Мир Мекленбургской династии

[Леший]

Предисловие

Из известных мне развилок на тему сохранения у власти в России "ивановской" линии Дома Романовых (потомков царя Ивана V Алексеевича), насколько я в курсе, не рассматривался вариант с рождением у русской царевны и мекленбург-шверинской герцогини Екатерины Ивановны (старшей дочери царя Ивана V Алексеевича) не девочки (в РеИ известной как Анна Леопольдовна), а мальчика. По сути случайное сочетание хромосом привело к тому, что у "Ивановичей" долгое время не было наследника (свою племянницу Анну Леопольдовну императрица Анна Иоанновна в качестве таковой не рассматривала – её задачей было лишь родить ребёнка "мужеска пола", которому и можно было бы передать корону), а вскоре после рождения такового Анна Иоанновна скоропостижно скончалась, и на престоле оказался двухмесячный ребёнок (Иван VI Антонович), регенты которого не смогли удержать власть в своих руках, и "младенец на троне" был свергнут всего год спустя после своего воцарения. Но ведь смени Анну Иоанновну не малолетнее дитя, а вполне взрослый мужчина, то многое могло бы пойти совсем иначе. Вряд ли бы Елизавете Петровне в этом случае удался её переворот, со всеми последствиями, которые он вызвал, и на престоле, скорее всего, остался бы представитель линии "Ивановичей". Что, в свою очередь, повело бы за собой целую волну изменений в российской истории. С высокой степенью вероятности уже в начале 1740-х гг. была бы добита и лишена своих восточных владений Швеция (которой Елизавета в РеИ вернула Финляндию из "династических" соображений), а ведь во многом неполный успех России в русско-турецкой войне 1787-1791 гг. вызван именно русско-шведской войной 1788-1790 гг. (кстати, также сорвавшей готовящуюся первую российскую кругосветную экспедицию), которая не позволила сконцентрировать против турок все имеющиеся силы. Именно Елизавета Петровна свернула программу масштабных географических исследований (хотя при Анне Иоанновне и Иване VI Антоновиче деньги на их осуществление изыскивались даже во время войны), из-за чего русская колонизация Азиатско-Тихоокеанского региона и Северной Америки отодвинулась на самый конец XVIII столетия. Но самое главное - не будет череды дальнейших государственных переворотов (венцом которых стало убийство Павла I в марте 1801 года), благодаря чему правительство (не ограниченное страхом "геморроидальных колик" и "апопклексического удара табакеркой в висок") сможет более решительно действовать во внутренней и внешней политике.

 

Часть I

Маленький принц

Для введения в тему немного предшествующих событий. После кончины в конце июля 1713 года бездетного мекленбург-шверинского герцога Фридриха Вильгельма I ему наследовал его младший брат Карл Леопольд, который стремился установить  в герцогстве если не абсолютисткий режим, то сильную центральную администрацию. Он потребовал от сословий предоставить ему дополнительные налоги для создания постоянной армии, затем заставил Ростокский совет отказаться от своих привилегий и непреклонно требовал выплаты налогов "рыцарством". Поскольку Мекленбург-Шверин был плацдармом и театром военных действий во время Северной войны, то Карл Леопольд намеревался с помощью постоянной армии положить конец пребыванию иностранных войск в своих владениях и укрепить свою власть. Основой его налоговых требований был "Порядок потребления и налогообложения" ("Consumptions- und Steuerordnung"), принятый его братом Фридрихом Вильгельмом для преодоления последствий предыдущих войн в 1708 году. Помимо налогообложения дворянства и духовенства, это положение включало отмену крепостной зависимости крестьян от их помещиков. Крепостное право крестьян должно было быть превращено в наследственную ренту, а их повинности должны были быть заменены денежными выплатами. Что вызвало резкий конфликт между герцогом и сословиями, которые обратились за поддержкой к императору Священной Римской империи Карлу VI Габсбургу.

В свою очередь и Карл Леопольд пытался найти себе сильного покровителя, которого он смог бы противопоставить вставшему на сторону сословий императору. И такового он нашёл в лице русского царя Петра I, который воюя со Швецией нуждался в плацдарме в центре Европы. Собственно сам Карл Леопольд планировал жениться на вдовой курляндской герцогине Анне Иоанновне, и этим браком не только установить союзные отношения с Россией, но и прибрать к рукам герцогство Курляндское. Но у русского царя были иные планы, и вместо Анны, он предложил Карлу Леопольду руку её сестры Екатерины. Нельзя сказать, что мекленбург-шверинский герцог был доволен подобной заменой, но выбора у него как такового не было, и в 1716 году состоялось его бракосочетание со старшей племянницей Петра I.

К сожалению этот брак оказался несчастливым. Обладая тяжёлым нравом герцог грубо и даже жестоко обращался со своей супругой, но тем не менее 18 декабря 1718 году она родила сына (АИ), названного Александр Иоганн (первое имя - в честь погибшего за неделю до этого шведского короля Карла XII, который имел прозвище "Северный Александр", и большим поклонником которого был Карл Леопольд; а второе - в честь отца герцогини). Впрочем, мекленбург-шверинскому герцогу вскоре стало не до ребёнка и его матери. После вывода большей части русских войск из герцогства (в Мекленбурге осталось два русских полка), в конце 1718 года император объявил "рейхэкзекуцию" в отношении Карла Леопольда, поручив её директору Нижнесаксонского имперского округа (и "по совместительству" королю Великобритании) Георгу I (как курфюрсту Брауншвейг-Люнебургскому). На территорию герцогства весной 1719 года были введены войска, мекленбургская армия потерпела поражение, русские полки были выведены из герцогства, а сам Карл Леопольд укрылся в Дёмице, откуда решил продолжить борьбу за свой трон, ибо не смотря на ненависть к нему со стороны "рыцарства", он пользовался немалой поддержкой крестьян, горожан и части духовенства (забегая вперёд скажем, что в РеИ вернуть себе власть у него так и не получится). Фактически обречённая на одиночество герцогиня (муж был к ней равнодушен, а свою нелюбовь к своему суверену местная аристократия перенесла и на его супругу) просила своего дядю разрешить ей вернуться в Россию. Пётр I несколько лет отказывал ей в этом, но в 1722 году, видимо посчитав, что дело Карла Леопольда окончательно проиграно, всё же разрешил своей племяннице возвратиться в страну, что та и сделала летом того же года, прихватив с собой и трёхлетнего сына (в РеИ Карл Леопольд был на удивление равнодушен к вопросу отсутствия у него наследника – за шесть лет брака он "заделал" своей супруге всего одного ребёнка, и более достоверные известия о рождении у них иных детей отсутствуют).

