окружении преторианцев из лояльных спецслужб. Снаружи ревела миллионная толпа, скандирующая: Убийца! Вор! Чаушеску ждет тебя!.Здание охраняли регулярные армейские части и танки, стянутые к Дворцу по приказу президента. Ситуация балансировала на волоске. Толпа начала давить на кованые ворота, пытаясь прорваться на территорию правительственного комплекса.

В этот критический момент Корнелиу Вадим Тюдор связался по рации с командующим военным гарнизоном Бухареста. Голос президента срывался на истеричный фальцет. Это мятеж иностранных агентов и венгерских шпионов! орал Тюдор в эфир. Я приказываю открыть огонь на поражение! Очистить площадь! Стрелять из пулеметов!

В командном пункте армии повисла мертвая тишина. Генералы переглянулись. 

Они помнили позор в Страшенском котле, когда Тюдор бросил армию на убой под российские вертолеты. Они знали, что в Вашингтоне и Брюсселе румынский лидер, обнимавшийся с Саддамом Хусейном, уже официально проходит по ведомству пособников террористов. Для международного трибунала Тюдор был готовым клиентом.Командующий гарнизоном понимал простую юридическую математику: если он сейчас отдаст приказ стрелять по миллионной толпе собственного народа, Тюдор, возможно, просидит в своем дворце еще неделю, но сам генерал закончит свои дни в тюремной камере в Гааге, как это случилось с функционерами Милошевича. Генерал нажал кнопку передатчика отключив его.Спустя мгновение по тактической связи прошел новый, короткий приказ командирам танковых экипажей, стоявших в оцеплении вокруг Дворца.

Двигатели боевых машин взревели. Толпа на мгновение замерла в ужасе, ожидая, что сейчас прогремят выстрелы. Но танки, лязгая гусеницами на морозном асфальте, не двинулись на людей. С тяжелым, скрежещущим звуком механизмов десятки танковых башен синхронно, словно на параде, повернулись на 180 градусов. Их 100-миллиметровые орудия уставились прямо в гигантские окна Дома Народа.Армия перешла на сторону революции. Площадь взорвалась оглушительным, неистовым ревом ликования. Люди бросились обнимать танкистов, передавая им сигареты и термосы с горячим чаем. В своем мраморном кабинете Корнелиу Вадим Тюдор, увидев через бинокль направленные на него танковые стволы собственной армии, решил бежать.Бросив своих соратников, диктатор в сопровождении нескольких вооруженных охранников бросился к лифтам. Его цель была очевидна  вертолетная площадка на крыше монструозного Дворца Парламента.

Двенадцать лет назад именно так, на вертолете с крыши здания ЦК, бежал Николае Чаушеску, спасаясь от разъяренной толпы. Тюдор по рации истерично требовал от ВВС немедленно прислать за ним борт для эвакуации на секретную военную базу.

Но генералы ПВО, уже перешедшие на сторону временного военного комитета, молча заблокировали воздушное пространство над столицей. 

Выбежав на пронизывающий  ветер на колоссальной, плоской крыше Дома Народа, Тюдор увидел лишь серое, пустое небо. Бежать было некуда. Из лестничных пролетов на крышу бесшумно вышли бойцы армейского спецназа. Охрана Тюдора, оценив ситуацию, благоразумно бросила автоматы на бетон. Спецназовцы заломали диктатору руки и защелкнули наручники. 

Спустя несколько минут по полицейским рациям разнеслась весть об аресте. Когда новость достигла площади, миллионная, замерзшая толпа взорвалась таким первобытным, громовым ревом ликования, что он заглушил гул холостых танковых выстрелов. Диктатура пала. 

Однако радость на улицах быстро сменилась ужасом в кабинетах. Временное правительство, спешно сформированное из военных и чудом выживших лидеров оппозиции, оказалось перед лицом национальной катастрофы. В казне не было ни цента. ТЭЦ стояли без мазута. А главное  в глазах Запада Румыния всё еще оставалась изолированным государством-изгоем, государством-террористом, напавшим на Молдову и дружившим с Саддамом Хусейном. Ни один американский или европейский банк не дал бы кредита кучке генералов, только что свергнувших власть. 

Стране нужна была легитимность. Фигура, которая одним своим словом открыла бы двери в Вашингтон и Брюссель.И такая фигура была только одна.

Вечером 5 ноября генералы отправили правительственный бизнес-джет в Швейцарию. На борту находилась делегация с официальной мольбой от лица нации. Они летели к 80-летнему Михаю I — последнему королю Румынии, вынужденному отречься от престола под дулами автоматов в 1947 году.

7 ноября 2001 года самолет с Королем Михаем I приземлился в аэропорту Отопени. 

Его встречали как Мессию. На улицы Бухареста вышли сотни тысяч людей. Старики плакали, молодежь размахивала флагами с вырезанными коммунистическими гербами (символом революции 89-го) и старыми королевскими вензелями. 

Король, несмотря на преклонный возраст, держался с безупречной аристократической выправкой. Прямо в аэропорту он подошел к микрофонам мировых информагентств. 

Михай I не стал говорить о внутрипартийных дрязгах. Он говорил с миром. На французском и безупречном английском языках Король:

 Румыния сбрасывает с себя морок диктатуры и возвращается домой, в семью цивилизованных европейских народов. Трагическая ошибка последних месяцев исправлена самим румынским народом. И сегодня, перед лицом новой глобальной угрозы, я, от имени своей нации, даю твердую гарантию: Румыния безоговорочно поддерживает Соединенные Штаты Америки и свободный мир.

В Вашингтоне сигнал из Бухареста был принят. Альберт Гор, наблюдавший за речью Михая I, понял, что получил идеальный демократический триумф без единого выстрела американских солдат.

Спустя несколько часов Белый дом выпустил официальное коммюнике. Гор задействовал экстренные протоколы. В Бухарест были разблокированы кредитные линии Международного валютного фонда, а американские нефтяные компании получили правительственные гарантии.

Спустя неделю в замерзший порт Констанцы начали заходить гигантские танкеры, под завязку груженные тяжелым мазутом для румынских ТЭЦ. Американская пресса назвала эти поставки подарком новой европейской демократии.Конец 2001 года стал для Румынии моментом настоящего национального катарсиса.

Впервые за много недель в обледенелых батареях бухарестских многоэтажек зажурчал кипяток. Включилось уличное освещение, заработали заводы. Новогодняя ночь с 31 декабря на 1 января 2002 года вошла в историю как Ночь Света. Миллионы румын сидели в своих теплых квартирах у включенных телевизоров. К ним обращался их Король. Восстановленная конституционная монархия подарила нации главное  ощущение стабильности, сытости и того, что худшее позади. Смутный год закончился.

 

 

Прорумынский протестующий.

 

Изменено 24 September пользователем Росол

[Юзернейм]

Вот кого кого, а Светлакова строителя я не ожидал. 

[Росол]

кого, а Светлакова строи

В будущем будет олимпиаду курировать. От ТВ

[НикитаП]

Со зданий были сброшены молдавские флаги, и над городами взвились румынские триколоры

Забавно, учитывая, что молдавский флаг это и есть румынский триколор с немного другим гербом)