***

По возвращении на родину, герцогиня, вместе со своим сыном поселяется во дворце своей матери – вдовствующей царицы Прасковьи Фёдоровны и ближайшие восемь лет существование двоюродного племянника Петра I и троюродного брата Петра II никак не сказывается на ходе истории, которая течёт во вполне знакомом русле. Но всё начинает меняться, когда незадолго до задуманной свадьбы, в ночь на 19 января 1730 года преставился последний мужской представитель Дома Романовых. И кончина Петра II впервые выводит личность Александра Иоганна Мекленбург-Шверинского на подмостки мировой истории. В связи с отсутствием у покойного государя потомства, наследование власти должно было идти по женской линии, коими царствующее семейства представлено двумя ветвями: царевной Елизаветой Петровной (внебрачной, но признанной отцом дочерью Петра I от Екатерины Скавронской), а также тремя дочерьми царя Ивана V Алексеевича – Екатериной, Анной и Прасковьей. Не смотря на то, что по завещанию Екатерины I, в случае отсутствия прямых наследников у Петра II престол должен был перейти Карлу Петеру Ульриху Гольштейн-Готторпскому, Верховный Тайный Совет пришёл к выводу о недействительности этого распоряжения покойной государыни, ибо завещание действительно только один раз, а последующее престолонаследие определяется уже волей сменившего её государя. И поскольку Пётр II не оставил после себя завещание (попытка Долгоруких предьявить в качестве оного сфабрикованную ими фальшивку о передаче трона невесте покойного императора вызвала смех даже у их ближайших родичей), то дальнейшее наследование должно идти по женской линии. И поскольку Иван V был старшим братом Петра I, то в этом случае его дочери имеют преимущественное право по сравнению с Елизаветой (чьё происхождение, тем более, было весьма сомнительным), и оставалось лишь выбрать из них кандидатуру в императрицы.

По всем статьям новым государем всея Руси должна была стать Екатерина Ивановна, которая была старшей дочерью покойного царя Ивана V, да к тому же уже имевшей законного ребёнка мужского пола (то есть её воцарение обеспечивало преемственность власти), но "верховников" пугал крутой нрав мекленбургской герцогини (которая врядли бы стала послушным орудием в их руках), к тому же она официально оставалась супругой Карла Леопольда Мекленбург-Шверинского (вмешательство которого в дела Российской империи в этом случае "верховники" небезосновательно опасались). Рассматривался вариант и непосредственного возведения на престол юного Александра Иоганна (АИ), но поскольку ему на тот период времени было всего одинадцать лет, было ясно, что до совершеннолетия за него будет править в качестве регента его мать. Поэтому, как и в реальной истории на трон всё же приглашают среднюю сестру, взошедшей на трон под именем Анны Иоанновны, и которой выставили предварительные условия, ограничивающие монаршью власть. Но если "верховники" думали, что заполучили послушную марионетку, то очень скоро они поняли, как глубоко ошибались на её счёт. Приехавшая в Москву вдовствующая курляндская герцогиня, заручившись поддержкой гвардии, дворянства и своей старшей сестры, порвала подписанные ей ранее "кондиции" и упразднила Верховный Тайный Совет, восстановив самодержавное правление.

И вот тут судьба нашего мальчика делает крутой кульбит – ставшая императрицей его тётя для подкрепления как своих лично, так и собственно всей ветви "Ивановичей", прав на престол очень нуждалась в наследнике мужского пола, которого можно будет предъявить обществу как признанного и законного преемника. И если у "Петровичей" таковым был сын гольштейн-готторпского герцого Карл Петер Ульрих (внук Петра I от его дочери Анны и будущий, в РеИ, император Пётр III Фёдорович), то у "Ивановичей" таковым, естественным образом, становился Александр Иоганн Мекленбург-Шверинский. Тем более, что его отец вот уже почти два года как был отстранён от власти в собственном герцогстве, и шансов на восстановление практически не имел никаких. Правда это не отрицало прав юного Александра на мекленбургский трон, но на начало 1730-х гг. русское правительство не имело ни возможностей, ни желания. Когда в 1731 году Карл Леопольд потребовал от Анны Иоанновны дать ему денег на наём войск, и обеспечить их оружием и провиантом, то получил от российской императрицы твёрдый отказ (РеИ).  Так что, по соглашению между сёстрами в декабре 1730 года сын Екатерины Ивановны официально перешёл в православие, получив имя Александр Иоаннович (да, в РеИ Елизавета Катарина Кристина Мекленбург-Шверинская после перехода в православие стала Анной Леопольдовной, но свою племянницу императрица Анна Иоанновна не рассматривала в качестве своей преемницы на троне, в то время как наследник престола должен был носить приемлимое для русского царя имя – подобно тому как позднее Карл Петер Ульрих стал не Петром Фридриховичем, а Петром Фёдоровичем, так что дать перекрещённому племяннику отчество в честь его деда, ПМСМ, вполне реальный шаг со стороны царицы). Мальчика забрали у матери ко двору тётки, назначили ему приличное содержание, штат придворных, а главное – под личным наставничеством обер-прокурора Святейшего правительствующего Синода Феофана Прокоповича стали воспитывать в православном духе – ведь теперь с его именем была связана большая государственная игра.

Впрочем, в первые три года, новый статус не сильно изменил жизнь молодого царевича (разве что у него появился собственный придворный штат во главе с обер-гофмейстером, действительным тайным советником князем Юрием Юрьевичем Трубецким). Хотя был ещё жив отец – герцог Мекленбург-Шверинский, но тот судьбой своего отпрыска не особенно интересовался (а если и пытался проявить интерес, то получал от ворот поворот со стороны русского правительства), да и сам юный Саша, видевший отца разве что в самом раннем детстве, был к существованию последнего относительно равнодушен. Зато рядом была любящая тётушка, которая не имея собственных детей (по крайне мере законнорожденных), фактически заменила ему мать (особенно после кончины 25 июня 1733 года царевны и герцогини Екатерины Ивановны), и заботилась о его воспитании и образовании, отвественным за которое был назначен вице-канцлер Андрей Иванович Остерман. Последним была составлена образовательная программа, направленная на подготовку к государственной деятельности и являющаяся слегка изменённым "Расположением учений…", разработанным ранее Остерманом для императора Петра II. Программа содержала все необходимые государственному деятелю того времени науки, как-то: новую историю различных государств, русский и иностранные языки, военное искусство, арифметику, геометрию, космографию, зодчество, геральдику, генеалогию и др. И в отличие от покойного императора, юный Александр показал себя куда более способным и усидчивым учеником, особенно в изучении военого дела. Хотя, тут вполне могло быть влияние тётушки, которая сама не получив хорошего образования, была решительно настроена недопустить подобного недостатка у своего наследника, и строго следила за успеваемостью племянника. Как писал испанский посланник при российском дворе Хакобо Франсиско Фитц Джеймс Стюарт герцог де Лириа-и-Херика о юном мекленбургском принце: "Царица любит его, словно своего собственного сына, и именно ему предназначено наследовать престол". Тогда же императрица озаботилась и поиском подходящей партии для своего четырнадцатилетнего племянника. И в первую очередь она обратила внимание на немецкие земли, которые в силу особенностей своей политической структуры заключали в себе богатый запас принцев и принцесс. Отыскивать подходящую невесту для царевича в Германию был отправлен обер-шталмейстер Карл Густав Левенвольде. Будучи сторонником русско-австрийского союза в Вене он провёл консультации с императором Карлом VI, в результате которых на роль будущей невесты Александра была выбрана младшая дочь императора Священной Римской империи Мария Анна. Правда тут бурно прореагировал отец царевича Карл Леопольд, который объявил протест против оскорбительного для его чести брака: именно император объявил ему "рейхэкзекуцию" и санкционировал оккупацию мекленбургского герцогства брауншвегскими войсками. Но отстранённого герцога никто всерьёз не воспринимал, и летом 1733 года произошла помолвка между племянником российской императрицы и дочерью римско-германского кайзера. Тогда же царевичу был присвоен чин полковника и он был назначен шефом 3-го кирасирского полка (в этот же полк были включены остатки т. н. "мекленбургского корпуса" – несколько сотен мекленбургских военнослужащих сохранивших верность Карлу Леопольду, и эвакуривавшихся в 1719 году в Россию). Впрочем, и о мекленбургском герцогстве не забыли. Русские дипломаты во время переговоров о браке в Вене подняли вопрос о наследственных правах царевича на Мекленбург. Император Карл в этом вопросе занял двойственную позицию. Не отрицая, с одной стороны, наследственных прав своего будущего зятя, он при этом оговаривал, что заставить оккупационные войска покинуть Мекленбург не его в силах, так что власть в нём продолжил осуществлять назначенный в 1728 году Имперским надворным советом новым герцогом Кристиан Людвиг II (младший брат Карла Леопольда).

***

Последующие три года также не вносят больших изменений в ход исторических событий. Разве что с конца 1735 года, по достижении царевичем Александром семнадцати лет, его стали более активно привлекать к государственным делам. Более того, в том же году императрица издала указ, согласно которому подпись царевича на документе, подкреплённая ещё подписью двух кабинет-министров, приравнивалась именному указу самой императрицы. Но из-за того, что Анна Иоанновна продолжала "держать руку на пульсе", это во многом оставалось формальностью. В следующем 1736 году Александр попросился "волонтёром" в сражавшуюся против турок русскую армию, и хотя его собственный кирасирский полк в кампании не участвовал, он был включён состав штаба командующего Бурхарда Миниха. По отзывам участников войны, во время похода в Крым царевич проявил себя достойно – не требовал к себе особого отношения, делил все тягости войны, а во время сражений не прятался в тылу, сражаясь как простой солдат в первых рядах. Возможно в этих сообщениях были и преувеличения, но даже недруги царевича признавали его храбрость и скромность в быту. По возвращении в Санкт-Петербург по представлению Миниха, за мужество в бою Александру довольной императрицей был присвоен чин генерал-майора, но продолжить дальнейшую службу в действующей армии на следующий год царевичу не позволили – тётушка всё же решила более не рисковать жизнью своего единственного наследника. И это её решение оказалось воистину судьбоносным - именно в 1737 году царевич впервые действительно оказал решающее влияние на происходящие события в Российской империи. Для того, чтобы понять то влияние, которое могло оказать наличие совершеннолетнего наследника российского престола на ход исторического процесса в это время необходимо рассмотреть некоторые нюансы такого события, как русско-турецкая война 1735-1739 годов. К середине 30-х гг. XVIII столетия взаимоотношения между Стамбулом и Санкт-Петербургом достигли максимального напряжения, в котором ни одна из сторон не хотела уступать. После успешной для русских войны за Польское наследство (1733-1735 гг.), в Санкт-Петербурге были уверены в успехе планируемой войны, но понимая все трудности будущей кампании, на первых порах ставили перед собой ограниченные задачи. По замыслу руководившего внешней политикой страны Остермана первоначально в назревавшей войне с турками планировались довольно реалистичные цели - возвращение Азова и его округа, а также ликвидация позорных для России условий Адрианопольского мирного договора 1713 года. Но вскоре, по предложению президента Военной коллегии Бурхарда Миниха, выдвинувшего своего рода "программу-максимум", задачи изменились на гораздо более амбициозные – теперь предполагалось ещё захватить Крым и Кубань, а то и вовсе начать наступление на Константинополь. Не будем останавливаться тут на подробностях кампаний 1735 и 1736 годов (ход войны шёл как и в РеИ), но вот их результат сказался крайне неблагоприятно на позициях "максималистов". Огромные потери русской армии во время Крымского похода 1736 года произвели негативное впечатление на императрицу. Вновь возобладала "линия" Остермана и при дворе стали склоняться к принятию его "программы-минимум" (забегая вперёд – по РеИ Белградскому мирному договору 1739 года Россия получила примерно то, что изначально предполагал Остерман), но тут в дело вмешался фаворит императрицы Эрнст Иоганн Бирон. Между ним и Остерманом было давнее соперничество за влияние на Анну Иоанновну, и подобное усиление своего противника обер-камергер не мог себе позволить. В РеИ ему удалось убедить императрицу вернуться к "программе-максимум", в результате чего открывшийся в Немирове в 1737 году мирный конгресс с участием России, Турции и Австрии зашёл в тупик. Турки были готовы уступить Азов и вернуться к ситуации Константинопольского мирного договора 1700 года (Остерман даже пытался тайно заключить сепаратный мир на основе uti possidenti), но позиция "ястребов" возобладала, мирные переговоры были сорваны и война продолжилась ещё два года, не принеся стране ничего, кроме новых огромных расходов на её ведение и потерь среди военнослужащих. Но в этой АИ в дело вступает такой фактор, как имеющийся вполне взрослый наследник престола, позиция которого по тому или иному вопросу уже играла весомую роль. Будучи учеником Остермана, он на тот момент времени полностью разделял точку зрения вице-канцлера о целях России в войне с Османской империей. Да и полученный им опыт крымского похода не располагал к воинственному настрою. И когда венценосная тётушка поинтересовалась его мнением на этот счёт, то он твёрдо поддержал скорейшее заключение мира на умеренных условиях, ссылаясь на колоссальные расходы казны, восстание башкир, завершение турецко-персидской войны 1730-1736 гг., а также нежелание Австрии воевать с турками. И его точка зрения сыграла роль той самой "соломинки", которая в известной притче "ломает хребет верблюду". Поэтому, когда в январе 1737 года австрийский посол предложил от лица Карла VI заключить мир с Османской империей на условиях восстановления трактата 1700 года, то его предложение, в отличие от РеИ, были приняты российской стороной в качестве основы будущего соглашения. Заключённый 6 мая 1737 года русско-турецкий мирный договор в целом повторял условия РеИ Белградского договора 1739 года, но с некоторыми важными отличиями - на 1737 год Россия ещё не выдохлась от долгой войны, а шведско-турецкий альянс не успел оформиться (в реальной истории угроза войны со Швецией в 1739 году стала одной из причин, по которой Россия согласилась не с самыми выгодными для себя условиями Белградского мира), поэтому Россия могла проявить меньшую уступчивость и получала Азов и Таганрог без ограничений на строительство укреплений и отказа от права держать флот на Азовском море. Также устанавливалась новая граница между Россией и Крымским ханством, которая проводилась по реке Конка на севере, и реке Берда на востоке, а русским купцам разрешалась свободная беспошлинная торговля в турецких черноморских портах (но проход через Босфор разрешён только на турецких судах).

***

Более раннее прекращение войны с турками позволяет русскому правительству уже в 1737 году начать переброску войск с юга в Поволжье и Приуралье для действий против бунтующих башкир (в РеИ эту переброску начали только в 1740 году), что дало возможность российской администрации более решительно действовать против мятежников, движение которых было окончательно подавлено в этой АИ уже в 1738 году. Это имело для региона два важных последствия: первым стало принятие плана Василия Татищева об упразднении башкирской автономии и передачи власти от прежних феодально-родовых структур к назначаемым правительством полковникам, а также подчинёнными им хорунжими, есаулами, писарями и сотниками, с их обязательной отчётностью перед губернатором (в РеИ этот проект был отклонён правительством из опасений, что в ситуации, когда основные усилия направлены на борьбу с турками это вызовет усиление восстания, но если мир с Османской империей заключён на два года раньше, правительство может позволить себе подобный риск), а вторым – организация давно задуманного "Аральского похода", с целью "строения на Аральском море города" (в РеИ этот замысел не был осуществлён сначала из-за бунта башкир, а затем отзыва Татищева в Санкт-Петербург вследствие дворцовых интриг). В 1739 году принявший российское подданство казахский хан Абулхаир обратился к русским властям с просьбой постройки крепости в устье реки Сырдарьи, для чего в середине сентября 1740 года была отправлена небольшая разведывательная экспедиция в составе поручика Дмитрия Гладышева, геодезиста Муравина и инженера Назимова (РеИ), которая дойдя до Хивы и проведя обследование региона, в апреле 1741 года вернулась в Орск (в то время называвшийся Оренбургом). Отрицательное заключение Гладышева, в котором он указал, что строить город невозможно из-за отсутствия леса и пашни, заставило администрацию временно отложить этот вопрос, но, в отличие от РеИ, не снял его с повестки дня.

В это время в Санкт-Петербурге дела шли своим чередом. После завершения войны было решено приступить к реформам в армии, с учётом того опыта, который был получен за время прошедших войн с Польшей и Турцией (в РеИ эту реформу стали разрабатывать только с 1739 года, но война со Швецией, а затем и "елизаветинский" переворот "похоронили" намечающиеся преобразования).

Во-первых, перемены прежде всего коснулись артиллерии. По опыту кампании 1736 года полковая артиллерия была увеличена вдвое (до четырёх орудий в полевом пехотном полку и двух в драгунском) и были разработаны новые штаты осадной артиллерии уменьшенного состава, осуществившие давнее намерение разделить её на три корпуса. Вызвано это было особенностью "войны в степях", во время которой лёгкая полковая артиллерия была достаточно эффективна для рассеяния на дистанции конных групп татар, предпочитавших не вступать в прямые и долговременные сражения, а действовать внезапными наездами. Кроме того, при ведении боевых действий двумя основными армейскими группировками требовалось разделение осадной артиллерии, а также существенным фактором успешности военных операций обеих армий было облегчение обоза для транспортировки осадных орудий.

Во-вторых, были произведены изменения и в кавалерии. Боевые действия показали, что конница в русской армии находится, мягко говоря, не на высоте. Хронически нехватало лошадей (которых приходилось реквизировать у населения и за большие деньги закупать за границей), созданные перед войной дорогостоящие (содержание одного полка обходилось казне в 57,1 тыс. руб. в год) кирасиры оказались малоэффективными в степях, зато была большая нужда в лёгкой кавалерии. Поэтому было решено довоенную программу наращивания тяжёлой кавалерии с десяти полков сократить до пяти (на момент окончания русско-турецкой войны в русской армии было три кирасирских полка), и вместо них создать лёгкую гусарскую кавалерию в количестве также пяти полков. Реформа была своеобразным компромиссом, отвечавшим на возможность использования русской армии на двух несхожих театрах военных действий – на степном турецком с преобладанием у противника лёгкой иррегулярной конницы (где тяжёлая кавалерия при длительных маршах была малодейственна), и на густонаселённом европейском, где пришлось бы действовать и против "регулярного" противника, располагавшего тяжёлой кавалерией.

Само собой встал вопрос снабжения армии конским составом. Для этих целей было начато развертывание в южных районах страны сети казённых конных заводов, для финансирования которых, взамен прежнего обязательства заниматься конезаводством, был введён новый подушный сбор с монастырских крестьян в размере 40 копеек (что дало казне дополнительно около 300 тыс. рублей ежегодно). За семь лет планировалось довести число лошадей на заводах до 36 тыс. голов, что в теории, должно было почти полностью покрыть потребности армии в конском составе.

Кроме того, обязанность содержать собственные конные заводы была возложена на помещиков, которые были обязаны поставлять государству лошадей исходя из имеющихся крепостных душ, исходя из норматива – одна лошадь с сотни душ. Те же помещичьи хозяйства, которые в располагались в местностях непригодных для разведению лошадей, обязаны были вносить свой взнос деньгами.

Также правительство озаботилось улучшением повсеместного качества лошадей, для чего было открыто за период с 1738 по 1740 гг. пять государственных т. н. "сводных случных конюшен", где содержались купленные за рубежом породистые жеребцы, к которым как помещики, так и крестьяне могли безвозмездно приводить своих кобыл для припуска.

Третьим, крайне болезненным вопросом, который требовалось решить была высокая убыль мобилизованных рекрут. По тогдашней статистике до воинских частей доходила только половина "даточных" – примерно каждый десятый умирал по дороге, а ещё 30-40% либо разбегались, либо будучи больными попадали в лазареты, что приводило к постоянному некомлекту в полках в размере от 10 до 15% штатного состава. И поскольку рекрутская повинность признавалась "одной из важнейших в государстве", то правительство никак не могло пройти мимо этой проблемы. Специальная комиссия, которой было поручено изучить этот вопрос, пришла к выводу, что среди причин большой убыли среди взятых на службу рекрут основными являются следующие:

1)      плохое обеспечение рекрут продовольствием, одеждой и обувью, следствием чего было их постоянное недоедание и частые болезни, что, в свою очередь, вызывало высокую смертность;

2)      проблемы с размещением рекрут во время пути – постоянных пунктов дислокации не было, и при каждом рекрутском наборе они были разными, причём местные власти выделяли под их размещение самое плохое и малоприспособленное для проживания людей жильё, что, соотвественно, также негативно сказывалось на здоровье людей;

3)      главной причиной массовых побегов рекрут был признан страх перед бессрочной службой в армии, когда призванный на службу "даточный" навсегда отрывался от остального общества, а уйти в оставку мог только в самом пожилом и дряхлом состоянии, часто обречённый после окончания службы на нищенство.

И по результатам работы данной комиссии были приняты решения о создании постоянных "станций" для размещения собираемых и транспортируемых рекрут, возложить на офицеров обязанность тщательно следить за количеством и качеством выдаваемым рекрутам продовольствия и одежды,  а также разработка правил и рекомендаций с нормативами "перегона" призывников. Но самым спорным стал вопрос по срокам службы в вооружённых силах, и "пенсионного обеспечения" отставников. Ещё в начале 1730-х гг. высказывались предложения разрешить солдатам отслужившим 10 лет, и не получившим повышения, выходить в отставку. Но тогда это предложение встретило сопротивление значительной части генералитета, которые ссылаясь на указы Петра I, сумели "положить под сукно" этот проект. Причины подобной реакции на это предложение были вполне объяснимы – слишком короткий срок службы вызвал бы необходимость в частых наборах, следовательно – помехи в работе уже сложившихся и нормально работающих крестьянских хозяйств, их дезорганизацию.

Однако тема не заглохла. Многие в верхах признавали, что введение "урочных лет" для службы сделает её более привлекательной, и возможность выхода в оставку после выслуги определённого количества лет ещё не дряхлым стариком уменьшит количество уклонистов и дезертиров. Тем более, что требования об ограничении службы определённым сроком звучали и со стороны дворянства, которое уже давно тяготилось своей пожизненной службой, введённой Петром I, и требовало её ограничения конкретным количеством годов. И на седьмой год своего правления императрица Анна Иоанновна была вынуждена пойти навстречу "благородному сословию", выпустив 10 января 1737 года (даты в таймлайне будут указываться по григорианскому календарю) манифест, согласно которому по окончании войны с Османской империи обещалось ограничить срок службы дворян 25 годами, кроме того, дворянской семье разрешалось бы оставлять одного из сыновей "на хозяйстве", освобождая его от государственной службы. В обмен же дворяне должны были предоставить "выкуп" по одному рекруту с каждой 100 записанных за ними душ. Однако, после окончания войны, правительство решило отыграть назад. Хотя сам манифест и не был отменён, но в его исполнение были внесены сильные правки, должные затруднить уход в отставку отслуживших срок дворян. Так, последние, должны были заплатить за свой переход "на экономию" определённую цену, исчисляемую по степени доходности всей семейной недвижимости по следующему порядку: если имеется менее 20 душ в поместье, то рекруты или деньги не выплачиваются; если имеется от 30 до 50 душ, то выплачивается 20 рублей; если имеется от 50 до 70 душ, платится 30 рублей;  если имеется от 70 до 100 душ, то выставляется один рекрут; если имеется 170 душ, то помещик поставляет двух рекрутов, а если после изъятия остается менее 170, то доплачивает 30 рублей (благодаря такой системе, в РеИ, только за первые полгода, к началу августа 1740 года с отставных, от офицеров до рядовых, было собрано 213 рекрут и 1950 рублей). Был установлен срок исчисления "урочных лет" с двадцати годов (ранее, по указу Петра I, на службу призывали с пятнадцатилетнего возраста). Кроме того, Военной коллегией было запрещено принимать челобитные у обладателей менее 15 душ. Да и тех, кого всё же отправляли в отставку, старались не на "волю" отпустить, а перевести на статскую службу (в РеИ если в 1730-х гг. на статскую службу уходила ⅓ демобилизуемых, то в 1740 году их доля составила ⅘), куда заманивали обещанием повышения в чине (как и тем, кто оставался на "сверхсрочную" службу в вооружённых силах).

Однако многие считали подобную систему слишком сложной и запутанной, поэтому по предложению царевича, который и возглавлял специальную военную комиссию, её было решено упростить, и заменить налогом на доходы. По примеру, например, Франции, где со времёни войны за Испанское наследство дворяне были обложены подоходным налогом (прямой налог в размере 10% земельных доходов, введенный в 1710 году), в обмен на отмену пожизненной службы, и её замену 25 "урочными годами" службы в вооружённых силах или 35 годами статской службы, дворяне должны были согласится на введение сельскохозяйственного налога на доходы помещичьих имений. В соответствии с законом от 6 мая 1740 года назначался сбор со всех помещичьих доходов свыше 50 рублей. От 50 до 200 рублей помещик платил 1% с суммы превышения; с 200 до 1000 рублей – 5% с суммы превышения; свыше 1000 рублей – 10% с суммы превышения. Также помещики, за каждую имеющуюся у них "ревизскую душу" обязаны были ежегодно выплачивать 5 копеек на нужды местного управления. Помимо этого, дворянин желающий покинуть службу ранее установленного срока был обязан выставить заместо себя рекрутов или выплатить финансовую компенсацию по установленным ранее расценкам. Если же дворянин отслужил полный срок, то от "компенсационных выплат" он освобождался. Для тех дворян, которые решали остаться на сверхсрочную службу в качестве поощрения предусматривалось повышение в чине.

Для солдат – выходцев из податных сословий (крестьян, мещан и пр.) комиссия предложила установить срок службы в 15 лет, но как и в ситуации начала 1730-х гг., это предложение не было принято правительством. Пожизненная служба для них сохранялась.

В-четвёртых, изменения затронули форму военнослужащих. Царевич лично убедился во время похода в Крым 1736 года в том, что башмаки и штиблеты являются не самой лучшей обувью для солдат. Башмаки были рассчитаны в первую очередь на парадное ношение, а не на длительные переходы и передвижение по пересечённой местности. Их конструкция не обеспечивала должной защиты ног от механических повреждений, грязи, влаги и холода. Сделанные из жёсткой кожи они натирали ноги, а тонкая подошва быстро стиралась при контакте с грубой поверхностью. Поэтому по настоянию наследника Военная коллегия последовала рекомендации Морица Саксонского переобуть солдат в сапоги, а вместо коротких штанов ввести в униформу длинные брюки, нижнюю часть которых полагалось засовывать в голенища сапог. Правда это решение имело один минус – сапоги были дороже башмаков и штиблет, что в ситуации, когда правительство всячески пыталось сократить расходы на армию, ставило внедрение этого новшества под угрозу. Выход был найден в снижении общей стоимости униформы военнослужащих. Прежде всего, в целях сокращения расходов на производство солдатских сапог, была уменьшена их высота, когда вместо принятых в армии высоких ботфортов было приказано изготавливать сапоги высотой в десять вершков (~44,5 см), а для кавалеристов 11 вершков (~49 см), что позволяло сберечь деньги на материале. С целью экономии дорогого сукна были укорочены фалды кафтана, урезана длина и ширина обшлагов рукавов, сокращено количество складок в шлицах с пяти до трёх, и уменьшена их глубина до 5-10 см.

Также с целью экономии средств была произведена замена красного сукна штанов и камзолов на палевый цвет для армии и соломенно-жёлтый для гвардии. Причина была в том, что хорошая красная краска для сукон (например кошениль) была дорогой (так как завозилась из-за границы), а крашенные офицерские сукна закупались в Англии. Более дешёвые красители (морена, или корень подмаренника) давали худший оттенок красного цвета и плохое качество окраски. Поэтому сокращение красного цвета на униформе позволяло удешевить  окраску сукна, так как для указанных светлых тонов краски идёт меньше и окраска дешевле.

И в пятых, было принято решение о строительстве вместо незаконченной Украинской линии расположенной гораздо южнее Днепровской линии, которая должная была состоять из семи крепостей и идти вдоль нового российско-крымского рубежа по реках Конка и Берда. Тем самым предполагалось окончательно перекрыть путь крымцам на левобережье Днепра, и обезопасить Гетманщину и южные районы России от татарских набегов, что позволяло ускорить освоение и колонизацию этих регионов.

***

Разумеется, на реализацию всех этих планов требовались деньги, деньги, и ещё раз деньги. А с этим у правительства, как это часто бывает, были немалые проблемы. В 1737 году дефицит бюджета составил 15%, и хотя благодаря окончанию войны с Османской империей ситуация с финансами была лучше, чем в РеИ, но и до войны бюджет регулярно сводился с дефицитом 6-7%. Повышать налоги было нереально – даже существующие подати собирались с трудом, с большой недоимкой, которая ещё до начала войны с турками достигала 7,8 млн. рублей. Оставался, во-первых, путь улучшения сбора существующих налогов; во-вторых - расширения налоговой базы за счёт тех категорий населения, которые ранее были освобождены от "тягла", либо несли его в усечённом размере; а в-третьих – увеличение доходов от казённых монополий (прежде всего на торговлю солью и вином).

Главной причиной многочисленных недоимок правительство считало бездеятельность и корыстные интересы местных властей и самих помещиков, тративших подушную с крестьян на свои нужды. На протяжении всего царствования Анны Иоанновны оно пыталось решить проблему недоимок за счёт давления на них. Указ от 26 января 1739 года провозглашал главными виновниками её роста потворство и покровительство знатных персон, а также губернаторов и воевод. Правительство вновь предписало ужесточить ответственность помещиков и выбрать недоимку в три месяца, предположив, что сумма выплаченных ими взяток может покрыть всю величину недоимки. Таким образом "атака на недоимки" в конце 1730-х гг. привела к ужесточению репрессивной политики по отношению не только к купечеству и крестьянству, но и к представителям местной администрации и дворянству. Но тут Сенат и Кабинет столкнулись с настоящей системой саботажа правительственных инициатив по наведению порядка в финансовой сфере. Как докладывали ревизоры: коллегии и конторы присылали счета "неисправные", из которых "о суммах приходу и расходу видеть было нельзя". Кроме того, многие источники казённых доходов в виде мельниц, рыбных ловель, мостов и перевозов, казённых земель и т. д. были успешно "приватизированы" местными приказными; официально же они показывались сданными в откуп (на сумму гораздо меньшую, чем реальный доход) или просто лежащими "впусте". В присвоении этих средств была вовлечена буквально вся местная администрация во главе с губернаторами. Порой даже ревизоры-гвардейцы прибывавшие с "понуждениями", не знали, что в таких случаях делать: документацию от них прятали; сам губернатор отправлялся "в поле с собаки", а другие чиновники – "по хуторам своим". Проблема состояла в том, что установить реальную величину возможных налоговых поступлений можно было только путём повсеместной ревизии, но в ситуации когда первыми неплательщиками были сам кабинет-министр Алексей Черкасский, сенаторы, президенты и члены коллегий, генералитет и прочие "знатные", кампания по сбору недоимок закономерно закончилась, как и в РеИ, неудачей. По данным сенатского доклада от 14 мая 1740 года из многомиллионной недоимки усилиями Доимочной комиссии собрано в течении года (декабрь 1738 – январь 1740 г.) по неполным данным 308 тыс. 242 рубля. Так что решать эту проблему пришлось уже последующему царствованию.

Изменено 2 часа назад пользователем Леший

[seg49]

Именно Елизавета Петровна свернула программу масштабных географических исследований (хотя при Анне Иоанновне и Иване VI Антоновиче деньги на их осуществление изыскивались даже во время войны), из-за чего русская колонизация Азиатско-Тихоокеанского региона и Северной Америки отодвинулась на самый конец XVIII столетия.

Адекватная реакция на глобальное похолодание

[Стержень]

А не получится ли в этом мире вот такое?

Как раз относительно быстрое заключение мира согласованно с Австрией может привести к тому, что она сохранит Сербию...

Последствия грандиозны

 

[Леший]

Как раз относительно быстрое заключение мира согласованно с Австрией может привести к тому, что она сохранит Сербию...

В этой АИ Австрия ещё не успела вступить в войну с Османской империей (в РеИ она не очень-то и хотела воевать, но под давлением Санкт-Петербурга цесарцы были вынуждены двинуть войска), и первоначально пытались выступить в роли посредника. И тут их посреднические предложения, в отличие от реальной истории, были приняты. Так что северные части Сербии и Боснии, а также Олтения тут остались под властью Вены.

Изменено 8 часов назад пользователем Леший

[Стержень]

В этой АИ Австрия ещё не успела вступить в войну с Османской империей (в РеИ она не очень-то и хотела воевать, но под давлением Санкт-Петербурга цесарцы были вынуждены двинуть войска), и первоначально пытались выступить в роли посредника. И тут их посреднические предложения, в отличие от реальной истории, были приняты. Так что северные части Сербии и Боснии, а также Олтения тут остались под властью Вены.

Ещё и Олтения...

Совсем интересно.

Даже более чётко, чем в моей теме получается.

В том плане, что граница России и Австрии по итогу 18 века скорее всего будет по Днестру...

 

[Villehardouin]

в ночь на 19 января 1730 года представился последний мужской представитель Дома Романовых.

Наверное, очепятка - преставился, или я путаю, как оно правильно пишется.

Спасибо!

А разделы Речи Посполитой будут или сохранят "хомяка"? Или подождать и почитать, как время дойдет?

[Леший]

Наверное, очепятка - преставился, или я путаю, как оно правильно пишется.

Да, спасибо. Действительно очепятался. Исправил.

А разделы Речи Посполитой будут или сохранят "хомяка"? Или подождать и почитать, как время дойдет?

Лучше подождите. Надеюсь долго ожидать не придётся.

Изменено 6 часов назад пользователем Леший

[komo]

Ну при наличие представителей мужского пола в династии выбрать "бабу" , типа будет более управляемая , ну то еще решение . реально "верховники" как будто ослепли .

[Леший]

Ну при наличие представителей мужского пола в династии выбрать "бабу" , типа будет более управляемая , ну то еще решение . реально "верховники" как будто ослепли

У Александра Иоганна, с точки зрения "верховников" тот же "недостаток", что и у его матери - а именно его папа Карл Леопольд, который в случае избрания своего сына императором обязательно примчится в Россию, и будет пытаться пользуясь своими отцовскими правами "рулить". И о том, какие у него взгляды на управление государством, "верховникам" тоже хорошо известно.

Изменено 3 часа назад пользователем Леший

[Крысолов]

Предисловие

Собственно, кто автор и откуда цитата?

[Леший]

Собственно, кто автор и откуда цитата?

Какая именно цитата?

Изменено 2 часа назад пользователем Леший

[Крысолов]

Какая цитата?

Автор текста кто? Сам текст - откуда-то взят?
Или это ваша работа? Просто шрифт странный, будто скопировали и встамили откуда-то

[Леший]

Автор текста кто? Сам текст - откуда-то взят? Или это ваша работа? Просто шрифт странный, будто скопировали и встамили откуда-то

Текст - моя работа. А шрифт странный видимо из-за того, что сначала я его набирал в Ворде, и уже потом оттуда переносил сюда.

Изменено 2 часа назад пользователем Леший

[Крысолов]

получив имя Александр Иоаннович (да, в РеИ Елизавета Катарина Кристина Мекленбург-Шверинская после перехода в православие стала Анной Леопольдовной, но свою племянницу императрица Анна Иоанновна не рассматривала в качестве своей преемницы на троне, в то время как наследник престола должен был носить приемлимое для русского царя имя – подобно тому как позднее Карл Петер Ульрих стал не Петром Фридриховичем, а Петром Фёдоровичем, так что дать перекрещённому племяннику отчество в честь его деда, ПМСМ, вполне реальный шаг со стороны царицы

Пока не дочитал, но уже этот момент режет глаз.

Что то тут не так. Отчество Иванович вообще никоим боком к имени Карл Леопольд не относится. Федор хоть с Фридрихом сочетается.  И тут отчество должно сочетаться, но не пойму как. Карлович вроде бы нормально. А если нет то Леопольд можно с натяжкой, но все же перевести как Лёв. А такое имя на Руси существовало.
Личное имя Александр. Вот просто чуйка у меня что время не то еще, непривычное еще имя, имхо. Да и с чего Анне Иоанновне называть будущего императора в честь прозвища Карла 12го, а не в честь совего родного отца? Да и политически это правильно будет. Екатерина тоже вряд ли будет держатся за кликуху придуманную нелюбимым мужем. Так что я б его покрестил как Иоанна Львовича. По моему звучит.
Кстати, если не знали - оказывается нумерование русских монархов от Даниила Московского придумал Карамзин, до него царей нумеровали от Ивана Грозного. Так что это будет Иван 3й.

[Curioz]

Ну при наличие представителей мужского пола

В РИ Карл-Петер-Ульрих все же был не из старшей линии и не от законнорожденной царевны.

Кстати

 

стал не Петром Фридриховичем, а Петром Фёдоровичем, так что дать перекрещённому племяннику отчество в честь его деда

Дед тут НЯП не при делах: в доме Романовых отчество Федорович стандартное при крещении (и даже не при крещении, см. первую жену Первого Петра, которая из Илларионовны внезапно стала Федоровной, и так это до самых страстотерпиц Александры и Елизаветы и тянулось), в честь особо чтимой в роду Феодоровской иконы Богоматери, которой был в 1613 году благословен на царство Михаил Федорович. 

[Крысолов]

, в честь особо чтимой в роду Феодоровской иконы Богоматери

Тоже неплохой вариант

во время сражений не прятался в тылу, сражаясь как простой солдат в первых рядах

Это кто позволит единственному наследнику лично принимать участие в боях?????

[Крысолов]

Карла VI заключить мир с Османской империей на условиях восстановления трактата 1700 года

Не понял. Боснию и Сербию Австрия теряет или нет?

[Стержень]

Не понял. Боснию и Сербию Австрия теряет или нет?

Боснии у Австрии тогда не было.Она и тогда была турецкой

Были Сербия и Олтения. Кстати уже 20 лет 

Получается. что Австрия, не вступив в войну, их удержит.

А там...

Как я писал раньше на эту тему всё возможно вплоть до австрийского Константинополя

 

Изменено 1 час назад пользователем Стержень